Путь лунных дорог

      К списку работающих хирургов прилагался и список вышедших на пенсию. Ехать решили по очереди к троим – тем, кто за последнее время больше всего занимался ампутациями. Первые два адреса оказались ложными. Бессонная ночь была на исходе. Джек сидел один в своей машине. Он сомневался: его не зацепило ни одно из имён. Он открыл второй список и побежал глазами по именам. Адехи. Индеец-полукровка вне резервации. С чёрно-белой фотографии смотрел угрюмый мужчина с глубоко впавшими в череп глазами. Будь здесь Уилл, он бы поехал именно к нему. Может быть, он уже там побывал после снимков, выставленных напоказ в Вестнике. Джек постучал пальцем по рулю, захлопнул дверь и поехал на окраину Балтимора.       Дом с голубой крышей стоял у самой дороги. Справа тянулось бесконечное поле. Подъезжая, Джек увидел два мужских силуэта. Один упал, второй исчез в доме. Это они! Теперь уже было ясно видно, что упал Лектер и он уже поднялся, обернулся на Кроуфорда, у которого от хлынувшего в кровь адреналина расширились зрачки, кивнул ему и также исчез в дверном проёме. Джек резко затормозил, выхватил из кобуры пистолет и побежал за ними. Оказавшись в полумраке гостиной, он заставил себя замереть. Стены были завешены бубнами из кожи, с потолка свисали сушеные пучки трав. На несколько секунд воцарилась гробовая тишина, и тут он понял, как ужасно было его положение. Индеец и правда был тем самым шаманом, которого они искали. Но он был не один. Где-то в этих стенах были Уилл и Ганнибал, а ещё, возможно, здесь всё ещё дышал Ян Маккелен. В дальнем конце дома скрипнул замок, отворилась и хлопнула дверь. Джек направился в сторону звука. На углу коридора была лестница в подвал. Он дёрнул выключатель, и она осветилась блеклым жёлтым сиянием. Дверь внизу была распахнута настежь. Джек обернулся налево и увидел Лектера. Секунду назад там ещё никого не было. – Здравствуй, Джек,– Доктор смотрел на него совершенно непроницаемым взглядом,– За кем ты сегодня пришел? За шаманом или за Уиллом? – За обоими, раз уж на то пошло. В руке Лектера блеснул нож, и, не дожидаясь броска, Джек выстрелил. Лектер исчез за углом. Лезвие просвистело у самого уха, и Кроуфорд нырнул вниз.       Железная дверь оказалась ужасно тяжелой. Джек нажал на щеколду, и она застыла – снаружи открыть её было теперь невозможно. Наступила тишина, и он решил осмотреться. Мрачная картина предстала перед ним: карты и календарь жертвоприношений на стене, железный стол, с которого на него смотрел десяток замороженных голов с открытыми ртами; на втором столе лежали инструменты и пила. Сбоку на этажерке лежало нечто, похожее на обрубок ствола с одинокой кривой веткой. Она шевельнулась – согнулась – и Джеку стало ясно, что это Ян. Если бы не трубки, торчавшие из его тела и подключённые к пакетам с жидкостями, если бы не это движение, если бы не поднималась и не опадала грудь при каждом вздохе. Ох, парень, лучше бы ты уже не дышал. Мгновение спустя всё это отступило на задний план. В комнате был ещё один человек, с руками, ногами и с ножом, крепко сжатым во влажной руке. Уилл сделал шаг вперёд, и скудная лампа ярче высветила его лицо. Джек мгновенно поднял на него пистолет. Уилл изменился. Но не мрачным маньяком со следами кровавых пиршеств на губах и ожерельем из человеческих костей предстал он перед старым другом. Лицо было тревожным, но ушли синяки под глазами. Свежий шрам на щеке. Рубашка и свитер явно надеты сегодня, а не неделю назад, чистые руки и чистые отросшие пряди волос... – Хорошо выглядишь, старина,– Джек краем глаза оглядывал помещение в поисках другого выхода, но комната была тупиковой. Уилл смотрел на него без радости и без злобы. По спине у Джека пробежал холодок. Его сейчас убьют, и он сам будет в этом виноват от начала и до конца. – Джек, что нам делать?– Уилл отступил на пару шагов и приблизился к телу Маккелена. – Не трогай его. Отойди в сторону, или я буду стрелять, – Джек прицелился Уиллу в плечо. Уилл не спеша протянул к голове юноши руки и повернул к свету его лицо. Ян не открывал глаз, но щёки были мокрыми от слёз. – Джек, что мы будем с ним делать?– повторил Уилл,– Он так молод, и для него уже всё закончилось. – Он ещё жив. – Подойди и посмотри, что это за жизнь,– Уилл отпустил голову Яна, оставив её повёрнутой к свету, и сделал несколько шагов в сторону. Продолжая держать Грэма на мушке, Джек приблизился к парню, к тому, что от него осталось. Стоял сводящий желудок запах пропитанных антисептиком бинтов. Джек вспомнил собранные на столе в лаборатории две ноги и правую руку парня девятнадцати лет, пропавшего без вести три недели назад. Его искали младший брат и до одури красивая Дженни, при виде которой у Джека перед глазами проносились вся его молодость и любовь. – Мы должны его убить, Джек, и ты знаешь это. Вопрос в том, хочешь ли ты сделать это сам, или это сделаю я,– Уилл тяжело вздохнул и замолчал. Он был печален, это выбивало Джека из колеи. Что происходит? Он теперь на чьей стороне? Или вообще – на своей собственной? – И что ты будешь делать после убийства? Отправишь останки на ваш с Лектером обеденный стол? Вы ведь теперь так развлекаетесь, да? Скольких мы можем вычеркнуть из пропавших без вести?– Уилл ощерился и мотнул головой, однако, лицо его тут же успокоилось,– Ты не досчитаешься нескольких рыб в реке Чоуван, пары белок и кое-какой дичи в лесу. Адехи ты сам подсунул мне под нос, и он всё ещё где-то за пределами этой комнаты.       Джек приглядывался к мимике, к малейшей напряженности мышц, ища хоть какой-то намёк, предвещающий нападение. Уилл был спокоен как вода, но там, за железной дверью, ждал Ганнибал. Будь он в комнате, Джек был бы уже мёртв. – Если бы Лектер сейчас вспарывал мне кишки, ты бы так же спокойно смотрел на меня, Уилл? – А ты, Джек, ты сейчас с какой целью целишься в меня? Ты хочешь убить или покалечить? Ты хочешь разлучить нас с Ганнибалом через смерть или через тюрьму? Хочешь, наверное, посадить нас в разные клетки, чтобы мы никогда не увидели друг друга, а ты бы проведывал нас как старый друг,– Уилл развернулся в сторону Яна, и Джек уступил ему место рядом с обречённым мальчиком. Грэм положил ладонь на холодный лоб, и единственной рукой тот слабо обхватил его запястье. – Всё позади, сейчас станет легче. Закрой глаза, Ян. Где ты хочешь сейчас быть? Мальчик сглотнул потёкшие сильнее слёзы и очень тихо прошептал: «Дома. С Дженни. С мамой и Хью. Дома, дома...» Уилл быстро чиркнул лезвием по сонной артерии – полетели брызги. Глаза Яна распахнулись, он широко раскрыл рот, но вместо крика послышалось бульканье. Со стола на пол потекла разжиженная кровь, и жизнь поспешила покинуть исстрадавшееся тело. Аккуратно Уилл положил руку Яна ему на грудь и закрыл голубые глаза. Джек одёрнул себя в наступившей тишине. Больше никаких добрых дел у Грэма, чей свитер, лицо и руки окрасились брызгами крови, здесь не было – только путь на волю. – Отойди от двери, и я постараюсь сдержать его. Если, конечно, ты не нападёшь первым,– Уилл опустил руку с ножом вниз. С лезвия капало. – Почему я должен тебе верить? Ты уже обманул меня, и это позволило вам сбежать. Ты знаешь, сколько полицейских погибло из-за тебя? Пять человек, Уилл. Ты видел это, и ты спокойно уехал с Ганнибалом, словно так и должно быть. Почему я должен отпустить вас? Приведи хотя бы один довод! – Возможность остаться в живых ты рассматриваешь как серьёзную причину?– Уилл сжал рукой лоб и помотал головой,– Нет, конечно, нет. Ты же испытываешь такой колоссальный груз вины за меня. Ты взял своего друга и вручил его на воспитание чудовищу. Ты так сильно жалел об этом, что сделал это ещё раз, а потом ещё. Зачем ты остановил Ганнибала, когда он вскрывал мой череп? Тогда бы всё закончилось иначе, а я всё равно бы соединился с ним. Для борца со злом ты сделал всё, чтобы это зло умножить.       Джек перевёл дуло пистолета, целя Грэму в лицо. Ему хотелось заткнуть рот, из которого лилась эта правда, хотелось покончить со всем этим. – Ты совершенно прав. Я приумножил зло. И я его должен уничтожить. – Тогда зачем ты привёл нас в этот подвал? Ты же знал, что я захочу найти монстра, и его не жалко отдать в руки двум таким же чудовищам. Мог бы не спускаться сюда, и мы бы сделали своё дело без потерь. – Что же, ты хочешь сказать, что Чесапикский потрошитель теперь может убивать только по заказу ФБР? Не строй иллюзий, Уилл, то, что вы убили Дракона, не ставит вас на нашу сторону. – То, что ты опубликовал фотографии в Вестнике, ставит тебя на нашу сторону, Джек. Пусти меня, и никому сегодня не придётся больше умирать.       Джек колебался. Уилл говорил убедительно, но отвечать за слова Лектера он не мог. В пистолете было полно патронов. Расстояние до двери более чем располагающее к выстрелу. Но если они уйдут первыми, то могут спокойно подкараулить за следующей дверью и убить его. – Вы останетесь здесь. Я уйду первым. Идёт, Уилл? Он кивнул. Они поменялись местами: Грэм подошел к двери, а Джек занял оборонительную позицию у противоположной стены. Уилл встал перед дверью так, чтобы быть между Джеком и Ганнибалом, и открыл дверь. Джек поднял пистолет и нацелил его в спину Уилла. – Ты у него на мушке,– Ганнибал стоял ровно перед ним. – Я знаю. Я хочу отпустить его. Он не станет стрелять. – Он не станет стрелять в тебя, пока сомневается, можешь ли ты напасть. В меня он выстрелит в тот самый миг, как только ты сделаешь шаг в сторону,– и без лишних слов Ганнибал метнул в Джека нож. Лезвие вошло в руку, пригвождая её к стене, и пистолет грохнулся на бетонный пол. Грэм растерянно обернулся. – Зачем? – Он может поверить тебе, но он никогда не поверит мне. Нам нужно закончить эту игру, Уилл.       Джек пытался свободной рукой вынуть нож, но тот намертво застрял в щите, висевшем на бетонной стене. Ганнибал направился к нему. Никакого оружия в его руках не было. – Перегрызёшь мне горло? А пока я захлёбываюсь собственной кровью, как беспомощный Ян пару минут назад, будете рвать мою плоть? Грэм! Вы как две собаки на пиру! Грэм схватил Лектера за плечо. – Я сам. Я ему должен больше,– Лектер посмотрел ему в глаза, взял за руку, сжимая его пальцы вокруг рукоятки ножа ещё сильнее. – Не позволяй никому разрушать нашу семью, Уилл,– с этими словами он отступил назад. Грэм развернулся к Джеку, склонился над ним, пристально вгляделся, словно сканировал расположение внутренних органов, и полоснул от души... Раздался оглушающий звон. Джек попытался схватить Уилла за руку, но она быстро стала скользкой от хлещущей во все стороны крови. Уилл прижал его кисть к животу, вырвал из предплечья нож, и отяжелевшее тело Кроуфорда рухнуло на пол. – Прощай, Джек.       Свет мерк, и в этой страшной, ледяной комнате Джек видел, как Ганнибал кладёт руку на плечо Грэму, как эти двое, не оборачиваясь, спокойно выходят в дверь. Он всё ещё прижимал руку туда, куда её придавил Уилл, но силы начинали покидать его. Он переступил черту. Он приумножил зло. Он заплатил сполна.       Где-то далеко послышался вой сирен, но Джеку это казалось совсем, уже совсем не важным.