Отблеск призрачной любви

Глава 17 Цена свободы. Эдгар был в смятении. В голове наступил такой хаос, что он болезненно зажмурился, поэтому не заметил, каким мстительным торжеством сверкнули аметистовые глаза графа, в какой злорадно-ледяной усмешке изогнулись нежно-розовые губы, созданные для жарких поцелуев. Мужчина кинул быстрый взгляд на Риони, и снова закрыл глаза, едва не застонав от накатившего вдруг возбуждения. Хорош! До чего же хорош! Безупречно красив и неприступно холоден! А ведь раньше от него исходил тёплый, ласковый свет. Иногда казалось, что этот непостижимый мальчик излучает золотистое сияние, согревающее людские сердца. А сейчас, окутанный белыми волосами, словно снежной позёмкой, с застывшим, как ледяная маска, лицом, твёрдо сжатыми губами, Риони стал ещё прекраснее, чем прежде, но чуждой, какой-то призрачно-неземной красотой, которая притягивала восхищённые взоры, и совершенно не грела душу. Во всяком случае Эдгару нечего было и надеяться, что эта ледышка оттает ради него. Не помогут ни мольбы, ни клятвы, ни обещания. Достаточно вспомнить, как снисходительно, свысока, с надменным равнодушием Риони смотрит на него, Великого Правителя. А глаза, с этим невероятно пленительным кошачьим разрезом, в своих таинственных глубинах отражают боль и разочарование человека, слишком рано прошедшего сквозь жизненные тернии. И Эдгар знал, кто виноват в том, что некогда лучистый, открытый взгляд превратился в призрачный отблеск далёких, холодных звёзд, которые с высокомерным презрением смотрят на ничтожных смертных. Но, не смотря ни на какие доводы, для короля Риони стал ещё более желанен, как может быть страстно желанна редчайшая, абсолютно недоступная драгоценность… Но тут Эдгара озарило! А чего это он так сразу поверил мальчишке, который затаил на него смертельную обиду? Который жаждет мести. Который никогда не забудет причинённых ему страданий. Вот он и придумал весьма ловкий ход. Любые факты можно перевернуть в свою пользу. Возможно, всё, о чём поведал ему Риони, это тонко сплетённая ложь с целью разрушить его покой и семейное благополучие. Маленький засранец, хоть и старается выглядеть равнодушным, но чувствуется, как в нём кипит гнев. Эдгар ощущал это всем своим нутром. Может быть и другой вариант. Он сговорился с Марком извести опостылевшего мужа, чтобы вновь обрести свободу, к которой так стремился. За маской невинности скрывался хитрый и коварный манипулятор. Он соблазнил Марка, и тот потерял голову от чар юного красавца. А ради любви человек может пойти на всё. Даже на предательство! Вот мальчишка и подговорил камердинера отравить короля. Эдгар встрепенулся. А что?! Вполне вероятно! Вон как они беззастенчиво обжимались прямо у него на глазах! Точно! Это любовнички организовали покушение, а Харвус, наоборот, спас его. Но завершить своё чёрное дело заговорщики не успели. Кто-то из доброжелателей захотел поведать королю правду, но, не решившись напрямую сказать ему об измене младшего мужа, подкинул письмо. Гадёныш оказался в подвале, а Марку, без своего вдохновителя, пришлось затаиться. И то, что он умирает, Риони придумал, чтобы напугать его и вырвать клятву. Мелкий шантажист! Во всяком случае, очень хотелось поверить в такую версию, и король уцепился за неё, как утопающий за соломинку. Патрик, цепким взглядом наблюдая, как меняется лицо короля и читая его эмоции, как раскрытую книгу, насмешливо прищурил глаза. Утешай, утешай себя ложными иллюзиями! Не хочется чувствовать себя жертвой? Стыдно признаться себе, что проср… проморгал заговор, созревший под самым носом? Несгибаемый правитель, мудрый политик, отважный воин запутался в хитросплетениях интриги, как котёнок в клубке ниток, и теперь ищет лазейку, чтобы выбраться из щекотливого положения с минимальными потерями для своей репутации. Если вся правда выплывет наружу, разразится громкий скандал. Но, если Эдгар решительно не разрубит этот змеиный узел, то ему придётся опасаться не только за свою жизнь, но и за жизнь сына. До короля Патрику не было никакого дела, но может пострадать невинный ребёнок. Эдгар, прищурившись, злобно смотрел на графа, будто обвиняя его во всех смертных грехах, но тот ответил ему невозмутимо-безмятежным взглядом. -Чтож, я услышал тебя, — наконец сказал король, возвращая себе утраченную было самоуверенность.- Но, как ты сам признался, никаких доказательств нет. Одни только твои домыслы. Ладно, с этим я разберусь позже. Теперь, как мы и договорились, приступай к лечению. Граф холодно улыбнулся и пожал плечами. -Простите, Ваше Величество, что обманул вас! — он потупил глаза, хотя на прекрасном лице не было ни тени раскаяния.- С моей стороны было бы в высшей степени непрофессионально так долго тянуть время. Вы были в критическом состоянии, поэтому я сразу вылечил не только ваши ноги, но и весь организм в целом. Я схитрил, чтобы вырвать из вас клятву. Вы совершенно здоровы, государь, и проживёте долго и, может быть, счастливо. Это уже будет зависеть от вас… -Ах, ты ж… Но король не успел высказать всё, что он в этот момент думал о маленьком интригане. Дверь в соседнюю комнату открылась и на пороге показался Главный Придворный Лекарь, мэтр Харвус. -Вот и мой свидетель, — прошептал Патрик, быстро взглянув на Эдгара и прижав палец к губам. Марк быстро юркнул за альков кровати и затаился. -Что здесь происходит? Кто вы? Как посмели нарушить покой больного? — проскрипел лекарь, гневно сдвинув брови. Неожиданность, это ключ к победе, подумал граф Велейский, изящным жестом откидывая волосы за спину и медленно поворачиваясь лицом к старику. Тот, подслеповато прищурившись, сделал несколько шагов по направлению к стройной фигурке в белом и в ужасе отшатнулся, выпучив глаза. В горле у него что-то омерзительно заклокотало, словно он вот-вот захлебнётся собственными слюнями. -Доброе утро, учитель, — елейным голоском пропел Патрик, в упор глядя на лекаря горящими ненавистью глазами. -Принц Риониэль?! Риони? Это вы??? Не могу поверить! Вы же… Вас же… О, Боги! — Харвус вытер рукавом выступивший на лбу пот.- Вы живы?! А я сначала подумал, что вижу привидение. -Нечистая совесть зашевелилась, раз призраки мерещатся? Тогда самое время облегчить душу.- Патрик решил сразу вывести старика на разговор, пока тот не успел опомниться.- Жить вам осталось совсем немного, так освободитесь от груза вины, покайтесь, чтобы достойно уйти в мир иной. -О чём ты говоришь, мальчишка, — прошипел лекарь, с опаской оглядываясь на кровать, где неподвижно лежал король. -Не волнуйтесь! Его Величество спит крепким, здоровым сном, — граф холодно усмехнулся.- С ним всё в порядке. А вот вы крупно попали, мэтр. Яд, который предназначался королю, сыграл с вами злую шутку. Как говорится, боги шельму метят. -Это как? Не понимаю! -А-я-яй, а ещё великим магистром себя мнили! Неужели вы были не в курсе, что смесь трав, входящих в состав «Отсроченной смерти», при обработке выделяет ядовитые пары? -Ты хочешь сказать, что я надышался токсичными испарениями, когда варил эту отраву? — Харвус схватился за горло, в ужасе глядя на Патрика. -Именно так! Как целитель, могу точно сказать, что ваш организм почти полностью разрушен. Вы обречены. Ноги старика подкосились и он медленно осел на пол. -Риони, — зарыдал Харвус, в умоляющем жесте протянув к Патрику дрожащие руки.- Помоги мне! Спаси! Ты же всё можешь! -Могу, но не буду! — Граф равнодушно смотрел на лекаря, в истерике бившегося у его ног.- Вы заслужили свою участь, и теперь сполна ответите за всё. Из-за ваших подлых интриг я безвинно пострадал. Я перенёс такие муки, которые вам не приснились бы даже в самых страшных кошмарах. А знаете, что муж сделал со мной в первую очередь? Он своими сапожищами раздробил мне руки всмятку! А ведь это мой инструмент! И в этом виноваты вы. Харвус поднял лицо, залитое слезами. Животный ужас, злоба, тоскливая обречённость промелькнули в его вытаращенных глазах. -А чего ты обвиняешь меня одного, — закричал он, чуть не срывая голос.- Я был всего лишь исполнителем! Слепым орудием чужих амбиций… -Не ори! — поморщился граф.- Расскажи, кто так подставил меня и обрёк на нечеловеческие страдания. -Мы этого не хотели!!! — простонал Харвус, схватившись за голову.- Видят Боги, мы не думали, что король настолько озвереет. Да, ты мешал нам. Ты ж нюхач! Мог бы сразу учуять, что мужа отравили. Но такого никто из нас тебе не желал! Расчёт был на то, что Эдгар, заподозрив тебя в измене, поступит по закону. Отправит домой, или запрёт в какой-нибудь отдалённой крепости. А он… Прости! Прости меня! -Ты надеешься, что я поверю в твоё раскаяние? — Патрик гневно сдвинул брови.- Я уже не тот глупый мальчишка, наивно смотревший на мир сквозь розовый туман. Я давно прозрел. И теперь, если вижу перед собой крысу, никто не убедит меня в том, что это горностай. -Но я говорю правду! — отчаянно взвыл старик.- Мы не предполагали, что Эдгар будет так жестоко истязать тебя. По дворцу ходили слухи, будто стражники едва не рыдали, когда до них доносились твои истошные вопли. Кляли короля на чём свет стоит! -Как трогательно, — хохотнул Патрик.- Я сейчас разрыдаюсь! -Но это было на самом деле! Я не лгу! И знаешь, ведь никто не поверил в твою измену, кроме этого ревнивого идиота… -Довольно! — Грозный рык, донёсшийся со стороны кровати, заставил Харвуса испуганно сжаться.- Мерзкий слизняк! Сейчас ты мне всё расскажешь. В подробностях! Хотя, я и так уже почти всё знаю. Говори! Иначе всё, что я делал с Риони, покажется тебе лёгкой щекоткой. И из уст насмерть перепуганного старика мутным потоком полились признания, от которых глаза короля всё больше разгорались неистовой злобой. А Харвус самозабвенно топил своих подельников. Перед лицом скорой смерти ему была безразлична чужая жизнь. В силу своей эгоистичной и подлой натуры, он безо всякого сожаления тащил их за собой в пропасть. Патрик внимательно слушал излияния старого лекаря, и, хотя они почти не отличались от его умозаключений, но некоторые детали ввели его в изумление. То, что он услышал, стало для него полной неожиданностью. -Я не виноват! Это всё герцог! Он меня заставил! Он хотел отобрать у вас всё! И двигала им банальная зависть. Артур Дорвутский хотел обладать тем, что есть у вас, Ваше Величество, — вещал старый пройдоха, брызгая слюной.- Но действовал он очень осторожно. Сначала влюбил вас в себя и стал вашим тайным фаворитом. Вы помогли ему получить должность Первого Советника. Когда вы женились на красавице Миранде, он соблазнил её. А уж герцог это умеет, не мне вам говорить. А позже решил завладеть и юным принцем Риониелем. Он увидел золотоволосого красавчика на балу и воспылал к нему неистовой страстью. Впрочем, не он один пал жертвой невероятного обаяния чудо-мальчика. Многие придворные грезили о нём, но понимали, что это недостижимая мечта. Но герцог, если чего захочет, ни перед чем не остановится. Риони стал его наваждением, а жажда обладать им была так велика, что долгосрочный план по устранению короля законным путём изменился. Артур решил вас убить, но так, чтобы и тень подозрения не пала на него. Вот тогда он и приказал мне сварить самый коварный яд, который называется «Отсроченная смерть». Но тут я вспомнил, что Риони, — нюхач. Возникла большая проблема. Надо было аккуратно устранить мальчишку. А как? И тогда Артур подговорил королеву написать письмо. -Она знала, что вы хотите убить меня? — спросил король, едва сдерживая ярость. -Нет! — замотал головой Харвус.- Нет-нет! Разве можно посвящать женщин в такие дела? Артур просто умело разжигал в ней зависть к Риони, который затмил её своей неземной красотой, и поддерживал её желание избавиться от него. А когда намекнул, как это можно сделать, она уцепилась за эту идею. Даже, если б вы узнали почерк королевы… Неожиданно Харвуса прервал звонкий, как серебряный колокольчик, смех. Все присутствующие в немом изумлении уставились на хохочущего графа, который одной рукой держался за живот, а другой смахивал с глаз выступившие слёзы. -И что это вас так развеселило, граф, — язвительно проронил король, играя желваками. -Да, так, — едва выговорил Патрик.- Один анекдот пришёл на память. В тему! -Поделитесь с нами. Вместе повеселимся. -Думаю, не стоит. Вам будет не смешно. -И всё же! Я настаиваю! -Ладно! Гулял как-то король по зимнему саду. Видит, на снегу мочой выведена надпись: «Король — дурак!» Разозлился он страшно, и приказал придворному магу узнать, кто это сделал. А маг и говорит: «Мне очень жаль огорчать вас, Ваше величество, но моча принадлежит Первому Советнику, а почерк — королеве.» Эдгар побагровел и скрипнул зубами, а мальчишка снова залился смехом, однако улыбка так и не коснулась его глаз. Он бесстрастно наблюдал, как бывшего супруга корёжит от ярости. И было из-за чего! Люди, которым он безоглядно верил, предали его. А второй раз почувствовать себя рогоносцем, это сокрушительный удар по самолюбию и гордости короля. Граф удовлетворённо вздохнул. Месть почти завершена! Бывший супруг узнал правду из первых, так сказать, уст, и его иллюзии разбились о голые факты. А уж Патрик-то знал, как бывает больно, когда рушится твой мир. Молчание затянулось. Эдгар тяжело дышал, пытаясь взять себя в руки. Таким униженным он не чувствовал себя никогда. Ему было невыносимо стыдно, ведь в глазах Риони он выглядел, действительно, полным идиотом. Упав с вершины величия, король упёрся рогами в грязь. Недаром мальчишка так заливисто хохотал… -Продолжай, — прервал размышления короля Патрик. -Да, собственно, это всё, — лекарь метнул затравленный взгляд на повелителя, и тут же опустил голову.- Миранда написала письмо, а я выбрал момент и подкинул его так, чтобы оно попало в руки короля. Даже, если б он узнал её почерк, она бы объяснила, что сделала это из ревности. Но, как мы и предполагали, Его Величество не стал затруднять себя расследованием, а слепо поверили клевете. Чего мы не ожидали, так это того, что он впадёт в такое бешенство и станет жестоко пытать тебя.- Старик посмотрел на Патрика, сглотнул и тихо продолжил.- Артур был в ужасе, и возненавидел короля всей душой. Он пытался вызволить тебя из лап садиста, но не смог. Тогда герцог подбил Эдгара сыграть на тебя в кости… -Заткнись, гнида! — взревел мужчина, приподнимаясь на локте. Его глаза налились кровью, а лицо исказила гримаса ненависти.- Заткнись!!! -Почему это? Мне очень даже интересно, — взглядом, полным ледяного презрения, Патрик буквально пригвоздил Эдгара к месту.- Дайте-ка я угадаю. Король проиграл, верно? -Ага! — Харвуса трясло, как в лихорадке, но глаза горели злорадством.- Продул вчистую! И так разозлился, что полез на Артура с кулаками. Завязалась драка. Они разнесли весь кабинет! А потом вместе напились, и под утро король сказал, что всегда отдаёт долги, и что герцог получит мальчишку. -Или то, что от него останется, — добавил Патрик, брезгливо морщась.- Отвратительно! -Он лжёт! Риони, не верь ему!!! — в отчаянии заорал мужчина, но граф будто и не слышал, погрузившись в свои мысли. Его пронзила страшная догадка. Он нетерпеливо стёр холодный пот, выступивший на лбу и вперился в короля неподвижным взором. Зрачки расширились, полностью затопив радужку, и Эдгар, побледнев, отвёл глаза, не в силах выдержать чёрную бездну, смотревшую на него. -Значит, ты проиграл меня в кости, — мёртвым голосом промолвил юноша.- Но тебе было жаль расставаться со своей игрушкой. Ты ведь жуткий собственник! И тебе пришла в голову гениальная мысль, — отрубить мне ноги, надеясь, что герцог откажется от подобного «выигрыша». Но не подумал, что, возможно, твой дружок такой же извращенец, как и ты. Смешно! Поистине, нет предела человеческой подлости. Патрик отвернулся к окну, чтобы скрыть выступившие на глазах слёзы. Король вскинул голову и шевельнул губами, пытаясь что-то сказать, но из горла вырывались только сдавленные хрипы. Харвус гнусно хихикал, хитро поглядывая то на окаменевшего Эдгара, то на Патрика, заплетавшего косу слегка дрожащими руками. Похоже, старик окончательно обезумел. Из-за полога кровати вышел Марк. Он был бледен, как полотно. -А ведь я не поверил малышу- тихо сказал мужчина, подойдя к Патрику и обняв его за плечи.- Подумал, что он бредит… Простите, Ваше Величество, но я больше не могу служить вам. Я подаю в отставку. -Вы исполнили свой долг, господин Кенти.- Граф с трудом улыбнулся.- Если б не ваша преданность, король давно был бы мёртв. А теперь, поскольку вы свободны, я приглашаю вас в своё поместье на должность управляющего. Естественно, с соответствующей оплатой. Вы согласны? Марк молча кивнул головой, едва сдерживая счастливые слёзы. В Алании его никто не ждал. Сын погиб на войне, жена не перенесла горя, и тихо сгорела за каких-то два месяца. Тоска и одиночество съедали мужчину все эти годы, и только просьба Риони периодически давать королю противоядие, удерживала его во дворце. И вот он снова обретает семью! -Ох, как нехорошо, Ваше Величество, — Харвус, очнувшись, нарушил тяжёлое молчание.- Чуть не до смерти запытали несчастного мальчика, да ещё и ноги хотели ему отрубить… -Как ты смеешь осуждать меня, старый хрыч! — заорал Эдгар, вскакивая с постели.- Сам по уши в дерьме, а корчишь из себя невинную овцу. Грязный лжец! Придумал какую-то сопливую историю о неземной любви. Для чего?! Чтобы Риони ещё больше возненавидел меня? Да Артур хотел поразвлечься с мальчишкой, и всё! И в игре он мухлевал! Ведь потом я отыгрался. А насчёт ног… Риони, поверь, я бы этого никогда не сделал! Просто пьян был, и очень зол. А позже, когда пришёл успокоить тебя, то камера была пуста. Ты не представляешь, что я пережил! Чуть с ума не сошёл! Да, я безмерно виноват перед тобой, но эти твари виноваты ещё больше. О моей безумной ревности все прекрасно знали. Знали, что я не прощаю измен и жестоко за это караю. Вот они и просчитали, когда подбрасывали письмо, что в ярости я убью тебя, потому что, после того, как Миранда забеременела, Харвус понял, что это ты вмешался в их план и стал опасен для них. И не только из-за того, что ты «нюхач», а ещё потому, что слишком умён… -О, Ваше Величество, — насмешливо сказал Патрик, — наконец-то вы признали мои достоинства. Благодарю! А теперь, извините, я очень устал, да и слушать ваши семейные разборки мне совершенно не интересно. Но, перед тем, как навсегда распрощаться с вами, хочу кое-что добавить для полной ясности. Когда я исчез, все подумали, что вы убили меня. И заговорщикам, к их великой радости, больше нечего было бояться. Тогда-то герцог и приказал Харвусу отравить вас. Только они не знали, что к тому времени Марк уже дал вам моё противоядие. Так что, вы его должник. Помните об этом. Чтож, вот и конец этой трагикомедии! Граф Велейский повесил на плечо сумку, и, в сопровождении Марка, пошёл к выходу. -Постой, Риони! — Голос короля был полон муки и затаённой надежды.- Ты не можешь просто так уйти! Как мне жить дальше?! Я не могу поверить, что безвозвратно потерял тебя. Ведь всё можно исправить! Давай начнём сначала. Твои желания будут немедленно выполнятся, я буду носить тебя на руках, пылинки сдувать, лежать у твоих ног, как преданный пёс. Только не уходи. Ведь я люблю тебя, слышишь! Люблю! -Мне всё равно, — Патрик, не оборачиваясь, дёрнул плечом. -Понимаю! Тобой движет обида. Тебе надо успокоиться и всё взвесить. Только скажи, могу ли я надеяться, что со временем ты простишь меня? И, может быть, тогда… -Никогда! — Граф резко повернулся и смерил короля с ног до головы взглядом, полным отвращения.- Я хочу напрочь выбросить тебя из своей памяти, и теперь, утолив жажду мести, смогу это сделать. Король в отчаянном порыве бросился к Патрику, но тот брезгливо отшатнулся, а Марк тут же закрыл его собой. Эдгар замер на месте, бессильно уронив руки. Он чувствовал, как зародившаяся было надежда растаяла, оставив в душе грязную лужу из ярости, злобы и горького сожаления. Невыносимое чувство вины буквально душило его. Не разобрался, не выслушал, а сразу поверил мерзкому письму. Жестоко, по-звериному жестоко мучил невинного мальчика, пытаясь узнать имя мифического любовника. И ему, ослеплённому ревностью, было невдомёк, что молчал малыш не из упрямства. Просто не знал, что сказать. Плакал, умолял, стонал от невыносимой боли, дико кричал, и смотрел, смотрел на него своими огромными глазищами, в которых попеременно мелькали надежда, обида, недоумение, неверие, и в конце концов навсегда застыла лютая ненависть к своему палачу. И через столько лет она не угасла, а только сильнее разгорелась при их неожиданной встрече. А он, самоуверенный глупец, подумал, что эта ночь может быть судьбоносной. Убедил себя, что сможет вернуть своего мальчика. Недаром же провидение свело их вместе именно сегодня. Как он ошибся! Какое горькое разочарование! Ведь с самой первой минуты их неожиданной встречи он должен был понять, что прежнего Риони больше нет. Теперь же, с тоской глядя в эти непримиримые, враждебные глаза, Эдгар ясно осознал, что потерял его. Что же делать? Смириться, и жить дальше? Без него??? -Риони, клянусь, я накажу этих людей. Отомщу жестоко и безжалостно, как ты отомстил мне. -Я должен почувствовать вину перед тобой? — усмехнулся Патрик, в недоумении приподнимая изящно очерченные брови.- Или стыд? Ничего подобного ты от меня не дождёшься. Месть сладка, и я испил её нектар к своему полному удовлетворению. Эдгар, с горьким отчаянием осознав, что не достучится до заледеневшего сердца, отравленного ненавистью, отступил на несколько шагов, и, может быть, в последний раз окинул жадным взглядом гибкую фигурку. -Примите мою искреннюю благодарность, — поклонившись, глухо сказал он.- Риони, Марк. Вы спасли мне жизнь! Я этого никогда не забуду… Можно напоследок задать один вопрос? Ты имеешь право не отвечать на него, но окажи мне эту милость. Прошу! Скажи, Ричард мой сын? Патрик некоторое время смотрел в потухшие глаза короля. -Хотелось бы мне, чтобы сомнения терзали тебя всю жизнь. Но я не настолько жесток, чтобы заставить страдать ни в чём не повинного ребёнка. Ричард твоя кровь и плоть. Можешь мне поверить, потому что я знаю точную дату его зачатия. Марк тому свидетель. Голос графа был совершенно безжизненным, слова сухими, а лицо неподвижным, как маска, но в глазах будто сконцентрировались эмоции, которые он так тщательно пытался скрыть. В их сиреневой глубине можно было увидеть затаённую боль, ледяное презрение и неукротимую ненависть. У Патрика не хватило сил запрятать столь сильные чувства поглубже, и они мрачно полыхала в потемневших, чуть расширенных зрачках. Под этим пронзительным взглядом король невольно поёжился и отвёл глаза. Говорить что-либо ещё было бесполезно. А когда за спиной Риони неотвратимо хлопнула дверь, навсегда отрезая их друг от друга, Эдгар, вздрогнув, словно от удара, закрыл лицо руками, чувствуя, как по щекам текут слёзы. В эту горькую минуту Эдгар признался самому себе, что месть надменного графа Велейского за попранную любовь маленького Лучика блестяще удалась. Он потерял всё… По обе стороны двери стояли гвардейцы из личной охраны короля Эдгара. Бросив на них мимолётный взгляд, Патрик содрогнулся. Он узнал тех самых верзил, которые когда-то охраняли покои принца Риониеля, а потом помогали королю тащить в подвал до смерти перепуганного мальчишку. Как тесен мир! Граф натянул капюшон пониже и гордо прошествовал мимо, едва сдерживая порыв броситься бежать со всех ног. Паника всколыхнула в нём прежние страхи. Он с ужасом ждал, что вот сейчас, сию минуту, распахнётся дверь, и властный голос короля прикажет остановить его. И снова по телу будут блуждать грубые пальцы, причиняя боль, и снова поволокут куда-то в темноту, выламывая руки, и снова повторится весь тот кошмар, о котором он так хотел забыть… Но Патрик шёл по длинному коридору не сбиваясь с лёгкого, скользящего шага. Выработанная с годами привычка жёстко контролировать свои эмоции при посторонних, не позволяла ему сорваться. Только, когда он свернул за угол, силы покинули его. Граф, прерывисто дыша, прислонился к стене и зажмурил глаза. Он пытался справиться с приступом, но ноги предательски подкашивались, отказываясь держать его. Хотелось лечь на холодные плиты, свернуться клубком и забыть обо всём на свете. Не думать, не чувствовать, ни о чём не сожалеть. Сегодняшняя битва с прошлым выпила его до дна. На душе было мерзко, будто он разворошил кучу зловонных отбросов. Неужели это правда, что месть приносит удовлетворение, но не доставляет радости? Иначе, почему он чувствует себя не борцом за справедливость, а жестоким карателем? Не слишком ли большую цену он заплатил за свободу, если в дальнейшем его будут мучить угрызения совести? Тёплые руки легли на плечи, поддерживая и утешая. Прогоняя ледяной озноб вместе с тяжёлыми мыслями и сомнениями. -Марк! Марк! — прошептал Патрик, вжимаясь лбом в грудь друга. Туда, где тревожно билось преданное сердце.- Как же хорошо, что ты снова рядом. Я скучал по тебе. -Я тоже скучал, мой птенчик, — ласково сказал мужчина, легонько поглаживая юношу по спине.- Очень скучал! А теперь успокойся. Дыши глубже. Вот так. Молодец! Всё позади. Хороший мой, не надо изводить себя. Ты всё правильно сделал! Знаешь, я всегда восхищался тобой. Но сегодня ты превзошёл самого себя. Ты был просто великолепен! Патрик поднял голову и заглянул в ореховые глаза, полные отеческой гордости и любви. -Да, ладно! — смущённо улыбнулся граф.- Великолепен! Надо же! Хотя, мне лестно услышать твоё мнение. Спасибо! Он с облегчением чувствовал, что приступ отпускает его. В голове проясняется, а сердце перестаёт заполошно биться о рёбра. -Нет, правда! — тем временем продолжал Марк, внимательно следя за состоянием юноши.- Ты был на высоте! А анекдот в «тему»? Это нечто! Я чуть не подавился смехом. Друзья переглянулись и одновременно захохотали, легко, радостно, свободно… Продолжение следует…