Отблеск призрачной любви

Предсказание. Эдгар застывшим взором смотрел на закрывшуюся дверь, не в силах шевельнуться. Такого удара по самолюбию он не ожидал. Внутри всё клокотало от едва сдерживаемого гнева. Его, Великого Правителя, морально высек наглый мальчишка, вывернул на изнанку, вытряхнул всё «грязное бельё» личной жизни, оказавшейся до омерзения лживой. Короля душили горькое разочарование, лютая злоба и стыд за свою недопустимую слепоту, чуть не стоившую ему жизни. Как же тошно! Его предали. Над ним посмеялись. Его гордость уязвлена. Он унижен, раздавлен. А Риони? О, с каким злорадным удовлетворением высокомерный граф наблюдал, как барахтается в дерьме его бывший муж. С виду благополучная жизнь оказалась помойной ямой! И мальчишка окунул его туда с головой. -Ты этого хотел, мой мальчик? Ты этого добился! Поздравляю! Но, прислушавшись к себе, король понял, что не это так больно ранило его. Не из-за предательства близких людей плачет его душа. Да, обидно и горько. Да, отвратительная правда, которую он сегодня узнал, полоснула его острым ножом. Но не смертельно! Король готов пережить даже чувство позорного унижения, когда Риони продемонстрировал ему полную бесчувственность в ответ на его отчаянные мольбы. Разящий удар нанёс прощальный взгляд льдистых глаз, в которых плескалась жгучая ненависть, язвительная усмешка, мелькнувшая на нежно-розовых губах, да тихий стук закрывающейся двери, отдавшийся в ушах небесным громом. Хотелось завыть от тоски. Пошатываясь, он подошёл к двери и, приоткрыв створку, жадно смотрел, как по коридору плывёт изящная, почти воздушная фигурка, и как исчезает за поворотом, будто прекрасное наваждение. Его мечта. Его грёза. Его потерянная любовь. Исчезает навсегда. Больно! Как же мучительно больно! Однажды Риони сказал ему, что душевная боль может терзать человека гораздо сильнее, чем телесная. Раны заживут, а вот душа будет изнывать и корчиться от боли долго, очень долго. Может быть, всю жизнь. А он не поверил, посмеялся над бреднями глупого мальчишки, и только сейчас, чувствуя, как разрывается сердце от невыносимого горя, понял, насколько прав был его маленький принц. Но и этого карающей руке судьбы оказалось мало. Тяжкий груз вины и раскаяния обрушился на короля, безжалостно терзая душу. Перед глазами замелькали картины его издевательств над юным супругом. Как жестоко он играл с ним, как ломал и подчинял своей воле, наслаждаясь неограниченной властью над хрупким телом, не желая замечать, что лучистые глаза потускнели, губы перестали улыбаться, а меж соболиных бровей залегла страдальческая складка… А беспощадная расправа над невинным мальчиком, ставшим жертвой подлого заговора?! И ведь малыш пытался ему что-то объяснить, о чём-то предупредить, но чудовищный эгоизм и бешеная ревность лишили его способности здраво мыслить. Он ничего не желал слушать, целиком подчинившись слепой ярости. И этой проклятой ночью король до последнего момента не верил словам Риони, пока Харвус всё не подтвердил. А почему? Может, гордыня не позволяла согласиться с тем, что сопливый мальчишка оказался дальновидней, прозорливей, даже умней его, мудрого короля, каким он считал себя. Сумел раскрутить клубок заговора, и, как бы не горька была истина, как бы не жёг его стыд, но Эдгар вынужден признать, что Риони спасал ему жизнь тогда, семь лет назад, и спас теперь, несмотря на все страдания, которые перенёс по его вине… И что же теперь делать? Покорно принять выставленные ему условия, потому что дал клятву, по сути, вырванную у него под давлением обстоятельств? Нет-нет! Он не в силах согласиться с тем, что проиграл дерзкому котёнку, оставившему в сердце незаживающие следы своих острых коготков. Что делать?! Смириться и, скуля от боли, отползти в сторону?! Позволить маленькому бунтарю спокойно почивать на лаврах?! Никогда!!! Он не привык отступать! Не привык проигрывать! Этот дивный цветок нужен ему, как воздух. И он сделает всё, чтобы вновь завладеть им. Поёдёт на всё! Даже на клятвопреступление! Король он, или пёс побитый… -Нет, малыш, ещё ничего не закончено, — как в бреду шептал Эдгар, прислонившись к двери пылающим лбом.- Я сделаю всё, чтобы вернуть тебя. И ты снова будешь извиваться в моих руках и ублажать мой слух стонами огненной страсти. Я сумею растопить твой лёд и пробудить твою чувственность. Окружу тебя такой любовью, нежностью и лаской, что ты забудешь о своей ненависти ко мне… Тут до слуха короля донёсся весёлый смех, и он, вздрогнув, как от удара, скрипнул зубами. -Празднуй победу, мой котёнок, веселись… пока. Дыши воздухом свободы. Совсем скоро ты будешь задыхаться от желания и раздвигать передо мной свои стройные ножки. Тебе не улизнуть от меня. Вот разберусь с предателями, наведу порядок во дворце и вплотную займусь твоим триумфальным возвращением на родину. В любви, как на войне, все средства хороши, и я найду способ обойти эту дурацкую клятву… Вдохновлённый этими мыслями, Эдгар широко распахнул двери и приказал одному из гвардейцев, стоявших на карауле, предупредить свиту, что сегодня они отбывают домой. -Да, — вспомнил он о Харвусе, который так и сидел на полу, покачиваясь из стороны в сторону и безумно улыбаясь, — забери отсюда эту кучу дерьма, да поосторожней. Он мне нужен живым. Глаз с него не спускай. -Слушаюсь, мой король! — гаркнул здоровяк, и тут же, понизив голос, несмело прогудел, преданно глядя на своего повелителя.- Так это правда, что, как вы и предполагали, Ледяной Цветок и есть принц Риониель? -Правда! А вы разве не узнали его? -Да его невозможно узнать, Ваше Величество! Он так изменился! Это будто совсем другой человек. -Это верно! Но об этом пока никто не должен знать. И о том, что вы сегодня услышали, тоже молчок. Ясно? -Немы, как две могилы, Ваше Величество! — рявкнул второй гвардеец, ударяя себя кулаком в грудь. -Хорошо, — одобрительно усмехнулся Эдгар.- Вы будете щедро вознаграждены за верность. Когда Харвуса уволокли, Эдгар упал на кровать, сжимая гудящую голову руками. Бешеная злоба с новой силой накатила на него. Никого нет рядом. Одна надежда на этих тупых гоблинов, что ли? А где же друзья? Нет их! Все его бросили! Все, кому он безгранично доверял, обманывали его! Вокруг одни предатели! Ни на кого нельзя полагаться! Жена наставила ему рога. Потаскуха! Любовник строил козни за его спиной и едва не угробил. Мерзавец! Николас, друг детства, так и не вернулся ко двору. Не простил за Риони. В этом братцы похожи. Оба через чур принципиальны и злопамятны. Стервецы! Марк, наставник, учитель, Главный камердинер короля, его доверенное лицо, и тот бросил в трудную минуту, ушёл, даже не оглянувшись. Негодяй! Рейнгольд! Тоже близкий друг, да ещё и родственник, стал соперником. Уж точно положил глаз на Риони. От сказочной красоты мальчишки у любого голова пойдёт кругом, а слюни потекут ручьём. Крутится, небось, вокруг него, подарками заваливает, нежные словечки на ушко шепчет, ручки целует… Кобель! Король в ярости ударил кулаком по спинке кровати и зашипел от боли. А ещё тайна, как Риони удалось сбежать, так и не раскрыта, и мучает Эдгара все эти годы, заставляя страдать его самолюбие. Ясно, что кто-то увёл мальчишку прямо из-под носа повелителя, тем самым нагло посмеявшись над ним. Но кто на такое осмелился?! Когда малыш каким-то образом исчез из запертой камеры, следователи Тайной Канцелярии провёли тщательное расследование. Безрезультатно! Никто ничего не знал, не видел, не слышал. Но чутьё подсказывало королю, что дело не обошлось без сговора, и участвовали в нём Николас, Марк и, наверняка, кто-то ещё. Но никаких доказательств их причастности у Эдгара не было. Николас, после их бурной ссоры, как уехал из страны, так больше и не возвращался. По крайней мере об этом ему докладывали с пограничных застав. Врали? Марк безвылазно сидел в Охотничьем замке, опекая королеву, которая должна была вот-вот родить. Покрывали? Король был уверен, что это они каким-то хитроумным способом увели мальчишку у него из-под носа, но все, начиная от придворных и заканчивая слугами, даже если что-то и знали, хранили упорное молчание. Да только цепкий взгляд короля иной раз улавливал скрытое облегчение, мелькавшее в их глазах. Он понимал, что эти люди, осуждая его за жестокость, радовались побегу Лучика. От этого Эдгар ещё больше бесился. Предатели! Изменники! Обманщики! Все! Поголовно! Столько лет беглого мужа искали самые опытные сыщики, тайные шпионы, нанятые охотники за головами, и всё впустую. Мальчишка как в воду канул. Король уже потерял всякую надежду, но поисков не прекращал. И вот, совсем недавно, к нему на приём явился начальник Тайной Канцелярии, барон Норберг, с важным донесением, и сообщил, что его шпион, уже давно внедрившийся в штат прислуги во дворец короля Рейнгольда, вроде как напал на след принца Риониеля. Однако, сильно сомневается, что это именно он, но счёл нужным доложить о своих предположениях начальству. Дело в том, при дворе короля вот уже несколько лет блистает некий граф Велейский. Он гениальный Целитель с магическими способностями, Герой войны, имеющий высшие государственные награды, хозяин богатого поместья, подаренного ему за личные заслуги перед страной, а главное, необыкновенный красавец. По наблюдениям шпиона, граф ведёт себя довольно странно. Живёт почти затворником в своём поместье, а если появляется на многолюдных балах или приёмах, то в неизменном лекарском балахоне, пряча лицо под капюшоном. Такое впечатление, что он чего-то опасается. Это вызвало подозрения опытного шпиона. Кого боится легендарный герой? Или не хочет, чтобы его узнали? Вот он и подумал, а не пропавший ли это принц? Но смущают некоторые факты. У графа белоснежные волосы. Он чрезвычайно суров, замкнут и холоден. Никогда не улыбается. Высокомерен и неприступен. В народе его прозвали «Ледяным Цветком». Поэтому практически невозможно опознать в этом, будто замороженном человеке полного жизни золотоволосого мальчугана. У Эдгара тогда чуть сердце не остановилось. Надежда вспыхнула с новой силой. Ему надо срочно увидеть этого графа! Уж он-то узнает своего малыша, с первого взгляда узнает! Годы и обстоятельства меняют внешность людей, но сердце не обманешь, а оно подсказывало королю, что он нашёл своё драгоценное сокровище… Эдгар сразу узнал своего мальчика, хотя и был в горячечном бреду. Сначала он уловил ни с чем не сравнимый запах. Нежный, тонкий, изысканный. Такой невинной чистотой и свежестью может пахнуть розовый бутон, готовый вот-вот раскрыться. И король тут же понял, что это его Риони. Несмотря на водопад белых волос, искрящихся, как иней под зимним солнцем. Несмотря на твёрдо сжатые губы, забывшие об улыбке, несмотря на стальной блеск глаз, из которых исчез тёплый свет, несмотря на неподвижное, словно выточенное изо льда, лицо, лишённое каких-либо эмоций. Но это был он! Повзрослевший, ещё более утончённый, ещё более неотразимый, ещё более желанный… и совершенно чужой, далёкий, холодный, словно яркая звезда в бездонном небе. Светит, но не греет! Кажется такой близкой, а не дотянешься… Немудрено, что целая армия ищеек столько лет не могла отыскать Лучика. Кто узнает в этой обжигающе ледяной статуе, окутанной, будто саваном, снежной метелью волос, жизнерадостного, улыбчивого, добродушного мальчика, от которого исходило мягкое солнечное тепло? Только тот, кто держал в объятиях это прекрасное тело, восхищаясь его совершенством, упиваясь его дивным ароматом. Эдгар закрыл лицо руками и глухо застонал. А Патрик и Марк, тем временем, разошлись в разные стороны, договорившись встретиться через час на заднем дворе у королевской конюшни. Граф предложил ехать верхом, опасаясь, что после такого обильного снегопада карета просто застрянет в сугробах. Да и погода наладилась. Метель ушла, а на смену ей наступило морозное утро с высоким чистым небом и ярко сияющим солнцем. Острое желание поскорее покинуть дворец, охватило юношу. Вскочить на резвого скакуна, помчаться во весь опор, полной грудью вдыхая холодную свежесть и, наконец-то, ощутить себя свободным от груза прошлого. И Ледяной Цветок, забыв о своём статусе, чуть не вприпрыжку, побежал переодеваться. Правда, немного тяготило то, что надо попрощаться с Рейнгольдом. Уехать просто так было бы в высшей степени неучтиво. Уже в дорожном костюме, в своей роскошной шубе, с сумкой через плечо, Патрик, постучав, вошёл в кабинет короля. Рейнгольд, увидев своё прекрасное наваждение, бросился к нему навстречу, радостно улыбаясь… Прощание получилось неловким и поспешным. Патрику было больно видеть, как сияющие глаза молодого мужчины померкли, когда тот увидел, что любимый одет по-дорожному и полностью готов к отъезду. Задерживать графа у короля не нашлось причин, и он, смирившись, печально опустил голову. Патрик быстро доложил, что король Эдгар жив и абсолютно здоров. Рейнгольд выдавил из себя слабую улыбку и благодарно кивнул. Юноша, пряча глаза, поклонился и выскочил за дверь. Его невероятно тяготила аура тоскливого разочарования и обречённости, окружившая короля, но ему нечем было утешить несчастного влюблённого. Нечем! Сердце прекрасного графа молчало, лишь дружеское сострадание слегка шевельнулось где-то в самой глубине остывшей души. Да горькое понимание того, что, вероятно, он уже никогда не сможет кого-нибудь полюбить… И вот по уже очищенной от снега центральной улице, с гиканьем и свистом, летела кавалькада всадников. В центре, окружённые десятком королевских гвардейцев в сияющих на солнце доспехах, мчались граф Велейский и Марк Кенти. Патрик ехал на ослепительно белом жеребце, и они смотрелись настолько гармонично, словно были созданы друг для друга. Прохожие низко кланялись юному красавцу и приветливо улыбались, подолгу глядя ему вслед восторженными глазами. Стражники на воротах вытянулись, расправив плечи, и в знак приветствия подняли копья. Граф на прощанье взмахнул изящной рукой, затянутой в лайковую перчатку, и живописная группа скрылась за снежным вихрем, поднятым мощными копытами лошадей. Город остался далеко позади, а всадники продолжали мчаться, не сбавляя скорости. Занесённая снегом дорога едва угадывалась, но сильные лошади с лёгкостью преодолевали сугробы, и только отфыркивались от снежной пыли, поднимавшейся вокруг них. Марк первое время оглядывался по сторонам, но однообразная картина бескрайних полей с одной стороны и бесконечного леса с другой вскоре утомила его. Всё было покрыто снегом, и только высоко поднимавшиеся дымки, видимые издалека, говорили о том, что где-то находится дома, или крестьянские хутора. Мужчина заскучал. По дороге друзьям не удалось перекинуться даже несколькими словами. Быстрая скачка не способствовала задушевному разговору, поэтому граф, заметив уныние друга, ободряюще улыбнулся и, сквозь лязг оружия охраны, гулкий топот копыт, звонкий хруст снега и ветер, свистевший в ушах, прокричал: -Ещё два-три часа, и мы будем дома! Потерпи! -Хорошо, Ваша Светлость, — с добродушной усмешкой откликнулся Марк.- Потерплю! Патрик кивнул головой, пришпорил коня, вырываясь вперёд, и отпустил поводья. Жеребец радостно заржал, почуяв свободу, и стремительно полетел навстречу ветру, гордо вскидывая точёную голову. Марк с тревогой смотрел на взбалмошного мальчишку, так безрассудно игравшего со смертью. Он понял, что граф специально устроил это представление, чтобы развлечь его. Вот паршивец! Ведь стоит коню оступиться, и всадник вылетит из седла. -Что он вытворяет! — в страхе воскликнул мужчина, глядя, как Патрик, раскинув руки, словно птица крылья, что-то звонко прокричал. -Всё в порядке, господин, — поспешил успокоить Марка командир отряда, делая знак своим людям придержать лошадей.- Наш граф непревзойдённый наездник. Видели бы вы, какие скачки они устраивают с Его Величеством, когда выезжают на верховую прогулку. Глядя на них, аж дух захватывает! Правда, это происходит всё реже и реже. А жаль! Ведь именно в такие моменты его можно увидеть настоящим… живым… Мужчина сокрушённо покачал головой, а Марк, покосившись на него, лишь молча кивнул, не желая обсуждать своего принца с незнакомым человеком. Немного успокоившись, он с умилением наблюдал за расшалившимся мальчишкой, и искренне радовался, что с него, похоже, спал груз прошлого. В нём пробуждался прежний Лучик, окружённый тёплым светом искренней доброты и участия, которого он узнал и навсегда полюбил семь лет назад. Смотреть в неестественно стылые глаза надменного графа, такого чужого, холодного, отстранённого, было для Марка сущей пыткой. Но теперь, так изящно отомстив Эдгару, Риони будто возродился. В нём, наконец, проснулись его прежние качества, которые очаровывали окружающих: весёлое озорство и ребячливость, лукавый взор и открытая улыбка, так свойственные бесшабашной юности. И тут, словно в подтверждение мыслей мужчины, до него донёсся звонкий голос. Марк прислушался. О, небеса! Патрик пел!!! -Мне хочется белого снега, Морозного синего дня. Чтоб кони лихие с разбега В поля уносили меня. Чтоб ветер свистел за плечами, А я синеву рассекал, И пел о ямщицкой печали Весёлым своим рысакам. Чтоб птицами кони летели, Быстрее, быстрее и вдруг Все беды в метель улетели, Лишь чистое поле вокруг. Мне хочется белого снега, Морозного синего дня, Чтоб кони лихие с разбега В мечту уносили меня. Граф махнул рукой, и грянул нестройный хор мужских голосов, заоравших во всю глотку: -Белый, белый, белый снег, ветер за плечами. Белый, белый, белый снег, снится мне ночами. Белый, белый, белый снег, кони мои — птицы. Белый, белый, белый снег, мне ночами снится… Гвардейцы самозабвенно подпевали, всецело отдавшись заразительному задору искромётного красавца. Марк, естественно, не остался равнодушен к всеобщему веселью, и тоже с удовольствием подпевал, не спуская с Патрика счастливых глаз… Нарезвившись, граф поднял жеребца на дыбы, и тот игриво закрутился на месте, грациозно перебирая задними ногами, будто танцуя, встряхивал роскошной гривой, громко фыркал, раздувая трепетные ноздри. Зрелище было настолько захватывающе красивым, что гвардейцы, не сдержавшись, одобрительно засвистели, а юноша довольно рассмеялся, сверкнув белоснежными зубами, и отвесил шутливый поклон. -Представление окончено, господа! — крикнул он, легонько хлопая коня по крупу, — Спасибо за поддержку. Вы отлично поёте! А теперь, вперёд! Дома меня уже заждались. И всадники, пришпорив лошадей, помчались дальше. А Марк смотрел на хрупкого всадника и довольно улыбался. Как хорошо, что всё так удачно закончилось! Риони, благодаря тонкому уму и стечению обстоятельств, избавился от бывшего мужа, кажется, навсегда. Вот теперь и радуется, как дитя… Но через некоторое время мужчина глубоко задумался, хмуря брови. А ведь всё могло быть иначе! Марк-то знал, кто скрывается под именем графа Велейского. Об этом ему сообщил Николас через голубиную почту. Друзья продолжали поддерживать связь, поэтому он был в курсе основных событий в жизни Риони. И то, что мальчишка ввязался в войну, вместо того, чтобы тихонько сидеть в своём медвежьем углу, тогда сильно встревожило мужчину. Что им двигало? Какие на то были причины? В крохотных посланиях, которые Марк получал от Николаса, много не напишешь. Но факт остаётся фактом! Этот мелкий авантюрист попёрся на войну! О чём он только думал?! Ведь мог погибнуть, или попасть в плен, да, наконец, что не менее страшно, раскрыть своё инкогнито. Эдгар не терял надежды вернуть своего беглого мужа, рассылая ищеек во все концы света. А он тут, почти под самым носом! Но в этом и была заключена сущность Риони, — всегда приходить на помощь другим, совершенно не думая о себе. Без страха, без оглядки, без сомнений. Ну что за отчаянный мальчишка! Он должен был понимать, что рано или поздно его вычислят. Людей заинтересует таинственный целитель с мощным магическим даром, так неожиданно появившийся рядом с королём Рейнгольдом буквально из ниоткуда. Такие неординарные личности, как он, никогда не остаются в тени. Собственно, чего Марк боялся, то и произошло. Какой-то рьяный соглядатай сложил два и два, сообщил кому надо о своих умозаключениях, и король Эдгар на крыльях любви помчался в Аквианию. Если бы не Клятва Чести, неизвестно, во что это могло вылиться. Но, слава Богам, всё самое страшное позади! Марк встрепенулся, отбрасывая навязчивые мысли, и снова улыбнулся. Что случилось, то случилось. Всё в прошлом. Лучше подумать о чём-нибудь приятном. Вот, например, находясь во дворце короля Рейнгольда, ему довелось пообщаться с его обитателями, и к своему великому удивлению, он не услышал о графе Велейском ни одного дурного слова. А это так несвойственно придворной жизни с её сплетнями, домыслами, слухами. Однако, из их болтовни Марк узнал много интересного. Оказывается, Рейнгольд безнадёжно влюблён в Риони… тьфу, Патрика (надо привыкать к новому имени мальчика), и относится к нему с трепетной нежностью и обожанием, а среди близкого окружения короля, Патрик был не одним из многих, а единственным из всех, к кому Его Величество так искренне благоволил. Но своенравный граф не принимал любовь повелителя. Его сердце оставалось холодным. А какая могла быть прекрасная пара! Жаль. Хотя, Марк понимал, что после тех мук, какие перенёс мальчик, после такого сокрушительного разочарования в любви, он никому не доверял, и, тем более, не хотел ни от кого зависеть. Высокородные аристократы тоже неоднократно пытались покорить неприступного красавца, но тщетно. Им так же не везло, как и королю. Наверное, поэтому Патрика и стали называть Ледяным Цветком. Однако равнодушие графа ни в ком не вызывало неприязни, или обиды. Слишком многие были обязаны ему собственной жизнью, или жизнью своих близких. А подобное не забывается! Патрика боготворят, считая его чуть ли не легендарным героем. Эхо страшной войны ещё не утихло в сердцах аквианцев. Они часто вспоминают о её ужасах, о жестоких боях под стенами осаждённого города, о жутких криках тяжело раненых, о реках пролитой крови. И тут же речь опять заходила о Патрике. Как самоотверженно этот хрупкий мальчик, практически без сна и отдыха, спасал воинов, поднимал на ноги умирающих, и они снова шли на стены, чтобы отражать атаки врага. И сейчас, в мирное время, граф продолжает исцелять всех, кто к нему обращается за помощью. И даже на личные средства открыл по стране сеть аптекарских лавок, где по грошовым ценам продают изготовленные им чудодейственные снадобья. Нет, ничего плохого о Ледяном Цветке не услышал Марк. Только восхищение, благодарность и безграничное уважение сквозило в рассказах людей. И гордость переполняла сердце мужчины. Отважный маленький птенчик оставался верен себе… -Эй, господин Кенти, — раздался насмешливый голосок.- Уснул что ли? Зову, зову, а ты не откликаешься. Марк вздрогнул, возвращаясь в реальность. -Извините, Ваша Светлость! Задумался. -Бывает! А мы уже почти дома! Мужчина только сейчас заметил, что они свернули с дороги и ехали по аллее, обсаженной молодыми стройными липами. Осмотревшись, он восхищённо присвистнул. Деревья клонили гибкие ветви, запорошённые снегом, образовывая ажурную арку, которую пронизывали яркие солнечные лучи, и белый покров искрился, словно алмазные россыпи. Аллея вела к каменному мосту с высокими коваными перилами. Он был перекинут через реку, бурным потоком несущую свои незамерзающие воды. Волны бурлили и пенились на перекатах, гулко бились о сваи моста, поднимая сверкающие на солнце брызги. На противоположной стороне раскинулась долина, в центре которой стоял прелестный замок с резными башенками, высокими стрельчатыми окнами, изящными балконами и эркерами. Вокруг, куда хватало глаз, были разбросаны дома, окружённые деревьями и кустарником. В отдалении виднелась живописная гряда холмов, поросших густым лесом. Прямо за холмами возвышался горный хребет, величественно поднимая к небу сияющие на солнце снежные пики. Горы уходили в обе стороны, полукругом опоясывая долину, и скрывались за горизонтом, подёрнутым сизой дымкой. Всё это смотрелось настолько нереально красиво, что дух захватывало. Будто оказался в волшебной зимней сказке! Видя, какое впечатление произвело на Марка увиденное, Патрик тихо засмеялся и, остановив коня у въезда на мост, горделиво обвёл рукой свои владения. -Великолепно, правда? Сам не устаю любоваться! А летом здесь всё утопает в зелени и цветах. Сами увидите, господин Кенти. Вы влюбитесь в этот край, ставший моим новым домом. А теперь и вашим! И граф, слегка тронув бока жеребца коленями, помчался по мосту. Марк был настолько тронут последними словами Патрика, что не сразу последовал за ним. Он переждал, пока высохнут навернувшиеся на глаза слёзы, и медленно двинулся за обогнавшими его гвардейцами. Мужчина наблюдал, как из домов, стоявших вблизи от главной дороги, выходили люди и приветливо махали руками. Ребятишки бежали за всадниками, звонко вереща, а которые постарше чинно кланялись, без раболепства, с уважением. На все эти знаки внимания граф кивал головой, сдержанно улыбаясь. -Вот так каждый раз, — сказал он поравнявшемуся с ним Марку.- Я изредка уезжаю от силы на день-два, а встречают, будто меня не было год. Чувствую себя неловко. -Да бросьте, Ваша Светлость! Народ любит вас. Я уверен, что все эти почести вы заслужили сполна. Наверняка со всеми проблемами бегут к вам, и вы их решаете по справедливости и к общему благу. За это и уважают. Гордиться надо, а не смущаться! Щёки графа окрасились нежным румянцем, а мужчина довольно улыбнулся. Ему очень нравилось всё, что он видел, и в его душе расцветала надежда на счастливую жизнь в этом чудесном месте, рядом с Патриком, к которому он прикипел душой. Среди этих простых, открытых людей, смотревших на своего господина с искренним обожанием. А как же иначе? Такие создания, как он, притягивают к себе сердца, вызывая в них светлые, самые нежные чувства. Во всяком случае, Марк испытал на себе всю силу обаяния этого необыкновенного мальчика, ставшего для него сыном… Друзья остановились у подножья широкой лестницы, ведущей к главному входу в замок и спешились, бросив поводья подбежавшим слугам, а гвардейцы, выполнив свой долг по благополучной доставке Его Светлости домой, попрощались и тронулись в обратный путь. Капитан на ходу перехватил большую корзину, поданную ему поварёнком, из которой одуряющее пахло свежими пирогами. Марк едва не подавился голодной слюной. -По дороге перекусят. От выпечки нашей кухарки никто не в силах отказаться, — хихикнул Патрик и пояснил в ответ на удивлённый взгляд друга.- Неоднократно предлагал им отдохнуть, пообедать. Я чту законы гостеприимства. Но они всегда отклоняли мои приглашения. Оказывается, Рейнгольд волнуется за меня, поэтому ждёт доклада о том, что со мной всё в порядке. Вот ребята и торопятся успокоить Его Величество. -Слышал, влюблён он в тебя по уши, а ты его отшиваешь. Юноша дёрнул плечом, недовольно нахмурившись, и только хотел что-то сказать, как на него стремительным ураганчиком налетел очаровательный золотоволосый малыш и, радостно вскрикнув, повис на шее, болтая в воздухе ножками. Огромные изумрудные глаза в обрамлении невероятно длинных тёмных ресниц сверкали, словно драгоценные камни, а пухлые розовые губки счастливо улыбались. Патрик опустился на колени и обнял хрупкое тельце. Его лицо осветилось такой любовью и нежностью, что у Марка защемило сердце, и он снова едва удержал навернувшиеся слёзы. Мужчина про себя хмыкнул. Похоже, рядом с Патриком он буквально тает, раз его глаза постоянно на мокром месте. -Па, где ты был? — тем временем тараторил мальчонка.- Я проснулся утром, а тебя нет. Мама Агнесс сказала, что тебя вызвали к королю. Он заболел? А ты его вылечил? Теперь всё хорошо, правда? И ты будешь дома, да? А это кто? — и указал пальчиком на Марка.- Я не знаю этого дядю. Он тоже твой друг? Он насовсем, или погостить? Граф засмеялся, чмокнул сына в щёчку и, легко поднявшись на ноги, закружился на месте, крепко прижимая к груди своё сокровище. Ребёнок пищал от восторга и звонко хохотал, откинув голову и встряхивая золотыми локонами, как расшалившийся жеребёнок гривой. Запыхавшись, Патрик поставил сына на нижнюю ступеньку и пригладил ему растрёпанные волосы. -А теперь, молодой человек, — строго сказал он, — быстро продемонстрируйте нашему гостю своё хорошее воспитание, а то он подумает, что вы полный невежа. -Рад видеть вас в нашем доме, — чопорно проговорил малыш, лукаво косясь на отца.- Позвольте представиться. Эмиль! И протянул ручонку, которую Марк осторожно пожал. -Очень приятно. Марк Кенти! -Марк Кенти! Марк Кенти! — заворожённо прошептал мальчик, с восхищением глядя на мужчину.- Тот самый герой, который вытащил Па из страшного подземелья?! Ух ты! Марк перевёл ошеломлённый взгляд на Патрика. -Он всё знает, — пожал плечами граф.- Зачем лгать, когда можно просто сказать правду. А кто предупреждён, тот вооружён. Не так ли? -И долго вы там будете топтаться? — раздался сверху властный женский голос.- Быстро в дом! Пора обед подавать, а никого не дозовёшься… Марк поднял голову. На верхней площадке, возле настежь раскрытых дверей стояла красивая женщина лет сорока, кутаясь в вязаную шаль. -Пойдём скорее, — шепнул Патрик.- Это Агнесс, наша домоправительница, а по совместительству приёмная мать Эмиля и знахарка. Очень серьёзная женщина. У неё не забалуешь! Эмиль стремглав помчался по лестнице, ловко перепрыгивая через две ступеньки. Друзья только хотели последовать за мальчиком, как сзади раздались весёлые голоса. -Эй, подождите нас! -Лучше получить головомойку вместе, чем по отдельности! -Конфетка, слуга сказал, что ты привёз гостя! Граф и Марк обернулись. К ним спешили рыжеволосый великан и два пожилых человека, высоких и статных. Мужчина отметил про себя, что за эти годы они ничуть не изменились. А ведь прошло долгих семь лет! -О, Боги! Никак это господин Кенти!!! — одновременно завопили они, со всех ног бросаясь к Марку. Крепкие объятия, радостные восклицания, смех и слёзы сопровождали встречу друзей… Вскоре все сидели в уютной столовой, с аппетитом уплетая жаркое из дичи. Большой круглый стол ломился от разнообразных блюд, но Марка поразило обилие свежих овощей, зелени и разнообразных фруктов, вплоть до янтарного винограда. Но пирог с малиной, поданный на десерт, добил его окончательно. -Откуда такое роскошество среди зимы? — тихо спросил мужчина, склонившись к сидевшему рядом Патрику. -Потом расскажу, — загадочно улыбнулся граф, лениво ковыряясь в своей тарелке.- Перейдём в гостиную, там и поговорим. А пока угощайся, мой друг. Агнесс не любит, когда болтают за столом. Она считает, что пища лучше усваивается, когда на ней полностью сосредоточены. Так-то! И, под строгим взглядом женщины, закашлялся в салфетку, скрывая смешок. -Да она у вас прямо генерал в юбке, — пробормотал Марк, уткнувшись в тарелку. -Не то слово! Привыкай! Но поговорить друзьям так и не удалось. После обеда Агнесс отправила всех по своим комнатам. -Патрик, мальчик мой, тебе надо поспать, — начала давать указания женщина.- У тебя глаза закрываются. Видно, что ночь тяжёлая была. Эмиль, сынок, иди к себе и тоже поспи. Ты рано сегодня поднялся. Питер, в кузню больше не ходи. Хорошенько помойся и отдыхай, а я скоро к тебе присоединюсь. Плохо спала нынче. Как за Патриком приехали, так и глаз не сомкнула. Джон, Джек, тоже идите мыться. От вас конюшней пахнет. И по кроваткам, обед переваривать. Всем всё ясно? Марк с улыбкой смотрел вслед друзьям, которые покорно затопали из столовой. На пороге Патрик оглянулся и, озорно подмигнув, скорчил нарочито недовольную гримасу, за что получил полотенцем по попе. -Ты мне тут не устраивай театр одного актёра, сорванец! А ну живо в свою комнату, — грозно сказала домоправительница, замахиваясь для очередного шлепка, — и чтоб был в постели. Проверю! Граф пискнул и поспешно выскочил за дверь, а Марк с трудом сдержал смех, настолько забавно всё это выглядело. Агнесс с нежностью посмотрела вслед юноше и повернулась к гостю. -Простите, господин Кенти! Не подумайте, что я какая-то вредная грымза. Просто, если Патрик уезжает на вызовы, мы все очень нервничаем. Ведь всё может случиться! Вот и в этот раз никто из нас ночью не спал, поэтому и отправила всех отдыхать. А с этим несносным мальчишкой, вообще, вечно приходиться воевать! Совсем не бережёт себя. А уж как засядет в лаборатории, его оттуда чуть ли не силой выковыриваешь. Мало спит, плохо ест, всё какие-то дела у него важные… О-хо-хо… -Мне это так знакомо, госпожа Агнесс! — Марк тепло улыбнулся.- Малыш всегда был таким…э… увлечённым. С головой погружался в свои занятия, забывая обо всём на свете. За столько лет ничего не изменилось, он остался прежним. И, поверьте, я очень этому рад! А то, что у него такая заботливая и любящая мама, просто замечательно. Работа работой, но отдыхать тоже надо. Вы всё правильно делаете. Агнесс внимательно посмотрела на мужчину и удовлетворённо кивнула. -Вы именно такой, каким я вас и представляла. Умный, благородный, надёжный… Спасибо за понимание! Вижу, вы на моей стороне, значит, вместе будем следить за этим непоседой. А теперь пойдёмте, господин Кенти, я покажу вам ваши покои. Они вышли в холл, поднялись по мраморной лестнице, прошли по коридору, застеленному ковровой дорожкой и остановились у высоких двустворчатых дверей с резными ручками. -Надеюсь, здесь вам будет удобно, — Агнесс ласково улыбнулась.- Располагайтесь и чувствуйте себя, как дома. Я очень рада, что вы будете жить с нами, господин Кенти. Теперь мы, — ваша семья. Марк в изумлении поднял брови. -Я чувствую незаживающую рану в вашем сердце, — женщина грустно покачала головой.- Вы потеряли своих близких и до сих пор оплакиваете их. Но здесь, среди друзей, вы не будете одиноки, и ваше горе постепенно обернётся светлой печалью. Поверьте мне. -Спасибо на добром слове, госпожа… -Агнесс! Зовите меня Агнесс. -А меня Марк. -Хорошо, Марк. Отдыхайте! В ваших покоях есть всё необходимое. Ужин у нас в восемь часов. Прошу не опаздывать! Женщина снова сделала строгое лицо, но её глаза светились искренней добротой. -С этими мужчинами только так и надо, — проворчала она, неспешно плывя по коридору.- Как дети, право слово. Не уследишь, и будут носиться целый день голодными… Марк, ощущая, как внутри разливается мягкое тепло, улыбнулся и зашёл в комнату. Остановившись на пороге, он с любопытством осмотрелся. Это была гостиная, которая не блистала роскошью, но поражала изысканной простотой и удобством. За приоткрытой дверью, куда мужчина не преминул заглянуть, оказалась не менее уютная спальня в приятных для глаз нежно-зелёных и светло-коричневых тонах. У противоположной стены, по бокам книжного шкафа, находились дверцы, одна из которых вела в гардеробную, а другая в туалетную комнату, облицованную бело-золотистой плиткой. Посередине был неглубокий бассейн, наполненный водой, исходящей паром. Не долго думая, Марк скинул одежду и окунулся в горячую воду, застонав от блаженства, а через полчаса растянулся на мягкой постели. Похоже, этот дивный замок и вправду будет ему домом, а его обитатели, — новой семьёй. Это была последняя мысль перед тем, как мужчина погрузился в сладкий сон… Когда Марк вошёл в столовую, все уже были в сборе, но за стол не садились, будто чего-то ожидая. Патрик сидел на диване, держа на коленях сына, и они о чём-то шептались, а заметив гостя, замахали руками, приглашая присоединиться к ним. Питер и братья приветственно кивнули, а Агнесс, оторвавшись от созерцания сервировки стола, ласково улыбнулась. Марк едва успел присесть, как Эмиль тут же перебрался к нему и защебетал, прижимаясь тёплыми губками к уху: -Па сказал, что вы будете учить меня драться на мечах. Правда, здорово! Ездить верхом и стрелять из лука я уже почти умею. Дедушки со мной занимаются. А вот управляться с мечом им тяжело. Они говорят, что у них нет прежней сноровки и ловкости. Старыми притворяются! Мужчина удивлённо посмотрел на Патрика, но тот лишь пожал плечами. -Малыш хочет стать воином, чтобы защищать свою семью. Могу ли я препятствовать его желанию? -Разве он не унаследовал твой дар? — Марк перевёл взгляд на изящные руки Эмиля и скептически покачал головой, не представляя, как эти тонкие пальчики будут держать меч. -Нет! Но у него есть другие способности, не менее удивительные… Тут дверь распахнулась, и в столовую торопливо вошли трое незнакомцев. Впереди шёл мужчина средних лет, за ним следовали два молодых парня. Пахнуло морозной свежестью и запахом хвои. Эмиль радостно вскрикнул и, раскинув руки, бросился навстречу гостям. Стало шумно и весело. Мужчины со смехом тискали мальчика, перекидывали его из рук в руки, а он звонко хохотал, дрыгая ногами. -Так! — раздался строгий голос, от которого все моментально присмирели.- Поставьте ребёнка на место, и быстро к столу! Мы вас заждались. Уже волноваться начали. -Просим прощенья за опоздание, — пробормотал самый молодой, юноша лет семнадцати, и смиренно опустил голову, пряча озорной блеск глаз. Все дружно уселись за стол, а граф тронул Марка за руку, и тот остался стоять, с любопытством поглядывая на незнакомцев. Те отвечали ему не менее заинтересованными взглядами. -Марк, — сказал Патрик, тепло улыбнувшись, — позвольте представить вам людей, которые являются неотъемлемой частью нашей большой, дружной семьи. Это Арон Фоул, староста. Это Жан Фоул, лучший охотник и следопыт. Это Роберт, виконт Коултер, мой приёмный сын и наследник. Он помогает мне управлять поместьем, и у него это отлично получается. А это, мои дорогие, Марк Кенти… -Тот самый?! — одновременно воскликнули все трое, с искренним восхищением глядя на поражённого Марка, понявшего, что эти люди знают всё о прошлом Патрика. А это говорит о его полном доверии к ним, как и положено в любящей семье. -Да! И теперь он будет жить с нами. Чему я бесконечно рад! Уф! За сим торжественную часть объявляю закрытой, и предлагаю начать трапезу, пока мы все не получили нагоняй от нашей строгой хозяйки. Иногда это довольно ощутимо, сами знаете… Мужчины захохотали, поглядывая на невозмутимую Агнесс, с королевским достоинством сидевшую во главе стола, и только мягкий свет в карих глазах выдавал её истинные чувства… После ужина все перешли в гостиную, где уже был накрыт стол для чая. На каминной полке стояли хрустальные кувшины с вином и бокалы. Мужчины наливали себе кто вино, кто чай и устраивались в креслах, или на диванчиках, неспешно потягивая напитки. Постепенно завязалась непринуждённая беседа, к которой Марк внимательно прислушивался. Говорили, в основном, о делах поместья. Когда обсудили самые насущные проблемы, Агнесс обратилась к Патрику с вопросом, как догадался Марк, интересовавшим всех присутствующих. И это было не пустое любопытство. -Мальчик мой, так ты расскажешь нам, по какой срочной надобности король сорвал тебя из дома среди ночи, да ещё в такую непогоду? Я вижу, ты чем-то взволнован, но делаешь вид, будто всё в порядке. Что произошло во дворце? Патрик поднялся из кресла, осторожно устроив задремавшего Эмиля в мягких подушках, и, подойдя к камину, налил себе бокал вина. Чуть дрожащей рукой он поднёс бокал к губам и сделал несколько глотков, не мигая уставившись куда-то в пространство. Все напряжённо, с тревогой следили за каждым его движением, осознавая, что случилась какая-то неприятность, если не хуже. -Рейнгольд вызвал меня к своему умирающему другу, — нехотя сказал граф, отставив бокал и сцепив за спиной пальцы. -И? — Агнесс на собиралась отступать. -Этим другом оказался мой бывший муж. Он приехал, чтобы забрать меня. Наступила гробовая тишина, а потом все разом, кроме Марка, подскочили со своих мест и возмущённо загалдели. -Тихо! — женщина властно подняла руку.- Ребёнка разбудите! Чего раскричались-то? Надо думать, как уберечь нашего мальчика от этого негодяя… -Эту проблему можно было решить очень просто, — горячо, с истинным юношеским максимализмом, воскликнул Роберт.- Дать ему спокойно сдохнуть! Так нет же! Наш благородный целитель вылечил своего врага, который причинил ему столько горя. Я прав? Ведь вылечил же? -Да! — Патрик виновато отвёл взгляд.- Но сначала, когда я узнал, кого мне придётся спасать, у меня промелькнула такая мысль. Нет человека, нет проблем! Но я не смог… -Что же тебя остановило? — язвительно хохотнул юноша.- Не жалость ли? А может прежние чувства проснулись? На такое невероятное предположение Патрик изумлённо вскинул брови. -Ещё чего! — в отвращении передёрнул он плечами.- Здесь совсем другое. У короля есть маленький сын. Это первая причина, почему я не дал ему умереть. Без защиты отца ребёнку грозила бы смертельная опасность. Вторая, — мой врачебный долг. И третья, — месть. Меня разъедала ненависть к этому человеку, а тут появился шанс отплатить ему за всё. Разрушить его жизнь так же безжалостно, как он едва не разрушил мою. А что бы мне дала его смерть? Только угрызения совести. Нет! Мне хотелось, чтобы он помучился, чтобы его вывернуло наизнанку, чтобы душа его рыдала и выла от безысходности. И я лишил Эдгара единственного, чем он дорожил, во что свято верил, — семьи и близкого друга. А ещё вожделенного приза в моём лице. Он потерял всё! -А можно поподробней? — Жан подошёл к графу и с сочувствием заглянул ему в глаза.- Мы понимаем, что тебе неприятно всё это заново ворошить, но нам очень интересно, как тебе удалось победить такого монстра. Расскажи, пожалуйста! Патрик обвёл друзей нечитаемым взглядом, пустым и холодным, будто уже погрузился в то, что пережил совсем недавно. Что хотелось поскорей выкинуть из памяти, но какое-то смутное беспокойство, засевшее внутри, не давало этого сделать. -Ладно! — нехотя сказал он, отводя глаза от дорогих его сердцу лиц, таких сейчас взволнованных и тревожных.- Я вам уже рассказывал, как мы с Марком, Джоном и Джеком случайно раскрыли заговор против Эдгара. Но доказательств у нас не было, и нам пришлось действовать по собственной инициативе. Тогда мне едва исполнилось семнадцать лет. Романтичный флёр, свойственный юности, ещё не совсем развеялся, храня в глубине сердца призрачный отблеск былой любви, надежду на то, что всё как-нибудь наладится и, возможно, мои мечты о счастье сбудутся. Поэтому мы с друзьями сделали всё возможное, чтобы обезопасить короля. А потом, — Патрик как-то по-детски беспомощно махнул рукой, будто сам себе удивляясь, что мог так наивно поверить в придуманную им же сказку, — всё рухнуло… По комнате пронёсся едва слышный ропот, полный сочувствия. Граф помолчал, затем тряхнул головой, словно отгоняя печальные мысли, и торжествующе улыбнулся. -И когда я увидел умирающего короля, то понял, что настал час расплаты… Патрик красочно описывал ночные события, а все заворожённо слушали, погружаясь в перипетии чуждого им мира подлости, интриг и предательства. -Вот и всё, друзья, — завершил граф свой рассказ.- Я отомстил, оставив этого человека у разбитого вдребезги семейного очага. А когда Марк, потрясённый всплывшими неприглядными фактами, изъявил желание оставить службу, я возликовал. Король лишился последнего верного друга. Ему больше некому доверять, и в итоге он всегда будет одинок. -А как же его наследник? — тихо спросила Агнесс. -Думаю, паранойя Эдгара зайдёт так далеко, что он будет с опаской относиться к сыну, видя в нём соперника в извечной борьбе за престол. Да, принцу он тоже не сможет доверять! -Круто! — выдохнул Роберт, а потом хлопнул в ладоши.- Браво! -Ну, Конфетка, ты и стратег! — восторженно прогудел Питер.- Так этому ублюдку и надо! Братья, переглянувшись, кивнули в знак полного согласия с вердиктом кузнеца. -Я ж всегда говорил, что наш Патрик, — гений, — засмеялся Жан. -Месть сладка, когда она свершилась, — задумчиво сказал Арон.- Уж я-то знаю. -Жестоко, но справедливо, — подытожила Агнесс.- Зло должно быть наказано… И всё же, сынок, что-то тебя гнетёт. Я чувствую! Граф с нежностью посмотрел на женщину и смущённо отвёл взгляд. -От тебя ничего не скроешь, матушка. Хорошо! Скажу! Когда мы с Марком ехали домой, я был окрылён ощущением свободы. Радость переполняла меня. Мне казалось, что теперь можно жить спокойно, без оглядки. А потом, когда после обеда ты отправила нас отдыхать, меня вдруг охватило смутное беспокойство. А всё ли так безоблачно, как мне представлялось в минуты эйфории? И с ужасом понял, — нет. Моя чуйка вопит о том, что Эдгар не угомонится. Это человек, который не привык отступать. Боюсь, он что-нибудь придумает… -Но король дал Клятву Чести, что навсегда оставит тебя в покое, — подал голос Марк. -А она у него есть, честь-то эта? — возразил Патрик. -Вряд ли! — Роберт возмущённо фыркнул.- Играть в кости с любовником на собственного мужа… Это же… это же мерзко! Бесчестно! Мужчины снова загомонили, поддерживая мнение парня, строя планы защиты Патрика, обсуждая достойный отпор поползновениям короля. И тут их прервал детский голосок. -Он придёт за тобой, Па! Все поражённо застыли и посмотрели на Эмиля, который, уютно устроившись в гнёздышке из подушек, сладко зевал, потирая сонные глазки. -Что ты сказал, милый? — Агнесс нервно сцепила пальцы, испуганно глядя на мальчика. -Злой дядька придёт за Па.- Эмиль снова зевнул.- Но к тому времени у него будет сильный защитник. Это будет твоя судьба, Па… Ребёнок вдруг широко открыл ясные глаза и тихо заговорил: -А хочешь, я тебе открою тайну, Один такой малюсенький секрет? Знай, люди не встречаются случайно, Случайностей, поверь мне, в жизни нет! Не веришь? Ну, тогда хотя б послушай. Не бойся! Я тебя не обману. Представь себе, что существуют души, Настроенные на одну волну. Как звёзды в бесконечности вселенной Они блуждают сотнями дорог, Чтоб встретиться когда-то непременно, Но лишь тогда, когда наступит срок. Для них нет норм в привычном пониманьи, Они свободны, как паренье птиц, Для них не существует расстояний, Условностей, запретов и границ…* Патрик подхватил сынишку на руки и осторожно спросил: -У тебя опять было видение? Но ему ответило тихое сопение. Малыш крепко спал. Продолжение следует… Всех поздравляю с наступающим Новым Годом! Пусть ваши желания сбудутся, а беды обойдут ваш дом стороной. Счастья и здоровья!!!