Отблеск призрачной любви

Глава 22 И снова бой… Забыв обо всём, они одновременно сделали шаг навстречу друг другу, и неизвестно, чем бы закончился этот порыв, если б не раздался звук горна. Молодые люди вздрогнули и недовольно оглянулись, не сразу возвращаясь из сладких грёз в суровую реальность. Жако деликатно кашлянул в кулак, скрывая улыбку. Дэмиан встрепенулся, тряхнул головой, сбрасывая наваждение, и, сжав в руке тонкие пальчики графа, лихорадочно зашептал: -Пообещайте ни во что не вмешиваться, граф. Война – это дело взрослых, закалённых мужиков, а не маленьких, нежных мальчиков. Если с вами что-то случится, я не переживу! Патрик неопределённо дёрнул плечиком. А это уж как получится! -Не волнуйтесь, принц. Со мной всё будет в порядке. Себя берегите! -Откуда вы знаете, кто я? -Это неважно. Идите! Труба зовёт! Дэмиан с тревогой посмотрел в эти невозможные глаза, тяжело вздохнул и поднял над головой меч, подавая знак своим людям. Все, как один, вскочили на ноги и рванули вверх по склону, ловко перескакивая с камня на камень. Граф пристально смотрел им вслед, пока они не скрылись из виду, а потом вместе с Жако продолжил свой путь по едва приметной тропе. Когда они поднялись на вершину холма и посмотрели вниз, Патрик застыл от страха. Численное преимущество врага было видно невооружённым глазом. -Оставайтесь здесь, Ваше Сиятельство. Вы обещали принцу ни во что не вмешиваться,- торопливо сказал Жако, и стал спускаться, на ходу вытаскивая из-за спины сабли. -Ещё один чересчур заботливый,- обиженно надул губы Патрик.- И ничего я не обещал. Тоже мне, покровители нашлись. А каково будет мне, никто не подумал. Как я могу спокойно сидеть? Там ведь рискуют жизнью мои друзья… Дэмиан… А в долине, где располагался посёлок контрабандистов, разгоралась настоящая бойня. Не думал граф, что ещё хоть раз в жизни увидит столь кровавую резню. По площади, окружённой приземистыми домишками, метались люди. Звон стали, яростные вопли, стоны и крики раненых слились в один неясный гул. Пограничники, воины принца Дэмиана и гвардейцы Жако рубились с бандитами, которые отчаянно сопротивлялись, понимая, что в случае поражения пощады им не будет. На высотках затаились лучники, меткими выстрелами снимавшие врага одного за другим. Жан стоял в полный рост, злобно скалясь, и пускал стрелы, каждая из которых находила свою цель. Староста Кирей пристроился поодаль, и тоже бил без промаха. Конрад с несколькими парнями из охраны Патрика, ощетинившись копьями, блокировали узкий выход из долины, чтобы не дать ни одному эргадцу уйти от возмездия. Молодец Конрад! Бережёт мальчишек. Не пускает в бой. Воины из них пока ещё никакие. Жако уже нырнул в гущу сражения, и граф видел только, как в солнечных лучах сверкает сталь его сабель. Марк, ловко орудуя мечом, отражал атаки троих бандитов, а капрал Выга, стоя сзади, защищал его со спины от других нападавших. Вдвоём они будто составляли единое целое, так слаженно у них получалось отбиваться от наседающих врагов. Вокруг них уже валялось несколько мёртвых тел… Встревоженный взгляд Патрика лихорадочно метался в поисках Дэмиана. Где же ты?! Ага! Вот он! Выпрямляется во весь свой великолепный рост. Видимо, пригибался, уклоняясь от вражеских мечей. Уф! Тут же крутанулся, и несколько бандитов отлетело, по пути роняя головы. Но на него немедленно насело сразу шестеро здоровенных эргадцев. Наверное, они решили, что если он самый большой, значит, и самый главный. А, убив военачальника, можно посеять панику среди простых бойцов. Сердце Патрика замерло, а потом неистово забилось. -Только останься в живых,- шептали побелевшие губы.- Не подведи, не покинь меня в тот миг, когда мы только обрели друг друга. Ты должен победить ради нас, ради нашего будущего… Да поможет тебе любовь моя… Что??? Любовь?! Да, да, да! Любовь!!! Иначе, почему каждый замах вражеского меча отзывался в душе таким холодящим ужасом… Дэмиан яростно сражался, молниеносно отбивая атаки. Его огромный меч взлетал над головой и со всей мощью обрушивался на противников. Под ногами лежали груды тел, а он продолжал без устали крошить эргадцев, не давая им ни единого шанса на спасение. Но всё новые и новые группы врагов с тупым упрямством наскакивали на него. Прижав стиснутые кулачки к груди, туда, где бешено колотилось сердце, граф не спускал глаз с могучего воина. Обнажённый торс блестит от пота, под гладкой кожей перекатываются литые мускулы, глаза горят каким-то весёлым азартом. Он хищно скалится, обнажая белоснежные зубы. -До чего же хорош! Настоящий Бог войны! Непобедимый и неустрашимый! Нет, такой не даст себя убить каким-то ублюдкам. Да и я не позволю. Эх, пора вспомнить своё боевое прошлое… Отбросив последние сомнения, Патрик начал быстро спускаться ниже, выбирая наиболее удобную позицию среди нагромождения камней. Граф прекрасно понимал, что появись он сейчас среди сражающихся, сделает только хуже. Друзья начнут оберегать его, отвлекаясь от битвы, тем самым подвергая себя смертельной опасности. Нет уж! Лучше действовать втихаря. -Не лезь, не вмешивайся… тоже мне, няньки нашлись,- ворчал он.- А я им что? Кисейная барышня? Крови никогда не нюхал? Все сражаются, а ты сиди, как таракан под плинтусом, и не высовывайся. Вот и фигушки… Так, вот здесь отличное местечко. Ну, твари, сейчас повоюем! Граф хищно оскалился, потёр ладошки одна о другую и поднял руки. В ту же секунду с кончиков пальцев сорвались бледно-голубые молнии, блеснувшие в ярких лучах солнца, подобно лезвиям кинжалов. К этому моменту Дэмиан расправлялся с последним бандитом, огромным, как бык, но ещё несколько человек подкрадывались к нему со спины, замахиваясь кривыми саблями. В них-то и направил граф свои смертоносные лучи. Все упали, как подкошенные. Отлично! Патрик едва не захлопал в ладоши. Но, некогда радоваться! И молнии, одна за другой, полетели в эргадцев. -Вот вам, гады!- как заклинание, шептал граф.- Получайте! За моего принца! Ох, какой боец! За Марка! Продолжает сражаться, хотя лицо залито кровью. Герой! А капрал Выга! Молодец! Прикрывает его со спины. За Жако! Бьётся одной рукой, а другая висит плетью вдоль тела. Отчаянный рубака! Держись, дружище! Сейчас подлечу… За всех, кто сейчас отважно борется со злом, и твёрдо намерен его истребить. Получайте! За тех, кто лежит на земле, обливаясь кровью. Получайте! А вы потерпите, родные. Клянусь, я вас вытащу! Никому не дам умереть… -Небесный огонь! Небесный огонь!- Над площадью разнеслись истеричные вопли на резком гортанном языке.- Спасайся, кто может! Но спасения не было. Молнии метко летели в цель. Эргадцы в панике заметались сбивая друг друга с ног, но везде их настигали яростные молнии и оружие ошалевших от крови солдат. Дэмиан, размахивая мечом, безжалостно рубил вражьи головы. Вдохновлённые неожиданной помощью и ощущением скорой победы, воины рьяно косили бандитов до тех пор, пока последний из них замертво не рухнул на землю… И на несколько мгновений наступила звенящая тишина, изредка прерываемая стонами раненых, но вскоре её разорвали оглушительные вопли. Вверх поднимались мечи, сабли, копья в знак одержанной победы. С высоток спускались лучники, тоже что-то вопя и потрясая луками. Радостное ликование захватило всех. Солдаты обнимались, хлопая друг друга по плечам. Молодняк скакал на месте, выделывая ногами немыслимые пируэты… Патрик, вынырнув из своего убежища и не обращая ни на что внимания, бросился осматривать раненых. К его великому сожалению их было много. Эргадские ублюдки умели сражаться, и раны, нанесённые ими, почти все были смертельны. Скорбь опалила душу графа, а гнев был так велик, что он едва не задохнулся. Нет, Смерть! Я не отдам их тебе! Я им обещал! Прими мой вызов! Посмотрим, кто кого! Целитель напряг своё внутреннее зрение, и увидел полупрозрачные нити утекающей из воинов жизни. Они истончались, готовые вот-вот погаснуть. Патрик мысленно вцепился в них, не позволяя им раствориться в небытии, и стал щедро наполнять их силой. И вот они уже пульсируют, мерцают, с благодарностью впитывая в себя свет Жизни. А потом, по воле Мага, эти ниточки стали быстро сворачиваться в золотистые коконы и возвращаться в тела своих хозяев… Люди вставали, с недоумением оглядываясь по сторонам, ощупывали себя и ещё больше поражались, не чувствуя ни малейшей боли, которая только что съедала их тела. И они живы?! Как это возможно? Но тут один из поднявшихся с земли солдат, указывая рукой в сторону Патрика, вдруг восторженно закричал: -Это же Ледяной Цветок! Знаменитый Целитель! Чудотворец! Я видел его на поле боя во время войны. Скольких ребят он вытащил с того света, не сосчитать! А скольких эргадцев отправил в бездну! Боялись они его жутко. Так и звали: «Небесный огонь». Приветственные крики поднялись над толпой, но Патрик был не в состоянии что-либо воспринимать. До него доносился лишь какой-то неясный гул, но проходил мимо сознания. Целитель понимал, что выложился до самого донышка, и вот результат. Безмерная усталость накатила такой холодной волной, что его затрясло. Голова закружилась. От пережитого чудовищного напряжения темнело в глазах. Только бы не упасть! Граф вяло смахнул со лба испарину, и вдруг пошатнулся. Но его тут же подхватили сильные руки, а бархатный голос что-то зашептал на ушко… Что-то ласковое, невыразимо нежное. И стало так хорошо в этих надёжных руках, так тепло, так спокойно и уютно. Эти невероятные ощущения будто вливали в него силы. Патрик тряхнул головой, окончательно приходя в себя, и только тут осознал, что, кроме этого голоса, не слышит больше ни звука. Оглядевшись, граф невольно смутился. Такая знакомая картина, а он никак не может к этому привыкнуть… Вокруг стояли бойцы, окровавленные, усталые, в потёках грязи и пота. Они с тревогой и искренним сочувствием смотрели на него. Патрик улыбнулся, давая понять, что с ним всё в порядке. Люди в ответ тоже заулыбались, с облегчением переглядываясь, и снова разразились восторженными криками и оглушительным свистом. -Да здравствует Ледяной Цветок, Великий чудотворец! Да здравствует принц Дэмиан, отважный и могучий воин! Виват! Виват!! Виват!!! Когда эйфория немного спала, воины стали низко кланяться Патрику, а принцу крепко жать руку, клянясь им в вечной преданности. Закончив этот своеобразный обряд, они со спокойной душой пошли собирать трофеи. Только Марк с Жаном немного помедлили, пристально разглядывая обнимающуюся парочку, но потом всё-таки решили оставить их наедине. Жако пошёл рядом с ними, что-то рассказывая, и вскоре до слуха Патрика донеслись ехидные смешки. -Вот болтун,- подумал граф, недовольно хмурясь.- Наверняка докладывает о нашем знакомстве с Дэмианом. Ох, уж эти мужики! Любят посплетничать не хуже женщин. И он вскинул голову, чтобы лишний раз убедиться в реальности этой судьбоносной встречи и моментально утонул в серо-стальных глазах, отражавших целую гамму чувств. И невероятная нежность, и беспокойство, и потрясение читались в этом ласковом взоре, и… боль. Боль? А ещё, как Патрику показалось, разочарование и обида. Словно его жестоко обманули. -Вот, значит, кто вы на самом деле, граф Велейский!- Глухо проговорил принц.- Герой! Легендарный Целитель! Великий Маг! Наслышан, наслышан. Только не знал, что все эти громкие звания принадлежат именно вам. -Вас это напрягает?- Патрик, замирая от нехорошего предчувствия, выскользнул из тёплых объятий, и в упор посмотрел на мужчину.- Ваше самолюбие уязвлено? -О чём вы?- Дэмиан озадаченно поднял брови. -О том, что, как известно, высокомерие и гордыня не терпят конкуренции,- зашипел граф, сжимая кулачки с такой силой, что ногти больно впились в ладони.- Сильных самцов это раздражает, и они начинают доказывать своё преимущество. Таков закон природы! Холодная ярость захлёстнула Патрика, почти лишая разума. Прошлое, проклятое прошлое вновь показывало свой гнусный оскал. В этот момент перед ним стояло лицо короля Эдгара. Надменное, злое, полное угрозы. И его оскорбительные слова, которые он буквально выплюнул после бала, единственного праздника, на котором принц Риониель блистал в первый и последний раз: «Сегодня ты затмил меня, маленькая шлюшка. Но это твой последний триумф. Запомни, я не потерплю чужого превосходства. Я король, а ты всего лишь моя подстилка. Твоё дело раздвигать передо мной ноги, а не очаровывать моих подданных. Уяснил?» Его супружеская жизнь была одним сплошным кошмаром, отголоски которого мучили его много лет. Нет! Хватит с него этих брутальных, самоуверенных мужиков, возомнивших себя хозяевами жизни. Особенно чужой. Вот и Дэмиан, похоже, недоволен тем, что ему пришлось потесниться на пьедестале славы и почёта. Патрику было горько это осознавать. Неужели он снова ошибся? Снова наступил на те же грабли. -Что с вами?- говорил меж тем принц, тревожно вглядываясь в ничего не выражающие заледеневшие глаза.- Ничего не понимаю! -Чего тут непонятного?- Холодно сказал граф, вытаскивая из глубины всю свою стервозность, взращённую за годы пребывания при дворе. Если рвать волшебную нить, которая протянулась между ним и Дэмианом, то сразу. Напрасно он позволил своему сердцу раскрыться навстречу мечте. Видимо, счастье не для него. Но, как бы не было тяжело расставаться с надеждой, он никогда больше не прогнётся перед чьей-то властью. Не позволит помыкать собой. Даже во имя любви. Да, это очень больно, но он сильный. Как-нибудь переживёт. Со своей семьёй, с верными друзьями. Зато сохранит свободу, и никто не будет указывать, как ему жить.- Для меня, например, всё и так ясно. Вы случайно встретили изнеженного мальчика, такого маленького, с виду безобидного, и решили, что его будет легко приручить, подмять под себя, а он покорно вам подчинится. Потому что вы сильный, мужественный, уверенный в своём превосходстве. И вдруг узнаёте, что мальчик-то с сюрпризом. Оказывается, не такой уж он и беспомощный. Вы разочарованы, да? Не отпирайтесь! Я читаю это в ваших глазах. А знаете, как иногда бывает в жизни? Сходятся две сильные личности, ни в чём не уступающие друг другу, и начинается банальный конфликт интересов! Поверьте, это ужасно! Такое не нужно никому из нас! -Вы правы, граф! Я разочарован. Признаю, сюрприз оказался неожиданным,- принц грустно покачал головой.- Я не знал, кто вы на самом деле, когда мы помчались спасать некоего графа Велейского, попавшего в переделку. И вот мы встретились! Это было чудо! Как весенняя гроза в разгар зимы. Сначала вы наповал сразили меня своей чарующей красотой. Так нереально, ошеломляюще прекрасен, словно божество, спустившееся с небес. Но, знаете, вы совсем не похожи на беспомощного сопляка, повёрнутого на своей внешности. Терпеть не могу слабаков и нытиков. Да, вы хрупкий. Да, вы изящный. Но отважный, независимый, своенравный. Я сразу это понял, когда вы зашипели на меня, как рассерженный котёнок. И это смотрелось так трогательно, так неподражаемо мило. А глаза ваши, тем не менее, сверкали неукротимым огнём… И я сразу почувствовал в вас сильную личность. Ваша неземная красота отошла на второй план. Передо мной стоял отчаянно смелый боец с твёрдым характером и непокорным нравом. Вот что меня пленило в вас. Я потерял голову. Влюбился, как юнец. И уже мечтал, что мы никогда не расстанемся. Не зря же судьба свела нас! Но теперь…- Дэмиан замялся, отводя взгляд, полный неизбывного страдания,- теперь… -Что теперь?- Поторопил его граф, уже совсем ничего не понимая. Эти глаза, потускневшие, совсем больные, выворачивали душу наизнанку. Злость ушла. Обида испарилась. А в сердце закралась тревога. - Может, я не прав?- Лихорадочно размышлял Патрик в ожидании ответа.- Может, напрасно так взъярился и наговорил глупостей? Может, боль и разочарование, мелькнувшие в этих серых глазах, я истолковал неверно? Тень прошлого затмила разум, и мне во всём мерещится какой-то подвох? Эдгар! Будь ты проклят! Твои жестокие уроки сделали из меня параноика. Смогу ли я когда-нибудь полностью открыть сердце для любви? Доверчиво и безоглядно. Без страха быть обманутым. -Узнав, кто вы, я понял, что нам не быть вместе,- Дэмиан глубоко вздохнул и с тоской посмотрел на свою мечту, оказавшуюся просто прекрасной иллюзией. -Объяснитесь, принц,- прошептал граф.- Я настаиваю! Если всё, что вы говорили, правда, то какие проблемы? Согласен, я наболтал вам лишнего. Я слишком недоверчив, но у меня на то свои причины. А что с вами-то не так? -О, значит, вы уже не думаете, что я позавидовал вам? Это радует! А то у меня создалось впечатление, что в прошлом вас сильно обидели, и вы не можете этого забыть. Отсюда эта насторожённость, подозрительность… -Дэмиан, вы уклоняетесь от темы. Сейчас речь не обо мне! -Да, да!- Принц через силу улыбнулся и тяжело вздохнул.- Простите, если мои слова прозвучат сумбурно. Я очень волнуюсь. Мне больно об этом говорить. Но всё дело в том, что я – бастард. Только считаюсь принцем… У короля случилась интрижка с фрейлиной, результатом которой я и являюсь. Когда мне было десять лет, мой отец трагически погиб на охоте, и королева, так и не простившая ему измену, отправила меня в дальний гарнизон учиться военному искусству. Потом я стал командиром отряда, собранного из таких же одиноких волков. Нам давали самые опасные задания, которые мы с честью выполняли. Нам нечего было терять, поэтому мы сражались не за страх, а за совесть. Так я и жил до сих пор, ни на что не жалуясь, и ничего не желая, кроме жаркой битвы, да дружеских посиделок у походного костра. Другой жизни я не знал… Пока не увидел вас. Пока безумно не влюбился. Моя душа наполнилась светом. Я подумал, что, наконец-то, встретил свою судьбу. Радужные мечты затопили меня… Построить для нас дом в тихом, уединённом месте. Защищать вас, холить и лелеять. Всего себя посвятить только вам… Вот чего я желал всем сердцем… И вдруг узнаю, что вы, оказывается, знатный аристократ. Легендарный целитель. Тот самый Ледяной Цветок. Известная, всеми уважаемая личность. Вы вращаетесь при дворе, где вас ценят и любят. Наверняка, богаты. А я кто? Простой, почти нищий вояка. Что может быть между нами общего? Мы как небо и земля… Дэмиан хотел ещё что-то добавить, но горло сдавило спазмом. Он обречённо махнул рукой и отвернулся, но Патрик успел заметить, что в его потухшем взоре застыли слёзы отчаяния. -Вы знаете, что такое горизонт?- граф ласково прикоснулся к плечу воина, отчего тот вздрогнул.- Это граница, где сходятся небо и земля. Вот и мы сошлись. Это судьба, мой принц! -Что вы хотите этим сказать, граф?- Дэмиан резко развернулся, осторожно беря ладошку Патрика в руки, и глядя на него серыми глазами, вспыхнувшими трепетной надеждой. -А то, что между нами много общего. Я тоже прошёл через тяжкие испытания. Тоже был одинок. Но у меня появились друзья, которые стали моей опорой. Моей семьёй! Да, благодаря дару, я высоко взлетел, но это не значит, что я этим горжусь. Меня не интересуют ни титулы, ни знатное происхождение, ни несметные сокровища. Понятно, что вся эта мишура является приятным дополнением к независимой, обеспеченной жизни. Но настоящего счастья она не приносит. Поверьте! Можно чахнуть над сундуками с золотом, и быть никому не нужным. Нет, мой принц! Положение в обществе и богатство душу не греют. Самое главное, чтобы рядом были люди, которым можно полностью доверять, и которые доверяют тебе. Вот, что ценно. Уж я-то знаю! А вам, Дэмиан, я готов отдать свою жизнь, свою душу, своё сердце. Отдать всё! Без остатка! Потому что верю… Дэмиан впитывал каждое слово, едва не задыхаясь от переполнявших его чувств. Неужели чудо свершилось, и это неземное создание будет принадлежать ему?! Не сон ли это? Не морок ли? -Этот бесценный дар я принимаю с благоговением и бесконечной благодарностью. Клянусь честью, что до последнего вздоха буду беречь и защищать вас.- Замирая от радости, проговорил принц.- Свою жизнь я вверяю вам. Вы можете всецело распоряжаться ею, любовь моя! Я ваш душой и телом. В горе, и в радости мы будем неразлучны! -О, Боги! Мы сейчас принесли друг другу брачные клятвы. И небеса тому свидетели! -Да, да, да! Принц подхватил своё счастье на руки и закружился в вихре восторга. Мой! Сердце неистово билось в груди. Мой! От переизбытка чувств на глазах выступили слёзы. Мой! Единственный в целом мире! Мой! Неподражаемый, невероятный, беззаветно любимый! Мой! А граф Велейский, надменный и неприступный Ледяной Цветок, обняв сильную шею Дэмиана тонкими, изящными руками, звонко смеялся, не спуская с него сияющих глаз. Его защитный панцирь разбился на мелкие осколки, и обнажённое сердце полностью открылось для любви. И только сейчас, нежась в тёплых объятиях, Патрик понял, как же он был одинок. Семья? Это прекрасно! Друзья? Замечательно! Любимая работа? Отлично! Но помимо этого есть и другая жизнь. Когда лежишь один в холодной постели, когда кутаешься в одеяло с надеждой найти хоть каплю тепла, когда сухими глазами бездумно смотришь в потолок, и понимаешь, что рядом никого нет, и, скорей всего, не будет никогда. Потому что он отравлен горечью, недоверием, обидой. А леденящее чувство ненависти и злобы выворачивает сердце наизнанку, бередя старые раны. Он ничего не забыл! Он никогда не простит того человека, который так искалечил его душу. Лишил способности верить и любить. И вот сейчас Патрик распахнул душу, сделав её беззащитной, но ему не было страшно! Чутьё подсказывало, что он сделал правильный выбор. Встретил того единственного, желанного, кому смело доверил свою жизнь. Последний отблеск призрачной любви растаял, как ночной туман, под лучами светлого, истинного чувства. Боль, горечь, неверие, тоска,- всё ушло в небытие, и он ликовал, навсегда освободившись от тяжкого груза прошлого. Их губы соединились в невинном поцелуе. В нём не было страсти. Это было признание в любви. Печать принадлежности друг другу. Осознание, что они теперь одно целое… У них всё ещё впереди. И жаркие ласки. И опьяняющая нежность. И безумные ночи, полные наслаждения. В предвкушении этого вечного торжества жизни, когда полностью сливаются души и тела, у них сладко замирали сердца… -Командир! Громкий голос вырвал молодых людей из волшебных грёз. С трудом оторвавшись друг от друга, они осоловелыми глазами уставились на воина, смущённо топтавшегося поблизости от них. Дэмиан уже собрался было недовольно рыкнуть, но озабоченное лицо солдата заставило его спуститься с небес на землю. Патрик, почуяв неладное, выскользнул из тёплых объятий. . -Что случилось?- Принц напрягся, как хищник, готовый к прыжку. Он знал, что по пустякам его никто не будет дёргать. Значит, что-то случилось. Собственническим жестом Дэмиан попытался задвинуть графа себе за спину, но тот в ответ зашипел, скаля зубки. Мужчина поднял руки, сдаваясь, а маленький упрямец удовлетворённо кивнул головой и встал рядом. -Там,- говорил меж тем солдат, указывая на низкое длинное строение, стоявшее за околицей посёлка,- там… Кошмар! Мы думали, что это склад контрабандных товаров. Когда подошли, то услышали крики. Сломали двери… А там… Пойдёмте, сами посмотрите, командир. Только предупреждаю, зрелище не для слабонервных,- он бросил было озабоченный взгляд на Патрика, но осёкся, виновато отводя глаза. Он тут же вспомнил, как этот изнеженный мальчик хладнокровно валил эргадскую нечисть. Многим ещё не верилось, что такое возможно, хотя всё происходило на их глазах. Такой хрупкий, такой изящный, и в то же время такой неистовый в гневе. Похоже, его трудно чем-либо напугать. Граф, словно прочитав мысли парня, хмыкнул и зашагал к бараку, не дожидаясь Дэмиана. Тот поспешил следом. Они прошли мимо группы солдат, тихо что-то обсуждавших, и остановились у широко распахнутых дверей, створки которых болтались на почти сорванных петлях. В стороне стояли Марк и Жан. Вид у них был подавленный. Бледные лица покрывала испарина, а в глазах застыли растерянность и горькое недоумение, словно они увидели то, во что невозможно поверить. Командир Выга, староста Кирей, Конрад и Жако охраняли вход. Закалённые в боях ветераны были невозмутимы и сосредоточены, и только крепко сжатые кулаки выдавали их волнение. Увидев Дэмиана и Патрика, они, облегчённо встрепенувшись, расступились, давая им пройти внутрь. Молча войдя в полумрак помещения, молодые люди замерли от ужасающей картины, представшей перед ними. На земляном полу, покрытом соломой, неподвижно лежали дети в возрасте от четырёх-пяти лет до, примерно, одиннадцати-двенадцати. На первый взгляд их было около тридцати. Девочек и мальчиков. Истощённые, оборванные, грязные, со следами жестоких побоев. Похоже, все они были мертвы. У стен, на грубо сколоченных нарах, покрытых тряпками, сидела небольшая группка ещё живых малышей. Они жались друг к другу, глядя на вошедших почти безумными от страха глазами. Их тела сотрясала крупная дрожь, но никто не издавал ни звука. Никто не плакал, даже не всхлипывал. Молчаливое ожидание чего-то страшного застыло в их не по-детски обречённых взглядах. Не успели Патрик и Дэмиан опомниться, как вдруг один из мальчишек сорвался с места и бросился к ним, упав на колени. -Господин, господин,- залопотал он, обращаясь то к одному, то к другому, и с отчаянием заглядывая им в лица.- Не убивайте! Я могу сделать вам хорошо. Я умею… Только никого больше не убивайте! И он потянулся дрожащими ручонками к паху Патрика. Тот в ужасе отшатнулся, и растерянно посмотрел на своего принца, на несколько мгновений потеряв способность трезво мыслить. Всё это было настолько жутко и нереально, что казалось кошмарным сном. К детям граф относился с особым трепетом. Он считал их венцом творенья, щедрым даром Богов, а потому свято оберегаемым и неприкосновенным. Тех, кто нарушал эту заповедь, Патрик люто ненавидел. За это беспощадно и убивал эргадцев. А сейчас он снова столкнулся с их звериной жестокостью, и под гнётом понимания, что творили здесь эти нелюди с детьми, буквально оцепенел. Дэмиан обнял любимого и прижал к себе, успокаивающе гладя по плечу. -Что здесь произошло?- грозно рявкнул он. Но никто не успел рта раскрыть, как Патрик, опомнившись, бросился к лежащим на земле телам. -Всё потом! Может, ещё не поздно их спасти,- лихорадочно пробормотал он, пытаясь вернуть себе былое хладнокровие. Но как ни старался граф уловить нити жизни, их, увы, не было. Только мерзкая чернота клубилась над безжизненными телами. Надежда угасала, а вид мёртвых детей буквально выбивал почву из-под ног. Его зашатало. Кровь оглушительным набатом забилась в висках. Патрик дрожал, будто в ознобе. Холод пронзал до самых кончиков пальцев. Острая боль разрывала грудь, и он почти задыхался. - О, Боги! Их отравили! Зачем?! За что?! Это же невинные дети!!! Глаза заволокло тёмное марево ненависти и гнева. Ярость волной поднималась из глубин, готовая захлестнуть его с головой. Хотелось убивать, разнести всё по камушку, сравнять с землёй, чтобы и следа не осталось от этого гнусного места, пропитанного болью, страхом, слезами… Но Патрик усилием воли отогнал злые мысли. Надо что-то сделать! Нельзя терять надежду! Он ведь маг! Он может творить чудеса! Только нужно сосредоточиться! Шепча эти слова, как заклинание, Целитель судорожно растирал заледеневшие руки, пытаясь отогреть их. Но у него ничего не получалось. И пальцы онемели, потеряв чувствительность. Да, что же это?! Что с ним творится?! Неужели он полностью иссушил себя?! Или это шок от вида несчастных детей так подействовал на него? Внутри, где должна бурлить живительная сила, всё сковало мёртвенным холодом. Магия не отзывалась, несмотря на его старания её пробудить. А время неумолимо уходило. Издав отчаянный вопль, граф упал на колени, опершись ладонями о землю, и низко опустил голову, словно признаваясь маленьким жертвам чудовищной жестокости в своём поражении, и вымаливая у них прощенье. Слёзы хлынули неудержимым потоком, заливая искажённое горем лицо. Дэмиан бросился было к нему, но его остановил Марк, мягко положив руку на плечо. -Не надо, Ваше Высочество,- прошептал мужчина.- Сейчас ему не нужна жалость. Малыш сам справится со своей слабостью. Всё будет хорошо, поверьте. Он же маг! Патрик, ничего не видя, кроме своих рук, таких беспомощных, таких бессильных, скрежетал зубами. Горькое разочарование рвало душу в клочья… И тут он вдруг почувствовал, как от ладоней заструилось ласковое тепло. Оно медленно разливалось по всему телу, согревая, даря спокойствие и уверенность. Руки стали горячими, кончики пальцев закололо, и Целитель понял, что чистая сила уже готова выплеснуться наружу яркими золотыми всполохами. Патрик торжествующе вскрикнул, выпрямился и направил лучи на детей. Мощный поток ослепительного сияния заставил всех невольно прикрыть глаза. Такого выплеска энергии никто не мог себе даже вообразить. Искрящееся тепло щедро омывало детей, живых и мёртвых, и казалось, что они плавают в солнечной купели. На глазах исчезали следы побоев, синяки и ссадины. Одновременно с этим из земли, навстречу свету, стали проклёвываться зелёные росточки, и вот уже пол покрылся шелковистой травкой. Воздух наполнился свежестью и медовым запахом полевых цветов. Воины, молча следившие за происходящим, боялись вздохнуть, чтобы ненароком не разрушить это таинство. Стояла глубокая, звенящая тишина. А дети, в страхе жавшиеся друг к другу, и те, кто только что лежали мёртвыми, и сейчас несмело поднимавшиеся на ноги, сбились в стайку, как воробышки. Осматривались широко распахнутыми глазёнками, полными удивления и восторга. Они поняли, что случилось чудо. И это чудо подарил им сказочно прекрасный юноша с белыми, как снег, волосами… Когда последние лучи угасли, Патрик уронил руки на колени и замер, спрятав лицо за каскадом рассыпавшихся волос. Его хрупкие плечи слегка дрожали от беззвучного смеха. Граф понял, что случилось. Яростный гнев от вида мёртвых детей стал мощным толчком в преобразовании его магии. Он перешёл на высшую ступень! Стал Всемогущим! Теперь ему подвластна сама Смерть! Теперь он может вырывать ушедшие души из её когтистых лап. Все стояли, как зачарованные, не в силах сдвинуться с места. Столько чудес за один день! Да такое и во сне не привидится! Первым опомнился Дэмиан и, стремительно бросившись к возлюбленному, подхватил его на руки, как пушинку. -Что с тобой, котёночек?- испуганно заговорил он, прижимая к груди свою драгоценность и покрывая поцелуями белоснежную макушку.- Тебе плохо? Где болит…- и резко замолчал, когда Патрик поднял к нему улыбающееся, счастливое лицо. -Всё хорошо, мой принц! Всё просто отлично!- Голос юного Целителя звучал чисто и звонко, как весенняя капель. Но он тут же понизил голос до шёпота.- Ты не представляешь, что со мной произошло! Однако, об этом будут знать лишь особо доверенные люди, и ты теперь входишь в их число. Запомни, это опасная тайна, которая может принести кучу проблем. Они неосознанно перешли на «ты», и это было так правильно, так интимно, так радостно, будто их уже соединили брачными кольцами. А граф приник губами к уху Дэмиана, отчего у мужчины по телу забегали мурашки. Прикрыв глаза, он с трудом сдержал чувственную дрожь. Но в данный момент это не было проявлением низменных желаний. Только слабый отголосок томления, когда тебя касается что-то невесомое, воздушное, похожее на лёгкий порыв свежего, прохладного ветерка, ласково обдувающего разгорячённую кожу. И ты жмуришься от удовольствия и неги, мечтая, чтобы это продолжалось как можно дольше. Возможно ли испытывать грубую похоть, держа в своих руках это неземное, эфемерное создание? О, нет! Скорей, трепетное благоговение, преклонение, обожание. Когда сердце щемит и замирает от восторга. Когда, при созерцании столь прекрасного дара щедрой природы, всё внутри переполняется чистой, светлой радостью. И сейчас просто хотелось заласкать, зацеловать, занежить этого хрупкого, изящного, пленительного мальчика в океане своей безбрежной любви! Всегда быть рядом, во всём поддерживать, оберегать и защищать от всех бед, даже ценой собственной жизни. Это такое счастье, когда есть кого беззаветно любить! От этих чувств и бурлила в жилах молодая кровь, и кружилась голова, и ещё крепче прижимал он гибкое тельце к своей могучей груди. Патрик, не подозревая, какие мысли блуждают в затуманенной голове принца, меж тем что-то шептал ему на ухо, обдавая щёку свежим ароматом горных цветов. Так пахнут эдельвейсы на его родине, отметил Дэмиан краем сознания. Он млел, впитывая, как божественный нектар, дыхание возлюбленного, и был безмерно счастлив, держа в руках своё сокровище, зная, что ни за что и никогда не упустит его. Котёнок мой! Моя жемчужина! Мой нежный, драгоценный малыш. -Да ты слушаешь меня?!- Недовольный голосок вырвал принца из сладких грёз, возвращая в реальность. Дэмиан тряхнул головой, заморгал, фокусируя затуманенный взгляд на сердитом личике. И снова едва не уплыл в свои мечты при виде обольстительно-розовых губ, будто специально созданных для любовных поцелуев. Так хотелось почувствовать их вкус, их сладость, испить до дна их влагу и потерять голову, и опьянеть, как от терпкого вина… -Ты доблый волшебник?- тонкий голосок вырвал Дэмиана из грёз. Молодые люди вздрогнули и посмотрели вниз. Вокруг, задрав головы, стояли малыши, с детским любопытством разглядывая Патрика. Граф смущённо кашлянул, и многозначительно зыркнул на принца. Тот нехотя выпустил его из объятий и осторожно поставил на пол. Патрик быстро поправил одежду, пригладил волосы и уже открыл было рот, чтобы опровергнуть домыслы ребят. Зачем вселять ложные надежды, особенно детям, в их наивной вере в чудо. Ведь он не всегда может оказаться рядом, чтобы помочь, и суровая правда жизни быстро развеет иллюзии, оставив горькое разочарование. А это очень больно. -Подари им сказку,- раздался над ухом тихий голос Дэмиана.- Детям нужно верить в чудеса. Сегодня ты оживил мёртвых! Разве это не волшебство? А дети навсегда запомнят этот день, который вытравит из них страшные картины того, что они здесь пережили. Свет против тьмы! И Патрик с ним невольно согласился. Если они хотят верить в чудо, то пусть верят. Его и так уже давно все считают не от мира сего, так вправе ли он сейчас разочаровывать этих несчастных детей, испытавших столько страданий. Это было бы слишком жестоко. Тем более, что глупо отнекиваться от того, чему все здесь были свидетелями. Граф присел на корточки, и малышня тут же обступила его со всех сторон. Им не нужен был ответ, они сами для себя всё решили. А крохотная девчушка, которая задавала вопрос, взяла его руку и доверчиво прижала к своей щёчке, глядя на него огромными голубыми глазёнками, в которых плескалась искренняя радость. Патрик почувствовал, как спазмом перехватило горло, а в носу защипало. Но он сдержал готовые пролиться слёзы, и лишь ласково улыбался слегка дрожащими губами. -Я же говолила, что он волшебник. Плостые люди такими доблыми и класивыми не бывают. Вот! А меня зовут Лили. А тебя? -Патрик. Вот и познакомились, малышка Лили. У тебя красивое имя. Дети постарше, насторожённо стоявшие в сторонке, расслабились, зашумели, заулыбались и всё-таки решились подойти поближе. -А меня зовут Ричи,- это был тот самый мальчик, предлагавший свои услуги в обмен на жизнь товарищей.- Что с нами теперь будет? Наверное, оставите нас здесь. Мы же порченые. Кому нужны такие… Крупные слезинки покатились из глаз ребёнка, и он быстро закрыл лицо ладонями, съёжившись, будто в ожидании удара. Мужчины замерли в растерянности. Всеобщее благодушие растворилось без следа, оставив неприятный осадок. Подростки, только что с надеждой смотревшие на своих спасителей, отшатнулись, стыдливо опустив головы. Малыши переводили тревожные взгляды то на своих старших товарищей, то на Патрика, то на солдат, и были готовы вот-вот разреветься. Неужели сказка так быстро закончилась? Неужели прекрасный принц бросит их в этом страшном месте? Это было неожиданно. Душераздирающе. Неправильно. Ведь никто из взрослых не задумался о том, через что прошли эти несчастные дети, и сейчас, осознав, насколько изломаны, искалечены их судьбы, они не знали, что делать. Граф оглянулся на Дэмиана, потом обвёл глазами всех присутствующих. Люди топтались на месте, тщательно отводя взгляды. Тогда Патрик вновь обратился взором к принцу, поняв, что все ждут именно их слова, признавая за ними главенство, как представителей высшей власти. Дэмиан ободряюще улыбнулся и кивнул, зная, что любимый уже принял решение. Как всегда быстро, и без тени каких-либо сомнений. -Мы возьмём вас с собой,- твёрдо сказал граф, поднимаясь на ноги вместе с малышкой, намертво вцепившейся в него тонкими ручками.- И вы будете жить в замечательном месте, где вас никто не обидит. Обещаю! И на душе стало так легко, что Патрик звонко рассмеялся. Он сделает всё возможное, чтобы вернуть им детство. Чтобы любовь и забота помогли их душам оттаять и раскрыться навстречу счастливому будущему, а боль, страдания и горе оставить в прошлом. Ведь с ним-то это случилось! Люди одобрительно загомонили. Великодушие графа Велейского затронуло сердца суровых вояк, возродив в них давно утраченную веру в добро и бескорыстие. Но другого от этого удивительного создания они и не ожидали. Жаль, что таких людей, как он, на земле очень мало… -Но сначала нам нужно узнать, что здесь произошло,- сурово сдвинув брови, припечатал Дэмиан.- Кто пытался убить детей? За что? К сожалению, в живых не осталось ни одного бандита. Некого допросить. Может, кто-то из вас расскажет нам обо всём?- Принц обвёл детей вопрошающим взором. Наступила напряжённая тишина. Дети испуганно переглядывались, но никто из них не рискнул и рта раскрыть. Было понятно, что умение молчать вбивалось в них с кровью, и страх перед неизбежным наказанием плотно укоренился в их сознании. Лили сползла с рук Патрика и юркнула в толпу. -Я вам всё расскажу,- послышался откуда-то слабый, надтреснутый голос. Все стали озираться, вглядываясь в полумрак помещения, а потом замерли, охваченные ужасом и состраданием. Из дальнего угла, где была навалена куча тряпья, к ним медленно вышла девочка-подросток, придерживая руками огромный живот. Она тяжело, надрывно дышала. Было видно, что каждый шаг давался ей с большим трудом. Тонкие ножки дрожали и подгибались. Казалось, она вот-вот упадёт. Жан, в оцепенении стоявший рядом с Марком, рванулся было на помощь, но тут Патрик поднял руки, и девочку окутало ярким светом. Искрящиеся лучи ласково скользили по её измученному телу, наполняя его силой. Гладили и нежили, словно невесомые пёрышки волшебной птицы, уносящей на своих крыльях страдания и боль. И вот уже перед ними стояла юная красавица лет шестнадцати, с длинными волосами цвета спелой пшеницы. Её щёки окрасились нежным румянцем, большие синие глаза сияли, как сапфиры. Она удивлённо хлопала длинными ресницами, ещё не совсем понимая, что с ней произошло. Откуда в измученном теле появилось столько энергии. Где боль, которая столько времени терзала её. Люди ахнули от восхищения, а Жан, молниеносно подскочив к ней, опустился на одно колено и прижал к губам её маленькую ладошку. Девочка смущённо потупилась и покраснела. -Кажется, наш друг влюбился.- Марк игриво ткнул Патрика локтём в бок.- Это что, эпидемия? Патрик фыркнул, а солдаты добродушно рассмеялись, перемигиваясь и многозначительно поглядывая на обе парочки. -Я беру эту девушку под своё покровительство,- торжественно провозгласил Жан.- А если она согласится стать моей женой, то я буду самым счастливым человеком на свете. Милая, что скажешь? Раздались добродушные смешки. -Ты хоть имя у неё спроси, жених,- улыбаясь, сказал Марк.- Да сам назовись. А потом уж делай предложение. Тут всеобщее веселье нарушил звонкий голосок. -Это наша мама Элла. Она холошая, доблая. Она заботилась о нас. Когда ей лазлешали, она мыла нас, стилала одежду. Лассказывала нам сказки и пела песенки. И нам совсем-совсем не хотелось кушать, потому что мы засыпали, и не плосили еды у злых тёток. И тогда они нас не били. Лили подбежала к девочке и схватилась за подол её платья, хмуро глядя на мужчин. Остальные дети, с опаской поглядывая по сторонам, стали окружать Эллу плотным кольцом. И Патрик только сейчас осознал, сколько сил и терпения надо будет приложить, чтобы вернуть этим несчастным детям веру в добро и справедливость. Бедняги не доверяли даже своим спасителям. А уж о том, что им поведает девочка, граф примерно догадался, и от этого на душе стало муторно и гадко, словно он вдохнул тошнотворный запах нечистот. Дэмиан сдвинул брови, а его глаза сверкнули холодной сталью. -И где же эти злые тётки?- глухо спросил он.- Это они пытались вас убить? Элла, ничего не бойся. У тебя теперь есть защитник, да и мы никого из вас не дадим в обиду. Расскажи нам, что здесь было. -Хорошо! Только не при всех. Это слишком постыдная правда. -Да, да, конечно!- Дэмиан сделал знак солдатам, и те молча вышли из барака. Остались Марк, капрал Выга, Жако, староста Кирей, Патрик и Жан, который продолжал держать Эллу за руку. -А как же дети?- всполошился Патрик.- Разве им можно это слушать? -Они всё видели своими глазами,- горько улыбнулась девочка.- А многие испытали ЭТО на себе. Элла осторожно высвободила пальчики из рук Жана, и печально посмотрела на него. -После того, как вы всё узнаете, господин,- тихо заговорила она,- вам вряд ли захочется соединить свою жизнь с такой, как я. Простите! Позвольте мне не вдаваться во все подробности этих ужасных событий. Очень тяжело. Расскажу вкратце. Меня зовут Элеонора. Я дочь виконта Нэйса. Наша семья жила в небольшом поместье близ границы с Эргадой. Когда началась война, мы и жители окрестных деревень стали первыми жертвами захватчиков. Они разграбили и сожгли дома. Насиловали и убивали. Отец и старший брат погибли в бою. Мама сбросилась с башни, чтобы избежать позора. А я не успела. Меня схватили и выволокли на площадь. Там уже было много детей. Все плакали, кричали, звали родителей, а эти ублюдки только ржали. Потом нас затолкали в крытые телеги, и куда-то повезли. Так мы и оказались в этом ужасном месте. Я была самой старшей, к тому моменту мне исполнилось уже одиннадцать. Поэтому до меня быстро дошло, что мы попали в руки торговцев детьми. Всех быстро продали. Оставили самых симпатичных девочек и мальчиков постарше. Как говорили эти ублюдки: для разведения. Тогда мы ещё не понимали смысла… А обозы всё шли и шли. От покупателей не было отбоя. Но потом всё вдруг резко прекратилось. Поскольку мы жили на границе, то неплохо знали эргадский язык, и по разговорам охранников узнали, что Эргада проиграла войну. Мы было обрадовались, но рано. Вот тогда до нас и дошло, что значит «разведение». - Элла закрыла ладошками пылающее от стыда лицо.- Это было так отвратительно… Нас опаивали какой-то дрянью, после чего начинался гон, как у животных. Мы ничего не соображали. А мерзавцы смотрели на всё это безумие, смеялись, да ещё и подбадривали. Потом, распалённые, насиловали мальчиков… Но нас, девчонок, не трогали. Берегли для будущего потомства. Как я поняла, им нужны были светловолосые дети. Цена на них очень высока. И мы рожали каждый год без передышки. Многие умирали, но подрастали другие. Это был беспрерывный процесс. Тех, кто больше не мог иметь детей, продавали в бордели. Так мы и жили в этом кошмаре, без надежды на будущее. Я бы давно покончила с собой, да не могла оставить малышей. Жалко их очень. А вчера я подслушала разговор о том, что приедут торговцы за следующей партией товара. Но главным сюрпризом для них будет необыкновенный красавец по имени Ледяной Цветок. Его продажа сулит огромные деньги, которых хватит всем на безбедную жизнь, поэтому мы им больше не нужны. Слишком много с нами хлопот. Скорей всего нас отправят по борделям… Но сегодня, когда мы услышали шум битвы, в нас возродилась надежда на спасение. Однако, женщины, присматривающие за нами, вдруг наглухо заперли двери, не выпуская никого наружу. Потом эти ведьмы принесли кувшин и приказали детям выпить из него по глотку. Все почуяли неладное, но так боялись их жестоких побоев, что не посмели спорить. От страха за детей и невозможности им хоть как-то помочь мне стало совсем худо. Старшие мальчики умудрились затащить меня в самый дальний угол и завалили тряпками. Там я и пролежала всё это время почти без сознания. Вот, собственно, и всё! Наступила гнетущая тишина. Мужчины, казалось, забыли, как дышать. -Ну, ясно!- Дэмиан откашлялся, пряча гневно сверкавшие глаза.- Злоба этих гарпий, похоже, так велика, что они решили убить детей, чтоб те никому не достались. А где же теперь эти « добрые» женщины? Куда спрятались? Мы всё здесь обыскали, но никого не нашли. -А с ними был ешё противный старик,- заговорил вдруг один из мальчишек.- Лекарь. Он готовил эти ужасные снадобья. Осматривал девочек. Принимал роды. И всё время хихикал. Мерзкий до невозможности. Девочки его очень сильно боялись, и всегда плакали от боли и стыда. А ему доставляло удовольствие причинять им страдания. Он и с нами делал всякие ужасные вещи. Гад! Но я не видел, куда они спрятались. Когда вы стали ломать дверь, я уже умирал. -И мы, и мы не видели,- дети все враз загомонили, оглядываясь по сторонам. -Когда малыши стали один за другим падать,- сказал Ричи,- все поняли, что это конец, спасения нет. И мы взбунтовались. Терять-то нам уже было нечего. Старику здорово от нас досталось… Мы всем скопом навалились на него, и били тем, что под руку попадалось. Тётки тоже не слабо получили. Девчонки набросились на них, как кошки. Царапали, кусали, рвали волосы. Такой визг стоял! А когда сломали двери, они убежали и заперлись в подсобке. -Мне кажется, я знаю, где они прячутся,- подала голос Элла.- Ты прав, Ричи! В то помещение нам вход был запрещён, но я точно помню, что там есть подпол. Однажды мне случайно довелось увидеть, как лекарь вылезал оттуда. Пойдёмте, я покажу! Но прежде, позвольте мне… И девочка, бросившись к Патрику, опустилась на колени, глядя на него сияющими глазами. -Спасибо, спасибо! За детей, которых вы вернули к жизни. За меня, что не дали умереть. До конца своих дней я буду благословлять вас. Спасибо! И всем вам, родные, спасибо за то, что освободили нас. -А ты, навелное, и есть тот самый сказочный Ледяной Цветок?!- Лили восторженно прыгала возле них, дёргая Патрика за кончик косы, пока они с Жаном поднимали Эллу на ноги.- Ну, скажи! Скажи! Ведь класивее тебя никого на свете нет! И ты плавда похож на цветок! Только, почему Ледяной?! Ты такой тёпленький! Как солнышко! -Лили!- Элла строго нахмурилась.- Веди себя прилично. -Плостите!- малышка присела в неуклюжем реверансе и ускакала, напоследок лукаво подмигнув Патрику. То, что узнали друзья, не поддавалось осмыслению, настолько всё было ужасно и абсолютно бесчеловечно. А о том, какие ещё гнусные подробности утаила Элла, не хотелось даже думать. Но озорная выходка жизнерадостного ребёнка немного разрядила тяжкую атмосферу, и все вздохнули с некоторым облегчением. -Чтож, пойдёмте искать злодеев,- скомандовал Дэмиан, обнажая меч. -За такие зверства они должны быть наказаны,- прорычал Жан, доставая из-за пояса кинжал. -Преступники понесут справедливую кару,- твёрдо сказал Марк, сжимая рукоять сабли. Остальные согласно кивнули и, позвав солдат, ожидавших на улице, последовали за принцем и Эллой. Задержавшись на пороге, девочка оглянулась и ласково сказала, обращаясь к притихшим детям: -Оставайтесь на месте, мои хорошие. Ничего не бойтесь. Мы скоро вернёмся. Подсобка, если её можно было так назвать, оказалась большой комнатой с вполне приличной мебелью. За занавеской стоял широкий топчан, заваленный подушками и одеялами. У небольшого оконца притулился стол с грязной посудой и какими-то объедками. В углу был очаг, над которым висел закопченный котелок. Комнате была насквозь пропитана мерзкой вонью застарелого пота, отхожего места, протухшей еды. За ширмой стояла бадья, полная помоев. От убойного запаха слезились глаза. Оглядывая помещение, все брезгливо морщились и затыкали носы. -Ну и свиньи,- проворчал староста Кирей, поспешно открывая окно. -Да уж,- поддержал его капрал Выга, глубоко вдыхая свежий воздух, проникший с улицы. Патрик, едва сдерживая рвотные позывы, ткнулся носом в плечо Дэмиана. -Давайте скорей найдём злодеев и покончим со всем этим.- сказал принц, прижимая к лицу пушистый кончик графской косы и при этом довольно улыбаясь. Аромат чудесных волос напрочь перебивал этот жуткий смрад. По указанию девочки, они нашли тщательно замаскированный вход в подвал, находившийся под столом. Подняв крышку из толстых досок, друзья увидели ступени, ведущие вниз, в непроглядную темноту. Графа, поддавшегося любопытству, передёрнуло, и он отшатнулся, крепко вцепившись в руку Марка. -Успокойся, малыш,- тихо сказал тот, зная, как Патрик ненавидит подземелья.- Тебе нет необходимости лезть туда. Подожди здесь. Вдруг Элле понадобится твоя помощь. -Хорошо. Если что, зовите,- и он поспешно ринулся к девочке. -Ага, конечно!- про себя хмыкнул мужчина.- Чтобы потом выволакивать тебя оттуда в невменяемом состоянии. Пока они с Жаном устраивал Эллу в удобном кресле у окна, Дэмиан озабоченно смотрел на побледневшего графа, не понимая, чего этот отважный котёнок так испугался. Марк подошёл к принцу и печально улыбнулся. -Вам достался битый жизнью мальчик со своими тараканами, Ваше Высочество. Это тени прошлого, которое никак не хочет его отпускать. -Да, да! Я сразу почувствовал, что он пережил какую-то ужасную трагедию. А его глаза иногда заволакивает такой леденящий мрак, что сердце разрывается от страха за него. Так и кажется, что он в нём утонет. -О, нет! Этого вы можете не боятся. Несмотря на внешнюю хрупкость, у него сильный характер. Он боец, и всегда будет на плаву. Но для счастья ему нужна любовь. Настоящая, искренняя, которая наполнит его душу светом и теплом. И, похоже, он её нашёл, когда встретил вас. Вы будете его надёжной защитой и опорой. Малыш поверил вам, а это дорогого стоит. -Я сделаю всё, чтобы не разочаровать его. Клянусь!- Дэмиан прижал руку к груди.- Моя любовь безгранична! Свою жизнь я положил к его ногам, и невероятно рад, что он принял её. -Так и есть, мой друг,- улыбнулся Марк.- Так и есть! Я рад за вас обоих! Дэмиан сияющими глазами смотрел на Патрика, занятого разговором с Эллой. Радость моя! Счастье моё! Котёнок мой нежный! Узнаю ли я, какие мысли скрываются в этой прелестной головке. Узнаю ли я твою тайну? Принц с трудом оторвал взгляд от любимого, зажёг факел, и первым стал спускаться по лестнице. Остальные, не мешкая, пошли следом. Потянулись минуты томительного ожидания. Граф нервно потирал ладони, Элла дрожащими пальчиками теребила подол платья. Молодые люди тревожно переглядывались, вслушиваясь в тишину. Но вот до них донеслись приглушённые крики, женский визг, грохот от падения чего-то тяжёлого, звон бьющейся посуды. Патрик, сделав Элле знак сидеть на месте, подбежал к люку, с опаской всматриваясь в темноту. И тут же отшатнулся, когда в проёме неожиданно показалась лысая голова старика. Он злобно скалился почти беззубым ртом, а его свинячьи глазки пылали яростью. В руке старец сжимал окровавленный стилет, тонкий, как шило. Его взгляд сразу упал на Эллу, замершую от ужаса. -А, ты здесь, маленькая сучка,- прошипел он, проворно выбираясь наружу. Старик оказался высоким, жилистым и достаточно крепким для своего возраста. Внушительной ширины плечи говорили о его недюжинной силе. - Это ты выдала нас, грязная тварь. Шлюха! Вот сейчас за всё и расплатишься. -Ага, размечтался, старая образина,- крикнул Патрик, подбегая сзади к старику и, подпрыгнув, с силой ударил его табуреткой по черепу. Тот невнятно что-то хрюкнул, закатил глаза и стал медленно заваливаться в бок. Граф для ускорения пнул его ногой под зад, и бессознательное тело грохнулось на пол. Молодые люди некоторое время молча смотрели друг на друга, а потом захохотали. -Ловко вы его вырубили,- утирая слёзы, простонала Элла. -Имеется некоторый опыт,- задыхаясь от смеха, едва выговорил граф. -А чего это вы тут веселитесь, да ещё без нас,- раздался за спиной Патрика задорный голос Жана. Элла, икая, не в силах выговорить ни слова, указала рукой на огромную тушу старикана. -Ого! И кто ж его так славно приложил? Девочка махнула в сторону Патрика, и вновь залилась смехом. Они настолько заразительно смеялись, что Жан тут же присоединился к ним. -Эх, молодость!- проворчал Марк, выбираясь вместе с остальными из люка.- Всё-то вам смехуёчки, да пиздихаханьки. Оглушительный ржач сотряс, казалось, потолок и стены комнаты. Дэмиан подбежал к Патрику и прижал к себе, с нежностью заглядывая в его искрящиеся весельем глаза. Бесконечное счастье заставляло сердце воина трепетать и плавиться под этим лучистым взором. От этого звонкого, как весенняя капель, смеха. Вот, оказывается, как умеет смеяться Ледяной Цветок! И, может быть, в этом есть его доля заслуги? Его любовь согрела душу мятежного, недоверчивого котёнка? Оттого и хохочет он сейчас так беззаботно, так жизнерадостно… Когда все успокоились, Патрик спросил, что случилось там, внизу. Что за грохот и крики доносились до них с Эллой, и как старику удалось выбраться на поверхность. А, главное, почему его стилет в крови, и не ранен ли кто из друзей. Дэмиан успокоил любимого, кратко рассказав об их приключении. -Никто не ранен, мой хороший. На стилете не кровь, а какая-то дрянь, похожая на кисель. Там мы обнаружили закуток, где у старика целая лаборатория. В темноте наткнулись на шкаф, он и опрокинулся. Когда нашли баб, они стали визжать, как свиньи. Пришлось их связывать и затыкать рты. Пока возились с ними, старик, видимо, и прошмыгнул мимо. Мы и не заметили. Прости, что подверг вас опасности,- принц опустил голову.- Я виноват, и оправданий мне нет. Но Патрик ласково погладил его по щеке. -Не сокрушайся понапрасну, мой принц. Всё хорошо, что хорошо кончается. Да, и я не беззащитный одуванчик. Могу постоять за себя. -Ты молодец. Не растерялся. Настоящий боец! Патрик довольно зажмурился, едва не муркнув. Искренняя похвала из уст такого воина, как Дэмиан, была весьма приятна. -Смотрите,- в испуге закричала Элла,- он приходит в себя. Все стремительно обернулись. Старик медленно поднимался на ноги, тряся головой. В руке он продолжал сжимать стилет. Его глаза сверкали такой злобой и ненавистью, что становилось не по себе. Дэмиан подлетел к мужчине и попытался отобрать у него оружие. -Осторожно!- закричал Патрик.- Стилет может быть отравлен! -Вот как?- зловеще проговорил принц, выворачивая старику запястье и направляя остриё ему в грудь.- Так пусть же змея умрёт от собственного яда. -Нееет,- взвизгнул мужик, но было поздно. Стилет вонзился ему в грудь по самую рукоятку. Он рухнул на пол и задёргался в конвульсиях, а изо рта хлынула зеленоватая пена, издавая сильный гнилостный запах. -Быстродействующий яд,- прошептал граф.- Даже эти выделения могут быть опасны. Надо уходить! Но все стояли, как оглушённые. Только сейчас они осознали, какой смертельной опасности подвергались там, в подвале. Ведь старик мог незаметно оцарапать многих из них. Что ему помешало? Понимал, что со всеми ему не справиться, поэтому решил сбежать, спасая свою шкуру? А Дэмиан, не теряя времени, кинулся к топчану и, схватив одеяло, набросил его на труп. Его примеру последовали Марк, Жан и Выга. За несколько минут старик был погребён под кучей тряпья, а сверху накрыли старым ковром. -Надеюсь, отравленные пары не скоро просочатся,- отряхивая руки, заявил Марк. -Верное решение,- одобрительно сказал Патрик.- Некоторое время нас ничто не грозит. -Потом скинем его в подвал,- деловито сказал староста Кирей. -А почему не сейчас?- возмутился Патрик. -А потому, что у нас там есть кое-какие дела,- загадочно протянул Жан, весело подмигнув друзьям. Граф с любопытством оглядел компанию и хитро сощурил глаза. -Ага, понятно! Вы что-то нашли? Неужели несметные сокровища? -Вроде того,- не стал отпираться Жан.- Много всякого добра. Пряности, оружие, золото, драгоценности, дорогие ткани, редкое вино. А ещё много разной еды. Окорока, сыры, колбасы… Элла вдруг горько рассмеялась, а потом тихо заплакала. -А детей кормили пустой кашей раз в день. Сволочи! Ненавижу! Жан обнял её за плечи и прижал к себе, пытаясь успокоить. -Еда! Так это же отлично!- С притворным энтузиазмом воскликнул Патрик, стараясь отвлечь Эллу от печальных мыслей.- Мы сможем накормить детей, да и сами поедим. Я, например, жутко проголодался. Девочка сквозь слёзы посмотрела на жалобную мордашку графа, и невольно улыбнулась. -Значит так!- командным тоном провозгласил граф.- В первую очередь выносите продукты. У нас дети голодные! Элла, тебе лучше уйти отсюда. Сейчас ты в очень уязвимом положении. Скажи ребятам, что скоро они поедят, и мы сразу же отправимся домой. Иди, милая, и ни о чём не беспокойся. Элла с благодарностью кивнула и вышла за дверь. Солдаты споро выносили из подвала корзины со съестным, сундуки, ящики, мешки, бочки с солониной и вином, рулоны шелков и бархата, шкатулки с драгоценностями. Патрик брезгливо смотрел на все эти богатства и сокрушённо качал головой. -Жадность человеческая просто безгранична,- обратил он растерянный взор на Дэмиана.- Жадность и алчность. Чем больше имеешь, тем больше хочется. Почему так, мой принц? -Ты сам ответил на свой вопрос, котёнок. Жадность и алчность. Это порок очень многих людей. И он не истребим. Посмотри на наших солдат. У них горят глаза от вида этих богатств. Тут уж ничего не поделаешь. Это правда жизни… В комнату вбежал перепуганный Ричи. -К нам приближается караван работорговцев,- заикаясь, пролепетал он.- Они едут за нами! Но в первую очередь, конечно, за вами, граф. Мы ведь уже поняли, что вы и есть Ледяной Цветок. -А как вы узнали, что торговцы едут сюда,- строго спросил Дэмиан. -Мы с другом просто хотели посмотреть, что снаружи.- Виновато потупился мальчик.- А там вся площадь усыпана трупами. Уже и мухи летают. Навозные! И воняет. Фу! Не мудрено на такой-то жаре. Ну, мы и поднялись на холм. Там здорово! Ветерок, воздух чистый. А потом увидели, как издалека пылит дорога, и вспомнили, что сегодня должны приехать эти… Вы же их прогоните? Да? -Конечно, мой мальчик,- Дэмиан погладил мальчишку по голове. -Но сначала встретим,- Патрик хищно оскалился в подобии улыбки. -Ты что-то задумал, хитрец? -Да! У меня сегодня игривое настроение. Продолжение следует…