Dangerous road

— Не могу поверить, что я дошёл до этого, — проворчал парень, пронзая присутствующих сканирующим взглядом. — Но раз я уже здесь, и вы тоже, то только один из вас сможет уйти отсюда. Девушка, что стояла рядом, слегка нахмурилась, не разобрав слов говорящего. Ну естественно, ведь он говорил на корейском. — Прошу прощения, вы уже определились с выбором? — поинтересовалась она с осторожностью. — Нет, дайте мне время, пожалуйста. — Ну что ж, тогда я оставлю вас. Меня ждут клиенты. С этими словами она развернулась, махнув хвостом, и ушла. Чонгук почувствовал, как на него накатывает… паника? Какого хрена? Нет уж. Он справится и сам. Чонгук снова посмотрел на уставившиеся на него несколько пар чёрных глаз и сказал: — Не смотрите на меня так, я могу взять только одного. Один из щенков тявкнул и сладко зевнул. Чонгук закатил глаза (догадайтесь, от кого он перенял эту привычку?). Сегодня у его парня день рождения, а Чонгук до сих пор не может определиться с подарком. Девушка специально выложила перед ним маленьких щенят, чтобы ему было легче выбирать, но легче ни хрена не стало. Чонгуку хотелось, чтобы продавщица вернулась и помогла ему. Где она, чёрт возьми? Тут Чонгуку пришла в голову идея. Он достал телефон и открыл снэпчат. Он знает, кто ему поможет. Спустя минуту на экране высветилось лицо парня с тёмно-синими волосами. — Привет, хён, — сверкнула голливудская улыбка, и уголок губ Чонгука невольно дёрнулся вверх. Несмотря на то, что вначале Чонгук недолюбливал этого парня, сейчас они неплохо общаются. Нет, они отлично общаются. — Привет, Чимин, — ответил он. — Ты сейчас занят? Если в Канаде было двенадцать часов дня, то в Корее — час ночи… А если бы он спал, Чонгук? Да ему насрать. Дела не требуют отлагательств, особенно когда они касаются Ким Тэхёна. — Нет, — ответил Чимин, покосившись назад через плечо. — Точно? — Да, — кивнул тот, вернув голову в исходное положение. — Так что случилось? — Мне нужна твоя помощь, — сказал он как можно равнодушнее. — Я к твоим услугам. — Ты же знаешь, что сегодня… — День рождения Тэхёна, — кивнул Чимин, уже предполагая, о чём попросит его Чонгук. — Да, — выдохнул Чонгук. — Я выбираю ему подарок. —Ты каждый раз собираешься мне звонить, когда покупаешь ему подарок? — звонкий голос был полон негодования. — Пора бы уже знать, что ему нравится. Чонгук представил, как выходит из зоомагазина, садится на самолёт, прилетает в Корею, достает пистолет и выстреливает в Пак Чимина. — Эй, ты меня слышишь? — Я знаю, что ему нравится, — прорычал Чонгук, не сдерживаясь но, поймав настороженный взгляд продавщицы, заговорил тише. — Просто не… уверен, что правильный подарок выберу. — Чонгук, Тэхёну нравится всё, что бы ты ему ни дарил. Так что успокойся. — Ты куда пропал, Чимин? — послышался из телефона знакомый голос, и глаза Чонгука на секунду расширились. Что этот человек делает у Чимина в час ночи? — Только не говори, что это опять Чонгук звонит, не зная, что подарить Тэхёну. — Тогда не скажу, — Чимин мило улыбнулся, и на экране появился Юнги. — Юнги, — обречённо простонал Чонгук. — Чонгук, — помахал рукой Юнги. — Как дела? Было плохо, теперь просто ужасно. — Всё просто отлично, — Чонгук заставил себя улыбнуться. — Поэтому ты опять звонишь Чимину? Теперь Чонгук по-настоящему начал жалеть, что вообще позвонил. — Лучше скажи мне, что ты делаешь у Чимина? — Я не у Чимина. — А где? Юнги забрал телефон из рук Чимина, судя по тому, что лицо друга не пропало с экрана, а потолок над его головой пришёл в движение. — Ребята, Чонгук на видеозвонке. Помашите ему. Экран развернули, и Чонгук узнал обстановку кафе-бара «Золотая грива». За одним столиком сидели Джин, Хосок и Намджун. С бутылками соджу и закусками. Ну надо же… Он скорее почувствовал, чем заметил ледяной взгляд Намджуна. Блять. Чонгук заставил себя улыбнуться. — Привет, Чонгук! — Хосок с остервенением махал руками, радостно смеясь. — Привет, ребята. — Как дела? — спросил Джин. — Он опять не может выбрать подарок Тэхёну, — вставил Юнги. Нет, он издевается над ним. — Почему я не удивлён? — послышалось намджуновское. В Чонгуке поднялась волна раздражения, и он со свистом выдохнул. Это была плохая затея. Он ничего не добьётся, разговаривая с пьяными друзьями, кроме как отмирания нервных клеток, которых у него почти не осталось. — Ладно, ребята, мне нужно идти, я и так тут долго торчу. Выберу сам и поеду уже. — Подожди, — камера развернулась, и перед Чонгуком снова был Юнги. — Я помогу тебе быстро, раз уж спешишь. Показывай, что у тебя там. Чонгук присел на корточки и показал щенков, которые копошились в пушистом одеяле. — О, Боже! — послышалось от Юнги. — Кто ты и что ты сделал с Чон Чонгуком? Скулы Чонгука ощутимо горели, а последняя фраза Юнги стала последней каплей в переполненной чаше терпения. — Я сейчас отключусь. — Стой! — крик Чимина. — Дай сюда телефон. — Нет, — послышалось от Юнги. — Что у вас там? — голос Джина. — Я тоже хочу посмотреть! — взвизгнул Хосок. И дальше пошли восклицания, полные умиления и сюсюканий (в основном от Чимина и Хосока). Чонгук в очередной раз выдохнул и посмотрел на наручные часы: время поджимало. С таким успехом он не успеет приехать домой быстрее Тэхёна. — Возьми того, что с пятнами. — Нет, кудрявый лучше. — Пудель, Хосок? — удивлённо спросил Юнги. — Ты сейчас серьёзно? —П одождите, — задумчиво протянул Джин. — Возьми терьера. — Вы все выбираете разных, — Чонгук услышал в своем голосе нотки отчаяния. — Выберите одного. — А кто нравится тебе? — спросил Чимин. — Вот этот, — Чонгук указал пальцем на маленький пушистый комочек. — Вроде шпиц. Он… Похож на Тэхёна. Чонгук не стал продолжать предложение, он просто посмотрел на выбранного им щенка. Он хотел было уже купить его, как только увидел, но боялся, что Тэхёну не понравится. — Бери шпица, — сказал Намджун. — Если он тебе понравился, значит и ему понравится. Чонгук от удивления поднял брови и невольно развернул камеру к себе. Если до этого парни, чьи лица удачно вместились на экране, с интересом разглядывали щенков, то сейчас они все как один расплылись в улыбке. Кроме Намджуна, естественно. — Спасибо за помощь, — Чонгук всё же улыбнулся, ощущая что-то вроде долгожданного благословения от Намджуна. — Давай уже, иди, — сказал Намджун. — Передавай Тэхёну привет! — крикнул Чимин, прежде чем Чонгук отключился. Он посмотрел на маленького шпица, который мило топтался на месте, и взял его на руки. Чонгук оглянулся в поисках девушки, но она затерялась между полок с товарами и клетками. Позже, когда он нашёл её, она подобрала необходимый для щенка ассортимент: миски, корм, подушка, одеяла, игрушки, расчёска, шампунь, переноска, ошейник… Чонгук уставился на огромные пакеты в руках и щенка, спрятавшегося в пальто у него на груди. В переноску щенок не полез — с характером оказался малыш. Кое-как впихнув пакеты на заднее сиденье машины, Чонгук отряхнулся от хлопьев снега, что вовсю кружили, и сел на водительское сиденье, а рядом на пассажирское устроил щенка, предварительно завернув в одеяло. Вздохнув, Чонгук завёл свою ауди и поехал домой.

***

Прошло целых пять лет, а они с Тэхёном до сих пор вместе. Чонгуку казалось это чудом, и он надеялся, что оно продлится до конца их жизни, несмотря на все тяготы, ссоры и недопонимания. Чонгук часто размышлял о том, насколько они с Тэхёном разные, но это не мешало им прекрасно гармонировать между собой и дополнять друг друга. Когда Чонгук вспыльчив — Тэхён спокоен; если же наоборот и Тэхён готов взорваться, то Чонгук рядом, чтобы охладить его пыл. Несмотря на то, что чувственная натура художника часто сталкивалась с глыбой льда в лице Чонгука, эти двое всегда умудрялись находить путь к примирению (Чонгук улыбнулся своим мыслям, вспоминая каким образом они «приходят к примирению»). Но каждый раз, когда они ссорятся, Чонгук мыслями возвращается к прошлому, в те времена, когда в его жизни царило беззаконие, а окружающие люди воплощали в себе все смертные грехи. Быть главарём большой банды, внушавшей жителям Сеула страх, — такое себе удовольствие, несмотря на то, что главенствующее положение озолотило его. Чонгук солгал бы, если бы сказал, что испытывал сильное отвращение, занимаясь делами на чёрном рынке. Он получал неплохой доход за продажу оружия и наркотиков, и его всё устраивало, пока не появился человек по имени Ким Гон-у. Именно он заставил Чонгука задуматься о том, кто он есть. Если раньше, будучи ребёнком, он, перестав видеть хорошее и светлое в своей жизни, погрузился в мир преступности, где грязные деньги можно было легко достать, то с появлением Гон-у он начал осознавать, насколько низко пал. Перед глазами пронеслись все годы: когда он был золотым ребёнком с неисчезающей улыбкой на лице; когда потерял отца, и веки постоянно слипались от недостатка сна и отдыха; когда ему выдавали посылки с наркотой, которую предстояло передать клиенту; когда ему всучили в руки пистолет, чтобы он мог защищаться; когда познал все прелести секса; когда в первый раз избил человека до полусмерти; когда начал чувствовать постоянный привкус крови во рту и адреналин в венах; когда мысли уносились прочь после нескольких рюмок алкоголя; когда он ощутил значимость власти и вкусил чужой страх, и ему это понравилось; когда монстр внутри него выбирался наружу и убивал людей (скорее нелюдей); когда осознал, что задыхается из-за собственного гнева и отчаяния, а сладость той «свободы» осела желчью на языке; когда он понял, что тот мальчик со слезами на глазах мёртв внутри него, а его душа затерялась в тёмных переулках ночного Сеула; когда он стал главарём бездушных ублюдков и тяжесть ответственности увеличилась в несколько раз… Когда в груди поселилось странное чувство, а в голове отпечатался образ хрупкого парня с глазами цвета горького шоколада. Казалось, что американские горки, пронёсшие Чонгука через все круги ада, остановились, когда он взглянул в эти большие глаза, сверкавшие из-за страха и гнева. Чонгук привык к таким взглядам, и ему было совершенно на это плевать, но почему-то он не хотел, чтобы этот парень так смотрел на него. Тогда он быстро отбросил эту мысль и дал знак своим ребятам отвести Ким Тэхёна в туалет. Бедный парень испугался, что ему сломают пальцы, и дёргался что есть силы. Чонгук заметил стройный бронзовый живот парня, когда толстовка задралась, и подумал о татуировке — принадлежности к банде. Парень упрямо утверждал, что он не лев. Так почему бы не проверить? Сорвав с него толстовку, он понял, что по факту тот чист, но всё же оставался братом Ким Намджуна. Он вспомнил щекочущее чувство в груди, когда прикоснулся к щеке Тэхёна и встретил его яростный взгляд, граничащий с паникой. В тот момент он подумал, что никого прекраснее на свете не встречал (какого хрена?). Чонгука постоянно окружали красивые девушки и парни, но все они меркли на фоне Ким Тэхёна. Чонгуку не понравилось, что монстр внутри него замурлыкал от удовольствия и предвкушения, когда Ким облизал пересохшие губы от волнения. Чонгук подавил в себе желание прикоснуться к этим губам и ушёл, так и не тронув парня. Он подумал, что забудет Тэхёна, как только с кем-нибудь потрахается, но ошибся. На следующую ночь, когда он наблюдал, как сливаются фиолетовые и зелёные прожекторы, проскальзывая по танцующим внизу людям, он понял, что чертовски сильно хочет шоколад, хотя до этого его не любил. Но вместо этого он проводил вечер в своей «Сокровищнице» и распивал виски под песню Okay – Chase Atlantic. — Чонгук. Он оторвал взгляд от девушки, которая изгибалась, демонстрируя свои прелести, и посмотрел на Джина. — Что с тобой? — спросил он, облокотившись на парапет рядом с Чонгуком. — Ты сам не свой. Всё ещё переживаешь из-за наркоты? Под песню про наркоту. Какая ирония… — Дело не в наркоте, — возразил Юнги, появившийся с другой стороны, и Чонгук сжал челюсть. — Мияви побесится и успокоится, когда узнает. Конечно, бабло мы потеряли, но со львов их ещё можно будет стрясти. Тем более, это не такая потеря по сравнению с тем, что было при Мияви. — Тогда в чём дело? — Этот придурок молчит, — Юнги указал пальцем на Чонгука, — словно воды в рот набрал, но я догадываюсь, в чём дело. Чонгук пронзил Юнги ледяным взглядом, и тот расплылся в широкой, понимающей улыбке, осознав, что попал в точку. — Мы познакомились с младшим братом Ким Намджуна, — произнёс Юнги ленивым тоном. Чонгук раздражённо вздохнул и отвернулся. Его внимание снова было обращено на танцующих. — А у него есть брат? — удивился Джин. — Мы тоже думали, что это слухи, но, как оказалось, на свете и вправду существует такой человек. — И что не так с этим парнем? — Да всё замечательно с ним, я даже скажу больше: он охренительно красив. — Оу. — Нет, тебе нужно было его видеть, хён, — глаза Юнги заблестели, словно он открыл Америку, — ты, конечно, ворлдвайд хэндсом, но тот парень нереально красивый. Что он забыл в том университете? Ему бы в айдолы, а не в художники. — Он еще и художник? — улыбнулся Джин. — Ага, и знаешь, в его альбоме был портрет Чонгука, — Юнги подмигнул Джину. — Теперь понимаешь, к чему я веду? — Когда Джин поднял бровь, ответил: — Чонгук это оценил, и его потянуло на искусство. Еще чуть-чуть, и Чонгук врежет Юнги. — Он ведь не шутит, Чонгук? — спросил Джин, не сдерживая восторг. Он подумал о том, что скрывать от друзей правду, будет просто невозможно. Несмотря на то, что он постоянно контролировал собственные эмоции, эти двое слишком хорошо изучили его. Он посмотрел на Джина и сказал прямо: — Я хочу его. — О-о, — Юнги едва не сполз с перил, пока с открытым ртом смотрел на лучшего друга. — Ебать, у нас всё намного серьёзнее. Чонгук закатил глаза и, оторвавшись от парапета, направился к столику с выпивкой. Его виски закончился. Друзья последовали за ним. — Нет, ты видел его взгляд? — спросил Юнги у Джина, который был не меньше удивлен. — Я знаю этот взгляд, чёрт возьми. Ставлю миллион долларов, что Тэхён окажется здесь меньше, чем через неделю. — Будь осторожнее со словами, особенно, когда у тебя нет таких денег. Тэхён не так-то уж прост, как тебе кажется. — И судя по всему, — добавил Джин, — именно поэтому он тебе понравился. Чонгук хищно улыбнулся. И кто бы мог подумать, что Чонгук станет одержим Тэхёном. Каждый раз, когда он видел этого парня, он словно терял рассудок и обретал чувство страха потерять его из виду. Он хотел видеть Ким Тэхёна рядом с собой. Это было единственное объяснение его поступкам. Он чувствовал, что Тэхён приносит в его жизнь краски, что-то новое и неизведанное, нечто, что заставляет его ощущать себя по-настоящему живым и… значимым. Тэхён смотрел на него своим нежным взглядом, озарял чистой, искренней улыбкой, и Чонгук понимал, что большего ему и не надо. Достаточно того, что он купается в тёплых лучах этого создания, и, на удивление, ему хотелось дать тепла в ответ. Тогда он не думал, что получая свет со стороны, он рушит жизнь Тэхёна. Ещё тогда, после похода в планетарий и нападения людей Мияви, он увидел в нём маленькую звезду, а в себе — чёрную дыру, которая уничтожает всё, что приблизится к ней. Прекрасно понимая, что губит Тэхёна, он всё равно не сдавался, продолжал верить, что сможет защитить парня, что у него есть время, чтобы подготовиться к трудностям. Но Мияви вернулся слишком рано, и это выбило Чонгука из колеи. Он по-настоящему испугался, потому что хорошо знал Мияви: его привычки и извращённые наклонности. Желание защитить Тэхёна стало необходимостью. И он не справился с этой задачей. Когда Чонгук узнал, что люди Мияви похитили Тэхёна, он не стал тратить время на размышления и построение чёткого плана. Среди охраны Мияви были его люди, которые ждали сигнала в нужный момент, и этот момент наступил. Чонгук, дозвонившись до людей, которым доверял, затем Намджуну, чтобы тот привёл львов, сколько сможет, поехал в свой загородный дом. У Чонгука собирались отнять всё, что есть, включая Тэхёна, поэтому действовать нужно было быстро. Когда Мияви выстрелил в Тэхёна, Чонгук успел вспомнить всю свою жизнь и потерять её смысл в один миг. Не думая, он кинулся на того, кто научил его выживать и убивать. Из дома раздались выстрелы, и драконы, которые хотели убить Чонгука, пали под пулями верных ему людей. И всё же кому-то из них удалось ранить его в руку. Но разбираться с раной тоже не было времени. Выстрелив в голову Мияви, Чонгук, заметив, что Тэхён исчез, услышал всплеск воды. Охваченный неконтролируемым страхом, он без промедлений перепрыгнул через парапет за Тэхёном. С раненной рукой было тяжело двигаться, но он, собрав в себе остатки сил, вытащил Тэхёна из воды. Юнги прибежал на помощь. Несмотря на то, что Тэхён был смертельно бледен, а его друг не чувствовал пульса, Чонгук принялся делать массаж сердца. Так просто он его не отпустит. Крики Намджуна резали слух и превращались в звон в ушах, гнев продолжал бурлить в теле, качая кровь, а боль в руке ослепляла сознание. Но Чонгук не останавливался. Он продолжал бороться за жизнь Тэхёна. И парень очнулся. Дальше было всё, как в тумане. Почувствовав облегчение, Чонгук обмяк на заднем сиденье полицейской машины после того, как ему оказали первую помощь. Прибыв в участок, Чонгука отвели на допрос, и он дал показания, ничего не утаив. Он признался, что убил Мияви. Начались звонки. Полиция связалась с Гон-у, и мужчина сразу же приехал. Целую ночь Чонгук и Гон-у пробыли в комнате допроса. В конечном итоге Чонгука посадили за решётку, и было принято решение о судебном разбирательстве. Два с половиной месяца Чонгук пробыл в тюрьме. Он знал, что если Гон-у не удастся вытащить его, то придут люди, которые убьют его. Мафия, на которую работал Мияви, — одна из самых могущественных в Японии (а Чёрные драконы были просто пешками, выполняющими мелкие поручения крупных шишек), и если найдутся люди, которые дорожили Мияви, то Чонгуку не жить. Мысль о том, что за ним могут прийти, высасывала из него все соки и лишала сна. Чонгук чувствовал себя загнанным животным, которого поведут на забой. Он думал о том, что за Тэхёном тоже могут прийти, и обезумел ещё больше. Когда Джин приходил навещать его, он постоянно спрашивал о Тэхёне и просил, чтобы Юнги названивал Хосоку и Чимину, чтобы те приглядывали за его парнем. Гон-у иногда тоже приходил с сыном и беседовал с Чонгуком. Сначала Чонгук, съедаемый виной перед Тэхёном, отказывался от его помощи, чтобы выйти на свободу, потому что считал, что заслуживает смерть за все свои ужасные поступки. Потом, потерянный из-за страха и отчаяния, он умолял вытащить его, чтобы спасти их всех от людей Мияви. Гон-у, понимая, что Чонгука кидает из крайности в крайность, терпеливо выслушивал его и оказывал поддержку, пока занимался зачисткой истории дела с Мияви, чтобы огородить Чонгука и вытащить его из тюрьмы. И вот, когда Чонгук вышел из полицейского участка, где снаружи должен был ждать Гон-у, навстречу парню выбежала маленькая женщина. Чонгук подхватил её, когда она буквально упала в его руки, и сжал в своих объятиях. — Мама, — прошептал он тогда, и непрошенные слезы скопились у уголков глаз. — Чонгук, — всхлипнула женщина, сильнее прижимаясь к сыну. — Я так волновалась. Когда же этот кошмар прекратится? — Он прекратился, — ответил Чонгук, подняв взгляд на Гон-у, который стоял и ждал у машины, и почувствовал, как в нём поднимается чувство благодарности. Этот человек спас его. — Тогда поехали домой, Чонгук. И Чонгук поехал. Он решил остаться в доме мамы и Гон-у, пока дело окончательно не уляжется, а шавки Мияви не скроются в тени. Но даже после он не сможет остаться здесь. Скорее всего, ему придётся уехать, хотя бы на время. Иначе он подвергнет себя и людей, которые дороги ему, опасности. Две недели Чонгук жил с матерью и её мужем, налаживая с ними отношения и восполняя то, чего ему так не хватало: семейного уюта и материнской любви. Но вместе с этим, он не переставал думать о Тэхёне. Он знал, что Тэхён искал его и пытался с ним связаться, но тогда было слишком опасно, и он был в тюрьме, не зная, выберется ли оттуда. Ему не хотелось обнадеживать его, поэтому он решил оттолкнуть его от себя. Но теперь, когда он готов уехать, ему нужно найти Тэхёна, чтобы… забрать с собой. Правда, Чонгук не раз задумывался о том, что он будет делать, если Тэхён не захочет уехать с ним. Он разрывался между желанием забрать Тэхёна с силой и смирением, ведь он понимал, что парню пришлось многого натерпеться из-за него, да что уж говорить, он едва не погиб из-за Чонгука. К тому же теперь Чонгук «исчез», оставив его в неведении. Как Тэхён отреагирует на его появление? Ответ он получил, когда приехал в «Золотую гриву». …Чонгук сошел с мотоцикла и распахнул двери кафе-бара. За один короткий взгляд он успел заметить, что бар был почти пустым, только несколько львов, растянувшихся на диванчиках, занимали пару столиков. Намджун с Чимином и Хосок сидели сбоку барной стойки. Третий обслуживал первого и второго, разливая им напитки янтарного цвета. Намджун кинул усталый взгляд на вход, подумав, что пришёл очередной лев, но, осознав, кто на самом деле явился, вскочил со стула. Лицо исказилось от ярости. Львы тоже поднялись со своих мест и покосились на своего лидера. Чонгук был готов к такой реакции и положил руку на пояс, где покоился его пистолет. Разумеется, он не собирался убивать Намджуна и его львов. — Ты ебанулся, Чон? — взревел Намджун. — Какого хрена ты тут делаешь? Чимин подскочил, словно ужаленный, и уставился на Чонгука. Хосок выглядел спокойным, так как знал, что Чонгук должен был появиться, если не в этот момент, то в ближайшее время точно. — Если ты ищешь Тэ, то его здесь нет, Чонгук, — сказал он. — Тогда где он? — Пошёл вон, Чон! — Чонгук поморщился из-за крика Намджуна. — Богом клянусь, я едва сдерживаюсь, чтобы не убить тебя. — Намджун, успокойся и дай мне объясниться, — отчеканил Чонгук. Намджун расхохотался. — Думаешь, я стану тебя слушать? То, что ты сделал с моим братом… — Что с ним? — Чонгук почувствовал, что в груди всё сжалось, затем покосился на Хосока. — Ты сказал, что у него всё хорошо. — Стало всё хорошо, — равнодушно ответил Хосок, — когда он уехал. — Куда он уехал? — процедил Чонгук. В руке Намджуна появился пистолет, и Чонгук дёрнулся к своему. — Намджун, нет! — крикнул Хосок, перепрыгивая через барную стойку. Намджун прицелился в Чонгука, пока тот замер каменной статуей. Хосок встал перед Кимом и схватил его за руку, пытаясь опустить её вниз. — Джун, спокойно, — заговорил он успокаивающим тоном. — Я никогда не прощу тебе то, что ты сделал с Тэ, — прошептал Намджун. — Я предупреждал тебя, Чонгук: если с его головы хоть волос упадёт, я убью тебя. Я хочу это сделать, но тогда я не смогу смотреть в глаза своему брату. — Намджун, теперь я свободен, — сказал Чонгук. — Ты знаешь, что я никогда не хотел причинить ему боль. Я сделал всё, чтобы защитить его и облажался, но теперь я свободен… — Чонгук, ты никогда не будешь свободен. Прошлое не оставит тебя. — Ты прав, здесь нет. По крайней мере, не сейчас. Я хочу уехать и… — Забрать Тэхёна? — Рука сжала пистолет, и Чонгук почувствовал, как его тело начинает бросать в пот от переполняющих эмоций. — Опусти пистолет, Намджун, — тихо попросил Чонгук. — Боже, как же я хочу убить тебя, — проговорил Намджун тихо, глядя в глаза Чонгука. Эти слова были искренними, и Чонгук почувствовал сожаление за то, что пришлось пережить братьям Кимам по его вине. — Прошу, Намджун, — прошептал он, не отпуская нить надежды. — Убирайся, Чонгук, — покачал головой Намджун, опуская пистолет. — Я ни за что не скажу тебе где он. Намджун развернулся и готов был уйти, но Чонгук решился на ещё одну попытку. — Когда мы познакомились… Тогда Чонгуку было всего пятнадцать. — …ты сказал, что мне не место среди чёрных драконов. — Я помню, — ответил Намджун, остановившись. — Ты сказал, что я должен засиживаться в школе, а не в притоне среди наркоманов и убийц. Что я должен завести семью и работать, жить ради лучшего будущего. — Тогда я надеялся, что ты сможешь избежать участи стать одним из них, но оказывается, было уже поздно. Он снова сделал шаг. — Но ты выслушал меня и позволил Тэ быть со мной. — Я дал один шанс только из-за Тэхёна, — ответил Намджун, обернувшись. — Он получил урок, который едва не стоил ему жизни. Думаю, с него хватит. Он достаточно настрадался. Так что, Чонгук, подумай хорошенько, прежде чем продолжать искать его. Подумай о Тэхёне. Если он по-настоящему дорог тебе, то отпусти его. Чонгук выдохнул сквозь зубы, понимая, что Намджун прав и что правильнее было бы поступить именно так, но он не сможет. Одна мысль о том, что он больше не увидит Тэхёна, сводила его с ума. Он чувствовал, как внутри всё леденеет и становится безжизненным. Он не хочет возвращаться в холод, из которого только выбрался. Тэхён нужен ему. — Уходи, Чонгук. Намджун ушёл, захлопнув за собой дверь с подковой. Львы снова уселись на свои места. Хосок и Чимин переглянулись, а потом посмотрели на Чонгука, на лице которого читалась горечь вперемешку с упрямством. Хосок снова прошёл за барную стойку, а Чимин забрался на стул. — Чимин, — позвал Чонгук. — Выйди на минутку со мной. Чимин растерянно посмотрел на него. — Даже не пытайся, Чонгук, — твердо сказал Хосок, нахмурившись. Но тут Чимин слез со стула и направился к Чонгуку. — Чимин, — удивлённо выдохнул Хосок. — Я сейчас вернусь, — ответил Чимин, не оглянувшись. Он вышел с Чонгуком на улицу. — Я знаю, что тебе известно, где он. — Естественно, — Чимин скрестил руки на груди, — я его лучший друг. — Тогда скажи мне. — Нет. — Чимин, прошу тебя, мне нужно увидеться с ним. Я поеду к нему, где бы он ни был. — Да что ты? — насмешливо спросил Чимин. — Он очень далеко, Чонгук. — Мне всё равно. Так что прекрати ломаться. — Я вышел с тобой, Чонгук, не для того, чтобы ломаться или ждать убедительных аргументов. Я хочу сказать тебе вот что: Тэхён не спал и не ел, переживая за тебя. Он был настолько плох, что Намджун отправил его к врачу. Ему диагностировали посттравматический стресс. Ему снились кошмары, чудились звуки выстрелов. Тэхён только начал приходить в себя. Ему нужно отдохнуть от этого дерьма, так что оставь его. — Чимин, я не могу оставить его, зная, что ему так плохо. Я знаю, что смогу помочь ему. — Ты будешь напоминать ему о том, что он пережил. — Я знаю, что он искал меня, что он нуждался во мне, но я не мог быть с ним рядом, потому что не было гарантий, что я выйду из-за решётки. — Чонгук, как сказал Намджун, иногда лучше просто отпустить, так что… — Я не отпущу его. — Значит, ты не любишь его. — Откуда тебе знать? — спросил Чонгук, наступая на него. Чимин смело встретил его взгляд. — Ты поступаешь эгоистично, — ответил он, качая головой. — А человек, который любит, не только получает, но и отдаёт. Ты не хочешь отпустить Тэхёна, когда у него появился шанс начать новую жизнь. — Чимин, я люблю его, — Чонгук никогда не говорил этого вслух, и признание ошарашило его не меньше Чимина, глаза которого расширились от удивления. — Я знаю, что ужасен, но стараюсь стать лучше. Просто скажи мне, где он. Пожалуйста. Как я могу спокойно уйти, зная, что он страдал? — Боже, — прошептал Чимин. — Ты даже говоришь, как он. — Чимин, — Хосок вышел на улицу и уперся руками в бока. — Вернись немедленно, а ты, Чонгук, уходи, тебя по-человечески попросили. Чонгуку оставалось только наблюдать, как Чимин заходит обратно в кафе-бар. Хосок зыркнул на него недовольным взглядом напоследок и также скрылся за дверью. Чонгук понял, что почти уговорил Чимина, что еще минута, и тот сдался бы… И он продолжил преследовать Чимина, зажимая его по всем возможным углам. Он едва не бился в истерике, когда в очередной раз видел Чонгука. — Когда ты перестанешь преследовать меня? — кричал Чимин, когда увидел Чонгука у лекционной аудитории в университете. — Когда ты скажешь, где Тэхён. — Отвали уже от меня! — взвизгнул Чимин. — Ничего я тебе не скажу. — Тогда я выбью из тебя ответ, — прорычал Чонгук, не обращая внимание на студентов, которые косились в их сторону. — Попробуй, — прошипел Чимин. Чонгук схватил его за куртку и прижал к стене. Чимин вцепился в его руки, пытаясь оторвать их от себя. — Эй, прекратите немедленно, — рядом появился преподаватель и остановился перед парнями, готовых разорвать друг другу глотки. — Мне уже нечего терять, — прошипел Чонгук, глядя в глаза Чимину. – Я не раз избивал человека до смерти, и если для того, чтобы получить ответ, мне потребуется набить тебе морду, я это сделаю. Чимин заливисто рассмеялся. — Чонгук, если бы ты знал, как он далеко. — Так скажи мне. — В Канаде. — Что? — Чонгук растерялся и отпустил Чимина. — Он в Канаде. — Ты, что, издеваешься надо мной? — прорычал Чонгук, взмахнув руками. Чимин снова рассмеялся, и учитель, готовый кинуться их разнимать, махнул рукой и зашёл в аудиторию. Студенты, успевшие их окружить, разочарованно вздохнули и начали расходиться. — Он в Канаде, честно, — Чимин, не прекращая хихикать, начал показывать фото Тэхёна, сделанные в Канаде. — А если быть точнее, то в Торонто. — Охренеть, — прошептал Чонгук, глядя на серьёзное лицо Тэхёна, стоящего на фоне небоскребов. — Ну, что? — насмешливо спросил Чимин. — Поедешь теперь за ним? — Конечно, — сразу ответил Чонгук. — Адрес давай. Чимин прекратил смеяться и удивлённо посмотрел на него. — Ну что ж, - прокашлялся он, перекинув Чонгуку через сообщение данные о местонахождении Тэхена. — Намджун меня убьет…

***

…Чонгук загнал машину в гараж, что был соединён с домом, выключил зажигание и покосился на щенка. — Думаю, сначала я занесу тебя, а потом пакеты, — сказал Чонгук. Боже мой, он разговаривает с щенком. Нет, Тэхён точно плохо на него влияет. С этими мыслями Чонгук подхватил щенка, завернул в одеяло и понёс в дом. Открыв дверь в прихожую, он отряхнулся от снега и хотел было пройти в гостиную, но замер, словно получил что-то вроде сердечного приступа. У подножия деревянной лестницы, в пижамных штанах и бесформенной футболке, стоял Тэхён. Он смотрел на Чонгука тем нежным взглядом, от которого моментально таяло его холодное сердце. Ещё чуть-чуть, и он расползётся лужицей перед ним. Чонгук хотел улыбнуться, но тут в его голове стукнуло. — Ты что тут делаешь? — спросил он резко. Тэхён моргнул, и его лицо приобрело оттенок растерянности. Ну разве он не очарователен? — Э-э, живу? — Очень смешно, — проворчал Чонгук. — Почему ты не на работе? — Чон Чонгук, ты обвиняешь меня в том, что я не на работе? — брови Тэхёна взлетели вверх. — Нет, — Чонгук вспомнил про одеяло и щенка в руках, — то есть да. — А почему ты не на работе? — спросил в свою очередь Тэхён. — Я взял отгул. — Зачем? Чтобы сделать сюрприз, блять. Но, видимо, не судьба. — А что это у тебя в руках? — спросил Тэхён, приближаясь к нему. — Ничего, — резко ответил Чонгук, прижимая одеяло к себе. Щенок тявкнул. — Чонгук, — Тэхён от удивления открыл рот, а Чонгуку захотелось врезать себе. Идиот. Не Тэхён, если что. Чонгук вздохнул и передал одеяло со спрятанным щенком в руки Тэхёна. Малыш выглянул наружу, и брови Тэхёна поднялись ещё выше. — Я хотел сделать тебе сюрприз, — принялся оправдываться Чонгук. — Я помню, что тебе понравилась собака Майка, и я решил подарить тебе… Он не успел закончить предложение, потому что в его губы прилетел короткий, но очень сладкий поцелуй. Сначала Чонгук растерялся, но затем улыбнулся, заметив широкую улыбку Тэхёна. Он притянул Тэхёна к себе и наклонился, чтобы поцеловать, но тот вдруг отстранился. — Мы его сейчас задушим в своих объятиях, — прошептал он, указывая глазами на щенка. Чонгук забрал щенка из рук Тэхёна, положил его на пол вместе с одеялом, затем разулся, снял пальто и снова потянулся к своему парню. Ничего не сказав, он обрушился на него с поцелуями, и тот возмущённо замычал, кинув взгляд на маленького шпица, которому пришлось остаться одному в коридоре. Чонгук медленно подталкивал Тэхёна к дивану в гостиной. Он снял с себя тёплую водолазку, затем майку и потянулся к футболке Тэхёна. — Ёнтан, — прошептал Тэхён ему в губы. — Что? — не понял Чонгук и отстранился. Что ещё за Ёнтан? — Так назовём щеночка, — сказал Тэхён. — Ты же не против? Лицо Чонгука окаменело. Он резко схватил Тэхёна за руку и перекинул через спину за диван. Тэхён от неожиданности вскрикнул, но потом засмеялся, заметив, что Чонгук накидывает на полуголое тело пальто и тянется к ручке двери. Он понимал, почему Чонгук так отреагировал: уж очень его парень не любил, когда его отвлекали от "интересного занятия". — Эй, ты куда в таком виде? — спросил Тэхён насмешливо. — За его вещами, — ответил Чонгук, указывая пальцем на маленький комочек, который копошился на полу в одеяле. — Я сам потом заберу, вернись! — крикнул Тэхён, но вместо ответа он услышал, как хлопнула дверь. — Нет, ну не осёл, а? Он поднялся с дивана и подбежал к шпицу. Но разве он мог сразу забыть о появлении нового друга? — Привет, Ёнтан, — прошептал Тэхён, прижав щенка к груди. — Добро пожаловать домой.