Вечером в августе

      Фред прикрыл глаза, когда капли соленой воды от накатившей на берег волны остро ударились о его лицо, иголочками оставаясь на коже. Легкие наполнились свежестью Атлантического океана, запуская холод в нутро. Еще раз окинув взглядом хмурь бушующего океана, Фред аппарировал на величаво возвышающийся у воды утес, откуда красоты этого уединенного места представали во всей красе. Это место, в одном из уголков Ирландии, Фред обнаружил несколько лет назад, когда семейство Уизли гостило у своих дальних родственников, обосновавшихся в этом государстве. В тот день он знатно поругался с Перси и, чтобы охладить свой пыл, отправился на долгую прогулку в одиночестве, не позволив Джорджу идти за ним. С тех пор Фред аппарировал сюда каждый раз, когда было необходимо побыть в уединенном месте, чтобы подумать или привести свои мысли и чувства в порядок. Это место стало для него особенным, поэтому он не хотел просто так раскрывать его кому-либо, даже Джорджу. Единственный секрет Фреда от близнеца с момента, когда им с Джорджем исполнилось четыре года и они стали самыми близкими друг для друга людьми. За последние несколько месяцев он уже третий раз аппарировал на этот утес в противоречивых чувствах. Первый раз Фред аппарировал сюда за несколько дней до конца августа, когда они с Джорджем сильно поссорились. Фред пытался объяснить брату, почему он не может пригласить Анджелину на праздник, запланированный на последний день каникул. Отчасти, Фред руководствовался своими эгоистичными чувствами: знать, что девушка, которую ты любил, предпочла другого, твоего брата, -больно, но еще больнее, когда это - твой брат-близнец, самый близкий человек в твоей жизни, и ты вынужден, стиснув зубы, наблюдать их историю, которая только начиналась. Он просто еще не был готов видеть их вместе в Норе, доме, куда он когда-то планировал привести Анджелину в качестве своей невесты. Однако он настолько сильно любил брата и эту девушку, что, когда Анджелина рассталась с ним, а брат, стыдливо опустив глаза, признался, что они влюблены друг в друга, отпустил Анджелину, не смея показывать ни ей, ни Джорджу, насколько ему больно. В день ссоры, Джордж, гневно сверкая глазами, доказывал, что намерения по отношению к Анджелине у него самые серьезные, и вскоре он хочет предложить ей руку и сердце, а потому она практически член семьи и имеет право быть на этом празднике, раз уж они позвали Ли, Невилла и Полумну. Фред в ответ на гневную тираду только устало посмотрел на брата, криво ухмыляясь, и, не сказав тому ни слова, аппарировал прямо из кухни дома, оставив тяжело дышащего и разгоряченного брата подоспевшей на шум матери. Когда он вернулся через несколько часов, то Джордж первым подошел к нему и сказал, что не будет звать Анджелину на семейные торжества до тех пор пор, пока Фреду будет не так больно видеть их здесь вместе. Тогда они крепко обнялись и всю ночь напролет говорили в их комнате в Норе, оставив позади все недопонимания и обиды. Второй раз Фред оказался на утесе сразу после того, как аппарировал в комнату Джинни с уснувшей у него на руках Гермионой, где бережно уложил девушку в кровать, сняв с нее обувь и накрыв одеялом. Тогда он сам не знал точно, почему поцеловал Грейнджер. На алкоголь было бы глупо все свалить: он никогда в пьяном угаре не кидался на девушек, наоборот, становился более тихим и задумчивым. Просто в один момент, когда сначала Гермиона открыла ему свои переживания, которые, как он догадывался, она довольно долго держала в себе, а затем и он открылся ей, что-то произошло. У него в мозгу уж точно. Гермиона и раньше, с курса пятого, была привлекательной девушкой, а сейчас, когда война и скитания позади, она начала постепенно, словно ночной цветок, обласканный лунным светом, распускаться. Однако глаза её были практически всегда грустными, что совершенно было ей не к лицу. Фред иногда задумывался: всегда ли у Гермионы была эта грусть? Или же она появилась в тот день, когда еще маленькая девочка из маггловской семьи попала в новый и чуждый для нее мир волшебников, где столкнулась со снобизмом аристократов и презрением с их стороны к таким, как она? Или же тогда, когда мальчишка Малфой в самый первый раз выплюнул ей в лицо: "грязнокровка"? Гермиона всегда хотела казаться храбрее, стойче, взрослее, чем она была, однако каждый раз, заглядывая ей в глаза, Фред мог разглядеть ту маленькую девочку, восторженно смотрящую на мир и желающую узнать как можно больше, которая была запрятана глубоко внутри Гермионы Грейнджер. Фред Уизли всегда воспринимал Гермиону исключительно в качестве подруги младшего брата, отмечая мимоходом достоинства девушки и зная ее некоторые недостатки, но не заострял на этом внимание. Девушка всегда была преданным другом для Рона, Джинни и Гарри, а для него - верным товарищем сначала по Ордену Феникса, а после в мирной жизни. Фред не влюбился в нее в одночасье и не думал о ней часы напролет, но что-то все же подтолкнуло его поцеловать эту слишком гордую, чтобы признаться в том, что ей тяжело и одиноко, гриффиндорку. После того как он аппарировал из комнаты сестры в Ирландию, Фред долго стоял и смотрел на океан, воды которого мягкими волнами разливались в молочно-белом свете округлой луны. Именно тогда, когда его губы еще немного покалывало теплыми искрами после неожиданного поцелуя, Фред осознал, что спустя почти два года любовь к Анджелине насовсем покинула его сердце, ненавязчиво утянув за собой боль от разрыва, что уже долгое время заразой бродила внутри, отравляя и не позволяя заполнить пустоту новыми светлыми чувствами. На следующее утро Фред проснулся с непривычной легкостью в душе - пришло облегчение, он четко осознал, что теперь свободен от тех тоскливо-т'янущих чувств, теперь он может вдохнуть полной грудью. Он с улыбкой облегчения поднялся с постели и направился в ванную, но неожиданно наткнулся на Джорджа, как раз входящего в их комнату. - Доброе... - удивленно протянул Джордж, увидев улыбающегося Фреда. Он как никто другой знал, что настроение у брата с утра бывает очень редко хорошим. - Доброе, Джордж. - Фред протиснулся мимо, зная, что когда вернется, Джордж вытрясет из него всю душу - видел это по взгляду, брошенному в его сторону. Когда он вошел в их с братом комнату, то увидел как Джордж кружил смеющуюся Джинни в центре. Они не сразу заметили вошедшего Фреда. Когда он откашлялся, подняв вопросительно брови и переводя взгляд с брата на сестру и обратно, Джинни и Джордж оторвались друг от друга. - Смотри, братишка, с чем пожаловала наша сестренка. - широко улыбаясь, сказал Джордж, поднимая левую руку сестры и показывая на её пальчик, на котором красовалось кольцо. Фред ринулся обнимать Джинни и, как и минуту назад Джордж, начал кружить ту. Несколько недель назад Гарри Поттер, краснея от неловкости и заикаясь от переживаний, сообщил близнецам о том, что собирается сделать предложение Джинни и попросил помощи с выбором кольца. Рон, похлопывая друга по плечу, стоял рядом и широко улыбался. Было неудивительно, что Гарри попросил помощи именно у них: Рон славился специфичным вкусом и отсутствием таланта к выбору подарков. На подобные ремарки со стороны близнецов и других людей Рон неизменно добродушно пожимал плечами и разводил руками, мол - чего не умею, того не умею. Благодаря знакомствам близнецов идеальное кольцо было найдено в небольшой ювелирной лавке США у одного из родственников их партнера по бизнесу. А идеальный сценарий развития семейного праздника в романтическую прогулку под луной и последующее предложение был разработан за несколько дней. И вот сейчас Фред смотрел в счастливые глаза младшей сестры и понимал, что именно Гарри Поттер, а не ювелирное украшение заставляют глаза его сестры так сверкать, переливаясь искрами счастья. В какой-то момент пришло осознание, что его жизнь тоже постепенно наладится. От всех этих мыслей Фреду захотелось вновь закружить Джинни и смеяться от счастья, словно он до сих пор был опьянён. - Ну вот только не нужно делать вид, что вы ничего не знали! - сложив руки на груди и шутливо сдвинув брови, проворчала довольная Джинни, прерывая размышления Фреда. Тем временем Джордж потянулся к тумбочке старого дубового стола, где у них хранились различные зелья. Вытащив небольшую бутылочку с мутноватым зельем внутри, он перекатил её в пальцах, веселым тоном спрашивая у брата: - Дред, угадай, для кого это сестренка пришла просить антипохмельное? - по улыбке и лукавому взгляду младшего близнеца было понятно, что он сопоставил факты и теперь догадывался, с кем пила гриффиндорская староста. - Явно не для себя, Фордж. Для малыша Рони? - сделав удивленное лицо он подыграл Джорджу, изображая непонимание. Тот поцокал языком, качая в отрицании головой. - А вот и не угадал, братишка. Вот, пусть выпьет, станет легче - он передал пузырек сестре, та благодарно кивнула и поспешила выйти. - Ну, расскажешь, почему вчера вечером ты испарился вслед за Гермионой, а теперь ей нужно антипохмельное? - Ей нужно антипохмельное, потому что она совершенно не умеет пить. - хмыкнув, ответил Фред, пропустив мимо ушей первую часть вопроса и не собираясь посвящать брата в подробности. По крайней мере пока что. - Хм... - Джордж кивнул головой, ухмыляясь и делая вид, что не заметил как Фред сразу же напрягся стоило завести разговор о вчерашнем вечере. - Так что, много выпили? - непринужденно продолжил он. - Издеваешься? Она вырубилась после пары бокалов огневиски, - фыркнул старший близнец. - И я сейчас не шучу, мне пришлось аппарировать ее в комнату Джинни. - Повезло, что тебя так легко не берет алкоголь, а то вас расщепило бы. Но все равно не нужно было рисковать. - укоризненно смотря на Фреда, Джордж рукой подпер подбородок, искоса смотря на него. В ответ Фред пожал плечами, прекрасно осознавая, что не должен был, но в тот момент он не мог рассуждать логично, поэтому вышло то, что вышло. - Логично, что наша маленькая староста не умеет пить. - протянул довольно Джордж, уже забыв об оплошности брата. - Но это не означает, что нельзя дразнить ее из-за этого. Они с Фредом переглянулись и в унисон насмешливо растянули губы в улыбках. Фред был рад, что ничего лишнего не открылось. А Джордж притворился, что ничего странного не заметил в реакции Фреда. Он даст ему возможность все рассказать самому. Когда пришло время провожать Джинни с Гермионой в Хогвартс, все Уизли и Гарри отправились с ними в Лондон. Пройдя сквозь стену и оказавшись на платформе 9 и 3/4, они попали в круговорот спешащих учеников, нервничающих родителей, то там, то тут проходили рабочие, заканчивающие проверку Хогвартс-экспресса перед отправлением. Царившее вокруг воодушевление будущих первокурсников сказывалось на всех, присутствовавших в этот день на платформе. Шум ухавших в клетках сов и филинов то и дело заглушал голоса волшебников и волшебниц, суетившихся со своими отпрысками. Хогвартс-экспресс стоял, сверкая на солнышке красными начищенными боками и выпуская клубы пара в предвкушении скорой поездки, он уже распахнул свои двери, приглашая учеников занять свои места. До отправления еще оставалось время, и теперь Уизли, Гарри и Гермиона стояли чуть поодаль, чтобы не мешать тем, кто уже садился в поезд. Молли что-то напоследок втолковывала Джинни, а Артур периодически отходил, чтобы поздороваться с тем или иным коллегой или знакомым. Фред с Джорджем встали немного поодаль - Джорджу позвонил Ли Джордан, и теперь они обсуждали новое предложение о поставках, поступившее из США. Фред, вполуха слушая разговор брата с Ли, периодически смотрел в сторону гриффиндорской старосты, стараясь понять по её поведению: притворяется ли она, что ничего не помнит или нет. Гермиона запрокинула голову, открыто смеясь над чем-то, судя по покрасневшему Рону, задорно смеющейся Джинни и неодобрительно нахмурившей брови миссис Уизли объектом шутки стал непутевый младший брат. Фред на секунду дольше задержал свой взгляд на Гермионе, невольно любуясь ею. Девушка, почувствовав на себе взгляд, повернула голову в сторону близнецов и встретилась взглядом с Фредом. На мгновение она упрямо поджала губы и подняла выше подбородок, как она делала всякий раз, чувствуя неуверенность или неловкость, не зная, как поступить. Старший близнец подмигнул ей, задорно улыбаясь, на что она только неслышно фыркнула и закатила глаза, снова отворачиваясь. Джордж нажал на кнопку отбоя и сказал, что Ли уже ждет их в магазине. "Ну что ж, раз ты ничего не помнишь, придется тебе помочь в этом!" - весело подумал Фред, последний раз посмотрев на Гермиону, и, распрощавшись со всеми, они с Джорджем аппарировали.

***

И вот в третий раз Фред оказался в этом уединенном месте после того как едва удержался от того, чтобы поцеловать Гермиону Грейнджер. Фред никогда не лгал самому себе, поэтому еще после того поцелуя в августе признал, что Гермиона ему нравится. Что-то такое, что было в этой девушке, притягивало его к ней, и чем больше они общались, чем лучше узнавали друг друга, тем притяжение становилось сильнее. Фред улыбнулся, вспоминая растерянный взгляд Гермионы, когда он наклонился к ней так близко, что чувствовал на своем лице ее дыхание, согревавшее его кожу, а затем она сама потянулась к нему навстречу. Мерлин, как же он хотел тогда поддаться искушению и поцеловать эти губы, чуть покрасневшие от холодного ветра! Но этого делать было нельзя, он практически наверняка знал, что этот поцелуй положил бы конец всему, что могло быть. Да, он мог её обидеть, своей выходкой, но что-то подсказывало Фреду, что он поступил верно. Гермиона будет неимоверно зла на него какое-то время, но он сможет это исправить. "По крайней мере, пока вся злость не уйдет, Гермиона будет вольно или невольно думать об этом неудавшемся поцелуе." - Фред довольно хмыкнул и аппарировал прочь с утеса.