Бесславие

На улице было очень темно. Скорее всего, полночь. Как и рассчитывал Карл, лил дождь, после жаркого солнечного дня. Полудушным тяжелее чем-то заболеть, чем простому человеку, но идти в одном коверкоте под каплями не очень хотелось. Благо, они взяли с собой Морая, который, несмотря на свою патологию, мог отводить капли. Учитывая, что началась осень, совсем скоро государственным служащим выдадут утепленную униформу. Прохлада напомнила ветряному то состояние, которое он испытывал на кладбище: неприятный холодок, что плавно проходит с рук до туловища. Луж почти не было, а это значит, что климатическое изменение произошло совсем недавно. — Лаин, а ты с Ариной в тех же отношениях, что и я с Фаей? — спросил Морай, пока вся группа шла в случайном направлении. — Слишком она скучный человек. Но, знаешь, даже если бы мне было о чем с ней говорить, то ее внешность все равно будет не в моем вкусе. Впрочем, напарник она прекраснейший, ни с кем у меня не было более слаженной работы, даже с тобой. — Я теперь рад, что состав Ортуса «обновился». — Ты о чем? — Ну, ты заметил, что когда ты пришел, то все в организации были «новичками»? — Я не придал этому значению. Да и вроде ты уже был не «новичком» к тому времени. — До вас всех мне пришлось год работать со старым составом. Тогда я испытывал очень много стресса от своих ошибок. Не потому, что мне было стыдно перед напарниками, было как-то все равно. Я понимал, что мои промахи приводят к краху всей операции, так как мои компаньоны не могут ничего сами сделать. По этой причине, как ты понимаешь, состав и поменяли. Каждая моя ошибка увеличивала шанс совершить еще одну. К счастью, вскоре пришли ты, Фая, Арина, Данар, и, вот, сейчас присоединился Карл, который, надеюсь, не разочарует. А еще надеюсь на то, что его пришествие не предзнаменует роспуск текущей группы. С вами я, наконец, получил то необходимое спокойствие. Я могу ошибиться, а вы все равно сделаете всю работу за меня. — А в каких ты отношениях с бывшими сослуживцами? — спросил Карл. — Начать стоит с того, что двое из пяти уже мертвы. Один меня ненавидит, другие два, наверное, уже забыли про меня, потому что наше взаимодействие ограничивалось рамками заданий. Возможно, одна из причин эффективности нынешнего состава в том, что мы не просто коллеги, но и друзья. — Кстати об этом. Ты не задумывался над тем, какая ужасная звукоизоляция у нас в штабе? — Задумывался, — водный быстро догадался, о чем речь. — Поверь, это не я такой, просто у кое-кого более насущна определенная потребность, чем у других людей. Давай отойдем от этой темы. Скажи, лучше, как много тебе приходилось работать с охотниками. — Ни разу. У Михаила есть какие-то особенности? — Помимо того, что он самый молчаливый человек, которого я только встречал — нет. Просто держи в голове, что охотник не говорит о том, что делает и собирается делать, так что придется самому додумываться. — У меня схожее свойство. — Чудесно, значит вы сработаетесь. — А почему это свет в доме Нанта горит? — заметил Лаин. — И вправду, странно. Карл, можешь проверить? Мы пока зайдем в ту таверну, — Морай указал на одноэтажный закругленный домик с квадратными разделенными на четыре части окнами, за которыми можно было увидеть лампы. — Это не странно будет выглядеть? — засомневался блондин. — Нет. Если это какие-то переговоры, то участие кого-то из Ортуса и вовсе будет желательным. Карл кивнул, после чего направился к двери двухэтажного здания. Постучавшись, он вошел и увидел на двух синих креслах мужчин, сидевших напротив не горевшего камина. Слева был, конечно же, Нант, а вот человека справа ортусовец видел впервые. Это был бледный мужчина с тёмно-фиолетовыми глазами, носящий на голове шляпу, наполовину чёрную, наполовину белую, с тёмным пером. Имел небольшой шрам под правым глазом. Одет был в пальто с красиво обрисованной фигурой и бархатным воротником. Цвета одежды были из чёрного и белого, но не имели какого-то порядка, сплошь хаос. Где-то частицы чёрного, где-то белого. Правда, кожаные перчатки не имели такого стиля, будучи тёмно-серыми. На ногах были чёрные туфли. Волосы были серебряными, имели форму укороченного каре, частично закрывающего лоб по бокам. Он встал и подошел к Карлу, дабы пожать ему руку. — Фанафай, рад знакомству. На мгновение глаз ветряного дернулся. — Карл, я тоже. По непонятным причинам, юноша чувствовал сильное давление. Его вены будто скручивались, голова трещала, а ноги еле удерживали все остальное тело. На лице, уже второго, Фанафая вырисовывалась еле заметная улыбка, а взгляд можно было описать фразой: «Ты уже все понял». — Удивительная чувствительность, — сказал темный, как уже осознал Карл, полудушный. — Нант, где ты берешь таких талантливых сотрудников? — Это протеже Рая, так что заслуга не моя. — Хорошо. Ветряной полудушный подумал, что гость начальника добавил «Убирайся отсюда, пока живой» низким душераздирающим голосом, из-за чего решил покинуть помещение. Уже выйдя, и войдя в нормальное состояние, бывший рассветовец понял, что ему показалось. Но возвращаться уже не хотелось.