Бесславие

Из-за огромного количества снежинок было тяжело разглядеть хотя бы силуэт Морая, но Лазир не паниковал. Он стоял неподвижно, словно ожидая действий противника, как по заветам Карла. Но ледяной страж знал, что этот человек сейчас просчитывает всю битву наперед, создавая идеальный сценарий, который не поддастся редакции со стороны оппонента. "Не в его интересах сражаться на закрытой местности" - промелькнула мысль у водного полудушного. Впрочем, в то же время, предположение о том, что думает визави, вызывало давление. Стоит ли атаковать сейчас? Не сказать, что это напоминает ощущение "патовости", однако это по-прежнему отрицательно сказывается на психологическом состоянии. - О чем думаешь, Морай? Когда я встретил тебя впервые, ты был непредсказуемым. Мне приходилось полагаться не на предсказания, а на реакцию. Почувствовал раж битвы, так сказать. А что сейчас? Ты выглядишь, как зверь, загнанный в угол. Что это за буря? Думаешь, она тебе поможет? Думаешь, я не увижу или не почувствую тебя? - Лазир сделал шаг вперед. - Конечно, нет. Не настолько глуп. У тебя свой план. Нант называл тебя гением, что только выглядит уверенным. В тот день ты мне проиграл, но почему? Все скажут, что ты скован льдом, а мои заклинания слишком сильные. Но ты же знаешь, что причина не в этом, - еще один шаг. - Ты боишься. Не меня и не смерти, а ошибиться. Ты же сейчас один. Если тебя убьют, то под угрозу попадут твои коллеги и та каменная девушка. Они же слабее тебя. Только подумай, ты винишь себя за то, что другие не захотели стать сильнее. Скорее всего, ты убеждаешь всех в том, что твои напарники надежны, но в глубине души осознаешь, что это не так. Эти мысли заставляют тебя думать, что я слишком сильный. Но чем я лучше тебя или Шаргона? Мы на одинаковом уровне силы, - шаг, расстояние между ними сократилось до двух метров. - Мой возраст заставляет тебя думать, что я знаю все наперед. Это так, если мой враг идиот. Тебе, наверное, интересно, зачем же я сейчас все это говорю. Ты уверен, что хочешь оставаться в Ортусе? Да-да, там твои друзья и прочие сентиментальности, но что плохого в том, чтобы прекращать общение и заводить новые знакомства? Пойми, что в этой организации ты растрачиваешь свой талант. Хочешь взять с собой Фаю - без проблем. Вас никто не держит. У меня вы раскроете свой потенциал и начнете менять мир. Буря исчезла в мгновение, лицо Морая стало таким же равнодушным, мертвым, как у Михаила. Это выглядело так, словно Лазир в нем что-то задел. - С чего ты вообще взял, что я хочу менять мир? Меня сейчас все устраивает. - Сейчас - безусловно. Мир меняют, чтобы в будущем было комфортней. Если Фаю убьют, а Ортус распустят, то в твоих глазах все разрушится. Поддаться течению - удел отчаявшихся людей, так поступил Карл, решив, что он минимизирует свои страдания, но лишь приумножил их. Он, может, не дурак, но жалок. Что тебя держит в Ортусе? - Личные отношения. Зачем мне их рвать ради каких-то невнятных перспектив? - Делаешь вид, что не понял мой намек, да? Как знаешь. Уверен, что у тебя есть некие глубокие причины. Чем порядочнее человек, тем больше у него воспоминаний, которые он не желает открывать даже для самого себя. Ну, я пойду, наверное. Иорион, кстати, и без твоей помощи умрет, слишком много сильных союзников нашли. Подумай над моим предложением. Темный провел руками по волосам на висках, после чего направился шагом к выходу. Водный не стал препятствовать. Слова Лазира и вправду заставили его задуматься. Куда делись амбиции? Рай, Фая и Дерд поднялись на третий этаж, где должен был находиться кабинет главной жертвы. - Почему мы не поможем ему? - спросил охотник. - Так хочешь умереть? - задал встречный вопрос светлый. - Нас четверо! - Думаешь, для него это проблема? Если хочешь так продемонстрировать свои навыки - вперед! - говорила уже на нервах Фая, что легла на ближайшую стену. - Как скажешь, - на лице темного появился ухмылка. Посередине коридора стоял очередной смотритель, собиравшийся отступить, завидев троих оппонентов, но Дерд, схватившись за хаудеген, телепортировался к врагу, предварительно растворившись в воздухе. Несколько быстрых ударов и визави пал. Каждое движение темного было настолько скоростным, но в то же время грациозным, что казалось, словно это театральное представление, отрепетированное заранее. Девушка закатила глаза, тяжело вздохнула, но пошла дальше. Охотник чувствовал триумф. Рай резко остановился и вздрогнул. - Вы не чувствуете? - Извини, мы не обладаем такой же чувствительностью, как ты! - ответила Фая. - На улице дерутся Карл с Шаргоном, - сказал он с поразительным равнодушием. - Прямо за стеной, на которую ты опираешься. - Хорошо, - она отошла, и на месте, где стояла девушка, образовалась дыра, развившаяся будто изнутри. Внизу стояли Карл, из которого торчали длинные копья, и Шаргон, вокруг которого летали водные потоки.