Приручи

Сессия закончилась, и мама потребовала у любимого сына приехать домой. Не потому, что соскучилась – это подразумевается без оглашения лично, а чтобы прибрал беспорядок в комнате. На возражение, мол, меня там даже не было целый месяц, получил не терпящее возражений: «Когда ты укатил жить к своему парню и делал его своим парнем, оставил в комнате срач. Наш попугай за месяц тоже многое раскидала. Поэтому приезжай домой и всё убери, или собрался Тэхёна в сральник приводить?» Вот с Тэхёном аргумент, посудил Чонгук и добросовестно поехал. Возникла единственная осечка – Тэхён поехал с ним. Не привести своего парня в сральник – миссия провалена. Чонгук не расстроился, Тэхён уже был у него в гостях, видел комнату далеко не в идеальном состоянии и приватизировал Айю… Значит Чонгук уберётся при нём, поразив чистоплотностью и ответственностью. Да, идеальный план. Разве мог идеальный план пойти не по плану? У Чонгука с планами вечно неоднозначно, впрочем, любой план лучше, чем отсутствие любого. Пока собака разгребает устроенный сестрой беспорядок на письменном столе, Тэхён не утруждается помогать в противоположном углу или скучать. Он опять листает альбом с семейными фотография, но разглядывает маленького Чонгука под призмой большого Чонгука, который по необъяснимому стечению обстоятельств превратился в возлюбленного. Чонгук с фотографий и Чонгук у стола – одинаковые, за столько лет совсем не изменился: те же щёки, те же глаза… Ладно, изменись глаза – тогда впору удивляться, одинаковость, наоборот, не удивительна. Почему-то удивляет. Наглядевшись в альбом, Ким из бесцеремонного любопытства открывает выдвижной ящик в шкафу. Лазить по ящикам в комнате Тэхёна пёс за месяц не рисковал, воспитанный, к тому же с относительно развитым самосохранением – и с расстояния за эдакое зад бы надрали. Тэхён же сущностью вольный кот: на других шипит и не даётся, зато сам делает, что взбредёт, и усом-ухом не ведёт. В ящике трусы. Неловко. Тихонько задвигает ровно до момента обнаружения щенят. Нет, точно не Ённи. – У тебя трусы с щенятами? Чонгук задевает ножку стула и едва не ударяется писькой об угол стола. Он красуется хозяйственностью и прибирает хозяйство не для того, чтобы лишиться хозяйства в штанах! В каких бы трусах то ни было! Экстренно оборачивается на Тэхёна и замечает улики в открытом ящике. Не кричит за посягательство в приватное пространство. Он просто смущён, будто наружу вытащили страшный секрет. Ну, Тэхён не вытаскивал, Тэхён на глаз. Спустя километровую паузу: – У тебя трусов с рисунками, соврёшь, нет? – топорщится в собачью стену. Миссия: защитить трусы. – … – Тэхён ухмыляется проказливо. Его миссия: дразнить щеночка щеночками. Есть у Тэхёна с рисунками. А у какого уважающего себя человека нет? – Сейчас на тебе какие? – настораживается на молчание и стремится вынюхать правду. – Наверняка с рисунком, – скрещивает руки. Защищает трусы изо всех сил! Трусы – святое, без трусов никак и никуда, буквально. Ещё б Тэхён помнил. Приподнимает футболку и оттопыривает шорты, с любопытством заглядывая в собственные штаны. Везёт: – Белые. Чон собачится: – Не верю. – … – приспускает шорты, демонстрируя край. – … – округлившимся взором спускается на ширинку своего парня, словно туда кинули игрушечную косточку и словно там не крохотный кусочек, а широченное поле для действий. Мигом отворачивается и спасается пригодным на все случаи жизни: – Ой всё, – слегка краснеет. Ему всего-то край трусов доверили. Чего же станет, доверь Тэхён ему член? Чонгук не представляет. Вместо этого занимает взор и руки сбором разбросанных ручек и карандашей. – Да есть у меня трусы с рисунками, есть, – сдаётся, окончательно задвигает ящик и прислоняется к дверному косяку. Чонгук так и знал! Не оглашает победное «ага!», ограничивается более конструктивным: – С какими, хён? – Ну, – вспомнить бы. Тэхён не пишет докладные о трусах, дабы выложить одни за одними наизусть. – С котятами определённо нет. С тачками есть. С четырёхлистным клевером, – перебирает в уме. – Клевером? – вновь оборачивается на своего парня. – Я хочу посмотреть. Счаз. Тэхён бежит и показывает. – Обойдёшься. – Но ты мой парень. – И? – Когда парень – можно! – Кто сказал? – ни усом, ни ухом не ведёт. Тэхён тот ещё кот. Абсолютно невозмутим, не подкопаться, в том числе Чонгуку-псу лапами. – Нечестно. Ты и фотки мои голые видел, и трусы. И Айю забрал. – Заплачь. – … – Блин, не плачь, – спохватывается на чужой заслезившийся взгляд. – Хорошо, покажу тебе трусы. – Обещаешь? – Да. Докуда Тэхён докатился? Его парень применяет шантаж в виде намокшего псиного взгляда – и Тэхён поддаётся! Немыслимо! Раньше такого не было. Оборона против собаки никакущая, Тэхён ставит дизлайк. Миссия подразнить щеночка приобрела неожиданное продолжение. Миссии уборки перед Тэхёном и по защите трусов тоже. Расчёски, облик внутренних сущностей, носки и нижнее бельё обсудили. Дальше кольца на безымянных? По-прежнему не скоплены деньги на свадьбу. Но хватит на пошлину и расписаться без торжества. Они на свидании не были! Свадьба преждевременна. На повестке будней их главная миссия – миссия сближения, и с ней они отлично справляются, даже если думают, что это не так. Четырёхлистный клевер – добрый знак, пусть и на трусах.