Когда погаснут софиты

«К ночи над городом разразилась самая настоящая буря, заставив всех случайных зевак разойтись по домам, но принцесса с замирающим сердцем радостно думала только о том, что так будет лучше. Стоило им вдвоем с рыцарем вернуться под покров дворцовых стен, как над городом разверзлась адская пасть ливня, и потемнело так, что тянуло на добрую полночь. Она быстро шла, чувствуя, как уставшие после целого дня ноги, нестерпимо болят, но все же заставляла себя с каждой секундой идти все быстрее, пока не сорвалась на бег, не обращая внимания на то, как хлещут по лицу мокрые ветки. Она знала, что не успевает ни при каком случае, но должна была убедиться, заставляя сердце биться ровнее и вспоминая все то, что так сильно ее задержало. Конечно, первым пунктом в этом списке был Дэнни, который устроил ей настоящий скандал, обвиняя в легкомыслии, но все его разумные доводы разбивались о ее абсолютную уверенность в правильности своих действий. В конце концов, рыцарю, с тяжелым сердцем, все же пришлось согласиться, и он с энтузиазмом, граничащим с фанатичностью, принялся помогать в осуществлении планов. Вывести виновника переполоха из темниц удалось легко, и хотя парень не сразу поверил в искренность их намерений, в конечном итоге ему пришлось смириться, и немного позже, чем она рассчитывала рыцарь с бывшим пленником все же покинули замок. Дальше планы осложнила гувернантка, которая никак не желала отпустить ее в покои, предварительно не удостоверившись, что после длительной конной прогулки ее подопечная чисто вымыта и гладко причесана, поэтому к городской башне он едва успела к назначенному сроку, но цирку действительно удалось практически незамеченным покинуть город, а те немногие караульные, что успели доложить во дворец о спешных сборах команды, по счастью, были отправлены с донесениями именно к ней, о чем заранее позаботился Дэнни. Рыцаря во дворце любили все без исключения, поэтому никаких подозрений его простая просьба не вызвала, и они спокойно пообещали разобраться в ситуации, давая возможность циркачам отойти на безопасное расстояние. А потом усилившаяся буря и страх сделать все неправильно заставили ее промедлить, потеряв драгоценные минуты. Ей нужно было время, чтобы решиться, но она сама отрезала себе путь обратно, заставляя себя выбирать. И это оказалось неожиданно понятным, но желание остаться незамеченной отняло слишком много времени, так что к тому времени, когда она выбралась из города, имея при себе лишь комплект дополнительной одежды и дурацкое парчовое платье, намокшее и оттого тяжелое, что замедляло ее еще больше, часы уже давно пробили полночь. Она опоздала. Конечно, она опоздала. Тяжело привалившись к каменному бортику моста, она хрипло засмеялась, вглядываясь в ночную темень и чувствуя, как к липкой дождевой воде на лице примешивается ее собственная соленая влага. В носу защипало, и она упала бы на землю, если бы сильные руки не подхватили ее под мышки, единым движением разворачивая на сто восемьдесят градусов. — Ты? — она неверяще уставилась на циркача, который по ее подсчетам должен был быть уже очень далеко отсюда. Одежда на нем промокла насквозь и липла к телу, с волос текла вода и собиралась крупными каплями, срываясь с носа вниз, но он улыбался, и она задрожала, прижимаясь в своем платье ближе к его теплу, не обращая внимания на то, что вся перепачкалась и совсем не по-королевски хлюпает носом. — Я знал, что ты задумала глупость, принцесса, но чтобы такую. Грандиозная глупость, принцесса. Я впечатлен, — он нагнулся вперед, касаясь ее лица кончиком мокрого носа. Это рассмешило ее, и она улыбнулась, обхватывая его за талию. — Я рада, что мне удалось, — сердце в его груди стучало ровно, но быстро и ей это нравилось. — Тебя впечатлить, но тебя не должно тут быть. — Я решил подождать немного. Ведь, знаешь, кто ждет, получает самый ценный приз. — Ты никогда не станешь меня слушать? — Я подумаю над этим. — Тогда тебе стоит поспешить. Я не буду терпеть это слишком долго. — Ты уверена в этом? В своем решении. Еще не поздно вернуться.  — Ты сказал мне, что я ничего не знаю о жизни, так покажи мне ее. Полностью. — Не уверен, что захочу останавливаться, — усмехнулся парень, накрывая ее губы своими, и на сей раз ей совсем не хотелось просыпаться». Чувствуя нестерпимо гадкий привкус во рту, девушка пошевелилась, но новый сон, или точнее сказать новое воспоминание тут же захватило все ее существование. «На сей раз они оказались в Пембертоне. Старая деревушка отличалась удивительно злобными местными жителями, поэтому не смотря на лютые морозы, ни один житель деревни, в том числе и те, кому это было положено по долгу службы, не пожелал пустить циркачей под теплую крышу. Ругаясь на чем свет стоит, конюхи отпаивали лошадей водой, согретой в большом котелке, и дули на озябшие и оттого едва работающие пальцы, проклиная неуместный для южного штата холод. Она трепала лошадь по гриве, умело заправляя упряжь, когда кто-то из детей пробежал мимо, едва не опрокинув на себя котел со все еще слишком горячей водой. С трудом удержавшись от крика, чтобы не напугать ни мальчишку, ни свою лошадь, девушка бросилась вперед, аккуратно подхватывая чумазого малыша на руки. — Тебе разве не говорили, как опасно бегать около кипящего котла? — постаравшись придать голосу излишней строгости, она грозно воззрилась на ребенка, но тот, ловко вывернувшись из ее рук, отбежал на приличное расстояние и уже оттуда, блестя глазами, как затравленный волчок, злобно выкрикнул. — Мать говорит, холода пришли из-за тебя. Мы все умрем, потому что колдуны идут за нами. — Думай, что говоришь, малец, — осадил его холодный голос позади. Мальчишка, вскрикнув, тут же ретировался, а она не спеша обернулась, заранее зная, кого увидит за своей спиной. Тони был бледен и взъерошен, его одеяние едва ли можно было назвать подходящим для такой погоды — юноша накинул сверху только камзол из шерсти, да и тут умудрился закатать рукава повыше, оставив ладони на поругание морозу. Сбросив охапку поленьев, которые неизвестно зачем притащил к стоянке лошадей, он в несколько шагов оказался рядом, обхватывая ее за плечи. — Привет, — улыбнулась ему принцесса, тут же подумав, что вряд ли теперь имеет право ею считаться. Да никто и не узнал бы в ней сейчас наследную инфанту испанского королевского дома — от надоевшего парчового платья она избавилась месяц назад, сменив его на холщовые темные штаны и рубашку, подходящую по размерам. Нашлась и пара замечательных высоких сапог, теплая куртка, какую носят лучники и замечательные перчатки из беличьего меха. Не богато, но очень тепло и в глаза не бросается. — Он много успел тебе наговорить? — Нет, — она покачала головой, утыкаясь носом в его плечо, — Но что, если он прав? — Колдуны? — он серьезно и в то же время устало посмотрел на нее. В этом была особенность циркача, заставлявшая ее с каждым днем ценить его все больше — любые ее слова он воспринимал серьезно, оставаясь при этом невыносимым балагуром. Редкое и очень полезное сочетание. Парень закрыл глаза, поглаживая ее ладони большими пальцами, и некоторое время оставался недвижимым. Потом, медленно и тщательно подбирая слова, произнес: — Нет. Все чисто. Погода портится сама по себе, ты тут ни при чем. — Иногда мне кажется, что вся команда жаждет разорвать меня на части. — Пусть только попробуют, — угрожающе выдохнул артист, и его интонации — бесстрастной и холодной, захотелось верить. — Ты можешь научить меня? — внезапно озвучила она мысль, закравшуюся в ее голову примерно месяц назад. — Научить чему, Ваше Высочество? — Я хочу летать. С тобой. Вместо ответа он только улыбнулся, сгребая ее ладони в свои и отогревая замерзшие пальцы дыханием…» Тесса открыла глаза, смутно узнавая вокруг очертания манежа. Голова кружилась так, что казалось, будто вся арена крутилась на большой дурацкой карусели. Она хотела бы сказать всем, что пришла в себя, но стоило открыть рот, как новое воспоминание всплыло из глубин памяти. «От него несло хмельным дыханием за версту, и он громко смеялся, приближаясь к ней. Как затравленный зверек, принцесса оглянулась по сторонам в поиска верного рыцаря, но тот, как назло задерживался вместе с Тони — скорый переезд требовал максимального напряжения воли, поэтому все работали не покладая рук. Все, кроме Энди, пропадающего в очередном кабаке. Отругав себя за излишнее и явно не подходящее для таких условий сочувствие, она быстрым шагом пошла навстречу юноше, отбросив все мысли подальше. -Хэй! — пришлось помахать рукой буквально у него перед носом. — Твой отец тебя искал. Энди расплылся в пьяной ухмылке, хватая ее за талию, и не успев даже издать протестующий вопль, она оказалась прижата к грязной кирпичной стене подворотни. — Что ты делаешь? — отвернувшись, чтобы не чувствовать его перегара, она скрестила руки на груди. — Отпусти меня. — А если не отпущу? — его глаза хитро блеснули. — То я клянусь, что заставлю тебя пожалеть о своих словах. У тебя есть пять секунд. — Любить его было ошибкой, — ухмыльнулся парень, придвигаясь еще ближе. Разозлившись, девушка изо всей силы отпихнула его прочь, вспоминая все, чему ее учил рыцарь. Вышло отлично — хмельной гимнаст, недоуменно хлопая своими глазами, оказался лежащим возле ее ног, в огромной грязной луже. Девушка брезгливо поморщилась, присаживаясь на корточки: — Что из того, что я тебе сказала, было не ясно? Твой отец ищет тебя, — чуть медленнее, чем нужно отчеканила принцесса. — Я не просила затаскивать меня в подворотню. — За что? — вдруг спросил Энди, вполне осмысленно. Кажется, позорное падение заставило его быстро протрезветь. — Что? — За что ты любишь его? — теперь парень выглядел несчастным. — Что такого должен был сделать мой брат, чтобы принцесса отказалась от всех титулов ради него? Он же зверь, — пробормотал юноша. — Просто дикий зверь, который не знает слов любви. — Мне не нужны его слова, — спокойно отреагировала инфанта, глядя на своего собеседника со смесью жалости и отвращения. — Я вижу его поступки. И это куда важнее. — Он же варвар. Он же недостоин тебя! — А ты, значит, достоин? — Его прошлое его не отпустит. А я смогу стать для тебя лучшим мужем. — Энди, ты просто ничтожество! Она поднялась, но он тут же схватил девушку за руку, пачкая ее пальцы грязью. — Почему ты его любишь? — Потому что он не ты…» Очередная попытка вернуться в реальность провалилась: «Посреди этого безумия она перестала чувствовать, как бьется ее сердце, когда увидела его, опрокинутого навзничь недалеко от полыхающего прохода. — Тони? — около его волос плясало пламя. Она рванулась вперед, падая на колени. Сбивая эти искорки прямо нежными пальцами, не смотря на то, что обжигалась. — Тони, пожалуйста, — его голова безвольно мотнулась вслед за ее движением, девушка увидела тонкую струйку крови, вытекающую из его левой ноздри. — НЕТ! Тони, — она похлопала юношу по щекам, понимая, что не чувствует биение и его сердца тоже. И после того, как буквально пятнадцать минут назад это безумие уже унесло жизнь Дэнни, это было практически нереально. И ей не за чем было больше бороться. Прижавшись щекой к его груди, она сжимала зубы, стараясь услышать хоть что-то сквозь ревущее вокруг пламя. — Сумасшедшая! Ему уже не помочь, — кто-то дернул ее за руку, поволок по полу, потому что ноги никак не слушались. — Он же вернулся за Энди. Где он? — она загнанно озиралась по сторонам, все время возвращаясь взглядом к его неподвижной фигуре. — Этот пьяница на улице, около конных повозок. Его здесь и не было. — Стой! — она, наконец, сумела подняться на ноги, и, вырвав свою ладонь из крепкой хватки, бросилась назад, — Мы не можем его тут оставить. Только не теперь. — Он мертв, или ты не слышишь меня! — взревела собеседница, вновь хватая ее за руку. — Ты не можешь ему помочь! — НЕТ!!! — Тесса чувствовала, как захлебывается рыданиями. — НЕТ!!! — ее пальцы безвольно мазнули по его груди. Только сейчас она увидела раскрытые, потухшие глаза, смотрящие в вечность. Теперь уже навсегда. На языке остывал вкус пепла… День был серым, холодным и дождливым, и ночь выдалась такой же. Солдаты ее отца сновали среди насмерть перепуганных, дрожащих людей, отдавали грубые приказы, и все ждали, ждали чего-то. Она знала, что ее отец, оставшись вместе с герцогом в полумиле южнее пепелища, теперь уже в пути, и не пройдет и часа, как эти два чудовища в человеческом обличии окажутся здесь. Вот чего, как верные псы, ждут солдаты ее отца. Дэнни нет, Джея тоже больше нет, и она… никто больше ее не защитит. Вскрикнула женщина, когда один из отцовских вояк наотмашь ударил ее по лицу. Задыхаясь от ужаса, Тесса поднялась на дрожащие ноги, заставляя себя сделать шаг в их сторону. Один шаг. И еще один. Совсем не страшно. Даже не больно, только бы не видеть ваши лица. Только бы больше ни о чем не думать. Оказавшись перед солдатом, она вклинилась между ним, замечая простое грубое лицо, сильные руки и покрытую сажей и копотью кожу, и испуганной женщиной, которая работала с лошадьми. Одну из немногих выживших. Она не была в курсе, куда отвели Барри Джонсона, и где теперь Энди, но ей нужно было их увидеть еще хотя бы раз до приезда отца. И увидеть Тони. Во что бы то ни стало, а значит нужно быть смелой. Размахнувшись, она влепила солдату звонкую пощечину, заставив того, от неожиданности, отступить на пару шагов. — ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ? — взревел неотесанный мужик, занеся свою руку, в железной перчатке для ответного удара. Глядя ему в глаза, Тесса произнесла: — Сложить оружие, — голос вышел не громче писка испуганного котенка. — Что? — мужик хохотнул. — СЛОЖИТЬ ОРУЖИЕ СЕЙЧАС ЖЕ! — громко выкрикнула девушка, оглядываясь по сторонам. Да! Тут и там на нее стали оглядываться эти проходимцы в военной форме, занятые грабежом циркового богатства. — Что ты позволяешь себе? — его рука пришла в движение, но раньше, чем солдат успел хорошенько огреть ее по голове, Тесса спросила, перехватив его руку своей: — Ты хочешь ударить меня? Наследную принцессу испанского престола? Он опустил руку. Отступил, и в затуманенных жаждой наживы глазах мелькнуло осознание. — Я приказываю, — процедила она сквозь зубы, достаточно громко, чтобы ее услышали все, — Сложить оружие немедленно, и клянусь, тот, кто посмеет меня ослушаться, не проносит своей головы дольше этого мгновения. Я жду!!! Один за другим эти тупые пешки опускали оружие, смотрели на нее со страхом, пока она отыскивала взглядом Барри. Конечно, мужчина сидел прямо на земле, покачиваясь из стороны в сторону, и не обращая больше внимания на солдат, она поспешила туда, где, как она точно теперь знала, все еще был Тони. По крайней мере, его тело. Не ошиблась. Барри и, правда, сидел рядом с погибшим сыном, и при ее приближении поднял голову. Она точно знала — сегодняшняя ночь унесла слишком много жизней, помимо Дэнни в огне погиб Аарон, ее бывший подарок и любимец Тони, погибла Каролина, и как минимум с десяток артистов, о которых она просто не могла сейчас думать. Мир сузился до этих оставшихся у нее тридцати минут, до этих родных серых глаз, которые теперь закрылись навсегда. — Он пошел туда, чтобы спасти Энди, — тихо произнесла девушка, опускаясь на колени. — Все так, как ты хотел, — в сторону мужчины она даже не смотрела. — Мы проиграли. Она все слышала эту песню, которую он так любил — тягучую, немецкую. Ее пели на островах, откуда он был родом. Теперь она пела ее сама, едва слышно, прощаясь. Принцесса даже отчего-то не удивилась, когда спустя некоторое время за ее спиной оказалась Каролина. Еще бы! Ведь огонь не уносит жизнь ведьмы просто так. Она подняла глаза, не страшась того, что может увидеть, но Кароль смотрела на замершего Джонсона с не меньшей скорбью, чем она сама. — Вы проиграли, — наконец, тихо произнесла девушка. — Зачем ты вытащила меня из огня? — ответила ей Тесса, не отнимая руки от его груди, где не билось упрямое сердце. — Он бы хотел так. — Ты не знаешь, чего он хотел, — безжизненно произнесла принцесса, а потом вдруг, со вспыхнувшей надеждой, посмотрела на ведьму. — Ты могла бы помочь мне. — Я не собираюсь тебе помогать! — Тогда помоги ему, — решительно отпарировала девушка. — Ну же, я же знаю, что ты можешь! Кароль, хитро прищурилась, оценивающе глядя на принцессу. Кажется, прошла целая вечность, прежде чем она медленно спросила: — Что ты можешь дать мне взамен? — Что ты возьмешь? — Он как-то сказал мне, когда я предупредила его, как все может закончиться, что даже в другой жизни он найдет тебя и не перестанет любить. Я хочу, чтобы вы оба поняли, так не бывает. Красивые сказки с хорошим концом никому не нужны, — Кароль внимательно смотрела в ее лицо. — Что если, ты никогда больше не сможешь ему принадлежать, не узнаешь, каково это любить его, как это, быть его женщиной? — Но он будет жив? — Я смогла бы сделать это. Поменять твою жизнь на его. И я смогла бы сделать так, чтобы он понял, любовь убивает. — Я согласна, — выпалила принцесса. Лицо ее собеседницы осталось бесстрастным. Трепетавшая в угасающем пламени фигура — просто призрак, канувший в недалекое прошлое. — Так любишь его, что согласна умереть? Он будет в бешенстве, знаешь ли. — Неважно, потому что… он будет живым. Помоги им уйти. Во дворце мне все равно жизни не будет. — Это страшная сделка, принцесса! Любовь убивает. И вы поймете однажды, что сами себя погубили, потому что никогда не были предназначены друг другу. — Делай свое дело! — девушка поспешно вытащила медальон, вкладывая его в ладонь старшего Джонсона, до того молча наблюдающего за их диалогом. — Продадите эти сокровища, они дорогие. Этого хватит, чтобы арендовать корабль, и убраться за океан. Если все получиться, забирайте своих сыновей, и не медлите ни минуты. Несколько минут Каролина что-то бормотала себе под нос, пока принцесса отчаянно шептала свои, только ей известные молитвы, а потом ведьма вдруг произнесла, воздев руки к небу. — К нему жизнь придет с твоим дыханием, но отныне смерть всегда будет смотреть на тебя его глазами. Мир потемнел, и последней искрой угасающего сознания, она уловила, как ритмично забилось его сердце…» — Тесса, Господи, ты очнулась, — с невероятным облегчением проговорил Дэнни, на чьих коленях лежала ее голова. Со стоном девушка приподнялась, опираясь на руки, и он тут же заботливо придержал ее за плечи, помогая принять вертикальное положение. Голова закружилась, и ей пришлось пару минут потратить на то, чтобы посмотреть по сторонам, заставляя себя воспринимать реальность. Они все еще находились в шатре, снаружи она слышала, как приглушенно разбиваются дождевые капли о мягкий бархат. И рядом был Дэнни, как бы странно это не было. Тесса поймала себя на мысли, что больше не хочет его бояться, опасаться, или задаваться вопросом, что с ними обоими не так. Он был призраком? Что же, ладно. Ведь если она видела призраков, значит, так было придумано не просто так. И какая к черту разница, если это все тот же Дэнни, который первым познакомился с ней в этом странном, и как оказалось, совсем не простом месте. Он был первым, кто угостил ее мороженным, кто помог ей освоиться, кто, в прошлом рискуя своей жизнью, помог сбежать ей из дворца, кто погиб, спасая ее из огня. И она не была готова отпускать все это из-за своих глупых страхов. Если он сделал это, значит, в этом был толк, и ей осталось только выяснить, какой именно. Ей до ужаса надоело бояться, еще больше надоело, осматриваться по сторонам в ожидании подвоха, поэтому наплевав на всех, кто был сейчас на этом манеже, девушка развернулась, порывисто обнимая своего друга. Несколько долгих мгновений Дэнни оставался недвижим, а потом холодные ладони друга притянули ее ближе. Тесса уткнулась носом в его плечо. Не улавливая запахов, но отмечая, что он был облачен в обыкновенную серую рубашку, почти такую же, как у Джея, и простые джинсы. Никаких фраков на сей раз. Никаких шляп. -Я так по тебе скучала, — пробормотала девушка, поднимая голову, чтобы посмотреть в родные зеленые глаза. — И мне плевать, призрак ты или нет. Я просто хочу, чтобы ты никогда больше не пропадал, и чтобы мы кормили дурацких уток, чтобы ты размахивал своей тростью, и даже если люди тебя не видят, плевать, потому что мне нравиться считать тебя своим другом. Поэтому, если ты сможешь, оставайся рядом, я прошу тебя. Юноша только кивнул, тепло улыбнувшись. — Обещаю, принцесса. И девушка внезапно почувствовала невероятное облегчение, только теперь обращая внимание на то, что в шатре были люди помимо их двоих. В первую очередь, она отыскала глазами Джея, и видеть его живым доставило ей несказанно много удовольствия, несмотря на то, что сидящий на полу парень даже не удостоил ее взглядом. Правее, на небольшом расстоянии уселся Энди, который выглядел достаточно печально, так что вполне мог сойти за артиста средневековой оперы. Тревор, которого она меньше всего ожидала увидеть в этой компании, мрачно потирал лоб, словно все собравшиеся его не только раздражали, но и мешали думать. И, наконец, безусловная королева вечера — Каролина, которая одна, гордо расхаживала по манежу, поочередно удостаивая обоих братьев Джонсонов взглядами, полными превосходства. Поежившись от странного чувства, прочно поселившегося внутри, Тесса откинула волосы назад, усаживаясь по-турецки на мягкой подкладке арены, и тихо проговорила: — Я думаю, ребята, пришло время все мне рассказать. *** Джей сидел на арене, плотно прижавшись спиной к невысокому бортику, и развлекал себя тем, что нащупывал, не глядя, разбросанные вокруг ягодки, подбирал и запускал в темноту. Послушные его движениям маленькие шарики разлетались, а потом возвращались обратно, когда он нетерпеливо подергивал пальцами, чтобы опять собрать вокруг себя небольшую горку. Это занятие отлично отвлекало, не давая возможности сосредоточиться на самом главном. Он не позволял себе поднять глаза ни на мгновение. Просто не был уверен, что после всего того, что тут только что произошло, сможет выдержать хоть еще один ее взгляд. Упрямая память подсовывала ему картинки их первой встречи, того злосчастного вечера, его первого осознания. Как ни странно, ему не нужно было объяснять, что произошло — он не был глупым. Знал, как на вкус ощущается смерть. Не думал, что собственная покажется сладко-прогорклой. Странное сочетание, которое даже спустя столько лет упрямо появлялось на языке. Ему не стоило тогда возвращаться. Это было правильно! Это была его правда. Это нужно было сделать, даже если никто не смог бы его понять, но спасти Энди тогда казалось единственно правильным решением, не смотря даже на то, что он обещал ей быть в безопасности. Это ничего не значило. Никто не должен был пострадать, кроме него, но та ночь послушно уносила жизни. И до сих пор это чувство его не подводило — просто, как мир, — выбор всегда падал на сторону Энди, если из двоих приходилось выбирать. Он до сих пор помнил странное, выкручивающие до изнеможения чувство, когда стоял на коленях в грязи, смотря на девушку, что стала для него всем, и не слышал, что ему говорили. Помнил отблески огня, танцующего на догорающем пепелище, помнил окрики, сильный удар плетью, когда всадник промчался мимо. Упал в грязь, желая там остаться. Кто-то поднял. Кто-то был рядом. Кто-то кричал, рвались натянутые нервы, он смотрел в холодные жестокие глаза баварского герцога и не думал, что ему жаль. Медленно застывала душа, покрываясь толстенной коркой льда, а он все никак не мог подобрать подходящих слов. Удар. Молчание. Удар. Крик. Опять удар. День? Месяц? Год? Мгновение? Сколько нужно, чтобы сойти с ума? Жгучая боль до самых кончиков пальцев. Проклятье. Он должен был понять это в ту же секунду, как открыл глаза и увидел темные, как бездна глаза Каролины. Истинная наследница своего учителя — пронырливая ведьма сделала все как нужно. Он чувствовал эти ее слова, как цепи, что оплели руки, ноги и грудь, не позволяя дышать как раньше. С неба падал дождь, когда он понял, что их осталось только четверо. Рядом поднялся Энди, смешно хлопая своими глазами, пока он сидел прямо на промерзшей, насквозь пропитанной солью и кровью и земле и не знал, плакать ему или смеяться. — Por qué no estamos muertos? 1 — медленно спросил брат. Он знал ответ, но не смог ответить. А вот теперь ответов требовала та, которой он так глупо поверил. Смешно, и ему правда приходится усмехнуться, чтобы заставить себя поверить в то, что он еще способен чувствовать. Простая механика. Бросок, полет. И по новой. По бесконечному кругу. Зачем ей чертовы ответы? Кому она собирается их сообщать? Он раздавил ягоду между пальцами, отстраненно смотря на то, как сок окрашивает пальцы в красный. Десять лет. Столько потребовалась им четверым, чтобы поверить в реальность происходящего. Одна секунда — столько потребовалось ей, чтобы разнести в мелкие куски его сердце. Вот так просто. Он помнил, как долго смотрел в зеркало, не находя в своем лице изменений, и как тщательно опасно выверял слова. Помнил, как едва не слетел с катушек, впервые увидев Дэнни. Было странно говорить, видеть и не чувствовать. И друг вернулся не один. Засыпая, уткнувшись носом в мягкий, пусть теперь и навсегда холодный мех, он снова был пятилетним мальчиком, который боялся до безумия. Только вот теперь вокруг большой мир, в котором им нет места. Только теперь все равны. Дэнни успокаивал. Аарон давал силы жить. Время беспощадно текло вперед. Никогда он не думал о вечности. Ни как о подарке, ни как о проклятье. Просто принял и продолжил жить, в надежде найти ответ. Помнил, как медленно сходил с ума, когда, спустя долгих, пустых и серых лет, наполненных ожиданием, вновь увидел ее. Живую, невредимую. Восемнадцатилетнюю девочку. Помнил, как с трудом сдерживая слезы, бросился вперед, подхватывая на руки. Отстранение. Удивление. Холод. Страх. « — Кто Вы? — Тереза, ты… не узнаешь меня?! — Вы… Тони, брат Энди. — Тереза? — Кто это? — Что ты? — Меня зовут Сандра. Я помолвлена с Вашим братом. Приятно познакомиться…» В тот день, наблюдая за тем, как Энди целует девушку, которая его не знала и не помнила, он был готов поверить, что вечность это чертово проклятье. Понимание обрушилось на него всем своим весом, грозясь раздавить и навечно оставить под обломками, врезаясь кусками раскаленного металла в живую еще плоть, заставляя выплевывать остатки окровавленной души в агонии. Теперь было почти привычно. Она ничего никому не обещала. Она не клялась ни в дружбе, ни в верности, ни тем более в любви. Ты сам себя обманул. Сам сделал себе больно, а теперь ждешь, что она сможет все исправить. Джей поднял глаза на снующую туда-сюда Каролину, искривив губы в усмешке. — Начинай. Все ведь началось с тебя. *** Едва слышный голос Джея ударил по сознанию куда сильнее, чем она хотела признать. Молодой человек так и сидел, притянув колени к груди, и глядел куда-то прямо перед собой, сохранив почти отстраненное выражение лица. — Я же сказала тебе, малыш Джонсон. Сказала, что такое бывает лишь раз в жизни и проживи ты хоть тысячу лет, не сможешь вернуть свое чудо. Ты никогда не думал, почему все были так против? Потому что все, кроме вас двоих понимали, что вы друг для друга не созданы. Тебе проще думать, что ты знал все на свете, Тони, но я предупреждала тебя, чем все закончиться. Тебе стоило отступить. Ей стоило прожить свою жизнь, тебе свою. — Я знаю, как все должно было закончиться, — все так же безразлично отозвался юноша, продолжая кидать ягодки в темноту арены. — Пожалуйста, — Тесса повысила голос. — Я ничего не понимаю. — Как много ты помнишь? — подал голос Тревор, сохраняющий практически священное молчание до этого момента. — Я помню… Не знаю, могу ли я этому верить, но… мне снилось, будто бы я принцесса какого-то королевства, мне восемнадцать и я должна выйти замуж. За человека, которого никогда в своей жизни не видела, и, — Тесса обернулась к Дэнни, все еще обнимающему ее за плечи, — Там был ты. Ты был моим рыцарем. И… вы, — посмотрев на обоих Джонсонов, она почувствовала, как краснеет, но, сглотнув, продолжила. — Вы оба, там тоже были. Но это ведь только сны? — Тесса, это не совсем сны, — опять ответил ей Тревор. — Вы ведь не против, если рассказывать начну я? — оглядел он собравшихся. — Валяй, — отозвался Энди, которого куда больше заботил Джей, остающийся ко всему безучастным. — Хорошо. Так вот, Тесса, — опять обратился он к девушке. — Я думаю, ты и сама понимаешь, что это не сны. Не обычные сны. Все дело в том, что… — Смерть нереальна, — подал голос Джей. Он устроил руки на согнутых коленях, закрыл глаза, и говорил больше для себя, чем для остальных. — Точнее, душа не может умереть. Ты не обязана мне верить, но в каждом человеке есть то, что делает тебя самой собой. И люди называют это душой, но это кровь. Определенное сочетание форменных элементов в заложенной изначально пропорции, — казалось, слова причиняли ему боль, так медленно и тихо он говорил, впечатывая каждую фразу на ее подкорку. — Они уникальны, и после смерти тела, повторяются вновь и вновь. Ты перерождаешься. Каждый раз в новом теле, в новом месте и с новой судьбой. Все просто, это ждет каждого. — Реинкарнация?  — Называй, как хочешь. — Значит, что я…? -Тесс, давай Тревор расскажет по-порядку, — урезонил ее Дэнни, и девушка закусила щеку изнутри, приготовившись слушать. — Хорошо, — мужчина глубоко вздохнул. — Я лицо наименее заинтересованное и задействованное во всех этих событиях. Давай начнем с того, что интересующая тебя история началась в тысяча семьсот первом году, когда на острове Рюген в простой рыбацкой семье, родилось два мальчика-близнеца. — Я говорил ей про Рюген, — тихо перебил его Джей, и Тессе больше всего на свете хотелось уловить его взгляд, но он глядел в пол, сжимая и разжимая пальцы. — Значит, ты не врал мне, — не вопрос, а утверждение. — Не поверишь, но я никогда не врал. — Даты ты тоже не уточнял, — подметила девушка, но он закончил говорить. — Если ты знаешь про Рюген, то мне будет проще, — взял ситуацию под контроль Тревор. — О, позвольте, господа. Могу поспорить, что она знает не все. — Заткнись, — процедил Джей сквозь зубы, но Каролина все равно продолжила: — Пока наш мальчик сидел в каменном мешке, я жила в доме у чернокнижника, готовила ему еду, согревала ему постель, но я никогда не догадывалась, о том, что мне никогда не получить его силу, о которой я мечтала. А мальчик оказался куда сильнее, чем он предполагал. Когда тебя, Тони, притащил твой папаша, ты разве что легкие не выплевывал от того кашля, который тебя мучил. Он получил лекарства, деньги и ценный совет, никогда не возвращаться обратно. Он его послушал. — Прекрати, — дрожащим голосом прервал ее Энди. — Зачем это ворошить? — Потому что мальчишка должен был сдохнуть в каменном мешке, но что мы видим вместо этого? — Кароль! — Подождите! — Тесса едва сдержалась от того, чтобы не закрыть себе уши руками. Посмотрела на Энди, поймав пристальный взгляд серых глаз. — Это тоже было реально? — Тесса, что ты имеешь в виду? — Ваш отец правда это сделал? Выбрал между вами, но… так нельзя! — Умная малышка, — опять перехватила инициативу Каролина. — Аарона Учитель подобрал в ледяной пустоши. Лютый зверь, который никогда не знал любви и жалости, он убивал любого, кто смел к нему приблизиться. Учителю потребовалось несколько дней, чтобы понять, ты, Тони, не подходил на роль сосуда. Ты был слабым, больным и не пытался бороться за жизнь. Других кандидатур не было, и колдун подослал к тебе зверя, в надежде, что сосуд из тебя сможет получиться. Он должен был быть жесток с тобой. Ты должен был испугаться, но ты… ты приручил его. Он стал для тебя чем-то большим, он грел тебя во сне. Чертова скотина полюбила тебя, Тони Джонсон. И ты все испортил. — Я итак сосуд. О чем ты? — Ты никогда не думал, откуда в тебе столько силы? Почему чертов зверь таскается за тобой даже после смерти? Ты меняешь реальность, не задумываясь. Ты живешь в том мире, который для тебя удобен столько лет, и никогда не думал, откуда в тебе все это? Ты не сосуд, Тони Джонсон. Ты и есть новый чернокнижник. Ты колдун. — Что? — он выглядел ошеломленным. Все они. — Что ты несешь? — А ты ведь и правда не глупый. Почему не понимаешь? — Для того, чтобы стать чернокнижником, нужно умереть. Я ведь жив, — в его голосе промелькнуло странное отчаяние. — И та смерть не считается, потому что все это, — с отвращением он посмотрел на свои руки, — Все это было раньше. Это было со мной всегда. — Нет, — она покачала головой. — Не думал, почему так легко его убили? Почему? — Я не помню, — с нажимом проговорил парень, все еще глядя перед собой. Между бровями пролегла глубокая морщинка. — Пришли люди, с огнем, с оружием и убили его. — Я тоже могу прийти к тебе с огнем. И ты не дашь себя убить. Я призрак, черт тебя дери, но ты никогда меня не боялся. Презираешь, да. Боишься, нет. Не потому ли, что знаешь о своем превосходстве. — Что я должен понять? — Чертов зверь. Ты заснул, и зверюга перегрызла тебе глотку. Он и вправду думал, что поможет тебе. Ты так плакал, когда тебе давали кровь. Так боялся, что зверь решил помочь тебе. И смерть была лучшим выходом, но убив тебя, он не подозревал, что в тебе есть сила. Ты хотел выбраться из мешка, и поэтому переродился. Вся сила чернокнижника отныне заключалась в тебе, а ты даже этого не понял. Для тебя это была просто ночь. Ты даже не заметил. Никогда не понимал. Но я поняла, что даже если рожу от тебя ребенка, ему уже не быть колдуном. Но я должна была попробовать. Учитель начал искать выход, и вот тут две истории пересеклись. Давай, Тревор… — Ладно, — мужчина потер переносицу. — Теперь, Тесса постарайся понять. Переселение душ, о котором сказал Джей, это действительно работает так. Обычно люди умирают и перерождаются заново, в других телах и с другой историей. Но так происходит не со всеми. Например, ты. Каждая твоя смерть приводила к тому, что ты вновь рождалась, почти в таком же теле, и твои воспоминания оставались с тобой, только ты не могла их вспомнить, пока не оказывалась здесь. В цирке. Ты помнишь каждую из прожитых тобой жизней. И, к сожалению, помнишь каждую свою смерть. И я хочу, чтобы ты поняла, как это происходит. Твоя история началась параллельно с той, которую рассказывает Каролина. В тысяча семьсот втором году у испанского монарха родилась дочь. — Испания? Восемнадцатый век? Что? — Тесса помотала головой. — Нет-нет-нет-нет, это все нереально. Нет. — Просто выслушай, — Дэнни мягко и ободряюще сжал ее плечо. — Потом решишь, реально это или нет. — Так вот. Карл Третий, сидящий в тот момент на престоле, был человеком горячим, по молодости знатно нагрешившим. Он любил вино, молодых девушек и ничего не воодушевляло его сильнее, чем военные походы. Его люди занимались грабежом и насилием под эгидой испанской короны. Но была в нем слабость — он принадлежал той малой части слабовольных мужчин, что женились не по долгу, а по любви. Но детей у Карла не было, и когда, спустя десятилетия попыток, у него родилась дочь, унеся с родами, жизнь его супруги, он понял — второго шанса у него не будет. Опасаясь потерять престол, он отдал приказ воспитывать свою дочь, как инфанту, собираясь впоследствии удачно выдать замуж, и передать государство в ее руки. И хотя сам король больше не ходил в военные походы, его люди продолжали это делать. В один таких походов, они разграбили маленький скалистый остров, посреди злого северного моря. — Подождите… В моем сне…в воспоминании, — тут же исправилась девушка, — Я сказала, что волка привезли в подарок для меня люди моего отца. Привезли с севера. Они напали на Рюген, да? — В тот день, — заговорил Энди, — В тот день нам с отцом повезло. Мы были на рыбацком судне, когда над островом поднялся дым, и вместо того, чтобы спешить на помощь, капитан рыбацкой галеи, отдал приказ, скрыться за скалами и переждать. Он принял верное решение. Нашей мамы не было в живых к тому моменту, про Тони мы ничего не знали, и отец брал меня с собой, потому что оставить было негде. На остров нам не нужно было спешить, и мы пристали к берегу только тогда, когда испанцы убрались восвояси. — В тот день, на острове погибли практически все мужчины, и очень много женщин были опорочены, — проговорила Каролина. — Варвары, посланные твоим отцом, добрались и до Учителя. Они убили его, а он так и не смог придумать, как вернуть свою силу. — Поэтому они не убили меня? — дрогнувшим голосом поинтересовался Джей, поднимая глаза на Каролину. Тесса вздрогнула, как никогда лучше понимая, какое страшное прошлое объединяет его с этой, давно погибшей девушкой. Хотя он так и не смотрел в ее сторону, она успела уловить в его глазах странное тягучее отчаяние, смешанное с застывшей болью. — Потому что я пел его песни, верно? Они не пощадили меня. Они меня испугались! Боже, — он горько рассмеялся. — Тебе стоило сказать об этом раньше. — Смирись ты! — внезапно сорвалась на крик Каролина. — Смирись с тем, кто ты есть. Я столько лет наблюдаю за тобой, как ты борешься сам с собой, и это невыносимо. Вот твое доказательство! — она метнулась к нему и, подобрав горсть ягод, швырнула ему в лицо. — Вот оно! Ты не стал злым, не стал черным. Вот что с тобой происходит. Сила не управляет тобой, как управляла им. Ты управляешь силой. Вот она разница! — Как ты выбралась с острова? — прервал ей парень. — Очаровала одного из солдат. И потеряла твой след на долгие годы, — буркнула Каролина. — Но в то же время в замке росла принцесса. И на твое пятилетие твой отец подарил тебе рыцаря. Все согласно старой королевской традиции, — прикрыв глаза, ясно обозначив этим, что думает обо всех этих разборках, Тревор глубоко вздохнул. — Это был ты? — Тесса обернулась к Дэнни и его немного печальная улыбка стала лучшим ответом. — Этим рыцарем был ты, верно? Подожди, Дэнни, — она перебила сама себя, собираясь с мыслями. — То, что ты рассказывал мне на следующий день после знакомства. Про своего отца, который владеет редкими антикварными книгами, и про брата, который смог стать юристом на твои деньги, это была правда? Только происходила она почти три века назад, вот почему звучала так странно. Боже, Дэнни, мне правда жаль, что тебе пришлось пройти через это. — Нет, принцесса, — он покачал головой, крепче ее обнимая, — Это стоило того, чтобы с тобой встретиться. — За это время, — тихо заговорил Энди. Он склонил голову, сгорбив плечи и выглядел от того еще более несчастным, чем был на самом деле. — Мы пережили настоящий ад. Как только Тони вернулся, мы покинули остров и направились в Европу. Англия стала нашей первой остановкой. Отец хватался за любую работу, но нас везде смотрели, как на прокаженных, потому что… — Потому что был я, — договорил за него Джей. — Имей смелость называть вещи своими именами. — Прекрати, — покачал головой Энди. — Ты не виноват в этом. Когда нам исполнилось восемь, отец сумел воплотить мечту в реальность. Он работал на доках, с молодыми и нищими парнями, отличающимися недюжинной силой, умом и сообразительностью. Он создал свою первую команду. Среди этих людей, нашелся гимнаст, который стал понемногу учить Тони. В тринадцать он заговорил. — После того, как мы уехали с острова, Тереза, я молчал так долго, потому что это горело во мне. Я урод, — Джей улыбался почти безумно, но упорно на нее не смотрел. Даже отсюда Тесса видела, как его начинает трясти. — Я не мог по-человечески. Я тонул в своих же кошмарах. Я видел чертовы тени, которые плясали по стенам, но никто не стал бы мне верить, и я молчал, потому что не мог с этим бороться, а бежать мне было некуда. — Как ты с ума не сошел? — Не знаю. Когда начал учиться летать, понял, что чем больше устаю, тем меньше вижу и это стало моим спасением. Поэтому мы с Энди не понимаем иногда друг друга. За столько лет он забыл немецкий, потому что мы никогда более не возвращались в Германию, а я не смог говорить на другом языке. Вот так. Мне нужно было время, чтобы выучить английский, но… Я смог. — Первым же своим выступлением, он произвел фурор на публике. И так я его нашла, — ухмыльнулась Каролина. — Вот только он меня не знал и не помнил. У меня появился шанс, но я так и не успела воплотить его в реальность. Тони был сложным мальчиком, пришлось долго его уговаривать, искать подходы. Цирк набирал популярность, ему было одиноко посреди толпы, и в тот момент, когда он был готов, случилась неприятность. Гастрольную группу пригласили в Испанию, чтобы развлекать знать, во время королевской свадьбы. — Мне снилось, все, что было дальше, — проговорила девушка, в волнении заламывая пальцы. — Аарон, который жил во дворце, сбежал из псарни и покусал тебя, Джей. За это Энди решил меня убить, потому что говорили, что я ведьма и, убив меня, можно убить волка и спасти брата, верно? — Энди кивнул, пожав плечами, как бы говоря, что в этом нет его вины, и за дурацкие сплетни он ответственности не несет. — Но попытка провалилась, тебя схватили и должны были казнить, но ты, — она обернулась к Дэнни, — Знал обоих братьев и притащил во дворец Тони. Я его выслушала, его вылечили, мы пошли гулять по городу, и потом я освободила его брата и вместо того, чтобы выйти замуж за Баварского герцога, сбежала вместе с цирком, так? — Да, — кивнула Каролина. — А девчонка много помнит, — усмехнулась она. — Знаешь, как все должно было быть. Ты бы вышла за него и умерла в брачную ночь, потому что у герцога были свои планы, он собирался прибрать к рукам Испанию и права мужа наследной инфанты развязывали ему руки. Вот только нищий циркач в его планы не вписывался. Цирк сбежал, и твой отец начал преследование. Нам удавалось ускользать от него практически год, принцесса. И ты полюбила его. Того, кого называли принцем улиц — он был талантлив, умен, и забавен. Но ты сама не знала, что сделала — ты изменила его до неузнаваемости. Только с тобой он смог забыть свой каменный мешок. И он рассказал тебе. Ты знала его историю и наплевала на нее. — Кароль, — едва слышно оборвал ее парень. — Ближе к делу. — Джей, почему?! Почему в тот день ты решил, что будет лучше, если казнят тебя, а не Энди? Почему вообще Аарон на тебя напал? — Потому что он защищал его от меня, — усмехнулась Каролина, — А наш храбрец бросился между мной и зверем, за что и получил. Он бы все равно не умер от ран, но у Энди мозгов было маловато, чтобы это понять, и, наслушавшись сплетен в каком-то кабаке, он полез тебя убивать. — Почему ты так решил?! — настойчиво повторила свой вопрос девушка. Теперь она и вправду намеревалась получить ответы на все вопросы. — Потому что это было правильно. Потому что отец так выбрал. Энди должен был жить. Это было правильно. Оборвать все одним разом. Избавить мир от меня, от моего проклятья. Так я не смог бы никому навредить. — Он рос, и росла его сила, — перебила его Каролина. — Но встретив тебя, мальчик изменился. Он перестал бояться себя, и стал думать, как обуздать это, — при этих словах Джей усмехнулся. — Дальше, наверное, стоит говорить мне, — с тяжелым вздохом Энди поднялся на ноги, потер лицо ладонями и, пройдя вперед пару шагов, опустился на манеж, чтобы оказаться ровно перед Тессой. — Потому что все, что случилось потом, произошло по моей вине. А началось все практически сразу после того, как он привел тебя в цирк. Отец бушевал, рвал и метал, даже пару раз грозился его убить, но Тони умел настоять на своем, и вы с Дэнни стали частью цирковой жизни. Впрочем, тебе понадобилась пара недель, чтобы очаровать отца, но меня ты сторонилась. Оно и понятно. Несмотря на то, что мы похожи, и тогда и сейчас, мы были двумя разными людьми, и только глупец этого не понимал. Джей всегда умел компенсировать свою излишнюю угрюмость, знаниями. Все то время, пока он молчал, он читал — много, а мне это казалось ненужным, я находил себе другие развлечения. И ты ходила за ним хвостом, как приклеенная. Понимаю, местные люди, несмотря даже на защиту Дэнни, тебя пугали — грубые, неотесанные, по большей части пьяницы и повесы, они и рядом не стояли с тем окружением, к которому ты привыкла. Сначала мы с Каролиной думали, что Тони начнет тебя избегать, как избегал всех прочих, но ты видно и вправду запала в его сердце, потому что он возился с тобой от рассвета до заката, и что-то в нем менялось. Спустя месяц твоего пребывания в цирке, он начал смеяться так громко, как я никогда еще не слышал. К тому времени, мы уже несколько лет выступали вместе под куполом, и как-то во время тренировки он сказал, что ты попросила научить тебя летать. Он, конечно, не отказал. И я испугался. Тесс, я не дурак, я знаю, на кого смотрела публика, и я подумал, что если у тебя начнет получаться, то я потеряю брата, ведь он будет вступать с тобой. — Идиот, — вставился Джей. — Нет. Я никогда не мог всего того, что тебе давалось легко. Все, что я умею, Тони, это результат многодневной тренировки, но ты мог делать это делать легко. Из нас двоих, всегда смотрели на тебя. — Придурок, — смачно выругался у него за спиной Джей, но Энди его проигнорировал, продолжив рассказывать. — А ты еще к тому же была такой отвратительно доброй и прекрасной. И я… я думал, почему? Ведь он же зверь. Дикий, загнанный, как волчонок, а ты возилась с каждым его страхом и кошмаром, ты верила ему, как никто другой никогда не верил. Однажды, Джей рассказал мне, что ты уснула с ним ночью, и я не понимал, за что? За что можно его любить, ведь я же ничем не хуже. Я думал, это было несправедливо, что я мог соблазнить любую трактирную девку, а ему досталась принцесса. Ведь девушки одинаковые. И я… я решил доказать, что ничем не хуже. Я начал за тобой ухаживать. — А я за этим наблюдала, — усмехнулась Каролина. — Тони послал меня. С твоим появлением его вообще больше никто не интересовал. Я удивляюсь, как он смог подружиться с Дэнни вообще. Он засыпал и просыпался с мыслями о тебе, и… — Я вообще-то еще тут, — возмущенно заявил Джей. — А ты будешь спорить? — иронично приподняла брови Каролина. — Я злилась, а потом заметила, что и Энди злиться тоже. Я предложила Энди переспать с тобой, Тесса, чтобы он понял — все девчонки падки только на внешность, но ты… мы не учли, что имели дело с принцессой. Люди твоего отца настигали цирк, мы убегали, Барри планировал отъезд за океан, а потом Тони сделал тебе предложение. Мы даже не знали об этом, пока не стало слишком поздно. Никто не думал, что ты сможешь полюбить парня, которого каждую ночь успокаивала после кошмаров. Вы много времени проводили вместе, но никто и не думал, что ты любишь его. Ты — принцесса, вдруг просто так взяла и полюбила бродягу. Итак, через десять месяцев после твоего появления в цирке, ты согласилась выйти за него замуж. Еще через два месяца, семнадцатого октября, тысяча семьсот двадцать третьего года, вы тайно поженились, и так наследница испанского престола стала женой безродного оборванца. Обычно нам удавалось избежать столкновения с людьми твоего отца, только потому, что Тони вовремя предупреждал об их приближении, но в тот день, он был слишком счастлив. — А я напился в кабаке, — едва разжимая зубы выговорил Энди. — С этого все началось. Кароль устроила брату настоящую истерику, он был вынужден успокаивать ее и приближение людей твоего отца почувствовал слишком поздно. Каролина была зла, поэтому сделала все, чтобы о необходимости отъезда отец узнал как можно позже. Мы не успевали сняться со стоянки и убраться подальше. Тогда отец принял решение, что нужно спасать людей, и скрыться самим, пусть и оставив им имущество. Это было хорошее решение, только вот Каролина была так зла, что не давала людям слушать моего отца. Она фактически одна подняла мятеж, заявив, что Барри буквально сошел с ума, раз заставляет всех оставить вещи и бежать. Возникла заминка. Ты пошла меня искать, потому что Тони помогал отцу убеждать людей, и нашла, в стельку пьяного, под забором какого-то борделя. Я разозлился, и подумал, что ты все равно будешь моей, даже если мне придется тебя заставить. И я… Мы вернулись в цирк, я затащил тебя в шатер и начал приставать. Ты ударила по лицу, я разозлился, схватил подсвечник, и свечи, они упали. Шатер загорелся, и пока мы пытались его потушить, люди твоего отца обрушились на нас. Они не поджигали шатер, это сделал я. Они просто добивали тех, кто выбирался. Но это не было преградой, Тони смог тебя вытащить, но я все еще был слишком пьян, и не помню, как оказался у повозок. — Подожди, — Тесса сжала пальцами виски. — Джей, ты пошел его спасать в горящий шатер, хотя тебя, Энди, там не было? И ты, — она прокрутила в голове свое воспоминание. — Ты погиб там, и я попросила Каролину… Вернуть тебя? — Да, — кивнул головой Джей. Тесса смотрела на него, видела, как дрожит его подбородок, но парень не поднимал взгляда. — Отсюда начинается самое интересное, — мягко продолжил Тревор. — В том пожаре погиб Дэнни и Каролина, но она была так зла, что ее колдовство, подпитанное злобой твоего отца, стало проклятьем. — Что? — Она сказала Джею, что, даже прожив тысячу жизней, он никогда больше не встретит тебя. Никогда больше ты его не сможешь полюбить, потому что он должен узнать, что такое невзаимная любовь. — В это время, — тяжело сглотнул Джей, — Твоему отцу доложили, что ты умерла, спасая нищего циркача. Он приказал доставить меня к нему, но раньше, ослепленный горем и яростью, он прокричал в небо: «Будь проклят цирк и эти Джонсоны! Он потеряет всех кого любит, каждый раз, когда будет обретать». И его слова совпали с песней, которой Каролина обменивала наши жизни. Так дар, стал проклятьем. — Что это значит? И Тревор? — В тот момент, когда Каролина вернула меня к жизни, — Тони было едва слышно, — Большая сила чернокнижника вернулась в мир, и она ударила в меня и в нее тоже, но также она совпала с тем гневом, который излил твой отец. Это было ужасно больно, мы оба это ощутили, и так случилось, что реальность под гнетом этих сил, изменилась. Нас захлопнуло в петлю, и Тревора утащило за нами, потому что он оказался единственным выжившим в ту ночь. После того, как ты умерла, и люди твоего отца достигли цирка, они были в ярости, и перебили всех, кого смогли увидеть. Кого еще могли убить. Тревор получил ужасные раны, и его посчитали мертвым, но он еще не мер, а меня, Энди и отца пощадили ради куда более страшной казни. Этого не случилось. И так мы обрели вечную жизнь, а цирк стал нашим проклятьем. Каждые восемнадцать лет, ты возвращалась, Тереза. С разными именами, с разными историями, но это была ты. И ты никогда меня не узнавала. Каждый раз, ты была девушкой Энди, и я просто смотрел, как он использует тебя. Это было его наказанием за ту ночь. Он не любил тебя, но был с тобой, а я не мог. Каждый раз, за несколько месяцев до того, как ты возвращалась, в цирке появлялся Дэнни, потом Каролина, а потом ты. И это было ужасно, потому что ничего нельзя было изменить. Раз за разом все повторялось, и я ничего не мог с этим сделать. Ты приходила разной — ты то обожала цирк, то ненавидела, то презирала, то восхищалась, но какие бы чувства не вели тебя, ты оказывалась здесь, — он замолчал, тяжело дыша. — Сразу после твоей первой смерти, мы убрались за океан, и в Америке постарались начать новую жизнь. Думали, что на новой земле проклятью не суждено нас настичь. Тогда еще не понимали, что все это значит. Прошло восемнадцать лет, в тысяча семьсот сорок первом году ты пришла впервые, — проговорил Тревор. — К этому времени, Джонсоны уже успели рассказать мне во что я влип, и я даже успел смириться. Барри набрал новую команду, мы начали жизнь с чистого листа, и мне даже понравилось в какой-то степени. Думаю, мы все начали смотреть на жизнь немного иначе. — Но… В твое первое появление, тебя звали Сандрой, — теперь он смотрел только на свои пальцы, которые дрожали так сильно, будто его годами мучил Паркинсон. — И ты была невестой Энди. Вот как это было. Была осень, шли ливни, дорогу размыло, и мы были на берегу реки. Так случилось, что мы были вдвоем, и ты поскользнулась и полетела в эту реку. Я успел тебя схватить, но… твоя рука выскользнула из моих пальцев. Я видел, — по его щеке скатилась слеза, и парень сухо рвано всхлипнул, — Как ты разбилась о скалы, и… ничего не мог сделать. Это было моим наказанием. Каждые восемнадцать лет ты возвращалась, чтобы любить Энди и погибала всякий раз, когда я оказывался рядом. Это были случайности. Нелепые случайности, но Каролина забирала эти жизни, и я понял, что было условием вашей с ней сделки. Вот что значит, «любовь убивает». Пока я любил тебя, ты была обречена на смерть от моих же рук. И я попытался уйти, покинул цирк, и учился, но…ты умирала на моих глазах. Нас все равно закидывало в цирк каждые восемнадцать лет волей случая. — Я видел, что все это значит для Тони, — подхватил Энди, — И думал, что если сам буду делать это, ему будет проще. Мы быстро поняли, в чем суть проклятья, суть цикла, в который мы попали, и я уговорил Тони уйти, и дать мне шанс, потому что все это случилось по моей вине. Тесса, все те документы, те фото и рисунки, те заметки, и даже Бекки Трейнер, убил не Тони, а я. Потому что все это началось по моей вине. Я не мог заставить его прекратить любить тебя, и все что мы могли, это просто держать его подальше. С каждой смертью ему становилось все хуже. Это была забота, такой, какой мы могли ее сделать тогда. — Перед тем, как заключить сделку, ты отдала отцу предметы из своей коллекции, и он продал их. Так началась история с антиквариатом, он до сих пор им торгует, хотя, ты, наверное, уже знаешь. За эти годы мы смогли накопить большое состояние, но цирк по-прежнему остается единственной возможностью перемещаться с места на место, чтобы люди не смогли заметить, что мы не стареем, — продолжил Тревор. — Мир вокруг менялся, мы тоже старались измениться. В тысяча девятьсот пятидесятом ребята придумали шоу звездных близнецов, и, клянусь, это до сих пор лучшее, что я видел. Но… Все произошло опять, и Тони, сорвался. — Пять лет назад, — Джей совладал со своими эмоциями и продолжил, — Я понял, что больше не могу. — Да, после Бекки Трейнер у Тони была очень затяжная депрессия. Фактически, он вернулся к тому состоянию, в каком был до знакомства с тобой. Отец старался помочь ему, но это было нереально. И тогда Барри решил, что во всем виновата другая грань мира. Та, которая тянула Тони в другую сторону. Он решил, что если избавиться от его силы, Тони сможет справиться. Он избавился от медальона, которым ты привязала к цирку Дэнни, а поскольку тот был фактически единственным другом моего брата, то все тало куда хуже. Я не понимаю многих вещей, из тех которые там норма, — Энди кинул на Дэнни весьма красноречивый взгляд. — Пять лет назад, во время выступления, Тони не подал мне руку, и упал. — Эти дурень, — фыркнул Дэнни, — Думал, что сможет прервать проклятье, если умрет. Так случилось падение. — Падение? — Ты же помнишь «Звездных близнецов». Ты была на представлении, — хрипло проговорил Джей, будто нечто царапало его горло изнутри. — Как ты узнал? — Я всегда тебя чувствую, — неожиданно серьезно проговорил Джей, поднимаясь с пола. — Тебе было четырнадцать, и я все думал, что заставит тебя через четыре года прийти в цирк. В тот день, после выступления, я начал искать выход, и спустя два года, мне удалось уговорить Энди. Мы поднялись на высоту, и он меня отпустил, как сто раз делал с девушками. Это было больно, но я остался жив, и тогда мы окончательно поняли, что нам не победить проклятье. — Но время подходило, а тебя не было. Все забеспокоились. Каролина даже думала, что тебе удалось что-то вспомнить, но проблема была еще и в том, что Тони надеялся — раз ты не попала в цирк, значит, сумела найти способ избежать смерти. Мы могли найти тебя только с его помощью, или с помощью Каролины, но он не пускал ее, и не искал сам, опасаясь тебе навредить. Каролина злилась, но Тони не давал ей выйти. Ситуация накалялась, и я решил сам найти тебя, и ошибся. После падения, мы набирали новую команду, потому что никто не должен был знать, что мы с Джеем близнецы. Больше никто. Мы решили, что цирковая программа «Звездные близнецы» должна исчезнуть бес следа. Тревор, как мог почистил сведения, поэтому найти что-то практически нереально. Тони надел маску и стал Джеем, но пока он приходил в себя после травмы и учился жить в новой реальности, я встретил Алисию. Она подходила. По возрасту, по внешности, чем-то тебя напоминала, и самое главное — влюбилась в меня как кошка. И я сделал все, чтобы она попала в цирк. Чтобы Кароль успокоилась, и дала Джею еще восемнадцать лет. Я думал, что делаю благое дело, но когда она попала сюда… Незадолго до этого, в числе новых артистов я встретил Линду, и влюбился. Впервые и по-настоящему. Мы с Тони разъехались, он еще больше ушел в себя, поэтому когда я вынудил Алисию присоединиться к цирку, Тони был в бешенстве — потому что я ошибся. — Я не чувствовал эту девочку, и это была не ты. Когда…в общем, когда прошел срок, Линда начала злиться. Она тоже не понимала, почему проклятье дало сбой, и три года мы ждали, пока отец не нашел тебя. И опять новость — ты вспомнила мое имя, едва увидела Энди, и я, — его голос сорвался. — Я начал надеяться не пойми на что. Я поверил, что можно что-то изменить, но… — он махнул рукой, закрывая лицо ладонями. — Тесс, я решил дать ему шанс. Один единственный шанс, поэтому, когда Кароль, потеряв терпение, напала на тебя, я, — на глаза Энди навернулись слезы. — Я отпустил Линду. Единственного человека, которого любил за всю эту вечность, но… Джей стоил того. Он столько раз, ты просто представить себе не можешь, сколько раз он помогал мне. Он всегда был на моей стороне, и если был хотя бы маленький шанс… В этот раз все было острее, и может быть все зря, но когда ты открыла эту коробку… нам нужно было все тебе рассказать. Я расплатился с Кароль той монетой, которая была мне дороже всего. Девушка несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, собираясь с мыслями. — И что будет дальше? Ей было страшно услышать ответ. Высвободившись из объятий Дэнни, она встала, несмело подойдя к Джею, тут же развернувшемуся к ней спиной. — Я говорила и тебе и ему, любовь убивает. Убьет она и в этот раз, — спокойно проговорила Каролина. — Только мне надоело раз за разом смотреть один и тот же спектакль. И… Я отпущу его, Тереза. А ты останешься. Я разорву цикл, вы все продолжите жить своей жизнью, а Джей уйдет со мной и Дэнни. Все справедливо. Он должен был убедиться, что ты его любить не сможешь, и он убедился. — Джей, нет! — Тесса рванула его за плечо, заставив повернуться. — Все не может так закончиться! — Почему? — теперь он смотрел ей прямо в глаза, но лучше бы ей было не видеть этого взгляда. Знакомыми серыми глазами на нее смотрела сама уставшая Вечность. Он словно и не узнавал ее, равнодушно следил за сменяющими друг друга эмоциями на ее лице и молчал. — Потому что… — ее голос дрогнул. — Ты не можешь умереть сейчас… Это… не правильно, — девушка с трудом подбирала слова. — Мне нужно время, чтобы все это осознать, но ты… не можешь. — Я же мог убивать тебя все это время. — Это ведь был не ты. — ЭТО БЫЛ Я!!! — крик пронесся по темному манежу. Энди и Тревор рванулись вперед, словно опасались, будто он может ее ударить. Тесса и сама отшатнулась, но он только кивнул самому себе. — Все правильно, — отступил на пару шагов. — Ты должна меня бояться. Все правильно. — Это не может так закончиться! — Я доверял тебе, Тереза Хариссон. Я же сказал, что отвечу на все твои вопросы. Тебе нужно было время, и я тебе его давал, но ты… Ты все мои слова передавала Трейнеру. Иди, и сейчас расскажи ему тоже. Это было только для нас двоих. Только для нас, но… Ты хоть понимаешь, что это значит? Ты просто вытряхнула все мои мысли перед ним и позволила в них копаться. Поэтому это должно так закончиться. Один чертов полет и тебе больше не придется меня бояться. Не придется ломать голову над тайнами. Просто продолжишь жить как раньше. -Тони, — Тесса схватила его за запястье, прикоснувшись пальцами к татуировке. — Так нельзя. Он скользнул взглядом по их сплетенным рукам. — Я просил тебя — не предавай меня. Я просил, — Тесса видела, как дрожала у него глотка, — Но ты выбрала свою правду, — он вырвал руку, отвернувшись. — Я устал тебя терять. И если ты правда что-то вспомнила. Если это что-то для тебя значит, то просто сделай это для меня, и мы оба перестанем чувствовать себя неправильно. — Тони… — Меня зовут Джей. Она смотрела сквозь пелену слез, как он уходит, и в голове бился только один вопрос. «Я тебя не люблю?»… 1 — Почему мы не мертвы? (исп.)