Неправильный договор

      — Так и что там с твоим парнем?       — Да что у вас за привычка! — Бэкхён стонет и бьется о подушку затылком.       Его руки привязаны к изголовью, член глубоко внутри Чондэ, Бэкхён вовсе не против единственный раз побыть сверху в какой угодно позе, но не может все быть хорошо.       — В глубине души тебе нравится. Где-то очень глубоко, — Чондэ смеется. Наклоняется, целует его в губы и снова откидывается назад, двигается, давая рассмотреть все. — Что за парень?       — Парень как парень… Чондэ!       — Рассказывай быстро, честно и обо всем.       — Чондэ!..       — Кёнсу! Хочешь услышать про его первого?       Бэкхён стонет.       — Что там с твоим парнем? Все еще хранишь нежную любовичку? — Кёнсу ложится рядом и трет его сосок.       — Я… нет, — Бэкхён сжимает руки в кулаки. — Это не то, что… Он мне сердце не разбивал.       — Ну конечно, — Чондэ садится прямо и трахает себя его членом на всю длину. Бэкхён дрожит и задыхается. — Нельзя так трахаться, если сердце разбито.       — Я не… Это вы меня… Отвяжи!       — Ты сам просил, — Кёнсу прикусывает его ухо. — Не вслух, но… Мы прочли твои мысли. Так и что это было? Первое юношеское чувство? Вы держались за руки и несмело краснели? Или он был опытен и использовал тебя? А может, ты сам попросил?       — Я… Да, он старше, — Бэкхён толкается вверх как может. — Мы… учимся вместе. Я просто… ну, как это… бывает…       — Так ты влюбился или нет? — Чондэ садится и крутит бедрами, покачиваясь из стороны в сторону.       — Несильно. Ну как… Не знаю… — Бэкхён жмурится и снова сжимает руки. Помогает плохо.       — Просто влюбленность. Он мне нравится, хотелось, чтобы он меня трогал… за разные места.       — Ты так ему и сказал? — Кёнсу смеется.       — Он сам мне сказал. Он девушку бросил, предложил мне встречаться, я согласился. Он опытный, симпатичный… я не знал, что он опытный. Можно я уже кончу?!       — Нет, — Чондэ снова двигается, но от этого не легче. — Что значит «не знал»?       — Думал, я у него первый. Чондэ!       — Мне нравится, когда ты на грани, — Чондэ ласково улыбается. — Я не Кёнсу.       — И что он сказал? — Кёнсу поворачивает его к себе за подбородок.       — Что ищет себя. Что ему надо определиться. Это другое. Девушка не позволяла ему быть собой, а я… да какая разница, ничего особенного! Кёнсу!       — Я тут при чем, ты с Чондэ трахаешься, — Кёнсу треплет его по щеке.       Бэкхён некстати отмечает, что раньше Кёнсу был менее осторожен.       — И что, вы с ним занимались сексом по списку его кинков?       — Нет, — Бэкхён предательски краснеет. — Можно я не буду об этом говорить?       — Нельзя, — Чондэ поворачивает его голову и заставляет смотреть на себя. — Так что вы делали?       — Ничего, — Бэкхён стонет. — Ничего не делали, я девственником был! Он меня трахал, обычно мы друг другу дрочили…       — Ночью и под одеялом? — перебивает Кёнсу. — И в какой момент ты стал хотеть большего?       — Это он стал, — Бэкхён толкается бедрами, входит до середины. — Я ушел, потому что… мне не понравилось…       — Он тебе втроем предлагал?       — Нет! — Бэкхён напрягается. — Он хотел в рот, с кляпом, с игрушками и… дайте мне кончить!       — Дай ему, Чондэ, — Кёнсу усмехается. — Позже закончим.