Ксенофил

Из нас, из всех, кто здесь оказался, не было никого, действительно подготовленного, умеющего делать то, что мы собирались провернуть с человечеством. Ни одного специалиста по работе с младшими, докосмическими цивилизациями. Агенты, ксенобиологи, ксеноботаники, космонавты, штурмовики(это я про себя), техники... Ни одного прогрессора. Почему мы вообще могли надеяться на то, что у нас получится? Потому что в этом была уверена матриарх азари, которая была с нами. Калина т'Лоак. Мама́. А у неё была причина так думать о себе. Азари - очень одаренный вид и обладают длинным списком достоинств. И офигенные сиськи, упругие задницы и скользкие лазури не входят даже в первую половину списка. А что входит? Долголетие. Биотика. Работа с разумом. Всё, что из этого вытекает. Вот что. Теперь, разобрав с мама́ воспоминания Шепард и её воспоминания, мы даже знаем, откуда всё это взялось. Протеане обнаружили протоазари на их Тессии несколько десятков тысяч лет назад, во времена расцвета их Империи. А протеане - точнее, тот их вид, к которому принадлежал Явик, ведь протеанская империя была мультивидовой - тоже были весьма одаренным народом. Передача мыслей и знаний прикосновением, чрезвычайно мощная и непривычная биотика - Шепард помнила его Канал Тьмы - и многое другое. Плюс скорее всего, эффективное размножение, как у многих инсектоидов, вместе с возможностью буквально переродиться в потомках - но об этом другом Явик, будучи последним, не рассказывал. Азари должны были стать наследниками протеан во всех смыслах - не только память, месть и отмщение, но и всё то, чем гордились протеане. Возможно, их наследством должна была стать и сама протеанская империя, но Жнецы пришли раньше. Археологи азари - а мама́ за свою долгую жизнь была знакома со многими - знали, хоть и держали в секрете, что вскоре после контакта с протеанами их вид подвергся целенаправленному улучшению. Это выглядело и было весьма жестоким к тем первобытным разумным - но искусственная, рукотворная эволюция обычно и выглядит именно так. Протоазари были морскими млекопитающими, похожими на тюленей. Как обычно, имеющими два пола. Из всего, чем позже стали обладать азари, у них была только нервная система и способность жить с большим количеством элемента ноль в организме - фильтрованный из морской воды всей той пищевой цепочкой, на вершине которой были эти тюлени, эльно накапливался в них - при этом, что странно, биотикой они не обладали. А вот их нервная система, очень странная нервная система для морского млекопитающего, была примерно так же уникальна, как однозадачные, сверхкомпактные и очень быстрые мозги саларианцев. Только в другую сторону. Очень широкая, могущая переваривать огромные количества информации, учиться очень, очень многим делам, да ещё и способная к росту и посегментной регенерации... Скорее всего, если бы их эволюция шла бы дальше естественным путем, они стали бы морскими аналогами элкоров - вальяжными, мирными мыслителями. Или, как вариант, младшими братьями Левиафанов. Но пришли протеане и принесли свои дары. Морской вид - вторично морской, когда-то ушедший с суши в океан - вернули на землю. Модификация фенотипа через генотип превратила ласты в ноги и руки, превратила их самих в прямоходящих гуманоидов наподобие самих протеан. Протеанская микробиота, прижившись и найдя огромное количество доступного эльно, обеспечила им в будущем богатые возможности биотики и возможность обмена мыслями - а после того, как протеанские возвышающие отрезали азари мужской пол, и просто-напросто размножения. Биотика и объятия вечности действительно оказались непростым даром. Для размножения протеане постарались и вшили инстинктивный механизм, работающий без обучения, безусловно - но и от этого механизма до привычных объятий вечности довольно длинный путь. А до полноценной биотики и мысленного контакта путь был ещё дольше. Этому азари нужно было учиться, и учиться самостоятельно. Они оказались способными учениками и достойными наследниками, но многое то, что давалось протеанам едва ли не с рождения, азари были вынуждены тренировать сотни лет, чтобы получить хотя бы слабое подобие - и наоборот, некоторые вещи не смогли бы с наскока повторить протеане. Сканирование чужой памяти, вообще оперирование чужими воспоминаниями и мыслями в момент контакта как раз относились к тому, что азари нужно было тренировать, чтобы уметь хоть что-то. Очень близко к этому подходили умения ардат-якши и юстициаров, умения подчинять и разрушать - и нет, Калина не поделилась со мной этими знаниями, она и сама про это не знала до контакта с памятью Шепард. С другой, куда более приятной стороны, находились умения спутниц - если ардат-якши могла одним взглядом подчинить любого, если юстициар была способна дестабилизировать ударом разум противника от лёгкого помутнения до полного разрушения, то спутницы знали всё про то, как доставить удовольствие и просто сделать хорошо - впрочем, все эти варианты были предназначены в первую очередь для собственного удовольствия носительниц. И эти умения и навыки были куда более врождёнными, чем тренируемыми - что у ардат-якши, что у юстициаров, что у спутниц, причем, что характерно, куда более соответствующий духу расы вариант мутации "спутница" был самым редким, в отличие от "властелинов" ардат-якши. В принципе неудивительно - протеане собирались создать властителей галактики, а не галактических любовниц, и мнение подопытных и возвышаемых их интересовало в последнюю очередь. Кстати, сама мутация ардат-якши и других вариантов была очень похожа на попытку внедрить азари систему протеанских "аватар", но получилось, опять же, что получилось. И именно на ардат-якши азарийские особенности сложились с системой аватар совсем плохо. Все эти мутации создавали положительную связь при использовании навыков - но если юстициар, получающая удовольствие от гибели других разумов, и спутница, при дарении удовольствия переходящая границы вреда, были очень, очень редкими психопатами, то вот у ардат-якши, купающейся в обожании покорённых её силой, обратная связь очень быстро ломала все моральные барьеры. Ну да ладно, речь всё же не только о демонах ночных ветров. Общий же для расы набор умений подразумевал возможность всего лишь куда более слабого взаимодействия - взаимное или не очень слияние разумов, возможность услышать чужие мысли при этом. Здесь, кстати, нашлось то, за что азари уважали саларианцев и, внезапно, нас, батаар. Саларианцев за скорость мысли, настолько быструю, что он успевал сменить три мозговых состояния за то время, пока азари пыталась синхронизироваться с первым. А батаар - за ёмкость. Честно, если бы разум Шепард поместили в любого другого разумного Галактики, кроме, возможно, ханара, результатом была бы Шепард в чужом теле. Только полуторный мозг батаар позволил разместиться её разуму и памяти, сохраниться, не потеряться и не уничтожить при этом ни мой исходный разум, ни разум Калины, которая, даже будучи азари, не смогла бы вместить в себя ещё один разум. В любом случае, даже если поначалу в пределах возможного для азари было лишь слиться мыслями и образами с кем-то - прочитать или передать, или то и другое сразу - то со временем появлялось понимание, что и как нужно сделать, умение делать это быстро и навыки работы с прочитанным. Мне очень, очень повезло тогда, что она была рядом и смогла сдержать первый порыв загруженной Шепард, а потом - разобраться в ней и с ней. Да, и Шепард тоже повезло. Матриарх азари, разменявшая семь сотен лет, очень опытная в работе с разумом, опытная и во многом другом, хорошо знающая наши сильные и слабые стороны, обладающая весьма немалой частью памяти Шепард... У неё были весьма неплохие шансы на реализацию плана. Даже тот факт, что знали мы по большей части о людях далёкого будущего, не сильно мешал - тот институт, мой институт работал совершенно не зря. Всё пошло не по Плану исключительно потому, что у нас она была одна. И даже Алисса, развивающая свои умения в том же направлении, не тянула на вторую такую же. И я сам со всей памятью Шепард не мог сделать всё, что было надо. И проблема была даже не в том, что нас не приняли. С той империей, к которой принадлежал Гордон, и с ещё несколькими мы вступили в официальный контакт. Иначе было бы очень сложно запустить те векторы, которые мы разъясняли Гордону. Проблема была в людях. В одном простом факте, что они очень разные - и при этом большинство из них будут решать свои сиюминутные проблемы за счёт будущего. Еда. Лекарства. Образование. Связь. Всё это можно использовать очень разными способами - и высаживаемые нами сады с отлично масштабирующимися технологическими цепочками, и примитивные устройства проводной и беспроводной связи, которые даже на их техноуровне можно было делать миллионами штук в любом подвале, и особенно знания первой школы, которую всё-таки построил Гордон, растекающиеся по миру радиоволнами. Землянам с нашей помощью хватило года, чтобы их цивилизация затрещала по швам. Но это не было нашим Планом! А люди - пели. На разных языках. Весь мир насилья мы разрушим До основанья, а затем Мы наш, мы новый мир построим — Кто был ничем, тот станет всем! Вот только “затем” по всем нашим моделям обещало быть долгой, сложной и кривой дорогой к восстановлению хоть какой-то общей системы. Сложно ожидать иного от ситуации, когда большинство планов революционеров заканчивались именно разрушением существующей системы. У них ведь уже были не так давно похожие ситуации, относительно локальные, правда, а не как сейчас. Франция, Америка, северная и южная... Наверное, надо было всё бросить и просто наблюдать. Этот жестокий в первую очередь к самому себе и собственным людям мир вполне бы пережил и такое. Вот только те, кто уже стал нашими людьми - Гордон не терял времени зря - их мы не могли бросить. И сил на то, чтобы вмешаться хоть сколько-то массированно, и возможностей на то, чтобы поддержать на выбор тех или иных, у нас попросту не было. И доверия к нам не испытывали ни текущая элита, видящая результат наших векторов, ни революционеры. Глобальный факап - очень подходящий термин. И решён он был тоже глобально. Я бросил взгляд в окно, на Землю, затянутую белым покрывалом. Да. У нас не хватало сил, чтобы уговорить каждого - но был способ и силы уговорить всех. В точке равновесия между Землёй и Солнцем за несколько месяцев был развёрнут зеркальный экран. Крупный экран. Действительно большой. Несколько тысяч километров в ширину - суммарно по всем сегментам. Микроны в толщину. Огромная солнечная электростанция - но это был, по факту, приятный бонус, чтобы материалы и работа не были потрачены впустую, если даже это не поможет Земле. А Земля лишилась доли солнечного излучения. Небольшой. Сравнимой с тем, что устраивала людям сама планета во время особо мощных извержений вулканов - одно из таких произошло уже при нас. Можно было, взамен, например, просто рассыпать один из не самых больших астероидов в атмосфере - но это было бы куда более опасно, поскольку неконтролируемо. А зеркала в области L-1 мы контролировать могли лучше гигатонн пыли в атмосфере планеты. Земля остывала. Такое в истории уже бывало - “год без лета” всё ещё был в памяти людей, пусть и живых свидетелей тому уже почти не осталось. Вот только сейчас не было красных закатов. Было лишь гаснущее солнце.