May's revolution

       — Кера?! — Май разглядел лицо подруги лишь только оказавшись в комнате, и очень удивился, — ты что тут делаешь?        — Ну да, давай, ори ещё громче, ты, кажется, ещё не весь дом разбудил. — саркастично хмыкнул Ян с дивана, придерживая на своей голове пакет со льдом. Май недовольно посмотрел в его сторону, а Кера цыкнула на Эйферта, отчего тот закатил глаза и показал обоим язык. Но ребята этого не увидели, потому что комната освещалась одним фонариком, лежащим на табуретке в углу, и там, куда не попадал луч света, царил полумрак, в котором можно было угадать лишь очертания предметов, но не детали.        — Так че у вас тут происходит то? — снизив голос до полушепота, спросил Май.        — Этот дурень опять нарвался на драку, где силы оказались неравными, так сказать… — девушка хмуро посмотрела на Яна, который уже убрал лёд и, разглядывая себя в зеркале, пытался понять масштаб пиздеца. Под левым глазом было обширный фингал, всё лицо в ссадинах, а на макушке огромная шишка. Закончив заниматься самолюбованием, Эйферт снова положил лёд на свою голову и кинул в ответ Кере:        — Сама дурень.        — Молчи уже, искатель приключений, блять, на свою жопу. Только почему-то приключения ищешь ты, а вытаскивать тебя из них приходится нам.        Май покачал головой и положил руку на плечо подруги, успокаивая её и намекая, что он полностью разделяет её чувства.        — Как вы вообще столкнулись? Ян вроде зависал на чьём-то дне рождения, а ты должна была быть на работе?        — Я закончила пораньше и спокойно шла домой. И только мне стоило свернуть на нашу улицу — вот он, бухой, злой и неконтролируемый. Пусть скажет спасибо, что парень, с которым он дрался, оказался боксёром, который полагается на свои руки, а не на нож. До больницы я бы его точно не дотащила, а до его дома всего пару кварталов было.        Ян подозрительно долго молчал, и Кера подошла к нему проверить не решил ли тот покинуть сий бренный мир, отметив свой уход пьянкой и дракой.        — Уснул. Самым бессовестным и наглым образом спит, пока мы тут думаем че с ним делать. По крайней мере я… — девушка поправила пакет со льдом на голове друга и снова подошла к Маю, уже закрывшему окно и устроившемуся на подоконнике, — так, а ты чего так поздно пришёл? Новости есть какие-то?        — Бодя больше не с нами. — кивнув, проговорил Май внезапно севшим голосом.        — Вот как… — удивлённо протянула Кера и присела рядом на край широкого подоконника.        — Да… Сказал, что не хочет позориться на глазах своих друзей, общаясь с простолюдинами… — Май грустно усмехнулся. Он хотел ещё что-то добавить, но телефон в кармане пиликнул, уведомляя о новом сообщении. Достав его, подросток прочитал сообщение и расплылся в улыбке:        — Босс написал, что я могу выйти в дневную смену, потому что сегодня ночью мало народа и два работника не нужны. А ещё он выписывает мне премию! — чуть ли не прыгая от радости вещал Май. С деньгами в бедных районах всегда был напряг, поэтому любой дополнительный заработок очень радовал.        Май работал бариста в кофейне для богачей, а также рекламировал там кофейный напиток, рецепт которого создал сам владелец заведения. В прошлую смену этот напиток продавался очень хорошо, поэтому Май получил заслуженные проценты с рекламы.        — Да… Повезло тебе с работой. И в тепле сидишь постоянно, и начальник адекватный… — Кера вздохнула. Сама она работала курьером в фирме доставки еды, и 6 дней в неделю 12 часов моталась пешком по Центру, доставляя богачам еду. Май сочувствующе вздохнул и приобнял подругу. А затем кивнул на Яна и тихо проговорил:        — Вот этот, вредный, помог устроиться мне туда. Сам работал там, уволили за то, что нагрубил посетителю. Ну ни капли выдержки у человека. Но может же быть хорошим, когда хочет… Правда, — тут Май усмехнулся — редко у него такое желание возникает.        — Это точно. — улыбнулась Кера в ответ.        — Ладно, пошли по домам. Нам с тобой завтра рано вставать, так что надо поспать хоть немного.        — Здравая мысль.        Брандесс выключила фонарь, освещающий часть комнаты и убрала лёд с головы Яна, чтобы тот не пролежал с ним всю ночь. Май в это время открыл окно и осмотрел улицу. Пусто, а значит можно вылезать. Он спустился сам, подстраховал Керу и закрыл окно, тихонько хлопнув им.        Друзья шли посередине улицы, держась за руки и негромко переговариваясь друг с другом. Облака всё так же закрывали звёзды, но Кера и Май могли найти дорогу домой даже с закрытыми глазами, не зря же они, ещё будучи малявками, изучили каждую подворотню своего квартала, который начинался в ста метрах от дома Яна.        Совсем скоро ребята дошли до своих домов и, дав пять друг другу напоследок, со смехом понеслись к окнам своих комнат, стремясь обогнать друг друга. Да, двери были придуманы определённо для слабаков. Май со своими друзьями практиковали вход и выход из окон первого этажа, ещё с того времени, когда они могли влезть в окно, только встав друг другу на плечи.        Уже засыпая, Май вспомнил, что не сделал кое-что важное. Достав смартфон, он зашёл в общую беседу их компании и исключил из диалога Бодю. Затем напечатал сообщение и лёг спать.       Завтра в 23:00 на нашем обычном месте. Есть что обсудить.

***

       Утро встретило Мая мешками под глазами и головной болью. Хоть он лёг спать и не слишком поздно, всего в 00:00, вставать в 6 утра было тяжко при любом раскладе. Умывшись ледяной водой, он почувствовал себя лучше и, максимально тихо собравшись, побежал на работу. Все его родственники вставали в 7 утра, так как работали в мастерской, находившейся прямо рядом с домом. Однако, Май не пожелал продолжать семейное дело. Он устроился в кофейню, чтобы заработать денег на образование, ведь втайне мечтал выучиться на психолога. Пока ему оставалось только таскать из библиотеки всевозможные книги по интересующим его темам, но он верил, что однажды всё-таки накопит на свою мечту.        — Доброе утро, босс, я же не опоздал? — Май вбежал в помещение, на ходу приветствуя директора этого филиала кофейни, который каждую смену приходил, чтобы лично посмотреть кто из сотрудников на месте, а кто отлынивает от работы. Ему было чуть за 40 лет, он обожал, когда его называли «босс», а не по имени-отчеству, и, будучи бездетным, любил всех работников как детей, иногда балуя их приятными сюрпризами.        — Нет, Май, по тебе хоть часы сверять можно! Всегда ровно в 7:15 приходишь, весьма похвально! А теперь марш переодеваться, и чтобы в 8:00 все стояли передо мной красивые, улыбающиеся и готовые к работе!        — Так точно, товарищ старший командир! — подросток со смехом отдал честь и убежал в подсобку для персонала. Там он снял свою толстовку и надел поверх белого поло красный фартук с логотипом кофейни. Прорепетировав перед зеркалом дежурную «радостную» улыбку, Май вышел из подсобки, сходил к старшему админу, предупреждая её, что уже через 5 минут общий сбор, и направился было на своё место, как вдруг буквально из ниоткуда появился босс. Он заговорщически подмигнул подчинённому и, прошептав, «Конверт в рюкзаке», унёсся устраивать разнос уборщику, уронившему чашку.        — Боже, ну неужели нельзя по нормальному премию отдать… — смеясь, протянул Май, но тут же спохватился и, посмотрев на время, побежал в общий зал. Как раз вовремя. Босс только начал перекличку работников.        — Май Москевич! Ага, тут, вижу. Сегодня, кстати, работаешь один, без напарника, Евгений заболел. Будут вопросы — беги к Анне, она сегодня старший администратор…        Май закатил глаза. Каждую смену одно и то же. Директор давал такие очевидные и ненужные советы, что это начинало бесить. Но злиться никто не мог на босса, ибо он относился к работникам очень по-доброму и понимающе относился к косякам (но только если они не повторялись на постоянной основе).        Наконец, перекличка была окончена и рабочий день официально начался. Директор, как обычно, сразу уехал по делам, а весь остальной персонал разошелся по своим местам. В столь ранний час клиентов ещё не было, но Май знал, что это лишь иллюзия спокойствия. Через полчаса-час появится толпа народу, а с ней и немеряное количество заказов. Поэтому юный бариста начал приводить в порядок рабочее место, доделывая то, что не успел сделать работник с ночной смены.        Один час сменял другой, работа шла своим чередом, люди приходили, делали заказы, уходили… Май думал, что это будет обычный день, ничем не отличающийся от сотни таких же. Однако, около 11 утра, в кофейню вошёл ОН. Бариста не знал чем его привлек тот человек; обычный подросток, да, сразу видно, не из богатой семьи, но и не из бедной. Растрепанные густые волосы русого цвета, джинсы, чёрный свитшот… Подросток сел за барную стойку и стал терпеливо ждать пока Май закончит с предыдущим заказом. Последний удивился такой разнице между подростками из богатых семей и этим. Богатенькие маменькины сынки и дочурки всегда резко и нагло требовали внимания к себе. Май улыбнулся, чувствуя уважение к клиенту. Отдав заказ, бариста повернулся к подростку:        — Я вас слушаю.        — Один латте. Больше ничего.        Май кивнул, не считая нужным что-то предлагать, раз парень сам от этого отказался. Развернувшись к кофемашине, бариста начал раздумывать, чем же этот парнишка его зацепил. Май украдкой поглядывал на него, пытаясь рассмотреть получше, но тот уткнулся в телефон и не поднимал головы от экрана.        Спустя несколько минут заказ был готов, и бариста поставил напиток перед клиентом.        — Ваш ко… — начал Май, но прервался на полуслове, когда парень поднял голову. Из взгляды встретились. Они смотрели друг другу в глаза, и Май вдруг ощутил то же чувство, которое возникало во время знамений. Он выпал из этой реальности, сознание плыло, он словно нёсся сквозь огромный поток информации, слыша в голове чей-то голос, но не мог её воспринимать, улавливая лишь отдельные звуки: Нснктсвлпдппкпнсмбискгнн        Парень, заказавший кофе, судя по всему, испытывал то же самое. Он судорожно цеплялся за край барной стойки и пытался сфокусировать взгляд. Но это Май увидел, лишь немного придя в себя. Его шатало, он не понимал до конца, что происходит. Нет, у него была одна мысль, но он считал её просто безумной…        Май оперся руками о барную стойку, чтобы не упасть. Тут же его руку накрыла чья-то другая. Бариста смотрел вниз, пояс поднимать глаза.        — Как тебя зовут? — неожиданно раздался голос того парнишки.        — М…Май… — проговорил подросток дрожащим голосом, чувствуя себя ужасно неловко.        — А я Гера. — ответил собеседник и, одной рукой сжал руку Мая, а второй взял его за подбородок и поднял голову вверх, открывая лицо.        — Ну что, Май…- начал Гера — и какого же это, по-твоему, встретить своего соулмейта?