May's revolution

       — Чтобы свергнуть власть, надо думать как власть! А поэтому нам необходимо разведать как она живёт, что делает и чего хочет!        — Май, ты бы потише говорил хоть немного, не? Мы уже вошли в Центр, тут менты повсюду! — Кера немного осадила своего друга. Затем она взяла его за руку, остановила и развернула лицом по тому направлению, куда они шли, ведь Май шёл спиной вперёд уже минут 10, и имел хулиганистый и заговорщический вид. Сон благотворно подействовал на него; выспавшись, Май стал более активным и оптимистичным, а также, у него, кажется, начал появляться план…        Ребята на следующий день после собрания в их штабе, поутру разбежались кто куда, но во второй половине дня многие были свободны, и пошли со своим лидером в Центр.       Май, Гера, Кера, Варя и Гайка уже полчаса бродили по Центру, пытаясь заглянуть за высокие заборы богатых домов, или же в окна офисных многоэтажек. Обходя здание правительства, пятерка разделилась, чтобы не вызывать подозрений. С непринужденным видом сделав пару-тройку кругов вокруг него, каждый уходил в парк, разбитый рядом с правительственными зданиями, и ждал там остальных.        Май шёл последним. Он и Варя ходили вокруг правительства примерно одновременно, но девушке надо было уходить в парк раньше. Уже подходя ко входу в парк, Май почувствовал странное ощущение, а уже через пару секунд понял что это такое.        «Нененене! Сейчас вообще не вовремя! Почему это нельзя никак передвинуть?!» — успел он подумать, до того как… Ведь я не знал, что тебя найду наконец-то. Я в этой бездне тону, хули, здравствуй!       Май очнулся от того, что кто-то сажал его на лавку. Открывает глаза, и фокусируя взгляд, он понял, что это Гайка. Девушка же, увидев, что её друг очнулся, лишь усмехнулась:        — С вами вообще на улицу выходить опасно. Гера то сидел сейчас, а ты шёл, и это так странно со стороны смотрится, когда ты просто застываешь и всё...        — Да не то слово, Гайка. Я удивлена, что их ещё ни разу менты не приняли из-за этих видений. Потому что выглядите вы реально как наркоманы — глаза закачены, стоите в одной позе и не двигаетесь, не реагируете на внешне воздействие… В нашем то районе всем плевать на это, там каждый второй такой, а вот по Центру ходить опасно, мало ли что. — начала размышлять Кера.        — Ну, а что нам делать? Сидеть только в наших районах? Не ходить в центральный? Или вообще дома сидеть, не выходить никуда? — начал было спорить Гера, но был остановлен Маем.        — Сейчас у нас нет времени на лишние разговоры. Сидеть по домам мы уже точно не будем, но одни в центр точно не пойдём. Только с кем-то из нашей компании, чтобы была подстраховка.        — Вполне здравое, и, мне кажется, совершенно очевидное решение. — Варя пожала плечами.        — Что ж, теперь касательно нашего знамения… — Гера многозначительно посмотрел на Мая, давая ему слово.        — «Ведь я не знал, что тебя найду наконец-то. Я в этой бездне тону, хули, здравствуй!» — усмехнувшись, процитировал Май и добавил — Это что, запоздалое знамение о нашей с Герой встрече? Если так, то оно действительно сильно опоздало, хахах.        — Но оно ведь от этого не перестаёт быть менее жизненным. — Гера по-доброму улыбнулся и, сев рядом с Маем, положил голову ему на плечо.        — Надо не забывать, что эти видения могут касаться не только нас. — задумчиво протянул Май        — Да это мы знаем, тут скорее всего именно такая ситуация, но кого тогда касается это знамение? — вопрос был скорее риторическим, однако Гера в глубине души надеялся, что кто-нибудь на него ответит. Но этого не произошло.        — Может быть, кого-то из нас…- задумалась Варя.        — Может и кого-то из нас. А может и нет. Любого может коснуться. Но это обязательно повлечёт за собой какие-то последствия, иначе бы этого видения не было. Май, я правильно говорю? — продолжила развивать мысль Байгушевой Гайка. Май кивнул, также раздумывая над ситуацией.        — Уже второе видение, о котором мы не можем точно говорить, кого оно касается… — вздохнула Кера. Неопределенность всегда злилась её. Девушка предпочитала быть во всём уверенной на 100%, а когда так не получалось, она не успокаивалась, пока не докопается до истины.        — Ага… Второе… А за эти три дня, у нас оно третье. Я не хочу каждый день получать знамения! Это уже слишком будет! — начал возмущаться Гера. Май приобнял своего соулмейта и чмокнул в макушку.        — А нас никто не спрашивает, хотим мы видения видеть или нет. Это наша особенность, наш дар. Хотим мы или нет — это есть. И будет до нашей смерти. Мы должны смириться с этим и привыкать. Больше ничего не сделаешь. И…бля, Гера, как же у тебя много волос… — Май после одного невинного поцелуя в голову своего парня, уже минут 5 пытался снять со своих губ длинный тонкий волос, уцепившийся за сухую кожу.        Ребята рассмеялись, в ответ на последнее предложение небольшой речи Мая. Гайка помогла ему очистить губы и дала смягчающий бальзам для них. Подросток благодарно кивнул подруге. Всё-таки Гаечка следила за внешним видом всей их компании, не давая запускать себя и заставляя всех ухаживать за собой. Она действительно делала очень много, вкладывая душу во все советы, которыми она делилась, и в помощь, которую она оказывала.

***

       Ещё немного посидев в парке, компания направилась в сторону своих домов. Сначала ребята проводили Геру, а потом пошли на свою улицу.        Спускаясь всё глубже и глубже в бедные кварталы, они всё чётче замечали разницу между ними и Центром. Грязные улицы, мусор, валяющийся буквально везде, алкоголики и наркоманы, словившие кайф прямо посреди дороги и валяющиеся там же… Улицы никем не убирались, дворники работали только в Центре. Только люди непосредственно живущие в домах улицы, могли убрать её, но не всякому хотелось это делать.        Однако, улица, где жил Май и его друзья, была довольно чистой. Квартал ремесленников было одним из немногих, где люди пока ещё сохраняли свою человечность, а не совсем дичали под алкоголем и наркотой. Несколько раз в неделю жители квартала, которые в том время были свободны, выходили убирать мусор.        — Как же всё-таки у нас чисто… — протянула Кера, когда ребята свернули в их квартал.        — Да, похоже вчера без нас субботник устраивали… Эх, жалко, а хотелось тоже поубираться тут… — Май грустно вздохнул.        — Май, ну ты всегда в них участвуешь! Один раз не пришёл, и всё, сразу расстроился. Их ещё знаешь сколько будет! — рассмеялась Гайка.        — Хей, Май, смотри! — Варя вдруг махнула рукой в сторону их домов — там твои коты на заборе сидят, тебя высматривают!        Коты и вправду сидели на заборе, выделяясь в наступающих сумерках светлой шерсткой. Друзья подошли к дому Мая и начали гладить котеек. Самая старшая среди троих кошка, мурлыкнула, когда хозяин прикоснулся к её голове, но тут же, выпустив когти, полоснула ими Мая по руке.        — Ай! Линда, я всё понимаю, конечно, но царапаться зачем?! Ну да ушёл давно, домой не заходил последние два дня, но блять, это не повод оставлять на мне шрамы! — царапина была достаточно длинной и глубокой, было очевидно, что кошка вложила в удар все обиды на хозяина, быть может и за всю кошачью жизнь. Май сжимал руку, пытаясь остановить бегущую кровь, но у него не получалось.       — Пойдём ко мне домой, у меня есть чем обработать… — Варя аккуратно взяла друга за здоровую руку и повела в соседний дом. Гайка и Кера тихо пошли за ними.        Спустя 10 минут Май сидел в тесной ванной на стиральной машинке и шипел на пару с царапиной, которую Байгушева щедро полила перекисью водорода. Гаечка сидела на краюшке тумбочки и сочувственно смотрела на страдальца. Девушка совсем недавно разбивала колени и имела возможность сполна ощутить на себе весь спектр непередаваемых эмоций, которые дарит перекись. Варя, сидя на табуретке напротив Мая, заботливо дула на царапину, чтобы её не так сильно щипало. Кера в это время искала зеленку, с очень конкретной наводкой Вари: «Где-то там…» и взмахом руки в сторону комнаты девушки.        Как ни странно, зеленка нашлась довольно быстро с одном из многочисленных отделений шкафа, стоящего в комнате. Кера просто наугад открыла ящичек и спустя минут 5 копаний в нём, обнаружился флакончик «бриллиантовой зелени».        После того, как края царапины были обработаны, Варя перевязала руку Мая бинтом и быстро послала всех спать, потому что завтра всем друзьям нужно было идти на работу.        Девушка сидела на подоконнике, наблюдая за тем, как Кера, Гайка и Май расходятся по домам. Мысли лениво проплывали в голове, как облака в практически безветренную погоду. Она думала о соулмейтах. О том, найдёт ли когда-нибудь своего… О том, каким он будет… О том…        Мысли прервал громкий стук по стеклу, от которого Байгушева чуть не свалилась с подоконника. Открыв окно, она принялась всматриваться в темноту под ним, гадая кто же мог стучать и рукой нащупывая нож, лежащий на столе рядом с окном.        — Кто, блять, там?! А ну выходите! Кера, Гайка, если это вы, убью нахер!        — Твои подруги уже давно дома, милая леди. — голос, лившийся из темноты был вежлив и приятен, но Варя всё равно сжала в руке нож, готовая в случае чего дать отпор.        — Ты кто такой? Выйди на свет, быстро! Но если ты хочешь на меня напасть, то тебе несдобровать, я тебя уверяю.        Из тени дерева, растущего в метре от окна, вышла тёмная фигура, мгновенно облитая серебряными лунным светом, и при ближайшем рассмотрении оказавшаяся высоким кудрявым парнишкой, нервно сжимающим в руке небольшой букет из полевых цветов.        Варя почувствовала, как её метку в виде мордочки лисенка на лодыжке словно немного обожгло. Сердце начало стучать быстрее.       «Неужели…?»        Парень потянулся к окну, протягивая девушке цветы. Варя протянула руку навстречу. Их ладони соприкоснулись, обхватив букет с двух сторон.        Метку жгло будто раскалённым углём, сердце с жаром билось в груди, распространяя это тепло по всему телу, а два соулмейта, не отрываясь смотрели друг другу в глаза, утопая в бездонных оттенках шоколадных и янтарных цветов.