Progressive Education

Если Кёнсу считал, что ему было больно после избиения Бан Ёнгука и его дружков, то это не имело ничего общего с тем, что чувствовало его тело после пятичасовой тренировки с Ифанем. Хоть старший и казался спокойным и сдержанным, он был напористым и требовательным, когда дело доходило до обучения Кёнсу драться. Он был настойчив и властен, и часто кричал. И когда он тащил себя обратно домой, Кёнсу начал сожалеть, что вообще пошёл к нему. К этому моменту Чонин уже вернулся домой с репетиции. Видимо, он только вышел из душа, поскольку был одет только в мешковатые штаны, которые низко сидели на его бёдрах, волосы всё ещё были влажными на лбу и затылке. Он поднял голову, когда вошёл Кёнсу и оценил потный и растрёпанный вид своего парня. — Я вижу, ты повеселился с Кибомом, — сказал он странно холодным и отстранённым голосом. Дерьмо. Кёнсу сразу же начал придумывать выход из этого затруднительного положения. — Ах да, мы… мы ненадолго сходили в спортзал и… — Я видел Кибома пару часов назад, — прервал его Чонин, — он был с Джонхёном и этим ребёнком Джинки. Тебя с ними не было. Под его пристальным взглядом он осознал, что его поймали. Он опустил голову, прерывисто дыша: — Я-я был с Ифанем… — наконец признался он. Чонин тяжело вздохнул и даже не глядя на него, Кёнсу понял, что он был вне себя от ярости: — Я думал, я уже говорил тебе больше не лгать мне, До Кёнсу, — сказал он дрожащим голосом. — Э-это была не ложь, по сути, — отчаянно попытался Кёнсу, поднимая голову и встречаясь с болью и злостью во взгляде своего парня, — ты не должен был знать об этом, потому что… это сюрприз. Для тебя. Чонин чуть успокоился, но он все равно выглядел настороженным, рассматривая своего потного парня: — Если он учит тебя, как правильно заниматься сексом, клянусь, я… — Фуу, аргх, — рассмеялся Кёнсу, пересекая комнату, чтобы успокоиться в объятиях своего парня, который всё равно приветливо раскрыл руки, несмотря на то, что Чонин был недоволен на него, — ничего подобного, дурачок. Я бы никогда не изменил тебе. Чонин, похоже, немного расслабился, хотя ему все равно это не нравилось: — Я уже говорил тебе, йобо, — пробормотал он, — я хочу, чтобы ты был честен со мной. Не говори мне, что ты встречаешься с Кибомом, если ты встречаешься с Ифанем. Знаешь, как виновато ты из-за этого выглядишь? Когда ты лжешь мне, разве ты не видишь, как это выглядит для меня? Кёнсу уткнулся в изгиб шеи младшего: — Я знаю, я знаю! Мне жаль, правда. Чонин, мне жаль. Младший вздохнул, но его руки крепко сжали его парня: — Больше так не делай, ладно? Иначе мне придется снова применить свой метод наказания, только на этот раз тебе больше не будет так легко. Кёнсу с трудом сглотнул: — Обещаю. Когда в понедельник он вернулся на занятия, он ожидал, что его мучители выскочат из-за каждого угла. Ему казалось, что он весь день на цыпочках ходит по тонкому льду, даже со всем тем, что Ифань умудрился запихнуть ему в голову. Почти с легким разочарованием наступил конец дня, и он ни разу не столкнулся с ними. Возможно, они решили перестать беспокоить его, решил он. В тот вечер он даже пошёл в столовую на ужин. После фиаско группового свидания, он избегал Джину столько, сколько мог, но когда в тот же день Чанёль поймал его и требовательно спросил, почему он больше не тусуется с ними, у Кёнсу не оставалось выбора, кроме как поесть с ними. Джина пыталась накормить Чанёля рисом, когда подошёл Кёнсу, раняя больше на стол и пол, чем в рот своего парня. И она, и Чанёль хихикали как сумасшедшие. Бэкхён поймал взгляд Кёнсу и закатил глаза, делая тошнотворное лицо, которого не могли увидеть его лучший друг и Джина. Кёнсу усмехнулся про себя, когда сел: — Привет, — громко сказал он, прерывая этот происходящий беспорядок. Чанёль покраснел и быстро оттолкнул руку Джины, вытирая рис со своего лица: — Привет, Кённи. — Привет, Кёнсу, — прощебетала Джина, дружески улыбнувшись ему, но Кёнсу не повёлся, — мы не видели тебя несколько дней, — её взгляд задержался на его выцветающие синяки, слишком долго, что ему не понравилось. Он пожал плечами, беря палочки для еды и разрывая их на части: — Да, я был занят. Я проводил много времени со своими друзьями из музыкального клуба. — Может, мне тоже вступить в музыкальный клуб, — задумчиво сказал Бэкхён, вяло ковыряя свою еду. Чанёль бросил на него оскорблённый взгляд: — Ты собираешься бросить арт-клуб, чтобы вступить в музыкальный клуб? Ты не можешь оставить меня там одного, чувак! Бэкхён фыркнул: — Джина тоже в арт-клубе. Уверен, ты найдешь способ развлечься. Казалось, что Чанёль впервые заметил горечь своего лучшего друга. Его глаза сузились в замешательстве, и он открыл рот, словно хотел что-то сказать по этому поводу, но Джина заговорила, прежде чем у него появился шанс. — Я думаю, Бэкхён-оппа хорошо проведёт время в музыкальном клубе, — сказала она, стреляя убивающий взгляд в мальчика, о котором говорила. — Нам ещё нужно закончить наши картины для арт-шоу на следующей неделе, помнишь? Чанёль ещё раз смущённо посмотрел на своего лучшего друга, прежде чем вернуться к Джине: — Ах, да. Точно. Чонин подошёл к их столику, выглядя довольно взволнованным. Это было странно, подумал Кёнсу, так как он был очень раздражён, когда Кёнсу сказал ему, что они снова будут ужинать с Чанёлем и Джиной. Ему не нравилась Джина даже больше, чем Кёнсу, и это о чём-то говорило. — Почему ты такой… — начал Кёнсу, но Чонин остановил его своими губами. Все, кто сидели за столами вокруг них, замерли, чтобы посмотреть. Несмотря на то, что Чонин и Кёнсу встречаются уже почти два месяца, они все еще были горячей темой для обсуждения. Старший начинал думать, что волнение никогда не утихнет. В конце концов, Чонин отступил и сел на свободное место рядом с Кёнсу: — У меня хорошие новости, — сказал он, улыбаясь, — мои родители разрешили мне использовать их домик на пляже во время летних каникул. Скажи, что ты придёшь, йобо. Кёнсу прикусил нижнюю губу: — Домик на пляже? — повторил он. — Ага, — с нетерпением кивнул Чонин, — находится на частном пляже и там очень красиво. Он довольно большой, и по всему городу есть чем заняться. Это будут первые две недели летних каникул. Скажи, что приедешь! Пожалуйста! Сердце Кёнсу бешено колотилось: — А-а родителей не будет? — Конечно, нет, — ответил Чонин немного нетерпеливо. Кёнсу колебался. Раньше он никогда не проводил каникулы без сопровождающих – хотя у него никогда не было друзей, с которыми можно было бы отдохнуть. Он даже не был уверен, что его родители разрешат ему это. Они всегда были немного строгими: — Я-я не знаю… Я должен спросить родителей… — Ты должен приехать, — безжалостно настаивал Чонин. — Сехун, Лухан и Исин тоже поедут. Чанёль с Бэкхёном тоже приглашены, — он ослепительно улыбнулся им. Бэкхён улыбнулся в ответ: — Спасибо, Чонин! Звучит очень весело! — Да, — согласился Чанёнь, немного удивившись, что его пригласили, — я в деле. Это будет отличное начало летних каникул! Джина выпучила нижнюю губу так, что должна была казаться милой: — Что насчёт меня, Чонин-оппа? — проскулила она. — Разве я не приглашена? — Девушкам нельзя, — категорически сказал ей Чонин, его взгляд похолодел, когда он на нее посмотрел. Потом он повернулся к своему парню и снова улыбнулся, — спроси своих родителей, йобо. Я не хочу ехать без тебя. — Я поеду, — пообещал Кёнсу, тихо вздохнув, когда услышал, что их будет не только двое, — я позвоню маме на выходных и спрошу её.