Progressive Education

На следующее утро Кёнсу разбудил настойчивый стук в дверь их комнаты. Он сонно взглянул на часы, которые показывали четверть восьмого. Утра. Воскресенья. Это заставило его простонать от безысходности и уронить свою голову обратно на подушку. Стук не прекращался. — Иди открой, — пробормотал Чонин, перекатываясь лицом к стене и прикрывая глаза рукой. Кёнсу прижался к теплому обнаженному телу своего парня. — Почему это я? Ты иди открой. — Ты ближе, — пробормотал в ответ Чонин. Кёнсу по-детски высунул язык, но всё равно скатился с кровати, потянувшись за парой выброшенных спортивных штанов, дабы прикрыть свою наготу. Стук в дверь стал более настойчивым. — Да иду я, иду! — сонно прокричал Кёнсу, медленно шаркая по полу к двери. Нарушителем спокойствия оказался Джонхён; он нетерпеливо переминался с ноги на ногу с широкой улыбкой на лице, весь такой бодрый для утра воскресенья, что начинало раздражать. Кёнсу затошнило от его лица. — Почему ты всё ещё в постели? — нетерпеливо спросил Джонхён. Кёнсу пристально посмотрел на него: — У тебя есть ровно три секунды на объяснение того, что ты тут забыл, или я иду спать дальше. Джонхён рассмеялся, совершенно не обращая внимания на угрозу: он прекрасно знал, что Кёнсу всего лишь шутил. — Поторопись и помойся, Кённи-вонючка! Мне нужна твоя помощь этот чудесный день! Кёнсу глупо моргнул: — Помощь с чем? — Сегодня день рождения Кибома, и мне нужна помощь с организацией вечеринки, — просто произнёс Джонхён. Будто это не утро воскресенья. — Я говорил тебе, помнишь? — Нет, не говорил, — упрямо вертел головой Кёнсу. — Я бы помнил об этом, если бы ты говорил. — Ну, я говорю тебе об этом сейчас, — быстро протараторил Джонхён, — так что поторопись и помойся, встретимся в моей с Кибомом комнате. Тэмин утащил его на шоппинг на весь день, так что нам не стоит беспокоиться о том, что нас поймают. Спасибо, Кённи! — и, послав воздушный поцелуй, он потанцевал дальше к своей комнате. Чонин с трудом оторвал свинцовую голову от подушки: — Что, чёрт возьми, ему нужно было? — День рождения Кибома, — объяснил Кёнсу, чувствуя себя более бодрым и взволнованным от предстоящей вечеринки. — Ты же пойдёшь, да? Чонин хмыкнул и снова опустил голову на подушку: — Конечно, если ты хочешь, йобо. С этой радостной мыслью Кёнсу ускользнул в душ. Помывшись и одевшись, он поцеловал Чонина на прощание, пообещав встретиться позже перед вечеринкой, и полетел в комнату Джонхёна и Кибома, расположенную в конце коридора. Джонхён практически вырвал дверь, открывая ту и улыбаясь от уха до уха. — Кённи-вонючка! — радостно воскликнул он, схватил Кёнсу за запястье и втащил в комнату. Кёнсу никогда раньше не бывал в их комнате, хотя все они жили на одном этаже. Тут было довольно чисто, хотя приписать это можно было скорее Кибому, но никак не Джонхёну. На одном из столов стоял впечатляющий проигрыватель, на другом — множество средств по уходу за волосами. Джинки, Чунмён и Минхо сидели на одной из аккуратно застеленных кроватей и улыбались ему. — Да начнётся! — прокричал Джинки, радостно поднимая руки вверх. Кёнсу закатил глаза на эту слащавость, но всё же он был рад, что его пригласили. Поэтому младший комфортно расположился между Джинки и Чунмёном, слушая мысли остальных. Хотя ему казалось, что они поздновато начали планировать вечеринку — в сам день празднования — оказалось, что остальные планировали её уже очень давно. Это был последний день рождения Кибома в старшей школе и все хотели, чтобы он хорошо провёл время. Джонхён и Джинки знали Кибома дольше всех, поэтому они точно знали, чего он хочет. К тому времени как Тэмин и Кибом вернулись с шоппинга, нагруженные кучей пакетов (всё-таки шоппинг был любимым занятием Кибома) всё уже было готово. Все их друзья собрались в спортзале, который, заручившись помощью Бэкхёна, Кёнсу весь день украшал шариками и ленточками. Они устроили вечеринку в стиле любимого ресторана Кибома и казалось, что пригласили больше половины школы. Больше было похоже на школьный бал, чем на празднование дня рождения. Кёнсу и понятия не имел, что Кибом настолько популярен. Но всё это того стоило, когда Джонхён внёс Кибома на своих руках в зал. Он выглядел удивлённым, но Кёнсу был почти уверен, что тот ожидал этого. Хотя бы в фантазиях. Всё-таки он очень хорошо знал своих друзей. Тем не менее, у Кибома хватило приличия сымитировать эмоции, и он, похоже, по-настоящему оценил "сюрприз". Как только из впечатляющей стереосистемы, которую они арендовали, зазвучали первые биты хитовой песни, Кибом схватил Джонхёна за руку и потащил на танцпол. Чонин подошёл к Кёнсу и обнял поперёк талии: — Хочешь потанцевать? — прошептал он в ухо старшего. Кёнсу яростно покачал головой, откидываясь глубже в руки своего парня. — Ни за что, — возразил он, — ты же знаешь, я ужасный танцор. — Айщ, хватит быть таким пессимистом, — со смехом заявил Чонин, вытаскивая Кёнсу на переполненный танцпол. — Просто потанцуй со мной! Сначала Кёнсу колебался. На вечеринке не было алкоголя, запрещённого на территории школы, иначе их бы всех исключили, поэтому он не был пьян. Предельно трезв. А будучи полностью трезвым, Кёнсу было трудно расслабиться. Тем не менее, благодаря тому, как умело Чонин двигал своим телом, прижавшись сзади к телу старшего, вскоре Кёнсу начал раскачиваться с ним в такт. Закрыв глаза, он притворялся, что они здесь одни. Всё равно на вечеринке было так много людей, что в радиусе одного метра никто не мог их увидеть. Он не знал, сколько прошло времени, когда он оторвался от Чонина, чтобы отойти в туалет. Должно быть, было поздно, далеко за полночь, но толпа нисколько не уменьшалась, на самом деле, даже казалось, что людей стало больше. Кёнсу даже был почти уверен, что видел несколько старост в толпе учеников. Чмокнув Чонина в губы, он начал пробираться сквозь толпу к задней части спортзала, где, как он знал, находились туалеты. Несколько человек окликнули его, когда он проходил мимо них, поэтому он провёл рукой по своим вспотевшим волосам и помахал им в ответ, улыбаясь. Казалось, прошла целая вечность, когда Кёнсу наконец-то добрался до туалета, толкнул дверь и вошёл внутрь. И сразу же зажмурил глаза: — Ради всего святого, не могли бы вы просто снять комнату?! Тэмин сидел на раковине, широко разведя ноги, Минхо располагался между его ног, положив свои руки на бёдра младшего. Несмотря на то, что рубашка Тэмина была достаточно длинной, его штаны отсутствовали, и за ту долю секунды, до того, как Кёнсу закрыл глаза, он точно увидел, как тесно они были связаны. — Извини, — робко пробормотал Минхо, проводя рукой по волосам. Тэмин хихикнул и обнял своего парня за шею: — Мы просто не смогли дождаться возвращения в общежитие, — признался он. — Кто угодно мог зайти сюда, — проворчал Кёнсу, положив руки на глаза, чтобы точно ничего не видеть. Второй рукой он опёрся о стену, пытаясь пройти к кабинке и скрыться в ней. — Вам повезло, что это всего лишь я, а мог бы быть кто-то другой, знаете ли. Джинки, например. Он прекрасно знал, что сейчас Тэмин закатывает глаза, хотя не мог в этом убедиться, ведь уже закрылся в кабинке. — Вот и пусть Джинки всё узнает, — угрюмо ответил он, — может, после этого он перестанет быть таким святошей. — Он прав, — мягко согласился Минхо, и послышался звук их поцелуя, — нам действительно надо быть более осторожными, Тэ. Давай вернёмся в общежитие, хорошо? — Может мы сначала закончим то, что начали? — спросил недовольно младший. Кёнсу был уверен, что тот надулся. В голосе Минхо послышалась ухмылка: — Конечно, — послышался шелест одежды, пока они одевались, а затем Минхо крикнул: — Увидимся позже, Кёнсу-хён! — и дверь захлопнулась. Кёнсу рвано выдохнул: — Такими темпами эти двое попадут в большие неприятности, — пробормотал он себе под нос, заканчивая свои дела. После того как он вымыл свои руки, вернулся к друзьям. Кибом почти сразу же подскочил к нему в своих блестящих скинни джинсах и около миллионе всяких ожерелий, и модно уложенными волосами. Выглядел донельзя хитро. — Я только что видел, как Минхо и Тэмин быстро свалили из туалета, — подразнил он, — наткнулся на тех, на кого не следовало бы, Кённи-вонючка? Кёнсу закрыл лицо руками: — Видимо, у меня есть сверхъестественная способность — всегда чувствовать, когда люди занимаются интимными вещами. Я всегда вхожу именно в такие моменты. Кибом рассмеялся и обнял Кёнсу за плечи: — Айщ, люди должны следить за тем, где они занимаются сексом! — Кто занимается сексом? — спросил Джинки, присоединившись к ним и широко улыбнувшись. Кибом прокашлялся: — Никто, — легкомысленно ответил он, прежде чем скрыться в танцующей толпе. Кёнсу смущенно-извиняюще улыбнулся Джинки и быстро испарился в поисках своего парня. С его неумением лгать, нельзя было оставаться наедине со старшим: он бы наверняка сболтнул что-то лишнее. Тёплые руки, обвившие его талию, остановили медленное передвижение сквозь густую толпу. — Давай вернёмся в общежитие, — прошептал Чонин, прикусывая мочку уха старшего своими острыми клыками. — Избавим тебя от одежды. Кёнсу развернулся и обхватил руками шею младшего, прижавшись губами к таким родным. — Прости, малыш, но утром нам надо на уроки, — оборвал всё веселье он. — Но я с радостью вернусь в общежитие, ужасно устал. Чонин надулся, но, подавив зевок, согласился, что уже пора ложиться спать. Они ещё раз поздравили Кибома и рука об руку пошли в свою комнату.