Progressive Education

Лухан вернулся в Корею через несколько дней, он выглядел немного усталым, но не хуже, чем обычно. Все его друзья были рады возвращению, особенно Сехун. Они не выходили из комнаты Лухана все выходные. — Видимо, они очень счастливы снова быть вместе, — прокомментировал Бэкхён во время обеда. Все они сидели под своим обычным деревом во дворе, стараясь не смотреть как лижутся Сехун с Луханом. Кёнсу ухмыльнулся: — Ага, они идеально подходят друг другу. Бэкхён деликатно прокашлялся. — Кстати, об идеальной паре, ты помнишь моего друга Чондэ? Тот, с которым я тебя познакомил? Никто больше не обращал на них внимания, слушая непристойную историю, которую рассказывал Чонин, поэтому Кёнсу кивнул: — Да, ты приводил его на концерт, когда мы ходили вместе с музыкальным клубом. Думаю, я видел его в университетском городке ещё пару раз. Так что насчёт него? Бэкхён мило покраснел: — Ну, знаешь, мы с ним встречаемся теперь. Кёнсу удивленно моргнул. Конечно, он знал, что Бэкхён был увлечён Чондэ, но честно считал, что это скорее было обычное отвлечение – и отвлекало оно очень плохо по сравнению с Чанёлем. Но сейчас Бэкхён, кажется, серьёзно встречается с ним. — О, — наконец сказал он. — Поздравляю. Я надеюсь, что вы будете очень счастливы вместе! Бэкхён просиял, выглядя искренне счастливым: — Я уверен, что так оно и будет. Чондэ действительно милый, знаешь ли. Может, мы все могли бы пойти на двойное свидание в эти выходные? Что думаешь? — Конечно, — согласился Кёнсу, не особо понимая, на что он только что согласился. Ему придётся пообещать Чонину много секса, ведь ни для кого не секрет, что младший не любит двойные свидания. Улыбка Бэкхёна стала ещё шире: — Отлично! Я поговорю с Чондэ и мы выберем время. Как насчет субботы? На следующий день Кёнсу столкнулся с Чанёлем. Его отпустили с последнего урока, чтобы он присматривал за строительством кафе своего класса для культурного фестиваля, и встретил Чанёля в коридоре. Лицо высокого парня расплылось в искренней улыбке. — Кённи! — позвал он, приветливо махая ладонью. — Давно не виделись! — Привет, Чанёль, — ответил Кёнсу, не менее счастливый увидеть своего друга. Он очень скучал по общению с сумасшедшим гигантом, но с тех пор, как Бэкхён перебрался в его комнату, времени на общение с Чанёлем почти не оставалось. — Как дела? Я скучал по тебе. — Я тоже, — согласился Чанёль. — Я был занят в художественном клубе, Джиной и всем остальным. Кстати, что ты делаешь в эти выходные? Мы обязаны провести наш вечер видеоигр, как раньше, в субботу. Кёнсу неловко улыбнулся: — Ах, я бы с радостью, но у меня уже есть планы на эти выходные. Я иду на двойное свидание. Упс. Он не хотел произносить эту фразу вслух. Чанёль продолжал улыбаться, не завидуя его ранее составленному плану. — О, это будет весело. С кем ты идешь на свидание? — С Чонином, — уклончиво ответил Кёнсу. Чанёль рассмеялся, его голос казался слишком низким для его лица. — Да, я знаю это. Кто будет второй парой? Кёнсу нервно прочистил горло: — Э-э, это Бэкхён и его парень. Лицо Чанёля погрустнело быстрее скорости света. — П-парнем? — неуверенно повторил он. — Бэкхён сейчас с кем-то встречается? — Да, — Кёнсу кивнул, — он очень милый парень. Я встречался с ним пару раз. Так что мы собирались поужинать и сходить в кино. — Оу, — пробормотал Чанёль, — звучит неплохо. Разговор с тревожной быстротой стал неловким. Кёнсу почесал затылок: — Мне, наверное, уже пора. Нужно проверить кафе для школьного фестиваля. — Ох, да-да, конечно, — Чанёль коротко улыбнулся ему, совсем не улыбаясь глазами. — Удачи. Увидимся. — Что это ты так осунулся? — спросил Бэкхён, когда Кёнсу присоединился к нему и Хёнсыну. Кёнсу нервно взглянул на него: — Я только что столкнулся с Чанелём, — признался он. — Он пригласил меня потусоваться с ним в субботу. — Но у нас уже есть планы на субботу, — напомнил он, — что ты ему сказал? — Я сказал, что пойду на двойное свидание, — повторил Кёнсу. Губы старшего искривились в злобной улыбке, которая выглядела шокирующе неожиданно на его лице. — А что он? — Он спросил, кто будет второй парой. Улыбка Бэкхёна стала ещё шире, будто он наслаждается собой: — Ты рассказал ему? — Да, я сказал, что иду на него с Чонином, тобой и твоим парнем. Бэкхён усмехнулся: — Отлично. Кёнсу с подозрением посмотрел на него: — Бэкхённи, ты ничего плохого не замышляешь? Что происходит? — Ничего! — настоял старший. — Я просто думаю, что Чанёлю пойдет на пользу хоть раз меня приревновать, вот и всё. А теперь пошли, мне нужна помощь с раскраской декораций. Кёнсу поделился своими сомнениями с Чонином в субботу, прежде чем они пошли на двойное свидание. — Я переживаю, что Бэкхён только использует Чондэ-ши, чтобы заставить Чанёля ревновать. Что если он по-настоящему ранит чувства Чондэ? — Почему тебя это так сильно волнует? — спросил Чонин, натягивая куртку, на дворе был сентябрь и вечера становились всё холоднее. — Ты даже почти не общался с Чондэ. Кёнсу нахмурился, смотря на своего парня и идя за ним к выходу. — Но это совсем не значит, что я готов наблюдать, как его эмоции бросают под бульдозер. Он всё ещё человек, а не булыжник. Чонин пожал плечами, ему уже наскучила эта тема. Потребовалось немало убеждений – и некоторые серьезные обещания со стороны Кёнсу, – чтобы заставить его согласиться на это двойное свидание; он определённо не был осчастливлен этим. — Бэкхён большой мальчик. Он может сам решить свои проблемы, если сам их и создаст. Ты знаешь, это не твоя работа – заботиться о нем. Хмурый взгляд Кёнсу быстро превратился в свирепый: — Ты бы так говорил, если бы на его месте был Сехун или Исин? — он покачал головой – в любом случае, ответ уже был известен. — Давай не будем ругаться. Давай просто попробуем хорошо провести время, хорошо? Пожалуйста? Чонин улыбнулся раздражённой, но всё ещё любящей улыбкой. — Только ради тебя, йобо, не ради них. Я бы лучше провёл ночь с тобой, свернувшись калачиком на постели и смотря фильм. — Ага, смотря фильм, — недоверчиво фыркнул Кёнсу. Чонин позволил хищной ухмылке расплыться на лице: — Хорошо, возможно, мы бы делали кое-что поинтересней фильма, — он обнял своего парня за талию, целуя того в щёку, — разве это было бы не заманчивей, чем двойное свидание с Бэкхёном и как-там-его-зовут? Кёнсу с огромным усилием оттолкнул от себя младшего: — Подожди до окончания свидания, — предупредил он. — Значит ли это, что сегодня всё-таки будет секс? — нетерпеливо спросил Чонин, по мнению Кёнсу, слишком громко, ещё и рядом с группой первокурсников, возвращающихся в общежитие, подслушивающих их, разинув рот, будто их мозги были наэлектризованы. — Ш-ш-ш! — шикнул Кёнсу, выволокнув его в сентябрьский вечер. — Когда это я отказывался от секса с тобой? Айщ, этот парень. Чонин только усмехнулся, и они поспешили встретиться с Бэкхёном и Чондэ у школьных ворот. Кёнсу ожидал, что двойное свидание обернётся катастрофой. Он ожидал, что Бэкхён совершенно не будет интересоваться Чондэ, используя его только для того, чтобы заставить Чанёля ревновать, но, к его большому удивлению, Бэкхён выглядел искренне счастливым. Он смеялся и флиртовал с Чондэ весь вечер, держал его за руку и находил любой повод прикоснуться к своему новому парню. Он даже позволил Чондэ поцеловать его на ночь, когда они вернулись в общежития после их свидания. — Итак, что вы думаете? — нетерпеливо спросил Бэкхён, когда они поднялись по лестнице общежития, оставив Чондэ на втором этаже, и продолжили путь к комнате Чонина и Кёнсу на третьем. — Вы хорошо провели время? Вам понравился Чондэ? Кёнсу кивнул, улыбаясь: — Конечно, он очень хороший и забавный. Бэкхён просиял: — Я так рад, что он тебе нравится. — Ага, а ты можешь пойти куда-нибудь сегодня вечером? — прямо спросил Чонин, пока они шли по коридору. — Куда-нибудь, кроме нашей комнаты? Бэкхён на мгновение завис, удивившись тому, насколько грубым был младший. — Пожалуйста, просто игнорируй тот факт, что он засранец, — быстро пробормотал Кёнсу, хлопнув Чонина по затылку. — Просто… ну, понимаешь… вроде я пообещал ему ночь, если ты понимаешь, о чём я. — Мы собираемся трахаться всю ночь, — пояснил Чонин и получил ещё один удар по затылку. — Это не значит, что мы против того, чтобы ты остался с нами, потому что мы совсем не против, — продолжил Кёнсу, будто его парень ничего не говорил. — Это просто… ну, знаешь, немного уединения на несколько часов нам бы не помешало. Бэкхён улыбнулся, к счастью, его не обидела резкость младшего. Наверное, он уже привык к этому. — Ничего страшного. Тогда сегодня я вломлюсь в комнату Минсока. Веселитесь, ребятки, — и он пошёл дальше по коридору в комнату своего друга. Чонин прижал Кёнсу к двери ещё до того, как она успела закрыться, губы прижались к чувствительному месту под мочкой уха, и на поверхности начал расцветать синяк. Колени Кёнсу задрожали, и только рука Чонина, обвившая его талию, не позволяла упасть на пол. Другой рукой Чонин схватил запястья Кёнсу и прижал их к двери над головой. Чонин систематически раздевал их обоих, одежда летела то в одну, то в другую сторону, пока они не оказались полностью обнажёнными. Следом младший прижался к телу Кёнсу, его эрекция уперлась в обнаженное бедро старшего, а губы исследовали все открытые участки кожи, до которых только мог дотянуться рот. — К-кровать, — задыхался Кёнсу, еле отстраняясь, чтобы прошептать эти слова в губы своему парню. Чонин тут же подчинился. Схватив старшего под бедра, он поднял его с пола. Ноги Кёнсу автоматически обхватили талию Чонина для устойчивости, а руки обвились вокруг шеи младшего. В этой новой позиции головка члена Чонина маняще прижималась к неподготовленному входу Кёнсу. Оба издали громкие, непристойные стоны. Младший бросил своего парня на кровать, смяв покрывало, которое старший так старательно разглаживал перед тем, как они ушли. Он сразу же оказался на Кёнсу, поставив колени по обе стороны от бедер старшего, оседлав его. Его губы снова прижались к губам парня, он перекатывал бедрами почти до болезненного соприкосновения их эрекций. Кёнсу приподнял бедра в безмолвной мольбе, а кто такой Чонин, чтобы ему отказать? Откопав бутылочку лубриканта из глубины ящика прикроватной тумбочки, он выдавил большое количество на длинные пальцы, прежде чем бесцеремонно вонзить сразу три в тугую дырочку своего парня. Кёнсу взвыл от удовольствия и боли одновременно, бедра задвигались еще быстрее, он эффективно трахая себя знакомыми пальцами парня. — Хватит, — наконец выдохнул он. — Ты нужен мне, Чонин. Эти слова были подобны музыке для ушей младшего. Ухмыляясь, он убрал пальцы и поместил головку пульсирующего члена у входа Кёнсу, с легкостью и грацией, которые пришли с опытом, скользнул внутрь. Кёнсу громко застонал – соседи, наверное, уже устали слушать его ночь за ночью, но, по крайней мере, у Кёнсу был потрясающий голос, – Чонин лишь откинул голову назад с тихим стоном, слишком потрясенный телом своего парня, чтобы произнести хоть что-то. Кёнсу первым начал двигать бедрами, побуждая своего парня двигаться. Когда Чонин понял, что задумал Кёнсу, он начал вбиваться в старшего так, словно это было последнее, что он когда-либо сделает. Он вбивался с такой силой, что в мгновение ока Кёнсу оказался прижатым к стене. Ему пришлось закинуть руки за голову, чтобы вцепиться в деревянное изголовье, и держался изо всех сил, позволяя толчкам довести его до высочайшей вершины наслаждения. Он кончил первым, выплеснув свою струю на сжимающийся живот, жемчужно-белые пряди потекли по бокам, пока Чонин продолжал вколачиваться в его сверхчувствительное тело. Каждое прикосновение было как молния для его перевозбужденных нервов; ему казалось, что он одновременно потеряет сознание и снова испытает оргазм. — М-малыш, — сумел выдавить он между прерывающимися вздохами, — х-хватит! Я больше не вынесу! Чонин прижался к его губам яростным поцелуем, чтобы заставить старшего замолчать, его бедра участили свои толчки. Он был близок, Кёнсу чувствовал это. С последним толчком, он погрузился ещё глубже, чем входил до сих пор, и кончил, опустошив себя в ждущую руку своего парня. Затем, полностью выдохшись, он рухнул на Кёнсу, обхватив старшего руками. — Прости меня,йобо, — пробормотал он в потную кожу шеи Кёнсу. — Я был слишком груб? Просто мы так давно не занимались сексом, и, наверное, я просто увлекся. Мне так жаль. Кёнсу улыбнулся, прижавшись сладким поцелуем к виску своего парня. — Не извиняйся, малыш. Мне понравилось. Чонин откинулся назад и недоверчиво посмотрел на своего парня. — Ты сказал мне остановиться, — заметил он. Старший смущенно спрятал лицо: — Это потому, что мне было слишком хорошо; я думал, что умру. Кроме того, — добавил он настолько бесстрастным тоном, насколько мог, — грубость – это не так уж плохо. После этого признания наступило долгое молчание. Затем рука Чонина обхватила чувствительный член Кёнсу, возвращая его эрекцию к жизни. — Неужели? — промурлыкал младший. — Я обязательно учту это во втором раунде.