Начинается с искры

Джису, на самом деле, старается быть осторожным, выпрыгивая из окна. Джонхан, вероятно, знает, что он делает, наверняка догадался об этом раньше днем, но он не попытается его остановить. Это тоже часть его обучения. Чтобы бросить вызов, но преуспеть, или бросить вызов и потерпеть неудачу. Иногда Джису не может поверить, что они одного возраста, но Джонхан был охотником с подросткового возраста, еще до того, как Джису узнал о зверствах, совершаемых вампирами, прежде чем он даже подумал, что монстры вообще реальны. Он запомнил адрес в тот день, когда ушел Мингю. Он ожидает старый викторианский особняк или, может быть, заброшенный склад, но вместо этого он оказывается перед людным местом. Это проблема. Охотники делают все возможное, чтобы держать вещи в секрете. В конце концов, вампиры — это просто сказка. Призраки и демоны не настоящие. Ему будет трудно вытащить Мингю в целости и сохранности, а также следить за тем, чтобы другие жители не знали, что на самом деле происходит. Проскользнуть через ворота легко. Найти дом еще проще. Это новое здание в самом конце улицы, два этажа с глянцевым виниловым сайдингом. Дверь окрашена в красный цвет. Нет, в малиновый цвет. Единственный признак того, что что-то немного не так. Джису крадется по всему периметру, замечает каждое окно, каждый источник света. Он почти уверен, что все неправильно понял, что Джонхан дал Мингю какое-то расслабляющее убежище и солгал об этом, но он уловил движение во втором окне, вспышку каштановых волос, руку, прижатую к стеклу, кровавую. После этого он не думает, что по усмотрению Джонхана исключена опасность, которой подвергается Мингю. Тренировка Джонхана безжалостна, но эффективна. Тело Джису воздействует на мышечную память, и не нужно думать о том, чтобы масштабировать стену дома и проскользнуть в соседнюю комнату. Это слишком просто. Джису все равно пробирается по коридору, смотрит сквозь щель в двери и видит человека, которого толкают к стене. Это Мингю. Определенно. Его шея усеяна следами от клыков, некоторые из них стерты, некоторые все еще сочатся кровью. К нему прижимается человек, сжимающий кости в его запястье, как лист бумаги. Лицо Мингю белое. — На кого ты работаешь? — спрашивает вампир. Он сжимает запястье Мингю, пока не слышен треск. Мингю кричит от пронизывающей боли, вампир же лишь посмеивается. — Вы, охотники, думаете, что вы такие опытные, — рычит вампир, его рука все еще крепко прижимается к сломанному запястью Мингю. — Вы думали, что я не почувствую запах крови моих родственников на вас? Ты меня за дурака принимаешь? Ты предлагаешь себя нам как обычная шлюха и ожидаешь чего именно? Что мы раскроем секреты нашего учителя за вкус твоей крови? Мингю качает головой снова и снова, очевидно слова потерялись ещё где-то внутри него Джису достает серебряный нож из ножен и пытается ударить его прямо в дверях, когда вампир оборачивается, маниакальная улыбка с окрашенными в красный цвет зубами играет ещё больше. — А вот еще один, — говорит вампир, сверкая глазами. — Он выглядит намного более хрупко, его легче сломать. Мингю отбрасывают в угол комнаты, и Джису чувствовует, что на долю секунды его подбрасывают вверх Вампир уже на нем, прежде чем он успевает моргнуть, выталкивая его в коридор с невероятной силой. Он чувствует, как его легкие сжимаются от давления. — Скажи мне, мальчик, кто послал тебя сюда? — спрашивает вампир. Его рука идет прямо к горлу Джису и поворачивает голову в сторону. Это все так, словно время останавливается. Джису молчит, и вампир бросается к его шее, глубоко впиваясь клыками в нежную кожу. Боль близка к ослеплению. Слова Джонхана звучат в его голове. То, что они будут делать, намного, намного хуже. Такое чувство, что кислота заменяет его кровь. Он не может издать ни звука. Вампир перестает пить и поворачивает лицо назад. Джису смотрит, как его собственная кровь стекает по подбородку вампира. Когтистые пальцы впиваются в его бок. Джису не кричит. — Я только спрошу тебя еще раз. Кто послал вас двоих сюда? Через несколько секунд послышалось движение за их спинами. Нож летит к ним, и вампир уклоняется, бросая Джису так сильно, что он летит по коридору. Стекло разрушается, и Джису падает на землю, дыхание украдено из его легких, а над ним огромная луна. Из его живота торчит осколок стекла. Вампир летит вниз и мягко приземляется на ноги. Он продвигается вперед с уверенностью бессмертия, убежденный, что он пережил столетия и что он также переживёт и это. Его ботинок небрежно зависает над торчащим из него стеклом. — Ты мне не ответил. Джису вздыхает только для того, чтобы закричать, а вампир набирает вес на стекле. Оно легко прорезает его плоть. Эту боль он обучил. Он может принять это. Вместо вампира он представляет Джонхана. Его мягкие светлые волосы и то, как выглядит кнут, он обвился вокруг его руки. Тогда он может изменить боль, превратить ее в нечто гораздо более терпимое. Лицо вампира искажается яростью, и он опускает ногу на лицо Джису. — Я буду истощать твою кровь и кормить твой труп моими розами, — говорит вампир. Джису поворачивается и кашляет кровью на траву. В одно мгновение вампир падает на землю, и Джису откатывается в сторону. Мингю прижал его к себе, прижав оба предплечья к груди. Вампир рычит, зубы впиваются в кожу Мингю, но он только хмыкает и остается на месте. Он действительно недооценил Мингю. Боль от одного укуса невероятна, и Мингю завален ими, берет клыки вампира, как будто это ничто. Джису заставляет свое тело двигаться. Стекло падает на землю, его кровь капает горячими линиями вниз по ноге, но он делает один шаг, другой, другой, пока не окажется перед Мингю. Он едва успевает дышать, прежде чем вампир сбивает Мингю с ног и толкает Джису в траву. Он не видит, что будет дальше, но он это чувствует. Такое ощущение, что его тело раскололось пополам. Вампир усмехается, его рука все глубже вонзается в рану, оставленную стеклом. Картинка в глазах Джису плавает. На этот раз он кричит так громко, что даже не слышит этого. Вампир дергается над ним, изо рта сочится кровь. Мингю появляется в его поле зрения, ухмыляясь. Кол, торчащий из груди вампира, темен от крови, и Джису задыхается, превращаясь в пепел и уносится ветром. Мингю падает на колени рядом с ним с дрожащим дыханием. После этого тихо, в ушах звенит тишина. Джису фокусируется на своем дыхании. Луна кажется ближе, невероятно больше. — Джису, Боже, ты можешь стоять? — шепчет Мингю через некоторое время. Джошуа сгибает колени. Легко. Он берет его под руки и садится. Кровь льется из всех ран рекой и край его зрения становится черным. Лицо Мингю бледное. Из них двоих он в лучшей форме. Мингю поднимается на ноги и помогает Джису встать на ноги. Стон, который он издает, жалок, и первая мысль, вспыхнувшая в его голове — это слава богу, что Джонхана здесь нет. Мингю обнимает его за плечи и медленно направляет, шаг за шагом. Джису не может найти слов, чтобы сказать ему, что он пробрался сюда пешком, что нет машины, которая облегчила бы их путешествие, потому что он не планировал причинить такой вред никому из них. — Я могу пойти попросить Джонх… — начинает Мингю. Джису останавливает его на половине предложения, Мингю и без того понял, что это означало «нет». Они идут не так быстро. Внутренняя часть его рта покрыта кровью. Мингю мрачно кивает, обхватив Джису одной рукой за талию. Два сломанных человека идут до жути медленно, их тела, кажется, стали в два раза тяжелее. Они находятся в полумиле от хижины, так бы и продолжился путь в тишине, но Мингю наконец начинает говорить — Почему ты пришел за мной? — Он заканчивается, кашляет и плюет кровью на землю у их ног, слова даются ему с трудом. Джису сам еле может передвигаться. Вампир оставил много сильных порезов и синяком от стекла и обуви. В его теле осталось только ограниченное количество энергии. Он может ответить сейчас. или он может ответить в хижине, но уже на вопросы Джонхана, только один из двух. Поэтому Джису одним быстрым рывком качает головой, будто говоря, чтоб Мингю не заморачивался по этому поводу. Когда они добираются до дорожки, ведущей вверх по лестнице, входная дверь распахивается так сильно, что она врезается в переднюю часть кабины. Джонхан одет в свободные поты и рубашку без рукавов, и при свете луны он светится ангелом. Глаза Джонхана невероятно широко раскрыты, когда он бежит по ступенькам босиком. Джису так устал, это все похоже на сон. Джонхан смотрит на путь, по которому они шли, смотрит между ними, прежде чем его взгляд падает на Джису, твердый и злой. Сердце Джису бьется один раз, сильно. Отверстие в боку поливает свежей кровью, и он снимает руку с талии Мингю, чтобы прижать ее к ране. Он настолько оцепенел, что даже не болит. Джонхан все еще смотрит на него, но это не имеет значения. Он затаил дыхание и открыл рот, но прежде чем Джису успел понять, что он говорит, мир вокруг него становится черным.