Начинается с искры

Обучение не становится легче, пока Джонхан восстанавливается. Во всяком случае, это хуже. Джису проводит всю ночь, привязанный к дереву на опушке леса с завязанными глазами. Ветер воет, и трава шуршит у его ног, и он везде видит его, животных, монстров и древних существ, все, что скрывает лес.   Он воображает, что Джонхан прислонился к дереву перед ним, тяжело стоит на его неповрежденной ноге, пристально наблюдая за ним. Веревки врываются в его кожу настолько, что это все заставляет себя чувствовать безумно некомфортно. У всего, что делает Джонхан, есть цель, урок, который он должен применить к своей жизни охотника на вампиров. На этот раз он не уверен, какой урок. Ни один вампир не будет завязывать ему глаза и связывать его, не причиняя ему вреда первым. Кровь Джису превращается в лед, когда он слышит хруст сухих листьев. Его сердце бьётся с сумасшедшей скоростью, когда звук приближается. Он хочет себя успокоить, но это борьба внутри него нарастает. Он должен быть спокоен, он же охотник, или это ощущение совсем не боязни? Звук останавливается прямо перед ним. Теперь за ним действительно наблюдает человек, и он понятия не имеет, кто это. На мгновение он думает, что это может быть Мингю, бросая вызов Джонхану, просто чтобы составить ему компанию. Комфорт недолгий, и шаги приближаются. В тумане адреналина разум Джису снабжает его строками из романов, что-нибудь, чтобы ослабить растущую истерию. Он чувствует, как рука приближается к нему, прежде чем он это ощущает на себе. Нежные пальцы на его щеке, касающиеся только под завязанными глазами. «Я бы узнал его слепым.» Джису облегченно вздохнул. Пальцы опускаются ниже, на изгиб челюсти, обхватывают подбородок. Большой палец прижимается к его губам. У него кружится голова от этого. Страх в воздухе полностью ушел, его заменил мужчина, стоящий перед ним, и желание, кипящее под его кожей. «Я узнал бы его в смерти, на краю света.» Рука отступает, и действительно, колено к его животу — желанная, знакомая вещь.

♰♰♰

Через несколько недель Джонхан разрезает письмо в черном конверте. На передней панели ничего нет, нет никаких указаний на то, кто мог его отправить, кроме красной сургучной печати. Джису не нужно видеть его близко, чтобы знать, что это такое. Он почти уверен, что письмо от Джихуна. — Назначение. Джихун нашел гнездо с восемью вампирами, — говорит Джонхан, не отрывая глаз от письма. — Мы уходим сегодня вечером. Джонхан все еще смотрит на письмо, когда идет по коридору в свою спальню. Джису быстр, чтобы догнать его, хотя бы потому, что у него больше вопросов, чем ответов. — А как же Мингю? — он спрашивает, когда Джонхан проверяет свои ножи. Он открывает ящик, бросает несколько кольев на кровать и, наконец, поднимает голову с самодовольной ухмылкой. — У твоей маленькой игрушки есть свое назначение. Двое из нас могут справиться с этим. Слова цепляются за него, как паутина. Это злит его, но более того, он чувствует, что сделал что-то не так. — Я думаю, что он больше твоя игрушка, чем моя, — бормочет Джису, отводя взгляд от чужих тёмных глаз. Он правда чувствует себя виноватым, но просто не хочет показывать это перед Джонханом, не перед ним. — Что это было? — Джонхан спрашивает, сужая глаза. Он протягивает руку и хватает его за запястье, слишком быстро, чтобы среагировать. — Хочешь повторить то, что ты только что сказал, но немного громче? Сердце Джису прыгает в его горло. Он должен проглотить дважды, прежде чем он сможет говорить. — Я сказал, что думаю, что он больше твоя игрушка, чем моя, — Джису дергает его за запястье, но Джонхан даже не ослабляет хватку. — Я не играю с ним. То, что я не хочу отношений, не значит, что это игра для меня. Что-то вспыхивает на лице Джонхана, и Джису не может остановить дрожь, которая ползет по его позвоночнику. Джонхан смотрит на него так же, как вампир, словно он готов съесть его заживо, чтобы истощить его, пока не останется ничего. Он дарит Джису болезненно сладкую улыбку. — Вот почему тебе так больно, не так ли? Наш Мингю особенный для тебя, — Джонхан приближается к нему, и Джису делает шаг назад, затем еще один, пока Джонхан не прижмет его к стене. — Ты позволил ему трахнуть тебя до того момента, когда ты стал охотником? Наша память частично пропадает. Вы были знакомы в прошлом, да? Может, ты просто не помнишь. Стыд и злость у него внутри, и он поворачивает голову в сторону, глядя на пол. — Он такой легкий, — продолжает Джонхан. — Если ты похвалишь его, он сделает все, что захочешь. Он поворачивается, чтобы встретиться взглядом с Джонханом и понимает, что он сидит в клетке, руки по бокам головы. Он наклоняется, и они достаточно близко, чтобы тереться носами друг для друга или сплетаться языками. Джису должен сдержать эмоции и стон, который так хочет вырваться наружу. — Тебе нравится управлять им? Говорить ему, что делать? — Хватит, — кричит Джису, отталкивая Джонхана достаточно, чтобы он отошел от стены. — Перестань говорить об этом. Ты ничего не знаешь. Джонхан возвращается к кровати, пристегивая кобуры, как будто ничего не произошло, а Джису идет прямо в спальню свою спальню, ударяясь лицом об подушку, невинно скуля от эмоций, которые его переполняют. Он никогда не хотел никого больше за всю свою жизнь, чем сейчас.

♰♰♰

У входной двери стоят двое мужчин. Дом старый, обветшалый, выглядит двухэтажным за пределами города. Шаги Джонхана не шумят рядом с ним, его глаза устремлены на дверь. Их единственный свет от луны над головой. Джису провел только две настоящие охоты с Джонханом. Смотреть на него все так же невероятно, как в первый раз. Каждое движение является точным, его тело искусно контролируется, даже когда все, что он делает, — это ходьба. Они добираются до ряда живых изгородей и укрываются. Чонган наклоняется достаточно, чтобы все прекрасно видеть, улавливать каждую деталь. Джонхан берет серебряный нож в каждую руку, встает и швыряет их, одну за другой. Они летят по воздуху, и как только охранники замечают его присутствие, ножи опускаются по бокам их шей. Они даже не могут кричать, когда рушатся на землю. Джонхан дергает Джису за руку. — Мы должны двигаться, сейчас. Джису следует позади, Джонхан бежит к входной двери, передает кол, и они быстро справляются с охраной, не оставляя ничего, кроме пепла. Джонхан вздыхает и открывает дверь. Непонятный хаос творится за стенами, Джису теряется во всем этом. Все сужается до выживания. Мышечная память помещает оружие в его руки, тренировки держат его в вертикальном положении, когда вампир хватает его за шею и бросает его в стену. Его голова отскакивает, и он видит звезды, стряхивает их так быстро, как только может, поднимает кол и толкает его в грудь вампира. Его клыки в нескольких дюймах от шеи Джису. Он превращается в пепел до того, как его хватка ослабевает на, чужой шее. Он находит свою следующую цель в виде вампира, исцапапывающего руки Джонхана, погружающегося в его плоть, как масло. Джонхан не издает ни звука, просто скрипит зубами и пинает колено вампира. Это делает тошнотворную трещину. Ноги вампира сгибаются, но его пальцы остаются в коже. Вампир рычит и бросается сверху, и Джису движется так быстро, как его ноги могут нести его, вонзая кол в спину вампира, пока он не превратился в пепел между ними. Джонхан уже избавился от двоих. В итоге шесть. Джонхан быстро осматривает рану, оставленную в руке, но ни у кого из них двоих нет времени беспокоиться об этом. Переполох наверху звучит очень похоже на вампиров, пытающихся сбежать. Джису достает два ножа из своей кобуры и без слов передает один Джонхану. Джонхан идет первым по лестнице вверх, Джису прямо позади. Они уже поднялись, но внезапно грудь Джису пронзает боль, чужие когти разрывают одежду. Больно, но он не кричит. Если бы тут был Мингю, то даже он бы завыл от боли, но здесь не Мингю. Тут Джонхан. Это совершенно другое дело, и лишь эта мысль не даёт сейчас терзать горло. Джонхан поворачивается к нему с широко раскрытыми глазами. Вампир выворачивает одну из рук за спиной, когти на его горле прижимаются так сильно, что они образуют пять маленьких дырок на светлой коже. Голова Джису находится на уровне груди с вампиром, и, к счастью, он тоже обучен многому, вампир просто не знает об этом. Джонхан швыряет нож, Джису уклоняется от сантиметра влево, и это идеальный бросок, слово метание в яблочко, прямо в грудь. Вампир кричит и корчится от боли, а Джису падает на колени и вонзает кол в отверстие, оставленное ножом. Еще один готов. Стекло разбивается, и на мгновение Джису отбрасывает назад во времени, его живот дрожит от фантомной боли. Той самой, из-за которой у него шрамы на по всему телу. Джонхан бежит по коридору, перекидывая его руку себе на плечо, а самого держа за талию, выходя на улицу. Вампир приближается на полной скорости по лужайке в сторону леса. Джонхан вздыхает и вытаскивает пистолет из кобуры, спрятанной у основания его позвоночника. — У тебя все время был пистолет? — Джису явно говорит это с неким презрением. Джонхан смотрит вниз на ствол. Он делает вдох, нажимает на курок на выдохе, и вампир падает на землю. Джонхан смотрит, как дым из оружия вьется в небо. — Для чрезвычайных ситуаций, — тихо говорит он. Они спускаются вниз, а Джонхан аккуратно, придерживая за голову и талию, кладёт Джису рядом с огромным камнем, незаметно проводит рукой от колена до бедра. Позволяет Джису облокотиться на камень, запрокинуть голову назад. От выстрела Джонхана вампир не умер. Вместо этого он ползет к лесу так быстро, как только может, его торс льется кровью. Джонхан вытаскивает кол из сумки на своём предплечье и вонзает его в чужую спину.