XVIII.
5 июня 2020 г., 23:15
Я улеглась на кровать, подложив руку с пистолетом под подушку, дабы придать неожиданности моменту приезда Джины. Хотя, увидев меня в окне, она уже поняла, что ее здесь ждут, но подниматься почему-то не спешила: прошло уже около десяти минут, а ее все не было. Хотя путь до моей палаты занимал от силы пять минут, ведь от путанных коридоров мы избавились еще во время ремонта. Честно, мне не очень хотелось находить трупы в коридоре после такой ее задержки по пути.
Мы с Майклом переглядывались, периодически переводя глаза на дверь, открытие которой с таким предвкушением ждали. Когда я через полоски стекла увидела женский силуэт, я кивнула Грэю, и он чуть вжался в стену, пальцем трогая предохранитель на своем пистолете.
Дверь открылась, и в моей палате появилась Джина. Вся такая в дорогом платье и с меховой накидкой. А шляпки ее всегда были настолько дурацкими и бесили меня, что при каждом взгляде на нее я невольно кривилась в лице. Девушка зашла, звонко цокая каблуками по кафельному полу моей палаты.
— Какая неожиданность! — наигранно удивилась я, в то время как Майкл за спиной своей бывшей жены отошел от двери и подошел к девушке вплотную, держа ее на мушке пистолета. — Какими судьбами? Ты же должна была отплыть в Бостон и забыть эту халупу!
— Помолчи и послушай, что я тебе скажу, иначе я выстрелю пару раз, и ты уже не выкарабкаешься. И даже твоя собственная больница не поможет, — прошипела она, залезая в сумочку, и тонкими длинными пальцами нащупывая в ней пистолет.
Только достать его она не успела: стоящий сзади Майкл толкнул сумку вперед, и она слетела с руки его бывшей. Ногой он отодвинул ее подальше, заставив Джину обернуться и увидеть дуло пистолета, направленное прямо в ее голову, четко посередине.
— Ой, голубки! И оба уже здесь! Как удачно я зашла!
— Говори, что тебе нужно, и сматывайся отсюда, пока не пришли мои братья и не отправили тебя твоим родственникам по реке, — произнесла я угрозу, чуть выпятив губу.
Она выглядела уже не так страшно. Хотя я находила это больше забавным, даже учитывая, что мои братья могут это организовать, словно празднование дня рождения.
— Ну, наверное, у меня больше к Майклу поручения, чем к тебе. Уверена, тебе не доверяют семейные дела в такой степени, как ему, — продолжала блондинка, бродя глазами по комнате и изредка задерживаясь своим едким взглядом на мне. — Контора вашей чокнутой семейки отдаст моей семье все права на поставку опиума в Америку. И тогда ты, дорогая, не пострадаешь. А, ну, еще и часть акций в Бостоне. В общем, это только часть условий, которые мы можем обменять на твою неприкосновенность. Дорогой, раз ты уже заметил мою сумочку, можешь достать из нее бумагу со всеми условиями и заучить.
Майкл, не спуская Джину с мушки, полез в ее блестящую сумку. Достав оттуда пистолет, он отложил его на столик рядом с собой, а потом достал бумажку, сложенную в несколько раз. Судя по количеству просвечивающих строчек, написанных от руки, можно понять, что они оценивают мое здоровье и неприкосновенность довольно дорого. Грэй вчитался между строк и вслух усмехнулся:
— То есть ты реально думаешь, что Шелби пойдут на поводу у твоей семьи?
Майкл повел плечом, продолжая ухмыляться. Я поддержала его усмешку, и теперь Джина была готова залиться багровым цветом из-за того, насколько сильно мы оба ее раздражали сейчас. Играть на нервах других людей — занятие виртуозное.
— Тогда мы убьем твою таксу, — подала голос блондинка, кивнув на меня.
Тогда я вытащила руку с пистолетом из-под подушки и навела на нее. Девушка замолчала, а напряжения стало немного больше. Понимая, что ее могут застрелить с двух сторон, Джина призадумалась о перспективах своего прихода. Кто тут еще такса?
— Я, как только ее в первый раз увидела, выйдя из вокзала, тоже подумала, что она такая вся из себя, пальцем ее не тронуть, но, как видишь, Майкл, тронули, и очень даже неплохо, раз она в больнице и еле ползает.
— Ну, если бы и у меня тоже был нож, неизвестно, кто еще кого бы тронул в тот вечер. Но, сообщаю, что сейчас я могу сделать один звонок вон с того телефона, — кивнула я в сторону тумбочки в углу комнаты, куда мне еще недавно провели телефон для связи с внешним миром, — и ты не сможешь выйти из Смол Хита живой. Как тебе такое?
— Короче, я сделала то, ради чего приехала: передала условия. Хотя я планировала еще и убить тебя, Саманта, но это в другой раз. А теперь, позвольте, мне пора ехать: водитель ждет.
Пропустив мою угрозу мимо ушей, блондинка выхватила свою уже пустую сумку из рук Майкла и разместила на предплечье, поправив противную шляпку. Натянуто улыбнувшись на прощание, она поспешила покинуть мою палату, громко стуча каблуками по полу и приподняв голову.
Как только она скрылась за дверями, я бросила пистолет на тумбочку и улеглась на кровать, облегченно вздохнув. Что же, сегодня убийства не произошло ни у меня, ни у нее, поэтому пока счет 0:0. Но я была намерена это исправить.
— Майкл, позвони Томасу. Сообщи, что наша бывшая родственница в городе. Я ей пообещала, что она не выйдет из Смол Хита живой. Так я сдержу слово.
***
Меня выписали из больницы уже через пару дней. Я могла передвигаться самостоятельно, пускай и не слишком уверенно. Трость, найденная Полли в закромах дома, сопровождала меня везде, а я чувствовала себя безумно неловко: не видела ни одной женщины с тростью в своей жизни. Но, кажется, судьба распорядилась так, что мне открывать этот парад. К тому же, находиться в больнице было уже не очень безопасно: Джина прекрасно знала, где я ночую, и, уверена, уже хотела доложить об этом своим ненаглядным родственничкам. Только вряд ли она успела: девушку поймали на выезде из города, как я и пообещала, а Томми был очень рад увидеть блондинку в своем кабинете в сопровождении двух козырьков, которые так невежливо скрутили ей руки. Я наконец-то вернулась домой. В моей небольшой квартире было уютно, и я всегда чувствовала себя спокойно и безопасно в ней, но, в связи с последними событиями, я носила в кармане складной нож, когда возвращалась домой, и старалась не бродить одна по темноте. Наконец можно отдохнуть и понять, что никто больше не угрожает твоей жизни, что новых врагов мы пока не нажили, и они не хотят убить всю мою семью. По крайней мере, пока пропажу Джины не обнаружили. Утром я отправилась в «Гарнизон» на собрание семейного совета и всех причастных. Выйти пришлось заранее, ведь с палочкой я не могу развивать большой скорости, но каково было мое облегчение, когда за спиной мне бибикнула машина, и в ней оказался Кудрявый, которому, оказывается, было дано поручение забрать меня из конторы и доставить на собрание. Паб был наполнен приближенными к семье людьми. Все уже были на местах, взяв себе стулья из-за хаотично расставленных столиков. Не хватало только пары-тройки человек, но я не особо считалась с этим, и потому взяла стул, медленно, стараясь не нагружать швы, перетащила его на место, которое мне больше нравилось, и уселась, расположив трость между ног. — Как ты себя чувствуешь, Сэм? — спросил Томас и закурил, сидя рядом с камином во главе воображаемого полукруга из стульев. — Уже гораздо лучше. Но совсем отлично будет, когда я смогу передвигаться без этой палки, — улыбнулась я, приподняв трость. Томми сдержанно кивнул. — А кого ещё мы ждем? Вроде, все собрались, — спросила я. — Нет Майкла и Финна, они едут с конторы, — уведомила Полли, сидя рядом с Аберамой Голдом. Для меня оставался загадкой сам момент их близких и хороших отношений: тетка подробностями не делилась, да и в последнее время мы отдалились друг от друга. Раньше я могла прийти к ней вечером, чтобы выпить чего-нибудь, но сейчас мы пересекаемся только на собраниях и в конторе. — Ясно. Ждать пришлось недолго, Грэй вместе с братом приехали скоро и разместились среди всех. Старший брат начал собрание и сначала говорил об очевидных вещах: насколько вырос доход, в какую сторону мы будем расширяться в дальнейшем и какие планы у компании на грядущий сезон. А потом начался качественный семейный совет, как в былые времена. — Джина по-прежнему у нас. Я попросил моих хороших друзей полицейских разместить ее в одной из камер и проследить, чтобы она ничего не натворила. Но нужно что-то решать, пока ее родственники не явились сюда и не начали потрошить Сэм, выведывая тайну нахождения Джины. Нам нужно окончательно закрыть этот вопрос. Какие есть предложения? Я подняла руку, но Томас тут же ответил: — Нет, Сэм, мы не будем ее убивать. Мы вместе с Артуром и Полли демонстративно расстроились. — Тогда я искренне не понимаю, на кой хрен она нам нужна, — подала голос Полли, пожав плечами. Женщина курила, держа тонкими пальцами темно-коричневую сигарету и опираясь локтем на столик рядом с собой. Я была полностью согласна со словами тетки. — Ее семья выдвинула ряд условий в обмен на неприкосновенность Саманты, — напомнил младший из Грэев. Все присутствующие обратили на него внимание, как будто он сказал какую-то невероятную вещь. — С этого момента подробнее, и почему мы узнаем об этом только сейчас? — нахмурился Томас, встав со своего места и подойдя к Майклу. Грэй вытащил из кармана пиджака бумажку, которую в тот день нам передала Джина. Но у меня был такой же вопрос: почему все узнают об этом сейчас? — Когда она передала это? — В тот день, как приехала. Мы с Майклом встретили ее в больнице: она планировала меня добить, но случилось так, что она сама могла стать добитой. И она прикинулась посыльной, передав бумагу. Томми забрал бумажку с условиями и пробежался по ней глазами, мельком изучив основное. После он снова ее сложил и убрал в карман своего пиджака. Вернувшись на свое место, он немного помолчал, сделав пару затяжек сигареты, а потом озвучил решение: — Что они ничего не получат — это ясно. Максимум я могу отправить им ящик джина или виски. Я съезжу к нашему старому другу, Сэм. Он явно поможет. Узнав, что тебе — тем более поможет, я уверен. Самое главное — смотри по сторонам и чаще оборачивайся. Либо переезжай к Майклу: с ним будет безопаснее. — Оу, а можно я лучше к Артуру с Линдой? Конечно, будет скучновато, но это реально круто: под защитой старшего брата, — в шутку предложила я альтернативный выход, искоса глядя на Майкла, который нахмурился и демонстративно отвернулся от меня. — Да ладно, Майкл, я же шучу! Я не вынесу и двух дней с Линдой — она прибьет меня после первой же богохульной шутки! Так что придется тебе меня потерпеть. — Вот и решили, отлично.***
Выйдя из паба, я огляделась и вздохнула полной грудью. На улице наконец-то воцарилась ясная погода, на небе не было ни облачка. Хотелось гулять и максимально много времени проводить снаружи, но, пока я передвигаюсь со скоростью улитки, на этом можно поставить крест и выгуливать себя в присутствии кого-то, не дальше ста метров от дома, больницы или конторы. Посмотрев направо, я увидела Майкла, который курил, прислонившись спиной к кирпичному фасаду паба. Со слишком серьезным лицом он выпускал из себя дым, смотря на проезжающие машины и проходящих маленькими кучками людей. — Если хочешь, мы можем забить на поручение Томаса. Я прекрасно справлюсь одна, а ты можешь заходить ко мне по утрам и проверять обстановку. Я медленно подходила к Майклу, опираясь на трость и смотря на него. Грэй бросил на меня короткий взгляд и молча продолжил курить. — Или ты обиделся, потому что я бы предпочла тебе Артура и Линду? — Я не обижен, — коротко и чересчур сухо ответил он. Что ж, растормошить его не получилось, серьезность так и осталась на его лице, не давая другим эмоциям выходить наружу. Я знала, что ему будет на радость присматривать за мной, тем более, в связи с нашим последним разговором и встречей в больнице, когда я еще там лежала. Но он пока не спешил это показывать. — Хорошо. Кстати, ты не видел, Чарли уже уехал? Или хотя бы Голд? Хотела попросить подбросить меня до больницы, иначе пешком я буду идти до утра, а мне нужно быть там через полчаса. Я оглядела двор: машин было мало, но для меня они были незнакомы, я никак не могла определить, где чья бентли. Кажется, та, с коричневым тентом, принадлежала Голду, но я могла ошибаться. — Я тебя подвезу, — произнес Майкл, после чего бросил бычок на землю и выдохнул последний дым. Он пошел в сторону своей машины, что стояла недалеко от нас. Исходя из этой немой сцены, я должна была пойти за ним, наверное, но больше делать было нечего, и я поплелась, прихрамывая на левую сторону. Всю дорогу мы молчали, и это напрягало меня. — Слушай, если ты такой серьезный из-за того, что какая-то моя шутка оказалась для тебя оскорбительной или потому, что Томми тебя отчитал, то прекращай, — не выдержала я и предъявила свое недовольство водителю, который намеренно молчал всю дорогу. За время лежки в больнице мне хотелось банального общения, ведь даже болтливая Мэделин почти не заходила ко мне из-за навалившейся работы, и я тосковала в одиночестве. Семейные советы хотя бы как-то развеивали обстановку, но потом я все равно оставалась одна, рискуя начать сходить с ума и разговаривать сама с собой. И теперь, когда у меня появился потенциальный собеседник, тот намеренно со мной не разговаривает. Отлично. Вернулась к тому, с чего начала. — Дело не в этом, — мотнул головой Грэй, продолжая смотреть вперед. Снова повисло молчание, и я звучно цокнула языком, отвернувшись к окну. Раз не хочет рассказывать, пускай не рассказывает. Единственный раз, когда я была намерена выслушать и бесплатно предлагала ему свои услуги слушателя, он отказался. А больше я предлагать не буду. Вытягивать клещами каждое слово — тоже. — Просто я хотел решить этот вопрос с Джиной и ее семьей сам, но Томми вынес этот вопрос на всеобщее обозрение, и тайной бы это не осталось. Джина бы однозначно сболтнула что-нибудь про условия, а Томас бы впервые услышал о них. Мне наконец стала понятна причина его обид: мальчик просто хотел поиграть в героя и впечатлить меня своим мужеством и умением разруливать проблемы, но мой брат подумал, что этот герой уже наделал дел. Тут все ясно. Как-то я сразу не догадалась. Я лишь улыбнулась и коснулась рукой плеча Майкла. Он был заметно напряжен, и я чуть надавила ладонью, чтобы он хоть чуть-чуть расслабился и перестал думать об этом. Это помогло. Грэй немного смягчился и расслабил плечевой пояс, укладывая левую руку поверх руля на двенадцать часов. — Я понимаю, что вы все волнуетесь за меня. Это приятно — правда, — знать, что твоя семья готова рвать за тебя и решать любые проблемы. Но пойми: одному это сделать гораздо труднее. Томас хочет помочь и уже давно не держит на тебя зла из-за произошедшего в Америке. И если ты думаешь, что он сделал это просто из-за доверия, ты ошибаешься. Поэтому просто дай ему решить вопрос. А если хочется погеройствовать, можешь встретить меня вечером после работы и проводить. Мне будет достаточно. Во мне сидело какое-то странное чувство: будто я мама маленького мальчика и объясняю ему, как нужно делать, и успокаиваю после неудачи. Это довольно интересное чувство, а в потоке объяснений мне было так тепло и уютно на душе, как не было никогда. — Хорошо, я встречу тебя в половине седьмого, — помолчав, ответил Майкл в совсем другой манере. Она была какой-то мягкой и обычной для него, но новой для его общения со мной. И тогда я поняла, что мой разговор реально имел вес. — Тогда до встречи, — натянула ухмылку я, подмигнув. Коротко поцеловав его в щеку, я покинула машину и, прихрамывая, отправилась в больницу.
