День добрый, ребята.

Zara Larsson — Invisible

…В некотором царстве, в некотором государстве жил-был принц. Жил он в своём дворце один-одинёшенек и целыми днями смотрелся в зеркало. Отчего же принц сидел во дворце один? А всё потому, что был принц прекрасен, настолько прекрасен, что природа соревновалась с ним в красоте. Звали принца Ким Сокджин. Губы его были алее розы, а глаза чернее ночи, мягкие волосы покрывали тёмную макушку, а светлая кожа красиво контрастировала с ними. Казалось, все краски мира сошлись на этом юноше: цветы отдали свою нежность, воздух — свежесть, небеса — цвет глаз, а огонь и лёд то и дело соревновались, беснуясь на дне зрачков. Вот только проклят был принц за свою красоту. Однажды на балу ему предложили руку одной принцессы, чьё имя Джин даже не захотел узнать, и принц устроил целое представление, в котором высмеял принцессу и её родителей, а также сказал, что он женится лишь на той, кто будет прекрасней него. А по мнению принца таких девушек на свете не было, и по правде сказать, он был прав. Рассерженные родители принцессы уехали, пообещав проклясть принца за его самовлюблённость. Принц не придал этому значения и продолжил радоваться жизни. А мать той принцессы ведьмой была и, чуть исполнилось Сокджину шестнадцать лет, вынесла своё проклятие: — Отныне ты будешь зваться Кори и не умрёшь, пока не полюбишь человека и не признаешь его превосходство над собой. Так и произошло. Джин и впрямь стал Кори — Льдом — когда единственные люди, которых он любил, а именно родители, состарились и умерли. Принц никуда не рос. С каждым годом сердце его всё больше напоминало лёд, а королевство вымирало. Вот и остался принц один. Когда-то весёлый город занесло снегом, а все дороги к нему перегородили горы, это было ещё одной частью проклятья. Королева сделала Кори недоступным для людей. Шли годы, десятилетия, даже века. Наконец одна девушка-альпинистка в компании своих друзей решила покорить горы, названные Неприступными. Они остановились у одной из вершин и разбили лагерь в горной пещере. На рассвете девушку по имени Т/и привлекло яркое блистание и странный звон хрусталя. Выйдя из пещеры, она собрала все нужные принадлежности и, потуже затянув верёвку, поползла к краю горы. Чудный вид открылся ей. Меж высоких гор, чьи вершины серебрились на солнце, сиял прекрасный ледяной дворец. Башни его уходили к облакам, а стены упирались в горы, самые красивые узоры из снега и льда украшали его двери и окна. Ослеплённая любопытством, девушка подошла к самым его воротам. Её стук эхом разнёсся по горной долине и стих у облаков. Пожав плечами, Т/и не спеша её отворила и попала в прекрасный хрустальный зал. Солнце попадало лучом ровно в потолок, откуда спускалась огромная ледяная люстра, увешанная сосульками, словно бриллиантами. Из зала тянулась огромная парадная лестница, застланная снежным ковром. Девушка аккуратно зашагала по ледяному полу, стараясь не поскользнуться, что выходило с трудом. Стоило ей подойти к фонтану посередине зала, как она услышала отдалённые голоса и цоканье каблуков по полу. Приглядевшись, Т/и увидела, как по лестнице спускается высокий темноволосый юноша, чья красота воистину поражала, но больше её привлекла орава снеговиков, бредущих сзади и смешно говоривших что-то на непонятном языке. — Нет-нет, я говорил про розы, а не про маргаритки, слушать надо было! — восклицает юноша и взмахивает белоснежной рукой, в которой на секунду мелькает белая роза. — Сколько раз повторять: их нужно поливать три раза в день, а не раз в месяц! Один из снеговичков, что ростом примерно по колено, а то и ниже, видимо вступил с парнем в дискуссию, потому что интонация у него была крайне недовольной. Юноша видимо хотел что-то ответить, но почему-то именно в этот момент Т/и поскользнулась и громко шлёпнулась на пол. Принц, точно принц, потому что девушка разглядела изящную серебряную корону у него на голове, немедленно обернулся на звук и странно на неё посмотрел. Снеговички же встрепенулись и столпились позади принца, прячась в подоле его плаща. Их большие угольные глазки мило осматривали гостью и с интересом блестели. — Ты что? — задал вопрос принц, с подозрением оглядывая девушку. — И что ты делаешь в моём замке? Т/и попыталась встать, но лёд был слишком скользким, и ноги вместе с руками ползли во все стороны. В итоге, девушка сдалась и села на зад спокойно, напоминая уставшего ребёнка. — Я не что, я кто, — пояснила она. — Меня зовут Т/и, я из России, приехала сюда с друзьями. Увидела ваш замок и захотела посмотреть, но если вы закрыты, я приду как-нибудь попозже, — юноша продолжал на неё странно смотреть, сжав губы в тонкую полоску. — Вы не поможете мне встать? Т/и с готовностью протянула руку, ожидая помощи, но той не последовало. — С чего бы? — приподнял бровь принц, и Т/и увидела его ледяной взгляд, будто пустой. — Сама упала, сама и вставай. — Но я не могу сама встать! Я уже пыталась! — раздражённо воскликнула Т/и, этот ледяной принц начинал её раздражать. — Порядочный человек бы помог. — Что ты знаешь о порядочности? — холодно бросил шатен. — Ты вошла в чужой дом без разрешения и разговариваешь со мной в неподобающем тоне. Ты явно ниже меня сословием, а говоришь так, будто бы королева. Т/и сидит на холодном льду в полном непонимании происходящего. Сословия? Они что в семнадцатом веке? — Какие сословия, двадцать первый век на дворе! — гораздо мягче воскликнула девушка, понимая, что парень возможно поехавший. — Двадцать первый…— глаза его как-то растерянно забегали по стенам, и он повернулся на каблуках к своим белым знакомым. — Двадцать первый век… Почему вы не говорили мне?! Снеговички что-то смешно начали объяснять на своём странном языке, жестикулируя ручками-палочками. До Т/и только сейчас дошло кое-что. Снеговики. Живые. Похоже она всё-таки упала со скалы и долбанулась, хорошенько так, головой. — А вам сколько лет? — решила сменить тему девушка, понимая, что кто-то из них двоих определённо сходит с ума, и уже почему-то кажется, что это не принц. — Четыреста восемнадцать, — с обыденным видом ответил принц. — Вы шутите? — с раскрытым до предела ртом задала риторический вопрос Т/и. — Нет, — хмуро заключил принц. Девушка растерялась и произнесла добродушно. — По вам и не скажешь… — А ты думала, я буду стариком? — горделиво спросил юноша и довольно усмехнулся, уловив неуверенный кивок. — Если бы не проклятие, я давно бы умер, а так живу себе со снеговиками. С ними правда трудно беседовать, ничего не понимают в красоте, но хоть кто-то. Т/и не знала, что сказать. Принц, говорящие снеговики, проклятье. Всё это слишком сильно походило на сказку, но если все это правда — у бедолаги проблемы. Раз за четыреста лет он разговаривал лишь со снеговиками. — Простите меня, я не знала, — сочувствующе произнесла Т/и. — Конечно не знала, до сюда трудно добраться. Но ладно… Погостила и хватит. Давай, иди, — он указал рукой на двери. — Мне ещё розы надо проверить. Т/и хотела спросить, какие розы на таком морозе, но осознала, что её только что прогнали. — И всё-таки, — крикнула она уходящему принцу, — не поможете мне встать? Принц остановился, медленно обернулся и со скучающим видом приподнял бровь. Несколько секунд он глупо смотрел на протянутую руку, словно не понимал, что это и с чем его едят, а потом, цокнув, подошёл к девушке, помогая ей встать. Но что-то определенно случилось, когда он коснулся чужой руки. Сноп еле заметных белых искр взмылся ввысь от места прикосновения. Юноша встретился глазами с Т/и. И она увидела в них вселенскую грусть, спрятанную под слоем ледяного равнодушия. Что-то в них треснуло, когда Т/и улыбнулась…