Запись четвёртая. "Выжить у часовой башни".
23 августа 2020 г., 19:05
Примечания:
Эта глава далась мне тяжелее предыдущих, так что приношу извинения за то, что так затянулось по времени.
Как бы я ни шевелил в спешке булками, но всё же услышал характерный звук сдвинувшегося с места общественного транспорта, предупредивший, что мой поезд… в смысле, фуникулёр уходит. Да, блин, вот же прицепился ко мне закон подлости! Вот надо же было тем двум друзьям- товарищам завести эту чёртову колымагу именно тогда, когда я почти добрался до станции! Матюгаясь с досады, я ускорился, хоть и подозревал, что чёрта с два это исправит текущую ситуацию.
Ну, ядрён батон, конечно, нах! Когда я прорвался на станцию, раскидав по пути всех, кому мозгов не хватило убраться с дороги, то оставалось лишь помахать ручкой вслед уезжающему в даль фуникулёру. Вижу, как Джилл высунула голову из окна водительской кабины. Конечно же, моя внушительной наружности персона в два метра роста не осталась ею незамеченной. Даже с каждой секундой увеличивающегося расстояния была заметна широкая улыбка с издевкой на чумазом лице нахалки, которая ещё, ко всему прочему, удостоила меня прощальным жестом в виде демонстративно и высоко поднятого среднего пальца. Ну, поймаю — руку до самого плеча укорочу!
Ну и чё теперь? Опять догонялки, ёпт! Блин, вот только как мне угнаться за летящим на всех скоростях фуникулёром?
О, какая мысля в голову пришла! Я со всех ног бегу вслед за удаляющимся транспортом и на ходу «стреляю» тентаклем в сторону фонарного столба. Так, зацепился щупальцем за перекладину, теперь пробуем подтянуться. Получилось! Вау, я, признаться, сам не особо ожидал такого эффекта, когда, перестав чувствовать землю под ногами, полетел к самому верху фонаря. Теперь быстро запустить тентакль другой руки вон к той хреновине, что дальше на крыше, пока не на*бнулся налету фэйсом об основание фонаря. Хоп, сделано! Подтягиваемся и летим к новой точке. Ништяк — снова всё путём! Ну и таким макаром я «присел на хвост» фуникулёру.
Вухууу! Я прямо как этот… Спайдермэн, вот! За*бись я придумал! Как же это весело — вот так пролетать по воздуху среди зданий! Правда, нужно успевать маневрировать, а то так можно и зачётно харей впечататься в ту же стену или отбить все мягкие и не очень места (пока что на моём счету тринадцать столкновений, когда я не успел повернуть туловище. Ну, а чего хотите? Всё же я не цирковой акробат, да и управлять такой-то тушей двухметрового амбала на полном ходу не так-то просто).
А вот и фуникулёр! Вон, вижу крышу прямо под собой! Правда, я так увлёкся процессом эксцентричного способа погони, что не сразу десантировался на городской транспорт. Щаз, ещё немножко полетаю — и за дело… Но нет, закругляться с подражанием Спайдэрмену и возвращаться к миссии мне пришлось раньше, чем я планировал. И всему причиной металлический стеновой кронштейн, за который я ухватился тентаклем, и, как тут же выяснилось, оказавшийся отнюдь не таким крепким, как выглядел. И глазом моргнуть не успел, как не выдержавший моего веса кронштейн вырвало с корнем из кирпичной стены. Етить-колотить, да что же это такое-то-а-а-а?! Рухнул я быстро, но неприятно, умудрившись при этом пробить собственной массой крышу фуникулёра. Вот же грёбаная хлипкая штуковина!
Смотрю, в угол вагона забился кое-то из пассажиров, ошарашенный моим внезапным вторжением. По спецформе, кевларовому бронежилету и штурмовой винтовке в накачанных руках дяденьку в красном берете можно определить как ещё одного члена U.B.C.S. Окровавленная рана на боку служила подтверждением, что ему нехило досталось во время боевых операций (пусть скажет «спасибо», что вообще не сожрали). Как только я поднялся с пола и выпрямился во весь рост, мужик заорал во всю глотку.
— СТАРС! СТАРС! (Мужик, ты это, не кипишуй! Я только мадам одной втащу — и всё, сразу уйду!)
Блин, собственно, чего я тут распинаюсь? Дохлый номер пытаться что-то объяснить — так и так наёмник понимает ровным счётом них*я из того, что я ему талдычу. Вон, только челюсть едва ли не до пола отвесил и глаза выпучил, как будто я какое-то чудище… хотя, постойте, так оно, по сути, и есть, ё-моё.
Тут дверь отъезжает в сторону и из водительской кабины появляется… О, а вот и ты, моя причина получения туристической путёвки в тутошний Мухосранск! А я как раз по твою душу явился!
— Михаил, что слу… Слышь, а тебя кто сюда звал-то?! — Всем своим видом Джилл давала понять, как она не рада моему появлению. Дуло дробовика в её руках тотчас повернулось в мою сторону. — Вот же пристал, одноглазая залупа!
Но прежде чем она успела хоть что-то предпринять, её бесстрашно загородил собой раненый наёмник в красном берете с М4 на изготовку, исполненный решимости открыть огонь на поражение.
— Джилл, бери Оливейру за шкирку и оба немедленно выметайтесь из фуникулёра! — скомандовал матёрый русский солдат. — А я этому щаз пи*дюлей вломлю!
— Ну щаз! Мы не можем тебя бросить! — попробовала возразить Джилл.
— Ну-ка, быстро валите отсюда, мать вашу! Я кому сказал?!
Не тратя времени на пререкания, Михаил бесцеремонно вытолкнул барышню из вагона и захлопнул за ней дверь. Не смотря на явное неравенство в соотношении сил, русский солдат всем своим воинственным настроем демонстрировал решимость сражаться насмерть и только через свой труп пустить меня в соседний вагон.
— СТАРС! (Дядь Миша, к тебе у меня претензий никаких, так что уймись! Всё, харэ! Отставить стрельбу!) — Ещё попытался я воззвать к благоразумию наёмника.
Но хер там валялся! Михан продолжал ожесточённо поливать меня раскалённым свинцом из своего автомата, вместе с тем показывая насколько богат его лексикон из отборной русской матерщины. Понятно, что на все мои увещевания отчаянный вояка срать хотел с высокой колокольни. С моей-то прочной шкурой пулевые попадания почти равносильны комариным укусам, однако, скажу я вам, подобное обращение с моей персоной сильно задевает за живое. Остановить меня у Михана ни фига не вышло, конечно, а вот по щщам от моего карающего кулака огрёб зачётно. Выронив штурмовую винтовку, солдат повалился на сиденье. Извини, дядя Миша, но ты сам напросился. В следующий момент «птичка» в зелёной спецформе с моей мощной подачи пролетела через половину вагона. С щупальцем наготове я весь такой свирепый наступаю на развалившегося на полу покоцанного наёмника, чтобы накормить того фатальной порцией звездюлей.
Эй, а что это такое у него в руке? Приближаюсь к солдату ещё на несколько шагов… Мой единственный глаз расширился до размера китового очка, как только удалось разглядеть небольшой, но чертовски опасный предмет, зажатый в кулаке Михаила, который в свою очередь, впившись в меня пристальным взглядом, ехидно осклабился.
«Ёб*ный пи*дец, сука!» — именно в такой экспрессивно-нецензурной форме напрашивается первая характеризация сложившейся хреновой ситуации со взрывоопасным прощальным подарочком от дяди Миши. Я и пёрнуть не успел, как чека отделилась от гранаты.
А-А, БЫСТРО, НАХЕР, СЪ*БЫВАТЬ ОТСЮДА!!! Тотчас было принято спешное решение экстренно эвакуироваться через зияющий в потолке пролом, так кстати созданный моей же обрушившейся с высоты тяжеловесной задницей. Я самокатапультировался за секунду до активации ручной гранаты отмороженным русским камикадзе, а ударившая в пятую точку взрывная волна только ускорила мою эвакуацию. Бля-я-а-а!!! Из взорванного вагона я вылетел, как пробка из бутылки, с оглушительными воплями и подпалённой жопой. А на улице вдобавок меня ждала, мать её, крутая лестница, спускающаяся в подворотню, по которой я покатился кубарем, отбивая о бетон всё мягкие и не очень места на теле. Н-е-ет! А-а-а, сука, больно по лбу, нах! Ой-ёй, спина, моя бедная спина, о-оу!
БУМ! Я ещё понять не успел во что врезался, но это нечто большое и тяжёлое тут же рухнуло на моё несчастное, настрадавшееся туловище, вместе с тем обрушив лавину мусора. Да, бл*дский рот, ядрёный вирус, обязательно это должен был быть мусорный контейнер, к тому же переполненный?! Я выполз из-под образовавшейся груды смердящих отходов, стряхивая с башки протухшие рыбьи потроха и клочки туалетной бумаги, наверное, сейчас больше напоминая побитого бомжа, чем смертоносное биооружие и гордость корпорации.
Ну, нах*й, приехали!
***
В самом мрачном расположении духа я ковыляю по загаженным и разрушенным улицам. Время от времени я отыгрывался за крупный фэйл в фуникулёре на попадавшихся под горячую руку зомбарях, раздавая тем щедрые порции пинков и оплеух. Нет, подумать только! Не Джилл, так сумасшедший солдафон-самоубийца с гранатой мне всё изговнякал! Копец! Ну, почему же фортуна упорно демонстрирует мне свой зад, вместо того, чтобы повернуться и улыбнуться? Эх, как же меня измотала вся эта свистопляска с ликвидацией сотрудницы S.T.A.R.S.! Пока что больше того мне достаётся — а этой заразе ходячей хоть бы хны! Но делать нехер — задание есть задание, надо выполнять, а то получать за провал пи*дячек от Амбреллы такая себе перспектива. Да и для меня самого это уже дело принципа: охренеть, меня, опасное биооружие, лучшее творение корпорации, натянула какая-то оборзевшая баба?! Ну уж нетушки, я добьюсь своего, я ей ещё покажу, где раки зимуют! На ходу я одним движением поудобнее пристроил на плече ракетницу. Да, пришлось с руганью топать обратно в такую даль, когда я вдруг вспомнил, что так и не забрал свою пушку из тайника, но жаба задавила при одной только мысли оставить её там. Конечно, толку от неё сейчас как от козла молоко… боезарядов я же так и не нарыл… Возле попавшейся по пути чудом уцелевшей витрины с тонировкой я позволил себе небольшую остановку, чтобы в отражении сзади осмотреть свои штаны. Увиденное меня, мягко говоря, огорчило. М-да, по этим лохмотьям плакала помойка. Джилл, поди, ослепнет, если увидит обе мои филейные части, что совсем нетрудно с такими-то выжженными дырищами вместо задних карманов. А чего ещё ждать, после того, как взрывная волна ударила по самой заднице? И в магазинах без толку шарить — всё равно моего размера там нет, на мои-то габаритные булки только на заказ шить. Ладно плащ худо-бедно уцелел: хоть чем-то этот срам на пятой точке прикрыть. Так, а куда эта стерва вздумала укатить на фуникулёре? Вроде как писала в своём дневнике, что планирует намылиться в башню святого Михаила, если я чего не напутал. О том, что мои мысли текли в верном направлении, я понял, когда добрался до местной достопримечательности и обнаружил покорёженный, заваленный набок фуникулёр. Общественный транспорт по кирпичику разнёс часть каменного ограждения, куда, надо полагать, врезался на полном ходу. Да, Джилл определённо здесь, тут и думать нечего. Ого, красота-то какая во внутреннем дворе! Аккуратно подстриженные, ухоженные газон и кусты, искусно изваянные скульптуры, мощённая плиткой дорожка, фонари с вычурной ковкой — туристам явно есть, что сфоткать на память. Всё ничего — вот только покорёженный фуникулёр, пробивший ограждение, испортил всю малину. Что же, криворукому водятлу крупно повезло, что в городе творится такой адский звездец, а хозяина музея, скорее всего, захомячили на обед, так что предъявления солидного счёта на реставрацию и компенсацию убытков ждать не придётся. Немного подумав, я спрятал базуку в кустах (а чего постоянно таскать с собой разряженную пушку?), а затем вломился в двойные двери парадного входа, оказавшись в оформленном на высшем уровне и роскошно обставленном холле. За дальним столом расположился мужчина в спецформе U.B.S.C. Я бы не сказал, что он старый, однако при этом коротко стриженные волосы уже тронула седина (видать, той ещё жести в жизни насмотрелся). Солдат что-то сосредоточенно записывал в блокнот, и даже при моём появлении не вскочил в ужасе, как происходило с большинством встретившихся мне немногочисленных выживших, а лишь посмотрел в упор, но без намёка на панику. Это редкая первая реакция при встрече со мной. Крепкий, я смотрю, мужик. — Ты, полагаю, Валентайн из S.T.A.R.S. ищешь, — немного напряжённым голосом не столько спрашивал, сколько утверждал седовласый. В его речи отчётливо звенел русский акцент. А откуда этому солдафону известно, кого именно я разыскиваю? Хотя неважно, если у него есть для меня хорошие новости. Я утвердительно покивал. Русский махнул рукой в сторону парадной лестницы. — Вот совсем недавно отправилась на балкон, так что в темпе шуруй наверх. Ты ещё успеваешь её нагнать. О, спасибочки за подсказку! Я показал наёмнику большой палец, тем самым давая понять, что благодарен за содействие, а затем решительно двинулся к лестнице. Ну всё, моя дорогая, я уже иду за тобой! А русский-то молодца, всё правильно сказал. Едва распахнув дверь, ведущую на пристроенный к башне балкон, я лицом к лицу столкнулся с офигевшей от такого неожиданного «здрасьте» Джилл. Без понятия, какого чёрта она тут ошивается, но, по-любому, живой она теперь отсюда не уйдёт, теперь уж точно. — СТАРС! — Я угрожающе попёр на девушку, всем своим видом давая понять, что, не смотря на предыдущие фэйлы, настроен всё также решительно навалять ей по самое «не хочу», даже больше. — Чтоб тебя, опять припёрся?! Сука, да сколько можно-то?! — на повышенном тоне и со злостью в голосе вновь приветствовала меня Джилл. И рывком протянула руку к какому-то выключателю… Ах ты ж, сука, да что же это опять за херня-то такая?! Зажмурившись и негодующе рыча, я люто-бешено проклинал чёртов прожектор. Бл*дь, совсем ни хера не вижу из-за этого слепящего света! Ну и, конечно же, Джилл, этой ментовской гадюке, не составило никакого труда столкнуть меня, дезориентированного и ослеплённого, с башни. Ещё и ручкой помахала напоследок с издевкой. Вопреки ожиданиям, приземление на этот раз оказалось мягким… слишком мягким для каменной плитки. А, это три зомбаря кучковались внизу — наверное, приняли меня за манну небесную в виде сорвавшегося с крыши и аппетитного выжившего. Хоть какая-то польза от этих увальней полусгнивших. Блин, ну вот только подумаешь, что ещё больше обосраться уже никак — так нет же, меня поджидает фэйл ещё позорнее! Ну, вот как меня угораздило попасться на этот дешёвый трюк? Сплошное издевательство, а не ликвидационная миссия…***
Заебца! Мне повезло восполнить разорённый ранее запас реактивных ракет для базуки. Ну, наконец-то, хоть какие-то хорошие новости! На заднем дворе с обратной стороны башни я наткнулся на перебитую военную группу U.B.C.S., существованию которой положила конец свора хантеров из четырёх особей (ещё более проблемные и дурные «зверушки» из подпольного питомника Амбреллы, чем Дрейн Деймосы). Приятным сюрпризом явилось вооружение одного из наёмников такой же ракетницей, как у меня, что обеспечило возможность позаимствовать боеприпасы — всё равно они ему уже без надобности. То, что надо для моей Мозгинафигразрывалки! Хантер оторвался от обезглавленного трупа с ракетницей при моём уверенном и грузном приближении и тут же проявил агрессию, ощетинившись и опасно щёлкнув своими острыми когтями размером с локоть. Да уж, отрезать, к херам, башку на лету с такими ножницеобразными клешнями, как два пальца обоссать, всё бы ничего, но вот мозг с фисташку всерьёз подводит эту зелёную макаку-переростка. — СТРАС? СТАРС! (Хер ли скалишься? Нафиг мне не нужна твоя добыча!) — шикнул я на тварь. Не переставая агриться, хантер характерно подобрался — и, как отпущенная пружина, взвился в высоком прыжке, занеся когтистую лапу. Для большинства жителей города и участников засланного корпорацией отряда после такой бурной встречи остаётся только гроб заказывать, но я-то, в отличие от некоторых, не пальцем деланный. Один сбивающий удар щупальцем по фэйсу, а дальше увесистый пинок под задницу превращает эту хрень зелёную в футбольный мяч, ибо нехрен. С громким визгом хантер перелетает через двухметровое ограждение и — зачёт! — смачно впечатывается мордой в стену. Показательное карательное действие даже до тупых мозгов остальных хантеров доносит, что их ждёт, если будут рыпаться, потому у рептилий срабатывает инстинкт самосохранения и они по-быстрому врубают задний ход. Так-то, пусть знают, кто тут босс! Ну, что за ирония? Расправиться с одним из самых опасных мутантов «Амбреллы» — это запросто, а вот проделать то же самое с бабой, которая в разы слабее той твари — чёрта с два… Как же так-то?.. «Ладно, Немезис, будет и на твоей улице праздник!» — мысленно попробовал подбодрить сам себя. — «На этот раз уж победа должна быть за тобой». Так, а это что за шум? Как будто вертолёт летит. Да, определенно вертолёт. Что он тут делает? Я догадывался, что конкретно является причиной появления вертолёта — вернее, кто. И точно, мои домыслы нашли своё подтверждение, как только я вернулся во двор ратуши, где не так давно неудачно припарковали сошедший с рельсов фуникулёр. Вертушка кружила возле часовой башни под радостные возгласы довольно машущей железной птице Джилл. Ой, ну вы только посмотрите, щастья полные штаны! Ничё, ничё, сейчас я ей устрою величайший облом, а то вкрай уже оборзела. Со злорадной ухмылкой я прицеливаюсь и нажимаю на курок. Вырвавшаяся из раструба ракета стремительно летит к вертолёту под истошный крик снизу «СУКА, БЛ*ДЬ, КУДА СТРЕЛЯЕШЬ?!». БАБАХ! Всё, трындец с большой буквы и летающему драндулету, и находящемуся в нём пилоту, и планам Джилл съеб*ться из Раккуна в скором времени. Охваченный образовавшимся из-за взрыва пламенем, вертолёт грудой металлолома тяжело рухнул на газон, подпортив в процессе падения часть фасада башни. Резко развернувшаяся в мою сторону и побагровевшая от ярости Джилл всем своим видом являла воплощение нагрянувшего из ада самого Сатаны. Глаза у неё налились кровью. Из ушей только пар не валил. Я привык видеть Джилл наглой, обезбашенной, но не вот такой свирепой. — Да чтоб ты сдох, ходячий амбрелловский высер! Ты чё, мразина одноглазая, сделал?! В яростном припадке Джилл набросилась на меня, вырвала из рук базуку и ею же принялась остервенело избивать с неведомой для человека силой. Ай, бля, больно-то как! Сука, только не по морде! Я пячусь, прикрывая руками голову от беспрестанно сыплющихся на меня ударов, что, в общем-то, не особо помогает избегать тумаков от обезумевшей от гнева женщины. — Столько прошла, сколько задач пришлось решить — чего уж стоила хотя бы та головоломка с картинами богинь! — и всё ради того, чтобы чтобы вызвать долбанный вертолёт! — яростно вопила Джилл, неустанно отвешивая мне звездюли. — Я уже мысленно эвакуировалась, полетела к Крису в Европу! А тут ты, бл*дина такая, так мне поднасрал! Ненавижу тебя, паразит х*ев! Ненавижу! П*здец тебе, сука! Да ну нахер! Весь в гематомах, я бросился наутёк от этой психованной мегеры. Джилл, не переставая ни на минуту крыть меня матами и прочими отборными ругательствами, от которых свернулись бы уши в трубочку даже у самых матёрых гопников, погналась за мной и иной раз ей даже удавалось приблизиться, о чём я узнал посредством встречающих мою задницу увесистых пенделей. ПОМОГИТЕ!!! — Не волнуйся, Джилл! Я тебя защи… Э-э-м…?! — Примчавшийся со штурмовой винтовкой на подмогу своей подруге Карлос так и остолбенел в состоянии крайней степени охреневания. Уронив нижнюю челюсть и округлив глаза, шокированный представленным зрелищем наёмник таращился, как маленькая, хрупкая девушка безжалостными пинками гоняет по двору двухметрового смертоносного монстра. В какой-то момент эта мегера изловчилась вскочить мне на горбушку и, крепко сжав ногами шею, принялась остервенело молотить кулаками по моей башке, и без того отхватившей предостаточно шишек за один день. Бешеная, бл*дь, да чтоб тебя! Я наворачиваю круги по двору в попытке сбросить озверевшую бабу, но та вцепилась не хуже клеща. Ох, моя голова! У Джилл не дамские ручки, а, нах, кувалды какие-то — такие сильные удары сотрясали моё несчастное темя! Было непросто, но всё же мне через некоторое время удалось скинуть обидчицу. Ничуть не смутившись, Джилл тут же вскочила и снова ринулась в атаку. А-а, не подходи, Сатана в женском обличье! Опа, надо же, попал! Не смотря на то, что голова у меня ещё кружилась, я умудрился щупальцем ранить Джилл в плечо при попытке не подпустить её слишком близко. Вот так-то, выкуси, гадина! В этот момент пришёл в себя новоявленный Ромео с винтовкой, до того, будучи в состоянии шока, наблюдавший за происходящим с разинутым ртом. Только я, вооружившись базукой, собрался накормить Джилл мацой с летальным исходом, как у Карлоса в пятой точке разыгралась тяга к героизму и он открыл по мне огонь на поражение. Твою мать, а ты-то куда лезешь, герой-любовник хренов?! Автоматная очередь не столько наносила мне серьёзные повреждения, сколько бесила — а у меня и так сейчас нервы ни к чёрту. Злобно взревев, я выписал разбушевавшемуся капралу «успокоительное на веки вечные» в виде ракеты из моей грозной Мозгинафигразрывалки. Чёрт тебя подери, промазал, с этим проклятым головокружением прицел у меня такой себе! Вместо того, чтобы помножить на ноль, Карлито просто отшвырнуло взрывной волной, но это не помешало отмороженному солдафону тут же продолжить поливать меня свинцом из своего М4. БДЫЩ!!! Нет, нет, нет! Моя ласточка! Бедная моя Мозгинафигразрывалка! Этот козёл-латинос шмалял по моей базуке — и вот ей пришёл конец! Не выдержала, не смогла… Почему?! Ну, почему?!.. Ну, всё, чья-то жопа щаз порвётся! Я, выпустив тентакль, потопал к провалившемуся в отключку Карлосу, чтобы уделать гада в мясо за то, что расхерачил мою любимую пушку, как дорогу мне заступила Джилл с гранатомётом на изготовку. В сверкающих сатанинским блеском глазах читался настрой драться насмерть, и, по всей видимости, даже на ранение ей было глубоко пофигу. — Мы с Крисом одного такого хмыря уже завалили два месяца назад! — заявила Джилл, хищно скаля зубы. — Ты на очереди! И начала от души шмалять в меня из гранатомёта! Едрить твою колотушку, опять эти злоеб*чие азотные гранаты! Да, блин, где она их только берёт?! Сука, бесит, ненавижу!!! Азотные гранаты — это же жесть какой писец, уж на что я выносливый и стойкий, но даже мне становится херово, стоит схлопотать выстрел-другой этими боезарядами. А уж заряженная азотными гранатами пушка в руках Джилл Валентайн — это, нах*й, всё, совсем никакой жизни, это адский легион в лице одной взбешённой бабы. Битва вышла кратковременной, но жоподробящей. Матюки, угрозы, щупальца, гранаты, пинки и мои пудовые кулаки летели во все стороны. Я уж молчу, какой колоссальный ущерб был нанесён декору сада, хотя и до этого его большая часть была разрушена. В который раз удостоверяюсь, что Джилл — это какое-то проклятье в юбке! У меня пукан рвёт со страшной силой, что скоро, наверное, взлечу до самой вершины башни — до того она меня довела! Её что, фортуна поцеловала в задницу, а то как ни бьюсь — один хрен получается сделать из неё отбивную? С лёгкостью оппонентка уклоняется от моих мощных атак и стреляет при первом же удобном случае, мимоходом поспешно закусывая зелёной травкой. Минут через пятнадцать, обстрелянный из гранатомёта со всех сторон, я осознал, что всё, больше не могу, плохо мне. Держась за ноющий копчик, я (да-да, пришлось позорно отступить) поковылял прочь, как побитый пёс, а в следующую минуту уткнулся мордой в землю. «Ну хоть вирусом заразить смог, а значит любом случае ей хана скоро придёт. Всё же не зря старался», — успела мелькнуть в голове мстительная мысль, так что, не смотря на поражение в бою, я вырубился с чувством выполненного долга.
