Айдол

Чимин уже не может дождаться концертов в Сеуле. Он так сильно скучает по сцене и по ощущениям, которые он получает, находясь там, что с каждым днём он становится всё раздражительнее. Отдаётся на репетициях на все двести, зная, что и это для него не предел. Выступления — единственный способ выплеснуть свои эмоции. Его глаза застилают капли пота, стекающего прямо с волос, а ноги горят, на них появляются все новые синяки и мозоли. Но Чимину мало даже этого, он хочет больше боли в мышцах и теле. Ему нужно заглушить одну боль другой. — Ладно, теперь точно хватит, — Хосок, все время наблюдавший со стороны, выключает музыку, когда больше не может видеть издевательства Пака над самим собой. Ноги Чимина дрожат, а дыхание сбито. Тем не менее, он игнорирует отсутствие музыки и продолжает репетировать связку даже после того, как Чон выключает запись. Хосок раздраженно выдыхает и сжимает свои руки в кулаки. Он терпеть не может, когда Пак ведёт себя подобным образом, потому что: а) это означает, что Чимина что-то тревожит, б) Паку становится плевать на все потребности организма и он зацикливается на идеальности. Идеальности выполненных движений, пропетых нот, внешнего вида. И вывести его из этого состояния нереально сложно. Да практически невозможно до тех пор, пока Пак не придёт в себя самостоятельно. — Я сказал хватит, Чимин, — повышает голос Хосок, подходя почти вплотную к Паку, который очень тяжело дышит. Чимин знает, что Хосок от него точно не отстанет, переживает, поэтому с большим нежеланием останавливается, тут же ощущая нереальную боль в ногах, и садится на тёплый пол. У Хосока сжимаются все внутренности, когда он видит истощённого друга, присаживается на корточки перед ним и аккуратно убирает мокрую чёлку с горящего лица. Также молча протягивает Чимину бутылку воды и полотенце, наблюдая за тем, как он постепенно приходит в себя. — Ты хочешь о чем-нибудь поговорить? Чимин поднимает свои затуманенные глаза на старшего, ему хочется сказать да, но он качает головой, тем самым говоря нет. Хосок принимает такой ответ, зная, что Чимин рано или поздно поговорит с ним. Так было всегда и так будет. — Мы собираемся через два часа, ты ведь с нами? Пак кивает и натянуто улыбается в ответ на улыбку Хосока. — Отлично. Тогда тебе лучше поторопиться. Хосок поднимается на ноги и, потрепав Пака по пепельным отросшим волосам, выходит из зала. Чимин слышит как хлопает дверь за Хосоком, и вымученно выдыхает, растирая лицо ладонями. Он сидит на месте ещё какое-то время, рассматривая своё же отражение в зеркале и с горечью понимая, что от прошлого Пака почти ничего не осталось. На него теперь смотрит незнакомец, который с каждым днём овладевает блондином всё больше.

***

Чжиын заканчивает с айс латте и ставит его на стойку прямо перед молчаливым Чимином. За последние пятнадцать минут она услышала от него только «привет» и «я потом подойду» брошенное мемберам. Всё остальное время он угрюмо сидел за стойкой в своей огромной чёрной толстовке, скрывая свое лицо под капюшоном и гипнотизируя поверхность перед ним. — Ты в порядке? — Чжи кидает на парня обеспокоенный взгляд, подмечает его синяки под глазами и понимает, что он наверняка почти не спал уже несколько суток. Чимин вместо ответа пожимает плечами и поднимает голову, чтобы посмотреть на Ли. На её лице отчетливо прослеживается беспокойство, ему жаль, что он заставляет её переживать снова. Он почти никогда не говорит ей о своих проблемах, оберегая от всех диких подробностей жизни айдолов. Боится признаться самому себе, что он не так представлял себе всё это раньше. — Да, просто плохо сплю последнее время, — Чимин заставляет себя улыбнуться в доказательство, и это помогает девушке немного успокоиться. — Извини за то, что тебе постоянно приходится закрываться из-за наших визитов. Ли хмурится от его слов: — Не говори глупостей. Я рада, что вы приходите ко мне. Чимин усмехается и легонько качает головой, хватаясь за свой стаканчик с кофе и медленно сползая с высокого барного стула. — Я бы не смог пить кофе где-то ещё, Чжи, — девушка гордо улыбается, — ты бы тогда убила меня. — Можешь даже не сомневаться в этом. — Поболтаешь с нами? — Может позже, у меня куча бумажек, — брюнетка указывает на огромную чёрную папку, и Пак понимающе кивает, благодарит подругу ещё раз и проходит через шторку к столику, за которым уже сидят Хосок, Юнги и Намджун. — Чжиын не посидит с нами? — сразу прилетает вопрос от Юнги, как только Пак садится с краю около него. — Ей нужно разобраться с накладными. Беседа между парнями плавно возобновляется сама собой. Но Чимин даже не слушает их, пропускает все слова мимо ушей и мысленно благодарит ребят за то, что они его понимают и не вытягивают из него слов. Он медленно пьёт свой латте и смотрит в одну точку всё время, но резко отмирает спустя минут двадцать, когда слышит звук колокольчика со стороны входа. — Мы закрыты, — отвлекается от бумаг Чжиын и вскидывает свои брови от удивления при виде Чонгука и Тэхёна. Эта ситуация ей определённо кое-что напоминает. Снова воскресенье и нарушившие традицию друзья. — Ты такая недружелюбная, — жалуется Ким, подходя ближе к стойке. — Не привыкла вас видеть так часто. Вы что здесь делаете? Чонгук подругу раскусывает сразу же, как только улавливает шлейф горько-сладкого аромата, который точно принадлежит не Чжиын. Чонгук почему-то в тайне рад. — У тебя кто-то есть? — подмечает Тэхён, улавливая мужские голоса со стороны. — Здесь Чимин с ребятами, — кивает брюнетка и натягивает улыбку, встречаясь взглядом с Чонгуком, — если с этим все в порядке, то садитесь, я сделаю вам кофе. Не считая участившегося сердцебиения младшего, у них и правда всё в порядке поэтому они усаживаются за стойку к Чжи и наблюдают за тем, как она готовит их напитки. Мысли Чонгука так же далеки от разговоров, как и мысли Чимина, который находится где угодно, но точно не принимает активное участие в беседе. — Чимин? — Пак от страха подпрыгивает на месте, когда его плеча касается тяжёлая ладонь Юнги. — А? — блондин ёрзает на диване, фокусируясь на парне, а затем начинает бегать потерянным взглядом по двум другим, останавливаясь на обеспокоенном Намджуне, чей лоб нахмурен. — Может мне или Хосоку все-таки переночевать у тебя? — Пак вновь переводит свой взгляд на ожидающего ответа Юнги и только лишь качает головой из стороны в сторону. — Все в порядке, ребят, вам не стоит беспокоиться. Я выпью снотворное и лягу спать. — Чимин, я могу попросить сделать изменения в моём расписании, вряд ли компания откажет, — Намджун чувствует себя плохо, зная, что оставляет Чимина одного. Но блондин держится стойко и лишний раз повторяет, что все нормально. Он опускает взгляд на допитый стакан кофе и поднимается вместе с ним, предупреждая, что он отойдёт за новой порцией. На деле же просто хочет убедиться: не галлюцинация ли голос Чонгука. Хосок просит его принести ему ещё одну кружку горячего шоколада посыпанного маршмеллоу. Чем бы суровые рэперы не тешились. Как только Пак выходит в зал, то замирает на месте, стоит ему услышать смех Чонгука, а затем и увидеть его профиль. Он смеётся, когда Чжиын что-то рассказывает, активно жестикулируя. — В конце концов, нас вместе с Чонгуком отправили к директору, а он нас — убирать класс от остатков еды, — продолжает Ли повествовать детские истории их славного дуэта Тэхёну, и все трое снова начинают смеяться. — Отправили нас, но убирался только я, — возмущается Чонгук, когда наконец смех стихает. Чжиын шипит на него в ответ и, словно чувствуя взгляд на себе, внезапно поворачивается к потерянному Чимину. И мгновенно теряется сама, но сразу берет себя в руки, натягивая нежную улыбку. — Ещё кофе? Чонгук и Тэхён поворачиваются следом. Чонгук осматривает парня с ног до головы, начиная с чёрных ботинок Челси, проходясь по его ногам, обтянутым черными брюками, и по скрытому под огромной толстовкой телу, наконец, останавливаясь на лице парня и красных глазах, под которыми мешки размером в галактики. — Ты в порядке? — у Чонгука это вырывается само по себе. Прошла всего лишь неделя с тех пор, как они виделись в последний раз, а за это время Чимин кажется скинул килограмм пять и забыл об отдыхе. Он не выряженный, как обычно, а, напротив, потерянный в этой толстовке. Даже после уверенного кивка блондина неизвестно кому, Чон не отворачивается, а продолжает сверлить парня взглядом. Но звук кофейной машины быстро отрезвляет его, и он отворачивается. — Садись, — подаёт голос Тэхён, намекая на свободный стул рядом с Чонгуком. Чимин подходит к стойке, оставляет на ней стакан и кружку и садится около младшего, даже не смотря в его сторону. Чжиын поглядывает на ребят из-за своей кофейной машины, стараясь контролировать ситуацию. — Добавь маршмеллоу в горячий шоколад, пожалуйста. Девушка улыбается и возвращается к работе, пока Тэхён поглядывает на Чимина. Ким прекрасно помнит их разговор с Чимином, но сейчас подмечает, что певец выглядит ещё грустнее, чем тогда. Наступившая тишина так давит на уши, что Чжиын заводит разговор первая, надеясь на то, что через пару секунд не произойдёт никакой очередной драмы. — У вас через неделю концерты в Сеуле? Чимин как-то удивлённо поднимает голову на подругу, словно спрашивая «ты это мне?», но быстро понимает, что больше и некому: — Эм…да…через неделю, — из-за долгого молчания его голос хриплый и не такой мягкий как прежде. — Ты следишь за их расписанием? — Чонгук вклинивается совершенно внезапно, когда ощущает какую-то обиду на подругу за такое предательство. Нет, подождите, это ведь не предательство. Чжиын не должна воевать с Чимином из-за упёртости Чонгука. — Не совсем, там плакат на улице где-то с месяц висит, — тут же отзывается девушка, но её грозный брошенный взгляд на парня несколько секунд спустя вновь тревожит. Чонгук сказал что-то не то? — Даже я знаю их расписание, — как бы между делом говорит Тэхён, получая очередной острый взгляд друга, кричащий о предательстве снова. — Не смотри так на меня. Эти плакаты повсюду. Дело не в плакатах. Все знают. — У тебя проблемы с нашими плакатами, Чонгук? — вдруг слышится усмешка Чимина, и все трое поворачиваются в его сторону. Чимин смотрит своими серыми глазами, и Чонгуку даже кажется, что эти серые линзы прижились к глазам Чимина как родные, потому что Чон почти не помнит, как на самом деле Пак выглядит с карим цветом. Игра в гляделки становится напряженной, и Ли вот-вот уронит кружку с приготовленным горячим шоколадом, снова проклиная свою экстравертность и желание пообщаться. Тэхён на этот раз слушает и смотрит с интересом, расползаясь по стойке, чтобы было лучше видно за широкими плечами Чонгука. — Это у них проблемы со мной. Повисает тишина длиной в самую долгую и напряжённую минуту, после которой все ждут взрыва, но Чонгук и Чимин начинают тихо, одновременно и беззлобно смеяться. Их голоса звучат так естественно вместе, что Чжиын на пару секунд впадает в ступор, проливая немного молока мимо стакана. Кажется, что за эту минуту какая-то совсем тонкая стена между ними всеми рушится. Вопрос только в том, действительно ли это не выдумки воображения. Но проходит ещё несколько секунд, и оба парня чувствуют себя не в своей тарелке снова. — Юмор у вас специфичный, — спасает ситуацию Тэхён, пока следит за тем, как девушка по ту сторону вытирает пролившееся молоко, а затем ставит на стойку латте со льдом, который сразу же забирает Чимин, и горячий шоколад, который он тоже аккуратно берет во вторую руку, намереваясь уходить. Однако, Хосок оказывается быстрее. — Хэй, ты не потерялся? — Я уже иду, просто встретил знакомых. Рэпер широко улыбается, когда замечает посторонних. — Я Хосок, — улыбается он и прищуривается, пытаясь разглядеть знакомые черты в их лицах. — Где-то я вас видел. — На вечеринке у Джина, — отвечает Чимин, подходя к парню и вручая ему кружку с горячим шоколадом. Озарение на лице Хосока появляется в тот же момент. — Ты ведь Тэхён, — тычит он на брюнета и заговорщически улыбается, — я точно знаю. Ким кивает в ответ и поражается такой яркой реакции Хосока на свою собственную персону. Рэпер ведёт взглядом к застывшему парню рядом с Тэхёном. — Это Чонгук, — помогает другу Чимин, когда видит его замешательство. Чонгук не реагирует, просто смотрит на Чимина, спрятавшегося в этой толстовке, и не может понять, что могло произойти за неделю, что он буквально превратился в ходячего мертвеца. Конечно, Чонгук утрирует. Все не так уж плохо, но очевидно не так и хорошо. Чонгук совсем пропускает часть, где Тэхён принимает приглашение Хосока посидеть с ними за их столиком, поэтому, оказываясь лицом к лицу Намджуна, почему-то чувствует отвращение ко всей этой тусовке. Чонгук с трудом понимает о чем говорят музыканты и Тэхён, который каким-то совершенно магическим образом ознакомлен с творчеством этой группы по полной программе, очевидно, что дело в Сокджине. Сокджин. Если бы было так легко понятно, что между этими двумя, Чонгук бы не парился, но его друг почти ничего не рассказывает, и каждый раз уходит от темы, что даёт Чону пищу для размышлений. Чонгук по-прежнему не участвует в активном разговоре, водит взглядом от Намджуна до Чимина, гадая почему они сидят не вместе, и иногда сталкивается взглядом с обоими. Зато Тэхён справляется хорошо, работает над налаживанием контактов с друзьями Джина, похвально. К счастью, спустя долгих пару часов время на телефоне Чонгука показывает, что им пора отсюда уходить. — Тэ, уже десять, — радостно сообщает Чонгук, поднимаясь со своего места. Все взгляды сразу же направляются на него. — Вы куда-то собираетесь? — спрашивает Хосок. — У них воскресная тусовка, — внезапно слышится насмешка Чжиын, которая вовремя появляется в комнате. — Традиционная. Хосок и Намджун тихо смеются, пока Чонгук приобнимает подругу, которая стоит, облокотившись о стену, за плечи и по-дружески целует её в макушку. — Не понимаю, почему ты всегда отказываешься от веселья, — подходит Тэхён к друзьям, а затем обращается к парням. — Может вы хотите с нами? — Мы не можем, — впервые подаёт голос Чимин и сразу пересекается взглядом с Чонгуком. Чонгук смотрит недолго, быстро отводит глаза, не в состоянии вынести какой-то отсутствующий взгляд Пака. Чонгук уже который день просыпается с мыслью, что сегодня разложит все по полочкам, переберет все воспоминания и чувства, и, наконец, поймёт, что же ему надо. Разберется в своей жизни и поставит чёткий план на будущее. Даст сам себе ответ на вопрос «Почему он, блять, оставил меня?» И перешагнет через все это. Скажет своему потревоженному сердцу забыть обо всём, что было прежде. Чонгук может пройти через это, он не маленький мальчик, он пережил столько всего ранее, что какие-то там проблемы с сердцебиением при виде одного человека, точно и рядом стоять не могут. Но Чимин не даёт покоя. Воспоминания о нём тоже. И Чон всё чаще начинает задумываться, что судьба просто хочет свести их вместе снова. Но, эй, судьба, как Чонгуку забыть о поцелуе, предательстве и об этих всё ещё ноющих чувствах, которые напоминают каждый раз о том, что Чимин, блять, больше, чем друг? Как бы того не хотел Чон, как бы этого не хотела вся эта ситуация, где Чонгук никто, а Чимин айдол, которому водиться с такими, как этот бедный паренёк, не положено, но там внутри что-то неумолимо просит продолжения этой истории. Отказывается принимать грустную концовку, в которой два близких человека так просто потеряли друг друга и предали все общие мечты. Чимин-то хоть главную свою мечту осуществил, а вот Чонгук забыл и про неё. Оставил на растерзание своего разума, что подкидывает красивые кадры из несбыточного успешного будущего, ну так, на сон грядущий. Когда они потеряли эту связь? Когда Чонгук решил, что Чимин не друг и даже не знакомый. Когда Чимин продался этому блестящему миру? Почему они не могут поговорить нормально и открыться друг другу спустя столько времени? Почему они оба проебываются снова и снова?

***

Чимин точно уверен, что эту ночь ему пережить будет нереально, но отчаянно надеется на лучшее, как только оказывается один на один в тёмной квартире. Он почти не спал уже двое суток, потому что у Намджуна, как и у Сокджина сейчас индивидуальное расписание, и эти два дня Чимин мог спать только с шести утра до девяти, когда Ким возвращался. Но сейчас Намджуну нужно улететь на два дня в Америку, а Чимин просто не знает как ему продержаться это время. Раньше его спасали снотворные, но сейчас, когда организм привык к ним, толку мало. Иногда спасает дикая усталость и алкоголь, а в остальное время рядом или Намджун, или Хосок, или Юнги, иногда и Джин, но Чимин не любит напрягать друзей и не хочет быть обузой. Поэтому сегодня он будет справляться с бутылкой дорогущего белого вина один на один. Казалось бы, напиться и лечь спать под шум начинающегося дождя и раскаты грома, что может быть проще. Но как только голова Чимина касается подушки, а глаза начинают закрываться от усталости, свет гаснет во всей квартире, а вспышка молнии за окном пугает парня до чёртиков. Пак чувствует нарастающую внутри панику, которая шепчет ему, что так просто он не отделается в этот раз.

***

Чонгук теряет связь с происходящим. Он словно по щелчку пальца очутился за барной стойкой в клубе, хотя последнее, что он помнит это взгляд Чимина. Чон так сильно погряз в своих мыслях, что на автомате заливал все стопки русской водки, которая адским пламенем выжигала его горло, на автомате общался с Тэхёном и барменом. Бурно обсуждать историю Мировых войн и к тому же вариться в котле воспоминаний и собственных рассуждений? Да запросто, язык Чонгука и его голова очень часто работали порознь. — Что-то мне кажется, что пора выпустить пар, — перекрикивает Чонгук музыку, обращаясь к Тэхёну, и одним кивком головы указывает на симпатичную брюнетку недалёко от них, которая вот уже минут двадцать стреляет глазками в Чонгука. Тэхён коварно улыбается и хлопает друга по спине, кидая вслед «удачи, братан, только давай не теряйся» Чонгук не планирует теряться, просто флиртует с красоткой, которая кажется красивее самой красивой женщины в мире из-за прекрасного жгучего напитка, выпитого ранее. Говорит ей что-то о её глазах, пока она улыбается и тоненькими пальчиками комкает его чёрную джинсовку. У неё очень притягательные пухлые губы, наверняка накаченные, но Чонгуку-то что с того, зато красиво. Длинные тёмные волосы заплетены в две длинные косы, которые берут начало с самой макушки, а ключицы выпирают из-под короткого белого сарафана. «Она же, наверное замёрзнет, нужно согреть» кричит сознание Чонгука и он, облизываясь, властно кладёт свои ладони ей на талию, притягивая к себе, и наклоняется для поцелуя, от которого она точно не собирается отказываться. Однако отказывается какой-то качок, её старший брат, как станет известно позже, нехило прописывая Чонгуку правым кулаком в лицо. Затем левым куда-то в ребра и, напоследок, в качестве бонуса отправляет в мир боли и Тэхёна, что прибежал спасать друга. Чон вообще-то научился отбиваться от дяди, и простить удар прямо в лицо Тэхёна не может, поэтому кидается с кулаками на невежу. А через пару минут оказывается сидящим на холодной мокрой ступеньке какого-то продуктового магазина, шипя от боли в рёбрах, притуплённой алкоголем, и рассматривая ссадину на лице друга. — Ну, кажется, я выпустил пар, — произносит Чонгук и они оба начинают смеяться. — Малышка оказалась сестрой боксёра, и как ты только нашёл такой клад? — продолжает Тэхён. — Она пожирала меня взглядом, — защищается Чонгук, — буквально намекала мне, что хочет продолжения у неё в квартире. — Или в квартире её брата. Они снова взрываются смехом на всю полупустую улицу, где на них никто не обращает внимания, но Чонгука отвлекает звук входящего вызова. Он шарится по карманам своей джинсовой куртки, пока не находит уже замолчавший телефон, на котором он видит два пропущенных вызова и шесть непрочитанных смс. — Кто звонил? — интересуется Тэхён, а Чонгук как-то подозрительно смотрит в экран, на котором вновь высвечивается входящий вызов от контакта под именем Джей Эм. Чон принимает вызов. — Чонгук? — голос Чимина совершенно тихий, он тяжело дышит в трубку, будто бы ему тяжело это даётся. У Чонгука плохое предчувствие. — Алло, Чонгук? Ты здесь? — Я здесь. Что ты хотел? «У меня нет времени для бывших друзей» — мелькает в голове. — Я не могу спать. Я один, Чонгук, мож… Чонгук не дослушивает, быстро, насколько это возможно в его пьяном состоянии, поднимается со ступеньки, получая удивлённый взгляд друга. — Напиши мне адрес, я сейчас приеду, — сбрасывает вызов и через пару секунд получает новую смску с адресом. — Это был Чимин? — Тэхён встревоженно поднимается вслед за другом, заглядывая к нему в экран. — Да, мне срочно нужно к нему. Ты ведь доедешь сам? — Это рядом с квартирой Джина, здесь минут пятнадцать езды. Я могу проехать с тобой, потом поеду домой. Чонгук кивает, чувствуя как страх за состояние Чимина расползается по всему ему телу, а Тэхён очень быстро вызывает такси.

***

Тэхён отмахивается от денег, которые Чонгук настойчиво пытается в суматохе всучить ему за такси, закрывает дверь перед его носом и, уже не сдерживаясь, матом отправляет Чонгука за ворота высокоэтажного здания. Чон быстро минует ворота и бежит ко входу, не успевая осматривать окрестности во-первых из-за спешки, а во-вторых из-за ужасного ливня, как вдруг тормозит, когда видит Чимина, сидящего хоть и под крышей, но на асфальте. Он сидит в той же чёрной толстовке, упершись локтями в колени, смотрит вниз и трясётся то ли от истерики, охватившей его полчаса назад, то ли от холода. Чонгук тихо подходит, боясь напугать громкими шагами, и присаживается прямо перед парнем, хватаясь за его колени, чтобы не упасть после своей тусов-потрясной-традиционной-воскресной-ки. Чимин всё же слегка пугается, когда чувствует как холодные и мокрые ладони касаются его через одежду, но тут же успокаивается, как только узнает Чонгука. Его тело расслабляется, и Пак поднимает свою голову, пронзая Чонгука тревожным и уставшим взглядом. — Эй, давай поднимайся. Я здесь, — голос Чонгука тихий, спокойный, и Чиминово сердце в ответ сразу же возвращает себе привычный ритм. — Что с твоим лицом? Чимин ловит пусанские флэшбеки, когда вид такого Чонгука был делом непривычным, но частым. — Убегал от твоих фанаток, — выпускает смешок Чонгук и подаёт руку Чимину. Они поднимаются в квартиру пешком, потому что лифт не работает, молча, смотрят в разные стороны потому что как бы все равно неловко, Чонгука немного пошатывает, Чимина, выпившего полбутылки вина, не то что бы. В квартире тёмно, поэтому Пак освещает путь телефонным фонариком. — Я сейчас принесу тебе чистые вещи и помогу обработать твоё лицо, — начинает разговор Чимин и, не дожидаясь никакого ответа со стороны Чонгука, исчезает в какой-то комнате. Чонгуку не видно ничего, кроме окна в пол на всю гостиною, по которому стекают капли дождя. Чонгук оставляет кроссовки и джинсовку в коридоре, медленно проходит внутрь комнаты, когда возвращается Чимин со стопкой чистой одежды. — А где Намджун? — вдруг спрашивает Чонгук и слышит мощный раскат грома за окном. Чимин протягивает брюнету вещи, которые тот послушно, как болванчик, берет. — У него индивидуальное расписание на этой неделе, — Чонгук выдаёт усмешку, — что смешного? — Твой парень мог найти какой-то выход. Он же наверняка знает о топофобии. Чимин в темноте поднимает голову на Чонгука. — Мой парень? — Мне звать его по имени? — Что? — Я говорю о том, что Намджун мог найти выход, чтобы не оставлять тебя. Чонгук бы точно нашёл. Может за него говорит алкоголь, но он бы нашёл. — Подожди, что? — Чимин хмурится, кажется, до него медленно доходит смысл. — Ладно, это ваши проблемы, — сдаётся Чонгук. — Чонгук, подожди, — Чимин вдруг начинает улыбаться, — я не встречаюсь с Намджуном. — Что? Что? — Намджун не мой парень, Чонгук. Откуда ты это взял? Чонгук теряет дар речи, ощущая кучу непонятных эмоций внутри, начиная от удивления и шока, заканчивая облегчением. — Но вы живёте вместе. — Нет. Он часто ночует у меня, чтобы я мог спать. Иногда это Хосок или Юнги, — Чимин почему-то улыбается, глядя на удивленное лицо Чонгука. — Подожди, ты поэтому Намджуна взглядом пытаешься убить каждый раз? Чонгук вдруг чувствует себя абсолютным идиотом, которой так легко повелся на поводу у слухов и Джексона. Джексон, какой же ты мерзавец. В голове всплывает образ Вана и его хитрая, ехидная улыбка. — Эм… нет. Просто нам не о чем с ним говорить, ты же сам знаешь. — Боже, ты думал, что я встречаюсь с Намджуном, — Чимин начинает звонко смеяться, заставляя улыбаться и самого Чона. — Ауч, — разбитая губа тут же даёт о себе знать, и Чимин хватает Чонгука за руку, отчего у того падают вещи на пол, и затаскивает в ванную. — Идём. Нужно найти антисептик. Он оставляет Чонгука стоять прислонившись, кажется, к стиральной машине, пока сам пытается найти что-то для обработки царапин в шкафчике, который, только лишь по счастливой случайности, висит как раз за спиной Чонгука. — Так это твоя квартира? — начинает Чонгук неестественно тихим голосом, чувствуя как его ноги касается нога блондина. — Ага. Я живу здесь один. Юнги не мой парень. Хосок тоже. Джин, ну ты сам знаешь. — Да как-то без разницы, — прикусывает губу Чонгук, чувствуя как уголки его губ растягиваются в небольшой улыбке. — Я так сразу и подумал после недельного игнора из-за Намджуна. — Ну да, я мог сразу догадаться, что Намджун не твой типаж. — Кто сказал? — издевается Чимин, чувствуя как алкоголь развязывает ему не только язык, но и его тело. Он пытается разглядеть название каких-то бутыльков из-за чего приходится почти вплотную прижиматься к Чонгуку, из-за широких плеч которого достать половину средств не представляется возможным. Но Чимин старается делать всё, чтобы не просить парня уйти в сторону, даже если при этом приходится придвигаться всё ближе и ближе к Чонгуку. Как будто кому-то из них двоих от этой близости может быть плохо. Секунда за секундой, и поиски хлоргексидина в аптечке как-то в один миг становятся немного опасными, как только до уха Чонгука доносятся тяжелые, томные вздохи Чимина, пытающегося достать что-то с верхней полки. Их обоих в секунду обжигает пропитанным алкоголем дыханием, никто не уверен от кого несёт больше. Но оба понимают, что в принципе спихнуть всё на затуманенное процентами спирта сознание будет неплохим таким вариантом. В Чонгуке стопок так он-не-считал русской водки, а в Чимине полбутылки дорогущего вина. Они прекрасно знают, что полбутылки для Чимина это словно капелька и ни в одном глазу, но тут другое обстоятельство — стресс, недосып. Да он вообще не понимает, что делает. Шея Чимина слишком близко к лицу Чонгука, которому вышибает и память, и мозги, может эффект водки, а может сотрясение от удара боксёра. Дежавю. Воздух накаляется стоит только Паку вздрогнуть и остановить поиски в тот же момент, как только младший аккуратно проводит своим носом вдоль чиминовой шеи, обжигая кожу дыханием и заставляя все внутри Чимина перекрутиться, а сердце замереть. Чонгук дышит шумно, глубоко, опускает свои ладони на талию блондина, ощущая сквозь толстовку тепло его тела, тянет парня на себя. Они видят только очертания друг друга в кромешной темноте и слышат только тяжёлые вздохи друг друга. Дрожь охватывает тело Чонгука стоит Чимину медленно провести снизу вверх по его бицепсам своими пальчиками по разгоряченной коже. — Чонгук, нужно обработать царапины, — шепчет Пак, оказываясь прижатым ещё ближе к телу брюнета. Чимин вообще забывает, как дышать и что такое воздух, когда младший резко наклоняется ближе, касаясь своей щекой щеки Чимина, Пак готов поклясться всем, что у него есть, что чувствует почти невесомый поцелуй на своей коже и капельку пота, стекающую по его спине. Он медленно, аккуратно забирается своими руками под майку Чонгука, но замирает. Включается свет в гостиной. Чимин медлит отстраняться, глядя в затуманенные карие напротив. Чонгук, переборов себя, закрывает глаза, а, когда открывает снова, отшатывается, понимая, что сделал. — Так ты нашёл что-нибудь? — откашливается младший, отходя подальше от стиральной машинки. Чимин долго и пронзительно смотрит на Чонгука, И явно чувствует разочарование в неслучившимся. — Я забыл, что хлоргексидин у меня в комнате. Сейчас принесу. Чимин закрывает глаза, приводит в порядок своё дыхание и выходит из ванной. Чонгук смотрит в зеркальный потолок, в котором видит своё отражение, и понимает, что попался на удочку Пак Чимина.