Не время для призраков

- Ветерок?! - Ну да, да, собственной персоной! Ужасно выглядишь, дружище. Хорошо же, что мы разминулись, иначе, наверное, я б тоже выглядел также... Эй, чего ты разлегся? Вставай, мышеголовый, или ты поспать на поле боя решил? - черный кот грубовато вздергивает его за шкирку и тащит куда-то прочь из лагеря. Лавирует между сражающимися, и в полутьме сумерек ему удается остаться незамеченным - коты увлечены сражением. Львиносвет, с трудом пытаясь остаться в сознании, замирает, чтобы облегчить коту ношу. Он уже не удивлен - золотистый научился адаптироваться быстрее. Ветерок вытаскивает его через дыру в ежевичной стене, окружающей лагерь. Тащит достаточно долго, даже не устав - отощавший Львиносвет теперь весит не много. Хвост задевает за ветви, лапы беспомощно скребут по жесткой земле, пару раз его бесцеремонно стукают о каменные стены. Наконец воителя опускают на холодный каменный пол, и золотистый открывает глаза. Полутьма. Вода... - Туннели?! Ты принес меня... в туннели?! - хрипит он, пытаясь подняться, и в конце концов ему удается сесть. Ветерок ухмыляется. Выглядит воин Ветра куда лучше - лоснящаяся черная шерсть, упругие мускулы под шкурой. Кот определенно не голодал. - Ну да. Здесь безопасно. - Но я должен... помочь племени... - Что? Ну, я знал, что ты напыщенный гордец, но чтоб настолько... Ты надеешься помочь племени в таком состоянии? - Ветерок остался в своем репертуаре. А вот сам Львиносвет очень изменился... - Тогда помоги ты... - Не стоит. Им уже помогли. Вранозвезд привел племя Ветра на помощь. - Ты... ты попросил его? - Нет. Я встретил их вместе с Пеплогривкой, Верескоглазкой и Листвичкой. Они нас с тобой искали. - Как странно... Такой... необычный отряд. - Ну да. Звездное племя попросило их найти нас. Мол, нас надо остановить... - Ветерок скептически фыркает, и тут Львиносвет морщится, когти его впиваются в землю, а глаза вспыхивают злобой и ненавистью. - Что такое? - Ничего. - золотистый кот качает головой. "Как они посмели вмешиваться в мою жизнь после того... После того, что натворили?!" Он запрокидывает голову, борясь с подступающей яростью, и Ветерок подходит ближе, внимательно глядя на него. Но молчит. Он все понимает... Понимает, что Львиносвету пришлось куда хуже, чем ему. Золотистый качает головой, прогоняя эмоции, и снова смотрит на воина Ветра безэмоциональным взглядом. - Где же ты был все это время? Я... меня тогда сбили с лап, я потерял сознание... А потом очнулся в пещере, нашел Горных котов... но где был ты? - Значит, ты не думал, что это я мог напасть на тебя? - черный сощуривает желтые глаза. Он не показывает своего любопытства, спрашивая равнодушным тоном, хотя в душе он волнуется. За все время своего одиночного скитания кот много размышлял о том, что делал эти последние луны. Он размышлял о поступках отца, матери, Листвички, и своих сводных братьев и сестры. Больше всего он думал о Львиносвете. Как только они начали это путешествие, Ветерок только и делал, что притворялся. Он с трудом удерживал себя оттого, чтобы не наброситься на спутника и перегрызть ему горло. Но золотистый был нужен ему - он лучше знал Остролистую, да и сильный воин в таком сложном деле не помешает. Но судьба поступила иронично. С каждым днем Ветерок все лучше понимал сводного брата, и уже наслаждался этим совместным путешествием, ворча лишь для виду... Пока их пути не разошлись. - Думал... - Львиносвет отвечает честно. - Но потом я встретил Эрато. Я так понимаю, ты уже знаешь, кем оказалась эта... эта кошка? Она рассказала мне все... Все о своих планах. Это она обманула нас, разобщила нас. Хитрая она, тут не поспоришь. Эрато уже хотела убить меня... но тут меня нашли они... Погоди. Ты уходишь от разговора? Сперва ты должен рассказать мне все. - Хорошо, я расскажу. Но после того, как приведу тебя в порядок. В таком виде ты не доживешь до окончания моего рассказа. Подожди меня здесь... Я быстро! - черный поднимается и направляется к выходу, светлым пятном сверкающим неподалеку. Он оборачивается, бросая взгляд на Грозового кота, бессильно лежащем на холодном полу.- Не смей умереть, слышишь, ты?.. - а потом все перед глазами Львиносвета гаснет, но он успевает кивнуть. *** Ветерок вернулся с охапкой паутины, мха и пучком незнакомых трав в пасти. Подойдя к золотистому, он свалил все это на пол и принялся деловито обматывать паутиной раны кота. Он не дрогнул, даже когда ему пришлось коснуться оголенной кожи на боках. Львиносвет лежал, не шевелясь - он был без сознания, что к лучшему. Боль от лечения могла добить его. Закочив с паутиной, кот отошел и стал глядеть, как алые пятна проступают на белом полотне. Покачав головой, он осторожно снял паутину. "А я ничего не напутал? Кажется, сначала надо нажевать ноготки и наложить на раны... Вот мышиный помет! Какой из меня целитель?" Зло сплюнув, черный воин принялся жевать ноготки, морщась и периодично витиевато ругаясь. Потом он размазал кашицу по ранам и снова замотал их остатками паутины. "Кажется, все правильно. Ну, этого хватит." Закончив, Ветерок зачерпнул пластом мха воды из подземной реки и щедро облил ею золотистого. Тот вскочил с возмущенным воплем, испуганно прижав уши, чем вызвал незлобный смех черного напарника. - Эй! Обязательно было так делать? - Зато ты наконец встал на лапы. Сядь, почувствуй - как, лучше стало? Львиносвет послушно сел, ежась от холодной воды. Помолчал, пытаясь понять, что чувствует. - Хм... По крайней мере, теперь мне не хочется умереть. - серьезно ответил он, снимая с шерсти приставший комочек мха. - Вот и славненько. Потом вообще кайф будет - я прирожденный целитель. Так... на чем мы остановились? - Чем ты занимался... - Да. Устраивайся поудобней и слушай... - черный воин понизил голос до глубокого, умиротворяющего шепота, и уютно лег на принесенную кучу мха, поманив хвостом напарника. Тот осторожно подошел и приткнулся рядом, увернувшись от шутливого шлепка Ветерка, когда коснулся егохолодным мокрым боком. - Ну, я начинаю... Тогда ты задумался, а потом понял, что я куда-то пропал, верно? Так вот, я же тогда шел впереди и тоже погрузился в раздумья. Да, это было нашей серьезной ошибкой... Ко мне кто-то подкрался сбоку, оттащил с тропы и оглушил также, как тебя. Очнулся я в пещере, довольно далеко от того места, где мы с тобой остановились. Ну конечно, я не понимал, что произошло, кто и зачем это сделал. Потом я, как и ты, стал подозревать тебя, но вскоре отбросил эту мысль. Ты казался мне слишком правильным, чтобы сделать такое. И... это было не в твоем стиле - ты же всегда идешь на пролом, как мышеголовый... - Ветерок ухмыльнулся, получив тычок от Львиносвета. - Так вот. Я пытался найти тебя, но был совершенно дезориентирован. Я никогда не был в этом месте. Пещеры, маленький водопад рядом, провалы, голые пространства без единого деревца и вечная угроза с неба... Впрочем, прокормить я себя мог - Горные коты же учили нас. Я пробыл там довольно долго, скитаясь и пытаясь найти клан Падающей воды... Но я лишь больше заблудился. Наконец я отчаялся найти тебя или клан, и решил искать выход - я хотел уйти из этих опостылевших гор, спустится на равнину, а потом снова начать путь оттуда, откуда мы с тобой достигли гор. В конце концов я выбрался оттуда, и решил провести несколько дней на равнине - так сказать, отдохнуть и набраться сил, нормально поохотиться, в конце концов. Я провел на равнине дня два, а когда собирался снова пуститься в горы, и случилось самое интересное. Я встретил черного крупного кота, который назвался Гримом... Он сказал мне, что он из горного клана. Я спросил, видел ли он крупного золотистого кота, не похожего по теслосложению на горных, на что он ответил, будто видел, и видел в клане Падающей воды! Конечно, я спросил, с какой целью ты пришел в клан... Грим сказал правду. А еще он молол кучу всякой непонятной чепухи... - Погоди! Что, что сказал тебе Грим? - Я же говорю, кучу всякой непонятной... - Да нет же! Этот кот был очень умен, понимаешь? Все, что он сказал - неспроста. Так что за чепуха? - Ну... - Ветерок задумчиво поскреб когтями мох, собираясь с мыслями и вороша в голове давно прошедшие события. - Что-то о притворстве... Он говорил, что мы с тобой помогли ему освободить Сумрачных котов... что это ему было надо из-за старинного договора, заключенного много лет назад... Он говорил, что Высший Совет знает о том договоре, знает и о пророчестве, которое было произнесено задолго до... нашего рождения... - он и сам не заметил, что картины произошедшего услужливо выплывали из глубин памяти, и вспомнил он речь Грима без труда. - Грим говорил, что пророчество это обладает ужасной, разрушающей силой, и что Совет любой ценой захочет остановить нас... Что пошлет отборного бойца, возрастом равного Гриму, чтобы остановить это... А еще он сказал, что Эрато опоздала. И что ты уже попросил его освободить Остролистую... а вслед за ней освободились и остальные Сумрачные коты. - черный помолчал, опустив глаза. - Он говорил что-то еще, но больше я ничего не помню. - Но зачем? Зачем он сказал все это тебе? - Я знал, что ты спросишь. Грим смеялся, рассказывая все это. Последнее, что я запомнил - "Я вижу тех, кто умрет. Я сам скоро погибну, и мне надо рассказать все это хоть кому-то. Нет больше смысла в секретах и тайнах. А еще я вижу клеймо смерти на вашей черной подружке." - Ветерок пристально посмотрел ему в глаза, и Львиносвет понял, о чем думает друг, и от этой мысли ему захотелось взвыть. "Все было предрешено до нас. Но на этот раз не Звездным племенем. Наши действия не имели никакого смысла, а наши решения - никакой важности. Даже наша цель - спасти Остролистую, заключалась лишь в том, чтобы помочь Гриму освободить Сумрачных котов. Мы - лишь игрушки в лапах высших сил, и были ими с рождения." Воцарилось молчание. Каждый обдумывал речь Грима, и все кусочки мозаики складывались в одно целое. - Вот зачем я перенес все это... Всю эту боль и унижение. Чтобы угодить им! - Львиносвет вскочил на лапы, размахнулся, прополосовав когтями подстилку и стиснув зубы в бессильной ярости. Он понял это только сейчас, потому что до этого, в плену, он не мог думать так целостно и дотошно. А теперь Ветерок помог ему понять, к чему все это было. - А знаешь, что? - тихо проговорил Львиносвет, поворачиваясь к напарнику. - Мы можем сделать то последнее, что зависит только от нас. - Я понимаю, о чем ты. Мы должны убить Остролистую.