Another vision

Эм Кей уже с четверть часа смотрелась в начищенный до зеркального блеска поднос. Она себя начинала чувствовать первоклассницей, готовящейся к своей первой рождественской дискотеке. Платье, сшитое Годецией, подошло бы скорее исполнительнице роли Офелии в театральной постановке – кто-то явно в детстве не наигрался в куклы. Странный тускло-серый материал облегал талию Эм Кей слишком плотно, прямоугольный вырез на груди был слишком откровенным, а юбки – слишком летящими и длинными, чтобы ей было удобно. Но Годеция и Роуб заявили, что если она не будет носить это платье, то ей придётся ходить голой. Определённо, такое платье было лучше, чем ничего. И, конечно, это всё же было практичнее, чем платье из цветов. Эм Кей, задумавшись, вновь вспомнила отвратительные руки стражников на своём теле. Её передёрнуло. Сейчас Эм Кей была вынуждена целыми днями сновать по небольшому жилищу Роуба и Годеции. Но когда-нибудь ей вновь придётся встретиться с тем толстяком и его приятелями. Нехорошее предчувствие говорило Эм Кей, что это могло произойти достаточно скоро. Как выяснилось, скорее, чем ей бы того хотелось. – Собирайся, барышня, – с ходу кинул вернувшийся раньше обычного Роуб. – Пришла весть с границы – у лифменов объявился вожак. Король Мандрейк не хочет откладывать новый поход. - Но причём здесь я? – Эм Кей наконец отложила поднос, глядя на Роуба, который достал какой-то ящик и вывалил его содержимое на пол. Чего там только не было: ножи, топорики с начавшими ржаветь лезвиями, стрелы, небольшие кинжалы, даже какие-то обломки, в которых Эм Кей не без труда распознала остатки доспехов. - Ведь я у вас в плену. – Хм, – Роуб оторвался от созерцания кучи оружия и оглядел новый наряд Эм Кей. – Я хотел сказать… да, ты в плену, правильно. Но мы с Годецией обязаны участвовать в походе. Полетишь с нами, спрячешься где-нибудь, когда мы будем воевать. – Где я буду прятаться? – Эм Кей не удержалась от нервного смешка. – Почему я не могу остаться здесь? Я никуда не уйду! – Потому что нельзя. Потому что мы с Годецией вошли в отряд, возглавляемый лично королём. А помогать повелителю будет генерал Брифорт, который точно заметит твоё отсутствие. Ничего не поделать, барышня. – Генерал?.. – Да, – Роуб тихо вздохнул. – Теперь – да. Пойми, барышня, выбирать-то толком и не из кого. А Брифорт… он, конечно, тот ещё паршивец, но голова на плечах у него есть. Он многому научился у Дагды, королевского сынка. И дерётся он неплохо. Лучше, чем Дагда. Он был довольно медлительным, и довольно туго соображал. А в бою, оно ведь как: кто быстрее спохватился, тот и выиграл. Ты знаешь, – Роуб резко сменил тон, уставившись на Эм Кей серьёзно и прямо, – возможно, ты могла бы драться вместе с нами. – Драться? С лифменами?.. – Ну да. Против любого солдата ты, конечно, что пустое место, но вот подрезать колибри – это ты могла бы. – Вы предлагаете мне убить колибри?.. – Да! Ты не представляешь, как они беспомощны без своих птиц. Они хранят все свои колчаны и запасное оружие на птицах. Нет птицы – нет оружия. Первый колчан обычно быстро пустеет. – Нет, – твёрдо сказала Эм Кей. – Я не буду никого убивать. Это – неправильно. Нельзя разрешать конфликты насилием, а значит… – Ты мне тут умными словами-то не бросайся, барышня, – грубовато перебил её Роуб. Сидящая в углу Годеция оторвалась от какого-то свитка и подняла голову. – Не хочешь убивать колибри – не убивай. Но если ты примешь Посвящение, тебе придётся убить хоть своих родителей, если этого прикажет король. И ничего ты с этим не поделаешь. Эм Кей сочла разумным промолчать. Роуб больше не разговаривал с ней, только молча вручил кинжал из своих запасов. Девушка чувствовала, что Роуба задели её слова. Он обиделся. Ящерица помогла жабу убрать оружие, и троица покинула пещеры – сбор отряда был назначен у одного из выходов, на поверхности. Роуб и Годеция шептались, а Эм Кей шла сзади, на почтительном расстоянии, чувствуя, что в этом разговоре она была бы лишней. За время, которое ушло на то, чтобы дойти до выхода, у Эм Кей была неоднократная возможность свернуть в один из боковых проходов, но девушка не стала рисковать. Общество стражников было гарантией её относительной безопасности, а кто знает, с кем она могла бы встретиться, почти вслепую блуждая по чужим бесконечным лабиринтам. Когда они вышли на улицу, было около шести часов вечера. Небо закрывала непроницаемая серая завеса, над видневшимся в отдалении лесом зависло темнеющее грозовое облако. Сладковатый запах гниения обострился. Он был таким тёплым и густым, что у Эм Кей сразу же начала кружиться голова. На месте сбора стояло около двух десятков поганцев. Кто-то поправлял поножи, кто-то негромко переговаривался или, как король, хмуро смотрел на лес. В воздухе царила почти осязаемая подавленность. – Вы опоздали, – холодно уронил Мандрейк. На его плече до сих пор была повязка. Посох он держал в левой руке. Поганцы, будто повинуясь невысказанному приказу, начали строиться. Эм Кей, Роуб и Годеция оказались с самого края. Девушка опять почувствовала себя лишней. – Просим прощения, повелитель, – кротко сказала Годеция, склонив голову. – Этого больше не повторится. Мандрейк резко повернулся, видимо, разозлённый словами ящерицы, затем он заметил Эм Кей. Его взгляд задержался на вырезе платья. Эм Кей машинально обхватила себя за плечи, чувствуя, что её лицо начинает гореть. Перевязь от кинжала слишком сильно впивалась в кожу, платье было слишком узким, а погода – слишком душной. Мандрейк перевёл взгляд на Годецию. – Очень хорошо, – рассеянно протянул король. Он неторопливо пошёл вдоль строя своих солдат, заглядывая каждому в лицо. – Как вы знаете, у наших врагов появился новый лидер. Наша глобальная задача – спровоцировать его, заставить показать свои силы. Миссия на сегодняшний день – уничтожить форпост в старом дубе у реки. Справимся – тогда новая граница будет пролегать ближе к Лунной Гавани. Мы увеличиваем подконтрольную нам территорию и постепенно сжимаем вокруг них кольцо, – Мандрейк отвернулся, устремив задумчивый взгляд на лес. – Итак, форпост. Проникнуть внутрь, вырезать всех, уничтожить дуб. Вопросы? – У меня, мой король, – послышался справа от Эм Кей голос Брифорта, заглушённый костяным шлемом. – Почему здесь присутствует шпион?