When We're Both Thirty (Когда Нам Обоим Будет По 30)

— Он ушел с концами, я просто уверен в этом, — стонет Джерард. — Может, ты расслабишься? — говорит Фрэнк с таким видом, будто готов дать Джерарду пощечину. Скорее всего, так оно и есть. Ему для этого просто нужна хорошая причина. — Ты достаточно хорошо знаешь Майки, чтобы понимать, что его слова «Я просто сбегаю за кофе» означают что-то вроде «Я оставляю вас вдвоем, чтобы вы сорвали друг с друга одежду». И вот теперь я сказал это и думаю, что именного этого ты и хочешь. — О, не мог бы ты прекратить? — ворчит Фрэнк, поворачивая лицо в другую сторону. Джерарду кажется, что это только для того, чтобы скрыть тот факт, что он покраснел. Джерард видит, как кончики его ушей приобретают красноватый оттенок, так что это в значительной степени подтвержденный факт. — Не буду, — говорит Джерард, — ты ведь хотел, чтобы я поцеловал тебя вчера вечером. — Нет, я не хотел, — отвечает Фрэнк. — Ты точно хотел. Я тебе нравлюсь и даже не в чисто эстетическом смысле, как ты утверждаешь. Я тебе действительно нравлюсь. Ты любишь меня так же, как я люблю Дэвида Боуи. — Серьезно? Джерард, не льсти себе. Никто никогда не сможет полюбить тебя так, как Дэвида Боуи. Он — Бог, а ты…. Ты странный человек без карьеры и друзей, — продолжает говорить Фрэнк, по-прежнему не глядя на Джерарда. — Хватаешься за соломинку, да? Ты можешь перестать притворяться. Я не такой глупый, и ты знаешь это. — Джерард, а кто из нас каждый год в старших классах получал по математике меньше тройки? — Это несправедливо. Я получил три с плюсом однажды. — Ого, ничего себе. Аплодисменты парню, который почти не смог закончить школу, потому что не знает разницы между числителем и знаменателем. Джерард закатывает глаза: — Как будто кого-то волнует, что сверху, а что снизу. — Мне не все равно, кто сверху, — пожимает плечами Фрэнк. — Это совсем не то, о чем я говорил, — говорит Джерард, морщась. — Но мне все еще не все равно, — отвечает Фрэнк. — Ты отвратителен. — Так почему же я тебе нравлюсь, если я такой отвратительный? — Я не из тех, кому ты нравишься, Фрэнк. А вот ты из тех, кто возбуждается, когда его целуют враги детства. — Это…. Я, это… — Фрэнк прерывается, — это не считается. — Почему нет? — Просто не считается! Джерард усмехается: — Ты так хочешь оскорбить меня, но как только ты поцеловал меня, это тебя завело. Ты такой гребаный лицемер! Ты даже не можешь признаться, что тебя влечет ко мне. Ты жалок. — Вовсе нет! А вот ты, Джерард, да. Вчера вечером ты не выглядел таким уж расстроенным. Давай не будем забывать, кто кому язык в рот засунул. — Я доказывал свою точку зрения. — Единственное, что ты доказал, это то, что я тебе нравлюсь! — кричит Фрэнк, глядя на Джерарда уже с удивлением. Теперь на его лице розовеет совсем другой румянец. Прямо сейчас он выглядит так, будто может стать Халком в любой момент. — Ты серьезно ошибаешься, если на самом деле думаешь, что нравишься мне, основываясь на том факте, что я доказывал свою точку зрения. — Я бы отправил тебя к черту, но они обойдутся с тобой слишком хорошо, учитывая то, какой ты говнюк. — Повзрослей, — говорит Джерард, закатывая глаза. — Я просто… — начинает Фрэнк, но замолкает, когда язык ему изменяет, — даже смотреть на тебя сейчас не хочу. — Именно это я и чувствую, когда нахожусь рядом с тобой. — Отвали, — стонет Фрэнк, разворачиваясь и направляясь к двери в конце коридора. Джерард предполагает, что это спальня Фрэнка, хотя изнутри он никогда ее не видел. Честно говоря, ему очень любопытно. Раздается звук захлопывающейся двери, и когда Джерард смотрит в коридор, то видит, что Фрэнк ушел, и дверь, которая, как он предполагал, вела в его спальню, закрыта. Джерард вздыхает и оглядывает кухню, чтобы понять, что он может изучить. Часть его хочет закидать квартиру Фрэнка банановой кожурой, в то время как другая его половина вроде как хочет трахнуть Фрэнка, прижав его к стене. Его ум — очень противоречивая штука. Джерард оглядывает кухонный стол и видит телефон Фрэнка. Рядом лежит бумажник, и теперь он не уверен, что из этого ему хочется изучить больше. Джерард снова оглядывается на дверь, убеждается, что Фрэнк не должен выйти в ближайшее время, потому что не слышит никаких звуков. В первую очередь рука Уэя тянется к телефону. Как и ожидал Джерард, телефон защищен паролем. После попытки ввести год его рождения и выпуска из школы Джерард решает, что он, вероятно, не сможет угадать пароль, поэтому кладет телефон обратно. Затем Джерард берет бумажник. Он останавливает себя от кражи наличных, потому что он не такой человек. Он хочет быть таким человеком, чтобы заплатить за такси домой, но у Фрэнка все равно нет достаточно денег. У него есть шесть долларов и дисконтная карта какой-то кофейни, но Джерард не знает, где находится кофейня, поэтому решает не брать и ее. Джерард не совсем уверен, что ожидает найти в бумажнике Фрэнка. Кредитные карточки? Презерватив? Секретную карту, раскрывающую местонахождение затерянного города Атлантиды? Джерард не знает. Но знает, что ему не терпится найти компромат на Фрэнка. Все, что он смог бы использовать. Может быть, он ищет что-то такое, что будет ему настолько противно, что он потеряет всякое влечение к Фрэнку. Это было бы идеально, но не кажется, что у Фрэнка есть признание в том, что он убийца, спрятанное в складках его бумажника. То, что Джерард в конце концов находит, совсем не то, что он ожидал. Это две вещи. И ни одну из них он никак не ожидал здесь увидеть. Первое, что бросается в глаза Джерарду, — это он сам. Это его лицо. Лицо Джерарда. Лицо, которое принадлежит Джерарду, которое непосредственно связано с его лбом и шеей. Лицо, которое прямо сейчас смотрит на эту фотографию самого себя в его руках. Это очень старое фото. Джерард, возможно, не похож на себя шестилетнего, но это все еще он. Это лицо все еще принадлежит ему. Джерард очень долго не может поверить в то, что это находится в бумажнике Фрэнка. Его фото в бумажнике Фрэнка. Фотография его и Фрэнка, если быть точным, но сторона Фрэнка немного потрепана, и Джерард, кажется, больше является фокусом этого фото. Это немного пугает его. Затем Джерард видит еще одну фотографию. На этой Джерарда нет, но она очень красивая. Уэй почти теряет дар речи. Он видит Фрэнка и другого парня, симпатичного парня, который, по сравнению с Айеро, выглядит как собачий бисквит. У Фрэнка примерно девяносто девять процентов шансов быть более привлекательным, чем все, с кем он встречается. Так что неудивительно, что он красивее, чем парень рядом с ним. Парень рядом с Фрэнком похож, Джерард сам не знает, почему, на ребят, которые играют в музыкальных театрах. Но то, как этот парень смотрит на Фрэнка, заставляет Джерарда чувствовать, что он буквально обжигается собственной ревностью. С какой стати другие люди так смотрят на Фрэнка? Джерард не может смотреть на Фрэнка так, потому что тогда все будут знать, что он чувствует, а никто не должен узнать, что он чувствует. Ему даже самому не нравится знать, что он чувствует. Так почему же этот парень так смотрит на Фрэнка? По характеру снимка очевидно, что этот парень, вероятно, романтически связан с Фрэнком. Или, точнее, был связан. Стрижка Фрэнка на фотографии совсем другая, здесь его волосы длиннее, что является довольно хорошим показателем того, что прошло достаточно времени. Джерард действительно хотел бы этого не знать. Он не виноват, что по волосам Айеро правда легко судить о времени. Джерард действительно должен перестать так думать. Он не может так думать о Фрэнке. Он не может ревновать его к тому, кем был или является этот парень из музыкального театра. Он просто не может так думать. Но Фрэнк явно ни с кем не встречается. Просто нет никаких шансов, что у него могут быть отношения сейчас. Кроме того, если так, то с какой стати он позволил Джерарду сводить себя с кем-то? Да и с какой стати его мать сказала маме Джерарда, что он холост? Так что Фрэнк явно не может быть в отношениях. Но если так, то почему у Фрэнка есть фотография этого парня? Почему у него есть фотография парня, с которым он явно встречался в тот или иной момент? Фрэнк, должно быть, все еще любит его, если хранит это фото. У Джерарда мелькает мысль, что парень, возможно, мертв. Это заставляет его чувствовать себя немного виноватым. Он считает, что это маловероятно. Фрэнк не похож на того, кто кого-то оплакивает. Может быть, они разошлись по инициативе этого парня, а Фрэнк не хотел, чтобы они расставались. Может быть, Фрэнк просто напросто забыл об этом фото? Это тоже кажется маловероятным. Вы же не оставляете фотографию своего бывшего в бумажнике, если ненавидите его. В этом нет никакого смысла. — Какого хрена ты делаешь? — говорит голос позади него и Джерард почти подпрыгивает от неожиданности. Он был так поглощен своими мыслями, что забыл о Фрэнке. Когда Джерард оборачивается, его глаза расширяются от ужаса и удивления, и он видит, что Фрэнк смотрит на него, как на сумасшедшего. Он смотрит так, будто готов задушить его прямо здесь. — Я… э-э… — это все, что он произносит, потому что понимает, что у него нет никаких оправданий. Его поймали с поличным, когда он рылся в бумажнике Фрэнка. Почему он забыл о Фрэнке в соседней комнате? Он настолько глуп, что это просто невероятно. — Ты гребаный мудак! — кричит Фрэнк, выхватывая бумажник из рук Джерарда. Одна из фотографий падает на пол, когда Фрэнк пытается выхватить ее, и Джерард наклоняется вниз, чтобы поднять ее. Он старается не фокусировать свое внимание на том, что наклонившись, он оказывается прямо перед промежностью Фрэнка. Джерард поднимает фотографию Айеро с бывшим, закрывая лицо парня большим пальцем, а затем выпрямляется, чтобы отдать ее Фрэнку. Фрэнк еще никогда не смотрел на Джерарда с таким гневом в глазах, с каким смотрит сейчас. Джерард не удивился бы, если бы Фрэнк зарезал его прямо здесь. — К-кто этот парень? — спрашивает Джерард дрожащим голосом, когда Фрэнк выхватывает у него фотографию и чуть ли не рвет ее. — Не твое собачье дело, вор, — говорит Фрэнк. — Я ничего не крал! Клянусь. Я просто изучал его, — произносит Джерард и, говоря это, понимает, что правда звучит не намного лучше. Это все еще жутко. — Как будто это лучше. О чем ты, блять, думал? — кричит Фрэнк. — Даже не знаю. Я просто…. Ты ушел и просто оставил его там. Мне стало любопытно. — Какой же ты мерзавец! — Говорит парень, у которого в бумажнике моя детская фотография! — Это ерунда, — зло цедит Фрэнк. — Ерунда? Тогда зачем она тебе вообще нужна? — спрашивает Джерард. — Она просто есть. Я не знаю для чего. — Ну, если это ерунда, то почему бы тебе просто не разорвать ее пополам? — Потому что, — пожимает плечами Фрэнк, хмурясь. — Почему? — Потому что! — выкрикивает Айеро. — Почему? Если это ерунда, так порви! — Просто потому что, понятно? — Это не ответ! — Потому что я не хочу ее рвать! Ясно? Ты счастлив? — Фрэнк кричит так громко, что мог бы разбудить весь город. — Что это вообще значит? — с непониманием на лице спрашивает Джерард. — Я, блять, не знаю, ясно? — Но ты же меня ненавидишь. Мы ненавидим друг друга. Это наша фишка. Ты не можешь просто взять и носить наше детское фото в бумажнике! — говорит Джерард, пытаясь понять хоть что-нибудь из того, что происходит, но ему этого не удается. — Да, но когда-то ты был моим лучшим другом, — твердо отвечает Фрэнк. — Как это…. Как мы?.. Что это все вообще такое? — спрашивает Джерард. — Что? — Почему мы вообще разговариваем друг с другом? Почему я в твоей квартире? Какого хрена вообще происходит? Ты и я, мы даже не должны быть в одной комнате вместе! Так почему же мы здесь? — Хороший вопрос. — Я просто… — стонет Джерард, оглядывая комнату, — я просто…. Я хочу уйти. — Что? — переспрашивает Фрэнк, когда Джерард уже направляется к входной двери. Он вдруг чувствует себя ужасно. Джерард просто чувствует себя нехорошо, находясь в квартире Фрэнка. Даже просто глядя на него, он чувствует себя неправильно. Даже немного больным. Потому что он ненавидит Фрэнка. Он должен ненавидеть его и ненавидит, или, по крайней мере, хочет ненавидеть, но теперь чувствует тошноту, потому что у Фрэнка был парень, который, вероятно, красивее Джерарда, и они уже больше не вместе, но Фрэнк и не с Джерардом тоже. У Фрэнка есть их совместная фотография, когда они еще дружили, и это уже слишком. Джерард слишком долго был рядом с Фрэнком. Он не может так думать о Фрэнке, это отвратительно. Так не должно быть. — Джерард! — кричит Фрэнк ему вслед, но тот выбегает из квартиры так быстро, как только может. Он будет бежать всю дорогу домой, если придется. Пребывание рядом с Фрэнком сбивает его с толку. Он не может так больше. Это слишком тяжело. Джерард почти сталкивается с Майки, когда выходит из дома, и тот бросает на него сердитый взгляд, прежде чем спрашивает: — Что случилось? — Я просто не могу, Майки. — Что? — Только не сейчас. Ладно? Не сейчас. Я не могу быть рядом с ним, — говорит Джерард. — Но почему? — спрашивает Майки, пытаясь догнать Джерарда, который, похоже, не знает, куда идет. Сомнительно, что у него вообще есть какая-то цель. — Не знаю, — признается Джерард, — я знаю только то, что играть в эту игру становится слишком тяжело.