Страстное танго со Смертью

Ничто не может длиться вечно.

∆∆∆

      Тело немилосердно болело, дышать почему-то было трудно — грудь будто бы что-то обхватывало плотным полотном — и казалось, что он не сможет шевельнуть даже пальцем руки, настолько сильна была слабость, намертво придавившая его к кровати.       Северус медленно открыл глаза, подивившись тому, что в комнате, где он лежал, было темно. Всегда, абсолютно на все собрания Пожирателей Смерти, мужчина брал с собой аварийный портключ, который активировался исключительно в самых плачевных ситуациях и переносил его в безопасное место. И обычно он переносился в Больничное крыло Хогвартса, где и ночью-то не всегда гасили свет. А сейчас... Северус даже в своём нынешнем состоянии готов был поспорить, что находится не только не в Больничном крыле, но и даже не в Хогвартсе в целом.       Тогда где же?       Мужчина принялся систематизировать все свои ощущения. Он явно не был у себя дома в Паучьем тупике. Потому что то, что сдавливало грудь, обрело вид чистой повязки, а уж в старом доме никто бы точно о нём так не позаботился. Просто некому было. Также, это был не Принц-мэнор, потому что переноситься туда в столь тяжелом и ослабленном состоянии Северус бы не стал точно. Даже будь он в полуобморочном состоянии и не соображай почти ничего. Там было слишком опасно и для абсолютно здорового Северуса, что уж теперь говорить о раненом?       Вариантов оставалось всё меньше, когда сбоку внезапно раздался чей-то громкий скрипучий голос. Мужчина тот час же закрыл глаза — вдруг он всё-таки ошибся, и в этом месте его не ждёт ничего хорошего? Пока он не убедится в своей правоте, лучше пока притворяться, что он ещё не очнулся. — Юный хозяин должен отдохнуть. Старый Кричер присмотрит за мастером Северусом, пускай хозяин отдохнет... — Замолчи, Кричер, — почти неслышно шикнули на него откуда-то снизу. Тихим голос скорее всего был даже не от того, что его обладатель заботился о том, чтобы не потревожить сон пострадавшего, а от того, что он просто был очень сильно ослаблен. — Я никуда не уйду, пока он не придёт в себя. — Но, хозяин... — Замолкни и скройся с глаз моих! — всё ещё шепотом прикрикнул на эльфа Гарри.       И по тому, как в гостиной стало тихо, Северус понял, что домовик и вправду выполнил его приказ. Юноша, судя по всему сидящий на полу и бдительно охраняющий его сон, тяжело и громко вздохнул. Поверхность дивана, на котором лежал Северус, слегка прогнулась в области бедра последнего — это Гарри в изнеможении опустил голову.       И всего спустя несколько минут с той стороны раздалось тихое посапывание. «Боже, — про себя подумал Северус, — как же сильно должен был устать этот ребёнок, чтобы уснуть в неудобной позе прямо на полу меньше, чем за пять минут?»       Задумавшись над этим вопросом, мужчина задал себе ещё один — сколько времени вообще прошло с момента, как он оказался в Блэк-хаусе?       Шторы на огромных окнах не были задёрнуты — это можно было увидеть даже в его лежачем состоянии, — а поскольку в комнате было темно, был как минимум поздний вечер. Это означало, что с момента самого созыва Пожирателей прошли практически сутки. А когда же он смог-таки выбраться из резиденции Лорда? Утром? Или уже после обеда?       Как бы ни старался, Северус не смог вспомнить. Но в любом случае, этот юный гриффиндорец, отношения с которым у него наладились буквально неделю назад, сделал всё, что было в его силах, чтобы спасти его жизнь, так теперь ещё и дежурил у его постели...       Северусу понадобилось совершить всего одно краткое движение рукой и пальцы его коснулись мягких иссиня-чёрных кудрей мальчишки. Мужчина закрыл глаза и вскоре, почти так же быстро, как и Гарри, опустился в сон.

∆∆∆

— Ты знаешь, Северус-с-с...

— ...до меня тут дошли некоторые... слухи...

— Как бы это так сказать?..

— ...ты...

— ...не совсем мне предан... — Мой Лорд?.. О чём вы?.. — Молчиш-ш-шь?..

— Я взгляну на всё с-с-сам...

      Разумеется, Северус знал, какой цвет имеет заклинание Круциатус при активации... он не раз и не два колдовал его сам, не единожды проверял его действие на себе самом. Красный. Красный настолько, что сравним может быть исключительно с цветом крови. И больше никакой.       В это раннее утро, когда солнце ещё даже не взошло на горизонте, он понял, что ошибался. Красный тоже бывает разным. Может быть, малиновым? Такой интересный цвет, не красный, но и не розовый... Или рубиновым, который переливается на свету подобно драгоценному камню? Или, быть может, цвет вина? Тёмный. Насыщенный. Пожалуй, более всех остальных похожий на кровь...       В тот момент он всё-таки думал о том, что умирает. Не так, как бывало множество раз до этого, а по-настоящему. Он представил, как по телу разливается мёртвенный холод, будто бы сжимающий его в своих ледяных объятиях. Как в голове становится благословенно пусто. Уходят все мысли, желания, унося за собой и все страхи с переживаниями. А затем к нему придёт Она. Та, кто приходит за каждым в этом мире.       Интересно, Она будет такой, какой он всегда Её представлял? С длинными белыми волосами, в простом светлом одеянии в пол цвета северного льна. И с белой повязкой на глазах. Почему-то в его представлениях Смерть всегда была слепа. Быть может потому, что Ей неважно, чью жизнь Она забирает? Правителя ли? Или, может, обычного пьяницу с улицы? Да, наверное именно по этой причине...       Или? Она предстанет перед ним в знакомом ему образе? «Боже, пожалуйста, пусть это будет не Лили!» — взмолился он в тот момент. Потому что взгляда мёртвых знакомых глаз он бы просто не вынес.       В тот момент, размышляя о том, как же всё-таки прекрасна Смерть, он даже не думал о том, что утро для него завершится совсем нескоро. И с радостью упал в небытие, когда воздух со свистом разорвал магический кнут, опустившийся ему на спину и сломивший его окончательно...

∆∆∆

      Загнанно, но в то же время беззвучно дыша, Северус резко распахнул глаза. Он не кричал, не подрывался в постели. Он уже давно привык к своим кошмарам, чтобы реагировать на них как-то по-особенному. Но спина неожиданно заставила о себе вспомнить, отозвавшись тупой ноющей болью, которая медленно перетекала в голову, и мужчина всё-таки тяжело, с присвистыванием, выдохнул.       Он крепко зажмурился, а потом снова открыл глаза, обводя комнату уже осмысленным взглядом. Да, это всё-таки была гостиная Блэк-хауса, которая выглядела невероятно светлой в лучах яркого солнца. И как раз по последнему Северус и понял, что отключился как минимум часов на восемь, а то и больше, ведь когда он в последний раз приходил в себя, стояла глубокая ночь.       С удивлением для себя он понял, что лежит не совсем в том положении, что в прошлый раз. Неужели мальчишка уже успел вновь перевязать его раны? И если так, то насколько там должно было быть всё плохо, если ему пришлось менять повязки дважды за сутки? Или это он спал гораздо дольше, чем ему показалось на первый взгляд?       Разлепив сухие губы он непослушным голосом позвал: — Кричер...       Домовой эльф тотчас же появился перед его импровизированной постелью, представляющей собой гостиный диван: — Мастер очнулся! — тихо, но оттого не менее радостно воскликнул он. — Я немедленно позову Хозяина!       Хотевший по сути узнать у домовика, сколько прошло времени, Северус только устало прикрыл глаза, когда тот исчез так же быстро и беззвучно, как и появился. Меньше всего он хотел отвлекать Гарри, который наверняка невероятно сильно устал, приглядывая за своим профессором и днём, и ночью. Но тут уже ничего не поделаешь, Кричер выполняет приказы своего Хозяина, а Поттер, судя по всему, приказал ему сразу звать его, если вдруг Снейп очнётся.       Так что оставалось подождать буквально пару минут, и все его вопросы получат закономерные ответы.       Чёткого момента, когда Поттер появился в гостиной, Северус не уловил — просто прикрыл глаза в ожидании и видимо провалился в чуткую дрёму, очнувшись только после того, как узкая прохладная рука легла ему на лоб. Неужели мальчишка проверяет, не начался ли у него жар?       Он почти мгновенно распахнул глаза, уставившись в тёмную, усталую зелень глаз гриффиндорца, на лице которого в тот же момент расплылась счастливая улыбка: — Я рад, что Вы очнулись, сэр, — произнёс он и в изнеможении аккуратно опустил голову на его грудь. — Поттер, — едва слышно прохрипел он. Гарри тут же подорвался, видимо подумав о том, что своим неловким движением сделал ему больно. — Сколько времени прошло? — С момента, как вы... пришли сюда, прошли сутки, сэр.       Конечно, от мужчины не ускользнула эта краткая заминка, когда парень пытался подобрать подобающее слово, характеризующее его внезапное появление в Блэк-хаусе. Ну и пусть. Он осторожно глубоко вздохнул, оценивая меж тем своё состояние, и с удовлетворением признал, что чувствует себя вполне... сносно. Он бы даже сказал, неплохо, если учесть, в каком виде он здесь появился. — И всё это время ты сидел здесь? — Да, сэр. Я не был уверен, что Вам не станет хуже, поэтому... — он молча развёл руками, будто бы заканчивая тем самым предложение. — Спасибо, — Северус кратко улыбнулся самыми уголками губ, но от этого и на лице мальчишки появилась радостная улыбка. — Как Вы себя сейчас чувствуете? — Неплохо, — повторил зельевар свои мысленные выводы вслух. — Но... — Вы бы не отказались от флакончика Обезболивающего, я прав? — Верно. — Одну минуту, пожалуйста, — перед ними появился Кричер, и Гарри попросил его принести в гостиную зелье. — Кстати, я заранее прошу прощения, я воспользовался теми зельями, которые Вы варили в лаборатории. — Всё в порядке. К тому же, я варил их как раз для подобных ситуаций, поэтому рад, что ты сообразил ими воспользоваться.       Гарри снова улыбнулся, слегка отклонив голову в сторону, отчего по его лицу скользнул яркий солнечный луч, делая тени под глазами куда глубже. — И всё же, Гарри, тебе не следовало сидеть со мной всё это время. Ты мог бы оставить здесь Кричера. — Я немного опасался того, что он будет что-то бурчать себе под нос, из-за чего Вы бы проснулись, сэр, — немного смущённо ответил юноша. — Вам же нужен был покой... Не... расскажете, что произошло? — немного робко поинтересовался он. Во всех их общих разговорах они плавно, разделяя мнения друг друга, обходили стороной все разговоры о двух величайших магах Магической Британии. Но именно сейчас гриффиндорец был вправе знать всё. — Тёмный Лорд усомнился в моей преданности, — ёмко, но понятно отображая сложившуюся ситуацию, пояснил Северус, сразу после своих слов видя, как в глазах напротив появилось напряжение. — И да, я... не знаю, что делать дальше. Может быть, это было краткое помутнение — у Лорда иногда такое случается, когда он подозревает в измене всех подряд, а может...       Что «может», додумывать не хотелось. Ведь в таком случае Снейп оказывался раскрыт как двойной шпион, что несло за собой очень большие проблемы. И невозможность приносить полезные новости из стана Волдеморта была меньшей из всех. — Что Вы... теперь будете делать? — с замиранием спросил Гарри. — Нужно как можно скорее доложить обо всём Дамблдору. — Но Вы ведь ещё не до конца оправились! — Моё состояние сейчас не так важно, Гарри, понимаешь?       И Гарри понял, что подобные ситуации уже происходили. И не раз. Ведь не мог Снейп настолько хладнокровно отзываться о своём весьма покорёженном состоянии и стараться как можно быстрее рассказать обо всём Директору. В его глазах засветился искренние непонимание и даже ужас, но когда он моргнул, этих эмоций уже не было. Он просто задвинул их подальше. Так же, как задвинул на подкорку сознания тревожные мысли о профессоре всего сутки назад.       Кричер вернулся в гостиную с негромким хлопком, оповещая тем самым о своём появлении заговорившихся магов. Гарри тот час же перехватил небольшой флакон с зельем в свои руки и протянул его Снейпу. Потому что тот скорее всего просто не вынесет уничижительных мыслей о том, что сам не в состоянии принять своё же зелье. Иное дело было когда тот был без сознания. — Спасибо, — произнёс Северус, обращаясь сразу к ним двоим, и прямо в лежачем положении залил Обезболивающее в свой рот. Слегка поморщился, а после осторожно постарался сесть.       Гарри, как только он начал это делать, было подорвался, желая поддержать того под плечи, но бессильно опустил руки, когда профессор довольно-таки красноречиво на него посмотрел. Ему больше не нужна его помощь, сейчас он может справиться и самостоятельно.       Приняв сидячее положение, Северус аккуратно откинулся на спинку дивана, подвигал плечами, проверяя свои возможности. Спина словно бы тлела — не горела, вовсе нет, — а боль была настолько незначительной, что о ней просто можно было забыть. Его взгляд вновь наткнулся на чистую белую повязку, и Гарри пояснил: — Я не был уверен, как часто нужно менять бинты, сэр, но если Вас волнует, что сейчас с Вашими ранами, то всё хорошо. Я их обработал, и в последний раз они выглядели вполне сносно. — Отлично. Ещё раз спасибо, Гарри. Не знаю, что бы я делал, если бы... не твоя помощь.       «Что ж, он и правда это признал», — с небольшим для себя удивлением подумал юноша, так как был уверен, что тот был слишком горд, чтобы сказать подобное вслух. — Я рад, что смог оказаться полезен, сэр, действительно рад. — Хорошо, — вновь улыбнулся Снейп. А потом упёрся руками в свои же колени и медленно встал на ноги. Гарри, сидевший до этого перед ним на корточках, тоже поднялся, готовый в любой момент подставить своё плечо. Но это оказалось не нужно, мужчина вполне справлялся и сам. — Думаю, ты понимаешь, что мне действительно необходимо доложить обо всём произошедшем Дамблдору. Поэтому, пожалуйста, иди отдыхать, мне физически больно видеть тебя таким уставшим. Я вернусь сразу же, как смогу, так что иди.       Юноша окинул его таким взглядом, что Северус даже не сомневался, что в тот момент он оценивал его состояние. И видимо, более-менее удовлетворившись полученным результатом, кивнул: — Конечно, сэр. Пожалуйста, попросите Кричера разбудить меня, как вернётесь. — Хорошо, — легко согласился мужчина, уже сейчас зная, что ни за что не станет этого делать. Гарри заслуживал гораздо дольшего отдыха. — Иди уже, — легонько подтолкнул он замешкавшегося парня в сторону лестницы на верхние этажи. Гарри ещё раз кратко кивнул и отправился наконец на заслуженный покой.       Как только спина юноши скрылась за поворотом, мужчина отсчитал минуту, за которую тот должен был успеть подняться в свою комнату, и наложил на него тихое и безобидное заклятье, призывавшее объект уснуть скорее. Заклинание чаще всего использовалось на маленьких детях, чтобы постепенно погрузить их в глубокий здоровый сон. Юноше он бы уж точно не помешал.       А вот Северусу ещё предстояло выдержать нелёгкий разговор с Директором.       Такой разговор, итоги которого приведут к неожиданным последствиям для обоих магов, живущих сейчас вдвоём в старом особняке Блэков.

∆∆∆

— Надеюсь, Северус, что ты понимаешь, что тебе сейчас лучше залечь на дно и не показываться на глаза никому из окружения Волдеморта?       Зельевар перед ним тихо фыркнул и показательно закатил глаза. Неужели ему нужно было объяснять столь очевидные вещи? В кабинете Дамблдора он появился ни много, ни мало, около полутора часов назад. Полный пересказ произошедших событий занял достаточно много времени, и только сейчас началось обсуждение всех последствий. — В таком случае, — Директор как будто бы и не заметил этого жеста, — оставайся в Хогвартсе. Твой дом в Паучьем Тупике ведь практически не защищён, верно? — мужчина словно пропустил между ушей эту неприятную для него правду и кивнул. Сейчас он думал о том, что же делать с Гарри. Дамблдор, конечно же, не знал о том, что в Блэк-хаусе Поттер проживал далеко не один, и сейчас Снейпу нужно было как-то предупредить мальчишку о том, что он туда больше не вернётся. — Тебе, наверное, нужно забрать вещи, я прав? Отправляйся прямо сейчас, не надо терять лишних минут. — Я понял Вас, Директор, — достаточно лаконично ответил Северус, уже вставая из кресла и собираясь выйти через дверь, чтобы отправиться на аппарационную площадку, но старик жестом его остановил. — Нечего рисковать просто так, Северус. Вдруг возле дома тебя поджидают твои коллеги? Если ты не против, отправляйся через камин.       Северус как раз-таки против был. Потому что перед тем, как аппарировать в свой дом, он планировал на несколько минут заскочить к Гарри и предупредить обо всём Кричера, но сейчас, после столь щедрого предложения он не мог отказаться. Впрочем, он вполне мог из дома в Паучьем Тупике опять же камином перенестись в Блэк-хаус.       Только он раскрыл рот для положительно ответа с благодарностями, как Дамблдор его перебил: — И опять же, если ты не против, я бы хотел на время установить на тебе Следящие чары. Сам понимаешь, так мне легче будет найти тебя, если что-то всё-таки случится.       На этом моменте Северус едва ли не заскрипел зубами от досады, но его резкий отказ повлёк бы за собой ещё не менее получаса разглагольствований, которые бы в любом случае привели к тому, что Директор всё равно повесит на него «следилку». Поэтому он просто ответил «да», ощутил достаточно знакомое покалывающее чувство во всём теле — таким образом заклинание действовало на объект — и гордо взмахнув новой чёрной мантией, скрылся в зелёном пламени камина. — А нам пора навестить Гарри, не так ли, Фоукс? — обратился Дамблдор к своему пернатому питомцу, на что последний только безразлично чирикнул. — А то слишком долго он пробыл в этом старом тёмном особняке. Вдруг чёрная магия оказывает на него пагубное воздействие? Надо ему срочно помочь, Фоукс, как ты думаешь?       Благородная птица феникс ничего не ответила, а в итоге и вовсе спрятала ало-золотую голову под крылом, но Дамблдор зачёл это как категоричное согласие, поэтому поднялся со своего кресла-трона и так же, как и Северус всего пару минут до него, кинул Летучий порох в камин, произнеся, однако же, совершенно другой адрес: — Дом на Гриммо, двенадцать!

∆∆∆

      Гарри не блокировал камин по одной простой причине — по мнению всех своих знакомых, а в частности — Дамблдора, он просто не мог иметь таких обширных знаний, далеко уходящих за рамки стандартного школьного уровня. Да и к тому же, было бы довольно-таки странно, если бы Директор вдруг понял, что не может попасть в дом через каминную сеть, а это в свою очередь также несло бы за собой не самые позитивные последствия.       Так что тому, что Кричер разбудил его со словами «Хозяин, мерзкий злой полукровка очернил своим присутствием благородный дом старинного рода Блэк...», он особо не удивился. Давно уже ждал пришествия старика.       Не проспав в тишине и спокойствии и двух часов, парень закономерно был раздражён, а тот факт, что Дамблдор явился к нему почти сразу после того, как Снейп ушёл к тому на доклад, понимания не добавляло. Переодевшись из пижамы не в ставшие привычными рубашку и брюки, а в старую заношенную футболку и линялые джинсы, парень неторопливо спустился на первый этаж. Давя в себе жадный зевок, он повернул после лестницы в гостиную и замер на несколько мгновений в дверном проёме.       Он и подумать не мог, как много событий произошли всего лишь за неделю, но теперь ясно ощущал, насколько сильно отвык от общества этого волшебника. — Директор Дамблдор, — негромко позвал он старика, который с пристальным вниманием разглядывал книги, стоящие в крытом стеллаже здесь же. Конечно же, тут не было древних/тёмных/ценных фолиантов — они надёжно хранились в библиотеке, поэтому юноше было неясно столь внимательное к ним отношение старого мага. — Ах, Гарри! — словно бы только сейчас заметил его Дамблдор, обернулся и послал ему самую свою добрую улыбку, от которой у гриффиндорца, однако же, засвербило в одном месте. Что-то ему подсказывало, что он явился сюда не из праздного любопытства. — Как ты поживаешь? Не одиноко тебе тут, в этом огромном тёмном доме?       Более менее сносную историю о своём проживании в Блэк-хаусе Гарри продумал ещё несколько дней назад, поэтому сейчас выдал заранее заготовленную речь: — Что Вы, Директор? Дом не такой уж и огромный — тут всего пара комнат: кухня, несколько спален наверху да вот эта гостиная.       Эта ложь была необходима ему для того, чтобы защитить наследие Блэков от разорения. Ведь старик точно бы заставил отвести его в ценнейшую библиотеку, куда вход ему уж точно был заказан. Ему ни за что нельзя было показывать, насколько полезные — и порой опасные — знания она хранила. — В самом деле? — казалось, ни капли не удивился Дамблдор. — А как ты сам себя чувствуешь? Эти стены не давят на тебя? Не вызывают скорби по Сириусу?       Слушая постепенные вопросы, Гарри хотел ответить на них отрицательно, но дыхание едва заметно сбилось от упоминания о Сириусе. Потому что да. Да, каждая стена, каждое помещение, будь то библиотека, ритуальный зал, — да даже кухня, где они пили крепкий кофе и смеялись всего полгода назад, — всё это напоминало ему об утрате своего последнего близкого человека.       Как мог, он загружал себя усердными тренировками, долгими мыслительными задачами, только чтобы не думать о его смерти, чтобы свыкнуться с этой мыслью. Но сейчас, стоило Дамблдору только вскользь упомянуть о Сириусе, все тяжёлые мысли вновь завертелись у него в голове.       Гарри сглотнул и ему показалось, будто бы этот звук гулким эхо отозвался в комнате. — Всё в порядке, сэр, — тихо ответил он, однако от Дамблдора не ускользнула ни одна деталь, поэтому он тихо усмехнулся в свою густую белую бороду. — Я рад слышать это, Гарри, — далеко не убедительно произнёс он. — Но всё же склонен думать, что ты был бы в гораздо большей безопасности, если бы находился в доме своей тётушки...       Не успел Директор до конца договорить предложение, как Гарри с ужасом, граничащем с паникой, вскинул на него взгляд: — Почему? Ведь... ведь здесь дом Сириуса, а он был моим крёстным. Это ведь тоже защита!       Уже потом, размышляя над своими эмоциями в этот день, юноша готов был поаплодировать старому манипулятору. Сначала он справился о его здоровье, изображая из себя доброго дедушку, затем, как будто бы и случайно, напомнил о смерти дорого ему человека. Он играл на струнах человеческих душ и эмоций просто превосходно, и даже Гарри, знавший о его настоящих помыслах, попался на эту удочку.       И этот разговор наложился на недавние события, произошедшие со Снейпом. Он вновь начал чувствовать. И вновь начинал понимать, насколько жалка его жизнь в руках этого человека. — Гарри-Гарри, — с укоризной в голосе, от которой парень дёрнулся всем телом, проговорил он. — Я ведь уже столько раз говорил тебе, что при своей смерти, твоя мама наложила на тебя заклинание, обеспечивающее тебе абсолютную защиту рядом с твоим кровным родственником. А помимо этой защиты, на дом твоих тётушки и дядюшки я и сам наложил множество защитных заклинаний. Там ты будешь в безопасности. — Но если я не хочу? — с тихой печалью в голосе спросил юноша. Все эмоции так внезапно свалились ему на голову, что он просто-напросто позабыл о том, что Дамблдору перечить не стоило. Ни за что. И никогда. — Хочешь — не хочешь, Гарри, тебе придётся, — всё ещё пытался его уговорить Директор. И юноша имел неосторожность ляпнуть всего два слова: «Не заставите...». И внезапно понял, что ему в лицо была нацелена легендарная бузинная палочка, а всё тело его оцепенело.

Империо.