Страстное танго со Смертью

Страх — не порок. Он раскрывает тебе твои же слабости. Познав их, человек становится не только сильнее, но и добрее. Гилдартс Клайв, аниме «Сказка о хвосте феи».

∆∆∆

      Цветные разномастные картинки круговоротом замелькали перед его глазами, и Северус уже приготовился покинуть сознание Гарри, поскольку работать в такой круговерти было невозможно, когда всё успокоилось; и если до этого круговорот воспоминаний мальчишки напоминал бурный речной поток, то сейчас всё застыло, словно бы река вдруг превратилась в глухое тёмное болото. Это болото внимательно просканировало напряжённого мужчину, а после, судя по всему, сочтя его за своего, подтолкнуло к нему первую картинку.       Это оказался тот самый злополучный первый урок ЗоТИ в этом учебном году, и стоило Снейпу только перешагнуть «порог» картинки, как рядом с ним материализовался сам Гарри. — Всё нормально? — поинтересовался мельком у парня Северус, внимательным взглядом окидывая кабинет, в котором их двойники с того дня уже кружили на маленькой импровизированной дуэли. — Да, сэр, голова не болит, вы вошли довольно-таки мягко, — так же приглушённо ответил Гарри, вставая рядом с профессором и внимательно приглядываясь к себе-двойнику и его движениям и взгляду. — Чтобы вспомнить свои мысли, тебе нужно сосредоточиться на своём двойнике и его действиях; не пугайся, когда вдруг услышишь свой же голос в своей голове — он будет несколько отстранённым от твоих нынешних мыслей, поэтому не перепутаешь. Не волнуйся: если не получится с первого раза, то мы просто перемотаем твои воспоминания немного назад и посмотрим эту сцену ещё раз, — раздал инструкции Северус; он сам не собирался лезть в мысли мальчишки, а потому сейчас было важно разъяснить всё чётко и ясно. — Понял, сэр, — немного напряжённо произнёс Гарри, когда его двойник из воспоминаний вскинул палочку для невообразимо безумного паса.       Он сосредоточился и представил, как сознание его сегодняшнего и тогдашнего сливаются в одно, а после уловил неяркий абрис собственных мыслей и ощущений. Всё произошло очень быстро, и Гарри, открыв глаза, повернул голову в сторону мужчины: — Ещё раз, пожалуйста.       Снейп только молча кивнул и махнул рукой — картинка отмоталась назад на двадцать секунд. Пока Гарри настраивался на нужную волну, он не отказал себе в удовольствии полюбоваться на их волшебный дуэльный танец; да, используй он весь свой арсенал заклятий, Поттер не продержался бы и пяти минут, однако сражение на равных — пусть и со сдерживанием некоторой части собственных сил — приносило тихое удовольствие. Подучить бы мальчишку некоторым особенным проклятьям, и такому союзнику Северус мог бы доверить свою спину, потому что уже сейчас они считывали движения друг друга, а взаимопонимание между партнёрами по бою было едва ли не самым главным аспектом.       От размышлений его отвлёк сияющий как начищенный усердным гоблином галеон Гарри — у него получилось понять ход своих мыслей на том уроке, и теперь он был уверен в том, что без запинки сможет повторить новое заклинание.       Северус настоятельно попросил его запомнить эти мысли и в особенно красочной манере расписал ему, что он с ним сделает, если тот пойдёт тренировать это заклятье в одиночку. Гарри угрозам понятливо внял и, не особо препираясь на этот счёт, выскользнул из картинки того дня.       Мужчина вновь оказался в том «болоте», но теперь отовсюду явственно чувствовал не угрозу, а лишь настороженное любопытство; что ж, и на том хлеб — мальчишка не пытается выкинуть его из своей головы, а потому можно было продолжить.       Следующая картинка оказалась первой тренировкой Поттера. Момент, где парень склонился над кучей раскрытых книг по Чарам, они с Гарри успешно промотали по обоюдному согласию, и теперь вместе смотрели на то, как Выручай Комната приобретает вид тренировочного зала.       Вперившись в двойника взглядами, они желали не пропустить ни одной детали; и пока Гарри сосредоточился на том, чтобы вспомнить, какие мысли у него были во время этой тренировки, Северус с особой бдительностью вглядывался в совершаемые мальчишкой действия.       Неожиданно, но мужчина отчётливо уловил смену атмосферы, даже несмотря на то, что они были всего лишь в воспоминании; Гарри-двойник раскинул руки в стороны и счастливо рассмеялся, когда в лицо профессору ударила тяжёлая, но тёплая и упругая волна магии, принёсшая с собой свежесть горных солнечных трав. Этой магии хотелось подчиниться, раствориться в ней без остатка, и мужчина с трудом скинул с себя этот морок только в тот момент, когда Гарри-двойник тоже взял себя в руки.       Помотав головой и пообещав себе вернуться к произошедшему несколько позже, Северус вперился взглядом в руки двойника, когда тот взмахнул палочкой; с неожиданностью для себя он понял, что этот пасс практически полностью повторяет тот, что был изначально, только в этот раз рука мальчишки едва-едва дрожит, а потому завершающая пасс дуга получилась гораздо крупнее в диаметре и чуть более вытянутой в верхней и нижней частях. Вместо полукруга у Поттера получился целый овал, и в итоге из его палочки вырвался не белоснежный луч, а малиновый.       Заклятье на огромной скорости врезалось в стену, а затем их оглушило так, будто бы всё это происходило на самом деле; Северус потерял координацию в пространстве, а потому был рад прохладной ладони, которая сжала его запястье и потянула куда-то в сторону.       В себя он пришёл уже в привычном «болоте» воспоминаний, только на этот раз рядом с ним был Гарри, который всё ещё продолжал удерживать его за руку: — Вам лучше? — обеспокоенно поинтересовался он и отпустил его запястье только тогда, когда Северус заверил его, что всё в полном порядке. — И как ты тогда только умудрился выйти на занятия, после такого-то взрыва? — спросил Снейп, когда они решили пока что не идти в последнее воспоминание; за ними неожиданно материализовалась каменная скамья, на которую опустились оба с удовольствием. — Кричер помог — притащил кое-какие зелья из дома, поэтому моё восстановление прошло куда быстрее. К тому же, — продолжил Гарри, щурясь на прямоугольники своих воспоминаний, которые пролетали прямо над ними, — насколько я понял, у меня получилось что-то вроде шумосветовой гранаты, знаете, как у магглов. Из повреждений у меня был только разрыв барабанных перепонок да кровь из носа шла — и всё. — Ну, в таком случае тебе очень сильно повезло, Поттер, потому что, случись с тобой что, мне бы пришлось искать тебя очень долго — сложно было бы сформулировать для Выручай Комнаты нужное помещение.       Гарри коротко усмехнулся, но затем вновь задумчиво посмотрел на плывущие над их головами воспоминания: — Скорее всего, нам нужно будет вернуться, сэр, потому что я не сумел понять, что в этот раз было не так — мои мысли были полностью идентичны тем, которые были на уроке, и... — Возвращаться не нужно, Гарри, потому что пока ты вспоминал свои мысли, я смотрел за твоими руками: ты немного ошибся в пассе, но именно эта ошибка стала ключевой. Кстати говоря, какой пасс должен был быть изначально? — Изначально? — переспросил Гарри, а потом понимающе улыбнулся: — На самом деле, там был совершенно простой пасс, однако в пылу нашей с Вами дуэли я добавил туда несколько ненужных движений, и получилось то, что получилось. Если хотите, я потом Вам покажу. — Обязательно, — кивнул головой Северус, а затем поднялся со скамьи и протянул руку Поттеру. — Давай вставай, нам осталось последнее воспоминание и можем возвращаться. — Хорошо, — выдохнул Гарри, принимая помощь профессора.       Как только они оба оказались на ногах, перед ними всплыло нужное окошко воспоминания; они переглянулись, а затем одновременно перешагнули порог рамки.       Неожиданно они оказались не в Выручай Комнате, а на Астрономической Башне, и Северус с тревогой заметил, с какой лёгкостью Гарри-двойник перемахнул через парапет и уселся на самый край, сцеживая в маленький флакон своей крови, но настоящий Гарри в тот же момент поспешно перемотал воспоминание на нужный момент. — В этот раз я воспользовался думосбросом, чтобы в точности повторить тот пасс, который у меня вышел тогда в классе; я повторил его точь в точь, поэтому сейчас нужно будет уделить особое внимание мыслям, — немного проясняя ситуацию для профессора произнёс Гарри.       Северус только молча кивнул. В мысли Гарри-двойника он не полезет — оставит этот момент для самого Поттера, поэтому ему остаётся только смотреть за действиями двух одинаковых фигурок в школьных мантиях.       Он настолько ушёл в свои мысли, что практически пропустил тот момент, когда из палочки двойника после правильного пасса вырвался ослепляющий светло-сиреневый луч, полетевший в стену, но не разбившийся об неё, а рассыпавшийся на множество маленьких лучиков, которые разлетелись в разные стороны. Один из таких лучиков врезался Гарри-двойнику прямо в грудь, и перед тем, как воспоминание потемнело, Северус успел заметить, как тот безвольно падает на бок.       Из воспоминания их вытолкнуло с необъяснимой силой, и они оба врезались в каменную спинку скамьи с тихим шипением. — Ты больше никогда не будешь тренировать новые заклятья в одиночку, ты меня понял? — с тщательно удерживаемой злостью спросил Северус Поттера и выдохнул только тогда, когда гриффиндорец ему это клятвенно пообещал. — Я выхожу, мы здесь всё посмотрели, — устало произнёс он, настраиваясь на реальный мир.       Уже перед самым выходом он краем глаза успел заметить длинную вспышку ядовито-зелёного цвета, но затем его подцепило волной магии и вытащило наружу.       Оба обессиленно откинулись на спинки своих стульев; по вискам тонкими ручейками стекал пот, а руки тряслись так, что Северус во избежание отложил свою палочку на стол; губы мальчишки подрагивали, будто бы тот что-то беззвучно шептал себе под нос, из которого вот-вот грозилась вытечь струйка крови.       Пересилив острую слабость во всём организме, Снейп резко поднялся со своего стула и, пролетев весь кабинет за секунду, на минуту скрылся в лаборатории, из которой принёс несколько флаконов с зельями. На ходу он опрокинул в себя несколько зелий, а другие осторожно влил в совершенно не сопротивляющегося парня, после чего платком вытер алую струйку под его носом.       На их лица постепенно возвращались краски, дыхание выравнивалось, а руки переставали дрожать; выдохнув уже более спокойно, Гарри расслабил напряжённые плечи и приоткрыл глаза: — Спасибо, — хриплый голос резанул по ушам обоих, но никто из них и не подумал скривиться. — Обращайся, — махнул рукой Северус, устало облокачиваясь бедром на парту перед Поттером. Они пару секунд просто смотрели друг на друга, а затем синхронно фыркнули. — Думаю, на сегодня будет достаточно, да, Поттер? За твоё «опоздание» на отработку назначаю тебе повторную на завтрашний вечер — так и будешь говорить каждому, кто вдруг решит поинтересоваться. Завтра вместе пойдём в Выручай Комнату и ты будешь отрабатывать заклинания под моим присмотром, договорились? — Да, сэр, ещё раз спасибо Вам, за всё, — устало улыбнулся ему Гарри и поднялся со стула.       Уже перед самым выходом Снейп сунул ему в руку небольшой флакон с Укрепляющим зельем и записку на случай, если тот попадётся дежурным учителям или Филчу — Отбой был уже около часа назад, поэтому был большой шанс лишиться баллов за прогулки в неустановленное время. Гарри со смехом поблагодарил его за заботу и беспокойство, пожелал спокойной ночи и быстро скрылся в темноте коридора.       Северус покачал головой на такое ребячество и с едва заметной улыбкой закрыл дверь в кабинет.

∆∆∆

      Несмотря на усталость, идти в Выручай Комнату не хотелось совершенно, но в то же время гулять по Хогу сейчас было бы недальновидно — при нём не было ни Мантии-невидимки, ни Карты Мародёров, — однако парень всё равно на развилке на первом этаже свернул не в сторону лестниц, а вглубь замка.       Шанс нарваться на дежурного преподавателя, или Филча, или старосту школы, который также должен был патрулировать коридоры, был велик, но вместо опасения Гарри задумался над тем, что не помнит, кто в этом году стал старостой Хогвартса. Он только надеялся, что это была не Гермиона или Рон, а остальных он-то уж как-нибудь стерпит.       Юноша едва не подпрыгнул на месте, когда из-за двери, мимо которой он как раз проходил, раздался оглушительный в тишине спящего замка грохот. Оглядевшись по сторонам и успокоив своё громко стучащее сердце, Гарри тихо прокрался к закрытому кабинету и легонько толкнул дверь.       Изнутри не было слышно никаких голосов или какой-либо возни, которая могла бы прояснить ситуацию, и парень сначала просунул в щель голову, а затем, присмотревшись и никого не увидев, зашёл в заброшенный класс полностью, мягко прикрыв за своей спиной дверь.       Класс действительно оказался заброшен, а по слою пыли было понятно, что его уже давно никто не посещал; на окнах висели поеденные молью шторы, а сквозь грязные стёкла в класс пробивался слабый лунный свет. От атмосферы общей разрухи и звенящей тишины Гарри стало не по себе, особенно когда он вспомнил необъяснимый громкий звук, раздававшийся отсюда в то время, как здесь никого не было.       Слева от него послышался какой-то скрип, и Гарри резко обернулся в ту сторону; палочка мгновенно оказалась в его руке, немного подрагивающая, но готовая к возможному бою. Перед ним оказался огромный шкаф с деревянными дверцами, на которых был умело вырезан массивный, хорошо проработанный орнамент; и как раз одна из этих двух дверец едва заметно покачивалась из стороны в сторону, выдавая жалобные скрипящие стоны.       Гарри тихо выдохнул, выплёскивая лишнее напряжение, но палочку не убрал, лишь поудобнее перехватил её в ладони — здесь, в полностью изолированном классе просто не могло быть ветра, который бы сдвинул тяжёлую дверцу шкафа. Медленными шажками подбираясь к шкафу, Гарри протянул свободную руку к дверце, чтобы резко распахнуть её, когда та совершенно неожиданно распахнулась сама.       Из шкафа под ноги ринулось что-то невысокое, и парень сумел отпрыгнуть в сторону только в самый последний момент перед столкновением; маленькое неизвестное существо пробежало мимо него и устроилось на корточках в дальнем углу, уставившись лицом прямо в стену.       Кровь в ушах застучала с новой силой, и Гарри силой заставил себя отмереть; существо в углу тихо попискивало и изредка хихикало, что отнюдь не добавляло парню спокойствия. Осторожно подбираясь к существу и удерживая его на прицеле палочки, юноша внимательно разглядывал маленькую фигурку: у этого были тёмные, немного волнистые волосы, а одето оно было в какую-то грязную пижаму из грубого серо-зелёного материала; в темноте в его руках что-то белело, но Гарри всё никак не мог разглядеть, что это было.       Гарри остановился в нескольких шагах от существа и решал, какое же заклинание было целесообразнее использовать, когда оно резко затихло; парень напрягся.       А затем едва удержал в себе крик, когда существо повернулось к нему так, что шея оказалась вывернута; голова смотрела на него со спины, и Гарри по рукам и ногам сковал страх, когда существо повернуло к нему своё остальное тело.       О да, теперь Гарри мог рассмотреть его полностью. Это было... был мальчишка с грязными волосами до плеч, лицом, вымазанном в чём-то липком и жидком, с безумными карими глазами, которые в лунном свете отливали алым цветом. Гриффиндорец сглотнул вязкую слюну, и это, кажется, стало спусковым механизмом для существа.       Оно рассмеялось тихим, лающим смехом, и только сейчас Гарри рассмотрел, что же было в руках существа. Это был маленький белый кролик, который совершенно не подавал признаков жизни; на боку кролика темнело какое-то пятно, и Гарри сначала подумал, что у белого кролика есть тёмное пятнышко на шёрстке, когда осознание вдруг пробило его на ледяной пот.       Юноша перевёл взгляд обратно на ухмыляющееся лицо существа и застыл, разглядывая, как с его подбородка стекает какая-то жидкость; существо коротко хохотнуло, а затем облизнуло кривые заострённые зубы длинным языком. Гарри замер.       А существо неожиданно бросило белого кролика на пол, поднялось во весь рост и ринулось на гриффиндорца. Гарри вновь сумел отскочить в последний момент, однако зацепился за что-то ногой и рухнул на пол. Понимая, что если он начнёт подниматься сейчас, он потеряет бесценное время, Гарри вскинул палочку и голову в ту сторону, куда унеслось существо. И наткнулся взглядом на чьи-то колени, завёрнутые в домашние брюки.       Каким-то образом вместо одного непонятного существа в заброшенном классе помимо самого Гарри оказались ещё двое... людей? Парень медленно поднимал глаза, уже почти дотянувшись ими до лица того человека, который стоял прямо перед ним, когда за лацканы его мантии ухватились мёртвенно-бледные пальцы и больно вздёрнули его вверх.       Гарри посмотрел в глаза своего отца как раз в тот момент, когда тот с силой оттолкнул его от себя так, что парень с оглушительным грохотом врезался спиной в стену. Воздух вышибло из лёгких, но Гарри упрямо смотрел прямо в глаза своего отца, которого со спины обняла его мать. — Это всё из-за тебя, — прошипел Джеймс, а Лили согласно закивала; с её головы целыми пучками медленно опадали медные волосы, и парень провожал каждый клочок долгим взглядом.       По лицу отца из-под волос потекла кровь как раз в тот момент, когда он вновь двинулся в сторону Гарри; юноша плотнее вжался спиной в стену и выставил перед собой палочку: — Не приближайся! — голос предательски дрогнул; ладонь с палочкой дрожала уже давно.       Джеймс Поттер лишь рассмеялся на это, и тогда Гарри невербально наколдовал Инкарцеро; заклинание полетело прямо в грудь его отца, однако не встретило никакой преграды и пролетело прямо сквозь него. — Неужели... ты правда думаешь, что твоё жалкое колдовство сможет меня остановить? — он рассмеялся противным скрежещущим смехом, и этот смех льдом отразился в крови юноши; он сделал ещё один шаг в сторону юноши, но тот в этот раз послал целую связку заклятий.       Гарри видел, как каждое его заклинание не приносит этим... существам никакого вреда, видел, как каждое из них пролетает сквозь них, и отчаяние всё сильнее затапливало его душу. Внезапно кабинет на мгновение погрузился в непроглядную тьму, и Гарри ощутил, как температура упала на несколько градусов разом.       Тишина была оглушительной, такой, что парень мог слышать каждый сбивчивый удар своего сердца, но не слышал ничего со стороны остального класса. Неожиданно, в противовес устоявшейся тьме вспыхнул яркий свет, который ослепил Гарри на несколько драгоценных секунд; юноша уже практически сумел проморгаться от назойливых разноцветных мушек перед глазами, как почувствовал на своей шее ледяное прикосновение. Он хотел было отшатнуться, но сдавившая его шею ладонь не дала даже шагу в сторону сделать. — Ничтожный, маленький сопляк, — прошипели ему прямо на ухо, и щёку юноши защекотали длинные чёрные волосы. Гарри попытался оттолкнуть Снейпа, но тот резко перехватил его руку и вдавил в стену, не давая вырваться. — Ты никогда не добьёшься моего доверия, ты так и останешься тем ничтожеством, которым был всю свою жизнь. Ты не сумел защитить своих товарищей в тот раз, не сможешь и сейчас. Хотя нет, постой, — его уха коснулся жестокий смешок, — у тебя ведь нет товарищей, верно? Они все тебя предали... — противное шипение закралось на подкорку его сознания, и уже там крутилось словно на повторе.       Руки, сдавливающие его шею и запястье, исчезли, но вместо них Гарри согнулся пополам от резкого удара в живот. Закашлявшись, он сполз по стенке на грязный пол и не успел перехватить чужую ногу перед тем, как та с силой врезалась в его скулу. Простонав от обжигающей боли, парень стал заваливаться на бок, когда в его плечо упёрся ботинок, пригвождая обратно к стене.       Гарри скорее чувствует, нежели видит, что над ним склонились: — Грязный предатель, — неожиданно нежно шепчут над ним, и юноша замирает, ведь он сможет узнать этот голос где и когда угодно. — Потти~и, Потти~и, — радостно тянет Малфой, и Гарри слезящимися глазами вглядывается в искажённое ненавистью лицо.       Палочка лежит всего в десятке сантиметров от его руки, но Гарри сейчас не сможет пошевелить даже пальцем. Он разбит, он раздавлен, он не понимает, что здесь вообще происходит, и желает только одного — чтобы этот кошмар поскорее закончился.       Он вслушивается в противный шёпот над собой, и не может слышать, как дверь в заброшенный кабинет резко распахивается; секунду после этого длится тишина, но затем на весь класс слышится тот же голос, что Гарри слышит от существа, придавливающего его к стене: — Ридикулус! — и Гарри медленно сползает на бок.