Стажеры. Потому что мы все связаны

Тони погорячился, когда выделил своим подопечным целый час до отбоя — первых бойцов в борьбе со сном потеряли буквально через десять минут. От обсуждения Питер как-то сам собой самоустранился. Барнс его интересовал слабо, а со всеми итоговыми решениями по Россу его потом могла ознакомить прослушивающая разговор Карен. Пальцы слегка подрагивали. Питер прекрасно понимал, что он был самым сильным из присутствующих, да и во время атаки его личная эффективность была выше, чем у кого бы то ни было другого. Вот только толку с той эффективности, если обезвреженных им наемников допрашивали и добивали другие? Устроившаяся с ним на одном диване ЭмДжей поворочалась и тихо-тихо на выдохе застонала от боли. Питер поправил на ней плед. Вот он бы после такой аварии уже восстановился. Да даже восстанавливаться не понадобилось бы, потому что он и гораздо большие перегрузки не замечал. Или если бы навязал себя похитить, то уже точно не пестрел бы синяками как Харли, который посапывал в кресле, устроившись головой прямо на пакете с уже растаявшим льдом. И ЭмДжей, и Харли успели среагировать, что-то сделать. Оценить обстановку, в конце-концов, пока сам Питер увлекся обезвреживанием наемников. А если бы он наемников убивал на месте, как это делали другие гости, то потратил бы гораздо меньше времени. И может даже успел бы предотвратить похищение. Да даже Нед был полезнее, чем он! И собрал из всякого хлама суперкомпьютер, и нашел, кого привлечь к работе, и несколько часов как проклятый впахивал, используя все доступные средства, чтобы найти похищенных. А Питер в это время… Много ли смысла быть супергероем, если он только и может, что быстро и сильно бить, а всю работу выполняют остальные? Ну да, он еще отключил дымоуловители. Отлично. Главный подвиг ночи. Питер смотрел на свои подрагивающие пальцы, а внутри что-то нехорошо сжималось. Тоскливое глухое ощущение своей бесполезности ныло в груди. Как-то так в итоге получилось, что пострадали или уработались и ЭмДжей, и Нед, и Харли, а вот сам он — Человек-Паук! — отсиделся в безопасности и безделье. У него не оказалось даже банальных веб-шутеров, которые он с собой таскал в школу. Питер сжал кулаки и прикрыл глаза, стараясь подавить ощущение беспомощности, которое откликалось жалостью к себе. Ведь если бы он был лучше, умнее… Никто бы не пострадал, не волновался, Шури бы не похитили, а мистер Старк не глотал бы таблетки горстями. У Харли бы не цвело синяками лицо, ЭмДжей не стонала бы от боли во всем теле после аварии, которую была вынуждена сама же и устроить, а Нед бы не страдал от перенапряжения и переутомления. Питер еще по пути в отель заметил, как он постоянно щурил и тер слезящиеся глаза. Реальность неожиданно показала, что суперсила, сверхскорость, прыгучесть и сверхразвитые органы чувств бесполезны, когда доходит до реального дела. Вот если бы он удосужился хоть на секунду перестать махать кулаками и осмотреться, подумать… Но мистер Старк был прав. История не знает сослагательного наклонения. И никакое количество сожалений не исправит совершенные ошибки, не изменит того, что произошло. И за каждое решение надо было отвечать. Но это. Ничего. Не. Изменит. — Твои мысли бродят где-то далеко, да все не там, — прервал его самоедство тихий голос Т’Чаллы. Питер поднял голову, больным взглядом уставившись на задумчивого короля. — Тебя слишком занимает то, что было, но при этом ты игнорируешь то, что будет. — Я подвел сегодня всех, — Питер закусил губу и отвел взгляд. — Всех подвел. Я там самым бесполезным был. И вы, и остальные… Да даже гости показа. Все что-то делали, один я… А еще себя супергероем считал. Т’Чалла медленно наклонил голову, продолжая поглаживать по плечу спящую сестру. — Разве мы бы отделались малой кровью, если бы в первой линии защиты не оказалось Человека-Паука? — Но ведь Шури и Харли все равно похитили… — Но именно потому, что там остался ты, я смог сразу сорваться в погоню, — Питер насупился, но Т’Чалла качнул головой, призывая не перебивать его. — Пусть я и сын Пантеры, пусть я и король, но я все же человек. И когда Мишель меня позвала, итог боя еще не был известен. Мы не знали статус Старка, мы не знали, будет ли у нападавших подкрепление и тяжелое вооружение. — Но ведь… — Это были все те вероятности, которые могли произойти. Я узнал о том, что мы преследуем похитителей Шури и Харли, уже в машине. Питер уже собирался спорить, но удивленно запнулся. — Тогда почему вы последовали за Мишель? — Потому что я знаю Тони, — король криво улыбнулся и крепче прижал к себе заворочавшуюся сестру. — Теперь знаю. Я всего один раз был свидетелем тому, что он вообще способен впасть в состояние аффекта, причем теперь я уже сомневаюсь, что даже тогда он полностью потерял контроль. И раз вас выбрал себе в подопечные такой человек, то я готов довериться любому из вас. — И даже мне? — А разве не это я сделал, когда оставил мать и, как я тогда думал, сестру во время боя? Окойе сильная, но даже она не защитит сразу двоих против армии. Ты и я, мы сегодня сражались плечом к плечу. Я оставил под твоей защитой самое ценное, что у меня было. Семью. Питер поднял голову, с растерянным и беззащитным выражением уставившись на Т’Чаллу. Король смотрел в ответ со спокойной уверенностью. — Пусть наша погоня и не увенчалась успехом, но я мог действовать с такой эффективностью только потому, что был абсолютно спокоен. А спокоен я был потому, что за моей спиной остался защищать гражданских сообразительный и ужасающе сильный мальчишка, на которого я имел возможность полюбоваться в Германии и которого Тони представил мне как своего протеже. — Но я мог бы сделать больше. — Если бы зебры знали, что на одном водопое крокодил, то пошли бы к другому и попались леопарду, — пожал плечами Т’Чалла. — Мы никогда не узнаем, что ждало бы нас на других дорогах судьбы. Так что и думать об этом надо до того, как ты выбрал дорогу, на которую собираешься ступить. И кстати, я был очень удивлен, когда ко мне присоединилась Окойе. — Мистер Старк мне приказал охранять королеву Рамонду, — Питер снова уставился на свои руки и поморщился, вспоминая, как он, бесполезный, сидел у ее ног и прекрасно осознавал, что ничего осмысленного сделать уже не сможет. А еще его связывал приказ. — Окойе сказала мне, что о матери я могу не беспокоиться, — Т’Чалла ухмыльнулся. — Это много стоит от самой придирчивой из моих генералов. И Тони наверняка смог полностью включиться в работу только потому, что ему не надо было думать о безопасности остальных. У нас говорят: «Кто не может подчиняться, не сможет командовать». — Я… — Питер озадаченно уставился на короля в ответ. — Думаю, я понял. И теперь я думаю, что… что шагнул на правильную дорогу. — Спасибо за ту выдержку, которую ты сегодня проявил, — Т’Чалла наклонил голову, обозначая поклон. — Кто не потерялся ночью, не потеряется и днем, так что я уверен, что ты не собьешься с выбранной дороги. Но, как и с любой дорогой, если хочешь быстро, то иди один. Хочешь подальше, то иди в команде. Хм. Ну что же, время позднее, пора и нам отдать дань ночи. О Баст, я опять говорю поговорками… День и правда был долгим. — У вас интересные поговорки, — широко улыбнулся Питер. — Можете еще какие-нибудь мне сказать? Т’Чалла подхватил на руки спящую сестру и внимательно посмотрел на смешного мальчишку, который мог легко удерживать на руках посадочный рукав, а может и целый самолет. Который был умен, если не гениален. И которому без дела сидеть было почти физически больно, но который все равно смог себя перебороть. — Множество рук делает работу легкой. Мудрость приходит со шрамами. Дерево выпрямляют, когда оно молодое, — уже в дверях король с абсолютно серьезным лицом обернулся. — Ну, а если хочешь стать слоном, Питер, то и кучи ты должен делать, как слон. Доброй ночи. Питер фыркнул и тихо рассмеялся, а потом аккуратно поднял на руки ЭмДжей. Пусть он сегодня и не проявил себя на все сто, но точно научился чему-то новому. А сила… Силу можно было использовать не только для боя, но и для защиты. Для заботы. Например сейчас она пригодилась, чтобы растащить спящих друзей по комнатам. А в следующий раз он будет немножко опытнее и лучше. Ведь у него и правда впереди было еще много времени, чтобы набраться опыта. И на этой дороге он шел не один.

***

Проснулся Тони с гудящей головой и в гордом одиночестве. — Тоже что ли экстремисом накачаться, — тоскливо бросил он в потолок, растирая ноющую грудную клетку. — Пеппер не одобрит, — прокомментировала Пятница. — Она отправилась к госпоже Шевоун на деловой завтрак. — И даже не позвала меня, — задумчиво протянул Тони, кое-как поднимаясь. — Моя жена меня не любит. — Там присутствуют мистер Лэйтон и промышленник Пак. В приглашении также упоминалась Беатрис и… — Моя жена меня очень любит, — тут же решил Тони. — Я бы с ними перегрызся. Кстати, с добрым утром. — С добрым, босс. В ресторане Тони взглядом осадил бросившегося к нему официанта и осмотрелся, выбирая, какие из знакомых лиц выглядели приятнее. Ресторан был почти пуст — за барной стойкой упивались кофе мрачные не выспавшиеся инвесторы, зло тыкая в один планшет, а у окна заедала ночной стресс целой горкой пирожных хозяйка нескольких сетей бутиков, причем справляться ей приходилось левой рукой, потому что правая кисть, разбитая об чью-то голову, была характерно забинтована. Им Тони просто отсалютовал с благодарной улыбкой, а направился прямиком к королеве Рамонде, которая завтракала в компании Окойе и какого-то симпатичного молодого вакандца, прибывшего, скорее всего, с группой подкрепления. Он прислушался к характерным певучим фразам и щелкающим звукам. — Вы не против, если я присоединюсь? — Это честь для нас, — с королевским достоинством наклонила голову Рамонда, приглашающим жестом указав на свободное место справа от себя. В текущей рассадке — наиболее почетное. Тони хмыкнул и сел. — Надеюсь, вам удалось выспаться? — Достаточно, чтобы функционировать, — признался Тони, снова полоснув взглядом по подкрадывающемуся официанту. Пятница наверняка уже направила заказ прямо в кухню, а лишние уши ему были ни к чему, даже с учетом того, что кхоса официант с гарантией не понимал. — Как вы, ваше величество? Как вы, генерал? Окойе вместо ответа выложила на стол свой браслет из бусин кимойо и шумно отхлебнула кофе, в один звук вкладывая все свое отношение к ситуации. — Устали, — честно призналась Рамонда, после чего указала на парня, который сидел рядом. — Это один из советников. Помогает держать связь с теми из наших людей, кто разбросан по миру. Странное поведение вибраниума вчера, похоже, было не только и не столько следствием действий тех наемников. — Наша разведка нашла останки прибора, который использовали для создания ЭМИ. Его изучением займется принцесса Шури, но по предварительной оценке его бы не хватило, чтобы настолько эффективно перебить излучение вибраниума, — объяснил парень, задумчиво потеребив свисающую до самого плеча серьгу. — И в то же время у наших людей в Гонконге и Нью-Йорке тоже наблюдалось странное поведение татуировок и техники. — Татуировок? — уточнил Тони. В третий раз официант прицеливался с носорожьей серьезностью и подносом с завтраком, так что Тони ему благосклонно кивнул, позволяя подойти к столу. — Спасибо. И не беспокойте нас ближайшее время. Официант испарился, а Окойе, проводив его взглядом, посмотрела на Тони и повернула голову. На шее синим засветился под кожей вибраниум. Тони присвистнул и нахмурился на свой браслет, перестраивая наниты, а потом поставил на стол активный шумоподавитель, чтобы с гарантией сохранить разговор конфиденциальным. — Так вот, часть татуировок временно деактивировалась или наоборот, утеряла свойство невидимости, — объяснил советник. — Кстати о свойствах, — Окойе мысленным усилием деактивировала татуировку и уставилась прямо на Тони, который лениво ковырялся в салате. — Как вы вчера справились с одиннадцатью наемниками? — С матом и высокими технологиями, — признался Тони с максимально честным видом и даже выразительно скосился на шумоподавитель, который пару минут назад болтался у него на запястье мертвой полоской металла. — И ваш браслетик способен выдавать больше тысячи градусов по Цельсию? — прищурилась Окойе. — Может, — с кристальной честностью ответил Тони, безмятежно закинув в рот половинку помидора черри. — Показать? И если это допрос, то сразу предупрежу, что моя жена не одобряет ролевые игры без ее участия. — Может позже, — ответила Окойе, причем в ее голосе явно прозвучало, что к этому вопросу она обязательно вернется. Рамонда подавила зевок и смущенно улыбнулась. Без макияжа она выглядела почти на свой возраст. — Прошу прощения. Познакомилась вчера с одним прекрасным индусом, потом половину ночи с ним общались. Я буквально чувствую, как меня тянут к земле мешки под глазами. Ужасно выгляжу, да? — Для такого приключения? Ничуть, — Тони задумчиво заглянул в свой салат. — И я даже знаю, как можно с этими мешками справиться. Сейчас вернусь. Вакандцы проводили взглядом Старка, который с ледяным спокойствием прошел мимо барной стойки и вломился в кухню. — Он не солгал, но и правды не сказал… — Окойе, — с нажимом произнесла королева. — Он имеет право на свои тайны, пока эти тайны не угрожают Ваканде. — Он так свободно говорит на кхоса, — советник задумчиво ткнул вилкой в шумоподавитель. Тот в ответ приподнялся на маленьких колесиках и откатился от него подальше, спрятавшись за кружкой Окойе. Та подняла бровь и переставила кружку, пальцем отпихнув испуганно заметавшегося маленького робота. — Насколько я знаю, он выучил язык до разговорного уровня за две недели, — Рамонда задумчиво переставила салфетницу, за которой шумоподавитель тут же спрятался. — Он может быть опасным врагом… Пока мы от него видели только добро, он же занимается нашей системой безопасности. Такого хорошего друга надо держать двумя руками, так что я требую к нему уважения и всей возможной помощи. Покорно склоненные головы были ей ответом. Явление короля и принцессы произошло одновременно. Т’Чалла приветственно сложил руки на груди и сел справа от матери, машинально отодвинув недоеденный салат и украв чужой круассан. Шури сомнамбулой проползла до другой стороны стола, где практически упала на стул. — Сейчас проснусь и докопаюсь, — пообещала она советнику и окинула взглядом стол. Окинула еще раз, внимательнее. А потом ловко сцапала маленького робота из-за салфетницы и перевернула его брюшком вверх. Колесики гневно зажужжали. — А это что такое милое? А это что такое хорошее? Шумодав? А где у тебя швы между панелями, лапочка? Подождите-ка, ты что, из нанитов?! — Я так понимаю, мистер Старк уже позавтракал? — поинтересовался Т’Чалла, надкусывая шоколадный круассан и не подозревая, что предмет его вопроса стоит прямо у него за спиной, скептически наблюдая. — Это сложный вопрос, — ответила Окойе с каменным лицом, очень внимательно глядя в свою чашку кофе. — Философский, — поддакнул советник. — А с точки зрения теории относительности просто восхитительно-изящный, — закончила Рамонда. Шури, тонкостью душевной организации никогда не отличавшаяся, тут же включила скрытую съемку на одной из бусин. Маленький шумоподавитель продолжал возмущенно жужжать колесиками в ее руке. Убедившись, что препятствовать расплате за круассан никто не будет, Тони очень плавно и медленно поднял руку с огурцом, так, чтобы тот завис ровно над левым плечом короля. Огурец был отличный — зеленый и глянцевый. — Вы что-то темните, — прищурился Т’Чалла, заканчивая с круассаном и потянувшись к нетронутой кружке кофе. А потом король что-то заметил боковым зрением и посмотрел налево. И нос к носу столкнулся с огурцом. Честно говоря, Тони очень сильно сомневался, что это сработает — даже при всей своей кошачести, Черная Пантера был человеком. Так что прыжок почти на два метра в сторону превзошел все ожидания, ему только и оставалось, что поймать отлетевший стул. — Ваше величество, — Тони сел на свое место и обезоруживающе улыбнулся. — Вы можете украсть мой круассан, но никогда не покушайтесь на мой кофе. Т’Чалла хмуро оглядел сидящих за столом. Смех сдержали все, но ухмылки были весьма красноречивыми. И выражение лица сестры, которое он уже точно где-то видел… — Шури! Немедленно удали это видео! — Без проблем, братец, — неожиданно легко согласилась та. — Я все равно уже скинула его всем присутствующим и в два облака.

***

В течение получаса до ресторана доползли и стажеры, причем Питер наседкой крутился вокруг зажатых и шипящих от боли друзей. Особенно плохо держалась ЭмДжей, для которой авария аукалась ноющим всем. — Это что еще за маски-шоу? — хмуро зевнул Харли, шлепнувшись на свободный стул. — Релаксируем-м-м, — мурлыкнул в ответ Тони, потом снял с правого глаза кружочек огурца и закинул в рот. — Фигово выглядите. Надо будет вас под Хелен подложить. — Ты себя в зеркале видел? Вон, один глаз уже зеленый и отваливается, — поморщился Харли. — Хотя тут все такие. — Если завидуешь, то у нас еще половина огурца есть, — ласково отозвалась Окойе. — И правда здорово помогает… А еще я могу им заткнуть тебе рот, если ты продолжишь до меня домогаться, как в наши прошлые встречи. — О, кстати о затыкании ртов. Пятница, закажи им завтрак, — Тони захрустел вторым кусочком огурца. — И еще кофе. — Да, босс, — отозвалась Пятница. — Меж тем принцесса опять пытается отломать кусочек шумоподавителя. Тони вздохнул и уставился в огуречные кружочки на глазах принцессы. Та как будто почувствовала взгляд и сняла их. — Ну блин, это же на-ни-ты! Мне бы хоть парочку поизучать. — Ни в коем случае, по крайней мере пока я не закончу все тесты. Кстати, детки, я затребовал перенос на сутки, так что у нас окно в аэропорту Лондон-Сити через три часа. Если хотите еще поиграть с принцессой в одной песочнице, то вам стоит воспользоваться моментом… В голове Т’Чаллы как будто щелкнуло. Он оторвался от изучения отчета, который за ночь составили агенты Ваканды. — Раз уж наши дороги так переплелись на этом показе, то почему бы вам не посетить Ваканду? — мстительно предложил он, чувствуя себя невероятно подлым. — Отказ не принимается, считайте это королевским приглашением. Тони прищурился, оценив то, как неожиданно засветились лица стажеров, насколько был доволен своей идеей король… — Ох, что-то вы темните, — подозрительно протянул он. — Я даже не сомневаюсь, что это месть за огурец, но вы наверняка что-то еще собираетесь натворить. — Ни в коем случае. И отдохнете все, и будет возможность с нашей системой безопасности познакомиться… — Ой, кстати! — встрепенулся Питер, понимая, что только ему хватит сил отвести подозрения, достоверно перенаправив разговор в другое русло. — Т’Чалла, спасибо большое за вчерашний разговор. Я, ну, больше не чувствую себя таким бесполезным. — Рад, что мои слова попали в благодатную почву. — Так, стоп! Питер, что еще за бесполезность? Питер облегченно выдохнул и начал сбивчиво пересказывать свои ночные размышления. Шури мельком переглянулась с Харли и вернулась к сосредоточенному отколупыванию хоть нескольких нанитов от шумоподавителя. Нед и ЭмДжей подхватили общую идею, готовясь в случае чего принять эстафету по переводу темы, но это не понадобилось. Тони внимательно выслушал, а потом не менее внимательно посмотрел Питеру в глаза. Тот смотрел спокойно и уверенно. — Ну, вот и славно, что понял основную логическую ошибку в своем построении. И вообще, нашел насчет чего себя накручивать. Мы вообще все были вчера-сегодня равнобесполезны, — подытожил Тони, а потом отсалютовал своим кофе. — Настоящие герои похищения у нас Шури и Харли! — Мы старались, — нескромно заметил Харли, переглянувшись с принцессой. — Эту парочку даже ад обратно отрыгнет, — с чувством закончил Тони, а потом опрокинул в себя кофе. Его примеру последовали остальные. — Ну эй! — на два голоса раздалось от Шури и Харли. Рамонда сняла кружочки огурцов с заметно посвежевших глаз и внимательно посмотрела на своего сына. Ее было не так просто сбить со следа. И уж она-то лучше других знала, когда ее дети замышляли какую-то пакость.

***

Тони регулярно косился в кресло первого пилота, но Питер справлялся. Конечно, для взлета, посадки и пилотажных фокусов ему было рано, но вот идти по заданному курсу он уже мог практически без помощи Пятницы. — Тогда… Получается, что на клике связки тоже надо напрягать? — Ага, — Тони еще раз медленно повторил фразу на кхоса, которую Питер пытался разучить. — Отстань просто уже от этих несчастных кликов, у тебя половина остальных звуков сглажена. — Вот ЭмДжей наверняка с первого раза повторит, — досадливо буркнул Питер. — И Нед с Харли тоже. Тони потянулся и откинулся в кресле второго пилота. — Дай ты им отоспаться. Вы же наверняка сразу пойдете к принцессе в лабораторию. И с чего ты вообще взял, что Харли это осознанно повторит? Еще попробуй меня убедить, что он тест по испанскому не завалил. — Откуда вы, — Питер досадливо прикусил себе язык. — Что я, Харли не знаю? — вздохнул Тони. — С какого раза сдал? Со второго или третьего? — Со второго… Но откуда вы это знаете?! — Я знаю. Кому еще-то знать, — Тони помрачнел. — Он… Харли эйдетической памятью затыкает все те дыры, где должно быть творчество, пластичность и, одним словом, гуманитарный блок. Знаешь, как он сдавал историю? Прочитал работы всех членов комиссии, все их статьи и критику на них. Взломал личные данные и копнул грязи. Сложно спорить с человеком, который творчески цитирует твои провалы, не так ли? Я сомневаюсь, что он сможет полноценно выучить какой-нибудь язык кроме английского. Он гениальный технарь, но все остальное… ему не дано. Он мыслит, так сказать, цифрами. Питер помолчал, осмысливая неожиданно свалившуюся на него информацию. Это объясняло многие нестыковки в поведении Харли. Да даже его спокойствие после похищения — Питер еще по дороге в отель заметил, что тот меньше всех переживал. Но это же и ужасало, потому что открывало в друге огромную, незаполнимую дыру там, где у остальных было яркое пятно абстрактного творчества. — А почему вы тогда грозились продать его в Мексику? — Потому что Юкатан. — Что? — на секунду завис Питер. — А зачем? Хотите его принести в жертву пернатому змею на пирамиде Кукулькана? В ответ Тони гнусно заржал. Единственное, что остановило Питера от попытки выполнить от обиды пике, это сон остальных в салоне самолета. Да и мистера Старка небольшой перегрузкой наверняка бы не проняло, достаточно вспомнить, какие фигуры высшего пилотажа он регулярно творил в броне. — Вообще-то мне нравится твоя идея… Прям очень нравится! — Ну мистер Старк! — надулся Питер. — Да ладно, ладно. Потому что кенгуру. Не смотри так. Или алеут. Знаешь, что общего у всех этих слов? Они все на языке коренного населения означают «я не понимаю». ЭмДжей, да даже Неда или тебя можно сунуть в языковую среду, через годик будете на нем даже сны видеть. С Харли это не сработает. Да, он может как попугай задолбить словарь и кое-как объясниться с носителями языка, но вот ответ не поймет, если тот будет отходить от знакомой ему схемы. И при самостоятельном изучении Харли с гарантией примет «я не понимаю» за универсальное название, но вот сам эту ошибку не определит. — Так значит… Он никогда не сможет… — Именно. Харли гений. Но его гениальность отняла у него все, что нельзя выразить формулой и посчитать. Он не чувствует музыку за гранью ритмического рисунка и оценивает картины как нейросеть, определяя автора, смысловое наполнение и примерную стоимость. Ни единого реального эмоционального отклика на весь гуманитарный блок, если это не вызывает ассоциаций с конкретными ситуациями из его жизни. Даже базовые эмоции Харли рационализированы, он просто выбрал такую экспрессивную модель, чтобы было проще скрывать то, что у него эмоциональный спектр зубочистки. Это… ужасная привилегия. И сколько бы раз он ни услышал кенгуру в разговорах аборигенов, сам он никогда не догадается, что они говорят не о животном. Питер молча сжал губы, пустым взглядом уставившись на плывущие внизу облака. — И я этого за столько времени не заметил. — Еще раз, Харли гений, — Тони протянул руку и взъерошил Питеру волосы. — Не беспокойся за него, этот мелкий засранец вполне доволен своим положением. Собственно, я так гоняю его с испанским, потому что теоретически он даже может придумать для себя рабочий метод освоения других языков, помимо тупого зазубривания готовых шаблонов. А пока… Давай-ка я лучше тебя еще паре форм приветствия научу. Только не забывай следить за шкалой курса и тангажа, я чувствую, что ты уже добрую минуту пытаешься уйти в правый крен. — Не было такого! — А ты по авиагоризонту проверь, — ехидно предложил Тони. — Эээ… Упс? — смутился Питер, выравниваясь. — А можете еще раз произнести ту фразу по отдельным словам?

***

Окойе сидела на месте пилота, скрестив ноги и в полумедитации сканируя взглядом облака и землю, расчерченную квадратиками полей. Откинувшись в кресле, Пеппер задумчиво покачивала ногой, прослушивая разговор из кабины самолета, на котором летели Тони и его стажеры, а также принцесса Шури. Хотя, пожалуй, через месяц-другой она вполне могла стать пятым стажером в этой веселой компании, так что стоило перестать ее мысленно от них отделять уже сейчас. — Улыбка вам к лицу. — О, спасибо, — Пеппер сняла наушник и убрала его в карман, а потом с благодарным кивком приняла у королевы чай. — Как мы и ожидали, их грандиозные планы начать работать по дороге развалились. — Я так понимаю, планы развалились одновременно с тем, как дети развалились на диванах и уснули? — Рамонда сдержанно улыбнулась и мягко вздохнула. — Надеюсь, мой сын соизволит выделить себе хоть пару часов на дневной сон. Из Лондона два вакандских джета и частный самолет СтаркИндастриз вылетели с интервалом в несколько часов. Чтобы упростить логистику, Рамонда изъявила желание задержаться и посетить Шевоун, а потом принять на борт Пеппер, которая очень рассчитывала успеть параллельно решить еще несколько вопросов по бизнесу. Так что получалось, что вылетевший на первом джете Т’Чалла с советниками и агентами уже приземлился в аэропорту Ваканды, а второй джет должен был приземлиться примерно в одно время с самолетом СтаркИндастриз, гражданские двигатели которого уступали в скорости передовым вакандским технологиям. Усталость давала о себе знать, да и после первого боя сила до сих пор клубилась внутри. Пеппер пригубила чай, который из-за экстремиса казался абсолютно холодным. Она покосилась на королеву, которая казалась погруженной в мысли, и аккуратно направила силу в ладони, тщательно контролируя точки выхода тепла. — Увы, в этом король мне крайне напоминает Тони, — Пеппер кивнула на лежащий рядом телефон, а потом плотнее обхватила глиняную кружку, подогревая себе чай до той температуры, когда даже для нее он бы казался горячим. — Хорошо, что хоть подопечных заставит выспаться. — Дети так быстро растут, — умиленно кивнула Рамонда, из-под ресниц коротко глянув на почти закипевший в руках Пеппер чай. — А щепотка снотворного в кофе все также работает. — Возьму метод на вооружение, — приподняла бровь Пеппер, после чего пригубила свой чай, только что не жмурясь от удовольствия. Тепло… То, что надо после промозглого Лондона. — Я подняла кое-какие связи в Индии по вашему вопросу. Пятница закончит компилировать данные и перешлет вам в ближайшее время. — Это прекрасно, — Рамонда с тонкой улыбкой наклонилась ближе к Пеппер, практически касаясь губами ее уха. — Я теперь знаю ваш секрет. Пеппер поджала губы, понимая, насколько глупо она прокололась, и накрыла ладонью чашку, от которой шел пар. — Я никому не скажу, — села в свое кресло Рамонда. — Просто считаю, что честно будет вас оповестить о своем знании. Не беспокойтесь насчет Окойе, я доверяю ей как себе. И, скорее всего, она нас сейчас не слушает. — Глупо получилось, — вздохнула Пеппер. — На самом деле я начала догадываться еще вчера, когда пришли результаты вскрытия наемников, которые прорвались за кулисы. Часть была убита репульсорным выстрелом, а вот у остальных были очень характерные ожоги, чтобы предположить, что их нейтрализовал человек с… особенностями. Вы и ваш муж стали проводниками для нас в большом мире. Я бы хотела отплатить вам добром, предложив своего сына в качестве одного из крестных для вашего первенца. Если ваша… особенность передается по наследству, то сверхчеловек в качестве крестного вам пригодится. Пеппер перевела глаза на свою исходящую паром кружку, уголки ее губ опустились. — Боюсь, я потеряла возможность зачать и выносить тогда, когда получила эту… особенность. — Разве в наши дни есть что-то невозможное? Особенно когда мы говорим о таких людях, как ваш муж? — приподняла бровь Рамонда. — В любом случае, мое предложение останется в силе, даже если вы решите взять приемного ребенка. Кстати, раз уж ваш визит в нашу страну впервые не расписан до минуты, то как вы смотрите на то, чтобы посмотреть мою коллекцию предметов искусства? С того дня, как Пеппер осталась последним в мире носителем экстремиса, они с Тони знали, что однажды эта правда всплывет. Просто потому что правда всегда всплывала, как бы хорошо ее не прятали. Даже Соглашения Пеппер подписала пусть и как один из пилотов брони Железного Человека, но главной причиной было то, что Соглашения бы ее защитили в ситуации, когда про экстремис станет известно кому-то извне. И все же Пеппер ни за что не отказалась бы от этой силы. Силы, которая дала возможность быть наравне с Тони, силы, которая делала ее неуязвимой, которая позволяла встать на пути любой угрозы, защитить то, что ей дорого. Она цеплялась за эту силу в первые месяцы после того, как Тони ее стабилизировал. Цеплялась, когда ее сжигал внутренний огонь, пока Тони экстренно строил под полуразрушенным фундаментом в Малибу бетонную яму, бункер, способный выдержать температуру звезды Бетельгейзе или тренировки Пеппер. Она цеплялась за эту силу и дрожащими губами улыбалась в сторону защищенной камеры, когда после первых тренировок единственным способом угомонить экстремис была ванна со льдом. Она смогла сохранить эту силу, скрыть ее ото всех и спрятать, превратив в секретное оружие. Как любил шутить Тони — оружие Судного Дня. И вот, впервые за прошедшие годы она ее использовала в бою, защищая Тони, Шевоун, еще несколько десятков моделей и ассистентов. Это было восхитительное ощущение. Чужая жизнь, спасенная ее руками. Нет, Пеппер никогда не отказалась бы от этой силы. А то, что ее раскрыла королева Ваканды, страны, которая лучше всех в мире умела хранить свои секреты… Что же, эта плата была ей по карману. — Спасибо за предложение, я с радостью его принимаю. Вы угадали мою маленькую страсть к искусству, — кивнула Пеппер, позволив на несколько секунд золотому пламени экстремиса охватить радужку, заставив глаза порыжеть. — И если вам когда-нибудь понадобится моя помощь не только как консультанта… Дайте мне об этом знать. Они с Рамондой обменялись одинаковыми улыбками и перешли к обсуждению коллекций и идеи проведения цикла выставок, а Окойе, так и не оторвавшая задумчивый взгляд от облаков и земли, мысленно закрыла для себя вопрос о том, какие именно «высокие технологии» позволяют не только получить температуру в тысячу градусов, но и использовать ее в бою. По данным разведки Ваканды, экстремис был уничтожен вместе с последними солдатами Мандарина. Оказалось, что последнего, кто носил в себе жар небольшой звезды, Старк сберег и стабилизировал, держал так близко к сердцу, как никого другого. Окойе позволила себе скосить глаза в сторону королевы и женщины, которая могла в считанные секунды убить все живое в радиусе как минимум трехсот метров. Если выход их страны на мировую арену приносил таких друзей и союзников, то, пожалуй, это было хорошим решением.

***

Тони комментировал для Питера каждое свое действие, когда полностью в ручном режиме начал снижение. В салоне Шури растолкала остальных и разогнала их к иллюминаторам. Тони по внутренней связи насладился испуганными воплями, когда он направил самолет прямо в холм. Питер вцепился в собственную кофту, чтобы руки не дернулись к управлению, да и сам Тони почувствовал, как сердце ухнуло куда-то в район печени, когда перед самым носом мелькнули ветки и листья, а потом рассыпались вокруг на шестиугольники многослойного барьера, пропуская их в воздушное пространство над Вакандой. В аэропорту Золотого Города их встретила Пеппер. Встретила, а потом нетерпеливо утащила Тони инспектировать систему безопасности, хотя тот скулил, отбивался и твердо намеревался прорваться в шахты горы, где шла добыча вибраниума. Шури издевательски помахала им вслед, а потом загнала в один из небольших летательных аппаратов-стрекоз своих соучастников по «аморальному прикрытию» и рванула на гору Башенга, где и располагались ее лаборатории. — Добро пожаловать! — Шури экспрессивно взмахнула руками, пока остальные с восторгом и легкой завистью оглядывались. — Ну что, давайте сверим, что у нас есть на Росса? Карен, Ио, можете подключиться к моим хранилищам данных. — Спасибо, но они не будут это делать, — раздался из-под потолка голос Пятницы. — Разве что через меня. — Как ты вообще получила доступ к внешней акустике, — задохнулась возмущением Шури. — Я давала доступ только к одному серверу, как ты… И давно ты? — С нашего первого знакомства, — отозвалась Пятница. — Да как ты…?! Питер силой отлепил Харли от стекла, за которым открывалась панорама шахт. — Шури, а можно сначала нас как-нибудь подлатать? Я помню, ты говорила, что вибраниум можно использовать для лечения. Просто иначе от ЭмДжей и Неда толку не будет, они точно вырубятся. — Мы съели обезболивающего, — сонно поморщилась в ответ ЭмДжей, лениво разглядывая полуразобранные вибраниумные перчатки. — Помогло слабо. — Запрыгивайте на столы, минут за двадцать вас подлечим. Харли? Хм. Кстати, а у тебя всегда так быстро синяки заживают? Харли, успевший снова просочиться к стеклу и прилипнуть к нему, только что не пуская слюни на такое количество материала для изучения, задумчиво обернулся. — Ну да. А что? — Да ничего, — покачала головой Шури, которая отлично помнила, как звучно впечатался кулак в тактической перчатке в лицо Харли. — Просто по данным моих сканеров синяк выглядит так, как будто ему уже дня два-три, а ведь прошло меньше двадцати часов. Собственно, Росс… Питер оторвался от задумчивого разглядывания черного песка на полу и поднялся, отряхнув руки. — Кстати об этом. Предлагаю сначала хоть общий план действий набросать. Ну, про наш, — Питер в воздухе изобразил пальцами кавычки. — Секретный аморальный проект. Я просто как-то вчера и сегодня понял, что мы недооценили мистера Старка, так что прикрытие лучше заранее проработать. — Да без проблем, — кивнула Шури. — В общем, так. У нас есть белый мужик, биологически примерно тридцати лет. Сыворотка суперсолдата, база для металлической руки и поджаренные мозги. Одна штука. Жалко его не особо, но второй попытки у нас не будет. Задача почти невыполнимая, как мне на первый взгляд показалось… В общем, надо как-то вытащить из его головы программу, которая может его в любой момент превратить в машину смерти. — И самим при этом не сдохнуть, — протянул со стола оживающий Нед. — Оу, как же хорошо… Это микровибрационный массаж? — В яблочко, причем по обоим пунктам, — ткнула в его сторону пальцем Шури, а потом махнула рукой над черным песком, заставляя его собраться во что-то, очень похожее на голограммы. Харли наконец перестал пускать слюни на добычу вибраниума и тоже переключился на появившуюся схему. — Итак, вот все, что у меня на данный момент есть…