Стажеры. Потому что мы все связаны

Предыдущий день был тяжелым, спали плохо, так что и по будильнику в семь утра стажеры вставали без малейшего удовольствия. — Кофе? — Спасибо. Нед подпер гудящую голову. Слишком много всего произошло за последние месяцы, слишком резко и кардинально поменялась их жизнь. Даже он сам менялся — становился легче, быстрее, сообразительнее, получал доступ ко все большим объемам информации. И Нед чувствовал, как ненавязчиво, но абсолютно неумолимо Старк и его ИИ толкали его изучать все больше и больше, учиться, осваивать, развивать навыки и схватывать новое на лету. А уж последняя неделя вообще переходила все границы разумного. Мало им было цифровой диверсии мировых масштабов, так теперь еще появилась необходимость до конца довести начатое. А ведь среди них на юриста с грехом пополам тянула только ЭмДжей! — Так я не поняла, — Шури устроилась на углу стола и помахала тостом, остужая его. — Мы, типа, официально на работу приняты? Или что? — Как мне показалось, вчера мистер Старк был весьма… однозначен, — ЭмДжей поковыряла салат вилкой и со вздохом отодвинула тарелку. — Разгребать, значит разгребать. Я вот думаю, сегодня займемся юристами — надо разобраться, на сколько можно упечь всех причастных. Харли? Харли в ответ помолчал, мрачно глядя в свою кружку, где, благодаря Шури, снова была двойная порция сахара. Скрипнул зубами. — А что «Харли»? Так далеко я не продумывал. Мы же не ожидали, что в итоге именно СтаркИндастриз возьмет этот вопрос на контроль. Ио, хоть ты им скажи! Иокаста гордо отмолчалась. Карен пошла на контакт сразу же, стоило Питеру извиниться за произошедшее, но вот Ио не поддавалась на уговоры и стояла насмерть, в каждый звук вкладывая пренебрежение кожаными мешками с костями, а ответы сдабривая такой убойной дозой сарказма, что мрачнел даже Харли. — Ио, ну хватит уже! Мы же не специально... Ладно, в этот раз она меня, похоже, не поддержит. В общем, это должна была быть не наша проблема, а Комитета Соглашений. Или ООН, в конце-то концов! — Теперь это наша проблема, — отрезал Питер. — Так что берем и решаем. Во сколько нам надо быть у юристов? В половину? Ешьте быстрее. Нед потер глаза. — Одно хорошо, — оптимистично заявил он. — Что всю эту неделю нам хоть о школе думать не надо!

***

Библиотечная пыль кружилась в воздухе. Плащ брезгливо уворачивался от особо плотных клубов, которые срывались с обложек, а потом вообще отцепился от хозяина и, встряхивая подолом, из библиотеки тихо испарился. — Можно попробовать заглянуть в Сефер Разиэль ха-малах, — раздалось через два стеллажа от Стрэнджа, где Вонг перебирал книги. — Нет-нет, нам нужно что-то более древнее, — отозвался Стрэндж, длинными пальцами скользя по корешкам, которые отзывались искрами магии, похожими на статическое электричество. — К временам Соломона уже не было сил, сравнимых с теми, о которых мне нужна информация… — Тебе нужна информация для женщины, — уточнил Вонг. — Для женщины столь отличной от человека, что она не может зачать и выносить без ритуала. И при этом за последние три тысячи лет аналогов по силе не было. Для кого ты это ищешь? Если бы на планете было такое существо, то в ордене Мистических Искусств о нем бы уже давно знали. Стрэндж растер между пальцев пыль веков, а потом достал один из гримуаров, пролистал и взмахом руки отправил на стол, где уже собралась внушительная стопка. — Появилась буквально пару лет назад. — Стрэндж, — угрожающе раздалось от Вонга через несколько секунд. — Ты понимаешь, об угрозе какого уровня ты говоришь? — Понимаю. А еще — я видел ее ладонь… — И? Тебе нужна консультация хироманта? — Не нужна, я и так достаточно увидел. Пожалуй, мне нужна литература… Скажем, что-то из Пнакотических манускриптов. Или трактат Хтаат Аквадинген… Помнится, там должны быть подходящие ритуалы. За стеллажами что-то упало, а потом оттуда вышел как полотно белый Вонг. Поднял руку, пальцем указывая на Стрэнджа, с трудом справился с дрожащими губами. — Ритуалы, способные привести в этот мир силу, равную Великим Древним? Ты рехнулся? — О, что за драматизм! — Стрэндж отправил на стол еще одну книгу. — Мне нужны всего лишь составные части ритуалов, чтобы обеспечить успешное вынашивание! Вонг! Вонг? Куда ты пошел? А ну-ка вернись! Вернись сейчас же, нам потом еще изменять и дорабатывать найденное!

***

В первый день пятерка стажеров накинулась на проблему так, что юридический отдел только диву давался. Во второй день их оптимизм начал таять. К третьему дню стажеры взвыли. — Спасибо, держите меня в курсе, — Тони послал Пятнице мысленную команду на прерывание звонка и откинулся в кресле. Пятница в первый же день сдала агентов, которые подставили под удар Роджерса и его отщепенцев. И Тони, несмотря на все желание, так и не смог хоть слово им сказать, выругаться, да даже просто заявить, что они были не правы… Ведь все бывшие агенты Щита, участвовавшие в диверсии, успели неоднократно доказать свою верность, были честны и не задумываясь пожертвовали бы собой ради общего блага. В их преданности делам света и лояльности к СтаркИндастриз Тони тоже не сомневался. Просто… Просто все они что-то потеряли во время слива файлопомойки Щидры. И все же некоторых Тони посетил лично, чтобы посмотреть в глаза людям, которые поняли, что справедливости они не получат, если не добьются ее сами. И обвинить их в том, что они просто воспользовались моментом, не получалось, потому что у них было на это полное право. Тони смотрел в глаза тех, чьи семьи оказались вырезаны под корень, тех, кто потерял близких людей или части себя, кто в две тысячи пятнадцатом оказался без поддержки и прикрытия в западне и кого удалось спасти в последний момент. И этим людям Тони просто не мог сказать, что они не имели права ответить тем же, сливая компромат на Мстителей в сеть. — Пятница, что с открытыми слушаниями? — Я связалась с командой обвинения, основная стратегия та же. — А с закрытыми? Пятница фыркнула в наушник, в один звук вложив все отношение. — От СтаркИндастриз в команде пополнение на две позиции. Еще три места среди наблюдателей… — Ну, — перебил Тони Пятницу, ухмыльнувшись. — Они же хотели посмотреть процесс? Посмотрят. Из первых рук, так сказать. — Все так, босс, — в тон создателю отозвалась Пятница. — Захожу на посадку. Под вертолетом голографический полог над Вакандой рассыпался шестиугольниками, открывая вид на Золотой Город. Что Тони всегда умел — так это наплевательски относиться к тем проблемам, решить которые лично он не мог. Кристин Эверхарт выкладывалась на полную, освещая события с выгодной стороны, задавая тон остальным публикациям. Юридическая команда рвалась в бой, раскатывая в блинчик все препятствия. Информации уже хватало, а все недостающее стажеры могли накопать без усилий. Роуди оборонял от репортеров Базу Мстителей, Пеппер придерживала раскачивающийся рынок ценных бумаг, Пятница контролировала и координировала происходящее, а сам Тони в данной ситуации мог только всем мешаться или лезть под руку. Лезть под руку и мешаться Тони не любил, так что из США он смылся при первой же возможности, лично доставив в Ваканду партию обновленных глушилок для системы защиты. Тем более, у него там было одно незаконченное дело… — Рамонда, Т’Чалла, Окойе, — поприветствовал он, снимая солнцезащитные очки. — Тони, — Рамонда улыбнулась ему, сразу задавая не очень официальный тон встрече. — Пройдемте в резиденцию. Я умираю от желания услышать о том, как моя дочь страдает от последствий своих решений. Надеюсь, ее работа над ошибками продвигается успешно? — О, уверяю, над ошибками идет такая непрерывная и настолько активная работа, что выть и страдать дети начали еще вчера. Окойе подавилась смешком и дважды ударила древком копья по покрытию взлетно-посадочной полосы, отсылая почетный эскорт. Повинуясь мысленной команде Тони, разгруженный вертолет разогнал винты и мягко оторвался от земли, улетая на парковочный аэродром. — Вынужден признать, что я тоже весьма заинтересован судьбой сестры, — прокомментировал Т’Чалла, закладывая руки за спину. — Надеюсь, она больше не доставляет проблем? — Ну, — протянул Тони. — Ответ на этот вопрос зависит от того, с кем я сейчас разговариваю. Король Ваканды или… боевой товарищ? — Я бы предпочел придерживаться неформального общения, все же эта проблема, пожалуй, может в чем-то считаться семейной. — Семейной? Точно? — услышав, каким тоном Тони это уточняет, Рамонда заранее поджала губы, натягивая на лицо безэмоциональную маску. — Точн… — Т’Чалла замер. Ему не хватало только прижатых ушей, потому что что-то похожее на полное негодования шипение у него все же вырвалось. Тони невозмутимо опустил руку с пульверизатором, из которого он обрызгал короля Ваканды, как будто тот был нашкодившим котом. — Что. Это. Было? — H₂O. Еще вопросы? — И за что же? — не успел он закончить фразу, как снова получил струю воды в лицо. Окойе прикусила губу, чтобы не засмеяться, а Рамонда даже не пыталась сдерживать ухмылку. — Я так понимаю, мне стоило лучше приглядывать за сестрой? — Плохой котик! — Тони снова направил пульверизатор на короля, заставив того отшатнуться. — Кто моим стажерам дал добро Росса сажать, а? Кто этих… нехороших подростков по голове гладил, когда надо было пороть и под домашний арест сажать? А если бы они где-то ошиблись? — Я контролировал происходящее, все было под контро… Под контролем!.. Да хватит уже! Тони ловко отшатнулся, когда Т’Чалла попытался отобрать у него пульверизатор, и снова несколько раз брызнул ему в лицо. — Под контролем бы оно было, если бы об этом знал я! И вообще, Росс бы такими темпами сам себя за решетку утрамбовал через пару лет. А теперь мы имеем цепную реакцию, которая запустит серьезные перестановки в ООН и Пентагоне. Оно нам сейчас надо? Извернувшись, Т’Чалла вырвал пульверизатор у Старка и спрятал за спину. — В любом случае, сделанного уже не исправить. Я в меру сил буду помогать с ООН. — И сообщать мне обо всех опасных делишках, в которые дети попытаются влезть? — Так, стоп, как мы пришли к… — Т’Чалла замолчал и отвернулся, отплевываясь, потому что из кармана Старк достал не что иное, как второй пульверизатор. — Ладно, ладно! При попытке влезть во что-то опасное я лично их остановлю, а потом поставлю в известность Пятницу. — Отлично, — Тони одобрительно кивнул и отдал пульверизатор Окойе. — Итак, Рамонда, Пеппер просила меня посмотреть те экспонаты, о хрупкости которых в прошлый раз зашла речь… — О, конечно, — королева положила руку на предложенный локоть. — Мы как раз утром закончили сканирование структуры… Т’Чалла с восхищением и искренней ненавистью посмотрел вслед, а потом перевел взгляд на Окойе, которая заинтересованно покрутила регулятор распылителя. — Не смей, — предупредил он ее, едва пульверизатор оказался повернут в его сторону. — У меня даже мысли такой не было… Мой король, вам надо переодеться. Ваш советник был весьма… настойчив в донесении своей позиции. Вода стекала с волос короля, капала на мокрые плечи. Т’Чалла абсолютно кошачьим движением отряхнулся. — Что, уже вся Ваканда в курсе, что у меня в советниках Старк? Окойе только тонко улыбнулась, на что Т’Чалла покачал головой и развернулся, намереваясь пойти переодеться. Спина была широкой и местами мокрой. И если изначально такой мысли и правда не было, то теперь… Теперь Окойе беззвучно подняла руку, направив пульверизатор в спину королю. — Так, все, — решил Т’Чалла, чувствуя, как после узнаваемого звука между лопатками расплывается мокрое пятно. — Это война! И, развернувшись, пшикнул Окойе прямо в лицо. Слуги нечитаемым взглядом проводили унесшихся по коридору короля и первого генерала, которые расстреливали друг друга водой из отобранных у Тони Старка пульверизаторов для опрыскивания цветов.

***

Приговор вынесли уже на пятый день, пусть для этого и понадобилось нарушить почти все процессуальные нормы. И за эти пять дней стажеры озверели от бумажной и аналитической работы настолько, что как родные вписались в основную юридическую команду СтаркИндастриз, известную крайним цинизмом всех участников. — Но мы несовершеннолетние… — А я адвокат, — с убойной уверенностью заявила глава команды, раздавая им бокалы. — От глотка шампанского никто не умирал, так что не смейте нарушать традицию. — Я точно пас, — Питер с сомнением заглянул в бокал, где алкоголя и правда было на один глоток. — У меня планы на вечер были… — Так, дети, вы с нашей помощью за прошедшие дни посадили полтора десятка очень больших дядей и тетей, — глава команды сложила руки на груди, от чего блузка натянулась, дополнительно выделяя внушительных размеров бюст. Впрочем, размер груди и рядом не стоял с тем, сколь необъятно-невыносимым был ее характер. — Паркер, просто выпей чертово шампанское, не заставляй меня вливать его в тебя силой! — Но… — Никаких но! С такой дозой твой метаболизм справится минут за пятнадцать, на патруль выйдешь бодрым как огурчик! — Подтверждаю, — вставила свой комментарий Карен. — Полное расщепление алкоголя займет около семнадцати минут. При этом начало патруля запланировано через сорок минут, маршрут рассчитан на час. Питер замер, испуганно оглядываясь. — Ме… Ме-ме-метаболизм? К-какой метаболизм? Какой патруль? — Паркер, да все мы про твою паучью тайну знаем, — раздалось откуда-то из толпы. — Кто, думаешь, занимался юридическим прикрытием твоей тощей задницы все эти месяцы? — Ну, а про метаболизм мы знаем, потому что у нас уже есть расчетные таблицы промилле, на случай, если ты будешь кататься на паутине в нетрезвом виде, — подытожила глава команды под глумливое хихиканье остальных стажеров. Питер смутился, но бокал принял. — В общем, так, господа и дамы! Мы молодцы! На этой неделе мы пожизненно посадили двухсотого врага корпорации. Виват! — Виват! — дружно взревели в ответ юристы. И то, насколько профессионально и хладнокровно они выглядели во время работы, абсолютно не вязалось с угаром, в котором они отмечали победу. Питер вздохнул, покосился на ЭмДжей и Шури, которые успели приложиться к своим бокалам, на удивленно облизывающегося после шампанского Неда, на Харли, который успел свой бокал опустошить и теперь использовал его в качестве указки, выразительно тыкая куда-то в сторону окна и что-то горячо доказывая специалисту по политическим преступлениям. Расслабляться в СтаркИндастриз умел не только НИОКР, чьи пьянки после выпуска нового продукта Питер тоже успел понаблюдать. — Спорить с адвокатом — это все равно что поливать свинью грязью. Знаете почему? — хохот со всех сторон раздался раньше, чем рассказчик закончил шутку. — Через некоторое время начинаешь понимать, что свинье это в самом деле доставляет удовольствие... Галстуки ослаблялись, шампанское лилось рекой. Питер тихо отошел от толпы и устроился на маленьком диванчике, который всю неделю использовался в качестве склада сверхсекретной документации, чтобы она не валялась по всему офису. Они победили. Росс получил сто пятьдесят лет тюремного заключения. — Ну что ты как не родной? — упала рядом с ним на диванчик глава команды. — О чем-то беспокоишься? — Не то, чтобы… Росс ведь точно не выйдет? — Пфф, с гарантией. Чтобы его амнистировать понадобится команда уровнем не ниже нашего. А Тони, если что, собрал самую сильную команду в мире. Мы бога посадим и дьявола оправдаем, если надо будет, — она опрокинула в себя очередной бокал шампанского и ущипнула Питера за щеку. — Не накручивай себя. У нас все будет хорошо, а у наших врагов все будет плохо! За окном шумел Нью-Йорк. Юристы праздновали, а новостные ленты разрывались от статей, освещающих самый громкий процесс десятилетия. — И все же что-то не так, как будто… Как будто мы сделали что-то не то. В общем… — Питер потряс головой. — Нет, ничего, у меня паучье чутье иногда на пустом месте срабатывает. А можно мне еще шампанского? Глава команды пьяно улыбнулась, наклонилась к Питеру и снова его ущипнула за щеку. Блузка натянулась до опасного треска. — Конечно же… нет! Ты еще несовершеннолетний! И вообще, иди к своим друзьям, они, кажется, споили моего лучшего адвоката до того состояния, когда он начинает травить байки. А тридцать лет практики — это вам не хухры-мухры, так что послушать его стоит. Потирая щеку, Питер сорвался с диванчика в указанную сторону. Глава юридической команды проводила его серьезным и абсолютно трезвым взглядом. — Пятница? — жестко бросила она в пространство, зная, что ИИ прослушивает их отдел даже во время праздников. — Свяжись со Старком.

***

— И как, стоило оно того? — Что, Старк, играешь грязно? Позлорадствовать пришел? — Росс заложил руки за спину и подошел к стеклу. — Не ожидал, не ожидал. Но ты хорош. За то, чтобы Соглашения и дальше защищали твоих псов-мутантов, даже сдал бывших дружков. Тони поставил стул и сел на него, закинул ногу на ногу, глядя на Росса примерно так же, как на провинившихся сотрудников низкого ранга. Оценивая, выстраивая варианты разговора и выбирая линию поведения. — Может объяснишь, почему тебе надо было попытаться меня утопить? Росс, если бы ты меня не трогал, то сохранил бы позицию. И самоуважение. — Тони слегка наклонил голову к плечу, глядя оценивающе, расчетливо. — Семью. — Ты собираешься что-то сделать с моей дочерью? — напрягся Росс. — Старк, ты не посмеешь… — Не оценивай всех по себе. Свою семью ты потерял сам. И уже очень давно. Когда твоя дочь в последний раз согласилась с тобой поговорить? Напомни, это было в десятом году? Или в девятом? Покраснев от злости, Росс впечатал кулак в пуленепробиваемое стекло. Его перекошенное лицо отражало непривычно-широкую гамму эмоций. — Никому нельзя доверять, Старк, — выплюнул он. — Ты тоже знаешь, каково это, когда твои слова имеют вес. Или ты забыл, чем кончилась твоя последняя попытка взять под крыло убийц и маньяков? Тебя будут использовать снова и снова, а Соглашения… Я был единственным противовесом, который удерживал Соглашения и лично тебя в рамках. И теперь, когда ты меня посадил, эти документы станут стоить меньше бумаги, на которой они распечатаны. — Мое слово всегда весило больше твоего, — Тони поднялся и тоже подошел к стеклу, встав с Россом лицом к лицу. — И я знаю ему цену. Я не безумец, Росс, и я никогда не сделаю из Соглашений то, чего ты боялся. — Пустые слова, — лицо Росса медленно возвращалось к нормальному цвету, а глаза снова смотрели с ледяной расчетливостью. — Или ты думаешь, что я не знаю, что ты взломал систему безопасности Рафта, когда туда заглянул на пару минут? Не знаю о том, как помчался своим дружкам на помощь, игнорируя и Соглашения, и протоколы, и нашу договоренность? — А ведь мы с тобой всегда были на одной стороне, — с досадой отозвался невпопад Старк. — Могли бы работать вместе, если бы не твои постоянные попытки вставлять мне палки в колеса. Когда лично я успел отдавить тебе хвост? — А у тебя есть сутки на то, чтобы выслушать весь список? — Росс позволил себе горькую ухмылку. — Сколько нелюдей ты спрятал под Соглашениями, а? И что, по-твоему никто из них никогда не нарушит свое слово, не использует свои особенности против человечества? Тони со вздохом потер лоб. Этот разговор в разных его формах они с Россом уже неоднократно проводили, пусть раньше они и были разделены стеной обязательных формальностей, а не тюремным стеклом. Разговор настолько знакомый и так часто разыгрываемый, что уже давно в каждую фразу вкладывался абсолютно другой смысл. — А скольких я лично нейтрализовал? Скольких уговорил на опыты во благо человечества? Скольких вытащил из тени, чтобы в случае следующего инопланетного вторжения у нас было больше шансов? — А скольких ты приберег для себя? Старк, я не поверю, что у тебя для личного использования не припрятан десяток тех, кто уже не человек. Против воли Тони вспомнил список сотрудников НИОКР, чей суммарный уровень интеллекта выходил за все разумные пределы. Вспомнил Хелен, способную сделать из любого человека супергероя. Вспомнил собственные запасы экстремиса и сыворотки суперсолдата, вибраниум и магию. Вспомнил своих стажеров, которые успешно осваивали доступные им возможности. Но гениальность не входила в перечень суперсил, которые требовали регистрации. — Не угадал. За моей спиной стоят многие. Почти все из них — обычные люди, которые во время глобальной угрозы сделают все, чтобы сберечь планету. И у меня нет ни одного сверхчеловека, который не был бы зарегистрирован под Соглашениями. — Соглашения, — пренебрежительно выплюнул Росс. — То, во что ты их превратил… А главное, зачем? Зачем все эти юридические пляски за каждое слово? Ты же не глуп, Старк, ты знал, что я бы никому не дал использовать подписавшихся как личную армию. — Но ты отказывал им в свободе воли, — напомнил Тони. — Практически открытая слежка, психологические тесты, унизительные отчеты о любом случае использования сверхсилы, даже случайном. Росс расхохотался. Это был нехороший смех, так могли бы смеяться люди, которые чудом выжили в аварии и сидят среди трупов и покореженного металла, понимая, что мир никогда не будет прежним. — А разве ты не этим же занят? — сделав несколько шагов назад, Росс развел руками, как будто указывая на камеру, на то, куда его привела попытка выступить против Железного Человека. — Мне уже нечего терять, так что, наконец, прямо скажу. Разве не к тебе обращается Комитет Соглашений, когда им нужен отчет о последних шагах мутантов? Именно ты им отказываешь в свободе. Твои искусственные интеллекты, которые пасут их всех. Ты как данаец, приносящий нелюдям дары. Твои игрушки постоянно пишут о них все, их каждое движение, каждое изменение биоритмов. Для медицинской статистики? Чепуха. Ты можешь в любой момент убить любого из них. И у тебя стало слишком много власти, Старк. Росс уставился Старку в глаза, снова подошел и оперся раскрытой ладонью о стекло. — Ты можешь обмануть кого угодно, но не меня. Если бы ты захотел, то в этой самой камере вместо меня сейчас сидел твой психанутый Роджерс. Или ты бы его грохнул еще в Сибири. Ты мог бы посадить сюда даже нашего президента, если бы тебе этого захотелось. Ты можешь кого угодно обмануть, но не меня. Как долго продержится человечество, если ты сойдешь с ума? Соглашения должны были ограничить в первую очередь тебя, потому что с любым другим человеком мы справимся, пусть для этого и понадобится ядерный взрыв или операция по выкидыванию его за пределы Солнечной системы. Ты выживешь. Ты вернешься. И этим ты опасен. Камеры слепо смотрели на них пустыми линзами, система аудиомониторинга чутко ловила белый шум. Помолчав немного, Тони поднял руку и положил на холодное стекло прямо напротив ладони Росса. — Ты абсолютно прав. Но делать из Соглашений поводок лично для меня не стоило, слишком многие оказались задеты. — Тони отнял руку. — Ты мог бы спросить прямо. И я бы тебе ответил, потому что, на самом деле, полностью с тобой согласен насчет себя. Ты не представляешь, сколько я уже принял мер, которые спасут мир от меня же. Если бы мы с тобой не тратили время на эти танцы и с самой ратификации работали вместе… Печально. Вместе мы могли бы свернуть горы, могли бы создать новый мир. — Могли бы, — согласился Росс. — Если бы я не видел, как ты защищаешь ренегатов… — Пешки. Это пешки, Росс. Я могу прямо сейчас любого из них убить, хотя сам и не знаю, где они. Зато это знает мой искусственный интеллект. — Ты опасен. — Знаю. И делаю все, чтобы у мира были те, кто сможет меня, в случае чего, остановить. Отвернувшись, Росс несколько секунд что-то обдумывал. — Пожалуй, теперь мне и правда жаль, что этот разговор не состоялся пару месяцев назад. Ошибкой было работать по-отдельности… Но если все так, как ты говоришь, то зачем ты меня посадил? — А это сделал не я, — впервые за весь разговор Тони искренне улыбнулся. — Предпочитаю другие виды противодействия, менее… радикальные. Я же сказал, что у меня есть те, кто меня однажды сможет остановить. Они же за меня порвут любого. Тебя посадили дети, Росс. Им пятерым, вместе взятым, лет не сильно больше, чем тебе. — Да уж, — покачал головой Росс. — Не боишься мне об этом говорить? — С чего бы? Ты человек неглупый, так что необдуманно действовать не будешь. — Ты неплохо меня знаешь. — Ну так мы не первый год верные враги. В общем, главное я узнал, а в остальном… Решишь перейти на мою сторону или захочешь что-то важное передать — найдешь способ связаться. — Старк! Тони, уже стоящий в дверях, обернулся. Росс криво ухмылялся из-за пуленепробиваемого стекла своей камеры. — Что? Так быстро решился работать на меня? — Боже упаси! Я о том, что если тебе захочется с умным человеком поговорить или услышать непредвзятое мнение, отличающееся от твоего, то не стесняйся заглядывать в гости. Тони молча окинул Росса взглядом. — Загляну, — пообещал он. — Обязательно загляну. Доброго дня, Росс. — Удачи, Старк.