До скорой встречи

      Рассвет, он всегда разный, даже если взять, к примеру, какое-то разное время года. Он то розоватый, словно цвет сладкой воды из магазина, то ярко—красный, как огонь костра, поедающий все вокруг. Иногда рассвет очень похож на закат, поэтому Тэхен любит это время также, как и начало ночи. От таких плавных переходов красок, у него меняется настроение, даже какая-то грустная улыбка появляется на лице. Мысли просто поселились в тэхеновой голове, каждую секунду он думает и не может делать ничего кроме этого.       Они вместе могут рано утром встать и выйти на балкон, чтобы еще раз взглянуть, как рассвет может меняться буквально каждую минуту. Еще не жарко, воздух чистый, прохладный и свежий. Они могут поговорить. Побыть вместе. Но вместо этого доказывают друг другу что-то, что не имеет никакого смысла. Взрослые дети. — Нам сегодня надо продолжить занятия. Намджун спрашивает о твоих результатах, — Тэхен вздрогнул от голоса учителя. Ученик всегда удивлялся голосу Чонгука, он такой необычный, бархатный, будто раздается со всех сторон и ассоциируются со зрелостью, авторитетом и стабильностью. Манипулирующий и гипнотизирующий. — Она мне отсосала. - Что? — в чонгуковых глазах, в таких черных и немного уставших, читалось непонимание. Ученик хотел добиться криков, истерик, учитель с девушкой выглядели такими счастливыми вместе. Чонгук должен был хотя бы расстроиться, увести взгляд, подумать. Тэхен хотел сделать ему больно, просто так. — За деньги, — прошло несколько секунд после того, как глаза учителя заблестели, и весь балкон оглушил смех. Самый настоящий, на столько искренний, что его просто невозможно подделать. В горле появился комок, а тело начинало невольно сдавливать невидимая сила. Тэхен хотел убежать и спрятаться под одеяло, разреветься и желательно сгореть изнутри, но не слышать этот смех и не видеть счастливое лицо Чонгука. — Какая молодец, даже деньги себе забрала, а со мной не поделилась, —новая порция смеха, а Тэхен стоит в растерянности. — Дорогой мой, ты же понимаешь, что я сделал для того, чтобы ты успокоился, — учитель приблизился к нему, оставалось пара сантиметров, чтобы их тела соприкоснулись. Затем последовал шепот в ухо, от которого можно скончаться или кончить.— Мне было жалко смотреть, как ты сохнешь по мне, голубчик. Ты забрал ее, потому что я позволил. Цепляй и дальше своих жалких сверстников, ко мне не прикасайся. Свободен, A trés bientôt.       Тэхен не может понять, что Чонгук испытывает, о чем думает, между ними словно огромная железобетонная стена, которую учитель выстроил, а ключ от маленькой двери выкинул или закопал. Тэхен чувствует злость и необоснованную жалость к самому себе. Тэхен яростно борется с желанием подойти, заклеймить, сделать своим, потому что сейчас он просто не верит. Не верит в эти тупые слова, оправдания, чушь, которую учитель несет. Ученик чувствует, что его влечёт, у Чона такое же желание, необходимость быть рядом. Не влюбленность, не тем более любовь, а нужда. Он не верит или не хочет верить.       Без единой эмоции он отодвинулся от своего учителя. Посмотрел в эти черные глаза, которые от яркого утреннего света стали ярче, они блестели от того, что ветер был очень сильным, перемешивая их запахи, их волосы кружились, а на глазах из-за ветра выступали слезы. — Знаешь, Чонгук, я придумал продолжение твоей любой фразе, —Тэхен усмехнулся, ведь он всегда перед сном представлял, как будет смотреть во влюбленные глаза учителя, перед очередным их прощанием и продолжать его фразу.— Но сейчас не время ее говорить. Просто пойми, мой дорогой учитель, что понимание себя, создают тебя. И когда-нибудь ты будешь сожалеть, если не сделаешь все возможное сейчас.       Тэхен ушел. В голове была каша. Столь противоречивое поведение учителя никак не желало укладываться в голове студента, но найти подходящее объяснение он так и не смог в силу упрямства Чонгука. Ему было неведомо, что большинство людей порой, и сами не понимают, почему совершают те или иные поступки.       Ученик ушел так, как это всегда делал Чонгук. Тихо и незаметно, будто испарился, что его и вовсе здесь не было. Учитель хотел остановить его, прижать к стене и сказать все, что накопилось за время, проведенное вместе. Но не имел права. Когда смотрел, как ученик уходит, то хотел упасть на колени и молиться, целуя его щиколотки, если бы не сгорал от желания самого на колени поставить. Такое ужасное чувство. Чонгук буквально всем телом ощущает, что нуждается в Тэхене, только он просто трус.       Он перевел взгляд на улицу, где, в общем-то, все было так же безжизненно. Серое небо, которое освещалось восходящим солнцем, но тоже было серым. Серые дома, серый асфальт, серая вода и такие же серые в отражении этой воды люди. И Чон такой же серый и безжизненный. Его лучик света ушел, только он еще этого не понял.

***

— Ну что, продолжим? Следующая тема будет посвящена Французскому театру. После каникул у тебя будет зачет по культуре, так что, это необходимо. Итак, записывай, —Чонгук сидел на кровати Тэхена, вальяжно разложив ноги, упираясь одной рукой на подушку. Атмосфера была накаленной, ученик не обращал никакого внимания на Чонгука, было ясно, что тот обиделся. Еще бы, ему ясно дали понять, что он Чонгуку не нужен. Учителю так хотелось увидеть реакцию, сам не зная зачем, он подошел сзади к Тэхену и положил ему руки на плечи, слегка на них надавив.— Этот жанр, который начинал с представлений религиозных тайн на папертях церквей в Средневековье, характеризуется письменным диалогом с персонажами. Текст — основа представления (постановки). Указания постановки называются «didascalies».       Тэхену было немного больно от таких действий учителя, но он старался не показывать вид, понимая, что это всего лишь провокация, на которую Ким не поведется. Чонгук снова посмотрел на притихшего парнишку, все так же прячущегося за пепельными волосами, которые были теперь полностью покрашены. В их первый день, корни волос приобретали уже почти свой натуральный цвет, при взгляде на которых у учителя нестерпимо зачесались кончики пальцев в бессознательном порыве прикоснуться, рука сама по себе потянулась к этим кудряшкам.       До блестящих локонов Тэхена осталось всего несколько сантиметров. Ещё немного и этот соблазнительно-манящий водопад из пепла вот-вот заструится сквозь его пальцев, замораживая все до костей.       Очнувшись, словно от морока, Чон резко отдернул руку, застывшую в паре миллиметров от волос парня. Тряхнув головой, попытался отогнать наваждение, но окутывающий мозг туман не желал рассеиваться. — Я записал, — Чонгук никак не мог выйти из своего оцепенения, его руку щипало, а пальцы все еще кололись, как на морозе. Учитель пытался собраться с мыслями и достал учебник, который лежал на столе, возле тэхеновой руки. — В классическую эпоху, театральный жанр стал характерен для дворянства (до этого был народным развлечением), в эту эпоху Луи XIV, он будучи сам любителем театра и актером, признает его как спектакль, достойный аристократии, в особенности трагедии, часто вдохновленные греческим театром. Великие имена французского театра: Корней и Расин (трагедия), Мольер (комедия). Столько хватит. Я пошел, передай своему отцу, что буду поздно, — Тэхен никак не отреагировал, собирая все на свои места, оставляя конспект на столе. Чонгук остановился в проеме, наблюдая за парнем, думая, как перестал есть и спать, из-за часто посещающих его по ночам снов с Тэхеном в главной роли. Как томился и изнывал в ожидании очередного занятия, хотя получал от него сомнительное удовольствие. Как вслушивался в его низкий и чарующий голос, когда ученик рассказывал выученный материал. И как ему было плохо от того, что не может просто, без всяких стеснений, прикасаться к нему. — Смотри, если не выучишь - накажу, —Чонгук вышел из комнаты, а в глазах Тэхена разгорелся огонь.

***

—Да ладно! Я знал, что ты немного необычный, но чтобы настолько, - перед Чонгуком сидела милая и самая обычная на первый взгляд парочка. Чимин в компании Юнги смотрелся очень контрастно. Рыжие волосы, казалось, самое яркое в этом человеке, но ярче волос на лице Чимина горит его улыбка… Этот парень — воплощение счастья, он весь светится и то, как ярко горят сейчас его рыжие волосы, не могло не привлечь внимания людей, проходящих мимо компании друзей, сидевших на веранде, возле круглосуточного магазина. — Я видел Тэхена пару раз. Наш город маленький, тут все друг друга знают. Он славится своим набитым кошельком и привлекательной мордашкой. Обычный богатый сыночек, — на первый взгляд Юнги может показаться очень угрюмым и неприветливым. На самом деле он погруженный человек, который не боится говорить, а хмурый вид от того, что Юнги просто очень любит черный цвет, от туда и его особая аура. — Я тоже так думал, но потом, он начал говорить, слушать. Мы начали выходить на балкон, рассказывать друг другу истории из жизни, обсуждать кого-то. Вместе бегали, почти всегда были вместе, нам было комфортно. Было даже такое, что мы просто стояли, курили и молчали, а потом также, в гробовой тишине уходили, даже не пожелав друг другу спокойной ночи. Для нас это было нормальным и понятным. Но эти рамки стерлись, я это заметил. Я должен был остановить это, — от теплых воспоминаний на лице учителя появилась улыбка, она не была грустная или веселая. Она просто успокаивала хозяина.       Друзья еще долго сидели вместе, улица полностью опустела. Домой не хотелось. Звезды заполнили все небо, Чонгук пытался найти какое-нибудь созвездие, но все в его глазах расплывалось. Выпитый алкоголь, да еще в таком количестве, дал о себе знать. Зато все мысли растворились, словно голова опустела, в нее выстрелили и оставили огромную черную дыру, было пусто и одиноко без Тэхена в чонгуковой голове. — Знаешь, если он тебе в душу так запал, может ты пойдешь к нему? — Зачем? - Чонгук конкретно не понимал слов Чимина, этот парень иногда несет такую чепуху, но его лицо было серьезным, от чего Чону стало не по себе. — Я понимаю, что ты боишься ответственности. Но сейчас ты должен подумать о себе. То, что ты чувствуешь это превыше всего. А этот твой Тэхен, он тебе нравится, тебе хорошо с ним. Пожалуйста, подумай об этом и сделай правильный выбор в свою пользу. Довольно думать о том, чего хотят другие. Не думай о том, чего хочу я, чего хочет тот парень. Чего хочешь ты? — Но я столько всего ему наговорил, мне так жаль. Я хотел спасти его. Такие ужасные вещи, он меня ни за что не простит. Я себя не прощу. Ты представляешь, сказал ему, что он мне противен из-за того, что сохнет по мне. Тогда я просто, блять, с ума сошёл. Еще эта девка отсосала за деньги по моей просьбе. Я влюбился, как последний школьник. Но так его обидел, что мне становится противно от самого себя.Если бы можно было все вернуть, я бы ударил себя по лицу, а ему бы отдал все на свете, лишь бы он этого никогда не слышал. У него были такие глаза, ты бы видел. Это так страшно — влюбиться в кого-то за один миг, по щелчку. А потом всю оставшуюся жизнь бояться потерять его. — Ты должен идти к нему. Извиняйся, пока не простит, просто покажи ему, что ты чувствуешь. Все равно, что будет завтра, главное, что ты хочешь сейчас, — при первой встрече с Юнги Чонгук подумал, что тот будет давать хорошие советы и станет понимающим другом. Он не ошибся.       Оставив недопитые банки с алкоголем, учитель сорвался с места и побежал делать то, что он хочет, не обращая внимания на положительные и подбадривающие возгласы своих друзей. Он побежал к Тэхену. И плевать, что это неправильно, плевать, что на улице глубокая ночь, и скорее всего его ученик спит. Чонгук хочет быть рядом с Тэхеном и ему никто не помешает, по крайней мере сейчас.       Учитель устал бежать, устал заходить бесшумно в дом, боясь разбудить старшего Кима, устал подниматься по лестнице, ведущей на злополучный второй этаж, устал открывать дверь в спальню Тэхена и устал стоять обездвиженным, ему надо войти. К удивлению, Тэхен не спал, он внимательно читал, перелистывая одну страницу за другой. На секунду он прервался, чтобы посмотреть на только что вошедшего, но его глаза вновь погрузились на страницы книги. —Ты пришёл, — Чонгук испугался, что ученику будет неприятно, и что тот не хочет иметь ничего общего, но пока это чувство полностью не затмило учителя, он большими шагами преодолел расстояние между ними и выкинул книгу Тэхена, которая была весьма ему знакома, ведь сам читал ее и знает от корки до корки, каждое предложение. —Я тебя поцелую, — нет, Тэхен, конечно понимал, что Чонгук умеет удивлять но так, что челюсть будет собирать - не знал. Ученик в общем-то этого и ждал, положив ладони на вздымающуюся грудь мужчины, Тэхен уже было потянулся за ней губами, но неожиданно раздавшийся в голове стальной тон учителя: «Мне жалко смотреть как ты сохнешь по мне, голубчик.», резко его отрезвил. Отскочив от учителя, словно его током ударило, Тэхён спиной налетел на какое-то препятствие и полетел на кровать, но вовремя среагировавший Чонгук хотел словить его, из-за выпитого алкоголя, смог только рухнуть сверху.       Прижав парня к своему телу, учитель рефлекторно уткнулся носом в пепельную макушку, вдыхая в себя головокружительный аромат вишни. Потерявшись в этом дурмане, он неосознанно начал ласкать его поясницу ладонями, повергнув Тэхена в шок и оцепенение от столь откровенного притязания. Тело ученика переживало в этот момент множество разнообразных ощущений: стаи мурашек и обжигающие кожу прикосновения, электрические разряды и пульсирующее в каждой клеточке желание. Целая буря неиспытанных эмоций. — Нам надо поговорить, — Тэхен желал этого почти все лето, а тут Чонгук сам пришел к нему. Хоть от учителя и пахло алкоголем, ученик знал, что он всегда сдерживает себя и эти пустые, но обидные слова срочно надо обсудить, но точно не сейчас. Тэхен потянулся к чонгуковым губам, но тот отвернулся, поставив руку между их лицами, тем самым отталкивая Тэхена. — Я этого хочу, даже не смей сомневаться, — неуверенный кивок, и Чонгук дал Тэхену то, что он хочет, наклонившись, мазнув челкой по щеке, увлек в медленный глубокий поцелуй. Парень плавился. Матрас под спиной перестал ощущаться, Тэхен был словно в невесомости, нужно было за что-то ухватиться. И именно когда он, высунув руки из-под футболки учителя, обнял его за шею — понял, что не спит, хотя пару минут мечтал быстрее дочитать книгу, которая сейчас спокойно валяется на полу. Их языки переплетались, руки блуждали по всему телу, но Тэхен начал понимать, что учитель не в состояние и, возможно, не будет таким смелым завтра, он отодвинул Чонгука, сам сел на кровать раздвигая ноги, между которых устроился запыхавшийся Чон, челка которого как и всегда спадала на глаза, отчего низ живота предательски заныл. — Продолжим завтра, если ты захочешь. Сейчас мне надо подумать, голубчик, — Чонгук усмехнулся, понимая, что его фраза брошенная утром, и сказаная сейчас Тэхеном- звучит ужасно. Это правильное решение, сегодня им двоим стоит подумать и, встав с колен, направился к балконной перегородке. Зачем-то вспоминая, что не курил после разговора с Тэхеном. —Ты мне приснишься? — он прикрывает веки, наконец сдается и показывает ученику, как сильно вымотан и хочет спать. — Как и всегда.— Чонгук мягко улыбается и выходит из комнаты. И только когда за ним закрывается дверь, до него доходит, что ответил Тэхен. Неужели он знает, что ученик забрал главную роль в его снах.