Стирая чувства

Абсолютно весь оставшийся день я просто сидел, уставившись в одну точку, и размышлял о том, что вообще сделал и сколько лишнего наговорил… Вот придурок. Собираясь держаться на максимально возможном расстоянии от гребаных вампиров, я, черт возьми, езжу с одним из них на машине и спокойно говорю о том, что знаю кто он на самом деле. Да я просто сказочный идиот. Однако… Сидя вот так и прислушиваясь к себе, понимаю, что в моей душе тёплыми искорками блестят отголоски утренних эмоций. Слишком мощных для шестнадцатилетнего мальчишки. Как теперь мне себя вести с Эдвардом? Как отреагирует его семья на то, что я осведомлён о их настоящей сущности? И самое важное, почему после этого откровения я чувствую себя немного другим человеком? Словно, что-то во мне изменилось. Я перевёл взгляд на окно. Вечереет, нужно принять зелье. Идя на кухню, явственно почувствовал, что вся эта эмоциональная буря не для меня. Я задаю слишком много вопросов и слишком много времени думаю о Калленах. И зачем? Залпом выпивая неприятное на вкус, да и на запах, зелье. Я понял, что все свои мучения могу прекратить. Нужно только переехать. Да, я был против этого, и в принципе, сейчас мне эта идея не очень по душе. Но таким образом я сумею прекратить все свои душевные терзания. Однако, почему эта мысль, словно металлический нож для моего сердца? Почему даже простые размышления о том, что я навсегда расстанусь с вампиром, так неприятны? В голове тут же пронеслась мысль: «Я понимаю, что никогда так не сделаю». Ударяя по только что упокоившейся буре мыслей, заставляя их вновь разлететься на маленькие осколки. И вспоминая сегодняшнее утро, мне совершенно не хочется разрушать то хрупкое нечто, которое я тогда ощутил. Это ощущение полёта, спокойствия, безмятежности и чувства, что все будет хорошо. Просто будет и все, никак иначе. Но я все равно не понимаю, как мне теперь смотреть в глаза этому вампиру. Я даже почувствовал некий укор вины… Ведь я просто взял и сказал ему, что знаю, кто он. Наверняка, Каллен сейчас места себе не находит. Вернувшись в комнату, я и укутался в одеяло как в панцирь, укладываясь в кровать. А вдруг Эдвард решит, что я угроза? Вдруг он подумает, что он и его семья теперь не в безопасности в этом городе? Что же мне делать? Не в силах больше оставаться наедине с собой, я подскочил с кровати и направился к зеркалу, с гладкой поверхности которого на меня смотрело моё же отражение. — Всё будет хорошо, — повторяю сам себе несколько минут: — И со мной тоже все в порядке… Нельзя прятаться столько времени. Я и так убил целый день, размышляя об этом вампире. Хотя на самом деле, я думаю о нем уже намного дольше одного дня. Больше так продолжаться не может — нужно срочно взять себя в руки. Собраться и выкинуть из головы этого Каллена, чтобы все встало на свои места. Хочу обратно в зону комфорта… Вновь залезаю на кровать, кутаясь в тяжёлое пуховое одеяло. С Эдвардом нужно срочно что-то решать. Не знаю почему, но я видел только два варианта развития событий, при которых мою голову наконец освободят эти, уже надоевшие мне, мысли: нужно либо перестать с ним общаться вовсе, либо наоборот — проводить с ним как можно больше времени. Конечно, выбрать первый вариант — значит назвать себя трусом. Выбрав же второй вариант, вопросов станет гораздо меньше. Во всяком случае, я так думаю. Все-таки, когда ты довольно продолжительное время проводишь с человеком, лучше его узнаешь. Вновь вспомнил то чувство покоя и надежности, которое испытывал, находясь рядом с вампиром. Я не могу не признаться сам себе, что мне это ощущение понравилось. И я хотел бы его испытать ещё раз… Но так как я до сих пор не понимаю мотивов Каллена, это достаточно рискованный шаг. Мне страшно: я не знаю и не понимаю, что мне от него ожидать. То ли он делает это из-за какого-то своего, личного, интереса к моей скромной персоне, толи он хочет заманить меня в ловушку. Все-таки нельзя забывать про то, что этот Эдвард Каллен является вампиром. Убийцей. Монстром…

***

Вчера вечером я заснул довольно быстро. Скорее всего это связано с переизбытком эмоций. Сегодня суббота, а это значит — выходной. Хотя, я бы и так в школу не пошёл. Мне почему-то стыдно перед Калленом. Решаю посетить Порт Анджелес — городок недалеко отсюда. Про него мне как-то рассказывала Аманда, она хотела съездить туда за выпускным платьем и меня с собой прихватить, тогда я сумел придумать кучу отговорок, а сегодня сам хочу туда. Мне просто нужно немного развеяться. Изначально я решил посетить Национальный парк, где сразу же пошел в западном направлении, на тропическую сторону гряды. Здесь достаточно тепло и очень влажно. Поэтому леса, покорившие меня в первый же день, кажутся такими необыкновенно зелеными и дремучими. Такое ощущение, будто здешние деревья пляшут, а мох, который бахромой свисает со стволов, кажется таким невероятно загадочным. Словно, кто-то специально приклеил его сюда, но нет! Топая по мягкому ковру в полметра толщиной, в полутьме и тишине, где слышны звонкие птичьи трели, я вышел к небольшому фонтану. Красота этих мест, в какой-то момент показалась мне просто нереальной, словно я очутился в зачарованном лесу, а не в простом парке. Это удивительно! Я бродил по этому парку, изредка натыкаясь на редких прохожих и не мог поверить, что такая красота действительно творение природы, а не магов. Здесь даже атмосфера была какой-то магической. Держу пари — это место очень хороший Источник силы. И словно в подтверждение своих же мыслей, я поднял глаза к небу, с удивлением отмечая, что оно уже окрасилось в кроваво-красные цвета, означая приближение ночи. Сначала я даже и не вспомнил, что принял зелье только утром, а время его повторного принятия прошло. Однако, я не чувствовал никаких недомоганий, что только подтверждало мою теорию о том, что это место просто феноменально-сильный Источник. Но несмотря на это мое открытие, не стоило переоценивать свои собственные силы — чувство эйфории, конечно, продлится еще какое-то время. Но не стоит надеяться понапрасну, это место уже не сможет излечить меня и поддерживать слишком долго, потому что болезнь с каждой минутой поглощает все больше сил, я же в свою очередь беру их от Источника, однако, в конце концов образуется воронка. И даже это место не сможет мне дать достаточно энергии, чтобы эта зараза насытилась и отстала от меня. К сожалению, ей всегда будет мало. По-хорошему, мне бы носить с собой это зелье всегда, но проблема в том, что к нему нельзя применять никаких заклятий, которые изменяют его размер. То есть я, безусловно, могу его уменьшить и положить в магическую аптечку, только вот от него не будет потом толка, от слова, совсем. Я думал также о том, чтобы перелить его в какую-нибудь емкость и носить с собой, не изменяя его размера, но этому зелью так же нужен постоянный приток кислорода. Да и, трясти его сильно нельзя… В общем, это лекарство безумно капризное. Поэтому я подумываю устанавливать себе будильники, чтобы не терять чувство времени в очередной раз. А то это уже входит в привычку. В плохую привычку. Совсем ничего хорошего нет в том, чтобы настолько погружаться в свои мысли или эмоции. В конце концов, такими темпами я скоро в прямом смысле начну греметь костями от недоедания, или же заработаю себе еще какую-нибудь неприятную маггловскую заразу, которую не смогу вылечить. Такие себе перспективы на будущее. Даже несмотря на то, что у меня этого будущего фактически и нет: с каждым днем я все ближе к смерти, я не хочу проживать остаток своей жизни в мучениях и с желанием поскорее откинуться в мир иной. Ну уж нет! Моя жизнь итак не была особо радостной, так что я хочу хоть её остаток прожить так, как я хочу. Поэтому, что там с вампиром? Мне хорошо рядом с ним? В принципе, да. Я не чувствую угрозы, наоборот, ощущаю безопасность. А значит к черту все предостережения. Мне даже плевать, если он меня потом убьет. Какая, в конце концов, разница? Днем раньше — днем позже. Мне от этого ни горячо, ни холодно. Хорошо бы, конечно, если днем позже, но тут уже как повезет. Если что, терять мне особо нечего. Улыбаюсь. Он конечно классный. Такой харизматичный, буквально, привораживает, мгновенно располагает к себе. И если именно этот вампир сможет вытащить меня из этого беспросветного ада, в который превратилась моя жизнь; поможет мне почувствовать хоть какие-то чувства и эмоции, кроме отчаянья. Фактически вытащит меня со дна. То совсем непонятно, какого черта я вообще думаю? Нужно брать и действовать. Да, я сказал ему о том, что знаю кто он на самом деле, ну и что? Может это даже к лучшему. Может благодаря этому моему минутному порыву, моему откровению, он будет чувствовать себя рядом со мной чуточку свободнее? Это, конечно же, маловероятно. Скорее всего все будет в точности да наоборот, но я, имею право на ошибку! Даже если из-за этого наши, еще даже не успевшие начаться отношения, развалятся окончательно, то я все равно сделаю все, чтобы вновь почувствовать те эмоции, которые испытывал, сидя рядом с ним. Вчера мне было хорошо. Да, пусть было ещё ужасно неловко, но мне было хорошо. У меня была абсолютная уверенность в том, что в случае чего мне не нужно будет атаковать; достаточно просто тихо стоять за спиной и не делать лишних движений, дабы меня случайно не зашибли. Опять улыбаюсь. Что-то меня на лирику пробило. Слишком я глобально думаю. Сильно много на себя беру. Но именно так я себя вчера ощущал. Именно так… И мне это, черт возьми, понравилось! Это потрясно! Умом понимаю, что, скорее всего, я слишком долго мечтал о семье, большой и дружной. И видимо, стоило мне осознать, что не всегда именно я должен спасать всех, и что я тоже иногда нуждаюсь в защите… Тогда моя израненная душа и увидела в этом вампире семью. Такую теплую и приятную сердцу. Останавливаюсь прямо посреди дороги. Я сбит с толку… Неужели оправдание моего поступка настолько простое и банальное? Даже немного обидно, что я сразу не догадался. Это ведь так просто. Эдвард Каллен — единственный, кто относился ко мне хорошо, не требуя взамен спасти Мир или, пытаясь таким образом, покупаться в лучах моей славы. Он делал это просто из-за того, что я — это я. Даже если он потом меня убьет, в любом случае, это из-за того, что я являюсь тем, кем являюсь. Ведь тогда это означает, что именно моя кровь привлекает его настолько, что он даже наплюет на своё вегетарианство. Это даже немного лестно… Протираю лицо рукой и продолжаю идти к дому, проходя мимо оживленных киосков и ресторанов. Энергичная мелодия сменяется более мягкой и завораживающей. Кто-то выскакивает из очередного бара-ресторана, еле стоя на ногах. — Эй, детка, не хочешь повеселиться? — щебечет этот парень. Свет от фонаря упал на его лицо и теперь вижу его азиатскую внешность и смоляные волосы. Интересно, какой ответ он желает от меня услышать? Я даже сомневаюсь, что он еще способен связно мыслить, учитывая его состояние. Осторожно обхожу его по широкой дуге, рассчитывая, что он уже позабыл и обо мне, и о заданном им самим вопросом. — Эй ты, маленькая пьяная дрянь, — неожиданно грубо шипит незнакомец, делая пару шагов навстречу ко мне. Каждое слово буквально сочится ядом. Только собираюсь ответить что-нибудь эдакое, как прям возле меня, с оглушающим визгом, тормозит серебристая вольво, а с водительского места, яростно сверкая янтарными глазами, смотрит Каллен. Не долго он сидел, кстати, спустя примерно пару мгновений, он выскочил оттуда, бросив мне «давай в машину». Ну, а мне два раза повторять не надо. Стоило только вампиру заглянуть в глаза тому типу, как он сам поднимает руки вверх, бурча что-то себе под нос, и сваливая обратно в заведение. Сам же Эдвард тут же вернулся в машину, стремительно быстро уезжая отсюда. — Надо бы вернуться и голову ему оторвать, — произнес он наконец после напряженного молчания. — Думаю, не стоит, — думаю, Каллен не утрирует и действительно «оторвет» тому типу голову, а оно мне надо? — Да ты даже не знаешь о каких гнусностях он думал! — А ты знаешь? — спрашиваю, а у самого в голове уже появляются определенные мысли. Эдвард в упор посмотрел на меня, словно взвешивая что-то в своей голове: — Ты сам сказал вчера, — он замолчал, давая понять о чем он: — или ты не в курсе о некоторых моментах? — и снова этот взгляд. — Ну, у меня были определённые предположения, но я был уверен только в твоей сущности, — теперь уже замолчал я, смотря на его эмоции. Кто знает, как отреагирует: — Так что же, ты читаешь мысли? Телепат? А мои что, тоже прочесть можешь? От этой догадки бросило в жар. На мне нет никаких защитных артефактов, а полагаться на собственную силу слишком самоуверенно в моем-то положение. В конце концов, у меня даже не всегда получается с первого раза сотворить заклинание. Он слегка усмехнулся. — Я могу прочесть мысли любого. Абсолютно любого человека, кроме твоих, — он вновь посмотрел мне в глаза: — А у тебя… Ничего. Это очень мучительно. — Намекаешь, что со мной что-то не так? — Хей, я лишь сказал, что читаю мысли. Почему же ты начал копаться в себе? — обстановка в машине уже не была такой напряженной. В глазах Каллена плясали смешинки, а не гнев. — Как ты узнал где я? — спросил я просто чтобы не молчать. Потому что понятия не имею, о чем еще разговаривать. — Я не знал, — он что считает меня настолько идиотом. Даже обидно немного… — Ты что же, следил за мной? — решил спросить в лоб, а то он из меня совсем придурка делает. Пусть знает, что я тоже не так прост. — Я просто, — явно собираясь с мыслями и пытаясь сформулировать предложение, замолчал он: — Я не хотел ничего такого правда. Старался держаться на расстоянии. Я… Я просто всегда хочу заботиться о тебе. В этот момент мое сердце, кажется пропустило удар. Вот так вот, откровенно, ничего не тая и не приукрашивая. Мне стало безумно тепло. Так хорошо и приятно… Теперь помимо ощущения полной безопасности, я так же почувствовал себя нужным. Медленно обернулся, смотря на правильный профиль. Чувство недоговоренности и недосказанности куда-то исчезло. И я почувствовал такое облегчение, которое никогда в жизни не испытывал. Я знал, чувствовал, что Каллен мне не врал, а это значило, что он явно не собирается меня убивать. У него были другие мотивы, но теперь я точно уверен, что совершенно ничего криминального в них нет. — У меня нет сил оторваться от тебя… — говорит он, видимо даже не понимая, что покоряет мое сердце снова и снова. — И не надо, — шепчу, потому что говорить громче просто нет сил. И замечаю в его глазах некую обреченность. Оставшуюся дорогу до моего дома мы провели в полной тишине. Каждый думал о своем. Взвешивал, что-то решал. — Давай встретимся завтра? — полностью поворачиваясь ко мне, спрашивает Каллен. А я только киваю в ответ, потому что не хочу ничего говорить. Как бы банально не звучало, но сейчас мои силы уже очень близко подошли к нулю: — Я заеду за тобой в десять.