Последняя ведьма и первый демон.

Аме зашла в самую глубь леса, разложив всё необходимое на земле, ведьма с горечью и болью на сердце начала обряд. Начертить очень замысловатую пентаграмму, разложить кости по кругу, зажечь огонь в небольшой чаше, кинуть в этот огонь определённые травы, немного подождав, капнуть три капли крови в огонь, он загорается алым пламенем, а после тухнет, дым начинает окутывать её, словно живой обвивается вокруг её запястья, где находится метка и тело охватывает боль. – Прости меня, прости… Начиная плакать говорила она, после чего начала кричать, не в силах сдерживать себя. Музан чувствует дискомфорт и некое волнение, а после его резко охватывает боль, он падает на колени в немом крике, его запястье начинает гореть от боли, а сам узор медленно, словно лист бумаги, начал сгорать и превращаться в пепел, исчезая с его руки. Когда узор исчез, а боль ушла, Кибуцудзи ощутил самый что не на есть ужас, соскочив со своего места, он бежал к своей возлюбленной, определяя её местонахождение по запаху…крови. Первая мысль была о том, что её убили, убили его солнце, его жизнь, перед глазами начала всплывать вся жизнь, он честно начал сожалеть о содеянном, сожалеть о том, что поднимал руку на Аме, сожалеть о том, что не уберёг её и их дети останутся одни, но радовало то, что о них позаботиться Танджиро и его сестра. Найдя Аме, он увидел, что она сидит на коленях опустив голову так, что она почти касалась земли, Аме рыдала навзрыд и что-то шептала. Подойдя к ней, Кибуцудзи сел рядом и положил свою руку ей на плечо, от чего та вздрогнула и замолкла. – Аме? –…прости меня…прости меня, дорогой, прости меня… – За что? – За то…за то, что мы…за то, что мы больше не соулмейты. Прости меня. Это прозвучало эхом в голове Кибуцудзи, такое вообще возможно? Этого не может быть, в смысле больше не соулмейты, как?! – Как…как это понимать?! Тут же схватил её за плечи, заставляя Аме повернуться к нему и смотреть ему в глаза. Она плакала, ей было горько, отвратительно от своих же действий, от своего поступка. Аме было совестно, стыдно смотреть мужу в глаза. – Как?! Скажи как это вообще возможно?! Скажи мне, зачем?! – Затем, чтобы ты не погиб из-за меня!!! Не выдержав крикнула она. Всё стихло, тишина сейчас казалась невыносимо громкой и тяжёлым грузом давила на них обоих. Кибуцудзи не понимал, зачем это всё, нет он понимал, что она не хочет чтобы он умер, но всё же. –…я не хочу, чтобы ты погиб, не хочу, чтобы наши дети остались одни, я не хочу…Если умру только я, то ты сможешь позаботиться о Сарре и Савве, я знаю это эгоистично, но…так будет лучше. Я уже в который раз подвергаю тебя опасности, я… Новая волна слёз подступившая совсем незаметно не дала ей договорить. Аме не могла смотреть Кибуцудзи в глаза, этот поступок для неё лично был подобен самому низкому и гнилому поступки, который только может быть в этом мире, предательство, не иначе. Она смотрела куда угодно, но не в его глаза, только не в его глаза, и прародитель это видел. – Аме, посмотри на меня. Сказал он как можно нежнее и тише, но чтобы было слышно. Аме качает головой. – Дорогая, посмотри на меня. Она снова качает головой. – Любовь моя, прошу, посмотри на меня. От слов «любовь моя» внутри всё сжалось, как он может называть её своей любовью если она вот так подло поступила, она просто отказалась от него, от их связи данной судьбой, она…предала его самым ужасным и отвратительным способом. Горько, больно, она не может смотреть на него, а потому опускает голову ещё ниже. Кибуцудзи бережно берёт лицо жены в свои ладони и поднимает её взгляд на себя, Аме не открывает глаза, дрожит, всхлипывает и снова слёзы текут по её щекам. – Аме, жена моя, любовь моя. Говоря каждое слово прародитель целовал её, искренне, любяще, передавая всю свою любовь. – Как, как ты можешь целовать меня…как ты можешь называть своей женой, когда я просто отказалась от тебя? – Просто и легко. Я люблю тебя без всяких причин, просто так, люблю и всё, а то, что ты разорвала нашу связь…ничего не поделаешь, тем более ты сделала это из самых искренних и светлых побуждений. И хватит реветь, ты вчера в истерике была, так ещё и сегодня решила? Пожалей хотя бы мои нервы, дорогая, а дети? Если они тебя такой увидят, то и они начнут плакать, а мы этого не хотим. –… – Пойдём домой, ты сильно устала. – Угу. ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Прошло около месяца как связь между ними была разорвана, Аме так и не простила себя за это, но всеми силами пыталась, она порой совсем замыкалась в себе, потихоньку отдаляясь от мужа, от детей, от внешнего мира. Кибуцудзи начал переживать за состояние и поведение своей супруги, и однажды решил серьезно с ней поговорить. Зайдя в комнату, в которой сидела Аме, Кибуцудзи спокойно подошёл к ней и, присев рядом, взял её руку. – Аме, нам нужно серьезно поговорить. –…я сейчас не в настроении для разговоров… – Ты всегда так говоришь. –… – Аме, почему ты закрылась от нас? От своей семьи? –…потому что я так и не смогла простить саму себя, я…лично для меня это слишком низко. Ты всегда знал, что я сильная и могу отпустить прошлое, но…простить себя за ЭТО я просто не могу…я не имею права на это. – Кто тебе сказал, что ты не имеешь права на прощание? Скажи мне, кто это тебе сказал. –… – Послушай меня. Да, ты отказалась от нашей связи, но для того, чтобы просто защитить нас, ты хотела и хочешь уберечь тех кого любишь от опасности. Ты готова для этого пойти на всё, даже перешагнуть через себя, а это многое говорит. –… – Я знаю тебе противно от этого, но ты сделала это ради нас, а не лично для себя. В первую очередь ты думала о нас, а не о себе. Так за что ты себя так презираешь? – я…я не знаю… – Аме…ты моя любимая жена, мать наших детей, та, кто смог изменить меня и других, ты - Аме Музан, моя законная супруга, и я не откажусь от тебя, даже под страхом смерти. Сказав это Кибуцудзи прикоснулся своим лбом к её, смотря друг другу прямо в глаза они просто молчали. Нежный поцелуй практически не чувствовался на губах, ещё один более настойчивее и ещё один, каждый следующий поцелуй становился все более пылким и жадным. Отстранившись, Аме улыбнулась настоящей улыбкой, которая отсутствовала уже почти месяц, от такой улыбки в груди демона разлилось что-то тёплое, согревая всё его нутро. Дверь в комнату тихо открывается и из-за неё выглядывают дети, пару раз моргнув они с улыбками и радостным смехом побежали обнимать их любимую маму. Им очень не хватало её и они сильно переживали за неё, но теперь всё хорошо. Крепко обнимая маму, они начали немного неумело рассказывать о том, что они занимались, мило жестикулируя своими маленькими ручками. Удивительно, но Аме сразу даже не заметила, что Савва и Сарра стали немного взрослее выглядеть. – Из-за крови они растут как на дрожжах. – Чего? – Я пил кровь и тут детишки учуяли её, и захотели попробовать, ну я и дал им немного. – Нам понравилось, она сладкая! Одновременно сказали дети, на что Аме с неким шоком смотрела то на детей, то на мужа. – Сразу видно, от кого наши дети. С некой усмешкой сказал Кибуцудзи, на что Аме просто сделала лицо "мне нечего тебе сказать" или "у меня просто нет слов". Прекрасная семейная идиллия, прям сердце радуется, но у всего есть свой конец, вот и этой идиллии пришлось прерваться, когда произошёл взрыв в дальней части дома. Кибуцудзи тут же приготовился к обороне, Аме прижала к себе детей, насторожив всю свою интуицию и приготовившись бежать, так как сил на телепортацию не было из-за прошлого обряда, который между прочим немного подкосил её здоровье. Дверь в комнату слетает с петель и с грохотом падает на пол, глаза Аме расширяются, а душа с треском падает куда-то вниз. Перед ней бы человек в знакомых ей доспехах, в таких же доспехах был мужчина, что сжёг девочку с малиновыми глазами. – Ну здравствуй…Королева Виктория. Этот голос был холодным и безжизненным, но в нём можно было отчётливо услышать нотки презрения, ярости, отвращения и, совсем незаметно, страха. Аме сглотнула понимая, что этот человек совсем не как другие, он намного опаснее, хитрее, сильнее, но, как и других существ, у него тоже есть страх, что немного обрадовало её, ибо его страх можно обернуть в свою пользу. Кибуцудзи хотел уже по-быстрому разобраться с ним, разорвав когтями на мелкие кусочки, но этот мужчина исчез, словно его там и не было. Резко обернувшись, прародитель увидел, что рыцарь замахнулся мечом над головой Аме. – Умри же, последняя ведьма! Резким взмахом клинок оказывается уже у шеи ведьмы и… (Автор– А что произошло дальше вы узнаете в следующей главе (＾▽＾)>. ) ♦•♦•♦•♦•♦•♦•♦•♦•♦•♦•♦•♦•♦ Проходят дни, за днями недели, за неделями месяца, а за месяцами годы, время неумолимое создание с которым никто не сможет договориться. Время забирает что-то, но в тоже время и даёт взамен, что-то приходит, что-то уходит, у всего своё начало и конец, даже у самого времени есть начало и возможно есть и конец. И вот что самое интересное…без времени нет и нас с вами, даже если вы бессмертны, вы всё ещё часть времени и оно действует на вас с каждым мгновением. Одна секунда, всего одна секунда может перевернуть весь мир с ног на голову и повергнуть его в пучину хаоса, изменить человека и его сущность с его амбициями, убить или даровать жизнь. Всего. Одна. Секунда. Виктория Владимировна.