Two three. No, four, and what is this, a new world?

Август 2021 г. Бронированный конвой. Трасса на Денвер. Бронированный внедорожник летел по разбитому асфальту, оставляя позади горящий Южный сектор. Колеса с влажным хрустом перемалывали осколки старого мира, пока внутри тяжелой, обшитой кевларом кабины стояла густая, удушающая тишина. Кайл вел машину, гипнотически глядя на серую ленту дороги. На переднем пассажирском сидел майор Миллер. Ветеран стянул с лица противогаз, тяжело, со свистом втягивая воздух, пропахший потом и страхом. У него тряслись руки. Он только что видел, как солдаты шли на пулеметы, захлебываясь собственными легкими и смеясь. На заднем сиденье, в полумраке тонированных окон, Дэймон смотрел в никуда. Его пальцы машинально гладили пустоту рядом с собой, накручивая на палец невидимую прядь волос Долли. Динамик армейской радиостанции на приборной панели издал треск статических помех. Сквозь шипение мертвого эфира пробился голос. Искаженный расстоянием, но все еще пытающийся звучать властно. «...говорит временное командование Объединенных сил на Восточном побережье. Мы обращаемся к лидеру сепаратистов в Колорадо, называющему себя Архитектором. Третья дивизия армии США понесла тяжелые потери. Вы применили химическое оружие неизбирательного действия. Это военное преступление высшей категории...» Дэймон подался вперед, положив локти на спинки передних сидений. Его глаза лихорадочно заблестели в полутьме. — Кайл. Сделай громче. Я хочу слышать, как они потеют. Кайл послушно выкрутил тумблер. Голос из динамика заполнил салон: «...мы предлагаем немедленное прекращение огня. У нас всё еще есть доступ к стратегическому арсеналу. Если ваше наступление не остановится, мы будем вынуждены применить крайние меры. Во имя остатков человечества, остановите это безумие. Выходите на частоту 1-4-0 для обсуждения условий перемирия...» Голос оборвался. В кабине остался только белый шум. Миллер сглотнул, повернув голову к Дэймону. В глазах старого вояки мелькнула слабая, жалкая искра надежды. — Сэр... они готовы к переговорам. У них паника. Если мы зафиксируем границы сейчас, мы получим половину страны без единого выстрела. Мы сможем построить государство. Дэймон посмотрел на майора так, словно тот только что предложил ему съесть горсть дождевых червей. Улыбка медленно расползлась по бледному лицу Архитектора, искажая его черты. Это был тот самый жуткий оскал хищника, который понял, что его добыча сама перерезала себе горло. — Перемирие? — прошептал Дэймон, и его голос сорвался на тихий, каркающий смех. Он откинулся на спинку сиденья, глядя в потолок джипа. — Вы слышали это, пацаны? Во имя «остатков человечества»! Они думают, что это политика. Они думают, что мы делим с ними кусок пирога. Он резко вытянулся вперед, вырвав микрофон рации прямо из рук Кайла. Дэймон щелкнул тумблером, переключаясь на указанную частоту. Палец лег на кнопку передачи. — Говорит Архитектор, — голос Дэймона в эфире прозвучал не как рык диктатора, а как ласковый, почти интимный шепот. Он говорил так, словно рассказывал сказку на ночь миллионам обреченных людей. — Я слышу ваш страх. Вы грозите мне своим стратегическим арсеналом. Вы думаете, меня пугают ваши ракеты? Дэймон сделал паузу, облизнув пересохшие губы. Арвид, сидящий в фантомном углу салона, одобрительно оскалился своей простреленной половиной лица. — Бросайте их, — промурлыкал Дэймон в микрофон. — Нажимайте на свои кнопки. Сжигайте всё. Потому что мне абсолютно нечего терять. Мой мир сгорел на клочке грязной земли много месяцев назад. А вы... вы всё еще дрожите за свои костюмы, за свои бункеры, за свои жалкие, бессмысленные жизни. Вы предлагаете мне перемирие во имя человечества? Но я больше не человек. В радиоэфире на Восточном побережье, в бункерах Вашингтона и в уцелевших штабах сейчас стояла гробовая, парализующая тишина. Генералы старого мира слушали голос чудовища, которое нельзя было купить, запугать или понять. — Перемирия не будет, — произнес Дэймон, и каждое его слово падало, как бетонный блок. — Не будет никаких границ. Не будет государств. Ваш Вавилон гниет изнутри, и я просто ускоряю процесс. Я заберу у вас всё. Каждую улицу. Каждое легкое, дышащее воздухом. Мой пепел дойдет до океана, и когда вы начнете блевать кровью в своих дорогих бункерах, просто помните: вы сами меня создали. Дэймон отпустил кнопку. Рация пискнула и отключилась. Он небрежно бросил микрофон на приборную панель. В джипе снова повисла тишина. Миллер смотрел вперед стеклянными глазами, осознав окончательно: они все уже мертвы. Они едут в машине с дьяволом, который только что объявил войну на полное и тотальное истребление всей органической жизни на континенте. Не ради власти. А просто потому, что ему было скучно жить в мире, где нет Долли и Арвида . — Кайл, — тихо позвал Дэймон, глядя в окно на проносящиеся мимо выжженные пустоши. — Да, Пророк? — хрипло отозвался фанатик. — Прибавь газу. Мы возвращаемся в Денвер. У нас много работы. Нужно расчистить место для новых могил.