Two three. No, four, and what is this, a new world?

Сентябрь 2021 г. Капитолий. Тронный зал — Центральное кольцо обороны. Сделав паузу, юноша медленно склонил голову набок. Его порванные губы растянулись в жуткой, асимметричной улыбке, от которой у Миллера остановилось сердце. — Вы думаете, я сдамся, потому что мне больно? Боль закончилась. Вы только что стерли последнее, что связывало меня с человечеством. Взгляд черных провалов, заменявших Дэймону глаза, метнулся к Кайлу. — Вскрыть главные вентили. Пустить неразбавленную «Росу» по трубам прямо в траншеи Системы. А затем... — Архитектор шагнул к дверям, переступая через осколки пластика. — Вырежьте их. Всех. Покажите им, что бывает, когда механизмы пытаются имитировать Бога. Кайл не колебался ни секунды. Фанатизм, вскипевший в его венах, требовал выхода. По всему периметру Денвера взревели сирены, но на этот раз они не предупреждали об атаке. Они возвещали начало охоты. Из огромных промышленных труб, проложенных под землей, прямо на передовые позиции правительственных войск Объединенных сил ударили гейзеры густого, белого химического тумана. Концентрированная «Пепельная роса» разъедала фильтры армейских противогазов за считанные секунды. А затем ворота баррикад рухнули. Это была первобытная, кровавая мясорубка. Тысячи «Детей Пепла», надышавшихся ядом до состояния абсолютной потери болевых рефлексов, хлынули на позиции правительственных войск сплошной черной волной. Солдаты Системы открыли шквальный огонь из крупнокалиберных пулеметов. Первые ряды фанатиков разрывало на куски, превращая в кровавое месиво, но на их место тут же вставали другие. Они бежали по трупам своих братьев, смеясь и харкая кровью. Пули прошивали их насквозь, отрывали конечности, но химия в мозгу блокировала шок. Подросток с оторванной кистью прыгнул прямо в траншею, вгрызаясь зубами в шею кричащего радиста. Дэймон шел прямо сквозь этот ад. Архитектор ступал по истерзанной земле, не пригибаясь под свистом пуль. Грязь и кровь брызгали на его ботинки. Вокруг него кипела резня: гвардейцы «Пепла» забивали элитных штурмовиков Системы саперными лопатками, прикладами и кусками арматуры. Правительственные войска, обученные тактике и дисциплине, оказались абсолютно беспомощны перед лицом массы, которая физически не боялась смерти. Возле подбитого, горящего бронетранспортера на земле корчился капитан Объединенных сил. У него были перебиты ноги. Увидев неспешно идущего Дэймона, офицер попытался поднять автомат дрожащими руками. Юноша остановился. Наступил тяжелым берцем на ствол оружия, вдавливая его в грязь. — Вы пришли сюда, чтобы принести нам порядок, — тихо произнес Левиафан, глядя сверху вниз на умирающего офицера. — Вы верили, что ваши законы и ваша мораль — это щит. Но мораль — это просто выдумка сытых. В темноте нет законов. Есть только голод и те, кого едят. Капитан захрипел, выплевывая сгустки крови: — Ты... чудовище... мы сотрем вас... — Вы уже стали нами, — Дэймон указал рукой на бойню вокруг. Солдаты Системы в панике бросали оружие, пытаясь убежать, но фанатики настигали их, вырезая глаза и ломая позвоночники. — Я не монстр, капитан. Я просто зеркало, в которое старый мир боится посмотреть. Вы хотели услышать голос моей мертвой девочки? Теперь слушайте, как кричит ваша армия. Архитектор хладнокровно достал из кобуры трофейный пистолет и всадил пулю между глаз офицера. Правительство несло катастрофические потери. Их передовые базы были захлебнуты кровью, техника горела, освещая плотный белый туман ядовитым оранжевым светом. Но и Империя Пепла платила страшную цену. Трупы фанатиков устилали землю в три слоя. Концентрированный газ выжигал их собственные легкие, и те, кто не погиб от пуль, падали замертво, захлебываясь кровавой пеной после того, как адреналин спадал. Дэймон стоял на холме из трупов, тяжело дыша. Воздух был пропитан запахом пороха, сожженного мяса и приторной сладостью химии. Он победил в этой битве. Он сломал хребет наступающей армии, заставив выживших бежать в слепящем ужасе. Но когда юноша поднял взгляд на почерневшее небо, его асимметричная улыбка медленно сползла. Из уличного репродуктора на столбе, пробитого пулями, всё ещё доносился тихий, синтезированный плач Долли. Система потеряла солдат, но вирус всё ещё был здесь. И он знал, что эта победа — лишь начало настоящего, затяжного безумия.