Two three. No, four, and what is this, a new world?

Сентябрь 2021 г. Денвер. Восточный сектор. Подсобка хранилища. Тишина в бетонной коробке давила на барабанные перепонки сильнее, чем недавний грохот автоматной очереди. Кровь капала с потолка. Мерзкий, влажный звук отмерял секунды. Эбигейл стерла с визора шлема кусок чужой плоти. Охотничий азарт начал отступать, оставляя после себя ледяную, сосущую пустоту в желудке. Эмили лежала на полу, её лицо под стеклом противогаза было мертвенно-бледным, дыхание — поверхностным и прерывистым. Гемостатик намертво закупорил разорванную артерию, но это была лишь временная отсрочка. Пульс напарницы угасал. Нужно было уходить. Но куда? И как? Оперативник подняла взгляд на искореженную алюминиевую решетку над головой. Ублюдок, которого она только что превратила в биологический мусор, управлял электромагнитными замками и камерами. У него должен был быть пульт. Устройство связи. Карточка доступа. Хоть что-то. Эбигейл подтащила металлический стеллаж прямо под дыру в потолке. Ботинки скользили в вязких лужах. Встав на верхнюю полку, командир отряда посветила тактическим фонарем прямо внутрь вентиляционного короба. Запах сырого мяса и пробитого кишечника ударил в нос даже сквозь угольные фильтры маски. Внутри жестяной трубы лежала бесформенная серо-красная масса. То, что осталось от стерильного гения из Сиэтла. Подавив рвотный рефлекс, девушка погрузила руку в кевларовой перчатке прямо в это теплое, кровавое месиво. Она шарила среди осколков ребер и скользкой требухи, откидывая куски разорванной куртки, пока пальцы не наткнулись на твердый пластик. Рывок. Эбигейл вытащила из вентиляции тактический планшет. Экран был покрыт трещинами от рикошетов и залит кровью, но диод питания всё ещё горел зеленой точкой. Система Архитектора не оборвала соединение. Спрыгнув на пол, спецназовец обтерла дисплей о чистый участок своей штанины. На экране мерцала карта Восточного сектора. Большинство камер отключились, когда пули перебили кабели в потолке, но тепловой сканер здания продолжал функционировать. И этот сканер показывал проблему. Два десятка красных точек медленно, но целенаправленно стягивались к заблокированному торговому центру. Фанатики. «Дети Пепла». Они не слышали выстрелов из-за генераторов белого шума на улицах, но сеть Левиафана зафиксировала потерю связи с оператором. Дэймон послал свою паству проверить, почему его новый скальпель внезапно затупился. У Эбигейл оставалось не больше четырех минут до того, как накачанные газом подростки вскроют периметр и захлестнут вестибюль. Она посмотрела на Эмили. Оставить напарницу здесь — значило подарить ей легкую смерть во сне от потери крови. Забрать с собой — превратить их обеих в неповоротливую, легкую мишень. В старом мире уставы предписывали спасать товарища любой ценой. В Империи Пепла устав был мертв. Здесь выживал тот, кто мог отбросить человечность. Но Эбигейл еще не была готова сдаться. Командир отряда опустилась на колени. Она отстегнула длинную стропу эвакуационной петли от своего бронежилета и жестко пропустила её под мышки Эмили, фиксируя стальными карабинами. Затем закинула ремень себе на шею и плечи, выстраивая импровизированную тактическую упряжь. — Мы выберемся, Эм, — глухо прохрипела девушка. Её голос дрожал от натуги, когда она попыталась приподнять девяносто килограммов мертвого веса в полной экипировке. Мышцы спины заныли, готовые порваться. Колени подогнулись. Эбигейл зарычала сквозь зубы, упираясь берцами в бетонный пол, и рывком выпрямилась, взваливая изломанное тело напарницы себе на спину. Правая рука намертво вцепилась в стропы, удерживая баланс, а левая легла на пистолетную рукоять укороченного карабина. Запасной магазин с металлическим щелчком вошел в приемник. Она больше не была просто тактическим оператором Объединенных сил. Прямо сейчас, стоя в темноте, залитая чужой кровью и с тяжестью умирающего близкого человека на плечах, Эбигейл переняла правила этого больного города. Чтобы выжить среди монстров, нужно было стать чем-то гораздо более страшным. Удерживая карабин одной рукой, выжившая поднесла планшет убитого маньяка к лицу и нашла иконку управления магнитными замками сектора. Палец нажал на экран. Снаружи с тяжелым лязгом отъехали ригели гермоворот. Путь был открыт. Эбигейл толкнула плечом дверь хранилища. Подсобка выплюнула её обратно в густой химический туман торгового центра. Белый шум из динамиков под потолком мгновенно ударил по ушам, заглушая все мысли и превращая реальность в пульсирующий психодел. Красные точки на экране планшета были уже в здании. Охота продолжалась. Только теперь добыча отрастила клыки.