Борьба за солнышко

— У тебя лучше получаются пасы, Хакудзава, — улыбнулся Хината, наклонившись, чтобы пройти на другую сторону сетки. На дополнительных занятиях он так же собирал мячи, хотя ребята ему помогали, и, благодаря Тсукишиме, Шоё начал тренироваться ещё в атаках. Хоть и мало, но по крайней мере он тренируется в этом, и это лучше, чем ничего. — Спасибо, — кивнул смущённо Юдай. — А у меня?! У меня?! — тут же вмешался в их разговор Коганегава, и Хината перевёл взгляд уже на первогодку Датэко, лицо которого сияло ещё ярче. Он ведь начинающий связующий, поэтому очень ждал похвалы или критики со стороны других волейболистов. — Всё так же плохо, — прокомментировал Тсукишима, проходя мимо них, и Хината, не выдержав, усмехнулся, тут же последовав за своим парнем, который направлялся прямиком к бутылкам с водой. — Мог бы сказать не так холодно! — Ты пасуешь мне слишком низко, Когане, — помахал рукой Шоё, виновато улыбнувшись, на что блондин резко замер, поняв свою оплошность. — Не смотри на мой рост, я ведь могу прыгать. — П-Прости! Тсукишима на его присутствие никак не отреагировал, лишь бросил взгляд, чтобы проверить действительно ли это он, продолжая пить свою воду. С начала их отношений прошло всего два дня, а они так и не смогли продвинуться к нормальному взаимодействию хоть на шаг ближе. Тсукишима всегда был спокойным, но зная, что Хината встречается не только с ним, а ещё с Куроо, который уже мог свободно целовать омегу, хотелось догнать его быстрее, чем нужно, и даже обойти его, если сам Шоё не будет против, конечно. Хотя, прошло же всего два дня, так что торопиться не следует, так ведь? Ками, ему удалось как-то выбить расположение Хинаты к себе, так что ему следует действовать аккуратнее. Это в стиле Его Высочества действовать спонтанно, так что он должен быть намного умнее в этих отношениях, чтобы Хината смог спокойно за ним следовать, а не переживать по разным поводам. — Кей, осторожно! — крикнул Шоё, и Тсукишима успел только обернуться прямо к мячу, летящему в его сторону, как тут же Хината резко потянул его на себя, из-за чего высокий блокирующий потерял опору. — Чёртов придурок, — прорычал Тсукишима, обращаясь то ли к Гошики, который случайно отправил мяч в его сторону, то ли к Хинате, который хотел лишь уберечь его, всё же приоткрыв глаза и сразу же замерев, встретившись с широко раскрытыми глазами Хинаты, который упирался руками в его грудь, чтобы он не раздавил его всем своим весом. Честно говоря, Тсукишима не ожидал такого. Нет, он хотел Хинату в качестве своей омеги, он ему нравился, пусть был таким шумным, слишком энергичным, беспечным, тупицей кратко говоря, но до этого времени он лишь только и думал, чтобы добиться Шоё, чёрт, а он ведь даже не приглашал его на свидания. Хината ведь как ветер — никогда не стоит на месте, не удержать и не запереть в одном месте, потому что он слишком свободолюбивый. Понимал ведь лучше, вынужденный скрываться с самого детства, чтобы альфы или беты не учуяли и насильно не взяли замуж. И сейчас, видя Хинату в таком виде, с широко раскрытыми глазами, и покрасневшими, возможно от смущения, щеками, лежащим прямо под ним — под своим вторым парнем — Тсукишима думал, что, наверное, прекраснее он не увидит. А Куроо видел такого Хинату? Шоё показывал ему эту свою сторону? Или Тсукишима первый увидел его в таком виде? Альфа внутри то ли заскулил, то ли зарычал, требуя от хозяина, чтобы тот прикоснулся к Хинате сейчас же. Пальцы начало покалывать, клыки в одно мгновение удлинились, и Тсукишима ощутил ревностные чувства, стоило ему вспомнить, что сейчас рядом с ним находятся другие альфы — соперники! — которые могли увидеть его парня; которые могли напасть на Хинату, надо его защитить. Надо его защищать! — Простите! — Гошики вырвал Тсукишиму из мыслей, бегом направляясь к ним. Кей вмиг ощутил как воздух проникает в его лёгкие, и он смог на немного успокоиться, по крайней мере, убрать клыки и когти, которые ненароком вырвались из-под его контроля. Альфа поспешил встать с места, подняв с собой и Хинату, схватив его за запястья. — Ты в порядке? — Это я у тебя должен спрашивать, — цыкнул Хината, мягко вырвав ладонь и опустив взгляд, чтобы стряхнуть пыль со своей одежды. — Вы в порядке, ребят? — снова дал о себе знать Тсутому. — Простите, я не хотел. Если Тсукишима так реагировал на простую случайность между ним и Хинатой, то что будет потом? Смотря на Шоё, который поспешил успокоить будущего аса Шираторизавы, с лёгкой улыбкой заверяя его, что всё в порядке, Тсукишима думал, что возможно самая сложная часть вовсе не начало отношений. Шоё изначально показывал своими действиями, что отношения его вовсе не интересуют, и он мог согласиться на их с Куроо предложение из-за того, что у него выбора-то не оставалось, или из-за того, чтобы другие альфы от него отстали, что было довольно-таки безуспешно. Если с Тсукишимой всё было изначально ясно, ведь по сути это Куроо заставил Хинату встречаться с ним, то, учитывая отношение Хинаты к волейболу, любил ли он Куроо? Хотел бы с ним реально встречаться? Или он бы так и ходил, в одиночку, преследуя свою мечту и оставляя позади всех, кто хотел быть с ним. Как помнится самому Кею, с Хинатой он впервые встретился, когда тот тренировался с Кагеямой. Он заинтересовал его своим умением высоко прыгать, а после, когда его сущность раскрылось перед всеми волейболистами на том злосчастном тренировочном матче, Хината начал интересовать его ещё сильнее. И больше всего Кея поражало одно: что бы ни случилось, какое бы дерьмо ни творилось вокруг этого идиота, он улыбался и светился для остальных, чтобы те не погрузились в пучины отчаяния. Уж точно настоящий идиот. — Шоё, — позвал Тсукишима, когда провожал его до остановки. Они ели купленные Хинатой бананы — «потому что они вкусные!» — заверил его рыжий — и шли до остановки в медленном темпе, наслаждаясь обществом друг друга и слыша, как хрустит под их ногами снег. Хината промычал в ответ, мол он слушает, съедая последний кусочек банана и передав шкурку товарищу, когда тот протянул руку, чтобы выбросить в мусорку, так как она находилась ближе к нему. — Давай на Новый Год, — сглотнул Тсукишима, кожей ощущая взгляд омеги на себе. Даже в прошлых отношениях у него не получились такие нежности, так почему у него должно получиться сейчас?! И почему, чёрт возьми, он так нервничает?! Он же встречается с ним! — Вместе пойдём в храм. — Бли-и-ин, — неожиданно заныл Хината. Тсукишима ощутил как тысячи мурашек прошлись по его коже от страха быть отвергнутым, и прежде чем он смог слово вымолвить, Шоё продолжил: — Это я хотел тебя туда пригласить. Чёртов бестолковый омега! — Ай-яй, больно же! — закричал Хината на всю улицу, схватившись за свою голову, где выросла большая такая шишка. Тсукишима раздражённо цыкнул, отвернувшись и посмотрев прямо. — Кей, ты придурок. — Это ты мне говоришь? — Получай ответный удар! — внезапно снова закричал Хината, со всей силой ударив парня в бок, отчего тот согнулся, схватившись за больное место, и не успел Кей придти в себя, как Шоё в этот же миг, поспешно собрав горстку снега, бросил ему прямо в лицо, заставив того гневно заорать его имя. Наверное, с таким хохотом Хината бежал только от Кагеямы, но признаться честно, над Кеем издеваться было куда веселее. — Тебе это не кажется немного странным? — поинтересовался Хината, когда они, прекратив драться и играть в снежки, продолжали свой путь. Тсукишима, у которого впервые так сильно краснели щёки, вопросительно замычал. — То, что у нас тройные отношения? Нет, погоди, ты мне нравишься, просто, — Хината замахал руками, когда встретился со взглядом, не осознавая, какое влияние он своими словами оказал на Кея. — Просто мне кажется нечестным, что мне достались такие альфы, — Шоё убрал руки за свою голову, и Тсукишима почувствовал как его сердце пропустило громкий удар. До этого времени Тсукишима только и думал, что Хината начал встречаться с ним только из-за Куроо, и из-за этого Кей начал жалеть себя, даже не подумав, что Шоё мог подумать о таком. Если Кей считал себя не недостойным Хинаты, потому что начал встречаться с ним только благодаря Куроо, то Шоё считал себя таким же недостойным их обоих. — Знаешь, сначала ты мне не нравился, хотя я чувствовал в тебе достойную пару, но ты был таким противным, холодным и грубым, — хихикнул Хината, подняв взгляд на небо, стараясь не встречаться со взглядом альфы. — А потом, когда стало известно кто я, ты просто начал поддерживать меня. Это было то, в чём я нуждался. Ты подкидывал мне напитки, вкусняшки разные, — с тёплой улыбкой продолжал Хината, в один миг помрачнев, когда выдал следующую фразу: — Хотя было очевидно, что ты пытался ухаживать за мной из-за того кто я, — а потом спокойно продолжил, не обращая внимания на лёгкую улыбку Тсукишимы. Вот же, знает же чертяка, что хотят услышать собеседники. — Ты всегда защищаешь меня, прикрываешь мою спину и всегда рядом со мной, даже если я делаю то, что тебе не нравится, и это действительно круто. Я даже не знаю как отблагодарить тебя за всё это, — хихикнул Шоё, неловко потерев свою шею. — Неудивительно, что Тетсуро заметил мою влюбленность, хотя, — Шоё быстро бросил взгляд на Тсукишиму, который выглядел пораженным его словами, хотя продолжал шагать рядом с ним. — Я не хотел этого. Я думал, что Тетсуро будет моим единственным альфой, и представь моё удивление, когда он начал уговаривать меня встречаться с тобой. Я... — сглотнул Шоё. — Я всё ещё чувствую себя виноватым перед Тетсуро. — Зачем ты мне всё это рассказываешь? — остановился на месте Тсукишима, наблюдая за тем, как Хината сделав пару шагов вперёд, обернулся к нему, снова убирая руки за свой затылок. Шоё в растерянности нахмурился, смотря на блондина таким взглядом, будто считал его идиотом. — Очевидно, потому что ты мой парень, — подразнивающим тоном ответил Шоё, кивнув в сторону остановки, которая начала показываться издалека. — Давай быстрее, мне надо ещё для мамы обед приготовить. Э-эй, ты ч-че- Хината не успел договорить, успев только ошарашенно отступить от Тсукишимы, который быстрым шагом подошёл к нему, и прежде чем Шоё смог слово сказать, Кей схватил его за щёки и притянул к себе для поцелуя. Пусть разница в росте была слишком заметна для них, из-за чего Тсукишиме приходилось горбиться, а Хинате вставать на цыпочки (что больше всего нравилось именно Кею), это не мешало наслаждаться поцелуем. Если Куроо целовался слишком страстно, требуя от Хинаты такого же ответа, слишком горячо, слишком проникновенно, то с Кеем всё было по-другому: он был слишком осторожным, слишком нежным и не требовал ответа, вместо этого предпочитая ласку и чтобы Хината по собственной воле пошёл ему навстречу. Они целовались уже во второй раз, и пусть в первый инициативу проявил Хината, показывая себя в том свете, каким его привык видеть Куроо, сейчас же никто из них не вырывался вперёд. Было такое ощущение, будто они целовались наравне, не стараясь взять роль доминанта, просто наслаждаясь процессом. Это было... круто.

***

— Коуши, доброе утро! — широко улыбнулся Хината, выходя из своего двора, приметив сэмпая как раз около входа. Сугавара резко покраснел, замахал руками, начав что-то лепетать, будто бы его поймали с поличными, и Шоё даже засмеялся при виде такого количества мимики на одном лице. — Надеюсь, ты просто проходил мимо, а не пришёл ко мне? — Ну, возможно, — нервно хихикнул Сугавара, отводя взгляд и наблюдая за тем, как Хината, вытащив свой велосипед, закрывал дверцу забора. — Просто я подумал, что мы слишком много дней не виделись, и вот. — Даже неделя не прошла, — недовольно цокнул языком Хината, уже в следующую секунду растянув губы в улыбке. — Но я тоже скучаю по вам. Без вас тренировки уже не те, спасибо хотя бы Кею, что рядом ходит. — Наверное, он так же тебя благодарит, — издевательски протянул Сугавара, и они с Шоё одновременно засмеялись, пешком направляясь в школу. Было неожиданно встретить утром сэмпая, хотя с поступлением в Карасуно, Шоё начал привыкать к таким неожиданным гостям и таким же неожиданным ухаживаниям, хотя в последнее время многие начали зацикливаться на нём, как на сопернике, что действительно радовало омегу. — Кстати, не хочешь во время обеда потренироваться? Я могу тебе попасовать. — Правда? — засиял Шоё, посмотрев прямо на вице-капитана. — Спасибо, Коуши! — закричал он в следующую секунду, широко улыбнувшись, даже не замечая, что Сугавара поражённо разглядывал его лицо, примечая его блестящие глаза, медленно сужая свой обзор на губах Хинаты. А ведь они уже целовались... Шоё пусть был разговорчивым, но умудрялся скрывать важную информацию про себя, если, конечно, случайно не пробалтывался. Возможно, эта его черта появилась из-за скрытия сущности, и Хината, даже сам того не ведая, невольно скрывался и от них тоже, даже если чувствовал себя рядом с ними в безопасности. Чёрт, по сути Сугавара только и знал, что Хината смотрел, или какие книги читал, какие предметы давались ему особенно тяжело (и то он узнал это благодаря Тсукишиме и Ячи, к которым Хината с Кагеямой обратились за помощью), но не знал с кем Шоё дружил раньше, какой была его жизнь, что он чувствует в этом лагере в Шираторизаве или что он там вообще делает. Хината никогда не жаловался, хоть читать его по эмоциям или же по движениям было легче лёгкого. Пусть многим казалось, что они дружат с Хинатой довольно близко и они могли бы спокойно рассказывать друг другу сокровенные вещи, они ведь даже не могли спокойно ответить на вопросы, касающиеся личной жизни Шоё. А ведь сам Сугавара узнал, что отцов у него нет, только благодаря тому скандалу, что устроили по середине улице недо-родственники рыжего. Из мыслей он вырвался неожиданно, заставив Хинату замолчать и испуганно вскрикнуть, когда Сугавара врезался в фонарный столб, вынужденный в следующий секунду отступить и взвыть, схватившись за свой покрасневший лоб. Хината вмиг оказался рядом, сжав в руках его куртку и наклонившись к его лицу, обеспокоенно что-то лепеча, и Сугаваре оставалось только махать руками и уверять Шоё, что всё в порядке. — Ну, мы на матче с Токонами только и проигрывали, — неловко хохотнул Сугавара, когда они продолжили путь, после того, как успокоились. Его лоб всё ещё был красным, и Хината, обеспокоенный состоянием сэмпая, начал следить за тем, чтобы он снова не врезался в столб. Не стоило Шоё отвлекаться на свой говор про пасы Коганегавы и атаки Гошики. После того, как Сугавара-сан врезался в столб, Хината в момент вспомнил про тренировочный матч, о котором обмолвился Ямагучи во время обеда. — Они даже воодушевились, мол если победили национальную команду с такой лёгкостью, сможем спокойно пройти в следующем году. — На то он и тренировочный матч, — хихикнул Хината. — На таких матчах лучше всего тренироваться, а не целиться на победу. Сугавара, конечно же, удивился таким словам, ведь до этого Хината только и говорил, что Карасуно победит любую команду, а соответственно все считали, что Шоё нацеливался на победу при любом матче: пусть на тренировочных, пусть на отборочных или на национальных, а тут рыжий выдаёт такое. Было ощущение, что Хината вырос за эти несколько дней и Сугавара ощутил какую-то гордость за это. — Верно, — согласился Коуши, уже издалека замечая школу. — Ты же домой один возвращаешься, да? Тебя Тсукишима хоть до выхода провожает? — скептически спросил беловолосый, на что Хината лишь хихикнул. — Аж до остановки, — шире улыбнулся Шое, посмотрев на Сугавару, из-за чего тот улыбнулся в ответ. — Неловко признавать, но я как-то привык к Даичи-сану. Мне спокойнее рядом с ним. — Капитан же, — хмыкнул Коуши, ощутив небольшой укол ревности. — Мне больше всего интересно, кто будет тебя провожать после того, как мы выпустимся, — усмехнулся Сугавара, на что Хината мигом недовольно отреагировал: — А-ай, давай не будем об этом? Мне не хочется думать, что вы покинете нас. — Шоё, мы не собираемся умирать. — Кто собирается умирать? — неожиданно спросил Даичи-сан сзади, и когда сеттер и первогодка обернулись к капитану, приметив, что рядом с ним стоял ещё Асахи, Сугавара резко обвил правой рукой шею Хинаты и прижал к своей груди, пальцами сжав щёки омеги, отчего тот ошарашенно моргнул, не успев даже понять что случилось. — Если мы уйдём, кто будет провожать Шоё?! — гневно заорал Сугавара, привлекая к ним ненужное внимание, но люди вокруг них были немного тактичнее, так как предпочли просто проходить мимо, сверля взглядом странного старшеклассника. Даичи с Асахи удивлённо приподняли брови, остановившись на месте и наблюдая за тем, как Хината схватился за руку альфы, пытаясь выбраться из его захвата. — Шоё-кун останется один, среди этих идиотов, я не могу просто так покинуть его. — Не говори так, будто собираешься умирать, Суга, — замахал руками Асахи, вмиг побледнев. — Рядом с ним хотя бы будут Танака с Ноей. — И это больше всего меня пугает, — Даичи скрестил руки на груди, подняв взгляд на небо, и тень сомнения пала на его лицо. — Я всё ещё здесь, — похрипел Хината, но на это Сугавара даже внимания не обратил, ещё сильнее прижав его к себе. — Не волнуйся, Шоё, — похлопал по голове рыжего старший. — Я что-нибудь придумаю. — Коу-ши, — похрипел Хината. — Мне не-чем дышать. — Ками, — подумал Даичи, смотря на устроенный Коуши беспорядок, который не хотел отпускать медленно задыхающегося Шоё, тянущего свою руку к свету, прося о помощи. — Дай мне сил.

***

Куними выглядел не шибко довольным тем, что за ним теперь следит не только Хината, но и Коганегава, который с самого начала показывал, что он даже не собирается привлекать к себе внимание омеги, предпочитая находится рядом с ним как временный товарищ или даже как друг, что радовало каждого альфу, кто нацелился на Хинату, как на омегу. Конечно, многие видели в Шоё не только идеальную для себя пару, но и сильного соперника, что мог в любом случае утереть им нос на матчах, и всё же... Хината действительно умел привлекать к себе внимание. Они как раз наблюдали за тренировочным матчем два на два между Куними с Хакудзавой и Тсукишимой с Гошики. Невольный взгляд Хинаты то и дело, что задерживался на Тсукишиме, который, пусть и старался изо всех сил, но всё ровно не мог нормально пасовать своему товарищу, который был грубым и высокомерным по отношению ко всем волейболистам, даже если все поняли, что он простак. Шоё мысленно возликовал, когда с лёгкостью заметил Куними в финт-позе, похвалив себя за внимательность. Он почти научился читать по позам, а значит, в будущем он с такой же лёгкостью сможет встать под атакой, чтобы принять. Сущность, почувствовав радость Хинаты, довольно замурчала, и Хината еле сдержал себя от крика восторга, не сразу заметив, что Гошики принял мяч, предвидев такую обманку со стороны волейболиста из Сейджо. Тсукишима поморщился, подняв ладони верх, приняв позу для паса, и Гошики, доверившись ему, прыгнул с пробежкой, только вот низкий пас Тсукишимы будущий ас не смог пробить. Хината знал, что многие тут предпочитали говорить прямо, пусть даже правда была горька, что было довольно-таки полезным для всех игроков, но, когда Гошики с раздражением указал Тсукишиме, что его пас был «низким и грубым», явно расстроившись упущенному очку, омега внутри недовольно фыркнула. Было редким случаем, когда Кея ругали. Одно дело, когда ругают старшие — они же опытные, имеют право, а вот когда на его альфу наезжает другой, пусть и был прав в этом случае, недовольство внутри только росло. Чёрт, омеги же не должны так реагировать на такие случаи. Мама говорила, что омеги всегда старались скрываться, если между альфами назревал конфликт, но сейчас видя, что Гошики раздражается на Кея, Шоё испытывал только одно раздражение. — А при возврате, — неожиданно возник рядом Макота, держа в руках бутылки, из-за чего Хината вздрогнул. Как раз Куними с Гошики отчаянно пытались найти выход из своего положения: сражаться с двухметровым гигантом было сложно. — Не лучше ли метить в Хакудзаву? Наверняка, Куними ошибётся. — Если Хакудзава поднимет мяч, то в итоге бить будет тоже он, — услужливо начал объяснять Хината, бросив взгляд на бету и встретившись с ним взглядом, после чего снова вернул своё внимания на поле, чтобы не упустить важные движения. — Он может ударить, даже если пас высокий, тем более с высокого паса он забивает отлично, — продолжил Шоё, даже не заметив, как нотки восхищение проскользнули в голосе, из-за чего стоящий рядом Киндаичи лишь нахмурился, скрестив руки на груди. — Может оборона ему не даётся, — вставил своё Коганегава, стоя рядом с Макотой. — Но он выносливый. — К тому же руки у него длинные, — напомнил Киндаичи, наблюдая за тем, как Тсукишима атаковал в дальний угол поля, а Хакудзавав, пользуясь своим преиумеществом, дотянулся до мяча. — И даже до забитого мяча он дотянется, — прокомментировал ситуацию первогодка из АобаДжосай, невольно восхитившись приёмом Юдая. В следующую секунду, после серии атак и приемов, Тсукишима удивил их всех снова, сделав мягкий блок Хакудзаве, прочитав его атаку моментально, и Хината, снова засияв, на пару с Коганегавой похвалил крутой блок, даже как-то не обратив внимания на такой же крутой приём Гошики. Было видно, что Тсукишима учился на своих ошибках, и Хината почувствовал радостное возбуждение, когда увидел, как, внимательно прищурив глаза, Тсукишима сделал более хороший пас Гошики, который всё же забил. — Кей, крутой пас! — заголосил Хината, не сдвинувшись с места, и Тсукишима, посмотрев на него, лишь улыбнулся уголками губ, не стараясь даже комментировать похвалу омеги. — Хоть в кои-то веки увидел твой пас, — резко помрачнел Хината, невольно задев своим словом сокомандника, у которого только-только начали получаться нормальные пасы. — А теперь мне радостно за тебя и как-то обидно за себя. — Спасибо за честность, — закатил глаза Тсукишима, развернувшись спиной к своему омеге. — И ясность. — Слушай, а вы двое случаем не встречаетесь? — вклинился в их разговор Коганегава, указав сначала на Тсукишиму, а потом на Хинату. Киндаичи заинтересованно посмотрел на них, прислушиваясь к каждому слову Хинаты. — Вы довольно близко общаетесь, это сильно бросается в глаза. — А, да, — кивнул Шоё, заставив Макоту позади подавиться воздухом, пока Киндаичи замер истуканом. — Кей мой парень, — добавил он на всякий случай, и Коганегава охнул, и щёки его резко приняли красный оттенок. — И давно уже? — Это так интересно? — вопросительно приподнял бровь Хината, даже не замечая, как помрачневший Киндаичи поспешил покинуть их общество. Коганегава закивал головой, и Макота приблизился к ним, думая, что лучше показаться на глаза двум волейболистам, а то подумают, что он подслушивает. — Ну, даже недели не было. Мы недавно только начали встречаться. Не отошедший достаточно далеко Киндаичи замер. Значит, Хината согласился встречаться с Тсукишимой, когда они были в этом лагере? Когда любой мог спалить их? Но когда? Когда Тсукишима успел предложить Шоё такое? И почему Хината согласился, ведь у него же уже есть альфа? Вроде бы из Некомы. Неужели расстались? — Слушай, ты не мог бы расспросить у него какие у меня пасы, — Коганегава заговорщически наклонился к низкому блокирующему. Макота рядом лишь закатил глаза, примерно ожидав такую сцену: Коганегава, так же, как и Хината, интересовался только волейболом. — А то он игнорирует меня. — Сказал же, что нормальные, — прогремел голос Тсукишимы рядом, и Коганегава вздрогнул, так и замерев в своей позе, пока Хината оглянулся на своего парня. — Пойдём, у нас пока что перерыв, — схватив Шоё за руку, Тсукишима фыркнул, утащив его в другую сторону. Хината неловко помахал рукой Коганегаве, послушно следуя за альфой и знаками показав другу, что обязательно выполнит его просьбу. — Ну и страсти же у них, — хмыкнул Коганегава, скрестив руки на груди, даже не замечая, какими мрачными стали альфы вокруг него.

***

— Тендо-сан, верните! Вашиджо-сан меня убьёт! — заорал Хината, пытаясь дотянуться до последней манишки в руках старшего. «Старший», в свою очередь, высунул язык и ещё выше потянул такую нужную вещь, из-за чего Хината возмущено заорал, встав на цыпочки и схватившись за футболку красноволосого, чтобы стать хоть на немного выше. — Тендо-сан! Я всё расскажу Эйта-сану! — Если до меня не можешь дотянуться, — ехидно начал Тендо, отступив на шаг и на немного наклонившись назад, чтобы Хината не добрался до манишек. — То как ты собираешься Вакатоши-куна победить, м, Хината-кун? — Я могу прыгать! — заорал в ответ Шоё, мысленно проклиная остальные манишки в руках, из-за которых он не мог прыгать, иначе только постиранные вещи могут упасть на пол и пришлось бы их стирать ещё раз (потому что Вашиджо-сан следит за ним отовсюду!) — Просто сейчас не могу, так что отдайте мне манишки! — О, — вдруг чьи-то руки сомкнулись на его талии, и Хината даже почувствовал как длинные пальцы волейболиста сомкнулись между собой, из-за чего мурашки прошлись по коже. — Такая тонкая, — восхищённо протянул Ширабу, не меняясь в лице, и Хината, всё ещё не выпуская футболку Сатори из захвата, заорал: — Ширабу! — Ширабу-сан, В-Вы что делаете? — вдруг оказался рядом Гошики, сжав кулаки перед собой и с огромным ужасом смотря на своего сэмпая, который продолжал сжимать в руках талию Хинаты. — Уш-Ушиджима-сан! Охира-сан! — Эй, отвалите от Хинаты! — возник из неоткуда Эйта-сан, схватив за шкирку Шоё и потянув его за себя, но тот упорно не отпускал футболку Сатори, всё ещё пытаясь дотянуться до манишек, а Ширабу, словно марионетка, управляемый нитями, последовал за рыжим, поэтому Семи ещё пришлось отталкивать лицо кохая, чтобы тот отцепился от Хинаты. — Это похоже на перетягивание каната, — задумчиво изрёк Ушиджима, как раз стоя рядом с заметно побледневшим Гошики, из-за чего первогодка испуганно икнул. — Разве мы не должны их остановить? — неловко улыбнулся рядом с ним Охира, и Хаято, скрестив руки на груди, ухмыльнулся: — Думаю, сами разберутся. В последний день лагеря третьегодки снова присоединились к тренировке, и Хината, который более или менее свыкся со своей ролью, не ожидал того, что все его друзья из Шираторизавы будут во всю издеваться над ним именно в этот день. Тсукишима, конечно, был недоволен тем, что его парня окружают столько альф, но поделать ничего не мог, ибо Вашиджо-сан следил не только за одним Хинатой, но почему-то давая полную свободу старшим в Шираторизаве. Наверняка, получал удовольствие от страданий Хинаты. В целом, Хината был рад, что третьегодки Шираторизавы посетили лагерь в последний день, ибо у него был шанс расспросить Ушиджиму-сана об интересующих вещах, например, о чём он думал, когда принимал мяч, хотя Шоё ожидал, что ответ будет таким же однобразным, как у Куними, но спросить всё же стоило. И не пожалел ведь потом, потому что «Думаю о следующем шаге» всё же достойный ответ, чем ответ Киндаичи, который неловко рассмеявшись, честно признался, что ни о чём он не думает. Тендо-сан каждый раз ехидно комментировал его движения, когда Хината, пользуясь своим положением, повторял за Ушиджимой, стоя позади него. Принимать бывший капитан этой школы умел очень даже хорошо, так что поучиться у него всё же стоило, пусть даже Вакатоши не был таким же крутым учителем, как Бокуто-сан. Хината наблюдал за всеми и отчаянно пытался запомнить каждое движение волейболистов, не замечая на себе довольные взгляды Эйта-сана и Тендо-сана, а ведь, когда они только познакомились, он был совсем другим: и если для Тендо он запомнился как уставший волейбольный идиот, взявший всю вину после проигрыша АобаДжосай на себя, то для Эйта-сана — ждущим их с Тендо на утренние пробежки рыжим парнем. При первой встрече ни один из них не подумал бы, что они смогут так сблизиться, пусть даже одному из них хотелось большего. — Он станет великим, — хмыкнул Тендо, наблюдая за тем, как Хината разговаривает с Гошики, и судя по выражению лица второго, Шоё хвалил будущего аса. Эйта на это лишь согласно кивнул, почему-то чувствуя, что после выпуска из школы все трое станут ещё ближе, пусть даже будут вынуждены подвергаться испытаниям отдалённости и расстояния. — Я всё ещё надеюсь на ваше свидание, Семи-Семи, — перевёл взгляд на друга Тендо, хихикнув, когда сеттер покраснев за миг, поспешил отвернуться. — Ты станешь для него отличным парнем, пусть даже у тебя будут соперники покруче. — Не пойму, хвалишь ты меня или оскорбляешь, — фыркнул Эйта. — После тренировок приглашу, и, если он откажется, приглашу снова. И я... — сглотнул Семи, чувствуя на себе взгляд своего друга. — Я просто так не сдамся, — решительно кивнул сеттер, и в его глазах зажёгся огонек решимости, на что Тендо лишь ухмыльнулся ещё шире. — Что ж, желаю удачи.

***

Ширабу облокотился на стену спиной, скрестив руки на груди и наблюдая за Хинатой, который аккуратно складывал свои вещи в сумку. Не заметить то, что в его сумке были ещё несколько тетрадей с книгами, было невозможно, и Кенджиро невольно задался вопросом: как долго Шоё ходил с таким грузом? Наверняка, плечи болели сильно, и Кенджиро тяжело вздохнул. Вот надо же было заинтересоваться тем, кто о своём здоровье вообще не заботится. Хината когда-нибудь об этом сильно пожалеет. Третьегодки ушли, с обещанием, данным Гошики, что они заглянут ещё пару раз, и Ширабу, честно говоря, был этому рад, хотя был недоволен тем фактом, что Эйта с Тендо продолжат утренние пробежки с Хинатой — случайно услышал их разговор, когда двое старших подошли к младшему. Было как-то разумно, что эти трое приостановили свои общие тренировки, чтобы дать телу хоть немного отдыха за весь этот лагерь, тем более и Сатори, и Семи понимали, что труднее всего приходится именно Хинате. — Ты рад? — поинтересовался Ширабу, наблюдая за тем, как Хината с улыбкой до ушей глядел вглубь своей сумки, расставляя всё по местам, чтобы что-то случайно не помять. Шоё, не скрывая улыбки, поднял на него взгляд и улыбнулся ещё шире, кивнув головой. — Я соскучился по ребятам, — честно ответил Шоё, складывая в сумку бутылку, отличающуюся от остальных одноразовых бутылок волейболистов. Наверное, кто-то подарил или сам Хината купил, всё-таки неудивительно, что Шоё выбрал чёрно-оранжевый тон, признался же при первой встрече, что любит яркие цвета. — С вами, конечно, играть весело, но Карасуно отпускать тоже как-то не хочется. — Понимаю, — кивнул Ширабу, разглядывая спортзал Шираторизавы. — Даже как-то не верится, что скоро третьегодки выпустятся. — По крайней мере, после школы мы можем сохранить связи, не так ли? — остановил свои движения Хината, чтобы просто посмотреть на Ширабу. Альфа встретился с ним взглядом моментально и отводить не спешил, наблюдая за тем, как карие глаза горят огнём. — Ты мне нравишься, Ширабу, — улыбнулся рыжий, заставив Кенджиро смущённо потупить взгляд, не обращая внимания, как щёки альфы покраснели от такого. — Я не хочу тебя терять. — Предупреждать надо, когда такое говоришь, — смущённо кашлянул Кенджиро, и на это Шоё снова хихикнул, вернувшись к своим вещам. — Кстати, ты же едешь на национальные впервые, да? — спросил блондин, на что Хината снова кивнул, как-то не обратив внимания на то, что Ширабу подошёл к нему и сел на корточки, почти что касаясь локтем его локтя. — Ты там особо не волнуйся. Команды там и вправду будут сильными, но так ведь интереснее, — улыбнулся уголками губ Ширабу, и Хината, как заведённый, согласно кивнул. — Не знаю, с кем вы первыми встретитесь на матчах, но, как другу, расскажу тебе, — продолжил Кенджиро, дождавшись того, чтобы Шоё поднял на него заинтересованный взгляд. — Ты знаешь, что я восхищаюсь и уважаю Ушиджиму-сана, и если он считает кого-то своим противником, то они тоже мои противники, и один из них — Сакуса Киёми. — О, — удивлённо приоткрыл рот Хината. — Про него мне рассказывали Бокуто-сан и Тетсуро, точнее, нам со Львом, — поспешил объяснить свою реакцию Шоё, увидев растерянный взгляд собеседника. — Я знаю, что он входит в тройку лучших, как Ушиджима-сан. — И, соответственно, удары у него тоже сильные, — кивнул головой Ширабу, тепло улыбнувшись догадке Хинаты. — Мы играли против его команды как-то раз и, честно сказать, матч был тот ещё. — Если ты так говоришь, — в предвкушении улыбнулся Шоё, слегка опустив глаза, чтобы придать себе зверинный вид, заставив Ширабу вздрогнуть. — То я хочу с ним сразиться. Расскажи ещё! — попросил он второгодку, и Ширабу моментально усмехнулся, потрепав волосы младшего, на что тот лишь хихикнул. — Тогда как насчёт встретится в каком-то другом месте на выходных? — склонил голову к правому плечу Кенджиро, замечая, как зрачки Хинаты расширяются. Вот оно — то, что заставляет Шоё идти вперёд. — Я могу тебе рассказать про сильных соперниках Ушиджимы-сана. — Давай, — с готовностью кивнул Шоё. — Спасибо тебе, Ширабу-сан, — шире улыбнулся Хината, и Кенджиро на это лишь ласково улыбнулся, будто бы не он старался заманить Шоё на свидание. Пусть даже так считал он один. — Шоё, — неожиданно рыжего позвал Тсукишима, и оба друга перевели взгляд на позвавшего, заметив рядом с ним Коганегаву, который с интересом рассматривал Ширабу. Кенджиро раздражённо цыкнул, но больше ничего не показывал, встав вместе с Шоё, когда тот застегнул молнию на своей сумке, наконец собрав все свои вещи. — Идём? — спросил Тсукишима, и когда Хината кивнул головой, мрачно посмотрев на Ширабу и развернувшись как раз к выходу, приобнимая десятого за плечи, на что тот даже не отреагировал. Взгляд сеттера вмиг стал мрачнее, и Коганегава последовал за парой, убрав руки в карманы. — Ублюдок, — фыркнул Ширабу на такие демонстративные действия со стороны высокого блокирующего из Карасуно. Первыми из спортзала вышли карасуновцы, пока за ними не спеша следовали ученики Сейджо, каждый думая над тем, что произошло на тренировках. Неделя пролетела слишком быстро за тренировками, да и им весело было, пусть и знали, что расслабляться им всё же не стоит. Впереди их ждало ещё столько всего, ещё два с половиной года волейбола с другими школами, а дальше... дальше была неизвестность, что и пугало Хинату. Эти тренировки два на два заставили Шоё осмыслить многое, и ему даже казалось, что такие тренировки эффективнее, ведь по сути, если вас двое, то одному приходится страховать всё поле, пока второй атакует. Атакующего возможно могли заблокировать или ещё что-то такое. Кажется, перед матчем с ДжоДженси, Укай-сан говорил им, что их тренировка обычно заключалось именно на матчах два на два. Не хотелось бы вспоминать про Терушиму, но Хината действительно восхищался его игрой — пусть он действовал на инстинктах, но среагировать всегда успевал, да и принимал он отлично, а про атаки Хината вообще молчал. В любом случае, лагерь, наконец, закончился. Хината оглянулся назад, примечая, насколько большим был спортзал Шираторизавы, в отличие от их спортзала. Именно здесь он начал с нулевого уровня, то есть с уровня «Крутого болл-боя». Было обидно, что на протяжении этой недели он слышал от Вашиджо-сана только обидные слова, упрёки да и жалобы на то, что он ничего не умеет, но факта того, что именно Вашиджо-сан косвенно, но всё же показал ему, что стоит смотреть не только на мяч, Хината не мог отрицать. — Эй, — остановился Тсукишима, развернувшись боком к рыжему, пока тот с каким-то непонятным лицом смотрел на спортзал. Куними и Киндаичи краем глаза следя за Хинатой, прошли мимо, и Тсукишима предпочел игнорировать действия Киндаичи, когда тот попытался остановиться рядом с десятым, но Куними не дал ему этого сделать, утаскивая его с собой всё дальше. — Ты что делаешь? Ответа на свой вопрос Тсукишима так и не получил, когда Хината поклонился по пояс, застав врасплох остальных волейболистов, которые выходили вслед за ними. Им надо было сначала выйти из школы, поэтому их пути пусть и ненадолго, но пересекались, так что Кей знал, что от такого внимания избавиться сразу не получится. Чёрт возьми, от начала до конца этого лагеря все только и делали, что следили за Хинатой, поэтому Кею постоянно приходилось находиться рядом с ним. Шоё не поблагодарил Вашиджо-сана за то, что он позволил ему тут остаться в качестве болл-боя. Он был благодарен ему, правда, хотя испытывал какое-то чувство несправедливости, но рыжий хорошо понимал, что стоило держать свои эмоции при себе. Вашиджо-сан дал ему шанс, пообещал помочь ему, если возникнут трудности с его сущностью, хоть даже усомнился в своих знаниях, и пусть даже он говорил такие слова — возможно, его натура была такой — но именно этот тренер подтолкнул его вперёд, так что жаловаться не стоило. И стоило Шоё встать, в последний раз изучить эту школу и развернуться, как на его лице воссияла широкая улыбка, на что Кей отреагировал вполне себе ожидаемо, приподняв свою бровь в вопросительном жесте. Шоё всегда был странным, честно сказать, Кей думал, что все в его окружении были странными, вспомнить того же Бокуто-сана. Разве что Акааши-сан был более адекватен, хотя учитывая то, что сеттер лучше всех понимал аса своей команды, возможно, и он был немного странноватым. — Завтра снова тренировки! — радостно воскликнул Хината, подпрыгнув на месте, из-за чего Тсукишиме пришлось увернуться от его кулака. — Я им покажу на тренировках! — Наконец-то сборы закончились, — согласно выдохнул Тсукишима, недовольно глянув на омегу и отводя его кулак в сторону, пока тот энергично размахивал руками, хоть сейчас готовый отправиться в Карасуно. — А завтра уже опять- — Да что с тобой такое? — возмущённо перебил его Хината, вдруг оказавшись перед ним и шагая дальше спиной вперёд. — До чемпионата меньше месяца, — продолжил он таким тоном, будто бы они должны были тренироваться весь день. Без передышек и без отдыха. — А? — нахмурился Тсукишима, засунув руки в карманы своей куртки, мысленно отметив, что день сегодня был более тёплым, чем другие. — Перерыв все равно нужен, тем более между- — Хе-е-ей! — закричал издалека Коганегава, подбегая к ним, и Тсукишима зарычал. Ну почему его окружают именно такие идиоты? — Хината, — остановился он перед приманкой, протягивая меньшему свой телефон. — Не хочешь номерами обменяться? — Взял и спросил! — мысленно закричали наблюдавшие за ними волейболисты. Каждый из них не удивился бы, даже если бы поняли, что мысли у них сейчас схожие. Разве что Тсукишима ни о чём не думал, хмурясь сильнее обычного, не спеша вмешиваться, но на всякий случай встав поближе к Шоё. — Ох, — растерялся Хината. — К-Конечно. — Тсукишима, ты тоже! — резко перевёл взгляд с омеги на альфу Коганегава, заставив названного вздрогнуть, а потом встав на цыпочки, через головы воронов, замахал руками. — Гошики, телефон! Телефон! — В смысле? — не понял Тсутому, уверенный в том, что Коганегава прибежал к рыжему из-за того, что хотел сделать того своей омегой, но не ожидал того, что первогодка Датэко начнёт выпрашивать номера у всех волейболистов. — У меня только вас нет, — счастливо сказал Коганегава потом, записав последний номер в свой телефон, даже не зная, что своими действиями дал многим из них шанс на налаживание отношений в будущем. — Так! — поднял он телефон наверх. — А теперь я дам свой, записывайте! — Чёрт возьми, — мысленно закричал Гошики, смотря на номер Хинаты в своём телефоне, записанный как «Надоедливый десятый», не замечая, как у него дрожат руки. — У меня есть его номер. — Никогда не думал, что в моём телефоне будет столько контактов, — честно признался Хината, подойдя к Тсукишиме и снова просматривая добавленные номера. — И теперь твой номер есть у всех, — закатил глаза Тсукишима, на что Хината лишь добродушно улыбнулся. — Так ведь друзья же. — Эй, — прервал их на разговоре Киндаичи, и Тсукишима закатил глаза, обернувшись вместе с Хинатой. Они дадут им дойти хотя бы до дома в тишине и спокойствии? Ладно бы, если бы ещё Киндаичи что-то сказал, объяснил им, почему он их остановил, но он предпочел молчать ещё несколько секунд, забирая у них время, и Тсукишима раздражённо выдохнул, когда Хината спросил что не так. — Ничего, забей, — быстро проговорил Киндаичи, отводя взгляд, и Тсукишима, шумно фыркнув, заговорил: — Если уж начал, говори до конца. — Кей прав, — поддержал Хината, заметив как вздрогнуло тело первогодки АобаДжосай. Киндаичи сомневался ещё немного, несмело, но всё же спросил: — Кагеяма живой там? А у Его Высочества всё же были друзья. Тсукишима нахмурился сильнее, поджав губы, но говорить ничего не спешил. Среди них двоих именно Хината много общался с Кагеямой, и было неудивительно, что многие считали их друзьями, каковыми они и являлись, хоть и отрицали. Вот же два болвана, в одного из которых Тсукишиму угораздило влюбиться, аж до такой степени, что он даже согласился на роль второго парня. — А-Ага, — ошарашенно кивнул Хината. — Пока контрольных нет. — Ясно, — мрачно выдал Киндаичи, развернувшись к выходу. — А что? — продолжил допрос Шоё, и честно сказать, уже сам Тсукишима заинтересовался всей этой ситуацией, хотя ему было всё равно на отношения этих двух. — Просто, — сглотнул Киндаичи. — Сейчас он играет совсем не как раньше. — Вы отказались от него во время матча, — взял на себе слово Тсукишима, приподняв подборок. — Конечно, он будет играть с нами совсем иначе. — Я-Я имел в виду- — Выбрось уже из головы среднюю школу, — неожиданно вмешался Куними, недовольно глянув на Тсукишиму. — Ты сделал всё, что мог, так ведь? — обратился он к своему сокоманднику, и Киндаичи на это лишь сжал зубы, отвернув голову в сторону. — Да, — кивнул Ютаро. — В любом случае, я просто спросил. — Если ты о том, как вы его пас не пробили, — почесал затылок Хината, привлекая внимания ребят уже к себе. — Ну, ссора ведь обычное дело, так ведь? — посмотрел он на друга, заставив Киндаичи оторпело уставиться на него. — Стоять на своём в ссоре — это нормально, так что, — Хината улыбнулся. — С Кагеямой всё в порядке. Похоже, это были именно те слова, которые Киндаичи хотел услышать. По крайней мере, Хината был рад, что, несмотря на характер, у Кагеямы были друзья помимо волейболистов в Карасуно. Шоё часто с ним проводил время, ради тренировок во время перерывов, так что Хинате не стоило особого труда узнать, что на уроках Тобио проводил время в одиночестве. С ним даже одноклассники не общались, судя по его холодному, но красивому внешнему виду. — Да кому вообще этот Кагеяма сдался, — Куними вдруг толкнул Киндаичи в плечо, заставляя того развернуться, мастерски помогая скрыть слёзы. — Мы его ещё уделаем, — пообещал он Хинате, бросив на него быстрый взгляд, заставив Шоё забыть о недавнем разговоре. — Это мы вам ещё покажем! — Эй! — вдруг снова обернулся к ним Киндаичи, не сдержав улыбки, заметив как позади Хинаты Тсукишима всё мрачнеет и мрачнеет. Уже по его лицу можно было бы понять, что он хотел лишь спокойно вернуться с Шоё по домам. — Увидимся, — более мягко произнёс Киндаичи, в один миг приобретая такой привлекательный вид, отчего щёки Шоё вдруг покраснели, и прежде чем рыжий смог выдать ответное «Да», Киндаичи с Куними уже шли к выходу из школы. — Давай быстрее, — подтолкнул его сзади Тсукишима, отчего Шоё вынужден был сделать несколько шагов. — Сейчас опять кто-нибудь объявится. — Кто объявится? — Желательно никто.

***

— Нам, кстати говоря, Куними всё рассказал, — выпивая принесенную Хинатой содовую, объяснил Ойкава, наблюдая за тем, как, прежде чем поставить на журнальный столик свой стакан с апельсиновым соком, Шоё по привычке вытирает сухой тряпкой его поверхность. Тоору сидел на кресле, закинув ноги на подлокотник мебели, пока Иваизуми, до сих пор поражённый тем, что они без приглашения заявились в выходной день Хинаты в его же дом, даже наплевав как-то на то, что у них экзамены на носу, как приличный человек нормально сидел рядом с Хинатой на диване. Шоё, кстати говоря, принял их как ни в чём не бывало, будто бы в его дом каждый день наведываются двое крупных альф из Сейджо. — Никогда не слышал, чтобы он так много говорил, — усмехнулся Тоору, на что Иваизуми лишь цыкнул. — Киндаичи очень долго сомневался, — объяснил Иваизуми, когда Шоё вопросительно посмотрел на него. — Не знал, стоит ли говорить про твой поступок нам, и Куними не выдержал. Если честно, я тоже не ожидал, что он может так много говорить, — добавил он в конце, на что уже Шоё хихикнул. — В лагере он даже не пытался нормально тренироваться, — попытался вспомнить прошедшие дни Хината, выпивая содовую, иногда бросая взгляды на свой апельсиновый сок, мысленно отчитывая себя за глупость: можно же было поставить стакан на салфетку, а не протирать весь стол. — Всё искал способы полениться, хотя в большинстве случаев он пытался убежать от нас с Когане, но на играх он выглядел довольно круто. Можно сказать, что он был даже самым сильным. — Когане? — как бы невзначай промурчал Ойкава, откинув голову и точно посмотрев на Шоё, который услужливо дал Иваизуми подушку, чтобы тот смог подложить под спину, замечая, что от напряжения Хаджиме вытянулся словно по струнке. — Да, связующий из Датэко. Он ещё при виде меня закричал на вашем матче, когда мы пришли посмотреть. — Ками, его-то забыть невозможно, — закатил глаза Иваизуми, когда лицо Ойкавы вмиг нахмурилось, одним своим видом говоря, что он знать не знает этого «Когане». — Память у тебя дырявая, Дерьмокава! — Да помню я его, помню! — ответно закричал Ойкава. — Просто думаю чем вас двоих привлекла игра Куними. Нет, я знаю, что он отлично играет в волейбол, — резко поднял руки Тоору, встретившись с нахмуренными взглядами обоих друзей. — Просто он, знаете, ленивый. Умный, но ленивый. — Вот именно, — кивнул Хината, и Ойкава, пару секунд размышляя над ответом, резко понял, что он имел в виду. Лицо бывшего капитана Сейджо резко расслабилось, и Тоору даже позволил себе хохотнуть, в один миг даже переглянувшись с понимающим Иваизуми. Они все понимали о чём идёт речь, даже если Хината не говорил до конца. — Кстати говоря, — вдруг оживился Иваизуми, оглядываясь по сторонам. — А где твоя мама, Шоё? Сегодня же вроде выходной, да и мы свалились к вам, как снег на голову. — О, она на свидания с Наоки-саном, — легко ответил Шоё, всё же наклонившись и взяв в руки свой сок, чтобы за раз выпить всё. — Наоки-сан — это её парень, — объяснил сразу же Хината, кожей ощутив непонимающие взгляды. — Не помню уже какое по счёту свидание, но это уже мне надоело, а ей нравится, так что всё нормально. — То есть, у тебя будет возможный отчим? — уточнил Иваизуми, на что Хината лишь кивнул головой, поморшивщись от вкуса сока после газированного напитка. — И как ты себя чувствуешь? — Как я должен себя чувствовать? — ответно спросил Хината, слегка нахмурившись, пытаясь распробовать вкус натурального сока. — Вполне себе обычно. Мама уже долгое время одна ходит, да и она счастлива с Наоки-саном, так что возражать я не буду. — Но тебе одиноко, так ведь? — вклинился в разговор Ойкава, и Хината ощутил, как вздрогнуло всё его тело. Чудом он не пролил напитки. Шоё моментально перевёл взгляд на шатена, приметив его позу, пока тот, всё ещё лёжа на кресле, смотрел на него, откинув голову на подлокотник, то есть вниз головой. Ему действительно было одиноко. Находиться дома не хотелось, но не каждые же выходные ему выходить из дома, чтобы просто гулять или тренироваться, да и ребят не хотелось беспокоить. Иногда было полезно вот так просто бездельничать, и как бы одиноко ни было, нужно было сидеть дома, хотя бы для того, чтобы сделать генеральную уборку или посмотреть тот фильм, который ещё вчера не досмотрел. Он привыкнет. Главное, чтобы мама была счастлива, а он привыкнет... — Я привыкну, — дал ответ Хината, снова вернувшись к своему соку. — Не вечно же ей меня опекать. — И то верно, — согласился Иваизуми, наконец позволив себе немного расслабиться. — Ты молодец, раз понимаешь такие вещи, — потрепал он волосы Хинаты, на что он лишь смущённо посмеялся. — В любом случае, мне надо ещё извиниться перед ребятами, — тяжело вздохнул Хината, откинувшись на спинку дивана и опустившись ниже, отчего он показался даже меньше обычного. — Особенно перед Даичи-саном и Кеем, они оба были так злы на меня, когда узнали, что я натворил. — Их можно понять, — согласился Иваизуми. — Но Хина-чана тоже можно было понять, — Ойкава поднял руку с содовой. — Его одногодок пригласили в крутые лагеря, вот он не выдержал и выбил себе приглашения своими усилиями, — хохотнул Ойкава, показав кончик языка, когда Шоё недовольно на него посмотрел. — Никто не может сказать, правильно ты сделал или нет, Хина-чан, лишь ты сам. — Иногда он может сказать умные слова, — прервал такой момент Иваизуми, скрестив руки на груди и встретившись со взглядом омеги. — Просто не обращай на него внимания. — Хорошо. — Почему ты всегда с ним заодно?! — заорал Ойкава под смех двух своих друзей, резко вскочив с кресла, чуть не пролив на пол содовую. — Вернёмся к вопросу о будущем, — повторил позу Хинаты Ойкава, соединив между собой ладони и положив их на грудь. — Я собираюсь уехать из Японии после выпускного. — Как это? — Просто уехать, — ухмыльнулся Ойкава, на секунду встретившись со взглядом Иваизуми. Они оба знали это, но говорить это напрямую не спешил никто из них. Возможно, с помощью Хинаты Ойкава сможет донести до своего лучшего друга, что его путь лежит вовсе не в краях Японии. — Проводишь меня, Хина-чан? — Н-но, зачем? — нахмурился Шоё, на что Ойкава лишь улыбнулся, приложив указательный палец к губам, закрыв один глаз. — Пока что не могу рассказать, но, если проводишь меня после выпускного, так и быть, расскажу, — пообещал Ойкава, и Хината шире раскрыл глаза. Верно ведь. Никто с ним не будет навечно, и Шоё когда-то придётся столкнуться с одиночеством лицом к лицу, пусть даже он старался сбежать от этого гнетущего чувства при помощи друзей. Но всё же, как бы он не хотел отпускать Ойкаву, он должен был идти вперёд и не заставлять других стоять подле себя. У каждого свой путь и Шоё это прекрасно понимал. — Я провожу, — кивнул Шоё, пообещав, пока Иваизуми молча наблюдал за ними. Но чего-то не хватало, и Шоё чувствовал, что надо было ещё что-то сказать, и противиться этому чувству рыжий даже не смел. — Я буду поддерживать Вас руками и ногами, Ойкава-сан, — решительно сказал Хината, подняв взгляд на сэмпая, даже не зная, что заставляет его сердце стучать вдвое быстрее. — Надеюсь, Вы добьётесь своего, что бы Вы там ни хотели, и я, — сглотнул Шоё. — Буду Вас поддерживать. Ойкава прикрыл глаза. — Спасибо, — выдохнул он. — Шоё-кун.

***

— Ты так хвалишь Ушиджиму-сана, — хихикнул Хината, наблюдая за тем, как щёки Ширабу краснеют, и тот спешит отвернуться в сторону. На улице было холодно, но благо тёплая одежда их спасала, и Хината действительно был рад выбраться в воскресенье из дома. Они как раз вышли из кафе, где Ширабу рассказал про сильные стороны Сакусы Киёми, про нашумевших братьев Мия и про Кирю Вакатсу из тройки лучших, и разумеется не обошлось без советов того, как быстро успокоиться на матчах. Ширабу слишком сильно переживал о нём, хотя знал, что он соперник, но всё равно помогал, отлично зная, что для Хинаты это первый национальный матч. — Он крутой, — сглотнул Ширабу, на что Хината лишь улыбнулся. — Я восхищаюсь им. Мне хочется быть таким же, как он, точнее, — Кенджиро нахмурился. — Давать ему идеальные пасы. Всегда. — Что ж, ему пора взрослеть, — легко улыбнулся на это Шоё. В основном, они всегда говорили о волейболе, вспоминали о своих ошибках и о том, как их исправлять, даже давали советы на тот или иной случай, хотя тут больше советов давал именно Ширабу. Находясь рядом с Кенджиро, Шоё не мог носить всё, что попадало под руку, ибо сеттер Шираторизавы всегда был одет как с иголочки и старался вести чистоплотный образ жизни, что это даже Гошики заметил, не раз получив по голове, когда без спросу хватал вещи своего сэмпая. Хината не мог называть себя прям брезгливым — он мог спокойно взять упавшее на пол печенье и съесть его, пользуясь правилом пяти секунд — или таким чистоплотным, коих обычно называют ненавистниками грязи — на вид чисто, а значит можно жить, хотя Хината никогда не ленился хоть раз в неделю делать генеральную уборку дома, но с Ширабу хотелось быть более опрятным. Именно Ширабу посоветовал ему носить с собой носовой платок, чтобы вытирать им руки после умывания в туалете, и влажные салфетки, так на всякий случай, чтобы было чем протереть грязь, если он испачкается на улице или ещё где-нибудь, а Хината, зная, что старшие так просто никогда не дают совета, слушался и старался придерживаться этих правил в жизни, и Ширабу это нравилось в нём больше всего. В отличие от того же Гошики, который с самого начала только и делал по-своему, а потом жалел об этом. — Шоё? — недоверчиво позвал знакомый голос, и когда Ширабу с Хинатой посмотрели вперёд, они оба точно встретились со взглядом Ямагучи, который растерянно оглядывал двух друзей, держа в руках пакет с продуктами. — Тадаши! — более радостно поприветствовал Хината, бегом направившись в сторону друга и обняв его, на что тот ответил на автомате, всё ещё растерянный такой случайной встречей. — Ширабу, это Тадаши, он из моей команды. — Приятно познакомиться, — кивнул второгодка, на что Тадаши поспешил ответить неглубоким поклоном. — Ты... вы что тут делаете? — обратился первогодка к Хинате. — Ширабу давал мне советы по поводу национальных, вот мы решили немного прогуляться, — честно ответил Шоё, даже не стараясь скрыть что-то, на что Ширабу сзади подтверждающие кивнул головой. — А ты в магазин ходил? — Да, мама просила купить рисовый уксус, — потряс пакетом Ямагучи, улыбаясь уголками губ. — И, когда ты домой собираешься? Я, конечно, понимаю, что невежливо так говорить, но, — Тадаши приподнял взгляд на сеттера, на что Ширабу даже не среагировал, всё с таким же равнодушным взглядом сверля Ямагучи в ответ. — Я ему не доверяю. — Не волнуйся, Ширабу шикарен, — заулыбался Хината, заставив одногодку нахмуриться, а альфу позади себя покраснеть от таких слов, из-за чего блондин поспешил отвернуться. — Он не причинит мне вреда, я ему стопроцентно доверяю. Ямагучи снова посмотрел на волейболиста из Шираторизавы, приметив его красные уши, и нахмурившись ещё сильнее, понимая, к чему ведут все эти знаки. Бета посильнее сжал пакет в руках, в следующую секунду расслабляя руки и уже с улыбкой посмотрев на Хинату. — Как доберёшься домой, сразу позвони мне, — поставил перед фактом Тадаши, на что Шоё, не видя подвоха, кивнул головой. — И Тсукки заодно расскажи о... — снова посмотрел на второгодку Ямагучи, приметив, как тот кашляет в кулак, стараясь унять своё смущения, и наверняка надеясь, что его щёки не сильно покраснели. — Ширабу-сане. — Конечно. — Что ж, удачной прогулки, — снова нацепил улыбку бета, напоследок прижав омегу к себе и пользуясь тем, что Шоё ничего не замечает, самым ненавистным взором посмотрев на Ширабу, отчего тот хмыкнул, тем самым мастерски скрыв свою дрожь от такого холода. — Сначала тот балбес с жутким взглядом, — пробормотал Ширабу, оглядываясь на спину беты, который, напоследок помахав рукой другу, ушёл в сторону своего дома. — А теперь и он. — Что-то случилось? — поинтересовался Шоё, засовывая руки в карманы, и вместе с Ширабу продолжив свой путь. Кенджиро поспешил натянуть улыбку, махнув правой рукой, сразу же проговаривая: — Всё в порядке, просто неожиданная встреча вышла. — И не говори, — согласился приманка. — Я тоже не ожидал встретить Тадаши. Чёрт, ещё один.

***

— Мы оба знаем, что я не хочу туда идти, — посмеялся Хината, замерев на месте в игре, пока персонаж Кенмы на его глазах выбежал вперёд. Вот же, заставил его кто-то играть в хоррор-игру, теперь Шоё оставалось только страдать. Лучше бы они фильм ужасов смотрели, чем играли в эту игру. — Я тоже с тобой играю, — Кенма мягко улыбнулся в маленьком окошке в правом нижнем углу ноутбука, не отрываясь от игры, и Шоё, мысленно поняв, что убеждения друга успокоили его, заставил своего персонажа идти за Кенмой. В этот миг в игре послышался какой-то странный вой, и Шоё в один миг вскрикнул, заставив персонажа бегом направиться за Кенмой. — Слушай, я слышал там вой, — быстро заговорил Хината, оглядываясь назад и видя лишь одну темноту. — Блин, Кенма, я же дома один, мне страшно. Кенма! — Ты чего кричишь? — фыркнул в микрофон Козуме, первым зайдя в какой-то кабинет и начав искать там хоть что-то полезное, пока Шоё оглядывался в поисках монстра, который искал их двоих. — Быстрее закончим игру и быстрее поиграем в другую. — Да уж, мне сейчас очень уж хочется играть в более яркую игру, — фыркнул в ответ Хината, а потом заорал, тем самым напугав Кенму. — Отбой! Отбой! Это просто картина. — Я больше пугаюсь тебя, а не игры, Шоё, — закатил глаза Кенма, на что Шоё лишь смущённо рассмеялся. — Слышал, ты с Тсукишимой начал встречаться, — как бы невзначай начал тему Кенма, и Хината, поняв, что да как, подхватил эту тему. Кенма же его друг, так что ему можно было знать, да и к тому же он друг детства Тетсуро. — Честно, я тоже не ожидал, что и с ним буду встречаться, — заговорил Хината, выходя из злополучного кабинета вслед за другом. — Но Тетсуро капал мне на мозги, и из-за этого мы даже пару раз поссорились, и, в итоге, у меня двое альф, — неловко хихикнул Шоё, поворачивая за угол, ненадолго забыв, что он играет в хоррор игру. — Хотя я даже рад тому, что я встречаюсь с Кеем. Мне он нравится, — мягко улыбнулся Шоё, в следующую секунду резко побледнев и вскрикнув, когда перед ними объявился крупный монстр. Кенма стремительно развернулся и прикрикнул в микрофон бежать, что и поспешил делать Хината, еле нажимая на кнопки и на максимальной скорости убегая от монстра. Они с Кенмой забежали в очередную комнату, где обстановка была привычно мрачной, да ещё сломанная двухъярусная кровать оставляла желать лучшего. Главное, чтобы из неё не выскочили мёртвые души, чтобы напугать игроков ещё больше. Рычание монстра сначала усиливалось при приближении, а потом начало утихать, когда этот огромный здоровяк начал уходить всё дальше и дальше, не заметив, в какой комнате они спрятались, после чего Хината позволил себе облегчённо вздохнуть. Ей Богу, как будто он сам находился в игре, а не в безопасности дома. — Я тебя ненавижу, Кенма, — заговорил Хината, немного боясь выходить из комнаты, но всё же следуя за другом, пока тот шёл первым, показывая себя смелым и крутым перед Шоё. — Нет бы, поиграли в нормальную игру, тебе захотелось именно в хоррор. Почему ты Тетсуро не пригласил играть? Или Ямамото-сана? — С тобой играть немного иначе, — ответил Кенма, хихикнув, когда Хината в очередной вскрикнул, услышав как рядом послышался смех маленьких детей — один из спецэффектов, что пугало игроков даже сильнее, чем скримеры. — Намного веселее. — Хотелось бы сказать так же, но мне сейчас жуть как страшно, — поёжился Шоё, в ответ услышав очередной смешок со стороны друга. — А тебе весело. Посочувствовал бы хоть немного, Кенма-а-а. — Ты сам согласился, — пожал плечами на экране, с усмешкой посмотрев на бледного Хинату. — И почему ты один? Где твоя мама? — Да она опять с Наоки-саном, — проворчал Шоё. — Откуда у него столько денег? А мама вообще не устаёт гулять с ним. Каждые выходные, Ками! — А это не хорошо? — поинтересовался Кенма, открыв железную дверь в игре, тем самым открывая им новый уровень. — Она нашла нового мужа, и я думаю, что вам двоим будет не так одиноко после прихода Наоки-сана. — Я счастлив за неё, — кивнул Хината, соглашаясь со словами друга. Его лицо в один миг стало серьёзным, будто бы не он до этого кричал при каждом подозрительном звуке, и этим самым насторожив альфу. — Просто я не могу принять Наоки-сана в качестве своего отца. Для меня уже как-то поздно искать замену для своих настоящих отцов, и, в общем, мне без него хорошо жилось. — Ты не можешь или не хочешь? — уточнил Кенма, и Хината, бросив на него взгляд на экране, ненадолго призадумался, прежде чем честно ответить: — Не хочу. — Решать тебе, — вздохнул Кенма. — И никто тебе не говорил, что тебе обязательно надо принимать его, как отца. Ты же сразу находишь общий язык с людьми. Прими Наоки-сана как друга, а не как отца. — А это идея, — вмиг воодушевился Шоё, сев слишком прямо. — Спасибо, Кенма! — Беги! Следующие слова старшего товарища утонули в крике Хинаты, когда тот, сильнее нажимая на кнопки, заставил своего персонажа со всех ног бежать прочь от второго монстра, пока что не зная, что первый бежит прямо к ним, услышав рокот своего собрата.

***

Куроо, положив на плечи полотенце, одним концом данной вещи протирая волосы, вышел из ванны, сразу же направляясь в свою комнату. Отец, кажется, спал в комнате, заметно уставая на работе, и Тетсуро, подумав об этом, невольно зевнул, краем сознания отмечая, что стоило бы позвонить Шоё, что стало для них чем-то вроде ритуала, да и наверняка Хината тоже уже порядком устал после недельной тренировки в лагере Шираторизавы. Когда он узнал об этом, сначала, конечно же, он был в ступоре, а потом смеялся от души, оценив поступок своего парня на сто баллов из десяти, уж потом подумав о Савамуре, головная боль которого наверняка увеличилась вдвое после этой выходки. По крайней мере, Шоё своим поступком желал только лучшего, но Куроо действительно восхищался им. Не каждый сможет так рисковать, да и не каждый решится на такой поступок, ведь наступить на горло своей гордости сродни тяжёлым тренировкам, пройти которым не каждому удаётся. Резким движением бросив футболку на стул в своей комнате, не желая её надевать, Куроо взял с рабочего стола свой телефон, привычным движением набирая номер своего парня и прислонив к уху, свободной рукой продолжая сушить волосы полотенцем. А в комнате было даже прохладно, может стоило поднять температуру, чтобы теплее было? Или стоило подумать о счетах? Своё здоровье или деньги? — Тетсуро! — прервал его размышления радостный возглас в телефоне, и Куроо сам не заметил, как мягкая улыбка расползается по его лицу. — А я хотел как раз позвонить. Ты только вышел из душа? — Ага, гигиену всё же стоит соблюдать, — хмыкнул в трубку Куроо. — Как там Очкарик? — Никогда не думал, что он будет так меня опекать, — тяжело вздохнул Хината. — Куда бы я ни шёл, он вечно рядом, будто личный телохранитель. Хотя если бы не он, некоторые альфы не отстали бы от меня, так что отчасти я ему благодарен. — Это же наша работа, — шире улыбнулся Тетсуро. Отлично, Тсукки, ты хорошо справляешься! — Защищать своего омегу, чтобы другие альфы не увели. — Как будто я могу вас на ещё кого-то променять, — поддразнил Шоё, и Куроо готов был поклясться, что тот высунул язык. Слова рыжего не сразу дошли до него, но всё же Куроо не смог сдержать красноту своих щёк и смущённый смех после слов своего омеги. А с каждым днём хватка у него становится всё сильнее и сильнее. Чёрт, вот что бывает, когда наивный омега встречается с двумя альфами с острыми языками. — Когда я начал встречаться с тобой, я думал, что все альфы будут вести себя так же, представь как я удивился, когда Кей начал смущаться. Он краснеет даже тогда, когда я на него просто смотрю. Я всё ещё удивлён тем, что он нормально со мной общается. Куроо на это расхохотался, мысленно подмечая, что Тсукишиму теперь подкалывать будет вдвойне приятно. Сказал бы кто Тетсуро в начале отношения, что его омега будет встречаться ещё с одним альфой, рассмеялся бы от души, но сейчас это казалось как само собой разумеющееся. Принять Тсукишиму в качестве второго парня Шоё оказалось намного легче, чем ожидалось, хотя в некоторых (большинстве) моментах Тетсуро испытывал какой-то дискомфорт по отношению к Кею. — Как прошёл твой день? — промурлыкал в трубку Хината, и Куроо откинулся на подушку, снова наплевав на то, что волосы у него всё ещё мокрые. — Снова готовились к национальным? Или всё же решили отдохнуть? — Что я слышу? — протянул Куроо, отчётливо услышав в словах Хинаты какие-то издевательские нотки, и оказался прав, когда на том конце Шоё рассмеялся. — Что я слышу? Неужели мой парень недооценивает меня? Сначала вам, воронам, нужно дойти до нас. — Как и вам, котики, — хихикнул в трубку Хината, и Куроо невольно повторил за ним. — Кстати говоря, на днях Ширабу рассказал мне про тройку лучших волейболистов и поделился парой советов, чтобы я не так волновался на национальном. — Ещё есть месяц, Шоё, — закатил глаза Куроо, мысленно отметив факт, что даже при наличии Тсукишимы, с Шоё всё равно успевают встречаться соперники. — До того времени ты сможешь успокоиться, или наоборот, захочешь играть ещё сильнее. — Скорее второй вариант, — легко ответил Шоё. — Мне не терпится сыграть с другими командами. Я так рад тому, что мы прошли на национальные. — Ты одержим волейболом, — хихикнул Тетсуро на это. — Скоро ведь Новый Год. Как планируешь провести? — Как обычно, с мамой, — а потом немного подумав, добавил: — Возможно, Наоки-сан присоединится, а там как посмотрим, и, мы с Кеем потом в храм сходим. А ты? — То же самое, — вздохнул Куроо, почувствовав укол ревности, но быстро успокоив себя тем, что теперь у Шоё не только он один. Он всё ещё его первый парень, так что отчаиваться не стоит. — Если повезёт, могу приехать к тебе, так что не расслабляйся. — Копил бы свои деньги, чем тратил на меня, — буркнул Хината, старательно скрывая радостные нотки в своём голосе. Куроо усмехнулся на это — не только он скучал по Шоё. — А твоя семья? — Они уже прогоняют меня, — возмущённо засопел в трубку Куроо. — Говорят, чтобы после выпускного я жил отдельно. Это нечестно! Как они от такого красавчика избавиться хотят? — Ками, как они могли? — демонстративно охнул Хината, в следующую секунду вместе с Куроо расхохотавшись над устроенным спектаклем. — Твой отец не против, чтобы ты жил отдельно? Всё же ты его единственный сын, да и твой дедушка очень сильно любит тебя, если верить твоим словам. — Ну, я сам этого хочу, поэтому они оба ничего не говорят, — закрыл глаза Куроо. — Я хочу найти свой путь, зарабатывать деньги и заботиться о них, да и о тебе тоже. Не хочется быть обузой для них. — Ты хороший сын, Тетсу, — шёпотом заговорил Шоё, и альфа не смог сдержать улыбки. — Ты молодец, что решаешься на такой смелый шаг. — Ути-пути, кто меня подбадривает? — Ты можешь хоть раз не издеваться надо мной? — вскрикнул в телефоне Шоё, но всё же сдержать своего смешка во время смеха своего парня не смог. — Всё, я не буду больше тебя подбадривать. — Эй! — возмущённо воскликнул Куроо. — Я не говорил, что мне это не нравится. — Тебе лишь бы комплименты слышать. — Ну, я идеальный альфа, так что, — многозначительно протянул Куроо, в ответ слыша лишь тихий смех омеги. Дышать стало гораздо легче.

***

Велосипед надёжно закреплён, и в школе было как-то пусто — в такую рань, наверное, в Карасуно приходили только отчаянные ученики, которые желали впитать в себя ещё больше знаний, или спортсмены, которые любили свой вид спорта. Хината не планировал приходить так рано, потому что ключи обычно находились либо у Танаки-сана, либо у Даичи-сана, а с учётом того, что последнюю неделю Шоё провёл в другой школе, попросить у них как-то времени не нашлось. Наушники приятно грели уши, и Шоё выдохнув пар изо рта, поудобнее натянул варежки на руках, направляясь к родному спортзалу Карасуно. Он скучал по этому месту, хотя прошла всего неделя, да и в Шираторизаве было весело, пусть поначалу хотелось только плакать от своего состояния. Позиция болл-боя стала для него первым шагом в неизвестное будущее, и Хината ощущал, что возвращался в Карасуно уже совсем другим игроком. В один миг сущность внутри замурчала, потянувшись в сторону выхода из школы, и Хината нахмурился, почувствовав знакомый запах ночного воздуха, который принадлежал... Хината уставился на Кагеяму, и тот в ответ тоже, и никто из них не спешил двигаться, следя за соперником, готовые вот-вот атаковать, если хоть один из них двинется. Они не видели друг друга целую неделю, не было тренировок вдвоём, их драк и криков, не было совместных ланчей во время большого перерыва и не было совместных поедании мясных булочек после изнурительных тренировок. Целую неделю они провели друг без друга, до такой степени углубившись в свои проблемы, что даже не заметили этого. И соответственно, у них целую неделю не было соревнований, поэтому не было ничего удивительного в том, что они в один миг сорвались в сторону спортзала, пытаясь перегнать друг друга. С Кагеямой всегда было тяжело. Он не любил говорить, предпочитал отмолчиваться в компании людей, давал слово Хинате, когда они оба поддерживали одну точку зрения и в большинстве случаев предпочитал показывать всё своими действиями, а не словами. Кагеяма — ужасный, характер у него тоже оставляет желать лучшего, но только Кагеяма в жизни Хинаты показывал такую любовь к волейболу и только с ним хотелось идти вперёд, развиваться, а не стоять на месте. Наверное, поэтому Хината испытывал полный восторг, если выигрывал у Кагеямы, как сейчас на этом внезапном соревновании, где он, опередив друга, первым добрался до раздевалки. Лёгкие горели, дыхание было тяжёлым, но счастье переполняло их обоих, когда они лежали прямо на полу, пытаясь привести дыхание в норму. Именно этого им не хватало целую неделю — человека, который понимал его без слов. — Эй, — внезапно позвал его Кагеяма, и Хината оглянулся на него, даже не стараясь встать с места, пока Кагеяма сидел, скрестив ноги. — Что ты делал всю эту неделю? — Ох, — мысленно вздохнул Хината, заставив себя приподняться с места и сев так, чтобы оказаться с Кагеямой лицом к лицу. — Знатно же он удивится. — Мячи носил, — спокойно ответил Шоё, наблюдая за тем, как Кагеяма удивляется. Альфа знал, что он проберётся в лагерь Шираторизавы, знал, что Хинату могли просто так выгнать, но всё же удивления тому, что Шоё добился своего, он не мог скрыть, да и потом он заулыбался так, будто злодей из детских мультфильмов. — Ох, — Хината, привыкнувший к таким улыбкам товарища, приподнял взгляд на потолок. — Слушай, ключи от зала или от раздевалки есть? — Вообще-то, нет. Как хорошо, что Хината принёс с собой свой собственный мяч, поэтому они с Кагеямой прямо на улице начали разогреваться, подбрасывая друг другу. Со временем им становилось жарко, поэтому они сняли куртки с шарфами, да и солнце начало подниматься, разогревая их ещё сильнее. Шоё не уставал рассказывать про лагерь, упоминая, что там, по его мнению, самыми сильными были именно Гошики с Куними, так же не переставая восхищаться ростом Хакудзавы, и когда омега поинтересовался как прошёл лагерь у самого Кагеямы, тот упомянул про одного «Маленького Гиганта», заставив Шоё заинтересоваться, тем самым прервав их тренировку. — Ростом где-то метр семьдесят, — Кагеяма положил правую руку на бок, глядя прямо на Хинату. — Хоть в журналах я его не видел, несомненно среди остальных на сборах он был одним из лучших, — продолжил он, и Хината с восторгом глядел прямо на альфу. Он не один такой маленький! — Раз в сто лучше тебя, — ехидно добавил он потом, и Хината опустился на землю, приходя в бешенство. — А вот этого не спрашивали! Нет бы, закончить на «одним из лучших», надо было продолжать тебе. Не надо ведь, нет, а он- — О, всё-таки явились! — прервал Хинату Танака-сэмпай, и когда первогодки оглянулись на него, тот в руках крутил ключи, улыбаясь широкой улыбкой. — Небось уже кулаки чешутся, да, бойцы? — хохотнул он, кивнув головой на приветствие кохаев. — И было бы из-за чего драться. Просто слов нет, — закатил глаза Танака, первым поднимаясь в раздевалку. Хината последовал за ним, по пути прихватив свою сумку и куртку, сразу же поднимаясь по лестнице, и тогда-то Кагеяма снова его позвал, из-за чего вынужден был оглянуться на него. — Ты можешь прыгнуть и выше, — сказал он таким тоном, будто бы давал обещание, чем озадачил Хинату ещё больше, а потом альфа прошёл мимо него, будто бы ничего такого он не говорил. — Прыгнуть выше, — невольно повторил рыжий, всё же последовав за брюнетом, сжав в руках лямку своей сумки. — Выше. — Шоё! — прервал размышления Нишиноя, и Хината, мигом позабыв о странных словах Кагеямы, перепрыгнул через ограждение лестницы, бросившись в объятия второгодки, который бегом направлялся прямо к ним. — Шоё! — закричал уже внутри спортзала Сугавара, стоило Кагеяме с Хинатой войти в спортзал вместе, бросившись на омегу, сбивая его с ног и прижавшись к его животу, обхватив талию рыжего. — Эй, Суга! — закричал Даичи сзади, пока Асахи неловко рассмеялся, не зная даже что делать. Лицо Тсукишимы стало непонятно-огорчённым, когда Хината, смирившись с близостью сэмпая, стоял прямо перед всеми, хлопая третьегодку по голове, который не желал отпускать кохая. — Уверен, вам обоим не терпится подраться как следует, — хмыкнул Энношита, подходя к ребятам, и Танака рядом с ним сделал нечитаемое лицо, сразу же выдав: — Нет, они уже успели, когда я открывать пришел. — И куда они торопятся? — хохотнул Нишиноя, хлопнув по спине обоих первогодок, пока Тсукишима продолжал буравить взглядом Сугавару, который в ближайшее время точно не собирался отпускать омегу. — Впрочем, неважно. Рад, что вы не изменились! — Даичи-сан! — обратился Хината к капитану, и когда взглянул на него, Шоё немного поклонился, не имея возможности поклониться ещё ниже из-за присутствия Сугавары. — И-из-извините за беспокойство. — Так если бы ты остался, кому ты один нужен? — фыркнул позади Кагеяма, и Хината обернулся к нему со слезами на глазах, заставив Тобио встать в ступор: — Да хватит уже! Сколько можно повторять?! — Я ж в первый раз это сказал, — попытался неловко оправдаться Кагеяма, ощутив какую-то слабость перед таким Хинатой, не зная даже что сказать. — Шоё, у тебя не получилось к юниорам прошмыгнуть? — спросил Сугавара потом, переместившись уже так, чтобы его голова находилась на голове Шоё, а руки лежали на плечах рыжего, прижимаясь всей грудью к спине десятого. Хината неловко хихикнул, краснея намного сильнее и не находя способа выскользнуть из недо-объятия Сугавары. — Ну, — протянул Шоё, но Тсукишима, наблюдавший за ним с тех пор, как Сугавара прилип, перебил парня, прожигая сэмпая не самым приятным взглядом: — Сказал, что ареста побоялся, — Хината с мольбой поднял взгляд на парня, молча прося его остановится, но Тсукишима только на Сугавару обращал внимания, всем сердцем желая, чтобы этот альфа убрался, пока кто-то другой не устроил сцену. — Он ведь всё равно туда собирался пролезть. В Токио. — Так держать, Шоё! — выкрикнул Нишиноя, в голосе которого подозрительно слышались только весёлые нотки, будто бы он старается показать, что он в порядке. — От их криков, — тихо начала Киёко, обращаясь к Ячи, пока третьегодки пытались отцепить от Шоё Сугавару, а Хината вдруг начал орать на Тсукишиму, который обращал внимание только на старшего сеттера. В стороне от них Танака с Наритой с нечитаемыми лицами наблюдали за ним, а Киношита с Энношитой с вежливой улыбкой стояли рядом, готовые вмешаться в любой момент, и лишь Ямагучи неловко тянулся то к Тсукишиме, то к третьегодкам, не зная что делать, пока Кагеяма стоял с каким-то напряжённым лицом. — На душе так спокойно.

***

Наблюдая за тренировками ребят, Хината не мог перестать улыбаться. Ему именно этого шума не хватало, и к тому же, наблюдать за движениями Нишинои-сана оказалось куда веселее, чем за тем либеро из лагеря. Ноя-сан двигался на автомате, и, наверняка, не отдавал себе отчёта, когда двигался, но не заметить того, что второгодка тоже подпрыгивает перед принятием позы, уже стало невозможным для Хинаты. Киношита-сан за эту неделю научился подавать планнер, и от этого Хината пришёл в полный восторг, заставив второгодку покраснеть от смущения, да и Ямагучи, когда тренировал свои подачи, случайно попав в аут, тоже завёлся не на шутку, а Нишиноя-сан пытался научиться верхним передачам, что у него не получилось, хотя Хината был уверен, что Юу ещё всем покажет. За эту неделю каждый из них так изменился, что улыбка сама лезла на лицо, и Хинате более интересен был Кагеяма, который долго смотрел на мяч в руках. Что в нём изменилось? Стал ли он лучше? Научился ли он хоть чему-нибудь? В один миг Кагеяма кинул мяч вверх, уже готовый подавать, и Шоё, мысленно приняв решение, как в замедленном действии наблюдал за напарником, уже привычно представляя куда упадёт мяч, пытаясь прочитать по позе атакующего. Несомненно удар будет сильным, так что Хинате ещё придётся удерживать равновесие, что у него плохо получалось, и он знал, что у него возможно не получится с первой попытки, но попробовать всё же стоило. Разножка получилась у него на автомате и руки сами подставились под мяч, но всё ровно круглый предмет не отскочил от него, а прошёлся по его лицу, отчего Хината упал на спину. Он громко цыкнул, вскочив с места и подняв в руки мяч, подмечая, что надо ещё стойку крепче держать, чтобы не упасть, как сейчас, и нахмурившись сильнее, направляясь к Тсукишиме, который стоял неподалеку, и даже не замечая, что своими действиями он заставил удивиться остальных. — Так, — хлопнул в ладоши Укай, когда Хината уже в который раз пытался подавать так, чтобы мяч попадал туда, куда нужно, но чувствуя, что зря теряет время. — Все, подойдите сюда! — Строиться! — заорал Даичи, и все по команде прибежал к тренеру и куратору, встав полукругом вокруг них. — На следующей неделе у нас будет тренировочный матч с Датэко, — объявил Укай, и волейболисты восторженно зашептались. Несколько месяцев назад даже простые школы с неизвестными командами не хотели играть с ними, а тут другие сильные школы сами просили, что радовало абсолютно всех карасуновцев. — До того времени мы будем тренировать подачи, и, возможно, будем играть три на три. — Есть! — Вот счастье-то какое, — устало вздохнул рядом с Хинатой Тсукишима, пока рядом Ямагучи восторженно сжал кулаки, уже с нетерпением ожидая этот тренировочный матч. — Думал только избавился от этого болвана, а он на следующей неделе объявится. — Чем тебе так не нравится Когане? — хихикнул Хината, скрестив руки на груди и взглянув на своего парня, переместив свой вес на правую ногу. — Вроде бы весёлый парень, или тебе все ребята из лагеря не понравились. — Ага, начиная с тебя. — Слышь, я тебя щас задушу! — Принести тебе стул? — Дурашима! Ты жираф! — Мне кажется, или они сдружились, — улыбнулся Сугавара, наблюдая за тем, как Хината, грубо указав на Кея указательным пальцем, со всей силой попытался пнуть его по ногам, но Асахи-сан поспешил оттащить буйного Хинату от блондина, пока тот ехидно смеялся, находя всю эту ситуацию очень уж весёлой. — Эй, вы двое, прекращайте! — В каком смысле «ты можешь прыгать и выше», Кагеяма? — поинтересовался по окончании практики Хината, когда в зале оставались только первогодки, и Даичи-сан прикрикнул, чтобы они поскорее возвращались домой, и что допоздна он остаться им не позволит. — Прыгать и выше? — удивлённо переспросил Ямагучи, разминая затёкшее плечо, и Хината кивнул головой, пока Кагеяма призадумался над ответом, в следующую секунду предложив продолжить тренировку. — Что ты ему наговорить успел? — нахмурился Тсукишима, подходя к ним, засунув руки в карманы, но всё же из приличия остановившись рядом с Ямагучи, пока два волейбольных идиота стояли рядом с сеткой. — Вот смотри, ты прыгаешь как «прыг-прыг», — начал с интересной ноты Кагеяма, из-за чего трое одногодок склонили головы к правому плечу, одновременно выдав «Ха?». — Но крутые прыжки — это «бум!». — Отлично, Король сошёл с ума, давай домой, Шоё, — резко заговорил Тсукишима, из-за чего рядом стоящий Ямагучи прыснул в кулак, уже давно поняв, что ни Хината, ни Кагеяма не умеют нормально объяснять. — Ты просто вечно носишься по площадке, — Тобио зыркнул в сторону блондина, снова переведя взгляд на Хинату, из-за чего тот недовольно засопел. — Как бы сказать, — призадумался сеттер. — «Прыг-прыг» — вот как ты прыгаешь. — И чего он так звуки любит? — задал вопрос Ямагучи, что невольно совпал с мыслями Хинаты. — Ты и так прыгаешь высоко, и на матчах выкладываешься по полной, но лично ты можешь прыгнуть ещё выше, — снова вернулся к изначальной теме Кагеяма. — Да, точно, — оживился Тобио. — Куда ты перемещаешь центр тяжести в прыжке? — Надо же, умные слова знает, — прокомментировал ситуацию Тсукишима, но ни омега, ни альфа не обратили на него внимания. — В ноги? — не понял вопроса Хината, и Кагеяма, не выдержав, заорал: — Ясное дело, что в ноги, придурок! — Я ведь неосознанно это делаю! — попытался оправдаться Хината. — Ничего не осознаешь, а прыгаешь, как чёрт?! Чтоб тебя! — то ли восхитился, то ли ещё сильнее разгневался Кагеяма, из-за чего Тсукишима присвистнул, на что Ямагучи с приоткрытым ртом кивнул. — Кагеяма, оказывается, знает плохие слова. — Чего ты разозлился-то?! — удивлённо спросил Хината, и они оба несколько минут прожигали друг друга взглядом, пока Кагеяма первым не сдался, вздохнув полной грудью и снова вернувшись к объяснению: — Высокий и стабильный прыжок напрямую связан с контролем в воздухе. А ещё при таком прыжке, — Кагеяма наклонил голову вперёд, придавая себе какой-то загадочный вид. — Слышен звук удара об пол. — О, так вот, что он имел в виду, — догадался Ямагучи, и Тсукишима невольно вздохнул, поражаясь идиотизму этих двух. Пасы у Кагеямы всегда были идеальными: одна высота и одно расстояние, и так каждый раз, будто бы он робот. Всё-таки, признать его крутость невольно, но приходилось, что с одной стороны было даже хорошо. Но стоило ему прыгнуть в воздух, чтобы пробить пас, как Кагеяма заорал: — Рано прыгаешь! — В делах с волейболом Кагеяма никого не жалеет, — пожал плечами Ямагучи, и Тсукишима невольно согласился с этим, наблюдая за тем, как Хината бегает перед ними в одной футболке, передав свою куртку Тсукишиме. — Смещай центр тяжести в подушечки стоп, сконцентрируйся и не прыгай абы как! Когда Кагеяма в очередной раз сделал пас, Хината наклонился и вырвался вперёд, бегом направляясь в сторону мяча и отведя руки назад. Тсукишима с Ямагучи молча наблюдали за ним, сидя около стены, и Хината облизнул верхнюю губу, вспоминая советы Кагеямы. Подушечки — центр тяжести! И инерция от бега... Нога со всей силой хлопнулась по полу, издавая ранее описываемым Кагеямой звук «Бум!», и Хината смотрел только на мяч, ощущая как он взмывает вверх — Вверх! — и как вдруг... — Домой! — заорал Даичи-сан, резко появившись в окне, из-за чего даже Тсукишима с Ямагучи вздрогнули, не ожидав такого, полностью сосредоточившись на прыжке Хинаты. Сугавара с Асахи прошли мимо него, хохоча в голос, и Тсукишима усмехнулся, вставая со своего места первым. — Уже идём, — кивнул он капитану, на что Даичи лишь демонстративно вздохнул. С этими первогодками только одни проблемы.

***

Лицо Даичи стало нечитаемым, пока Тсукишима старательно делал вид, что всё идёт так, как надо, пока Хината вёз свой велосипед в сторону дома, стараясь не пересекаться взглядом ни со своим парнем, ни с капитаном. За ту неделю, где Хината вынужден был возвращаться домой в одиночестве, он как-то позабыл, что Даичи-сан всегда провожает его, и в первый день тренировок в родной школе капитан не сделал исключения. Тсукишима, конечно же, только начав встречаться с ним, смекнул, что провожать своего парня должен и он тоже. И вроде бы всё неплохо, только вот проблема была в том, что никто из Карасуно, да многие друзья самого Шоё не знали, что они начали встречаться, так что возвращение домой было слишком уж напряжённым. Шоё всегда старался в такие моменты сглаживать углы, но тем вообще не было, да и привлекать внимание двух взбешённых альф не хотелось, да и сущность внутри в кои-то веки сидела смирно, поджав хвост. — Ну, — Даичи-сан провёл по шее рукой, краем глаза посмотрев на Тсукишиму, который перевёл взгляд почти что одновременно с Хинатой. Последний из-за напряжённости, витающей вокруг него, почти что рывком взглянул на Даичи, сразу же споткнулся, но успел удержать равновесие, благодаря велосипеду. — Э, — замер Даичи, не остановив свои шаги, не зная даже что сказать, и Хината понимал это его «Э» прям всем сердцем. — Как дела? Тсукишима с Хинатой переглянулись, и второй неловко улыбнулся, испытывая какую-то вину. Кей же старался вести себя тише обычного, думая, что если Даичи не заметит его, то не будет обращать внимания. По крайней мере, ничего необычного не было в том, что двое альф провожали омегу до дома, так? Омегу про которого узнали волейболисты, но хоть не все люди Японии, что было хорошо и плохо по-своему. — Нормально, — ответил за них двоих Тсукишима, и этим «нормально» не давая возможной теме развиваться дальше. Хината прыснул, не выдержав, посмотрев на блондина с усмешкой, стараясь точно повторить выражение Тетсуро, когда тот хотел над кем-то поиздеваться. В основном, так Куроо смотрел только на Тсукишиму, находя в нём что-то весёлое, поэтому у Кея пробежались мурашки, стоило ему понять на кого похоже это выражения рыжего. — Серьёзно? — Отвали. — Это ты вообще-то меня домой провожаешь, — хихикнул Шоё, переведя взгляд на Даичи-сана, который всё же не смог сдержать улыбки. Ответ Кея хоть немного, но заставил их расслабиться, что было хорошо. — Капитан, а Вы сегодня нас не так сильно отчитывали, — ухмыльнулся Хината, стараясь походить на Куроо, из-за чего улыбка Даичи-сан моментально исчезла. — О, а вы двое оказывается терпеть не можете Тетсуро. — Так и знал, что ты намеренно это делаешь, — фыркнул Тсукишима, и Шоё расхохотался, не выдержав. — Больше так не делай, не хватало, чтобы он на тебя своё влияние оказывал, — следом заговорил Даичи, и Шоё снова засмеялся, в какой-то степени понимая их обоих. А ведь когда он только-только познакомился с Тетсуро, он тоже ему не доверял, думая, что он злодей тот ещё.

***

— Извини за столь нескромный вопрос, — начал Хината, попивая сок из трубочки и облокачиваясь на подоконник на первом этаже, стараясь говорить так, чтобы его никто не услышал, кроме Коды, который держал в руках футбольный мяч. Футболист был один и рядом не было никого из его сокомандников, и Хината, который только пришёл с этажа третьегодок, потому что отдавал каждому волейболисту по коробке печенья собственного изготовления — потому что так дешевле, чем покупка в магазинах, да и вкуснее по скромному мнению Хинаты-сан — в знак извинения после того, что он сделал. — Но, среди нас двоих гей — ты, а не я. — Ещё чего, — фыркнул Кода, но взгляда с менеджера футбольной команды, который о чём-то говорил с учителем математики, не отвёл. Хината демонстративно вздохнул и вытащил телефон, чтобы снять лицо лучшего друга, в следующую секунду расхохотавшись, когда Нобуо попытался его задушить, да вот только парень не смог перескочить через оконную раму, из-за чего вскоре упал на спину обратно на грязную землю, испачкав свою форму. — Ты же со своим сэмпаем щас должен тренироваться, — недовольно засопел футболист, усевшись прямо на земле, не собираясь вставать и мастерски не обращая внимания на испачканную форму. Шоё поморщился — был бы здесь Ширабу, точно бы его убил за такую халатность. — Коуши на следующем уроке тест сдавать, поэтому тренировки отменяются, — вздохнул Хината, снова облокотившись на раму и точно посмотрев в сторону менеджера, закончившего разговор с учителем, и случайно встретившись с его взглядом, моментально покраснел. Шоё в приветственном жесте поднял руку, только вот парень, споткнувшись на ровном месте, постарался сбежать, что у него получилось крайне... неудачно. — Чего это он? — Ты его смутил, придурок! — прикрикнул Кода, и Хината в растерянности посмотрел на него, не зная даже что сказать: — Я же просто поздороваться хотел. — Да кто так здоровается?! — Все нормальные люди. Чего орёшь? — Вы чего орёте? — рядом с Хинатой встал Ямагучи, не переставая жевать принесенное товарищем печенье, на что Шоё лишь улыбнулся. Знал ведь, что понравится. — О, это печенье? Дай мне. — Это не тебе. — Что? Но, Ямагучи... — хотел было возмутиться Кода, но Хината прервал его, прямо в руки футболиста бросив последнюю пачку печенья, продолжая улыбаться. — Приятного аппетита, — шире улыбнулся Шоё. — Я слышал, что ты тренируешься больше обычного, вот я подумал, что тебе не помешает подкрепиться больше обычного. — Шо-о-оё, — дрожащим голосом произнёс Кода, со слезами на глазах посмотрев на друга, из-за чего Шоё шире улыбнулся. — С тех пор, как ты пробрался в тот лагерь, ты стал таким добрым, — всхлипнул Нобуо, сразу же открыв пачку и начиная жевать. — Вкусно! — А то, — улыбнулся Тадаши. — Ты, кажется, ещё тише стал, хотя мне возможно вчера только показалось, — сосредоточенно поделился своими мыслями Ямагучи, на что Хината лишь пожал плечами, наблюдая за тем, как мимо проходят ученики, не обращая внимания на сидящего на земле Коду. — А чего ты не тренируешься? — удивился в следующую секунду бета, посмотрев на рыжего. — Обычно же ты или с Кагеямой, или с Суга-саном в это время. — У Коуши тест, а Кагеяма просто придурок, — фыркнул Хината на последнем слоге, и Ямагучи понимающе улыбнулся — снова отказал видимо. Тобио на большом перерыве предпочитал есть как можно больше еды, чтобы энергии хватало на весь день. — Хотелось бы самому потренироваться, но Такеда-сэнсэй сказал, что я слишком беспечный и мне стоит отдохнуть хоть немного, и отнял у меня мяч, — на грустной ноте закончил Шоё, на что Кода прыснул: — Неудачник. — На себя бы посмотрел, — фыркнул Шоё. — Вот надо же было мне не после уроков, а именно сейчас отнести Такеда-сэнсэю печенье. — Ты всем что ли приготовил? — удивлённо переспросил Ямагучи, и Хината, бросив на него взгляд, кивнул головой. — Рецепт не сложный, да и мама вчера была готова помочь мне с чем угодно, так что ничего такого, — ответил он на молчаливый вопрос друга. — И, кстати говоря, Тадаши, ты ведь не забыл о своём обещании? — оглянулся на друга Хината, приметив как тот старательно отводит взгляд. Разумеется он не забыл о свидании, наверное, собирается с мужеством, раз так долго не говорил, когда им следует погулять вместе. Шоё ведь всегда свои обещания выполняет, и учитывая то, что он когда-то согласился на свидание с Ямагучи, ему стоит как можно скорее избавиться от этого. — Я, — сглотнул Тадаши, точно посмотрев в глаза омеги. — Могу ли я попросить, чтобы ты подождал ещё немного? — А что за обещание-то? — Кода подал свой голос, все ещё сидя на земле. — Это тебя не касается. Кода ненадолго замер. — Слышь, я твой лучший друг, вообще-то! Конечно же, Шоё будет ждать, и от этого Ямагучи становилось тошно. Он такой слабый. Чёрт. Готов сбежать при первой же возможности...