Борьба за солнышко

— Быстрых атак не будет. Влево! Влево! Чёрт тебя дери! Кагеяма сжал зубы настолько сильно, что пришлось разомкнуть их через несколько секунд от боли в челюсти. Он не мог так просто взять и сбалансировать своё состояние. Давление было отовсюду, но, честно говоря, сейчас Кагеяма думал только об игре, но из-за внешних факторов ему было немного труднее. Конечно, некоторые подачи были более, чем нормальными, да и ребята старались прикрывать его, но всё же... Эти соперники поймали его и пытаются загнать в угол, давят на самое больное, зная, что в ближайшее время Кагеяма будет бесполезен, и от этого сущность внутри злилась, готовая рваться в бой, да и этот четвёртый номер — кажется, Тередомари зовут — ас команды не сводил напряжённого взгляда с Хинаты, который, казалось бы, ничего, кроме игры, не замечал. Этот явный альфа точно слышал слухи о Хинате, и взгляд этого четвёртого замечал не только Кагеяма, но и его собственные сокомандники, которые время от времени бросали взгляды в сторону аса. Кажется, он считал, что Кагеяма не стоит его внимания, раз даже не дрогнул, когда Тобио специально выпустил запах, чтобы этот придурок перестал пялиться на омегу, и от этого Тобио злился сильнее. — Почему? — искренне удивился словам второго номера Хината, оглянувшись на него через плечо, неосознанно вырывая Кагеяму из раздражённого состояния. — Быстрые мы можем, — добавил он так, будто это было делом пустяковым, как дышать. От такого тона у Кагеямы всё тело напряглось, и сеттер думать и забыл о четвёртом, который в один миг ощутил от Хинаты угрозу, как от соперника. Второй номер промолчал, не зная как на это ответить и Кагеяма ещё долгое время считал, что это было правильным для него решением. До того, как Кагеяма смог собраться, много чего случилось: от пробитого головой Хинаты мяча, потому что Кагеяма оплошал и мяч полетел ниже, чем ожидалось, до оскорбительных словесных потоков от Тсукишимы, который прикрывать-то прикрывал, но упускать возможности поиздеваться над Кагеямой не собирался. В этом их шатком положении спасением стал именно Ямагучи со своей подачей, который выглядел неудовлетворённым после своего героического поступка. И, пусть даже оплошностей было больше, чем хотелось бы, но мелочи, вроде промахов, не играли особой роли для странного дуэта. Иначе говоря Кагеяма с Хинатой начали ментально общаться, когда Шоё не смог заполучить себе пасы от их основного сеттера. Даичи-сан рядом с ними стоял с усталой улыбкой, разделяя их в нужные моменты, чтобы те не подрались на ровном месте, и всё это — на удивление — сопровождалось молчанием, потому что два монстра понимали друг друга с полувзгляда. И, когда Кагеяма с Хинатой, наконец, смогли сделать странную быструю, Тобио ощутил себя в некотором роде даже спокойным. Шоё, не обращая внимания на шокированные взгляды Цубакихары, оглянулся на него и улыбнулся чуть шире обычного, подняв кулак вверх, и Кагеяма позволил себе приподнять уголки губ, прежде чем посмотреть на свою команду: — Простите за задержку. После этого волейболистам Цубакихары стало намного сложнее не отвлекаться на Хинату, который мог напасть откуда угодно. Кагеяма, пользуясь этим, даже забил один раз сбросом, после чего получил вроде бы восхваление, а вроде бы оскорбление от самых энергичных из своей команды. И странную быструю они так просто не отпускали, когда Хината был впереди, и Кагеяма даже пару раз доказал, что сможет спасовать Хинате из любого неудобного положения. — «Извините за задержку», — низким басом начал Хината, когда при счете 16:15 в пользу Карасуно, Цубакихара взяли тайм-аут. Кагеяме не составило особого труда понять, что Хината снова над ним издевается. — «Я просто слишком самоуверенный, чтобы отличить волнение от спокойствия». — Хината, придурок! Шоё засмеялся на это сразу же, на автомате уклоняясь от захвата Кагеямы и не останавливая свои шаги, чтобы дойти до бутылок. Кагеяма сегодня был прямо в ударе и пусть даже от этого было так трепетно в душе, было так же завидно. Кагеяма фыркнул, когда Хината спрятался от него за спиной Тсукишимы и показал ему язык, тут же в ответ получив убийственный взгляд от сеттера. — Слушай, старайся не общаться с их четвёртым, — заговорил Тсукишима, когда послышался свисток, и Кей воспользовался моментом, чтобы обговорить всё со своим парнем. Хината хлопнул глазами, не понимая суть сего действия, но всё же стараясь прислушиваться. После случая с Терушимой, где их сокомандник пытался предупредить ребят, прося их не оставлять Шоё, такие случаи между ребятам стали учащаться, ибо всё же предупреждать стоило, чем после жалеть. — Он на тебя странно смотрит с самого начала игры. — Понял, — уверенно кивнул рыжий, после чего одним из последних встал на свою позицию. В силу своего любопытства Хината даже позволил себе посмотреть в сторону четвёртого номера, и стоило им с Тередомари встретиться глазами, как ас поспешил отвести взгляд, немного покраснев. Как оказалось потом, странное поведение аса сей команды не мешало его игре, потому что стоило ему забить мяч с такой силой, почти сравнимой с силой Бокуто-сана, как у Даичи-сана и Хинаты, которые просто не успели заблокировать удар, прошлись мурашки по коже. Это было тем самым прославленным ударом Цубакихары, при помощи которого они пробились на национальные. И после этого настал черёд Тсукишимы показать себя с лучшей стороны. Он настолько часто делал касание атакам Цубакихары, отчего те начали раздражаться, но терпение своё хранили до конца. Конечно, были такие случаи, когда Тсукишима не мог полностью заблокировать атакующего, но в эти моменты Хината становился для них спасением. Конечно, было стыдно от того, что он принял грудью атаку четвёртого, встав слишком близко и не успев даже принять позу, но предугадал ведь, куда прилетит мяч, а это лучше, чем ничего. После Хината попытался принять финт капитана Цубакихары, на этот раз успев встать в позу, но снова оказавшись слишком близко, потому что незнание того, что даже при сбросе мяч может отлететь далеко, сыграло с ним злую шутку. Это очко они забрали себе потом лишь благодаря Тсукишиме, которому выпала возможность спасовать. Тогда, вполуха слушая смешки над десятым, Хината гордо улыбнулся над старательностью Тсукишимы, который всё же пасовал Асахи — не так высоко и не низко, на нормальной высоте и ближе к антенне, как когда-то просил Гошики. — А этот десятый привык грудью отбивать? — старательно сдерживая смех, поинтересовался один из зрителей, вернув Хинату на землю. Пусть даже Тсукишима сейчас показал себя с лучшей стороны, Хината всё ещё оставался в тени, потому что, чёрт, кто же принимает грудью-то?! — Руками принимай! — заорал тот же зритель, и на этот раз ему удалось загнать Шоё в краску, да ещё несколько зрителей вместе рассмеялись. — Даже при сбросе мяч может отлететь подальше, — забормотал Хината, не замечая взгляд Даичи-сана, заметившего его попытки принять мяч. То, что на этот раз омега не действовал на одних лишь инстинктах, было понятно с самого начала, и это стоило какой-то части восхищения. При счёте 19:18 в пользу Карасуно, была подача Хинаты, которую принял капитан противников. И, наблюдая за мячом, Хината даже успел встать в позу под примерной атакой второго, но Тсукишима заблокировал, сделав касание и тем самым дав шанс команде. Тогда-то Хината потребовал от Кагеямы мяч, чтобы провести быструю атакую с задней линии, и получил ведь, краем уха слыша, как Сугавара кричит что-то, что он разобрал во время перерыва, взятого Цубакихарой после этой проделки. — Что за «Задний минус», Сугавара-сан? — поинтересовался Энношита, встав рядом с Хинатой и улыбнувшись ему тёплой улыбкой, на что Шоё на автомате отзеркалил её. Коуши, который до этого восхлавлял Хинату с Кагеямой, улыбнулся в предвкушении, подняв указательный палец и хитро блеснув взглядом: — Это атака Шоё и Кагеямы с задней линии, — объяснил он таким тоном, будто он самолично придумал саму атаку. — Круто? Круто же, да? — А может добавить «Грома»? — появился из неоткуда Нишиноя. — Да ну, тогда он на твой приём будет похож. — «Громовой задний минус», — словно пробуя на вкус, заговорил Хината, после чего не сдержавшись, рассмеялся. — Звучит многообещающе. — А то! Но надо говорить погромче, — заорал в конце Нишиноя. — Давай, Шоё, за мной! Громовой задний минус! — Слышь, мы же на турнире, вообще-то, — с нечитаемым лицом заявил Танака, но Нишиноя даже внимания на него не обратил, расхохотавшись на месте после того, как Шоё попробовал так же закричать название их приёма. — Чтоб после перерыва подавал как следует, — вмешался в их разговор Кагеяма, проходя мимо них, на что Хината лишь закатил глаза. — Само собой, Бакагеяма. И, конечно же, Хината сразу же попадает в аут. Обложался, ещё плюс от взгляда Кагеямы пришлось бежать, когда он моментально обернулся к нему, чтобы одним своим видом сказать ему, какой же он идиот. А вроде бы он чувствовал себя уверенно, и во время подачи хорошо себе чувствовал, а оказалось вон какую подлянку устроила ему его же оплошность. От Киношиты-сана так и исходила нервозность, когда при счете 23:21 он вышел на поле, поменявшись с Тсукишимой. Хината оглянулся через плечо, стоя рядом с Даичи-саном и вмиг ощущая, как сущность внутри рычит, готовая вот-вот сорваться с места, чтобы поддержать своего друга, да и сам Шоё не был прочь окружить сэмпая своим запахом, как в том же матче с Шираторизавой, но... — Даже не смей, — капитанским голосом сказал Даичи, заставив первогодку вздрогнуть всем телом. Хината бросил взгляд в сторону капитана, сразу же примечая серьёзность старшего. — Он альфа, так что справится. Не стоит лишний раз рисковать своим положением. Хината моргнул, переведя взгляд вперёд, и здравая мысль о том, что он сейчас находится в Токио среди кучи незнакомых альф, которые могут знать о нём по слухам, заставила его трезво оценить всю ситуацию. Даичи-сан был прав, он должен верить в Киношиту, даже если от него за километр исходит неуверенность. К тому же, кто сказал, что омеги обязательно должны поддерживать альф только своим запахом? На лице Шоё появилась ухмылка и черты его лица немного заострились, придавая ему звериный вид: — Понял. Киношита-сан должен справиться.

***

Этот парень — четырнадцатый номер Цубакихары — кажется, бета. Хината нахмурился, разглядывая парня, который заметно вздрогнул, стоило ему встретиться со взглядом Хинаты, который почему-то чувствовал с ним какую-то непонятную связь. Пинч-подающий сглотнул, не сводя взгляда с Хинаты, и он побледнел, будто бы увидел что-то ужасное. Что-то с этим парнем не так, и Хината это отчётливо чувствовал. — Это наш первогодка, — заговорил четвёртый номер, стоя как раз перед Хинатой, отчего вздрогнул рыжий, не ожидав такого. — Аой Химекава. Понравился тебе? Кажется, Тсукишима говорил, чтобы он не общался с этим альфой. Хината скосил на него взгляд и вернул всё своё внимание обратно на поле, искусно игнорируя аса команды, чем получил смешок от него же. Тсукишима на поле замены нахмурился, следя за этим альфой особенно внимательно и как-то упустив из виду Нишиною, наблюдавшего за четвёртым звериным взглядом, так и кричащего о том, что если он тронет десятого, то ему не поздоровится. Нижняя подача стала неожиданностью для Карасуно, но на этот раз им повезло, потому что от волнения четырнадцатый — «Химекава», — напомнил себе Хината, всё ещё продолжая наблюдать за ним — зарядил мячом прямо в голову четвёртого, отчего засмеялись его сокомандники. Даже вспомнился их первый тренировочный матч, где Хината точно так же зарядил в голову Кагеямы, хотя они с Даичи-саном явно ощутили себя некомфортно, когда наблюдали за четвёртым, который держался за свой затылок, крича на своих гогочущих товарищей. — Это карма, — мысленно хмыкнул Даичи, припоминая, что четвертый за весь сет только и наблюдал за Хинатой. — Так тебе и надо. Послышался свисток, оповещающий о том, что первый сет закончился победой Карасуно. Хината оглянулся на место, где стоял Аой, и встретившись с ним взглядом снова, склонил голову набок, не понимая, что именно он чувствует к этой бете, да и сам Химекава, казалось, был заинтересован в нём. Хината нахмурился — что-то точно не давало ему покоя в этом парне.

***

— Что такое? — поинтересовался Ямагучи у Хинаты, который подходил к ним с явно озадаченным лицом. Шоё чесал свой затылок одной рукой, другой держась за своё бедро, пока ребята собирали свои вещи. Сегодня они закончили этот матч победой, а теперь они ждали результата следующей команды, которая уже завтра станет их соперником. Кагеяма был уверен, что противниками будут Инаризаки — волейбольная команда, которая заняла второе место по силе, уступая Итачияме. — Тот четырнадцатый, — не стал скрывать Шоё, смотря в глаза бете и замечая, что его так же слушают Кагеяма с Тсукишимой, сидевшие рядом с Тадаши, и Ячи, которая только недавно к ним подошла. Хинате хотелось познакомиться с пинч-подающим Цубакихары, но они исчезли так быстро, что Шоё даже не успел моргнуть глазом. — Меня в нём что-то привлекает. — Прости? — нахмурился Тсукишима. — Не в этом смысле, — фыркнул Хината, переместив теперь обе руки на бока. — С ним что-то не так, я просто не пойму, что именно. — Он показался мне вполне себе обычным, — пожал плечами Ямагучи. — В любом случае, зачем тебе об этом волноваться? — Не знаю, — потрепал свои волосы Хината, закусив нижнюю губу и отведя взгляд. — Это не даёт мне покоя, ладно? С момента как он сделал подачу, я просто, — Хината встряхнул руками. — Вроде как, беспокоюсь. У меня просто чувство точно такое же, как тогда с Терушимой. — Наверное, ты переволновался, Хината-кун, — мягко улыбнулась Ячи, всё ещё сжимая в руках ту самую несчастную тетрадку. — Ямагучи-кун прав, не обращай на это внимания. — Тем более, как с Терушимой больше не будет, — мрачно добавил Кагеяма, попивая своё молоко. — Я не оставлю тебя одного. — Не слишком ли много ты на себя берёшь, Король? — фыркнул Тсукишима, хотя внутри соглашался с Кагеямой — теперь-то Хинату точно никто одного не оставит, тем более тогда, когда они находятся в Токио. — Тебе стоит отвлечься, — улыбнулся Ямагучи, ловко игнорируя переругивание двух альф. — Вот смотри, там кажется наши выпускники, — указал он куда-то за спину Хинаты, и Шоё, оглянувшись, приметил перед Даичи и Асахи двух студентов. — Старшие наших старших. — Шоё! Ямагучи! — как раз позвал их Даичи-сан, махнув рукой, и Хината с Ямагучи, переглянувшись, бросились к капитану сразу же. — Кагеяма! Тсукишима! Вы тоже подойдите. — О, а ты не слишком мал? — улыбнулся один из капитанов, когда Тадаши с Шоё одновременно остановились рядом с Даичи-саном. Хината нахмурился, одним своим видом показывая, что он не собирается продолжать поднятую тему. — Я вас представлю, — поспешил вмешаться Даичи-сан, кашлянув в кулак. — Это наш капитан — Тачиро, и второй — Куранава — мой предшественник. — Здравствуйте, — кивнули головой одновременно бета с омегой, в ответ получив точно такое же приветствие. — Стой, это точно первогодки? — поинтересовался тот же капитан, который напрямую обозвал Хинату коротышкой, когда Тсукишима с Кагеямой встали рядом с ним, своим ростом превосходя всех карасуновцев. — К сожалению, — хихикнул Сугавара, подходя к ним, и на автомате потрепав волосы Хинаты, отчего последний зажмурился. — Обед мы принесли с собой. Спросите у Шимизу и раздайте всем. — Есть, — хором воскликнули первогодки, сразу же уходя с места, оставляя старших одних. Сугавара ещё немного понаблюдал за тем, как первогодки уходят, в скором времени скрываясь за углом. — Те первогодки, — начал Тачиро-сан. Он выглядел немного уставшим, и это было неудивительно, учитывая, что их бывший капитан поступил в медицинский университет. Наверное, Куракава-сан вытащил его, чтобы тот хоть немного развеялся, да и повидал своих кохаев, которые дошли до национальных. — Связующий и коротышка, кто такие? — Каге... — Даичи-сан замолчал, поняв, что их сэмпай не знает их первогодок по именам, и поспешил исправить себя. — В смысле, связующий ездил на сборы юниоров. Он очень крут, а тот, который маленький, он, э, как бы выразится... — Мелкий живчик, — вмешался в объяснения Даичи Сугавара, заставив капитана вопросительно приподнять бровь. — Спортивный монстр, — вторил ему Асахи. — Демон с лицом ангела, — продолжил Сугавара. — Общительный энерджайзер, — не стал останавливаться Асахи. — Чем известен? — поинтересовался Тачиро. — В средней школе он особо-то не был известен, — почесал затылок Даичи. — Но время от времени он бывает совершенно непредсказуемым. — Он с Ушиджимой из Шираторизавы в драку полез, — сразу же дал пример Сугавара, заставив Тачиро удивлённо вздохнуть. — Серьёзно? Такой мелкий с самим Ушиджимой?! — Вокруг него сейчас ходят не особо приятные нам слухи, — задумчиво продолжил Даичи, заставив обоих бывших капитанов прислушаться к нему. — Может вы слышали, о нападающем-омеге? — Что-то такое было, — кивнул Тачиро. — Но я особо не обратил внимания. Слухи же остаются слухами. Доверять им не стоит. — Шоё, он, — Даичи-сан нахмурился. — Он пытается быть сильным и старается особо не показывать нам свои слабости. Иногда я восхищаюсь им. Он более стойкий, чем кажется на вид. — И более смелый, — вторил Сугавара. — И слишком уж бойкий, — устало вздохнул Асахи. — Хо-о, — протянул Тачиро, скрестив руки на груди и оглядев лицо каждого своего кохая. — Кажется, этот малыш вас крупно зацепил. Вы трое, — обвёл пальцем вокруг бывший капитан. — Случаем в него одного... — второй многообещающе замолчал, на что все трое глупо хлопнули глазами, не понимая слова старшего, пока в какой-то миг Асахи не хлопнул ладонь кулаком: — А, нет, — улыбнулся ас. — Хината просто умеет привлекать внимание. — К тому же у него уже есть парень, — вздохнул Даичи, переместив свои руки на бёдра и как-то не обратив внимание, что рядом с ним Сугавара замолчал. — Ты даже скрыть не пытаешься, что влюблён в него, — устало прикрыл глаза Тачиро, смотря на Савамуру, на что тот махнул рукой, широко улыбнувшись: — Я с самого начала знал, что у меня нет шансов. — Савамура-а-а! — заорал Тачиро, в один миг заключая кохая в объятия. Даичи-сан похрипел, но отталкивать сэмпая не стал, чувствуя, как старший плачет. — Ты ещё найдешь того самого, или ту, не отчаивайся! — А ты? — не обращая внимания на балаган, устроенный кохаями, спросил самый старший из них, обращаясь к Сугаваре. — Тоже влюблён в этого коротышку? Взгляд Сугавары в один миг стал серьёзнее обычного, и Коуши, на автомате повернувшись к сэмпаю, улыбнулся широкой улыбкой: — А как же иначе?

***

— Бокуто-сан! — взволнованно позвал сэмпая Хината, когда Котаро, прибежав к ним сразу же после окончания матча, потрепал волосы рыжего. Ямагучи рядом тоже выглядел более взволнованным, и Хината посильнее сжал в руках синюю футболку с правилами аса. — Бокуто-сан, Вы были потрясны! — А то! — громко хохотнул третьегодка, сжав свои бёдра и запрокинув голову, расхохотавшись по полной. — Посмотрите на него, — издевательски хмыкнул Коноха, подходя к своим сокомандникам, паралельно не сводя взгляда с их капитана. — Стоило увидеть своего возлюбленного, как воспылал духом. — Его можно понять, — улыбнулся Ямато. — Коротышка Карасуно действительно привлекателен. Вот только его энергичность сбивает с толку. — Да не, в самый раз, — махнул рукой Коноха. — А ты что тут стоишь? — обратился сэмпай к Акааши, который в растерянности посмотрел на него. — Иди и тоже поздоровайся. Кейджи оглядел своих сэмпаев, и получив в ответ лишь широкую улыбку, более бодрым шагом направился к Хинате с Ямагучи, пока те разговоривали с Бокуто, но стоило сеттеру Фукуродани встать рядом со своим капитаном, как Хината громко поприветствовал его, заслужив этим улыбку от Акааши. Хината с последней их встречи, казалось бы, даже стал краше, и Акааши почувствовал себя несколько лучше, когда Хината выкрикнул его имя. Взгляд второгодки уже по привычке поймал цепочку на шее омеги, на которой висело кольцо, подаренное им. Старшему даже казалось, что он почувствовал запах малины, когда Хината сжал в руках свою футболку, начиная подпрыгивать на месте, не зная как сдержать свои эмоции. Кажется, он видел достаточно, раз не мог остановить свой словесный поток, постоянно повторяя, что последняя атака Бокуто-сана была просто: «Вжих и бам! Мяч отлетел так высоко, что даже зрители удивились, Бокуто-сан!» Они с Бокуто — позже им во всех подробностях обо всём этом расскажет Коноха — не смогли отвести взгляда от десятого, который так энергично описывал всю увиденную игру, будто бы не Бокуто и Акааши играли. В этот миг, в этот момент, когда Хината стоял перед ними, он, казалось даже, светился, и от этого света он был прекраснее. Бокуто не знал сколько он так продолжал пялиться, ощущая как внутри сердце бьётся намного быстрее обычного, и даже не слушая о чём говорит сам омега, просто очень хотелось смотреть на такого яркого Шоё и стоять рядом, пусть даже был риск ослепнуть до конца жизни. Они даже забыли про двенадцатого, который сопровождал Хинату, но от Шоё было сложно отвести взгляд, пока в какой-то миг кто-то из их команды не позвал их, заставив вздрогнуть обеих сов. — Мы тогда вернёмся к своим, — улыбнулся Хината, но за маской этого не было видно, наблюдая за тем, как недовольно бросили взгляд оба старших на своего товарища, который непонимающе взмахнул рукой на это. — Увидимся завтра, Бокуто-сан, Кейджи. — Постарайтесь не продуть, — заявил Бокуто, и Хината, улыбнувшись глазами напоследок, вместе с Тадаши развернулся на месте, обратно направляясь к Карасуно. — Всё-таки, Фукуродани сильны, — начал Тадаши, направляя Шоё, пока тот убирал футболку обратно в пакет. — Ага, — согласился с ним Хината, и он открыл было рот, чтобы сказать что-то ещё, как тут же их прервал громкий выкрик, заставив вздрогнуть воронов: — Тот мерч, пожалуйста! Хината в растерянности хлопнул глазами, впервые на этом национальном увидев такого же маленького игрока, как он, и совсем не ожидав того, что белобрысый парень повернётся к нему. Взгляды двух низкорослых встретились и ни один из них после не отвёл взгляда. — Что? — растерялся рядом Ямагучи. — Кто-то знакомый? — Нет, — сразу же ответил Хината, не сводя взгляда. Он его не знал, впервые видел, но отчётливо чувствовал, что если отвернётся — проиграет. И эти гляделки продолжились бы какое-то время, пока в какой-то момент не появился Кагеяма, отвлекая на себя белобрысого, и Хината мысленно вздохнул, встав в полный рост. Он победил. — Вы знакомы? — поинтересовался Ямагучи, ведя за собой Хинату, прерывая разговор беловолосого и Кагеямы. Незнакомец снова начал прожигать взглядом Хинату, отчего последний снова напрягся, мысленно благодаря самого себя за то, что успел натянуть маску после посещения Фукуродани. — Встретились на сборных юниоров, — ответил Кагеяма, перебирая футболки. — Это Хошиуми Коурай, я тебе о нём говорил, Хината. — Твои товарищи по команде? — Хошиyми задал вопрос Кагеяме, подходя к Хинате. — Ага. — Ты, — прямо указал на него белобрысый парень, и Хината в растерянности приподнял бровь, даже не двинувшись с места, когда этот альфа подошёл к нему поближе. Он был на немного выше Хинаты, но всё же это не давало ему преимущества. Конечно, было круто встретить того самого Маленького Гиганта, о котором говорил Кагеяма, но Хината не ожидал, что с первых секунд встречи они оба будут соперничать. Не было никакого сигнала или ещё чего-то, просто на уровне инстинкта Хината снова ощутил, что если он отведёт взгляд, то точно проиграет. — Какая позиция? Хината в удивлении приподнял бровь, но ухмылки всё же скрыть не смог, хотя за маской это даже не было замечено. Было чертовски приятно от того, что этот игрок не интересовался его полом, взял и прямо спросил о его позиции. Может, Кагеяма действительно оказался прав, когда говорил, что этот Маленький Гигант намного лучше, чем представлял сам Хината? Что ж, Шоё был рад, что этот парень не соответствал его ожиданиям. — Центральный блокирующий. Хошиуми нахмурился, одним своим видом показывая своё раздражение. Нет, на национальном было много личностей низкого роста, но Сачиро как-то обмолвился, что на этом весенним турнире самым низким атакующим был признан именно десятый Карасуно. В тех же условиях, что и он. Интересно было бы знать, как он играет. — Рост? — Сто шестьдесят, — Хината ненадолго замолчал. — Пять. Ямагучи фыркнул, отвернувшись в сторону и Хината отчаянно делал вид, что всё в порядке. Ну и что, что один сантиметр добавил? Всё равно он вырастет, так что всё в порядке. Кагеяма позади всё продолжал выбирать футболки, не обращая на него внимания. — Высота съёма? — Триста тридцать три. Лицо друга Кагеямы мигом просветлело, и Хината склонил голову набок, не понимая такой реакции. Почему у него ощущение, будто бы он проиграл? Этот альфа или бета явно был странным — даже вспомнился кузен Мотоя-сана — но Кагеяма о нём хорошо отзывался, так что сомнений не было, что он был хорошим игроком. — Коурай, — внезапно позвал товарищ по команде старшего, и Хината тут же встретился взглядом с более высоким игроком, глаза которого тут же заинтересованно блеснули. — Нам скоро иг... — явный альфа мигом оказался рядом с Коураем, заглядывая в глаза Хинате, отчего тот, фыркнув, поспешил отступить. — О, да ты же десятый Карасуно. Не думал, что встречу тебя так скоро. — А ты его искал? — удивлённо приподнял бровь Коурай, и Хината нахмурился сильнее. Значит этот парень не слышал о нём? Или просто не был заинтересован в слухах? В любом случае, оба варианта были по душе Хинате, поэтому доверие к Маленькому Гиганту немного увеличилось. — Зачем тебе десятый? — А то ты не слышал, — заулыбался парень и Хината открыл было бы рот, чтобы что-то сказать, как перед ним вдруг вырос Кагеяма, загораживая его собой. От девятого резко повеяло холодом, отчего удивлённо охнул Коурай. Он никогда не видел Кагеяму таким. — Держись подальше. — Хо-о, — тем временем продолжил товарищ Коурая, точно посмотрев в глаза младшего альфы. — А вот и защитник-альфа. И не противно охранять занятую омегу? — Что? — удивлённо приподнял брови Хошиуми с Кагеямой. Ямагучи потянул за собой Хинату, но Шоё не сдвинулся с места, напряжённо следя за Кагеямой, в любой момент готовый сорваться на помощь. Это ведь из-за него Тобио вступил в открытый конфликт. — От него так и разит другим альфой, пусть даже он надел твою одежду, — закатил глаза товарищ Хошуими. — Не нравятся мне такие ветреные омеги, как ты, — смотря уже прямо в глаза Хинате сказал этот парень. — Хотя, признаться, ты довольно симпатичный. — Рот свой закрой, — зарычал Кагеяма. — Эй, — дёрнул за руку товарища Хошиуми. — Что ты вообще несёшь? Учишь меня вежливости, а сам сейчас что делаешь? — Ох, — притворно удивился этот альфа. — Виноват. Простите. — Урод, — зарычал сильнее Кагеяма. — Хватит приставать к другим, Сачиро, — несильно пнул друга по колену Хошиуми, отчего Сачиро моментально обратил на него внимание. — Ты же говорил, что игра вот-вот начнётся. Сачиро недолго прожигал взглядом Коурая, после чего, в последний раз бросив взгляд в сторону Хинаты, которого одной рукой прикрывал Кагеяма, молча двинулся в ту же сторону, откуда пришёл. Хошиуми пробормотал что-то с извинениями и быстрым шагом бросился вслед своему товарища, выкрикивая его имя. — Кагеяма? — Хината дёрнул на себя альфу за футболку, оказываясь перед ним вместе с Ямагучи. Тадаши обеспокоенно заглядывал ему в лицо, пока Шоё стоял как вкопанный, всё ещё держа ладонь перед собой, будто наготове. — Ты в порядке? — Более чем, — кивнул головой связующий. — Я снова не сдержался? — Ты ведь пытался меня защитить, — мягко улыбнулся Хината, но видны были лишь глаза. Кагеяма мысленно проклинал маску на его лице. — Так что спасибо, но в следующий раз не лезь в драку. И не забывай, что я сам смогу себя защитить, — добавил он в конце и голос Хинаты стал более требовательным, чем раньше. Кагеяма понимал его, как никак Шоё был боевым и энергичным омегой, который хотел быть самостоятельным и ни от кого не зависеть, и винить его в его же желаниях не стоило. Пусть они часто дрались между собой и споров у них с момента знакомства было очень много, но они оба понимали друг друга с полуслова или даже взгляда, и этот случай тоже не стал исключением. Кагеяма в тот раз согласился, пообещав Хинате не лезть на рожон, если дела не обретут другой поворот, и мысленно отмечая тот факт, что, даже несмотря на все эти договоры между ними, Кагеяма всегда будет защищать его.

***

Школа Комомедай. Вот, где учился Хошиуми-сан. Хината наклонился вперёд, изучая все движения старшего и примечая его восхитительную игру. Пусть даже признать хотелось меньше всего, но игра Коурая была несравнима ни с чем. Он умел и подавать с такой силой, что соперники не успевали уследить за мячом; и блокировать не хуже высоких игроков в его команде; и атаковать так, что, наверное, у их соперников уже руки болели. Хошиуми-сан даже шанса не оставлял им на победу и от его волейбола руки дрожали. Он даже не слушал ребят, которые о чём-то говорили между собой, потому что его внимание было приковано к такому же маленькому игроку, как он. В тех же условиях, что и он, этот Коурай намного превосходил его, и Хината, смотря на него, хотел только развиваться и становиться сильнее. Плевать на вторичный пол, перед ним появился такой же игрок, как он, как теперь Хината мог стоять на месте? — Ты куда это? — одновременно спросили Тсукишима с Кагеямой, когда Хината вскочил с места зрителя и быстрым шагом направился к полю, где играл Хошиуми-сан. Маска и мастерка были на нём, поэтому беспокоиться было не о чем. — Хочу посмотреть поближе, — бросил он, в спешке покидая свою команду, как-то позабыв о том, что вокруг него ходят не очень приятные слухи. Тсукишима встал было следом за своим парнем, но Ямагучи, схватив его за руку, не дал ему следовать за Шоё, только покачав головой из стороны в сторону. Сидящая позади него вместе с Киёко-сан Ячи улыбнулась — Ямагучи оказался более понимающим другом, чем ожидалось. Вблизи Хошиуми-сан был ещё круче, и Хинате оставалось только наблюдать за его игрой. Даже казалось, что от Коурая исходил яркий свет, вовлекая всё вокруг себя в тень, и Хината, пусть с одной стороны ощущал восхищение при виде игры старшего, с другой чертовски завидовал. Хошиуми-сан был альфой, как говорилось в журнале, даже если он не любил особо распространять информацию о себе. Он был намного лучше него — как и говорил Кагеяма — и от этого чувства хотелось только и двигаться вперёд. В волейболе было плевать на вторичный пол, так что Хинате оставалось только тренироваться, чтобы стать сильнее, намного сильнее, чем сейчас. Игра Комомедай закончилась быстрее, чем хотелось, и Хината, подавляя разочарованный вздох, хотел напоследок поблагодарить Хошиуми-сана за возможность увидеть его игру — пусть даже его игру мог увидеть любой зритель — и за пример того, что рост особо не играет роли в волейболе. Омега, обходя толпу, пытался добраться до Хошиуми-сана, которого поймала одна из журналистов и судя по его лицу он не был особо-то доволен таким раскладом. — ...низкий рост может и делает игру в волейбол сложнее, — заорал Хошиуми-сан, когда Хината только добрался до него. Он был в поле его зрения и до сих пор разговоривал с журналисткой, поэтому Шоё пришлось терпеливо ждать. — Но не делает её невозможной! — закончил он свою фразу, и от этого простого на вид предложения у Хинаты дух перехватило. Хошиуми-сан действительно был светом, оставляющим других в своей тени. Он своими силами смог забраться так высоко, что не каждый мог догнать его, и у Хинаты сбилось дыхание, когда Коурай перевёл на него взгляд, всё же заметив среди толпы. Его не остановил рост. Пусть даже многие говорили, что волейбол для высоких, перед Хинатой стояло воплощение Маленького Гиганта, который переплюнул этих самых высоких. Хината улыбнулся предвкушающей улыбкой — Хошиуми-сан был крутым. — Тебя ведь Хинатой зовут, да? — прямо спросил Хошиуми, подходя к нему после небольшого инцидента, произошедшего между ним и его товарищем — тем самым, который узнал его по слухам. Хиругами-сан — имя которого Шоё узнал из журнала — хоть для Шоё казался немного жёстким, но у него было воспитание, потому что именно он заставил Хошиуми-сан извиниться перед журналисткой, которая не ожидала такого пылкого ответа на свой вопрос. — Ты видел мою игру? — С самого начала, — кивнул Хината, опуская маску на свой подбородок. Он не планировал снимать маску во время перерыва, но, было ощущение, что если он не сделает этого, то это будет расцениваться как неуважение. — Вы были, — Хината улыбнулся, вдохнув побольше воздуха. — Вы были потрясны. Лицо Коурая стало удивлённым, и его взгляд стал более сосредоточенным, и Хината, немного смутившись от такого взгляда, отступил на шаг, не зная, что ожидать от незнакомого альфы. Пусть даже Коурай был низкорослым, он оставался альфой, и к тому же на немного выше самого Шоё. Поняв, что делать ему тут больше нечего, да и неловкое молчание между ними не улучшало ситуацию, плюс Коурай не сводил с него взгляда, Хината снова отступил на шаг, глубоко поклонившись и развернувшись на месте, чтобы вернуться к собственной команде. Надевая маску обратно, Хината спрятал руки в карманах мастерки, ощутив тепло собственного тела. Тут всегда было так холодно? И если для Хинаты ничего не изменилось, лишь внутренне он ощущал ещё больше сил для дальнейшего пути, то для Коурая казалось, что мир вокруг него рухнул и возродился вновь. В тот момент, когда Хината улыбнулся ему, когда сказал ему, что он потрясен, пятому номеру показалось, что вокруг рыжего засияли несуществующие блёстки, и, кажется, где-то расцвели цветы. Это было так красиво, что очнулся он тогда, когда Сачиро коснулся его плеча, а перед ним Хинаты уже не было. Щёки стремительно покраснели, и Хошиуми сделал глубокий вздох, не понимая что с ним только что произошло. — Сразу на омегу глаз положил? — ухмыльнулся Сачиро, переместив одну руку на бок. — Ну-ну, далеко метишь, Коурай. Впрочем, как всегда. — Что значит «омега»? — фыркнул Хошуими, старательно скрывая своё лицо, отчётливо чувствуя, что покраснел. — От него исходит только запах других альф. Он точно бета. — Это как посмотреть, — его товарищ скрестил руки на груди. — Не всех бет так сильно опекают собственные сокомандники, да и на омегу он больше походит, чем на бету. Хошиуми фыркнул, не отводя взгляда с места, где только что стоял Хината. Омега он или бета — всё равно, Хошиуми чувствовал в нём достойного соперника, а это значит, что завтра он будет наблюдать за игрой Карасуно, чтобы увидеть волейбол Хинаты. В момент вспомнилась картина, где Шоё улыбался ему, и щёки альфы снова покраснели, выдавая его смущение. — Признаться честно, — подумал Хошиуми, переведя взгляд на свои руки. — Он красив.

***

Разъяснения Кагеямы насчёт бум-прыжка Хината помнил дословно, и сегодня этот прыжок продемонстрировал Хошиуми-сан. Всё-таки легче было знать и видеть пример, как действовать, чем действовать исходя из одних слов, и Хината вздохнул, ощущая как его тело задрожало. Ками, ему так не терпится сыграть снова. Он был рад, что пришёл сюда. Он действительно был рад, что добрался до национальных. — Хината-кун! — бодро поприветствовал его кто-то, и Хината, переведя взгляд в сторону, не сразу узнал Мотоя-сана, который был вместе со своим кузеном, глаза которого снова блеснули. Они были одни, наверное, дожидались своих сокомандников. — Как прошла игра? — шире улыбнулся Мотоя, подходя к нему, и Хината на автомате повернулся к собеседнику полностью. — Мы выиграли, — сразу же ответил Шоё. — Если Вы ищете Кагеяму, он там, я как раз иду... — Да нет, я просто хотел поздороваться, — пожал плечами Мотоя. — А, это Сакуса Киёми, — спохватился старший, указав на своего кузена, и Хината кивнул головой, сразу же представившись перед известным волейболистом. О Сакусе-сане хорошо отзывались не только Бокуто-сан и Тетсуро, но и Ширабу-сан, который тщательно выбирал людей в своём окружении. Ширабу-сан так же упомянул, что этот Сакуса был не особо-то разговорчивым, и он был одним из немногих, кто свободно мог общаться с Ушиджимой. — Какая у тебя позиция? — прямо спросил Сакуса, заставив Хинату вздрогнуть. — Центральный, — Шоё немного приподнял брови, не замечая как зрачки Мотои расширились. — Блокирующий. — Я тоже, — неожиданно продолжил Сакуса, и Хината в растерянности приподнял брови. — Что? — Я тоже ношу маску, — объяснил мрачный брюнет. Мотоя рядом с ним фыркнул от смеха, отвернувшись в сторону, и Хината склонил голову, выражая свою заинтересованность. Они кажутся хорошими ребятами, пусть сначала вызывали лишь недоверие. — Ах, — улыбнулся уголками губ Хината, не сразу вспомнив, что на нём маска, хотя разговор шёл о ней же. — Это круто. — Я всё хотел спросить, — вмешался в их разговор Мотоя, переместив одну руку на бедро. — Тебе не страшно одному ходить, когда вокруг тебя такие слухи ходят? Если хочешь, — Мотоя почесал свой затылок. — Я могу проводить тебя. Не чужие ведь люди, — улыбнулся он широкой улыбкой, и Шоё недоверчиво сощурился. — Зачем? — моргнул омега, застав Мотою врасплох. — Я сам в состоянии дойти. — Нет, я имел ввиду... — Десятый! — заорал кто-то издалека, и Хината успел только перевести взгляд, как рядом оказался капитан Цубакихары, который выглядел очень уж бледным. На взгляды, брошенные в его сторону, старший не обращал внимания, да и было видно, что он был на грани. Он готов был заплакать на месте, и за его состояние Хината здорово испугался. На матче этот парень держался молодцом, пусть даже проиграл. — Десятый, прошу тебя, помоги! — Эй, для начала успокойся, — попытался вмешаться в их ситуацию Мотоя, но капитан неожиданно глубоко поклонился, заставив Хинату на шаг отступить. — Умоляю тебя! — довольно-таки громко воскликнул капитан. — Прошу, помоги моему кохаю! Хината приподнял брови в удивлении, переглянувшись с Мотоей, он подошёл поближе к капитану, вытаскивая из кармана телефон: — Для начала объясните, что вообще происходит. — Мой кохай, — всхлипнул капитан, резко выпрямившись и втянув носом воздух. На этот раз его голос звучал более тише, чем раньше. — У моего кохая началась течка. — Что?

***

— Шоё, где ты ходишь? — недовольно засопел в трубке Ямагучи, и Хината тяжело задышал, бегом следуя за капитаном Цубакихары. Старший говорил, что его кохай находится в туалете. Конечно, неудивительно, что на национальном были ещё омеги, кроме него, но всё же эта новость его ошарашила. Даже времени не было, чтобы спросить что да как, прежде чем Хината попросил капитана показать ему дорогу. — Шоё? Что-то случилось? — Кагеяма рядом с тобой? — задал вопрос Хината сразу же, круто развернувшись на повороте вслед за капитаном и краем уха слыша как за ним бегает Мотоя-сан. Он последовал за ним сразу же, как Хината сорвался с места, и отчасти Шоё был ему благодарен, потому что эта помощь могла бы оказаться и ловушкой для известного десятого. Мотоя-сан был другом Кагеямы, поспешил успокоить себя Хината, бросив через плечо взгляд на густобрового, который, встретившись с ним взглядом, ободряюще улыбнулся, и только после этого Хината заметил Сакусу, который так же следовал за ним. Лицо второгодки не изменилось в выражении, но он кивнул головой, мол можешь не беспокоиться. — Тадаши, передай ему мою сумку и скажи, чтобы он дул сюда. — Почему? — недоумевал Ямагучи. — Что-то случилось? — Тут омега объявился, — сразу же сказал Хината, останавливая свой бег, заметив, что у входа в туалет стоит половина состова Цубакихары. — И у него течка. — Что? — Ага, — согласно кивнул Хината, заметив, как Мотоя остановился рядом с ним, тяжело дыша. — Я должен ему помочь, поэтому отправь сюда Кагеяму. Срочно. — Так ты действительно омега? — осторожно спросил второй номер у Хинаты, заставив того приподнять голову на собравшихся. — Шоё, — позвал его знакомый голос, и Хината повернувшись в сторону, заметил Акааши, идущего к нему через толпу Цубакихары. — Извини, что раскрыл тебя перед ними. — Вы всё сделали правильно, — пожал плечами Хината. — О нём, — кивнул в сторону туалета Шоё, приметив, что рядом с туалетом были только сокомандники предполагаемой омеги и Акааши-сан. — Много кто узнал? — Нет, только мы, — сразу же заговорил капитан Цубакихары. — Тередомари случайно почувствовал его запах, а потом Химекава закрылся в одной из кабинок. Уже прошло больше часа, и мы не знали как действовать, а потом появился Акааши. — Я позабочусь о том, чтобы они молчали, — кивнул головой Кейджи, заметив как Хината изучает лицо каждого находящегося тут. — Об этом не волнуйся. — В любом случае нам надо дождаться Кагеяму, — вздохнул Хината, опуская маску на подбородок, тем самым открывая лицо. — Я одолжу ему чокер, чтобы он смог скрыть запах, — обратился уже к капитану Хината, заставив старшего вздрогнуть. — Не знаю чем он думал, когда заявлялся сюда во время течки, — нахмурился рыжий. — Но ему повезло, что рядом оказался ещё один омега. — О, не волнуйся, — замахал руками Мотоя, когда Хината посмотрел на него. — Мы будем молчать. Твой секрет — наш секрет. — Что они тут делают? — напрямую спросил Акааши, получив в ответ лишь прожигающий взгляд от Сакусы. — Неужели преследуют тебя? — Я тоже сначала так думал, — хихикнул Шоё, не замечая как сзади него переклинило Мотою. — Но они сказали, что хотят мне помочь. — От нас сейчас проку мало, — фыркнул Акааши. — Единственный, кто сейчас может помочь этому Химекаве, только ты, Шоё. — Вряд ли, — пожал плечами Хината, заставив Акааши вздрогнуть всем телом, как и капитана Цубакихары, который стоял рядом с ними и слушал весь их разговор. — Нахождение омеги рядом с течной омегой может плохо оказаться на первом, — объяснился Шоё, спрятав руки в карманы. — То есть если сейчас Химекава-кун может вызвать гон у альф, у меня он может вызвать течку. — Течка у двух омег может вызвать много проблем, — фыркнул Сакуса, привлекая внимание ребят. — Это его проблемы, раз он заявился сюда во время течки, зачем тебе опекать его, да и ты не лучше, — посмотрел в глаза Акааши Киёми. — Позвал на помощь друга, который доверил тебе секрет. — О моём секрете в курсе все волейболисты Японии, — огрызнулся Хината, заметив, что Акааши-сан задумался о сказанном. — О каком хранении идёт речь? — Это были только слухи, — прищурил глаза Сакуса. — А слухам не каждый верит, так что мог бы ходить спокойно. — Омеги в первую очередь боятся раскрытия своей сущности перед другими, — пристальнее посмотрел на второгодку Хината. — Я уже перестал бояться этого из-за слухов, но он, — указал в сторону туалета Хината. — Только что раскрылся перед товарищами и перед нами, — и немного засомневавшись, Хината перевёл взгляд на капитана. — Да? Вы же не знали о нем? — Не знали, — согласно кивнул капитан. — В общем, суть вы поняли, — закончил Хината, скрестив руки на груди, и в этот миг знакомая рука Кагеямы оказалась на его голове и сжала так, чтобы принести хоть малейшую боль. — Ай-ай, Бакагеяма! — Почему ты вечно влипаешь в неприятности? — зарычал Кагеяма, прожигающим взглядом смотря на Хинату. — Мы оставили тебя только на пять минут, а ты успел найти течную омегу. Почему он вообще приехал сюда во время течки? — Кагеяма отпустил голову Хинаты и только потом заметил знакомых себе людей. — А, привет. — А разве у вас нет специальных таблеток? — поинтересовался Мотоя, наблюдая за тем, как рыжий грубо вырвал из рук Кагеямы свою сумку. — Таблетки есть, но они действует только на пару часов во время течек, так что толку от них мало, — Хината открыл сумку. — Конечно, можно употреблять их каждый час, чтобы запах не выпустился, но это может навредить здоровью. — Например? — склонил голову набок Сакуса. — Бесплодие, — сразу же ответил Хината, обратив внимание на Мотою. — Многие омеги именно так теряют свои сущности, и я встретил одного омегу, который был не очень-то рад таким событиям. И после этого можно понять, почему многие из нас ещё к этому ненавидят альф. — А ты? — Что? — повернулся к Кагеяме Хината, обратно передавая свою сумку, взяв в руки необходимые таблетки — взгляды Акааши, Сакусы и Мотои неосознанно переместились на них после рассказа Шоё, и на чокер с телефоном. — Ты ненавидишь альф? — Даже не задумывался, — улыбнулся Хината. — Не все альфы одинаковые, — и, развернувшись на месте, зашагал в сторону туалета, входя вовнутрь сразу же, не обращая внимания на взгляды ребят из Цубакихары. — Вы, ребята, действуете так профессионально, — восхитился Мотоя, как-то не обратив внимания на слова Шоё об альфах. — Не паникуете, будто у вас это каждый день происходит. — Были ситуации и пострашнее этой, — фыркнул Акааши, на что Кагеяма согласно кивнул головой. Похищение Терушимы всё ещё оставалось для них кошмаром, пусть даже всё закончилось вполне себе хорошо. — Не скажу так о Химекаве, но вряд ли теперь найдется вещь пострашнее того случая. Мотоя почувствовал, как от Кагеямы и Акааши-сана начала исходить аура опасности, и взгляд беты немного стал яснее — вряд ли такие альфы оставят омегу без защиты.

***

В какой момент он облажался? Аой держался за свой живот, отчётливо чувствуя возбуждение. Не такое сильное, чтобы оно приносило боль, но дискомфорт всё же был. Он же жил до этого нормально, он, чёрт возьми, был бетой! Какого черта от него сейчас разит таким сладким манящим запахом, хотя его сэмпаи не начали нападать, как когда-то говорил его отец, почему-то начав разговор об омегах. Нет-нет, кто угодно, только не омега. Они же вынуждены только выживать. Без своих альф они ничто, а Аой хотел в будущем самостоятельно взобраться по карьерной лестнице, стать успешным и завести собственную семью. Этого никак не должно было быть. Это же сон, да? Аой нервно засмеялся, откинувшись на холодную стену кабинки, сидя на унитазе. Просто скажите ему, что это сон. — Аой, — кто-то постучал в дверь, и Химекава поднял голову, будто бы ожидал, что увидит позвавшего сквозь дверь. Этот голос он знал. Десятый Карасуно, который показал им на что способен сегодня на матче. Наверное, слухи вокруг него были лишь слухами, потому что омеги не должны быть такими. — Аой, как дела? Химекава готов был засмеяться в лицо этого парня. Как он должен был себя чувствовать, после того, как выяснил, что он чёртов омега?! Во всех документах написано, что он бета, да и родители говорили, что он бета, он сам был уверен в том, что он бета, а теперь его организм устроил ему такую подлянку. Он сейчас сидел на крышке унитаза на национальном турнире, во время течки, не зная что делать и отчётливо чувствуя привлекательный запах альф. Как у него могут быть дела?! — Аой, — снова позвал его десятый. — Я знаю, что тебе сейчас плохо. Но я могу помочь тебе, — а после недолго помолчав, добавил: — Я Хината Шоё из Карасуно, тот самый десятый, о котором слухи ходят. Твой сэмпай привёл меня сюда. — Пожалуйста, уходи! — Аой, — облегчённо вздохнул Хината. — Послушай, я тоже омега, я могу безопасно вывести тебя отсюда. — Я не омега, — покачал головой Аой, схватившись за волосы. Хината за дверью замер, не ожидав такого ответа. — Я всё это время был бетой, как я мог оказаться омегой!? — Аой, — тяжело вздохнул десятый. — Понимаю, что сущность приносит кучу проблем, но бежать от неё — не вариант. — Я не омега! — закричал Аой. — Не омега! Я бета! — Химекава, — позвал его знакомый голос капитана, и Аой вздрогнул, снова подняв голову. — Открой дверь, позволь Хинате тебе помочь. Нам нужно отсюда уйти, если ты не хочешь раскрыться перед всеми. — У него же течка, — шепотом возмутился Хината, смотря на капитана Цубакихары, который в ответ лишь взмахнул руками: — Как я могу оставить его тут одного?! — таким же шёпотом возмутился первый номер. — Я его капитан. — Дело не в этом, — покачал головой Хината. — Вы альфа, Вы в любой момент можете на него набросится. А Вы почему вошли?! — возмутился Хината сильнее, посмотрев на Мотою, который заметно запаниковав, сначала указал на выход, потом на капитана и снова на выход, приоткрыв рот. — Ладно, ладно, но если вы оба не будете сдерживать себя, вы сами будете виноваты. — Его запах не такой манящий, как я предполагал, — пожал плечами капитан. Хината удивлённо приподнял бровь, впервые за всё это время принюхавшись, чтобы почуять запах другой омеги. Капитан был прав — запах действительно был слабоват, будто Аой просто забыл выпить таблетки в повседневной жизни. — Аой, — стукнул кулаком в дверь Хината, нахмурившись и прислушиваясь к первогодке. — У тебя точно течка? Химекава глубоко вздохнул, втянув носом воздух: — Простите. Я не хотел так кричать. — Всё в порядке, — моментально ответил Шоё. — Ответь на вопрос: ты забыл таблетки выпить? У тебя точно течка? — Я-я не знаю, — заикнулся Аой, и Хината поднял взгляд на капитана. — У меня такое впервые. — Напомни, сколько тебе лет? - продолжал допрос Шоё, вытаскивая телефон и сразу же набирая номер Юичи-сан. — Ш-Шестнадцать, — всхлипнул Аой. — А Вы мне действительно поможете? Если я выйду, Вы сможете вытащить меня отсюда? — Для этого я пришёл, — улыбнулся Хината, слыша как доктор сразу же взял трубку. — Юичи-сан, у меня тут проблема, — Хината вполуха слушал, как Юичи-сан на проводе ругается на него на тему того, что Шоё звонит ему только в те моменты, когда он ему нужен, а просто так, узнать его состояние — нет. Замок на двери кабинки щёлкнул. — А бывают такие случаи, когда течки у омег наступают намного позднее? Скажем, примерно в возрасте шестнадцати? — Ага, — буркнул в ответ Юичи-сан, поняв, что этому ребёнку сейчас как-то плевать на его состояние. — Не знаю за что их так, но этих бедняжек часто называют «отсталыми», хотя я бы предпочел термин «запоздалые». Обычно у таких омег сложно выявить настоящую сущность в младшем возрасте, и часто врачи записывают их в документах как настоящих бет, поэтому в момент созревания у таких омег часто случаются истерики. — Юичи-сан, — сглотнул Хината, смотря прямо в глаза Аой, у которого дыхание участилось, и он еле стоял на ногах, держась за дверь. Капитан Цубакихары и Мотоя замерли. — Я только что встретил такую омегу. Что мне делать? В трубке воцарилось недолгое молчание, после чего Юичи-сан возмущённо охнул: — Как ты вообще находишь такие проблемы на свою голову?!

***

— Юичи-сан — это мой врач, — сообщил Хината, заставляя Химекаву выпить одну таблетку — те самые, при помощи которых Хината учился контролировать свой запах — не обращая внимания на то, что только узнавший свою сущность парень сидит на полу. Мотоя сзади Шоё стоял как вкопанный, впрочем как и капитан Цубакихары, которые не знали как помочь. Не дожидаясь разрешение Аой, Хината вытащил из сумки свой чокер и ловким движением прикрепил его к шее новоявленного омеги. Комори заинтересованно присмотрелся к ошейнику, немного наклонившись. — Сейчас тебе лучше позвонить своей семье и объяснить всю ситуацию в целом, понял? — Аой закивал головой, выпивая предлагаемой Хинатой воду. — Не знаю даже, что сказать. Ты до сих пор не испытывал всего, — нервно хихикнул Шоё. — Я могу дать тебе номер Юичи-сана, но добираться до Мияги тебе будет немного трудновато. — М-мой дядя, — сглотнул Аой, впервые за всё время говора Хинаты подав голос. — Мой дядя работает врачом для омег, я могу обратиться к нему. — Вот и отлично, — улыбнулся Шоё. Эта улыбка была немного напряжённой, хотя для Химекавы, пережившего такой шок, она казалась нормальной. — Это твоя первая течка, поэтому запах будет слабоват, и альфы вряд ли сойдут с ума, когда почуят его. Если не веришь, вот тебе пример, — кивнул в сторону капитана Хината, заставив Сакаэ вздрогнуть. — Извини, — почесал он затылок, так же нервно улыбаясь, когда встретился взглядом со своим кохаем. — Я просто сильно переживал и не знал что делать. — Не стану скрывать, будет больно, — снова заявил о себе Хината, на что Аой испуганно сглотнул. — Но это продлится всего неделю. И, на будущее, не надейся на таблетки, хуже станет. — Я п-понял, — кивнул Аой, наблюдая за тем, как Хината задумался. — Я оставлю у твоего капитана свой номер, — поставил перед фактом Шоё, встав с места первым и потянув с собой Аой, не сразу поняв, что новоявленный омега выше него. — Если будут какие-то вопросы, звони мне. Постарайся на время укрыться в одной комнате, пока твоя семья не приедет. — Да, — кивнул Аой, принимая помощь своего капитана, когда тот перекинул его руку через своё плечо, прижав его к себе за талию другой. — Спасибо большое. Когда Аой вышел из туалета, его сокомандники мигом его окружили, явно беспокоясь о состоянии младшего. Мотоя и Хината, выглянув из туалета за ними, одновременно улыбнулись, и Шоё даже представил на месте этих ребят собственную команду. Карасуно было плевать на его вторичный пол и они так же беспокоились о нём, когда про Шоё узнали в Мияги. Хината скрестил руки на груди, облегчённо вздохнув и открыв свою бутылку, чтобы выпить воды. Акааши, Кагеяма и Сакуса-сан не спеша подошли к ним после всего, и Хината позволил себя расслабиться, как только увидел родные лица двух сеттеров. В любом случае, не ожидал он, что в первый же день национального встретит не только воплощение Маленького Гиганта, но и омегу, который сегодня чуть не раскрылся, как и он когда-то. — Они никому не скажут, — кивнул Кейджи, как только встретился взглядом с Хинатой. — Пообещали, что ни одна живая душа не узнает о тебе правду. — Ой, придурок, заставил же ты нас беспокоиться, — фыркнул Кагеяма, запустив свои пальцы в его волосы, и Хината хихикнул, не имея ничего против этого. — Пойдем, тренер уже вернулся, мы тебя только ждали. — Ага, — кивнул Хината, и переведя взгляд на Сакусу и Мотою, повернулся к ним полностью и поклонился перед ними. — Спасибо, что помогли мне сегодня! — Да ладно тебе, мы только рядом болтались, — махнул рукой Мотоя, хотя широкая улыбка на его лице всё выдавала за него. После этого случая он не удивится, если отношения у них наладятся и он действительно надеялся, что недоверие Хинаты к ним хоть немного убавилось. — Увидимся завтра, Хината-кун. — Да, увидимся, — шире улыбнулся Шоё, и Сакуса в этот миг прищурился, как от солнца. — Кейджи, нам же по пути, да? — Да, — кивнул головой Акааши, и они втроём, повернувшись к ним спиной, зашагали в сторону выхода. Сакуса как в замедленном действии видел, как Хината обратно натягивает на лицо маску, пока болтал с этим Акааши, задавая какие-то вопросы. — Киёми, — позвал его Мотоя, когда они обратно шли к собственной команде в молчании. Из головы не выходил образ Шоё, когда он им ярко улыбнулся. — Я хочу быть рядом с ним. Сакуса приподнял взгляд на своего кузена, после чего перевёл взгляд вперёд, не понимая свои ощущения. Хината был чистым и от него приятно пахло, и почему-то ни один из них не удивился, когда выяснили, кем на самом деле является этот Хината. Возможно, они ожидали такое, потому что Шоё одним своим видом доказывал, что он действительно является омегой, или ещё что-то, но это было маловажным фактом. Хината мог заинтересовать их, даже не являясь омегой. — Я тоже, — кивнул головой Сакуса, ощущая как сердце в груди забилось намного быстрее и его щёки немного покраснели. — Шоё! — закричал Сугавара, в один миг сжимая Хинату в объятиях. Кагеяма рядом с ним не изменился в лице, и Шоё оставалось только ответно обнять сэмпая, наблюдая за тем, как к ним спешат остальные ребята. — Ямагучи нам всё рассказал! Ты не пострадал? Всё в порядке? — покрутил он из сторону в сторону Хинату, отчего омега улыбнулся, еле остановив сэмпая. — Я встретил омегу, — схватившись за руку Сугавары, с блестящими глазами сказал Шоё. Конечно, он был немного взволнован тем, что встретил он омегу не в лучших обстоятельствах, но он сейчас не был единственной омегой в округе, и это его радовало. Лицо Коуши стало удивлённым, когда Хината улыбнулся ещё шире, а его зрачки вытянулись, делая его вид более звериным. — И я увидел такого же волейболиста, как я. Я, — Хината наклонил голову вперёд, придавая себе какой-то пугающий вид, и Тадаши, который стоял сзади Сугавары, завораженно вздохнул. — Я так рад, что пришел сюда. — Похоже, — облегчённо улыбнулся Даичи, вспоминая свой разговор с Сугаварой и его переживания, и наблюдая за тем, как друг не сводил взгляда с лица Шоё. — Суга зря волновался. Тсукишима хмыкнул, отчётливо понимая, что Шоё, благодаря и неожиданно раскрывшемуся омеге, и Маленькому Гиганту из Комомедай, нашёл точку опоры, чтобы стать намного сильнее. И, кажется, скоро Шоё сможет обходиться и без защиты альф — и не было понятно, радоваться этому, разделяя эмоции Хинаты, или всё же плакать, потому что тогда уже, как альфа, Тсукишима будет бесполезен.

***

— О, да это же деревенские вороны и Шоё, — послышался довольный голос Тетсуро, и Хината перевёл взгляд в сторону, заулыбавшись сразу же. Кенма выглянул из-за спины капитана, и Шоё улыбнулся ещё шире. — Эй, не выделяй Шоё! — заорал Нишиноя, на что Куроо лишь посмеялся, первым двинувшись в сторону воронов. — Повезло вам, приехали издалека, но сразу домой ехать не придётся, — ехидно продолжал Куроо. — Ну, не так уж издалека, — фыркнул Сугавара, на что Хината рядом с ним лишь посмеялся, заключая в объятия Куроо, когда тот подошёл к нему и наклонился. — Хватит вам обжиматься, — Сугавара тут же вырвал Шоё из хватки Тетсуро, на что капитан Некомы лишь закатил глаза, но ничего не сказал. В какой-то момент Хината оказался окружён Инуокой, Львом и Кенмой — и с последним он обнимался так сильно, будто это было в последний раз — и взахлёб рассказывал о сегодняшнем матче, специально не упоминая про Аой, которого Шоё спокойно доверил его команде, почему-то зная, что они точно защитят его. Разговаривая с Некомой, каждый карасуновец чувствовал, как напряжение сегодняшнего дня уходит, оставляя за собой только блаженное спокойствие. Всё-таки было здорово, что они встретились после матчей, но времени у них было мало, поэтому в скором времени они вынуждены были попрощаться. Они даже не успели всё рассказать, поэтому Хината еле смог заставить себя отвернуться от Инуоки, Льва и Кенмы, которые наверняка чувствовали то же самое, что и он. Как только Шоё встал рядом с Тсукишимой, Даичи-сан и Куроо обменялись взглядами, выдавая: — Смотрите, не помрите здесь, — улыбнулся Куроо, на что Даичи хмыкнул, переместив руки на свои бёдра: — И вам того же. А после, когда ребята шли в сторону автобуса, Хината протянул руку к своему альфе, на что Куроо моментально ответил, сжав его ладонь в своих руках. Тсукишима рядом ничего не говорил, и Куроо с Хинатой, одновременно улыбнувшись друг другу, наконец, развернулись, отпуская друг друга и каждый уходя в сторону своих автобусов. — Вы оба безнадёжные романтики, — фыркнул Тсукишима, на что Хината лишь улыбнулся, ущипнув за бок Кея, на что тот лишь недовольно отозвался. — Я тоже тебя люблю, — хихикнул Шоё, на что Тсукишима лишь закатил глаза. — Поспишь сегодня со мной? — Как будто они меня к тебе подпустят, — Кей кивнул в сторону идущих впереди ребят, на что Шоё лишь пожал плечами. Тсукишима покачал головой, но всё же выдал: — Я попробую дождаться, пока они все не заснут. Хината улыбнулся.

***

— Алло, Кода, — Хината встал с места, слыша как по ту сторону трубки его лучший друг закрывает за собой дверь. Первый день прошёл относительно хорошо — они выиграли матч с Цубакихарой, сам Хината встретил не только Маленького Гиганта, но и такого же омегу, как он, хотя встретиться они могли и в лучших условиях. — Как дела? Не продули? — Размечтался, — фыркнул в трубке Нобуо, после чего громко зевнул, заразив этим Хинату. — Представляешь, твой друг, Коджи, позвонил мне сегодня и сказал, что если мы продуем, он из меня отбивную сделает. — Неужели сам Коджи? — удивился Хината, после чего хохотнул, открывая окно и поудобнее усаживаясь на подоконнике. — Хотя, это вполне в его духе. Мы тоже сегодня выиграли. Не сказать, что мы не волновались, но мы выиграли. — Национальный уровень же, — понимающе хмыкнул в трубке Нобуо. Если первый матч был таким сложным, значит другие будут ещё сложнее, и Хината с Кодой это понимали. — Слушай, тут у нашего товарища есть брат, который играет в волейбол. Не хочу сказать, что я верю всяким бредням, — нервно хохотнул Кода, и Хината нахмурился. — К чему ты ведёшь? — Ну, просто знаешь, он рассказал нам, что якобы десятый номер из волейбольного клуба Карасуно является омегой, — Кода снова нервно засмеялся. Хината закрыл глаза, устало привалившись к стене. Как же он устал. — И ты в последнее время очень много шутил про свою сущность, мол ты являешься омегой, и ты ведь случаем не омега, да? — Значит слухам ты веришь больше, чем собственному лучшему другу? — издевательски протянул Хината, слыша, как в трубке Кода начинает бубнить. Шоё нахмурился ещё сильнее — такими темпами о десятом Карасуно прознают не только волейболисты, но и другие. Никто не исключал того факта, что слухи могут разойтись и через волейболистов к другим. — В любом случае, из наших никто не поверил, — фыркнул Кода, в один миг собравшись. — Омега ты или нет — нас не волнует, главное, что ты наш друг, вот и всё. Хината улыбнулся, приоткрыв глаза и смотря на небо Токио: — Всё-таки, вы очень милые. — Мы не милые! — воскликнул Кода. — Мы вороны, вестники смерти, мы вселяем ужас! — Кода, чёрт возьми, заткнись! — А, простите! — воскликнул Кода, и судя по голосу, на фоне кричал их заместитель. Хината не смог сдержать хихиканье, когда Нобуо вернулся к нему, говоря тише: — Я тебе позвоню завтра, сейчас отбой. — Давай, — улыбнулся Хината, и телефонный звонок прервался, оставляя Шоё в оглушающей тишине. Шоё заблокировал телефон и с чувством выполненного долга продолжал смотреть в окно, припоминая, что так и не взял номер у Аой, хотя передал свой. Мог бы позвонить, засранец. Правильно ли Шоё поступил, оставляя Аой во время первой течки у товарищей? Волейболисты Цубакихары не казались плохими, они чем-то напоминали Карасуно, да их капитан одним своим видом внушал доверие. Но всё же сеть сомнений разрасталась внутри, и Хината от нервов закусил большой палец, прогоняя свою усталость прочь. Ками, он встретил уже вторую по счёту омегу в своей жизни, хотя в отличие от Вашиджо-сана Аой свою сущность не потерял. Помнится, Шоё самому себе пообещал заботиться о своей сущности, и с того момента он делал всё, что было указано Юичи-саном, когда Шоё позвонил ему среди ночи, находясь на снежном курорте вместе с Ямагучи — Да, Ками упаси, Шо-чан, ты меня так в могилу сведёшь! — то есть старался ухаживать за собой, потому что, как выразился Юичи-сан, сущность омеги и сам Шоё не является чем-то отдельным, а одним целым, так что по сути все эти годы Хината, можно сказать, ненавидел себя. Вашиджо не заботился о себе, не смог поменять своё мнение о своей же сущности, поэтому он в каком-то смысле потерял себя, обрекая себя на бесплодие, и Хината не собирался повторять его ошибки, зная, что в будущем его сущность будет неотъемлемой частью его жизни, которая принесёт благо в его будущую семью, пусть даже сейчас самому Шоё не хотелось думать о создании такой семьи. И Химекаве Хината погубить жизнь не даст, хотя для начала всё же стоило взять у него номер. В дверь постучали, и Хината, оглянувшись, быстренько спустился с подоконника, окутывая себя в одеяло и мигом почувствовав запах родной клубники. Тсукишима за дверью держал в руках свой сотовый и наушники, и Хината, закатив глаза, отошёл в сторону, чтобы его парень смог войти. — Я думал, ты спишь, — шёпотом сказал Хината, закрывая дверь за Кеем на замок и наблюдая за тем, как Тсукишима при помощи света от экрана своего телефона выискивает в комнате кровать. — Мог бы позвонить. — Хотел убедиться, что все уснули, — таким же шёпотом объяснился Кей, не решаясь подойти к кровати. — Ты ведь сам хотел, чтобы мы вместе поспали, — смущённо продолжил Кей, на что Хината лишь хихикнул, осторожно подойдя к Кею и на ощупь подхватывая его ладонь. Холодная, как всегда. — Спасибо, что пришёл, — улыбнулся Шоё, замечая, что тревожные мысли о Аой отходят на задний план. Он говорил насчёт Химекавы с Куроо, и после разговора с альфой Шоё хоть и испытал облегчение, но всё равно нуждался в альфе рядом с собой. — Ты, наверное, сильно спать хочешь? — Дико, — вздохнул Тсукишима, и Хината, посмеиваясь, потянул его в сторону кровати. Пусть одноместная кровать не была предназначена для двух людей, но это был повод для этих самых двух людей быть с друг другом в неприличной близости. Очки, телефон и наушники Тсукишимы были на тумбочке, а сам Кей лежал с краю кровати — потому что я-так-хочу-Шоё-Ками-ты-можешь-хоть-раз-не-спорить-со-мной — отчётливо чувствуя, как Хината держит его за руку. Его зрение привыкло к темноте, поэтому ему не стоило особого труда разглядеть Шоё. Они просто лежали рядом друг с другом, глядя друг другу в глаза, слушая свои дыхания и как бьются сердца. — Я думал, ты начнёшь проявлять инициативу, — продолжил Шоё, внимательно разглядывая лицо блондина. — Но ты ведёшь себя так, будто мы ещё не начали встречаться. Ты чего-то боишься? Чёрт возьми, чувствует же Кей, что пожалеет об этом потом. Вырвав руку из хватки Хинаты под растерянный вздох, Тсукишима аккуратно приобнял Шоё за талию, приблизив к себе, отчего последний смущённо пискнул, будто до этого он не спал вместе с Кеем в собственном доме. Помнится, тогда Шоё случайно упал с кровати на него, а потом во сне перебрался к нему в постель, и имеющий чуткий сон Кей тогда сделать ничего не смог — хотя вовсе не хотелось — вынужденный просто плыть по течению. Вторую руку просунув под телом Шоё, Тсукишима полноценно обнял его, прижимая к себе, тем самым заставляя Хинату уткнуться в его ключицы, пожалев об этом сразу же, когда Шоё шумно фыркнул, не сдержав смеха. Стало немного щекотно, но терпеть можно было, поэтому эту трудность Кей прошёл благополучно, чувствуя, как Хината сжимает его плечи, не зная куда деть свои руки. — А ты быстро растёшь, Тсукки. — Смешно слышать это от тебя. Ни капельки не обидившись на слова своего парня, Хината снова хихикнул, и переместив одну свою руку на затылок Кея, притянул его к себе. Тсукишима и сам не был против такого, поэтому с лёгкостью повиновался, в следующую секунду чувствуя, как запах малины вокруг него усиливается, вызывая только приятные ощущения. На тот момент Тсукишима только наслаждался приятным моментом с Хинатой, даже не подозревая, что эта ночь для него будет бессонной, благодаря всё тому же Хинате, потому что тот, не сдержавшись, начнет рассказывать и про крутую игру Хошиуми, и про Химекаву, у которого он забыл взять номер, хотя оставил свой и теперь переживает о нём, и про слухи, о которых только недавно рассказал Кода. И поглаживая волосы своего парня, который сном ребёнка спал в его объятиях, Тсукишима понимал, что защищать омегу от всех этих невзгод становится труднее. И, краем сознания, пусть и нехотя, Тсукишима так же понимал, что тут они с Куроо одни точно не справятся.

***

— Эй, Танака! — заорал Энношита, но Танака-сан, даже не услышав его, повернул за угол. — Чёрт, Шоё, постоишь тут? — Ага, — кивнул Хината, наблюдая за тем, как будущий капитан очень быстро исчезает за углом, следуя за Танакой. Они же вроде за напитками пошли, чего это так Танака-сан сорвался с места, хотя знал ведь, что через несколько минут начнётся часовая тренировка? Покачав головой, Хината оглядел весь товар в автомате, не зная, что выбрать. Напиток, который он обычно выбирал, не продавался в этом месте, поэтому нужно было купить что-то другое. Шоё почесал свой затылок, раздражённо отметив тот факт, что рукава мастерки Кагеямы снова болтаются, поэтому поспешил одной рукой поправить одежду. Будет смешно, если Танака-сан и Энношита-сан вернутся, а он тут всё ещё стоит, не в состоянии выбрать что-то. Че-е-ерт, могли же его любимые напитки принести сюда, но тут не было ни одного из них, что в какой-то степени раздражало Шоё. Может обойтись простой водой? Хотя он хотел сладкое, так что обмануть себя не получится. — Банановое молоко. Хината повернул голову вправо, сразу же встретившись с чёрным омутом глаз бесстрастного лица. Телосложение у этого парня было крупным, и не нужно быть гением, чтобы выявить, кто из них сейчас сильнее. Судя по форме, он был из Инаризаки, и, вспоминая просмотренные вчера матчи с участием этой команды, Хината без труда выяснил, что это один из близнецов Мия. — Что? — Выбери банановое молоко, — закатил глаза Осаму или Атсуму — он так и не смог понять, кто именно перед ним, — отчего Хината похлопал глазами. — Оно самое вкусное, — честно признался Мия, и Шоё приподнял бровь. — Спасибо, — кивнул головой Шоё, пристальнее посмотрев на одного из братьев и всё же засунув деньги в автомат, чтобы купить напиток по совету. Хината с наслаждением зажмурился, поняв, что вкус у этого молока действительно был отменным. Он отошёл в сторону, чтобы дать одному из близнецов купить что-то в автомате, пока он дожидался своих сэмпаев. Бесспорно, что этот напиток теперь стоял рядом с любимыми напитками Шоё, заслужив самое первое место, и Хината очнулся только тогда, когда последняя капля напитка коснулся его языка. От вкуса этого «нектара», Хината позволил себе даже улыбнуться, сжав в руках коробку и мысленно пообещав, что выбросит в мусорку, когда сэмпаи подойдут. Только вот стоило ему повернуться в сторону автомата, как тут же снова наткнулся на глаза одного из братьев, щёки у которого подозрительно покраснели, и сам он замер, держа указательный палец на одной из кнопок. Глаза Мии были широко раскрыты и весь его вид говорил о том, что он был в каком-то астрале, раз не мог собраться. Что за... — Шоё! — позвал его Энношита-сан, тяжело дыша и держа воротник Танаки, таща его за собой. Танака-сан был бледным, и Шоё сразу же догадался, что это дело рук будущего капитана. — Ты купил свой сок? — Да, — кивнул Хината, подходя к сэмпаям. — Танака-сан живой хоть? — Живее не бывает, — фыркнул Чикара, вместе с Шоё двинувшись в направлении команды. По пути Хината выбросил в мусорку коробку из-под молока, уже позабыв о том, что Мия, который всё ещё стоял рядом с автоматом, с покрасневшими щеками продолжал за ним следить, так и не поменявшись в позе. — Эй, Саму, чего ты так долго? — позвал его Атсуму, оказываясь рядом. Брови приподнялись в удивлении, стоило ему увидеть такое выражение лица у своего брата. — Саму? Ты чего? — Тсуму, — позвал брата Осаму, переведя взгляд. — Я, кажется, встретил ангела. — Чего?

***

— Мы же с Карасуно сегодня будем играть, — в предвкушении улыбнулся один из первогодок. Атсуму посмотрел на Осаму, который не сводил взгляда с выхода, где было видно, как тренер Карасуно обсуждает что-то с их тренером. Наверное, насчёт площадки, чтобы Карасуно первыми размялись, а потом сами Инаризаки. С того момента, как Осаму заявил, что нашёл «ангела», он был несколько растерян и даже игнорировал шутки Атсуму, хотя всегда отвечал ему. — Ва-а-а, хочу посмотреть на этого десятого вживую. Многие говорят, что он красивый. — А вдруг действительно окажется омегой, — хихикнул другой первогодка. — Я видел его издалека, но подойти поближе не удавалось. Рядом с ним обязательно всегда кто-то есть. Его товарищи даже страшнее Атсуму-сана. — Слышь, — повернулся Мия, на что первогодки моментально вздрогнули, почувствовав на себе его устрашающий взгляд. — Лучше бы разминкой занялись, чем языком чесали. — Да ладно Вам, Атсуму-сан, — протянул самый смелый из них. — Вам ведь тоже интересно как выглядит их десятый, да? — Мы же все матчи с Карасуно просмотрели, — вздохнул Кита, делая растяжку рядом с ними. Атсуму махнул рукой в его сторону, мол человек дело говорит. — Особо ничего не изменится, если мы сейчас увидим его вблизи. — И всё же интересно, — протянул Аран. — Не зря ведь слухи пошли. Жалко, конечно, парня. Будь он омегой или нет, но, наверное, эти слухи потрепали его нервы. — Суна-сан, а Вы как считаете? — Мне не интересно, — ровно ответил Ринтаро, на что Аран лишь неловко посмеялся. Это было в духе Ринтаро. — Так, ребята, поле на полчаса, сначала разминка, а потом удары отрабатывать будем, — похлопав в ладоши, объявил их младший тренер, обратив на себя внимание Инаризаки. — Никто не против? — и не дождавшись ответа, продолжил: — Никто не против. Всё, вопрос решен. — Иногда я просто поражаюсь ему, — фыркнул Атсуму на выходки их тренера, лишь потом обратив внимание на выход, где, наконец, появились ребята из Карасуно. — О-о, — протянул Атсуму. — А они выглядят мрачными. — Ва-а-а! — вскрикнули хором первогодки, и Атсуму в растерянности оглянулся на них, приметив, как щёки у Осаму тоже покраснели. — Вот он, десятый Карасуно! Атсуму посмотрел туда же, куда смотрели первогодки, заметив сзади всей команды рыжеволосого парня, что-то с улыбкой на лице говорящего высокому блондину, который держал очки в руках. Одиннадцатый номер Карасуно с недовольным лицом оглядывал весь спортзал, на что десятый, смеясь, лишь покачал головой. — И что в нём такого? — буркнул Атсуму, наблюдая за тем, как блондин, явно поблагодарив десятого, взял очки из его рук и надел на себя. — Обычный парень. Рыжий и всё. — Он очень милый, — пожал плечами Аран. — Да, Кита? — и не получив ответа, Оджиро оглянулся на друга. — Кита? Капитан их команды моргнул, промолчав про десятого, который переключился уже на девятого — Кагеяму Тобио — с ехидной улыбкой что-то ему говоря, на что сеттер лишь хмурился и с таким сосредоточенным лицом что-то отвечал. Этот десятый действительно отличался от себя же на записях матчей. Первогодки были правы, когда говорили, что он очень красив. — Аран, — повернулся к асу команды Атсуму, указав большим пальцем на своего брата. — С Саму какая-то фигня происходит. — Серьёзно? — фыркнул мысленно Суна, не обращая внимания на творящийся вокруг него хаос. — Как же просто для него. — Интересно, — протянул один из первогодок. — О чём он говорит с тем девятым? — Наверное, о чём-то важном. — ...и твой прямой просто ужасен, — фыркнул Кагеяма, на что Хината, еле сдерживая на своём лице улыбку (которую первогодки Инаризаки сочли наипрекраснейшей), огрызнулся почти что моментально: — Я и сам знаю, — после чего сощурил глаза и скрестил руки на груди. — Думаешь, я над ним не работаю? — Думаю, что ты отвратительно играешь. — Чё? Скажи это мне в лицо, урод! — Даичи-са-а-ан, — устало позвал Тсукишима, не обращая внимания на то, как Кагеяма с Хинатой колотят друг друга. — Они снова дерутся. — Шоё! Кагеяма! Прекращайте! — Они что, — удивлённо хлопнул глазами один из первогодок, наблюдая за тем, как схватив за талию десятого, одиннадцатый номер оттаскивает его от девятого, которого в свою очередь сдерживал пятый. — Дерутся? Слушай, не может же альфа просто так драться с омегой, да? — Вот-вот, — закивал головой второй. — А омеги разве не должны хоть немножко бояться альф? — В любом случае, — хихикнул Аран. — Наши тоже от них не отличаются, — кивнул он в сторону Атсуму и Осаму, которые спорили между собой. Аран и Кита знали, что спор первым начал Атсуму, потревожив замершего Осаму, и специально не вмешивались, зная, что в скором времени они оба прекратят. В следующую минуту Аран наблюдал за тем, как, поспорив между собой около минуты, первогодки Инаризаки бросили мяч в сторону десятого, который как раз тренировался вместе с одиннадцатым номером. Стоило мячу точно коснутся ног рыжего, как Шоё наклонился, чтобы подобрать его и краем глаза наблюдая за тем, как Тсукишима, схватив мяч, терпеливо дожидался его. — А, прости, — ослепительно улыбнулся один из волейболистов Инаризаки, когда Хината встал, подобрав случайно откинутый мяч, обратно передавая своему одногодке. — И спасибо... — На это даже жалко смотреть, — с нечитаемым лицом прокомментировал Суна, наблюдая за тем, как их первогодка пытается завязать разговор с предполагаемым омегой. — В отличие от других, он хотя бы старается, — хмыкнул Аран, скрестив руки на груди. — Осаму, не смотри ты на него так. — Говорю же, он с появления десятого такой, — замахал руками Атсуму. — Почему никто не обращает на него внимания!? Эй! Саму, очнись уже! — Прости, — неловко улыбнулся Хината, прервав поток слов соперника. Шоё отошёл на шаг, установливая между ними ещё более большую дистанцию. — Но мне пора возвращаться к разминке. — Нет, погоди, — первогодка Инаризаки попытался схватить Шоё за руку, но неожиданно его руку грубо оттолкнули, а рядом с Хинатой встал Тсукишима, одним своим видом излучая тёмную ауру. — Он же ясно намекнул, чтобы ты отвалил. — И-ик! Простите! — Ками, какие же настырные, — фыркнул Тсукишима, приобняв Хинату и уводя его в сторону Ямагучи и Энношиты, которые обеспокоенно следили за ними. — Где Его Высочество? Кажется, мы переоценили его пугающий вид. — Прекрати, он не должен ходить со мной весь день, — нахмурился Шоё. — Я и сам мог бы справиться. Просто некоторые альфы не так просто сдаются. — Посылай их прямо в лицо, — от Тсукишимы повеляло холодом. — Тц, раздражают. Хината лишь покачал головой и ущипнул за бок Тсукишиму, на что он недовольно засопел. Ямагучи подбежал к ним, сразу же интересуясь состоянием Хинаты, и бета с омегой совсем не заметили, как Тсукишима обернулся, чувствуя прожигающий взгляд на своей спине и встречаясь с потемневшим взором одиннадцатого номера Инаризаки — Мии Осаму. Ухмылка сама появилась на лице Кея, заставив вздрогнуть того самого паренька, который хотел познакомиться ранее с Шоё. — Хо-о, — протянул Суна, ощущая как от самого спокойного Мии исходит смертельная энергия. Оно было неудивительно — парень-возможно-омега, в которого он влюбился, сейчас позволял своему сокоманднику-другу-возможно-парню касаться себя. — Да он прямо говорит тебе, чтоб ты даже мечтать о десятом не смел, — на лице Ринтаро появилась соответствующая ухмылка. — Интересно.

***

— Хината, придурок! Шоё прикрыл глаза, в какой-то степени понимая Кагеяму, потому что, ну кто будет думать о Хошуими-сане, паралельно тревожась за Аой, во время тренировки. Зато получил по лицу и теперь вряд ли будет отвлекаться на что-то другое. Но, всё же, каким бы правдивым ни был случай, произошедший только что, Кагеяма мог бы выразиться помягче! — Заткнись, Бакагеяма! — Не я же в облаках витаю! — Гляжу, вы полны сил, — вмешался в их привычную перепалку другой голос, и Хината, оглянувшись в сторону и покрепче схватив мяч, приподнял бровь в вопросительным жесте. Опять Мия. Это случаем не тот, который посоветовал ему банановое молоко? Хотя, у него же цвет волос был другим, да? — А, привет, — поздоровался Кагеяма, пока Мия подходил к нему. — Тобио, не унываешь? — Нет. Нет, тот, кто посоветовал ему молоко, был Осаму, кажется, а это Атсуму, верно? Хината склонил голову набок, вежливо не вмешиваясь в разговор двух сеттеров, чтобы они могли спокойно поговорить друг с другом, а потом разойтись. А этот Атсуму даже был чем-то похож на Ойкаву-сана. Хотя — Хината покачал головой — Ойкава-сан был уникальным, никто не может быть похожим на него. — Удачи сегодня, — улыбнулся Атсуму, и в этот момент точно посмотрев в сторону Хинаты, отчего напряглись не только Кагеяма с Шоё, но и Энношита с Тсукишимой, которые тренировались позади. — Знаешь, я ненавижу криворуких соперников. Особенно слабаков. Разве он не омега? — Это он сейчас про меня?.. — успел подумать Хината, неосознанно указав на себя под взглядом Атсуму. — Уж извини, — вдруг извинился Кагеяма, и Хината ощутил, как волна ярости захлестнула его с головой. Этот Мия считает его слабаком просто из-за факта, что он омега? — Прости-прости, — фальшиво улыбнулся блондин, заметив взгляд Шоё. — Разве альфам не принято защищать омег, вот и я подумал, что ты будешь слабее. — Пусть он криворукий, — вмешался в их диалог Кагеяма, глядя прямо в глаза Атсуму. Хината перевёл взгляд на Кагеяму, поняв, что прибьёт его при первой же возможности. — Но он не слабый, — заключил факт Кагеяма, и от этого Хината забыл, почему он вообще злился. Кагеяма только что... Хината удивлённо моргнул, в следующую секунду выгнув брови дугой, он наклонился набок, сжав мяч в руках ещё сильнее, забыв о том, что рядом с ними находится чужой альфа из чужой команды. — Кагеяма, ты хорошо себя чувствуешь? — Вполне нормально, — моментально ответил Тобио, и Хината, не сдержавшись, усмехнулся. Атсуму в этом моменте не смог оторвать взгляда от десятого и, наверное, даже забыл, как двигаться.

***

— Ва-а-ау, — протянул Хината, широко раскрытыми глазами наблюдая за поддержкой Инаризаки. Они довольно сильно отличались от Шираторизавы, потому что их соперники использовали ещё музыкальные инструменты — это что, огромная труба? — в каком-то смысле вызывая даже трепет. Ямагучи рядом резко побледнел и схватился за живот, и Хината, почувствовав его состояние, резко оказался рядом с ним, перекинув руку друга на своё плечо. — Тадаши, ты посмотри какие они крутые! — А-ага. Со стороны они оба смотрелись как-то комично: Хината, буквально светящийся от радости, волочил за собой полумёртвого двенадцатого, отчего недалеко от них стоящий Тсукишима с непроницаемым лицом наблюдал за ними. Даже сложно сказать — помогал ли Хината Ямагучи или наоборот делал хуже. Тренер Инаризаки выглядел очень спокойно, в отличие от Укая. Все они, как на подбор, были не только сильными, но и ловкими. Так и хотелось сыграть против них, и Хината ощутил, как мурашки снова пробегают по коже, вызывая приятные ощущения. Он, чёрт возьми, находился на национальном и от сильных соперников только кровь внутри застывала. — Значит их ас — это третий номер, — кивнул головой Аран, скрестив руки на груди, наблюдая за демонстрацией Карасуно. — Довольно силён, да и этот пятый от него не отстаёт, — заметил Оджиро. Танака, дав пять Хинате, побежал в сторону ребят и Укай, кивнув головой, подбросил мяч в сторону Кагеямы, чтобы тот сделал пас. Осаму наклонился вперёд, чтобы запомнить каждое движение Шоё, больше других интересуясь десятым, и не сдержав вздоха, когда Хината взлетел. — Ничего себе летает, — выдохнул рядом Аран. Как только мяч коснулся пола, Хината оглянулся на Кагеяму, лицо которого было ещё более сосредоточенным. После встречи с Атсуму, Тобио вёл себя несколько напряжённо, и из-за этого его состояния Хината волей не волей начал волноваться. После их атаки разминка закончилась, и послышался свисток, оповещая ребят о начале их матча. — Эй, — позвал Шоё сеттера, подойдя к нему. — Порядок? Ты выглядишь напряжённым. — Ага, — кивнул Кагеяма. — Не волнуйся, на игру это не повлияет. — Игра, конечно, важна для меня, — нахмурился омега. — Но я о тебе тоже беспокоюсь. — Я правда в порядке, — взглянул на товарища Кагеяма, с трепетом ощущая, как потеплело в груди. Хината с сомнением посмотрел на брюнета, но докапываться дальше не стал, понимая, что надо остановиться. — Если ты так говоришь...

***

Хината действительно не мог не поражаться крутости Атсуму-сана, когда тот вышел на подачу. Омега даже ощутил напряжение стоящих рядом игроков, когда Мия сжал руку в кулак во время своей подачи, заставив болельщиков Инаризаки замолчать в один миг. Подача была настолько быстрой и сильной, что Даичи-сан с Ноя-саном не успели двинуться, хотя от седьмого номера после этого повеяло настолько холодной аурой, что мурашки прошлись. Возможно, подумал Хината, наблюдая за тем, как Атсуму возвращается на место подачи, ему было комфортнее, когда во время его подачи царила полнейшая тишина, вот он разозлился на тех двух девушек, которые просто хотели поддержать его. Шоё усмехнулся — Атсуму-сан был не таким уж вежливым, точно Кагеяма, говорящим прямо в лицо то, что думает. Вторая подача Мии попала в аут, и даже стоя на достаточном расстоянии от братьев Мия, Хината слышал, как Осаму — кажется — назвал брата «Лузером». Когда настала очередь Асахи-сана подавать, болельщики Инаризаки начали его освистывать. Шоё оглядел трибуны, на которых восседали болельщики Инаризаки, и, скрестив руки на груди, перенёс вес на свою правую ногу. Сейчас он мало чем может помочь, Асахи-сан должен сам справиться.

***

— Давай, Шоё! — Да! Тсукишима встал на подаче, когда Хината оказался впереди. Напротив него стоял Осаму — или Атсуму? Но это же Осаму, да? — и Шоё вздохнул, переглянувшись с Кагеямой. Волнения не было, было лишь желание играть. Вторые сильнейшие хотели их победить. Хината сглотнул от мысли о том, что когда он будет подавать, будет в каком-то смысле один против их всех. Ками, как же он рад, что оказался здесь. И, когда Кагеяма пасовал ему, Хината даже решил испробовать тот бум-прыжок, о котором рассказывал Кагеяма и вчера показал Хошиуми. У него было примерное представление, как это делается, поэтому заведя руки назад, Хината сконцентрировал прыжок в кончиках своих стоп, после чего взлетел. Он сам понял, что прыгнул выше обычного, заставив и Кагеяму удивлённо выдохнуть, моментально оглядываясь на него, да вот только... ...мяч перелетел над головой, так и не дождавшись удара, оставляя Карасуно ни с чем. Хината с моментальным осознанием приземлился на пол под удивлёнными взглядами блокирующих Инаризаки. Стыд от собственной глупости захватил его, и Хината, не зная, как смотреть в глаза кому-либо, закрыл лицо руками, наклонившись вперёд: — Я забыл пробить. — Не можешь делать два дела сразу, так не берись, болван! — моментально заорал Кагеяма, погружая Хинату в краску. — Ещё раз так сделаешь на матче, забудь о моих пасах, придурок безрукий! — Он сказал, что забыл пробить? — переспросил Аран, наблюдая за тем, как, схватившись за воротник Шоё, Кагеяма встряхивает его, пока тот что-то выкрикивал, пытаясь оправдаться. Даичи-сан оказался рядом с ними моментально, сначала пытаясь помягче остановить двух первогодок, после чего, не выдержав, крикнул на них в голос. — Да, — кивнул Суна, переместив одну руку на своё бедро. — Сказал. — Он на нас экспериментирует что ли? — удивлённо приподнял бровь Осаму, наблюдая за тем, как Даичи-сан ругает вмиг притихших первогодок. — Да не переживай так, — хором сказали Танака-сан и Атсуму, обращаясь к Шоё, когда Кагеяма и Хината, бросив друг в друга враждебные взгляды, встали на места. Рюноске с подозрением оглянулся на соперника, на что Мия лишь улыбнулся, будто бы это было самым обычным действием с его стороны. После случая, когда Хината чуть не врезался во второго номера Инаризаки, Кагеяма отбил от блока мяч, чтобы заполучить для Карасуно шанс, и тогда-то Шоё понял, что это идеальный момент для быстрой. Никто из Инаризаки даже двинуться не успел, когда Хината, разбежавшись, моментально оказался на другом конце поля, взлетая и выпрашивая у сеттера быструю атаку, которую получил сразу же. Тогда, находясь на вершине, Шоё отчётливо видел очертание лиц каждого игрока, со всей силой ударив по мячу и зарабатывая очко для Карасуно. И, приземляясь на пол, Хината выдохнул, ощущая на себе взгляды всех находящихся здесь людей. Они не были такими, как раньше, когда альфы и беты пожирали его взглядом, лишь потому что узнали, что он омега. Эти взгляды были другими, будто эти люди ощущали от него угрозу, и, честно говоря, Хинате это ощущение вполне себе нравилось. — Тендо-сан, Эйта-сан, — мысленно обратился к своим друзьям Хината, дав пять Кагеяме, когда тот вытянул руку. — Кажется, на национальных я кардинально поменяю мнение о себе. — Хо-о, — мысленно протянули Атсуму и Суна вместе, даже не догадываясь, как точно их мысли совпали. Миниатюрная фигура десятого в один миг начала внушать опасность, да и взгляд этого Шоё стал более острым. — Интересно.

***

— Эй, Саму. Осаму лизнул ложку, на которой осталось ещё немного пудинга, пытаясь сохранить сладкий вкус на языке ещё дольше. Они с Атсуму сидели на кухне, завтракая перед школой, не имея желания даже туда идти, хотя школьные оценки у них были более нормальными, достаточно, чтобы набрать проходной балл. — Чего тебе? — Как ты, — Атсуму сжал в руках стакан с соком. — Как ты относишься к омегам? Осаму приподнял голову и посмотрел на брата, не понимая суть этого вопроса, хотя Тсуму всегда было сложно понять. После недели в лагере юниоров Атсуму выглядел более задумчивым, чем обычно — хотя, честно говоря, Осаму раньше сомневался в том, что его брат умел думать. Серьёзно, этот парень говорит то, что взбредёт в голову, нередко получая из-за этого по голове. — Никак. — Что? — широко раскрыл глаза Атсуму, на что Осаму лишь закатил глаза: — Никак, — повторил он, приступая к следующему пудингу. — Омеги есть омеги, зачем относиться к ним по-особенному, если они такие же обычные, как и мы? — фыркнул Мия, попивая сок. — Если я и встречу омегу, то наверняка даже не буду обращать внимание, — улыбнулся он. — Так что не строй драму на пустом месте, Тсуму. — Никто тут ничего не строит, — фыркнул крашеный блондин, на что Осаму даже не стал отвечать. Атсуму после его слов выглядел ещё более напряжённым, чем раньше, и Осаму даже не хотел знать, о чём он думает. Осаму усмехнулся, наблюдая за тем, как после удачно проведенной атаки десятый номер с улыбкой даёт пять своему связующему. О Хинате ходило много слухов, и особенно среди них выделялся тот, в котором утверждали, что он является омегой. Мию это, честно говоря, даже не колышело, когда он об этом впервые услышал, но стоило ему увидеть этого парня вблизи, как всё завертелось с новой силой. Не думал Осаму, что заинтересуется человеком, когда он будет пить банановое молоко, но в тот момент ему казалось, что в Хинате было что-то такое, чего не было у других. Во время питья он будто бы наслаждался всем процессом, и этим чужим наслаждением не мог насытиться Осаму. Он действительно поступил тогда очень глупо, открыто пялясь на десятого, тем самым напугав его, но повторять свои ошибки он не намеревался. Омега он или нет — всё равно, Осаму хотелось поближе познакомиться с ним, хотя, по взглядам одиннадцатого и второго номера Карасуно, Мия понимал, что это будет не так легко. Пусть даже Шоё не замечал его взглядов — замечали остальные, и Осаму понимал, что в любой момент остальные игроки Карасуно служили щитом для рыжего. Никто не говорил, что будет легко, но и сдаваться никто не собирался. Из-за неудачного подброса Кагеяма еле сделал нормальную подачу, попав в сетку и заставив либеро принять. Мяч был неудачно принят, поэтому Хината прищурился, наблюдая за тем, как двигается основной сеттер Инаризаки. Он не смог сдержать поражённого вздоха, когда Атсуму-сан, сделав идеальный первый шаг — о котором ему рассказывал Кагеяма — так же идеально спасовал второму номеру. Этот сеттер был покруче Кагеямы, и Хината облизнулся, сосредоточено смотря на блондина. Хотелось бы ему пробить хоть один пас такого игрока. Болельщики Инаризаки пошли по другому плану, когда на подаче встал Танака-сан. Ритмичное постукивание болельщиков вызывало у других такую же реакцию, заставляя их думать, что они так поддерживают Карасуно, и Хината фыркнул, понимая, что какими бы они ни были, волнение в таких моментах было обычным явлением. Омега внутри Хинаты привычно завизжала, и Шоё, мигом поняв, что это опасность, отскочил в сторону, в следующий миг наблюдая за тем, как подача Танаки со всей силой ударяется в сетку, а мяч прилетает туда, где секундой ранее стоял он сам. Попала бы такая в голову, Хината наверняка бы сознание потерял. Даичи-сан рядом с ним мигом побледнел, подняв взгляд на Хинату, и Шоё, мысленно поблагодарив чутьё, оглянулся на такого же бледного Танаку. — П-Прости! Хината махнул рукой, мол всё в порядке, и улыбнулся, чтоб наверняка Танака-сан не заволновался ещё сильнее. Стоящие перед ним Осаму и Суна прищурились. Этот десятый никак не мог знать, что удар будет в его сторону, так какого чёрта он так легко уклонился? Что-то с ним определённо было не так.

***

Ритмичное постукивание барабанов заставило многих восхищённо смотреть на болельщиков Карасуно. Саэко — Сестрица! — пришла к ним на помощь с подкреплением, и сейчас слыша, как она со своей группой отбивает ритм, подбадривая их, Хината схватился за сердце от такого крутого зрелища. — Сейчас умру от крутости! — воскликнул он одновременно с Нишиноей, на что Даичи-сан с нечитаемым выражением лица лишь похлопал в ладоши: — Какая необычная причина. — Сестрица! — закричали Нишиноя и Хината, подняв руки высоко вверх и замахав. Они бы поближе подбежали к группе поддержке, но Асахи-сан схватил их за шиворот, потянув: — Ну-ну, сейчас у нас игра. Потом поздороваетесь. Неудивительно, что после такой поддержки они с Кагеямой идеально использовали странную быструю, зарабатывая очко. Во время подачи Хинаты Сестрица снова поддержала их, и слыша их мелодию, Шоё ощутил себя более... лучше, потому что знал, что даже если не умел делать силовую или планер, на этот раз подача у него выйдет намного лучше, чем раньше, и не ошибся, когда Аран принял её — он вывел из строя аса команды, а этого было более, чем достаточно. Правда вот потом, когда шестой номер атаковал, а Тсукишима заблокировал пути атаки, Хината успел встать под удар, но не успел принять правильную позу, хотя ему очень повезло, что мяч коснулся его ноги. Лицо мигом покраснело от такого глупого приёма, чем застал врасплох некоторых членов и своей, и другой команды, но всё же он не дал мячу упасть на пол, что было хорошо. — Это опять он?! — засмеялся кто-то из зрителей, и Хината сердито зыркнул, когда Тсукишима с улыбкой обернулся к нему, поспешив закрыть свой рот рукой. — Принимай уже руками! — Отличная позиция, Шоё! — заорал с места запасных игроков Нишиноя, вгоняя Шоё в краску. Хината сыграл отличную приманку при следующей атаке, открыв путь для Даичи-сана, в душе действительно веря в то, что Кагеяма спасует ему и они снова сделают задний минус, но этого не произошло. Правда, Инаризаки почти на него повелись, в последний миг всё же поняв обман, но не успев. По ощущениям Хинаты, ему действительно казалось, что пас идёт ему, но Кагеяма снова доказал свою гениальность и превосходство в волейболе, чему Хината действительно завидовал. — Дурак, — фыркнул Хината, идя обратно на место подачи. — Кагеяма, дурак. В подачах Атсуму, при помощи тренера Укая, они узнали одну вещь — по шагам можно было понять, какую он подачу хочет сделать. Сначала Нишиное не удалось принять планер, потому что верхние приемы у него всё ещё хромали, но следующую он принял. Неудачно, конечно, но всё же принял, вынуждая Танаку спасовать мяч Асахи. Тогда, стоя рядом с Даичи-саном, Хината вместе с Кагеямой вмиг ощутили что-то знакомое, наблюдая за движениями Атсуму, который возбуждённо улыбался, вставая под мяч. И это ощущение сразу прояснилось, когда близнецы Мия почти точно повторили их странную быструю, заставляя странный дуэт замереть от неожиданного поворота. Они после этого снова повторили этот свой трюк. И весьма удачно: спровоцировав Кагеяму с Хинатой, они так же удачно заблокировали уже их быструю. Шоё должен был ощутить обиду за это копирование, потому что без странной быстрой Кагеяма не считает его даже полноценным игроком, но обиды, как ни странно, не было. Было лишь какое-то чувство восхищения, понимания того, что Кагеяма не единственный такой гениальный сеттер, что есть ещё такие способные люди, и дальнейший волейбол Хинаты мог бы продолжаться и без Тобио. Их с Атсуму взгляды встретились, и Хината, как-то не заметив победоносную ухмылку Мии (— Ну же, Шоё-кун, — подумал в этот миг Атсуму, не сводя взгляда с десятого. — Что теперь будешь делать?), предвкушающе улыбнулся, чувствуя, что игра с Инаризаки действительно будет превосходной. Он на инстинктах почувствовал, как альфа вздрогнул всем телом, не ожидав такой реакции от него — точно так же, как на первой тренировке с Некома — и Хината выдохнул, прервав зрительный контакт, когда Укай-сан заговорил: — Хината, Кагеяма, сидеть! — Шоё с Тобио переглянулись, в непонимании посмотрев на Укая, который, кажется, неправильно понял их выражения лиц. — Не переживайте насчёт этого. — Да, я не переживаю, — пожал плечами Кагеяма, отчего Укай удивлённо кашлянул. — Это было потрясающе, — выдохнул Хината с улыбкой на лице, не замечая как взгляды Атсуму и Осаму на другой стороне поля, которые слышали их разговор от и до, расширились от удивления. — Правда? — кашлянул рядом Осаму, обращая внимания Кагеямы с Хинатой на себя. — Просто взглянув, вы повторили нашу коронную атаку, — хмыкнул Хината, переместив одну руку на бок. Осаму оживился — десятый, наконец, пошёл на контакт. — Не идеально, конечно, но для первого раза сойдёт, — с непоколебим лицом заявил Кагеяма, и Хината с нечитаемым лицом обернулся к нему, встретившись с ним взглядом сразу же. — Что? — Кагеяма-кун, ты всегда знаешь, что сказать в такие моменты, да? — с сарказмом заметил Хината, неосознанно повторив выражение лица Куроо, когда тот издевался над кем-то. — Забей, — махнул рукой Хината, когда Кагеяма в растерянности наклонил голову. Осаму вздохнул. Атсуму ощутил, как мурашки прошлись по коже, когда Хината, взлетев в воздух, при счёте 14:11 в пользу Инаризаки, и прицелившись в пальцы блокирующих, забил атаку, хотя эта его атака прилетела в аут. А потом, когда Тсукишима вышел вперёд, ему удалось заблокировать странную быструю близнецов, заслужив этим сердитый взгляд от Осаму. — Знаешь, — довольно громко обратился к Асахи Тсукишима, обернувшись к сэмпаю. — Всегда хотел его заблокировать. — Перестань уже так себя вести, — закатил глаза Хината, сидящий рядом с Укаем на скамейке, на что Тсукишима так по-детски показал язык, не обращая внимания каким усталым стало лицо Суны, наблюдавшего за ними. — Придурок, — тихо выдохнул Хината, не сдержав мягкой улыбки на лице.

***

— Этого десятого, — нахмурился Атсуму, наблюдая за тем, как Осаму поражённо смотрит на Хинату, который отвечал ему тем же. — Поставили против Саму, что ли? Честно говоря, Хината сам не ожидал, что сможет поставить зонный блок Осаму Мии, поэтому они оба выглядели слегка удивлёнными. Сзади Нишиноя-сан и Танака-сан кричали, радуясь успеху кохая, и Хината спиной ощущал прожигающий взгляд Тсукишимы — в каких бы отношениях они не состояли, они всё ещё являлись соперниками. — К-Кагеяма, — обернулся к связующему Хината, от волнение начав заикаться. — Т-ты это видел?! — Повезло, — пожал плечами Тобио. — Ты же сам удивился больше всех. — Если он действительно омега, — заговорил Кита, обращаясь к рядом стоящему товарищу. — Он ведь должен быть слабее альф или бет, не так ли? А Осаму у нас достаточно силен. — Намекаешь, что десятый может быть бетой? — Может быть, — пожал плечами Кита. Принятый Даичи-саном мяч неудачно отлетел в сторону, а Нишиноя-сан, попытавшись спасти мяч, случайно отправил его прямо над сеткой, и поняв, что придётся пойти на одиночную атаку, Хината с Осаму одновременно прыгнули, пытаясь толкнуть мяч на сторону соперника. Осаму, конечно же, удивился высокому прыжку десятого, но поборовшись за мяч, он почти что с лёгкостью протолкнул мяч в сторону Карасуно, получив за это очко для своей команды. — Надо же, — удивлённо выдохнул Осаму, смотря на Хинату, который закусил губу, поняв, что альфа перед ним сейчас был сильнее. — Это оказалось проще, чем я думал. Будто малое дитя сражается со взрослым, чёрт возьми. Самый низкий атакующий на этом национальном, да ещё омега, чёрт, конечно же, он будет слабее братьев Мия, что он ещё ожидал?! — Не отлынивай, Саму! — заорал Атсуму после того, как Хината принял мяч и пасовал в сторону Танаки, потому что Азумане не мог пробить блок. Рюноске пробил, даже не взглянув на блокирующих Инаризаки, которые просто напросто не успели до него дотянуться. — Я не отлыниваю! — Хорош врать! — заорал Атсуму, в следующую секунду попытавшись подражать собственному брату. — «Ладненько, притворюсь приманкой». Кто на такое поведётся, дурень?! — Заткнись ты! — лицо Хинаты на миг стало нечитаемым. Так вот как примерно выглядят их отношения с Кагеямой. — Не могу же я пробивать каждый мяч со всей дури! — Раз надо пробить, соберись с силами! — ответно заорал Ацуму, в следующую секунду указав на Хинату. — Ты что, испугался такого мелкого блокирующего?! — Хо-о? — мрачно подумал про себя Хината. — Мелкий значит. — Да кто же его испугается-то?! — указал на Хинату уже Осаму. — Он же чертовски милый! — заорал он в следующую секунду, и после этого наступила оглушающая тишина среди двух команд. Лицо Осаму начало постепенно принимать красный оттенок, и мысленно он начал кричать, понимая, какую глупость только что он натворил. Атсуму сам выглядел удивлённым внезапным порывом своего брата к комплиментам, пока остальная часть Инаризаки с каменными лицами смотрели на Осаму. И тут внезапно Хината фыркнул от смеха, отвернувшись в сторону и прикрыв рот рукой. Братья перевели на него взгляд одновременно, не зная как отреагировать уже на это. Конечно, Хината не был в восторге от своих так называемых «поклонников», но этот случай побил все ожидания. Это было даже мило. — А, эм, — проглотил все свои слова Осаму, когда Хината снова обернулся к нему, не скрывая на своём лице улыбку. Танака-сан сзади него, откинув голову назад и придавая себе более ужасающий вид, провёл большим пальцем по своей шее, смотря прямо на Мию, на что последний даже внимания не обратил. — Спасибо, конечно, — хихикнул Шоё, наблюдая за тем, как щёки Осаму снова принимают красный оттенок. — Но это уже слишком, не находите? — П-прости. Кагеяма готовился к подаче, не сводя взгляда с Осаму, который всё ещё выглядел подавленно после своей выходки. Хината бросив взгляд в сторону связующего, закрыл свой затылок рукой и сосредоточенно начал вспоминать всех блокирующих. Мия-сан сказал, что он вовсе не страшный, а милый, и, чёрт бы побрал эту омежью сущность, надо было вспоминать всех блокирующих, которые более или менее внушали ужас. Первым делом вспомнились Аонэ с Футакучи, но Хината не был таким огромным и мощным, да и его уровень не дотягивал до блоков Датэко, плюс они всегда вставали на блоке по двое или ещё больше, поэтому надо другое. Чей же блок был самым неприятным один на один? Тендо-сан? Нет, он действовал интуитивно, да и не раз ошибался на матче с ними, а сейчас Хинате нужно было внушать ужас Осаму. Тетсу? Ками, Тетсуро пусть и хорошо блокировал, но сам по себе он был страшным, да ещё любил побесить своих соперников, играя на их эмоциях, точно так же, как и Кей. Чей же блок был самым неприятным для него? В голове появлялись образы блокирующих, которые когда-либо встречались ему. Вспоминались абсолютно все: от первого тренировочного матча с АобаДжосай до... Помнится, на последнем матче с АобаДжосай, когда появился Свирепый Пёс-чан, Матсу-чан напугал самого Хинату блоком. — Матсукава-сан! — озарило Хинату в один миг, когда подачу Кагеямы принял одиннадцатый номер. — Точно ведь! Хината знал, что пас отдадут Осаму, поэтому не стоило особого труда вырасти перед Мией, заставив того оторопело выдохнуть. Он ведь не пробьёт во вход. Он сюда не может. Осаму, как и планировалось, атаковал в линию, где его уже поджидал Нишиноя-сан. Пользуясь тем, что Хината затерялся среди своих, Кагеяма пасовал Даичи-сану, который с лёгкой руки Шоё смог пробить. — Хината, — позвал Нишиноя, бросив острый взгляд в сторону Осаму, пока тот продолжал следить за десятым. На миг от вроде бы милого парня Осаму почувствовал настоящую угрозу. — Ты ведь это специально, да? — Самый ненавистный мне блок, — устало вздохнул Хината, заставив Нишиною удивлённо приподнять бровь. — Блок Матсу-чана. — Чего? — Не обращайте внимание, — неловко улыбнулся Хината. — В общем, так держать! — Спасибо! Был случай, когда Кагеяма сумел пробить тройной блок Инаризаки, а потом Хината из-за неудачно принятого паса Танаки-сана вынужден был отдать мяч Асахи-сану, что получилось у него очень даже неплохо. И, когда Хината на подаче поменялся с Ямагучи, Шоё будто бы всё ещё находился на поле, мысленно рассчитывая тот или иной путь, готовый использовать его в реальности. Правда только, стоило послышаться свистку, как кожей он ощутил волнение Ямагучи, поэтому сосредоточиться на игре дальше не получилось. Тадаши паниковал. Это было заметно, и Хината честно не понимал, чего он так внезапно. Пальцы беты сжимали мяч в руках, а восемь секунд — ограниченное время. Нужно было использовать запах, чтобы успокоить его. Конечно, беты не чувствовали его запаха, но если он сможет выпустить достаточное количество природной малины, Тадаши должен хоть немного, но почувствовать его. Он сможет его успокоить, поэтому... — Только посмей, — сжал его локоть Сугавара, и Хината дёрнул рукой, пытаясь скинуть руку сэмпая. — Но Тадаши же! — Рисковать ради одного очка не стоит, Шоё, — нахмурился Коуши, взглядом указав на табло. Хината проследил за его взглядом, приметив, что счёт у них уже был 22:22. Равное количество очков. — Ямагучи справится, верь в него. — Но- — Разве ты не видел его тренировки? — наклонил голову на правый бок Коуши, скрестив руки на груди. — Он всегда старается стать сильнее. И сейчас ты должен в него поверить. Омеги ведь могут поддерживать и без запаха, — подмигнул он рыжему, и Хината вздохнул, возвращая свой взгляд на Тадаши, который в один миг успокоился. От него как и прежде повеяло спокойствием, и Шоё вздохнул — Сугавара-сан был прав, Тадаши сильный человек, его так просто не сломить.

***

Мощный удар Арана обрушился на Хинату с такой силой, что ему пришлось отступить назад, чтобы сбалансировать удар и идеально передать сеттеру. Тсукишима, конечно, повёлся на обманку Осаму — сам Хината тоже думал, что пробьёт-то он, ведь основной сеттер данной команды был именно Атсуму — который спасовал в сторону Оджиро. Пас был немного низким, и Аран-сан из-за усталости справился с этим как мог, но Хината знал и понимал, что удар пройдёт в его сторону, поэтому на этот раз он сумел встать в нужную позицию под нужным углом, и смог-таки принять атаку самого сильнейшего из Инаризаки. Сердце в груди забилось быстрее, и сзади болельщики уже самих Карасуно заорали в голос, и Хината ощущал себя так, будто его голову окунули в воду и он еле слышал голоса ребят. Он, чёрт возьми, наконец-то, принял! В голове пронеслись всё слова от своих же соперников, которые не видели в нём ничего без Кагеямы, и сердце в груди забилось ещё быстрее, напоминая, что Хината забрался ещё выше. — Отличный, — выдохнул впереди Кагеяма, смотря только на мяч, и Хината отчётливо видел как поднимаются руки связующего для паса. — Приём. Очнулся Хината сразу же, затерявшись в синхронной атаке и сыграв хоть какую-то приманку для атаки Асахи, которую сразу же принял Атсуму-сан. Уже не впервой, но, чёрт, как же обидно было за Асахи, да ещё противник атаковал так сильно по тройному блоку, что мяч отлетел назад. Чувство дежавю появилось сразу же, когда краем глаза Хината увидел неподдельный ужас на лицах Кея и Асахи-сана, но он, чёрт возьми, мог принять, и принял ведь, со скоростью оказавшись под мячом и прыгнув, чтобы вернуть мяч обратно на поле. — Ка-а-гея-я-яма-а! — заорал Хината, с такой же скоростью возвращаясь обратно, сыграв полноценную роль приманки, заставив каждого игрока Инаризаки смотреть только на него. Пусть он милый, по словам одиннадцатого, пусть он слабый, по мнению Атсуму, пусть он чёртов омега, которых большинство считает слабым звеном, но сейчас он являлся Хинатой Шоё — десятым игроком Карасуно, центральным блокирующим, который должен уметь не только атаковать, но и принимать и блокировать. И плевать было на всех, кто как думал — лицо Хинаты в этот миг стало звериным, и аура от него исходила соответственная — он сегодня ни за что не прогнётся под этой тяжестью. — Не отвлекаться! — заорал пятый номер, и Суна в последний миг среагировал на пас Кагеямы, направленный Танаке, который не смог принять Аран, но смог спасти их либеро, дотянувшись ногой. Атсуму взял на себя третье касание, а мяч, случайно коснувшись сетки, легко перекатился на сторону Карасуно, который не успели дотянуться до него, потому что отошли на слишком далёкое расстояние. От Карасуно повеяло холодом, и было видно, как тяжело они ступали в сторону своего тренера, который вынужден был взять тайм-аут, поняв, что тут без него никак. Осаму и Атсуму переглянулись, смотря на то, как выдохнул Хината, соединив между собой руки и уткнувшись в них лбом. Чёрт возьми, он только что принял удар аса команды Инаризаки. — Эмоциональную стабильность Карасуно пусть и поддерживает этот пятый номер, — нахмурился Атсуму, наблюдая за тем, как Хината, буквально светясь от восторга, последним направляется к своим. — Но у них так же есть и Шоё-кун, а ему, кажется, плевать на то, что сейчас мы получили очко. Думаю, этот момент для них будет мимолётным. — Тц, — цыкнул Суна. — От омег только одни проблемы. — Откуда ты вообще знаешь, что он омега? — фыркнул Атсуму, усаживаясь на скамейку. — Он посильнее их будет. Кажется, он действительно бета. — Тогда Осаму только что стал геем. — Заткнись, — фыркнул Осаму, на что Суна хмыкнул от смеха. Стоило Мие усесться рядом с братом, как в этот миг послышался звонкий смех, и Осаму сразу же перевёл взгляд в сторону Карасуно, заметив рыжего, который указывал в сторону поля и ярко улыбался. Щёки снова покраснели от такого зрелища и Осаму приоткрыл рот — этот момент был даже лучше того момента, когда Хината впервые попробовал банановое молоко. — Как... — ...красиво, — выдохнул рядом Атсуму. Суна поднёс к губам свою бутылку, не сводя взгляда с десятого, вслед за которым засмеялись остальные ребята из Карасуно. Вот уж точно, солнце в виде человека. ...Почему сердце так бешено стучит?.. В этом матче, когда они играли третий сет, не уступая друг другу, играя в долгий розыгрыш, Хината замечал, что и Карасуно, и Инаризаки выкладывались по полной. Каждой частичкой своего тела омега ощущал, как от игроков обеих команд исходит напряжение, и даже если некоторые находились не на поле, они орали, поддерживая свою команду. Хината слышал, как кричал он сам и ребята позади него, когда Танака-сан, почти сравниваясь с силой Бокуто-сана, забивал очки. Хината чувствовал, как напрягается каждая мышца Кагеямы рядом с ним и от этого напрягался он сам. Он видел, как соперники перед ними начинают возбуждаться от этой игры, готовые вырвать эту победу хоть зубами. Он будто бы растворялся в этом моменте, ощущая всё, что происходило на этом поле и это чувство ему нравилось. И пусть Хинате казалось, что он вовсе не выделяется из своей команды, это было не так. Он сам даже не подозревал, что из-за него Кагеяма напрягался, не желая проигрывать кому-то, вроде него, что соперники сейчас чувствовали — пусть даже сильнейшие атаки были со стороны Асахи-сана и Танака-сана — опасность от него, что даже Тсукишима шёл вперёд из-за ауры своего омеги. Вокруг Шоё всё приходило в движение, только из-за него, и Хината даже не догадывался, что в этот момент многим он казался самым что есть настоящим монстром. Это ощущение давало какой-то контроль над своими чувствами, и Хината, видя, что Кагеяма может спасовать ему, прыгнул ради атаки, игнорируя блок Суны перед Кагеямой, чтобы исключить возможность сброса. И то, что Кагеяма не хочет проигрывать ему — вот ему, омеге, который никогда не выбирал лёгкий путь — заставляло Тобио двигаться вперёд, и хоть одной рукой спасовать одному идиоту, только вот... Мяч, только коснувшись его пальцев, неудачно полетел вниз на поле Карасуно, и Кагеяма скрипнул зубами. И пусть даже тут его прикрыл Хината, ногой отбив мяч в сторону Инаризаки и тем самым застав врасплох соперников, Кагеяма чувствовал себя поражённым. От Хинаты исходила пугающая аура, и от этого альфа внутри Кагеямы приходила и в ужас, и в восторг. На лице сияла пугающая и напряжённая улыбка, когда Кагеяма обернулся к Хинате, который от радости орал на весь спортзал вместе с болельщиками Карасуно, подняв обе руки вверх. — Пожалуйся ты хоть! Атсуму с нескрываемым любопытством наблюдал за Хинатой, от которого прям ощущалось желание играть. Самый настоящий монстр, который заставлял и своих соперников следовать за собой, и Атсуму был уверен, что не только он, но и каждый из его сокомандников чувствовал это пугающее чувство начинающегося голода внутри. Прав был Осаму, когда говорил, что этот Шоё интересная персона. На лице Шоё появилась широкая ухмылка, зрачки сузились, придавая более звериный вид. Аран вздрогнул всем телом, впервые ощутив от такого, казалось бы, маленького человека такую страшную ауру. Пятый номер отступил на шаг, хоть и Хината не смотрел на него, и либеро их команды сглотнул, не зная как реагировать в этой ситуации. Как вообще появились слухи о десятом, если он был точь-в-точь как альфа!? Нишиноя и Танака переглянулись, осознавая, что не только соперники могут вызывать напряжение. Хоть Хината и являлся омегой, но он был — по крайней мере, для них — сильнейшим среди своих, и отрицать этого никто не мог. Асахи-сан напряжённо уставился на Шоё — похоже, он знал, ещё с самого начала, как только впервые увидел Шоё на пороге своего класса, что после Танаки асом Карасуно станет именно Шоё. — Пасуй мне, — выдохнул Хината, напрягая своими словами Кагеяму. — Снова. Не только соперники заставляют играть на пределе сил — и это Хината доказал только что. Шоё ощутил, как внутри омега заурчала, почувствовав какое-то тёплое чувство от Атсуму-сана, стоящего позади него. — Эй, — обратился ко всем игрокам Укай, когда команда была слишком напряжена, пока казалось, что от Шоё исходил самый настоящий свет. Прямо воплощения солнца. — Нам чудеса не нужны. Даичи удивлённо приподнял брови, после чего рассмеялся, в один миг поняв, что сам попал под влияния Хинаты, который с улыбкой на лице обернулся на него, будто бы понял, что именно он тянул команду к высоте: — У нас каждый раз одно и то же! — Тц, — фыркнули одновременно Суна и Тсукишима, но взгляда от Шоё отводить не спешили. Рядом с таким омегой чудеса только и случались. Когда подачу Атсуму принял Даичи-сан, Хината неожиданно для всех потребовал мяч, прыгнув раньше всех и застав врасплох Суну, который стоял прямо перед ним. Было видно, как его лицо вмиг нахмурилось — Серьёзно? Сейчас? — и времени не хватало, чтобы дотянуться до атаки десятого, когда тот с широкой, почти что безумной улыбкой забил полученный сразу же мяч. — Ха! — хохотнул Атсуму, потрепав свои волосы и с широкой ухмылкой смотря на орущую тройку Карасуно. Пятый и либеро команды буквально за секунду оказались рядом с десятым, от которого за километр веяло опасностью. — Да он настоящий безумец! Тобио-кун, мне даже жалко тебя. — Эй, ты чего? — испуганно икнул Хината, когда рядом с ним оказался Кагеяма с победной улыбкой на лице. — Не смотри на меня так! Забил-то всё равно я. — Отличный удар. — Не с таким лицом, Бакагеяма! Хината и Тсукишима обменялись напряжёнными взглядами, когда Кей вышел вперёд, а Хината оказался на подаче. В начале, когда они только познакомились, Кей даже не думал, что в будущем он станет альфой этого чудака-омеги, аура которого с каждой игрой будет становиться всё сильнее и сильнее, в конечном итоге заставляя немало альф шарахаться от него. Сейчас солнцем в этом матче — впрочем, как и всегда — был Хината, соответствуя своей фамилии, и Тсукишима вовсе не был против, чтобы быть его луной. Солнце, что освещает ему дорогу и ведёт за ручку вперёд. Тсукишиме даже не нужно было оборачиваться, чтобы почувствовать присутствие Хинаты, и даже если свет, исходящий от него, исчезнет в один день, Тсукишима очень сильно хотел верить, что Шоё всегда будет стоять позади него, оказывая поддержку и подталкивая вперёд. ...поэтому сейчас, когда он оставлял специальный проход для Суны, который умел спокойно обходить блоки, разворачиваясь всем корпусом, Тсукишима мысленно надеялся, верил, что Шоё будет там. Обернувшись назад, краем глаза видя, как Хината встаёт в идеальную позицию и принимает атаку этого десятого Инаризаки, Тсукишима почувствовал, как его сердце начало стучать быстрее. Он невольно вспомнил, как так же поддерживал Шоё на последнем матче с АобаДжосай, когда атаку Шоё снова заблокировали, и тот не мог самостоятельно вырваться из оков страха. — Не знаю, что ты там надумать себе успел, — хмыкнул в голове голос Куроо, когда они находились в доме Шоё, разговаривая между собой. Тогда Шоё отсутствовал из-за вкусняшек, а Куроо выбирал фильм для просмотра. — Но ты верь Шоё, хорошо? Каким бы он балбесом ни был, он остаётся верным и на предательство точно уж не способен. Тсукишима шикнул, приземлившись на пол. Чёрт возьми, как же ему чертовски повезло, что Хината выбрал его в качестве своего альфы!

***

Он знал это, Хината знал это с самого начала, как увидел игру Тсукишимы, но каждый раз не мог не признаваться себе, что Тсукишима действительно был очень крутым блокирующим. Они встречались меньше месяца, но такое доверие от Кея он чувствовал впервые, поэтому он не мог позволить себе расслабиться, прикрывая своего парня и принимая атаку Суны, который сощурился от раздражения. Он успевал встать в идеальную позу, уже не так сосредоточенно следя за разножкой. Тсукишима, наконец, смог довериться ему, поэтому Хината не мог просто так взять и выкинуть это доверие куда подальше. Сущность внутри, наконец, заткнулась, перестав визжать при каждом сильном ударе соперника, и Хината смог сосредоточиться на игре. Он был готов, когда Тсукишима, немного опоздав, сделал касание атаке Инаризаки, с лёгкостью вернув мяч в игру. Он был готов сыграть приманку для Асахи-сана, который так же не смел сбросить с себя их надежды. Он был готов ко всему, но когда все заорали, получив матч-поинт и не сдержав радости, Хината не ожидал того, что Тсукишима не сдержит свои эмоции. Объятия Тсукишимы всегда были осторожными и аккуратными, но он всегда сжимал его так крепко, заставляя сразу понять, что так просто он его не отпустит. Это было лучше, чем поцелуи на публике, особенно на матче, где их снимали, но даже если это были простые объятия, Тсукишима в кадре всегда раскрывал себя лишь наполовину, но на этот раз что-то искреннее было в его действиях. Как тогда, на матче Шираторизавы, когда он впервые полностью заблокировал атаку Ушиджимы-сана. Как тогда, когда Хината предложил ему встречаться на остановке, после лагеря. — Я так рад, — прошептал ему на ухо Тсукишима, и из-за шума вокруг это слышал только Хината. Обняв своего парня ещё крепче, Шоё широко улыбнулся, чувствуя запах родной клубники. — Я, чёрт возьми, так рад. — Эй! — прервал их идиллию чей-то голос, и Тсукишима оторвался от Хинаты, обернувшись на позвавшего. Шоё в удивлении приподнял бровь, когда понял, что этот голос принадлежал Суне, пока сокомандники Карасуно продолжали кричать, радуясь раньше времени. — Вы ещё не победили, чего так эмоционально реагируете? — И надо было тебе вмешиваться? — недовольно прищурился Тсукишима, и Хината, закатив глаза, толкнул его в сторону, намекая, чтобы альфа шёл на своё место. — Иди уже, — улыбнулся Шоё, когда Кей недовольно на него обернулся, а ребята начали успокаиваться, не без помощи Даичи-сана, конечно. — Он прав, мы ещё не победили. И Инаризаки, и Карасуно не давали друг другу шанса, а зрители вокруг них всё собирались и собирались, на что им было крайне фиолетово. Игра набирала обороты и счёт уже давно ушёл за тридцать. Ноги гудели, тело требовало отдыха, но они всё продолжали и продолжали играть, пока в какой-то миг Тсукишима не решил сделать более слабую подачу, чтобы Инаризаки было трудно принять. Всё завертелось с новой силой: Хината напряжённо следил за тем, как Аран успевает принять подачу Тсукишимы, и Инаризаки вынуждены были вернуть Карасуно шанс-болл, который они с Кагеямой решили использовать для странной быстрой, правда, их либеро успел среагировать и принять атаку. Дыхания не хватало, горло сжималось от нехватки воздуха, нужно было быстрее забить, чтобы соперникам было труднее. Всего одно очко, они не могли так просто упустить это. Где-то в стороне слышались возгласы Укая, который пытался призвать их к спокойствию. Они не должны были пропустить мяч, когда прыгали ради блока, они должны двигаться быстрее, они должны забить, чтобы прийти к победе. Карасуно так просто не отдадут победу, а иначе все их старания просто коту под хвост. Надо быстрее, надо сильнее, надо, только надо... — Принимаю! — заорал Хината, неожиданно вырвав всех из темноты глубин и подарив глоток воздуха длинной доводкой, заставляя тела и разум товарищей успокоиться хоть на немного. Шоё демонстративно вдохнул воздуха, с улыбкой продолжая смотреть на мяч, одним своим движением будто бы говоря, чтобы они просто расслабились. — Вот же чёрт, — вслух выругался Атсуму. — Он должен стать профессионалом! — Не время для этого, Тсуму! В синхронной атаке мяч был отдан Танаке, которого быстро заблокировали. Кагеяма успел дотянуться, спасая мяч, но случайно отправил на заднюю линию, где уже Тсукишима попытался его спасти. Блондин дотянулся до мяча пальцами, но не смог даже и на сантиметр отправить обратно на поле, и казалось бы, что шанс упущен, как тут же появился Даичи-сан, отправивший мяч обратно к Инаризаки, дав им шанс-болл. Тогда Хинате с Кагеямой не нужны были никакие переглядывания, слова, они просто знали, что сейчас будет. Инстинкт, видение, да что угодно, называйте как хотите, но подбегая на то место, где прыгал Осаму, они с Кагеямой просто знали, что сейчас будет странная быстрая близнецов. Он чувствовал небывалую поддержку и опору от Кагеямы рядом, и старался давать ему такое же чувство сохранённости, и когда они вместе, соприкоснувшись ладонями, заблокировали быструю атаку с задней линии, Хината ощутил, как эйфория от радости накрывает его с головой. От усталости они с Кагеямой сразу рухнули на пол, наблюдая за тем, как двое игроков бегут за мячом, который, казалось бы, медленно коснулся пола, передавая очко Карасуно. Послышался свист, оповещающий об окончании матча победой Карасуно, и Хината тяжело задышал, поняв, что затаил дыхание. Они с Кагеямой переглянулись одновременно. Напряжение, наконец, ушло, оставляя после себя только усталость, и Хината первым захохотал в голос, впервые слыша, как Кагеяма смеётся так искреннее. Пот стекал по коже, было неприятно, но, чёрт, они победили Инаризаки, и это того стоило! — Чёрт побери! — заорал Сугавара-сан, когда на них всей кучей навалились ребята, кто где прижимая к себе. Хината удивлённо выдохнул, не ожидав такого, и они с Кагеямой поражённо вздохнули, когда прижимая к своей груди обоих своих кохаев, Сугавара закричал снова: — Да что ж вы двое творите, а?! Чтоб вас обоих! Все тогда точно удивились, но Карасуно только этого и ждали — в ту заветную долю секунды только эти двое уверенно среагировали на точно рассчитанную атаку близнецов с задней линии. Скорость — это оружие, и оружие сильное, привлекательное, эффектное, и Кагеяма с Хинатой чуть лучше других знают, что и на это оружие бывает ответ. Тсукишима усмехнулся, слыша как рядом рыдает Ямагучи, наблюдая за тем, как Хината хохочет, когда ребята всей толпой наваливаются на них с новой силой. Иногда он действительно завидовал Кагеяме. Чувствует же, что Тобио с Шоё связаны, пусть даже сейчас не понимают этого в полной мере. Они с Куроо на шаг отстали от Кагеямы ещё с самого начала, хотя это не означало, что они так просто отпустят Шоё. — Шоё-кун! Хината, устало обернувшись, увидел двух братьев-близнецов. Кагеяма рядом даже не двинулся с места, сверля взглядом позвавшего, и наблюдая за тем, как глаза Осаму заинтересовано блеснули, пока Атсуму уверенно смотрел в глаза Шоё. В этом, честно говоря, не было ничего странного — Атсуму действительно заинтересовался Шоё, и пропустить такого игрока мимо себя он не мог, да ещё он что-то слишком сильно начал нервничать под взглядом десятого. Напрягало лишь одно: Атсуму-сан, который только сегодня впервые заговорил с Шоё, назвал его по имени. В Японии только близких себе людей называли по именам, а тут так смело и прямо, да и кажется, что сам Хината не обращал на это должного внимания. Кагеяма нахмурился сильнее, пока Хината перед ним склонил голову к правому боку, одним своим движением спрашивая, что вообще этим двоим от него надо. — Шоё-кун, — мигом оживился Атсуму, вырвавшись вперёд и оказавшись прямо перед Хинатой так близко, что Шоё пришлось даже отступить на шаг. Свою оплошность Мия понял сразу же и, покраснев на немного, отвёл взгляд, тоже отступив на шаг. — Да? — В один прекрасный день я сделаю тебе пас, — указал на него Атсуму, и Хината заинтересовано склонил голову набок. Что он под этим имеет в виду? — И сделаю тебя моим атакующим, — он широко улыбнулся, и Хината шокировано приподнял брови, пока в какой-то миг он не подумал, что это было как-то похоже на предложение. — Что за ерунду ты несёшь?! — в один миг появился рядом с Атсуму Осаму, и Хината мигом покраснел под непонимающий взгляд блондина, отойдя на шаг от почти что незнакомца. — Ха? А что не так? — Ты же ему предложение сделал! — Так, это действительно было предложение?! — мысленно закричал Хината, испуганно икнув, когда Осаму взял его за руки, прижав к своей груди, отчего Шоё покраснел ещё сильнее, пока сзади одиннадцатого номера Инаризаки ошарашено смотрел Атсуму. — Откажи ему! — решительно сказал Осаму. — Я стану более хорошим мужем для тебя. — Эй, не торопи ты события! — очнулся Атсуму, схватившись за правую руку Шоё и вырвав его из захвата собственного брата. — Шоё-кун, я смогу позаботиться о тебе лучше, чем он! — А! — выдал из себя какой-то звук Хината, попытавшись вырвать свои руки, но захваты этих двоих были невообразимо сильными. — Э?! — Атсуму! Осаму! — стукнул их по головам Аран, внезапно появившись сзади близнецов. Хината встретился со взглядом Кагеямы, который подбегал к нему, как раз-таки позвав на помощь одного из товарищей Инаризаки. — Вы что к нему прицепились, идиоты?! Прости, пожалуйста, — Аран поклонился перед Шоё, на что тот замахал рукой, поразившись тому, какими послушными стали эти двое, когда Оджиро взял их за шкирки, как котят каких-то. — Прости, — появился перед Хинатой уже Кита. Шоё попытался улыбнуться, мол всё в порядке, но из-за неожиданного предложения он, кажется, забыл даже как говорить. — Они не со зла, просто ты явно им очень понравился. — А, — снова выдал из себя Хината, чувствуя, как краснеют щёки. — С-спасибо. Я... мы, — схватив за запястье наблюдавшего за этим Кагеяму, Хината попытался выдать из себя улыбку. — Мы пойдём. Спасибо за игру! — и быстро поклонившись, утащил товарища в сторону ребят, которые только их ждали перед болельщиками. — Что они говорили? — поинтересовался Тсукишима, когда Хината встал на своё место, вздохнув полной грудью. — Я сам не понял, — честно признался Шоё. Тсукишима бросил взгляд в сторону омеги, но говорить ничего не стал, всё равно как отдохнёт, расскажет всё. Они сейчас просто устали от такой игры и, честно признаться, Тсукишиме даже нравилась эта усталость. — Я его первым заметил, — фыркнул Осаму, толкнув брата в сторону, на что тот лишь показал язык, пока Аран и Кита шли рядом с ними, изредка переглядываясь. — Зачем ты ему вообще предложение сделал, придурок?! Я хотел нормально с ним познакомиться. — Ты бы тоже так сделал! — В отличие от тебя, у меня есть чувство такта! — Ничего у тебя нет. Надо действовать сразу, чтобы потом не жалеть, Саму-дурак! — Сам ты дурак! — Да пошёл ты! — Надо же этим двоим одним парнем заинтересоваться, — тяжело вздохнул Аран, на что Кита лишь кивнул головой, бросив взгляд в сторону своего друга и не обращая внимания, как братья дерутся между собой. Наверняка Шоё-кун их долго не забудет, хотя из-за этих двух — Кита улыбнулся уголками губ — Шоё будет вспоминать о их команде чаще. Интересный всё-таки получился матч, да, Шоё-кун?