Борьба за солнышко

— Будто ты не слышал об этом десятом... Хината остановился около входа в туалет. Ребята всё ещё находились в раздевалке, сонные и уставшие, поэтому он решил сам сходить в уборную. Матч задался жаркий, поэтому было неудивительно, что многие устали, хотя Шоё после этого чувствовал себя ещё более энергичным. Наверное, именно из-за этого состояния он решил послушать слухи о себе самом же. Из туалета голоса доносились отчётливо, поэтому, удобно устроившись около стены, привалившись к холодному мрамору спиной, Хината скрестил руки на груди, закрыв глаза для лучшей прослушки. Повезло, что в это время людей было мало — оно неудивительно, ведь они вошли в топ-16 школ на этом национальном, и людей, соответственно, поэтому было мало. Все хотели с новыми силами следить за будущими звёздами волейбола. — Говорят, что он с девятым встречается. Кагеямой, кажется. Носит его вещи и даже метку. — Кагеяма ведь сам по себе страшный. Ощущение такое, будто тронь кто-то десятого — он его в клочья разорвёт. — Разорвёт. Ты видел его орлиный взгляд? Он же любого уничтожить готов. — Ну и страшные первогодки пошли. — И не говори. Хината приоткрыл глаза, почувствовав на себе взгляд. Повернув голову, он сразу же встретился со взглядом Хошиуми, который заинтересованно склонил голову к правому плечу. На этот раз второгодка был один, да и одет был в уличную одежду. Хината улыбнулся, поднеся указательный палец к губам и заговорщицки шикнув, призывая беловолосого к тишине. Коурай подошёл к нему сразу же, старательно ведя себя тише обычного, за что Хината был ему благодарен. Вернув руку обратно к груди, Шоё снова вернулся в изначальную позу, прислушиваясь к словам сплетников — было всё же интересно узнать, что именно о нём говорят. — Из-за этого десятого все будто бы с ума посходили. Помнишь, я тебе рассказывал про капитана Некомы? Так вот, этот парень полез в драку именно из-за десятого. — От омег одни проблемы. — И не говори. Что ж, примерно можно было ожидать такое. Куроо уже не раз рассказывал ему о том, что пару раз полез в драку, когда слухи начали только распространяться. Многие винят в своих бедах именно слабых, и Хинате это было известно с самого детства. — И всё же, интересно, а он действительно с Кагеямой встречается? — Наверное, под каждого альфу лезть готов, чтобы выпросить защиту. Омеги, они же бесполезны. Не понимаю я людей, которые пытаются их защитить. — Ты бы поосторожнее со словами. То, что они родились омегами, не значит, что они должны раздвигать ноги перед каждым альфой. — Хо-о, так ты их защитник что ли? Не ожидал, не ожидал. Тц, вот же чёрт. Хината, не сдержавшись, хмыкнул, намеренно делая вид, что расслаблен. Некоторые альфы так и хотят, чтобы им врезали. Хошиуми рядом молчал, поэтому Хината не спешил что-либо говорить. Пусть думает, что хочет, главное, что Шоё выбрал его в качестве соперника в волейболе, а в остальном было плевать. Коурай тоже альфа, и возможно он тоже мог думать об омегах в таком ключе. — Так, ты… — осторожно начал Хошуими, понизив голос до шёпота, чтобы сплетники не услышали. Хината приоткрыл глаза, посмотрев в сторону альфы и заставив того вздрогнуть. Наверное, с его лицом было что-то не так, судя по реакции Хошиуми. — Зачем ты вообще подслушиваешь? Слухи остаются слухами. Я думал, тебе плевать на них. — Да так, интересно, — пожал плечами Хината. — Из-за этих слухов мне даже пришлось одолжить одежду у Кагеямы, — Хината оттянул воротник явно большой мастерки. - Возможно, я смогу их даже использовать в свою пользу. — Ты бета или омега? — задал интересующий вопрос Хошуими, и Хината, быстро бросив взгляд в его сторону, без колебаний ответил: — Бета. — О, ясно, — серьёзно кивнул головой беловолосый. — А как же вообще слухи появились, если ты бета? — Это, — Хината немного заколебался. — Долгая история. Не думаю, что Вам захочется слушать её до конца. — Я хочу, — твёрдо заявил Хошиуми, и Хината, немного удивившись такому уверенному тону, точно посмотрел в глаза старшего. — Я сейчас свободен, — добавил он. Хината хихикнул, отлипая от стены и с улыбкой посмотрев на аса Комомедай. — Для начала можете ответить на один вопрос? — склонил голову вправо Хината, дождавшись кивка со стороны второгодки. — Как Вы вообще относитесь к омегам? Только честно. Между ними наступила тишина, явно застав врасплох Хошуими. Хината прикрыл глаза — он так и знал. Пусть Хошиуми-сан играл хорошо, но он не сможет принять то, что он является омегой. Не то, чтобы Хината собирался признаться о своём вторичном поле, но всё же было обидно. Хошиуми-сан останется для него соперником, но уж точно не другом, которому можно будет доверять секреты. — Что ж, как и ожидалось, — с ухмылкой хмыкнул Хината, повернув голову в сторону, когда из туалета вышли те самые сплетники. Похоже, они были в курсе, как он выглядел, раз сразу же замерли, не зная что делать, и Хината, проигнорировав их, вошёл в туалет. — Эй, это же тот десятый. — Он... один? — Эй, идите куда шли, — агрессивно заявил о себе Коурай, и те волейболисты вздрогнули от неожиданного возгласа. Похоже, они почувствовали от него достаточную угрозу, раз поспешили оставить их в покое, и Хината хмыкнул, закрывая за собой дверь кабинки. Что-то ему было как-то обидно, что Хошиуми-сан недостаточно считался с омегами. Все будут считать их слабаками, существами, которые нуждаются в альфах, и изменить их мнение одним щелчком пальцев никогда не удастся. Хината вздохнул, пытаясь расслабиться — плевать на всех, плевать на мнение других, омежья сущность — не слабость, она часть его, и Хината должен принимать себя таким, какой он есть. Омеги сильнее, чем кажутся, иначе бы они уже исчезли с лица земли, не оставив ни намёка на своё существование. — Хината, — позвал его Хошиуми, и его голос эхом пронёсся по всей комнате. Шоё повернул голову в сторону, прислушиваясь к словам старшего. Он не мог видеть его лица, но, судя по тону, он немного сомневался. — Я раньше об этом не задумывался, но, если подумать, я особо не обращал внимания на омег. Если честно, мне действительно как-то всё равно, омега передо мной или альфа, или даже бета. Хошиуми замолчал, ошарашенно посмотрев на себя в зеркало — какого чёрта он тут объясняется перед своим соперником!? Да, он красивый и очень милый, да, он очень хорошо играет, но они не так давно знакомы, чтобы вот так распинаться друг перед другом. Это же глупо с его стороны, да? Хината вышел из кабины через несколько минут, молча встретившись со взглядом Хошуими в отражении зеркала и улыбнувшись уголками губ. Хошиуми нахмурился — он же маску носил. Где его маска? Альфа молча наблюдал за тем, как Шоё моет руки и вытаскивает из кармана платок, начиная вытирать им руки. Почему-то он затаил дыхание. Почему-то он ждал, что Хината что-то скажет. Почему-то его сердце бешено билось, пока он наблюдал за движениями рыжего. — Наверное, я страх потерял, раз собираюсь Вам рассказать, — неловко хохотнул Шоё, складывая платок влажной стороной вовнутрь. Невольно у Хошиуми проскочила мысль, что ему не хотелось бы, чтобы Сакуса — параноик с манией чистоты — это увидел. — Но, что-то такое меня привлекает в Вас, — он бросил на него взгляд. — Вы же, — Хината вздохнул. — Вы же умеете хранить секреты? Про этот секрет узнали многие мои друзья, и я, честно говоря, не жалею об этом, потому что без них я бы досюда не добрался, — почесал затылок Хината, наконец, развернувшись к нему всем корпусом и оперевшись бедром об умывальник, точно посмотрев в глаза альфы. — Я действительно не понимаю, почему я хочу Вам это рассказать. — Ты, — сглотнул Хошиуми. Интересно, Хината слышит как его сердце бьётся? — Ты можешь мне доверять. Хината усмехнулся, как будто ожидал этих слов. Странно было это — они познакомились только вчера, и близкий товарищ Хошиуми ясно ему сказал, что он — по слухам — является омегой, а этому парню действительно всё равно кто стоит перед ним. Про него и так знают волейболисты нескольких префектур, но если он подтвердит этот слух перед всего одним альфой — ничего страшного ведь не случится, да? — Честно говоря, — Хината закрыл глаза, на секунду отведя взгляд, после чего снова вернув взор на альфу. — Слухи пошли, потому что я немного оплошал на одном из тренировочных матчей. Я немного не рассчитал дни до, — Хината внимательнее начал изучать лицо стоящего напротив него альфы. — Течки. — Погоди, — нахмурился Хошуими. — Именно так, — кивнул Хината, наблюдая за тем, как глаза Коурая расширяются. — Слухи обо мне — правда. Возможно, не все верят в это, но есть некоторые личности, которые верят этим слухам, поэтому мне приходится носить одежду Кагеямы, — Хината потянул мастерку товарища на себе. — Я с детства говорил всем, что я бета и только нескольким я признался о своём поле добровольно, а большинство из моих друзей узнали обо мне с помощью слухов. Сейчас мне как-то стало всё равно знают ли обо мне другие или нет, — пожал плечами Хината, отведя взгляд. — Но из-за этих слухов мне постоянно приходится быть начеку. И, опять же, я до сих пор не понимаю почему я рассказываю Вам об этом, — Хината неловко улыбнулся, встав в полный рост и засунув руки в карманы чужой мастерки. — В любом случае, рад был с Вами увидеться, Хошиуми-сан. — Х-Хината! — заорал Хошуими, опомнившись в последнюю секунду и развернувшись к выходу, где как раз и находился Шоё. Рыжий удивлённо на него смотрел, не ожидав того, что Коурай позовёт его. — Ты всё ещё мой соперник! То, что ты сейчас мне рассказал, не поменяет наши отношения! На лице Хинаты появилась мягкая улыбка, и Хошуими почувствовал, как сердце в груди снова начинает рьяно биться: — Я рад.

***

— Ками, Сакуса, тут людей и так мало, сделай хотя бы лицо попроще, — вздохнул Цукаса, усаживаясь на столик и взяв в руки ложку, чтобы поесть нормально. Сегодняшний матч был утомительным и ему очень хотелось съесть что-нибудь эдакое, поэтому капитан команды притащил всех своих товарищей в ближайшее кафе, которое, по прихоти Сакусы, был самым чистым и самым малолюдным в здешних местах. — Капитан, посмотрите туда, — Мотоя указал в сторону ещё одной группы у окна, с улыбкой наблюдая за тем, как Цукаса, приподняв бровь, проследил за его рукой, после чего удивлённо приподнял брови. Эти ребята были в униформе Карасуно, и ясно было, что они были из футбольной команды, и, соответствуя волейбольной команде, они выглядели такими же мрачными. — Карасуно? — подал голос один из второгодок, и Цукаса согласно гмыкнул. Так значит из одной школы сразу две команды на национальные пошли? Сильно с их стороны. — Я слышал у них есть один придурок, который хоть и быстро двигается, но мяч нормально забить не может. — Эй! — оживился мигом кто-то из толпы футболистов, заставив первогодку вздрогнуть. — Нормально я забиваю! — Значит, с тем, что ты придурок, ты согласен? — поинтересовался его товарищ, и парень злобно бросил на него взгляд, обратно усевшись на свой стул и заорав в следующую секунду, когда кто-то рядом с ним довольно громко стукнул по окну. — Хината, придурок! — заорал он, вскочив с места и довольно эмоционально реагируя на появления Шоё, который с улыбкой наблюдал за движениями лучшего друга. Сакуса и Мотоя сразу же подняли головы, наблюдая за тем, как Хината смеётся, пока его друг всё больше кричал. — Хината! — Йе-е-ей, Хината пришёл! — Привет, — улыбнулся Шоё, входя в кафе и поправляя шарф на своей шее, вдохнув тёплый воздух на свои руки. — Не продули ещё? — Ха, размечтались, волейболисты чёртовы, — ответил кто-то из футболистов, и Хината хихикнул, как-то не обратив внимания на то, как за ним в кафе зашёл Тсукишима, не сводя раздражённого взгляда с друга. — Фу, Тсукишима. — Зачем ты пришёл? — Да, как только тебя увидели, настроение сразу упало. — Могу сказать о вас то же самое, — безэмоционально огрызнулся Тсукишима, и Хината, оглянувшись на него, снова хихикнул. Сакуса и Мотоя не двигались, понимая, что Хината пока что их не заметил, сами совсем не замечая, как остальные ребята из их команды точно так же не двигаются, узнавая в пришедших десятого и одиннадцатого Карасуно. — Зачем пришли? — задал вопрос их капитан, и Хината кивнул в сторону своего друга, который, обидевшись, что-то бурчал себе под нос, скрестив руки на груди. — Он обещал сегодня пойти со мной кое-куда, — обьяснился Хината. — Надеюсь, отпустите. — Конечно, — кивнул вице-капитан вместо своего капитана, протянув картошку фри Хинате и Тсукишиме. — Хотите? — Нет, спасибо, — хором ответили Хината с Тсукишимой. — Кода, не заставляй их ждать! — Дайте хоть поесть нормально! — Я сказал встать! — Это надолго, — усмехнулся вице-капитан. — Вы тоже поешьте, наверное, голодные после матча. Я угощаю. Хината с Тсукишимой переглянулись, не зная что сказать, и не успел Шоё отказаться от этого, мол сэмпай, с которым они раньше не общались, пытался их угостить, это нехорошо, как Тсукишима взял от соседнего столика стул и заставил Шоё усесться на него, сам же устраиваясь рядом сразу же. Вице-капитан засиял в один миг, подняв руку, подзывая официанта, чтобы заказать еду.

***

— Вы, первогодки, очень хорошие друзья, да? — задал вопрос капитан, когда Хината зачерпнул немного супа ложкой, чтобы съесть принесённое блюдо. Пока они мыли руки, Хината успел немного поспорить с Тсукишимой — мы-же-не-собирались-есть-тут-Кей-какого-фига — но сейчас они оба сидели так, будто находились в окружении собственной команды. — Как ни посмотри, всегда вместе ходите, особенно ты, — кивнул капитан в сторону Хинаты, на что тот неловко улыбнулся. — Как вам это удалось? Наши первогодки немного, э, — не стал заканчивать капитан, многозначительно кивнув в сторону Коды, который сражался за стакан сока с двумя одногодками. Рядом с ними спокойно сидел их менеджер и любовь Коды в одном лице — Кайоши. — Если честно, это меня беспокоит. — В нашей команде он — один из дикарей, — Тсукишима кивнул в сторону Хинаты, ухмыльнувшись, когда Шоё выразительно на него посмотрел. — Без драк и ссор тут не обойтись, им ведь ещё три года вместе учиться, так что выбора у них не останется, кроме как подружиться. — Ты сказал это так, будто ты обречён в ад попасть. — Да нет, — легко ответил Тсукишима, с интересом оглядывая ложку в руках. — Я уже в аду. Хината фальшиво рассмеялся, стараясь привлечь внимание капитана на себя: — Это он так шутит. — Кода, чёрт, оставь Изуми в покое! — Он первый начал!

***

— Спасибо за угощение! — Вот видите какими должны быть кохаи, — фыркнул капитан, указав на Хинату с Тсукишимой, которые благодарили вице-капитана. Тот махнул рукой, мол ничего особенного, с улыбкой потрепав волосы обоих волейболистов. — Хината! — позвал друга сразу же Мотоя, как только понял, что тот освободился. Футболисты как раз вышли из здания, оставив рядом с волейболистами Коду. Все трое повернулись в сторону либеро, заставив Комори ненадолго замереть. — О, — засиял в один миг Шоё, заставив Цукасу удивлённо посмотреть на своего кохая. Когда успел только? — Мотоя-сан! Сакуса-сан! — а Сакуса когда успел?! — Вы что тут, ой, — Хината смущённо хихикнул. — Приятного аппетита. — Спасибо, — улыбнулся бета. — Присоединишься к нам? — Ой, нет, извините, мы только поели, — махнул рукой Хината, неловко улыбаясь. — Не будем вам мешать, нам надо ещё кое-куда. — В следующий раз не отвертишься, Хината, — ярко улыбнулся Мотоя, на что Шоё хихикнул, развернувшись к ним спиной и идя в сторону выхода, подталкивая перед собой Коду. — Увидимся позже, Мотоя-сан, Сакуса-сан! — он одарил их последней солнечной улыбкой, выходя из кафе. Мотоя хмыкнул, когда Тсукишима бросил на него настороженный взгляд, будто бы молча предупреждая его держаться подальше, выходя за рыжим сразу же. — А ты говорил, что он относится к вам настороженно, — в полнейшей тишине заявил Цукаса, на что Мотоя усмехнулся. Рядом Сакуса продолжал наблюдать за тем, как Хината, куда-то указав, схватился за руку одиннадцатого и потащил в известную ему сторону. Футболист одиноко засеменил за ними, засунув руки в карманы своей куртки. — А кажется, что вам он начал доверять. — Просто между нами, — Мотоя опустил взгляд на свои руки. — Случилось кое-что. — Ну, Мотоя-то ясно, — фыркнул один из Итачиями. — Но к Сакусе он тоже так же тепло относится. Что у вас там произошло? — Секрет, — хмыкнул Мотоя, на что товарищ закатил глаза. — Ты явно использовал на нём свои чары. — Какие ещё чары? — удивился Комори. — А как ещё объяснить, что ты нравишься многим из ребят, да у тебя хорошие отношения со всеми из школы, и не только из нашей. — Просто характер у меня менее дерьмовый. — Слышь, не зазнавайся. Мотоя хохотнул вместе со всеми, краем глаза следя за тем, как Сакуса ковыряется палочками в своей еде. От него исходила какая-то тёплая аура, будто бы он был чем-то удовлетворён. Комори настороженно приподнял бровь — а влюбленный Сакуса, оказывается, ещё тише, чем обычный.

***

— Эй, — Кода вздрогнул всем телом под взглядом Тсукишимы, пока Хината стоял перед блондином, невинный, как Божий одуванчик. — Отвечаешь за его безопасность, проведёшь потом до гостиницы самолично. Я ясно выразился? — Тсукишима выразительно посмотрел на него, и Кода икнул, встав по струнке и закричав: — Да! — Серьёзно, это уже слишком, — нахмурился Шоё, оглянувшись на них. — Не пугай его так, я в состоянии сам дойти до гостиной. — Тут всякие личности ходят, мне так спокойнее, — он мягко улыбнулся именно Хинате, и Шоё устало вздохнул, покачав головой на выходку альфы. Хината немного покраснел, закрыв глаза и позволив Кею поцеловать себя в макушку, после чего улыбнулся, уткнувшись в плечо альфы. — Если что, сообщи мне, хорошо? — Конечно. Стоило Тсукишиме перевести взгляд на Коду, как того током прошибло. Столько холода он, наверное, в жизни не чувствовал, и Коде оставалось только молча наблюдать за тем, как Кей, в последний раз обняв Шоё, развернулся и зашагал туда, откуда они пришли. Правда, если каждая встреча с лучшим другом начинается так, то он в скором времени поседеет от ужаса. Почему у Хинаты такие страшные друзья? — Слушай, я думал, ты встречаешься с тем лохматым, — через несколько секунд пришёл в себя футболист, вместе с Хинатой пересекая дорогу. Шоё взял на себя ответственность найти дорогу по карте, а их целью был магазинчик, в котором были различные сладости, которые продавались на каждом углу Японии, но в Мияги их вообще не было. «Хочу сделать подарок для мамы», объяснил Хината, когда Кода поинтересовался, почему им вообще туда надо, «Да и Наоки-сана чем-то порадую». — Тсукишима к тебе по-особенному относится. — Я встречаюсь с ними обоими, — честно ответил Шоё, засунув телефон в карман и вдохнув холодной воздух Токио. — И они оба в курсе этого, так что не смей орать, — поднял указательный палец рыжий, на что Кода нахмурился: — Слушай, чувак, я понимаю, что ты от своих товарищей голову потерял, но встречаться с двумя альфами? — выразительно приподнял бровь лучший друг. — Да ты с ума сошёл? Был бы ты омегой, вопросов не было, но ты же бета! А что если у них гон начнётся? — Кода, я и есть омега. — Харе шутить! — закричал Кода. — Я тут о нём переживаю, а он старую шарманку завёл. Убить меня хочешь? — Да я тебе серьёзно говорю, — нахмурился Хината. — Я настоящий омега. — Ага, как же, — отвернулся Нобуо. — Ладно, проехали. Ты точно уверен, что справишься с двумя альфами? Я думал такие личности, как Тсукишима, на такие уступки не идут. Этот придурок действительно считает, что он бета? Хината устало просверлил взглядом затылок Коды, после чего вздохнул. Интересно, сколько продержится эта его глупая мысль, что Хината шутит насчёт своей сущности? Да кто вообще шутит про сущность омег?! Кода действительно тупица. — Кода, — Хината вздохнул побольше воздуха, когда Нобуо заинтересованно повернулся к нему. — С этого момента я буду звать тебя «Мокузай»*. — А? — не понял Кода. — Почему дерево-то? — Поймёшь, когда повзрослеешь. — Чё?

***

— О, — в удивлении остановился Суна, заставив Шоё остановиться. Они находились в магазинчике — и это место было достаточно популярным, так что было неудивительно, что они встретили Инаризаки в подобном месте. Хотя между ними тут же появилась напряжённая атмосфера, как-никак встретились проигравшие и победители. — О-о! — заорал Кода, напугав впереди стоящего Хинату, который хотел вежливости ради поздороваться с десятым Инаризаки. — Шоё, откуда ты узнал, что есть такое мес… — прервал себя на слове Кода, резко остановившись под удивлённым взглядом Шоё и Суны. — О-о-о! — протянул Нобуо, смотря на Арана, который в недоумении хлопнул глазами. Хината удивлённо приподнял бровь — так десятый Инаризаки тут не один? — Иностранец! Хеллоу, айм гуд бой! — А, эм, — Аран смущённо улыбнулся, смотря на светящегося Коду. — Привет. — Ками, Шоё, он поприветствовал меня на японском! — ещё сильнее заорал Кода, бешено жестикулируя руками. Хината закрыл нижнюю половину лица рукой, не зная что сказать другу, пока Ринтаро рядом с ним без особой эмоции наблюдал за происходящим. — Как сказать, что я немного знаю английский? — Просто скажи, что ты тупица, — благодушно подсказал Шоё. — Не слушайте его, — похлопал по спине Арана Кода, резко спохватившись после своих слов. — Ой, извините, Вы же не знаете японский. Ой, блин, айм сорри. Хината фыркнул от смеха, отвернувшись в сторону, и Суна, бросив взгляд на рыжего, вытащил телефон, чтобы заснять лицо своего товарища: — Ками, Кода, заткнись и не позорься. — В смысле? — не понял футболист. — Слушай, я, конечно, знаю, что ты привёл меня не для этого, но тут же иностранец, — засиял Кода. — Я впервые вижу кого-то из чужой страны, это так круто! — Кода, — кашлянул Хината в кулак, стараясь сдержать смех. — О, Шоё-кун! — радостно позвал его кто-то, и Хината, переведя взгляд в сторону, моментально узнал близнецов Мия, от которых, казалось бы, свет исходил. Значит, тут почти все из Инаризаки. — Он демон, а не Шоё! — заорал Кода. — Не дружите с ним, он даже не ценит своего друга, — заныл Нобуо, повиснув на рядом стоящем Аране. — Мог бы вместе со мной порадоваться, а он, — махнул рукой Кода. — Ты единственный, кто меня понимает, Иностранец. — Кода, — кашлянул от смеха Шоё. — Пожалуйста, присмотрись к его форме. — Что не так с его формой, придурок? — фыркнул Кода, но всё же присмотрелся к форме Арана, тут же наткнувшись на надпись на груди. — Ох, — отпрянул сразу же Кода. — Простите, пожалуйста, я думал, Вы иностранец. Нет, знаю, что Вы иностранец, но не думал, что Вы японский знаете. Воу, иностранец, знающий японский язык, — восхитился Кода. — Круто. — Простите, — поклонился перед Араном Хината, оказавшись рядом с другом, тут же закрыв его рот рукой, пока тот не продолжил свой бред. Нобуо недовольно бросил взгляд на друга, но послушно заткнулся. — Он немного туповат. Ох, фу! — воскликнул он, когда на руке осталась слюна друга. — Я не тупой, — заявил Кода, не обращая внимания на то, как Хината вытирает об него руку. Шоё поморщился — теперь надо по несколько раз руки помыть, чтобы избавиться от слюны Коды. Как мерзко. — Я в несколько раз умнее тебя. — Мы пойдём, — проигнорировал слова друга Хината, взяв Коду за шкирку. — Простите ещё раз, — обратился рыжий к Арану и не дождавшись слова со стороны аса команды, утащил друга в сторону кассы, пока тот продолжал о чём-то разглагольствовать. — Шоё-кун! — сорвался с места первым Атсуму, последовав за Хинатой и взяв в руки первую попавшуюся шоколадку. — Шоё-кун, погоди! — Демон! — позвал его Кода, как-то не обращая внимания на парня, который прибежал к Шоё. — Мы забыли купить конфеты для нас. — С тебя хватит, — встряхнул друга Шоё. Атсуму целеустремлённо подошёл к Хинате и протянул тому шоколадку, отчего последний несколько растерялся. — Дашь мне номер? — подмигнул Атсуму, улыбаясь милой улыбкой. Обычно его фанатки всегда визжали, когда видели эту его черту, так что это должно сработать и на Шоё тоже. — А я тебе за это шоколадку дам. — Нет, спасибо, Мия-сан, — нервно улыбнулся Шоё. — Даже не старайся, у него парень есть, — отозвался снизу Кода, всё ещё вися на руке Шоё. Атсуму удивлённо перевёл на него взгляд. — И я бы понял, если бы один парень был, так нет, их два. Ай! Ты что меня бьёшь?! — прикрикнул на друга Кода, и Хината отпустил его из захвата, из-за чего Нобуо грузно упал на пол. — Шоё, чёрт! — У тебя есть… — Атсуму сглотнул, переведя взгляд на Шоё. — Парень? То есть, — покачал головой Мия. — Парни? Кто они? — Простите, Мия-сан, но я не вижу причин рассказывать Вам о своей личной жизни, — нахмурился Шоё. — Но мне было приятно с Вами поболтать. Ещё увидимся. — А, — замер Мия от такого холодного тона. Недоверие Шоё так и чувствовалось в воздухе. — Конечно. — Ну и? — Осаму появился рядом моментально, как только Хината исчез из магазинчика. — Получил его номер? — Судя по всему, он не желает знакомится с вами, — заключил факт Суна, остановившись рядом с Осаму. — Зато его друг, кажется, много знает, — скрестил руки на груди Атсуму. — Номер Шоё-куна можно было бы взять у него. — Не думаю, что он так просто даст его, — жуя мармеладку, пожал плечами Аран. — Хотя после того, что он натворил, он мог бы в качестве компенсации дать вам номер десятого. — Погоди, — замер Атсуму. — Ты хочешь помочь нам? — продолжил мысль брата Осаму, и Аран сунув в рот ещё одну мармеладку, пожал плечами. — Ты лучший, Аран! — заорали хором близнецы, окружив аса с двух сторон, на что тот лишь улыбнулся, взглянув на каждого брата. Атсуму и Осаму от счастья дали друг другу пять, рассмеявшись, хотя, глупо было упускать друга Хинаты из виду, учитывая то, что завтра им нужно уезжать в родной город. — Ты слишком добр к ним, — закатил глаза Суна, на что Аран лишь тихо хмыкнул, наблюдая за тем, как выйдя из магазинчика, оба брата бросились в сторону, где исчезли Хината с его другом. Эти двое непременно получат номер десятого, хочет ли он этого или нет.

***

— Нет, серьёзно, — хмыкнул Хината, наблюдая за тем, как Кода машет руками, не зная чем себя занять. — Тетсуро сказал мне ждать здесь, он даже местонахождение отправил, хочешь посмотреть? — Тсукишима сказал мне проводить тебя до гостиницы, — тяжело вздохнул альфа. — Не могу же тут тебя оставить. — Можешь, — хмыкнул Хината, толкнув в спину Коды, чтобы тот шёл. — Ещё как можешь. Я скажу Кею, что ты оставил меня рядом с Тетсуро. Он доверяет Тетсу, поверь мне. — Тсукишима никому не доверяет, — фыркнул Кода, но всё же послушно зашагал, бросив в рот конфету, которую купил ему Хината в качестве благодарности за то, что сходил с ним в тот магазинчик. — Передавай привет своему парню. — А ты Кайоши, — хмыкнул Хината, в следующую секунду наблюдая, как краснеют уши Коды. — Заткнись! — заорал он, в следующую секунду ринувшись бежать. Хината покачал головой, держа в руках телефон и оглянувшись, чтобы найти Тетсуро. Он опаздывал, хотя всегда приходил раньше него. Прошло всего несколько минут, как Хината начал выдыхать на свои руки, чтобы согреться. Люди проходили мимо него, не обращая внимания, а Хината постоянно оглядывался, ожидая ответа от Тетсуро на своё сообщение, который не заходил в сеть уже как несколько часов. С ним ведь всё в порядке, да? Тетсуро ведь пригласил его вместе прогуляться перед завтрашним матчем, а он ещё ни разу не менял свои планы, если ему хотелось гулять с ним. А на улице холодало. Хината снова выдохнул на руки, пытаясь разогреть себя. Где же этого балбеса носит? На часах ещё шести не было, а темнеть начало рано. Главное, чтобы потом Такеда-сэнсэй на пару с тренером не ругались на него, хотя, зная их характер, они всё равно будут ругаться. Хината улыбнулся, когда в поле его зрения попался Тетсуро, который, судя по запыхавшемуся виду, бежал. Альфа нашёл его взглядом сразу же и бегом бросился к нему, обеспокоенно заглядывая в лицо Шоё. — Прости, — извинился Тетсуро, схватив руки Шоё и разогревая своим дыханием. От него исходило тепло, и Хината улыбнулся, видя родное лицо своего альфы. — Прости, мы потеряли Кенму и мне пришлось искать его, я не думал, что это займёт так много времени. — Всё в порядке, — шире улыбнулся Хината. — Но на улице действительно холодно, давай куда-нибудь зайдём. — Да, конечно, — закивал головой Тетсуро, в следующую секунду наклонившись к нему и притянув к себе за талию, чтобы поцеловать. Хината сквозь поцелуй улыбнулся, уперевшись руками в грудь альфы и не пытаясь даже оттолкнуть.

***

Сачиро приподнял бровь, когда Хошиуми рядом остановился, смотря куда-то вглубь улицы, по которой они шли, потому что их автобус сломался и им приходилось идти до гостиницы пешком. После матча хотелось только спать, а тут такую подлянку устроили. Отстой. Лицо Коурая стало немного удивлённым, что даже почти было незаметно, и Хиругами, проследив за его взглядом, сразу же наткнулся на рыжеволосого омегу из Карасуно. — Да ты действительно на него нацелился, — издевательски протянул Хиругами, подойдя поближе к своему сокоманднику. — Он ещё один стоит, лучше шанса тебе не найти. — Думаешь? — на секунду перевёл на него взгляд Коурай, тут же возвращаясь к наблюдению за омегой. Хиругами вздохнул — Хошиуми не верил, что Хината Шоё являлся омегой, раз не имел доказательств, что, впрочем, было разумно с его стороны, но то, что десятый — омега, ясно же, как день. — Ага, — устало ответил блокирующий, после чего вынужден был заткнуться, когда в поле зрения попался ещё один человек. Судя по одежде, он был из Некомы и, кажется, Хиругами частенько видел этого парня рядом с Бокуто из Фукуродани. Ах, точно ведь, это же капитан Некомы! — Почему он так… — нахмурился рядом Хошиуми, и Хиругами еле сдержался, чтобы не фыркнуть, когда почувствовал от низкорослого друга запах альфы. А за ним смешно наблюдать, Хиругами впервые видел Хошиуми в таком смятении. — Почему Хината Шоё так рад ему? — Наверное, близкие друзья, — пожал плечами Хиругами, без особого интереса наблюдая за тем, как капитан Некомы о чём-то разговаривает с десятым. Оба они светились так, будто впервые за долгое время встретились. — Или родственники какие-то, — продолжил он, после чего смущённо замолчал, когда капитан Некома наклонился к омеге и приобнял за талию одной рукой, так открыто целуя его на улице, где людей было полным полно. — А, они встречаются? Омега упёрся руками в грудь альфы, даже не пытаясь вырваться из захвата, полностью развалившись в объятиях, доверяя некомовцу каждой частичкой тела. Люди, проходящие мимо, бросали на них любопытные взгляды, но никто особо не обращал внимания, уходя дальше по своим делам. Видимо давно поняли, что у нынешнего поколения не было ни стыда, ни совести. — Хо-о, неожиданно, — выдохнул Хиругами, после чего удивлённо перевёл взгляд на Хошиуми, когда тот прямиком направился к парочке. — Эй, ты куда? — Хочу поближе посмотреть, — фыркнул Коурай, целеустремлённо идя в сторону Хинаты. — Это звучит как-то по-извращенски, — усмехнулся Хиругами, следуя за Хошиуми. Этого парня нельзя было оставлять одного, поэтому у него иного выбора не осталось, кроме как следовать за ним. Коурай был довольно упрямым, так что уговорить его — смерти подобно. — Эй, Коурай, ты меня слушаешь вообще? Да и что ты им скажешь, когда они тебя заметят? — зацепился за мысль шатен. — «Извините, я просто приревновал Вашу омегу»? — Никого я не ревную! — рявкнул Хошиуми. — Я старше Хинаты, поэтому я должен присматривать за ним. — Вы с ним только вчера познакомились, — устало вздохнул Сачиро. — Ты даже не его сэмпай. — А вот и он! — довольно-таки громко воскликнул Атсуму, выпрыгнув из-за угла улицы, в следующую секунду замолчав и поражённо смотря на то, как Хината находится в объятиях другого альфы. — Так беги за ним, чего ты вста… - Осаму, вышедший за ним, замолчал точно так же, с таким же лицом наблюдая за этой сценой. Всё стало таким маловажным в этот миг, и свет исходил только от Хинаты и его парня. Атсуму помнил, что Кода ему говорил несколькими минутами ранее, упоминая, что у Шоё есть два парня. Он понимал, что такую омегу вряд ли пропустят альфы, поэтому не было ничего удивительного в том, что альфой Шоё являлся именно такой парень — широкоплечий, достаточно крупный и, наверняка, сильный, чтобы защищать его. — Я его знаю, — выдохнул Атсуму, смотря на то, как Хината аккуратно вырывается из объятий, хотя скидывать руку со своей талии явно не собирался. — Это капитан Некомы. — Капитан, значит, — хмыкнул Осаму. — Ага, кажется, — Атсуму нахмурился. — Погоди, он кажется знакомым. Это не тот парень, который дерьмово играл с Бокуто из Фукуродани? — Да-а? — Осаму прищурился. — Да, это он, — озарило близнеца сразу. — Вот уж не думал, что он будет парнем Шоё-куна. Забыть случай, когда Атсуму полез в игру троих ребят из Токио — Бокуто и его сеттера, а так же этого капитана Некомы — во время тренировочных матчей с Итачиямой, было бы очень трудно. Осаму тогда даже не пытался остановить своего брата, который так открыто лез в драку с этим альфой — кажется, настроение у него тогда было ужасным, вот он срывался на всех, кого мог достать — пока не появился Аран и не утащил их. А теперь оказывается, что этот парень, который своей ухмылкой мог посоревноваться с Атсуму — парень предполагаемого омеги, который ещё, судя по их виду, встречался с ним уже несколько месяцев. Как раз пик влюблённости. Осаму поморщился — напоминало те свидания, на которые он ходил с другими девушками-бетами. Благодаря этим девушкам у него был хоть какой-то опыт, и не ожидал он, что во время национального заинтересуется парнем, который просто на его глазах выпил банановое молоко. — Эй, а это случаем не Коурай? — приподнял бровь Атсуму, когда увидел, что с другой стороны улицы появился названный. Рядом с ним с усталым выражением лица стоял Сачиро, и Мия нахмурился, когда встретился со взглядом Маленького Гиганта. — Его ещё тут не хватало.

***

Осаму назвал бы это «сталкерством» или же просто «слежкой», но из-за уважения к себе, он бы предпочёл называть свои действия «слежением за безопасностью». На данный момент он видел, как капитан Некомы — имя которого они с братом благополучно забыли — ведёт замёрзшего Хинату в кафе, а тот с радостью следует за ним. И плюс Хошиуми, которого Атсуму узнал с первого же взгляда, в отличие от них более смело последовал за Шоё и вошёл в кафе, даже не обращая внимания на Сачиро, который всячески пытался его отговорить. Внутри альфа недовольно рычал, пытаясь вырваться и отбить Хинату у этого капитана, но он всё ещё оставался разумным, поэтому не спешил повиноваться своей сущности. В отличие от Атсуму, Осаму краем глаза бросил взгляд на брата, который, не сдержавшись, зарычал, принимая звериный облик — он был немного спокойным, хотя в моменты, когда он не мог сдерживать себя, он мало чем отличался от брата. — Идём, — сказал Атсуму. Тон был слишком сдержанным, холодным, недовольным, и Осаму мог с уверенностью сказать, что если он заговорит, то будет звучать точно так же. Редко когда они соглашались во мнениях, и Осаму последовал за братом, который, следуя смелости Хошиуми, вошёл в кафе. Хината не заметил их, сидя с закрытыми глазами и согревая свои руки об кружку горячего напитка, не спеша снять с себя куртку, пока его парень стоял около кассы, выбирая блюда из меню, о чём-то переговориваясь с продавцом, лицо которого, наверное, в скором времени треснет от такой широкой, фальшивой улыбки. Атсуму схватил его за руку и потащил в сторону, сразу же усаживая за один из столиков и попытавшись спрятаться за меню. — О чём они говорят? — нетерпеливо поинтересовался у него Атсуму, как будто он обладал супер-слухом, который мог бы услышать любой шорох в этом кафе. — Саму, я ничего не слышу. — Если заткнёшься, наверное, услышим хоть что-то. Хината на их глазах рассмеялся, наконец, потянувшись к молнии на своей куртке, чтобы снять верхнюю одежду. Его щеки покраснели, говоря о том, что он согрелся, и Осаму хотелось бы видеть такого Шоё каждый день. Они оба наблюдали за тем, как Хината сделал глоток своего напитка, не сводя взгляда с капитана Некомы, который взял на себя слово. — Эй, вы двое что тут забыли? — неожиданно уселся перед ними Хошиуми, и Сачиро, который следовал за ним, устроился рядом. Осаму нахмурился — этот парень загораживает обзор на Шоё — и приоткрыл было бы рот, чтобы сказать этим двум свалить куда подальше, как Атсуму рядом заговорил: — Как видишь, поесть пришли, — он вяло облокотился на свою руку, с наигранной улыбкой смотря прямо в глаза Хошуими, как будто так и говорил ему, чтобы он отстал от него, ибо у него сейчас нет настроения. — А ты чего, Коурай-кун? — Мы тоже, — прищурился Маленький Гигант. — Думали вот, что заказать, и тут вас увидели. — Тетсу! — вскрикнул в этот миг Шоё, и все трое — Осаму, Атсуму и Хошуими — мигом обернулись в его сторону, замечая, как рыжий смеётся, прикрывая рот рукой, пока «Тетсу» взяв несколько салфеток, вытирал своё лицо. Что с ним случилось было непонятно из-за того, что альфа сидел к ним спиной. — Свалить что ли, — мысленно протянул Хиругами, наблюдая за тем, как близнецы одновременно нахмурились. — Интересно, капитан не будет ругаться, если я оставлю Коурая одного? — Ох, тут оказывается Шоё-кун сидит, — прошептал Атсуму, и Осаму готов был головой биться об стол. Если бы он хотел скрыть тот факт, что следит — «кхм, следит за безопасностью» — за Шоё-куном, ему лучше всего стоило бы промолчать. Придурок, а не альфа, вот он кто! — И п-правда, — запнулся Хошуими, оборачиваясь обратно к ним, и Сачиро закатил глаза. Без него эти трое явно не справятся. Хоть и не хотелось общаться с ветренным омегой, но раз эти трое так просто не успокоятся, то будь что будет. — Как насчёт поздороваться? — Да, — кивнул головой Атсуму. — Да, отличная идея, — более громко согласился Атсуму, наконец, поняв смысл слов Сачиро и потянув с собой Осаму. — Саму, пойдём, поздороваемся с Шоё-куном. — Я тоже поздороваюсь, — вскочил следом Хошиуми, бросившись за братьями и оставив Сачиро в полном одиночество, как он того и желал. Сами разберутся, взрослые уже. Хината и Куроо общались так, будто не у них завтра будет решающий матч. Тот факт, что скоро настанет день битвы на мусорной свалке, будоражил сознание. Хотя что Куроо, что Хината, оба не совмещали свои отношения с игрой, поэтому было неудивительно, что они чувствовали себя комфортно рядом друг с другом. Казалось бы, что их идиллию никто не испортит, и Хината сможет послушать голос Куроо ещё немного, пока тот рассказывал случай на сегодняшнем матче, как противники пытались заставить Кенму выдохнуться, рядом с ним кто-то очень громко отодвинул стул, вызывая мурашки по коже от одного звука, и резко наклонился к нему, опираясь на стол, чтобы закрыть обзор на Куроо. — Приве-е-ет, Шоё-кун, — протянул Атсуму-сан, как-то нагло усевшись рядом с ним и не обращая внимание на хмурое лицо Куроо, не сводя взгляда с удивлённого рыжего. По другую сторону от Шоё молча уселся Осаму, кивнув головой, когда Хината, хлопая глазами, посмотрел на него. — Хината Шоё! — воскликнул Хошиуми-сан, оказываясь рядом с Куроо, и заставив того вздрогнуть всем телом от неожиданного возгласа. Из-за недостатка мест Коурай вынужден был усесться рядом с Тетсуро, по лицу которого было понятно, что он ни черта здесь не понимает. — Что вы... — не успел договорить Хината, когда Атсуму указательным пальцем прикоснулся к его губам, выдавая: — Тш-ш, мы просто случайно тебя увидели, — сказал он таким тоном, будто он не принимал возражения. Хината моргнул, не зная как реагировать на такое наглое поведение. — Вот, решили поздороваться, а это, как я вижу, твой парень. — Именно, — сухо ответил Куроо, прищурившись. Хината сглотнул — такого недовольного Куроо редко когда увидишь. — Не думал, что братья Мия, — Куроо скосил взгляд в сторону Хошиуми, который выглядел намного серьёзнее обычного. — И коротышка Комомедай захотят поздороваться с нами. — Я не коротышка! — Не с тобой, — выделил Атсуму. — А с ним, — указал на Шоё блондин, перекинув руку через спинку стула Шоё. — Итак, как дела, Шоё-кун? — Мия-сан, — нахмурился Хината, заставив Атсуму замолчать. — Что Вы такое творите? Недовольство Шоё было логичным. Они трое — Осаму до сих пор не выдал из себя ни слова, не зная что говорить в таких ситуациях — просто испортили свидание Шоё и его парня, так нахально общаясь с капитаном Некомы. Наверное, Атсуму упустил тот факт, что солнечный десятый Карасуно тоже мог злиться, а теперь был немного удивлён таким поворотом, вот и не знал, что ответить на такую реакцию Хинаты. — Ты не рад нас видеть? — попытался выдать из себя улыбку Атсуму, и Осаму сзади Хинаты закрыл глаза рукой, поняв, что ситуацию теперь не спасти. Они все — идиоты! — Я рад вас видеть, — кивнул головой Хината, и голос его оставался сдержанным, отчего холодок прошёлся по спине Атсуму. А этот по слухам омега умеет держать альф в узде. — Но, вы практически грубите моему парню. Ох... — Прости, — вмешался Осаму, беря на себя слово, поняв, что Атсуму сейчас не справится с раздражением Хинаты. Альфа внутри почему-то сидела смирно, хотя до этого пыталась всячески вырваться, чтобы схватить Шоё-куна в охапку и не отпускать. — Не помешаем, если мы разделим с вами ужин? Хината бросил взгляд в сторону Тетсуро, который улыбался как-то слишком довольно. Серьёзно, этому парню очень сильно нравится, когда Шоё выделяет их отношения. Помнится, Кей смущался, когда омега называл его ласковыми прозвищами, теперь действительно стало интересно, как отреагирует на такие слова Куроо. Старший неопределённо пожал плечами, мол делай что хочешь, и Хината, переведя взгляд на Осаму, медленно кивнул головой — прогонять их казалось ему как-то грубым, пусть даже эти трое помешали свиданию. Заказав себе еду, каждый из них сидел молча, не зная что сказать в такой ситуации. Было напряжно после недовольства Шоё, и ни Атсуму, которого невозможно было заткнуть, ни Шоё, который умел поддерживать разговор с любым, ни Хошиуми, который в своём окружении отличался своей громкостью, не говорили ни слова. — Так, — внезапно начал Осаму, обратив всё внимание за столом на себя. — Вы оба геи? — прямо спросил он, и Хината, который пил напиток, подавился, не ожидав такого. Пока на лице Куроо улыбка становилась всё более довольной, Хината отвернулся в сторону, пытаясь восстановить дыхание и чувствуя благодарность Атсуму, который заботливо хлопал его по спине. Горло жгло, и от этого неприятного ощущения слёзы собирались в глазах. До этого никто из ребят, которые узнавали об их отношениях с Куроо или с Тсукишимой, не спрашивали его насчёт ориентации. Наверное, был только один случай, когда ребёнок указал на них, оповестив свою мать, что видит геев, но ничего другого не было, если не считать Коду, которого в детстве, кажется, уронили. Поэтому несколько было удивительно, что один из братьев считает их геями, хотя и Куроо, и Хината были самыми настоящими натуралами, учитывая их вторичный пол. Значит ли это, что Мия-сан считает его либо бетой, либо альфой? Или ему наплевать на вторичный пол? — Ради Шоё-куна не один я готов стать геем, — улыбаясь, выдал Куроо, и Хината недовольно бросил на него взгляд, поблагодарив Атсуму за помощь, пока тот обеспокоенно заглядывал ему в лицо. Значит, эти двое не верят слухам и среди них только Хошиуми-сан знал правду, благодаря самому Шоё. — Предупреждать надо, когда такие вопросы задаёшь, — с укором сказал Атсуму, наблюдая за тем, как Хината краснеет, закрывая своё лицо руками. — Кстати говоря, я думал, ты с Тобио. От тебя прям его запах исходит. — Из-за слухов он вынужден носить его одежду, — снова взял на себя слово Куроо. На этот раз настроение у парня снова упало. — Согласись, если бы он носил мою мастерку, то выделялся среди своих, не так ли? — Хо-о, да ты ходячий мозг, как я посмотрю, — с сарказмом заметил Атсуму, и Куроо прищурил глаза в улыбке, а вены на его лбу вздулись, выдавая раздражение. Вот же мелкий говнюк. Хината вздохнул, на инстинктах почувствовав взгляд на себе и сразу же встретившись со взглядом Хошиуми. Он просто смотрел на него, и Хината мысленно заметил, что у него не было чувства, будто они соревнуются, как было раньше. Этот парень просто прожигал его взглядом, и краем уха слушая перепалку Куроо с Атсуму, Хината откинулся на спинку стула, в следующую секунду наблюдая за тем, как Осаму случайно попал свёрнутой салфеткой в глаз Хошиуми, отвлекая того на себя. — Ой, — выдал Осаму, даже не вздрогнув, когда Хошуими бросил на него убийственный взгляд, протирая глаз, куда попала салфетка. — Прости, я случайно. — Как он случайно зарядил салфеткой ему в глаз? — приподнял бровь Хината, но решил промолчать, чувствуя ещё одну благодарность другому брату, потому что взгляд Хошуими-сана как-никак напрягал его. — Идиоты, — подумал Сачиро, в одиночестве сидя за прежним столиком и потихоньку выпивая свой горячий чай.

***

— Хината-кун. Ками, Шоё готов был возненавидеть своё имя лишь потому что его знали все, и абсолютно все подходили к нему, чтобы познакомиться. Интересно, если бы слухов не было, эти люди оставили бы его одного? Хината повернул голову в сторону позвавшего, приметив, что это было никто иной, как сам капитан Инаризаки. Хината нахмурился — после вчерашнего испорченного свидания, после которого и братья Мия, и Хошиуми-сан вели себя подозрительно тихо, к Инаризаки он относился крайне настороженно. — Здравствуйте, — Хината немного поклонился, вспоминая, что Кита всё же был старше него, так что уважение тут не помешает. Возможно, в их команде только братья Мия были такими. — Ой, Хината, помощь нужна? — оказался рядом Танака, и Хината, выдавив из себя улыбку, покачал головой, поблагодарив Танаку-сана за оказанную услугу. Сейчас вот-вот должен начаться их матч с Некома, и из-за предстоящего матча он забыл о том, что находился рядом с командой. — Мне рассказали, что вчера случилось, — сразу перешёл к делу Кита, заставив Хинату в удивлении приподнять бровь. Капитан Инаризаки поклонился перед ним — ровно, почти что идеально — и Хината от неожиданности отступил назад. — Прошу прощения за поступки моих кохаев. Я прослежу за тем, чтобы этого больше не повторилось. — Ох, нет-нет, всё в порядке, — замахал руками Хината, не зная куда себя деть. Редко когда капитаны просили прощения у младших из-за своих кохаев, а ещё более редко, чтобы этот капитан самолично искал этого человека, который только вчера одержал над их командой победу. — Просто, они выбрали неудобное время. — Атсуму и Осаму они… — Кита на секунду замолчал, встав ровно и скрестив руки на груди. — Люди на эмоциях, поэтому такие случаи для нас не редкость, но они неплохие парни. На них можно положиться. — О, а Вы похоже их любите, — заметил Хината, и встретившись с непонимающим взглядом Киты, неловко хохотнул. — Простите, Вы, наверное, меня не так поняли. Вы просто говорили о них с такой теплотой. Возможно, — Хината пожал плечами, отведя взгляд. — Они для вас как младшие братья, поэтому мне так показалось. Кита позволил себе выпустить смешок: — Верно. Я как-то привык к ним. — Радует, что у них есть такой сэмпай, — улыбнулся Хината. — Переживаешь? — перевёл тему Кита, и Хината, обернувшись, взглядом зацепился за площадку, которую мыли перед их выходом. Скоро начнётся разминка, а после матч с Некомой. — Не особо, — честно ответил Шоё. — Хочется поскорее сыграть с ними. Знаете, мы с ними уже давно дружим, и там есть один мой друг, с которым мы договорились, что это будет наш матч, где не будет второго шанса. — Звучит многообещающе, — улыбнулся Кита. Этот бета действительно был похож на Атсуму. Настоящие монстры. — Что ж, желаю хорошей игры. — Спасибо! Ямагучи с Ячи подошли к нему моментально, следя за спиной Киты, который уходил от них неспешным шагом. Хината задумчиво сверлил его взглядом, чувствуя, что нужно ещё кое-что сказать. Какое-то чувство недосказанности осталось в воздухе, и Хината действительно не понимал, что он должен сказать. Кита-сан — третьегодка, поэтому очевидно, что он хоть немножко расстроен, ведь по сути это его последние национальные в старшей школе. — А он крут, — заговорил Ямагучи, и Ячи рядом с Хинатой закивала головой. Шоё решительно поднял голову — хоть это прозвучит как-то глупо, но он должен что-то сказать, иначе от этого чувства просто так не избавиться. — Кита-сан! — заорал Хината, заставив названного повернуться к нему. Шоё широко улыбнулся, поняв, что натворил очередную глупость и намеривался продолжить её. Впрочем, как и всегда. — Вы реально очень крутой капитан! Глаза Киты были немного приоткрыты, выдавая его удивление, после чего его губы растянулись в улыбке. Если он искал Хинату — волейболиста из Карасуно, который только вчера победил их команду — чтобы просто попросить прощения за своих кохаев, он действительно очень крутой капитан. Кита прищурил глаза в улыбке, так же громко, как и Хината, выдавая: — Спасибо!

***

— Неудивительно, что у команды из Токио здесь много поддержки, — сказал Танака, стоя позади Хинаты и наблюдая за тем, как поддержка Некомы во всю кричит, заглушая поддержку Карасуно. — Но чёрт бы побрал этих местных. — Эй, Куроо-сан, это тоже твоя поддержка! — заорал Лев, и Хината вздрогнул всем телом, повернувшись к альфе. Омега приподнял бровь, не поняв, к кому конкретно обращается Лев, если Куроо вообще стоял сзади него, а он смотрел на него. — О-о, — протянул Кай, стоя на задней линии и из-за этого вынужденный говорит громче, чтобы его услышали. — Лев прав, Куроо-сан, эта поддержка и для тебя. — Что? — растерялся Хината. Куроо же прямо перед ним стоит, почему он на него смотрит? — Не притворяйся дурачком, Куроо-сан, — хихикнул Яку, стоя на поле замены. Хината несколько секунд сверлил его взглядом, пока до него не дошёл смысл сказанных слов, после чего он моментально покраснел, обернувшись к Куроо, ища в нём спасение, но Тетсуро сам стоял, скрестив руки на груди и закрыв глаза, но очень сильно краснея. Он что, смутился из-за этого? Какого чёрта? Они все знают об их отношениях?! Хотя это неудивительно, учитывая, что о Куроо знают все друзья Хинаты, но не ожидал он, что Некома будет над ним так издеваться. — Ой, не смущайся ты так, Куроо-сан, — издевательски протянул Фукунага, и Хината с возмущением обернулся на него, не зная, что сказать на эти выходки. Некома — и даже их тренера — рассмеялись, посчитав его реакцию забавной. — Я один хочу их заткнуть или как? — мрачно сказал Даичи, стоя позади Хинаты и заслужив на свой вопрос несколько кивков от основного состава, кроме Хинаты, который пытался бороться со своим смущением. В любом случае, игра началась. Принимая их подачу, Некома сразу же атаковала Карасуно, заставив Нишиною принять мяч. Как только началась игра, Хината и думать забыл об издёвках Некомы, сразу же предаваясь игре, наблюдая за тем, как Танака-сан атакует, а Ямамото-сан принимает, правда неудачно, из-за чего мяч оказался над сеткой, и Хинате пришлось побороться с Львом, чтобы протолкнуть мяч. Из-за заметной разницы силы Хината проиграл этот бой, но Даичи подстрахавал его, приняв мяч прямо сзади Шоё. Было привычно, когда он начал разбегаться, а ребята отступили на шаг, давая ему больше свободы, и Хината прыгнул раньше всех, выпрашивая у Кагеямы странную быструю и получая мяч сразу же, пробив атаку. Послышался свисток, когда он приземлился на пол, и Хината вздохнул полной грудью, понимая, что даже если Некома не приняла эту атаку, они всё же отреагировали, а значит этот матч будет таким же сложным, как и все остальные. И, всё же, на лице появилась широкая улыбка, когда вокруг послышались привычные возгласы людей, которые впервые видели странную быструю. — Это матч, где нет второго шанса, Кенма! — воскликнул он, и после этого, как по сигналу, заорала поддержка самих Карасуно, заставив Кенму улыбнуться. Да, он не забыл то обещание. Они, наконец, начали игру, где не будет переигровки. — Ва-а-а! — заорал Кода, тяжело дыша и напугав рядом стоящих Атсуму и Осаму, которые издали наблюдали за матчем. — Я опоздал? Где Шоё!? Шо-о-оё! — Потише ты, — цыкнул Суна, но Кода, заметив, что группа поддержки Карасуно стоят вообще на другой стороне, побежал туда, даже не обратив на него внимания. — Эй, Кода! — оживился мигом Осаму, погнавшись за футболистом. — Кода, погоди! — Простите, но я спешу, — заорал через плечо Нобуо, и Осаму, закатив глаза, ускорился, почти что сразу прыгнув на бегущего впереди друга Хинаты и повалив того на пол. — Ай! Ну что Вы делаете!? — Всего пять минут и я отстану, — пообещал Осаму, и Кода, не ожидав такого упорства, взглянул на него через плечо: — Хорошо-хорошо! Только слезьте с меня. Осаму улыбнулся, встав первым и не обращая внимания на взгляды людей, помогая Коде встать. Аран говорил, что они могли использовать вчерашний случай в качестве компенсации, поэтому вздохнув полной грудью, Осаму сразу же перешёл к делу, не желая тратить время попусту: — Дай мне номер Шоё-куна. — Почему бы Вам у него не спросить, — раздражённо цыкнул Кода, вытаскивая телефон. — Клянусь, его друзья когда-нибудь меня доканают, — Кода довольно быстро нашёл номер своего лучшего друга, похоже, действительно спеша, раз так просто отдал Осаму его номер. — Записывайте. Осаму победно улыбнулся.

***

Это был не такой грандиозный матч, как с Инаризаки, нет, это было действительно в стиле Некомы. «Битва на мусорной свалке» пусть и звучало для многих как-то смешно или даже отстойно, но для Хинаты эта битва оставалась такой же крутой, как в первый раз, когда он услышал о ней. Матч между Некомой и Карасуно означал битву между котами и воронами; между небом и землёй, и Хината в какой-то степени ожидал, что розыгрыши будут такими же долгими, как в тренировочных матчах. Прошло уже несколько месяцев с последних их тренировок, и каждый из них знал, что они теперь вовсе не те, кем являлись в прошлом. Каждый знал, что их соперники возросли в силе. Приземлившись на пол после того, как они с Кагеямой сделали быструю атаку, вырвашись из оков Некомы, Хината со вздохом обернулся к Куроо, который с улыбкой смотрел прямо на него. Честно говоря, ощущения были точно такими же, как на тренировках, будто они вовсе не находились на национальном. Это было немного... логично, что ли? — Помнишь нашу первую тренировку? — улыбнулся Куроо, говоря так, чтобы его слышал только Хината. Шоё улыбнулся, кивнув головой — забыть, как Куроо вытащил пугливого омегу на первое его свидание в жизни никак не получится. Надо же было поспорить на игру и быть уверенным в своих силах, чтобы заполучить его согласие. — А как же, — хмыкнул Шоё. — Хочешь снова заключить пари? — Не боишься? Хината хмыкнул снова, вспоминая, как в начале матча Тсукишима с Ямагучи отлично сыграли роль копья и щита, заполучив очко так эффектно, что даже Кагеяма еле сдержал свой восторг, хотя тот был немного недоволен тем, что именно Ямагучи получил первую эйс-подачу на этом матче. Удары Асахи-сана и Танаки-сана, казалось, даже становились сильнее с каждой атакой, а точность пасов Кагеямы всё ещё поражала. Все его товарищи на этом матче показывали свой новый уровень, вспомнить случай, когда Нишиноя взял на себе второе касание, потому что Кагеяма вынужден был взять на себя первое. С их новой силой Хината теперь был уверен, что так просто они не проиграют, поэтому ухмылка украсила губы омеги, заставив Куроо отзеркалить его действие. Альфа был уверен в своей победе, а омега в своей, поэтому от них двоих исходила соответственная уверенность. Уже без слов было ясно, что они заключат пари, и Куроо был первым, кто протянул руку — точно так же, как тогда, на первом матче — предлагая свои условия: — Если мы выиграем, — начал Тетсуро. — Пойдёшь со мной знакомиться с родителями. — Ох, — удивлённо выдохнул Хината. Конечно, Куроо уже был знаком с его родителями, но такого он точно не ожидал. — Ты уверен? В смысле, не рано? — Самое время, — улыбнулся Куроо. — Твои условия? — Хех, — усмехнулся Шоё, пожимая руку своего парня под любопытными взглядами игроков. — Если выиграем мы, — взгляд Хинаты стал более звериным, и Куроо приподнял брови. — То я хочу с тобой пойти в Токийскую башню. — Хо-о, — улыбнулся Куроо, отделяясь от Шоё и смотря прямо в его глаза. — Даже без пари я бы туда тебя отвёз. — Ну, я бы тоже без пари познакомился с твоими родными, — хмыкнул Хината, и Куроо, шире улыбнувшись, встал на своё место одновременно с Шоё. Они оба понимали, что так интереснее. Последнее их противостояние, да? После этого окунуться в атмосферу матча было гораздо проще. Хината и Куроо так просто и спокойно сосредоточились на матче, чтобы это было даже как-то странно, хотя... это было неудивительно, учитывая то, что Некома играла так круто, что заскучать невозможно было. Они принимали все их атаки, отражали их и когда, казалось бы, что мяч вот-вот должен был упасть на поле, обязательно кто-то из них возвращал мяч обратно, заставляя их чувствовать себя ничтожными, задевая гордость каждого ворона. Подавляющая аура Кагеямы только подливала масло в огонь, и Хината хищно облизнулся, поняв, что этот матч пусть и не такой грандиозный, как с Инаризаки, но по-своему захватывающий, заставляя зрителей смотреть только на них. Куроо время от времени пытался напугать его своей аурой, наивно полагая, что Хината испугается его. Это бы сработало на сущности омеги, но Куроо не учёл того факта, что Хината успел так сильно довериться ему, что сущность больше не видела в нём угрозы, и даже если Куроо был зол очень сильно, Шоё мог бы стоять с ним спокойно. С одной стороны это льстило, но во время матча Некомы против Карасуно, Куроо немного начал ненавидеть эту черту в своём же парне, который с нахальной улыбкой смотрел на него, будто бы издеваясь. Сам виноват, что начал связывать свою жизнь с такой омегой, хотя, честно признаться, Куроо не пожалел бы об этом даже под предлогом смерти. Он действительно очень сильно любил Шоё. Некома целилась в Шоё. Кагеяма приподнял брови, наблюдая за тем, как Хината принимал очередную подачу Льва. Они лишали их преимущества странной быстрой и Кагеяма, цыкая языком, подавал остальным атакующим. Понять, что это был такой план, было не сложно, и Хината хмыкнул, когда атаку Танаки-сана Куроо полностью заблокировал. — Хо-о, — протянул Хината, привлекая на себя внимание ближайших волейболистов. — Вот значит как. Кагеяма поморщился — когда они только познакомились, Хината был в восторге от его пасов и особо не думал во время игры, честно думая, что всё так просто, как он предполагает. Это было в прошлом, но нынешний Хината был вовсе не таким: он продумывал каждый свой шаг, понимал, куда мяч упадёт и действовал уже осознанно, а не на инстинктах — и Кагеяма считал, что это из-за Куроо с Тсукишимой. Рядом с такими альфами, Хината сам становится более догадливым и умным, перенимая черту своих парней. Тсукишима с Куроо тянули Хинату вперёд и эта тяга отражалась на игре омеги. Рост его главного соперника одновременно и радовал его, и раздражал. Кенма бросил взгляд через плечо на Хинату, примечая как тот сосредоточенно следит за площадкой. Шоё с каждой их встречи становится всё интереснее и интереснее, только вот жалко, что это всё скоро закончится... Как-то странно я себя чувствую. А Кенма использовал грязный прием, заметил Хината, когда Некома неожиданно забрала первую победу в первом сете. Было умно, что Кенма так просто отправил мяч на сторону Карасуно так, чтобы атакующие, которые были нацелены на атаку, не смогли его принять. Вот уж точно, мозг Некомы. — Ты стал хорош в приёме, — заметил Кенма, когда они менялись площадками. Хината усмехнулся, остановившись возле друга, поняв, что тот хочет ещё что-то. — Я видел как ты играл против Инаризаки. Приёмы — это сложно, — отвёл взгляд блондин. — Сплошная боль, так что поначалу ты их не полюбишь, но, когда ты к ним привыкаешь, внезапно пробуждается интерес. — Ха, я не знал, что ты из этих ребят, — довольно усмехнулся Хината, понимая, что Кенма как-никак тоже любит волейбол. — Я сейчас в середине интенсивной тренировки «Крутого Парня», и сейчас я весь на взводе, так что ещё увидите, на что я способен, — хихикнул Хината, бегом направляясь к своей команде. Кенма склонил голову к правому плечу: — Крутого Парня? Перед началом второго сета мысль Хинаты о том, что Некома старается остановить странную быструю, заставляя его принимать подачи, подтвердил Нишиноя-сан. И хоть был привкус огорчения, что он теперь не сможет так свободно использовать быструю, он мерк под тем фактом, что Хината стал целью противников. Ноя-сан даже сравнил его с Оджиро-саном — асом Инаризаки, который входил в топ-5 — и от этого гордость внутри возросла. — Заткнись, — сказал рядом Кагеяма, и Хината закатил глаза, как только ребята поняли суть проблемы после рассказа Нишинои. — Я ещё ничего не сказал, — фыркнул Хината, в следующую секунду ухмыльнувшись, когда встретился со взглядом Такеда-сэнсэя. — Знаете, те альфы и беты, которые раньше во мне видели только омегу, — кивнул в сторону Некомы Хината. — Теперь видят во мне реального противника, угрозу, раз я стал их целью, — ухмыльнулся Шоё, совсем не замечая, как его клыки несколько удлинились, показывая его звериный облик. — Это чувство, — сглотнул Хината. — Просто потрясно. — Хината перевёл взгляд на Кагеяму, заставив того вздрогнуть. — Ты же собирался сказать мне, чтобы я не хвалился тем, что принимаю подачи, да? Знаю-знаю, об этом можешь не беспокоиться. Первая подача была нацелена на Шоё, который идеально принял её. Как раз вспомнились слова Танаки-сана, который говорил, что подойти вперёд, чтобы принять, а потом отойти назад, чтобы атаковать — это как-то нереально. Это не было нереальным, подумал Хината, замечая, что Танака-сан заходит слева, а капитан сзади. Это просто ещё одна трудность, закончил свою мысль Хината, побежав к сетке, примечая, что тут нет атакующих, и прыгнув в воздух раньше остальных, выпрашивая пас у Кагеямы. Его широкая атака справа пусть и была спонтанной, но очко-то он получил, открыв счёт в сете. Танака-сан и Нишиноя-сан моментально бросились к нему, крича наперебой, и Хината хохотнул, позволяя старшим трепать себя за волосы. В любых трудностях есть выход, надо только постараться, чтобы выбраться из этого, и Хината — как омега в этом мире — знал это лучше других. — Шоё, — неожиданно позвал его Кенма, и Хината, оглянувшись на него, моментально почувствовал от Кенмы опасность, которую он не ощущал ещё ни от кого. Тело само среагировало, и сущность внутри зарычала, когда Хината прыжком оказался подальше от Кенмы, который с какой-то жуткой улыбкой смотрел на него. — Оставайся интересным. — Что за черт? — подумал Хината. — От него исходит пугающая аура. Впервые вижу его таким возбуждённым.

***

Нишиноя-сан пытался пару раз прикрыть Хинату, но, в конечном итоге, сам же блокировал ему путь, не давая нормально атаковать. Он сумел атаковать странной быстрой всего один раз, и то благодаря Льву, который нацелился на заднюю часть поля Карасуно, когда заметил, что все они двинулись вперёд, готовые прикрывать Хинату, но не ожидав того, что Ноя-сан примет его верхним приёмом. Асахи-сан забивал эйс-подачи, Даичи-сан атаковал с задней линии, Танака-сан использовал прямые, и лишь Хината стоял в углу, не в силах ни принимать из-за Нишинои, ни атаковать, потому что путь ему всегда кто-то перекрывал. Хотелось атаковать, и это чувство в нём росло при каждом разе, когда мяч летел к Кагеяме, а тот готовился сделать пас. Кенма даже попытался повторить трюк, как ту же финальную атаку в первом сете, но Карасуно своих ошибок не повторяла, и Даичи был тем, кто отразил этот грязный приём. И пусть атаки Карасуно и защита Некомы были равны, они все знали, что Карасуно более тяжело, чем котам. Коты — это земные животные, которые с земли и атакуют, а вороны — жители неба, и вынуждены атаковать с воздуха, не обращая внимания на усталость крыльев. — Какой у нас там сет? — тяжело дыша, спросил рядом Танака, и Хината, бросив на него взгляд, переглянулся с Кагеямой. Только они оба выглядели более нормальными, и дыхание у них было спокойное, и Даичи-сан, наблюдая за ними, громко вздохнул. Вот же монстры настоящие! — Кажется, что пятый. — Стой, это не пятый? — переспросил Асахи, и Шоё мигом развернулся к нему, подняв большой палец вверх. — Мы только начали второй сет! Нам ещё кучу времени играть! — счастливо закончил он. — Впереди ещё долгий путь, — вторил ему Кагеяма, и Танака, не выдержав, заорал: — Отвалите от меня, монстры! И пусть даже Хината не атаковал, но в защите Карасуно он преуспевал, например, тот же случай, когда ребята, отступив назад, чтобы принять, казалось бы, дальнюю атаку Кенмы, повелись на его обманку. Тогда Шоё сыграл важную роль, в мгновение ока оказавшись на передней линии и спасая мяч, давая Кагеяме шанс отдать пас Танаке. И пусть даже это очко досталось Некоме, потому что при попытке заблокировать Ямамото-сана — пусть даже было немного обидно за свою глупость — Хината коснулся сетки, утомляя всю команду Карасуно ещё сильнее, Шоё знал, что у него всегда хватит энергии на прыжок. Это ещё не конец!

***

Куроо чувствовал, как альфа внутри раздражённо рычала на каждого находящегося поблизости человека, впервые в жизни чувствуя, что аура его омеги настолько ослабла. Обычно на поле Хината в прямом смысле горел, подгоняя и противников, и союзников вперёд, но на этот раз казалось даже, что Шоё начинает потухать. Кенма рядом наблюдал за Шоё с непроницаемым лицом, и Куроо — тот самый Куроо, который раньше был морально готов сделать из Кенмы второго альфу Шоё — сейчас в каком-то смысле ненавидел своего друга детства. Была даже мысль, что Кенма был заинтересован в Хинате, так же, как в своих играх, но иначе невозможно было объяснить почему он так жаждет вырвать крылья его парня. «Успокойся», — твердил себе Куроо, когда заметил насколько пустым стал взгляд Шоё, когда тот посмотрел прямо на Кенму, а тот просто прошёл мимо, будто бы никогда не звался его другом, будто бы они не были знакомы. «Терпи хотя бы до окончания матча», — просил себя Тетсуро, впервые видя такое выражение лица у Шоё, который не сводил взгляда с Кенмы. Казалось, что даже цвет его зрачков поблёк, оставляя только пугающий белый цвет. Альфа внутри скулила, просилась к омеге, чтобы обнять, прижать, успокоить и дать ему взлететь. Не хотелось делать больно Шоё, не хотелось, чтобы он чувствовал боль, хотелось, чтобы он летал, чтобы он не падал, чтобы просто улыбался счастливо. «Терпи!» — рычал себе Куроо, наблюдая за тем, как Хината отходит на подачу, впервые с момента их встречи ни разу не забив, пока находился на передней линии. Он старался, и не раз старался, но Некома не давала Хинате даже шанса на открытую атаку, поэтому Куроо чувствовал, как Шоё ломается, и как ломается он сам. — Я даже не представлял, что я буду в кого-то настолько сильно влюблён, — заговорил Куроо, смотря на спину Хинаты, который дожидался мяча. — И не представлял, что когда-нибудь скажу тебе такое, но сейчас я, — Куроо перевёл пугающий взгляд на Кенму. — Определённо тебя ненавижу. — Мне жаль, что «интересная» сторона Шоё скоро закончится, — сказал Кенма, и Куроо чувствовал, как сущность внутри поднимает голову, впервые рыча в сторону Козуме. По его вине — и по вине самого Куроо — сейчас страдает его пара. — Знаешь, сейчас до меня кое-что дошло. Я осознал, что я чувствовал всё это время к Шоё. — Похоже, — заговорил Куроо, наблюдая за тем, как лицо Кенмы морщится, как только Хината повернулся к ним лицом, взяв в руки мяч. — Тебе больно. Это был их план, и Куроо об этом знал с самого начала, но всё же Кенма готов был взять на себя всю вину, если Шоё после этой игры сломается: — Я не хочу быть альфой Шоё. — Что? — удивлённо выдохнул Куроо, повернувшись к Кенме и встретившись с его взглядом моментально. — Я не хочу быть его альфой, — терпеливо повторил Кенма и в этот миг послышался свисток. Мяч в руках Хинаты взлетел ввысь, отправляясь на поле противников.

***

С самого детства, как только его мать узнала, кем он на самом деле является, Хината жил как в клетке: постоянные посещение врачей, чтобы найти подходящего, надёжного; поиски таблеток, чтобы они ещё и не вредили здоровью; скрытие своей сущности перед друзьями, родными, и чувство того, будто он «особенный». Он не мог играть допоздна с ребятами, не мог драться с другими альфами, потому что был гораздо слабее их, не мог бегать с ними, прыгать, он ничего не мог, потому что был слабым, был слишком нежен не только для альф, но и для бет. Конечно, со временем это всё оставалось позади, и Хината рос, как росла и его сила, и в начале средней школы он смог познакомится с Коджи и Изуми, которые потом стали для него лучшими друзьями. Он все эти годы скрывался, вынужденный добровольно закрывать себя в клетке, чтобы обеспечить себе безопасность, чтобы хоть как-то вжиться в общество, которое погубило существование омег. И пусть всё это — всё то, что происходило с ним в Карасуно — получилось спонтанно, Хината только в этот раз начал ощущать полноценную свободу. Никто не пытался его ограничить, не было никаких слов о том, что он же омега, поэтому должен скрываться, ведь на каждом углу есть альфа, который не отказался бы от лакомого кусочка. Волейбол — это место, где всем плевать на вторичный пол, и Хината, хорошо зная это безвыходное положение, начал ощущать знакомое чувство ещё и здесь. Кенма был манипулятором, и Хината хорошо это знал. Кода однажды сказал, что к самому Шоё всегда тянутся такие мрачные люди, взять тех же Кагеяму с Тсукишимой. И, ходя рядом с такими людьми, волей не волей сам начинаешь понимать некоторые уловки, поэтому не было ничего удивительного в том, что Хината, со всей силой хлопнув себя по щекам, повернулся в сторону Некомы, где Кенма о чём-то рассказывал своей команде. — Ты думаешь, — подумал Хината, сузив глаза, не обращая внимания, как горят его щеки от собственного удара, оставив след от ладоней. — Что сможешь загнать меня в клетку, из которой я только выбрался? ...Без Кагеямы в качестве связующего я в тебе пользы не вижу... Поменявшись местами с Тсукишимой, Сугавара на подаче прицелился в Фукунагу, прекрасно осознавая, что он примет. Хината теперь нуждается в своей команде — раньше он всегда играл роль приманки, открывая путь для своих товарищей, теперь настала очередь самих Карасуно очистить путь для своей приманки. Кенма использовал свой приём снова, заставив Хинату принять на передней линии, а тому и не оставалось другого выбора, потому что он видел, что Сугавара не успевал в сторону мяча. Коуши нахмурился — Хината даже в своём положении сумел сыграть приманку, открыв путь для Танаки — ему точно требуется наша помощь? — но после того, как Хината в очередной раз готов был прыгнуть, когда мяч вернулся к ним, во время прыжка он поскользнулся на мокром от пота полу, лишив Карасуно как и атакующего, так и приманки, из-за чего Некома с лёгкостью смогли заблокировать атаку Танаки. Он почти выбрался. Если бы не пот, Хината бы смог атаковать. Даже при его положении была возможность прыгать, а если возможность была, значит это действительно ещё не конец. Шоё улыбнулся, взяв в руки тряпки, которые принесла Киёко-сан, вместе с Наритой и Киношитой протирая пол под своими ногами. Ещё чуть-чуть, и Некома поймёт, что они не зря опасались его всё это время. — Он, — поражённо выдохнул Кенма, наблюдая за тем, как Хината передаёт тряпки Киёко. — Улыбается? Всего один шаг. Хината стоял на краю обрыва, готовый сделать последний шаг. Был риск упасть вниз, в овраг, где его ждало лишь что-то плохое, но так же была надежда на то, что он наткнётся на ещё одну гору, которая привела бы его к вершине. И на тот момент, когда Хината рассчитал дистанцию для прыжка, Кагеяма, как только мяч коснулся его пальцев, заорал: — Открыт! Это был обычный пас! Перед глазами моментально пронеслись все ребята, с которыми Хината занимался до Кагеямы, и радость от такого доверия внутри только становилась всё больше и больше, когда Хината отведя руки назад, готовился к прыжку. Это был обычный пас, открытый для удара в центр, и Кагеяма действительно рискнул, впервые с момента их встречи доверив открытый пас в центр на матче. Хината не знал, что тогда заставляло его двигаться вперёд, но ощущение было такое, будто на месте тех крыльев, жестоко вырванными Кенмой недавно, появились новые — мощнее, чем раньше, больше и сильнее. Хината думал, что возможно это чувство появилась из-за «бум-прыжка», который он тренировал с момента, как узнал от Кагеямы, но тот факт, что он взлетел выше — ещё выше, чем на матче с Инаризаки — заставило воодушевляться ещё сильнее. И, казалось бы, он должен был пробить над блоком Льва — ведь он прыгнул выше самого Хайбы! — но что-то пошло не так, и Хината успел только коснутся кончиками пальцев мяча, толкнув на сторону Некомы, и каким-то чудом умудрившись заработать очко. — Что это было? — мигом возмутился Ямамото, посмотрев в сторону Хинаты, щёки которого от стыда уже начали краснеть. — Это было глупо, Куроо-сан! — заявил Лев, обращаясь конкретно к Хинате. — Это был паршиво ужасный удар, — прокомментировал всю ситуацию Кагеяма. — Ты определись, — хихикнул Танака. — «Паршивый» или «Ужасный»? — Навевает воспоминания, — хмыкнул Даичи, наблюдая за тем, как Хината, что-то пробурчав, отвернулся в сторону. А он очень милый... когда смущается.

***

Счёт был 24:26, когда Хината ошарашенно поднял взгляд на Ямамото-сана, который, в свою очередь, смотрел на заднюю линию Некомы под такими же ошарашенными взглядами ребят. Хината Шоё только что случайно забил принятый мяч, атакованный Торой. Это был сильный удар — Хината признавал — но не ожидал он, что таким образом выиграет очко для команды, ведя к победе во втором сете. — Это в твоём стиле, Куроо-сан! — заорал в этот миг Инуока, и всё пришло в движение, когда на Хинату со всех сторон набросились собственные же сокомандники. Куроо усмехнулся, наблюдая за тем, как Шоё смеётся, вставая с места с помощью Нишинои и смущённо почесывая свой затылок, пока его хвалили. 1:1, значит. Теперь это решающий сет. Хотя... Ощущение было такое, будто они находились на тренировке. Вон, даже Бокуто, стоя на своей площадке неподалеку, наблюдал за ними, попивая воду и о чём-то говоря с рядом стоящим Акааши. Это даже было к лучшему, никто не напрягается, и все готовы просто от души повеселиться, играя в волейбол, как в старые добрые времена. — А я тебе говорил не курить, — издевательски хмыкнул Хината, когда они снова менялись площадками, и Куроо шёл в конце, тяжело дыша. Ну, заставили же эти вороны его попотеть. Шоё ещё учёл, чтобы их никто не услышал, и Куроо улыбнулся, склонив голову к правому плечу. — О, тебе не нравится то, что я курю? — У тебя дыхалка скоро не выдержит всего этого, — ощутимо тыкнул в грудь альфы Хината, оттолкнув его, видя, что тот наклоняется к нему. Никаких больше поцелуев на матче! — Не забудь, что ты обещал мне потом бросить, — хмыкнул Шоё, сверкнув белозубой улыбкой. — Куроо-сан. — Как тут забудешь-то? — шире улыбнулся Тетсуро, наблюдая за тем, как махнув рукой, Хината подбегает к своей команде, оставляя его одного.

***

— Мы выиграли, придурок. Хината запрокинул голову назад, засмеявшись в голос. Ощущения действительно были такими, будто они сейчас на тренировках, наверное поэтому были настолько расслабленными, хотя этот матч действительно был долгим. Многие из ребят устало уселись на полу, тяжело дыша, и Хината, вздохнув, в момент повернулся в сторону, наблюдая за тем, как Куроо, обнявшись с Даичи-саном, подходит к нему. Улыбка сама украсила его губы и Шоё погладил альфу по его волосам, когда тот обнял его, уткнувшись носом прямо в изгиб его шеи. Пусть из-за фильтра Хината не чувствовал его запаха, но предельно ясно было, что альфа был не в состоянии контролировать свой запах. Матч был весёлым, но уж слишком утомительным. — Эй, — Куроо упал рядом с Кенмой, краем глаза наблюдая за тем, как Хината разговаривает с Кагеямой. Видок у сеттера был недовольным, хотя удивляться было тут нечему — Куроо с Хинатой на этом матче вели себя, как женатая парочка, хотя особо-то не старались показывать свои отношения (ну, ладно, Куроо старался), да ещё Некома не переставала звать Хинату «Куроо-саном», к чему Шоё уже похоже привык, раз спокойно отзывался на это. — Что ты имел в виду, когда сказал, что не хочешь быть альфой Шоё? — Что я не хочу быть альфой Шоё, — спокойно ответил Кенма. Куроо нахмурился, не понимая слова своего друга. Он сегодня вёл себя не так, как ожидалось бы от обычного Кенмы: поклонился перед самим Куроо, поблагодарив за то, что тот привёл его в волейбол; признался Хинате, что игра была весёлой, на что последний отреагировал очень уж бурно. — Я хотел бы просто остаться для него другом. — Эй, — позвал его Куроо. — Ты уверен? Не поздно ведь ещё. — Я был заинтересован Шоё вначале из-за его игры, — неожиданно начал Кенма, смотря на потолок спортзала. — И моя заинтересованность возросла, когда ты рассказал мне правду о его сущности. Я думал, что хотел бы стать для Шоё альфой, но сегодня, на этом матче, я кое-что осознал. — И что же? — осторожно задал вопрос Куроо, когда Кенма замолчал на некоторое время, не зная, как подобрать подходящее слово. — Я просто хочу наблюдать за ним, — честно ответил Кенма. — Шоё очень интересный, и наблюдать за ним мне нравится и хочется больше, чем стать для него альфой. — То есть ты даже не был влюблён в Шоё? — приподнял бровь Куроо, посмотрев на Кенму, который на это лишь хихикнул. — Похоже на то, — уверенно сказал Кенма. — Немного разочаровывает, да? Хотя, — Козуме улыбнулся, бросив взгляд в сторону Куроо. — Ты даже выглядишь довольным. Не хотел, чтобы я был твоим конкурентом? — Можно так сказать, — честно ответил Тетсуро. — Я чертовски ревную Шоё к Тсукки, хотя вначале был уверен, что буду спокойно к этому относиться. Я всё ещё уверен, что начни встречаться с Шоё и ты тоже, ты бы без моего внимания не остался, — хихикнул Куроо. — Прости за это. Кенма промолчал. В извинениях уже смысла не было, да и кажется Куроо был рад тому, что он отступил, осознав свои чувства, пока не стало слишком поздно. Послышался голос Хинаты, и переведя взгляд в сторону, Кенма нашёл его рядом с Кагеямой и Ямагучи, и улыбка сама нарисовалась на губах второгодки. Действительно, лучше для Шоё остаться лишь другом, а иначе, чувствует Кенма, что жалеть начнёт. Их взгляды с Тадаши на секунду встретились, и Кенма усмехнулся, когда рядом с пинч-подающим встала Ячи, что-то бурно выкрикивая, явно возбуждённая из-за выигранного матча. — Я пойду, — тяжело встал с места Куроо. — Посмотрю на матч Бокуто.

***

Холодный воздух спортзала не очень-то приятно охлаждал его кожу. Шоё всё ещё был в форме, которая после игры была несколько мокрой от пота, но от этого он какого-то дискомфорта не чувствовал. Прямо перед ним решалась игра следующих их противников — либо Такагияма, либо Комомедай. Хошиуми-сан как всегда был на высоте, и Хината наблюдал за ним, скрестив руки на груди и краем уха слыша как кто-то сзади говорит о нём, узнав в нём известного десятого лишь благодаря форме. Ребята уже ушли на обед, отдохнуть перед следующим матчем, потому что надо было собраться с силами, ведь третий день национальных — это ад, как говорил Акааши-сан. Есть не хотелось — и это было несколько странно, учитывая то, что всегда после хорошей физической активности Шоё хотел есть, а тут... даже голода не чувствовал, просто было какое-то странное ощущение, да и тело немного ослабло, хотя двигаться он всё ещё мог. — Ох, — удивлённо охнул Хината, когда на его плечи кто-то накинул мастерку. Без возможности понять кто это по запаху, Хината обернулся, встретившись со взглядом Сугавары, который улыбнулся ему, встав рядом. — Спасибо. От тепла чужой мастерки мурашки прошлись по коже, и Хината позволил себе выдохнуть, продолжая наблюдать за игрой Комомедай. Какой-то частичкой души он желал, чтобы победила именно команда Хошиуми-сана, чтобы они смогли сыграть с ними. От присутствия Сугавары рядом стало немного легче, и Хината укутался в одежду альфы сильнее, желая почувствовать всё тепло разом. — Ты можешь простудиться, — заметил Сугавара через некоторое время, и Хината моргнул, переведя взгляд на альфу. Коуши уже был в сменной одежде и, кажется, даже не ел. — Переоденься в сухую одежду, и пошли обедать. — Хорошо, — кивнул Хината, позволив старшему обхватить его за плечи и повести в сторону раздевалки, где находились их вещи. Вернув мастерку сэмпаю, Хината вместе с Сугаварой устроился на свободных местах, где Карасуно ожидали начала своего матча, приступая к обеду и примечая, что многие из команды уже заснули. Волей случая Хината оказался рядом с Тсукишимой, который надел на глаза повязку только тогда, когда увидел Шоё в поле зрения. Тсукишима видел, что он наблюдал за матчем Комомедай, и понимал, что трогать тогда его не нужно было, поэтому предпочёл наблюдать за ним издали, и предаваясь своему отдыху только тогда, когда понял, что Шоё в относительной безопасности. В какой-то миг, когда Шоё приступал к последним кусочкам своего бенто, Тсукишима упал на него, крепко уснув и не в состоянии держать свою голову на плечах. [13:56 07.01] Великий Король: Порядок? [13:56 07.01] Великий Король: Два матча в один день это слишком [13:57 07.01] Ива-чан: Поздравляю с победой, Шоё [13:57 07.01] Хина-чан: Спасибо! [13:57 07.01] Хина-чан: Мы сейчас отдыхаем, так что на следующий матч мы пойдем с новыми силами [13:57 07.01] Великий Король: Эй, Хина-чан [13:58 07.01] Великий Король: Ты надрал зад этому придурку Куроо [13:58 07.01] Великий Король: Ты шикарен [13:58 07.01] Ива-чан: Хватить быть засранцем, Тупокава! — Ты не поверишь, что случилось с капитаном! — воскликнул Кода, быстрыми шагами подходя к Хинате, пока тот шёл навстречу к нему. Брови Хинаты приподнялись, когда, закинув руку на его плечо, Кода повёл его в сторону, будто бы намеревался отвести его куда-то. — Он вывихнул ногу сегодня на матче и мы проиграли. Сейчас он в больнице и нас не подпускают, мол нечего там несовершеннолетним ходить. — Ками, — ужаснулся Хината. — Надеюсь, он в порядке. — Ага, — нахмурился Кода. Лучший друг немного отстранился от него, заглядывая прямо в глаза и хмурясь сильнее, чем раньше. — Слушай, ты всегда был таким горячим? — Что? — Ты ненормально горяч, парень, — Кода прикоснулся к его лбу, наблюдая за тем, как Шоё в растерянности смотрит на него. — Хотя я не уверен. Наверное, я выдумываю. — У тебя капитан ногу вывихнул, — нахмурился Шоё следом. — Наверное, из-за переживаний тебе многое мерещится. — Возможно, — не стал спорить Кода. — Значит, мне тебе ещё недельное бенто готовить, а? — Хоть я и должен радоваться, — усмехнулся Шоё, наблюдая за тем, как Кода подмигивает ему. — Но, я правда очень надеялся, что вы пройдёте с нами дальше. Вы хотя бы вошли в топ-16, да? Это же круто! — Ага-а, — улыбнулся Кода. — Но вы вошли в топ-8. Это ещё круче. Я буду наблюдать за тобой, так что не смей расслабляться. — Как будто сейчас я могу это сделать, — усмехнулся Шоё. [14:32 07.01] Эйта-сан: Поздравляю с победой, Шоё [14:32 07.01] Эйта-сан: Ты хорошо себя чувствуешь? [14:32 07.01] Эйта-сан: Ты поел? [14:32 07.01] Эйта-сан: Одевайся потеплее [14:33 07.01] Шоё: Всё хорошо, Эйта-сан! [14:33 07.01] Шоё: Вы сейчас в Мияги? [14:33 07:01] Шоё: Как только вернусь, я обязательно всё Вам расскажу! [14:34 07.01] Эйта-сан: Рад это слышать — Я видел ваш второй и третий матч, — признался Хошиуми, когда они с Кагеямой простояли там, наблюдая за матчем Комомедай до конца. Как и хотел Хината, они выиграли, теперь следующий их матч будет между ними. — Впечатляет, — кивнул Коурай. — Давай же решим, кто из нас настоящий Маленький Гигант! — Хината-кун! — мигом оказался рядом Мотоя-сан, заставив вздрогнуть не только Шоё, но и рядом стоящих Хошиуми с Кагеямой. — Вы с Хошиуми уже познакомились? Ты на него внимания не обращай, если он что скажет, — беззаботно махнул рукой либеро, на что Шоё лишь улыбнулся, заметив, как к ним подходит Сакуса. В своих формах оба игрока выглядели иначе, поэтому Шоё было несколько странно смотреть на них прямо сейчас, привык, видимо, к закрытой одежде. — Да нет, он крут, — пожал плечами Хината, заставив Хошиуми засиять в один миг. — А форма Итачиямы Вам к лицу, Мотоя-сан. — Ох, — покраснел Комори, отведя взгляд, пока Хината смотрел прямо на него. — Спасибо. — Придурок, нам пора, — неожиданно заявил Кагеяма, и Хината, обернувшись, заметил издалека Ямагучи с Ячи, которые подзывали их к себе. — О, — выдохнул Хината. — Удачного матча, — улыбнулся Хината игрокам Итачиями, махнув рукой и вместе с Кагеямой зашагав в сторону товарищей. — Ну во-о-от, — заныл Мотоя сразу же, как только Хината с Кагеямой оказались на достаточном расстоянии. — Как только мы встретимся, так обязательно ему куда-то надо. После той встречи мы даже нормально поговорить не смогли. — Что за встреча? — вмешался в их разговор Хошиуми, и Мотоя махнул рукой, чтобы он не обращал внимания. — Это тебя не касается, — выдал Сакуса, заставив Хошиуми нахмуриться. Что-то ему это точно не нравится. — Ну-ну, Коурай, — оказался рядом Сачиро, схватив за шкирку взбешённого альфу и подняв над полом. — Пошли уже, только нас и ждут. Сакуса усмехнулся, наблюдая за тем, как Хошиуми до последнего прожигал его взглядом.

***

— Этот десятый действительно очень красивый. Ты видел как он летает? Прям загляденье... Хината возмущённо промычал, когда Кей оторвался от него. Взгляд Шоё несколько потемнел, выдавая его возбуждение, и Тсукишима ухмыльнулся, поглаживая щёку омеги большим пальцем. Они находились в кабинке туалета, куда затащил Шоё именно Тсукишима, в какой-то момент захотев оставить на Шоё как можно больше своего запаха, чтобы другие альфы на него не заглядывались, пусть даже в плане защиты омеги преуспевал именно Кагеяма, вселяя ужас другим одним своим видом. Сидеть на бортике унитаза, сжимая бедро Хинаты одной рукой, а другой прижимать к себе за талию, целуя его и не давая времени, чтобы опомниться — не входило в планы Тсукишимы, но желанию противиться как-то даже не хотелось. Если они продолжат в таком темпе, Тсукишиме придётся остаться тут одному ещё на несколько минут, иначе стыда ему не избежать. Хината перед ним улыбнулся, схватив его за щёки и притянув к себе, возобновляя поцелуй. — На такого как ты он точно не посмотрит. — Заткнись! Тсукишима ухмыльнулся, поглаживая спину Хинаты и наклонив его, вынуждая приобнять за шею, ища опору. Ноги Шоё свисали с двух сторон, удобно устроившись на нём, и Тсукишима был в какой-то степени рад, что додумался сесть на бортик, иначе сейчас пришлось бы удерживать их обоих на ногах. Парень за дверью кабинки правильно мыслил — Шоё не посмотрит на него, потому что у него уже есть альфы, пусть даже другие считают, что его альфа — Кагеяма. Хината выдохнул прямо ему в губы, когда Тсукишима ощутимо укусил его. Понимает ведь, догадался Тсукишима, наблюдая за тем, как Хината отстраняется, тяжело дыша, чтобы в следующую секунду снова вернутся к нему. «Ай-ай», — подумал бы Тсукишима из прошлого, если бы увидел их в этот момент. — Уединяетесь в грязном туалете? Отвратительно. — И, послушай, он встречается с Кагеямой Тобио. Не знаю как другие, но я его побаиваюсь. Не хочется признавать, но он самый настоящий альфа из всех альф, которых я встречал. — Такое чувство, будто ты в него влюбился. — Ну и шутки у тебя. Тсукишиме хотелось бы закричать, что Хината встречается с ним, но из-за чувства такта, а так же воспитанности, он решил, что лучше уж будет, если он оставит на Хинате свой запах как можно больше, да и кажется сам Шоё не против, раз с таким рвением отвечает на его действия. Чёртов Кагеяма заставлял думать каждого, кто видел его, что Хината — его парень, а ведь раньше Тсукишима тоже думал, что все шансы будут на стороне сеттера, но Шоё выбрал его. Среди всех, кто предлагал ему отношения, он просто смело подошёл к нему и сам предложил встречаться, хотя тут руку приложил тот же Куроо, не знающий, как будет защищать Шоё, находясь в Токио. А ещё... Хината всегда был таким горячим? Нет, в плане температуры, физического состояния. Наверное, это было из-за их действий, но это заставляло его беспокоиться. Их температуры всегда были разными — Тсукишима вечно был холодным, замерзал, а Шоё был тёплым в любое время, и поэтому любил часто хвататься за его руку, чтобы хоть как-то согреть своего альфу — но сейчас Хината был более горячим. Это нормально? — Ты нормально себя чувствуешь? — шёпотом спросил Тсукишима, видя, как Хината тяжело дышит. Оба перестали подслушивать чужой диалог, поняв, что ничего нового они не услышат. — Да, — так же ответил Шоё. — Просто голова немного кружится. Дай мне отдышаться, — хихикнул он, и Тсукишима расслабился. Это было из-за их поцелуя. Шоё покорно наклонился, когда Тсукишима притянул его к себе за затылок, чтобы поцеловать в лоб. И Кей снова нахмурился, почувствовав, что температура тела Шоё было ненормально высокая. Это точно из-за поцелуя? Тсукишима пригляделся к омеге: щёки у него были красными — что было обычно, потому что Хината всегда краснел, когда они целовались — и дыхание было тяжёлым — опять-таки, поцелуй — и казалось всё нормально, но почему-то Тсукишима беспокоился о состоянии своего парня. — Ты точно хорошо себя чувствуешь? — приподнял бровь Тсукишима, и Хината, подняв на него взгляд, кивнул головой. — Абсолютно. — Шоё, — позвал его Тсукишима. Хината сейчас болеет? Он в порядке? По признакам это было похоже на жар, но Тсукишима не был уверен, потому что эта ситуация не отличалась ничем от других, лишь Хината был намного горячее. — Это не последняя твоя игра. Если ты плохо себя чувствуешь, скажи мне. — Но я правда в порядке, — растерянно хлопнул глазами Шоё. — Правда. — Он так сильно хочет играть в волейбол, — подумал Тсукишима, возвращая руку на лоб Шоё, который на это лишь хихикнул, уверяя его, что всё в порядке. — Что даже не чувствует своего состояния. Должен ли я... — Тсукки! — заорал кто-то, открыв дверь туалета с таким шумом, что вздрогнули оба карасуновца, а те парни заткнулись моментально. — О, привет, ребята! Тут высокий очкарик случаем не пробегал? — Это Бокуто-сан? — шепотом спросил у парня Хината, на что Тсукишима кивнул головой. Им обоим как-то не хотелось появляться перед капитаном Фукуродани в таком виде. — Да, — так же шёпотом ответил Тсукишима, уткнувшись в плечо омеги и чувствуя как тот запускает в его волосы пальцы, поглаживая их. — Ох, тогда прощу прощения, — хихикнул Бокуто, получив ответ на свой вопрос. Тсукишима думает, что он навеселе. Хината думает, что он слишком возбудился из-за выигранного матча. — Если увидите, скажите, что ЯмаЯма его потерял. Тсукишима мог поклясться, что он слышал, как Бокуто подмигнул, хотя это физически невозможно. А «ЯмаЯма» — это Кагеяма или Ямагучи? Хината тихо усмехнулся, когда Тсукишима озвучил этот вопрос, и альфа позволил себе прижать своего парня к себе ещё ближе, чувствуя, что в ближайшее время такой вольности он позволить себе не сможет.

***

— А, — лицо Хинаты немного изменилось, выдавая его удивление, и настоящий Маленький Гигант Карасуно мягко улыбнулся, понимая его состояние. — То есть как Вы, — Хината сглотнул. — Ушли из волейбола? От Саэко рядом начала исходить какая-то неуверенность и Хината понимал, что это из-за него сейчас Сестрица испытывает какую-то часть вины. В какой-то степени Хината ожидал, что Удай Тенма — оказывается, так зовут его первого кумира по волейболу — не будет состоять в какой-либо команде, бросив волейбол после школы. Хината ведь ничего не нашёл про него ещё с того момента, как узнал о нём, лишь только то, что он учился и играл в Карасуно, и всё. — Я хотел заняться кое-чем ещё, — неловко почесал затылок Удай, старательно отводя взгляд от Хинаты. — Так что не играл с выпуска из старшей школы. Несмотря на всю ситуацию, Хината почему-то чувствовал себя... нормально. Он не был разочарован в Удае, не хотел бросить волейбол из-за этого и не было никакого чувства грусти. Просто сплошное спокойствие, будто бы не он раньше горланил о Маленьком Гиганте на каждом углу, пытаясь найти таких же поклонников, как он. Хината будто бы говорил с каким-то маловажным человеком в его жизни. Он думал, что будет круто, если Хината сможет стать таким же крутым, как он, но после выяснения того — после того, как сам Хината, наконец, смог добраться до национальных, почти что сравниваясь с силой Удай-сана (Хинате всё ещё льстила мысль, что товарищи сравнили его с Оджирой-саном, сказав, что их ситуация на матче с Некомой были похожи) — что его главный кумир не занимается тем, что любит он, Хината просто не чувствовал ничего. Он не был разочарован. Он не хотел истерить, кричать или что-то сделать в подобном духе. Он был спокоен и какой-то частичкой рад, потому что это значило, что он и Хошуими-сан — единственные Маленькие Гиганты на этом национальном? — Интересно, — выдохнул Хината, ступая за Кагеямой и видя перед собой площадку, где ребята уже разминались. Взгляды Комомедай устремились на них, когда они с Кагеямой ступили на площадку. — Почему я совсем не расстроен? — и переведя взгляд на остановившегося Кагеяму перед ним, Хината продолжил: — Я реально ни капельки не расстроен. — Наконец-то, — фыркнул Кагеяма, отвернувшись от него и продолжая путь, заставив Хинату растеряться. Что он хотел этим сказать? — Кей! Кей! — вмиг оживился Хината, подбегая к своему парню и обходя Кагеяму, аура которого снова изменилась. Рядом с Тсукишимой сидел Тадаши, и Хината вдвойне обрадовался, оказываясь рядом с ними и светясь не хуже солнце. — Тадаши! Вы не представляете с кем я только что встретился! — Ты для начала успокойся, — хихикнул Ямагучи, наблюдая за тем, как Хината крутится вокруг Тсукишимы, пытаясь обратить его внимание на себя, пока тот разминался. — И кого же ты встретил? — Настоящего Маленького Гиганта Карасуно! — воскликнул Хината и точно указал в сторону Удая, который на трибунах стоял рядом с Акитеру. — Правда, оказывается, он бросил волейбол, — немного сменив тон, продолжил Хината, но в следующий секунду снова заорав, заставляя Тсукишиму демонстративно морщиться: — Но круто же, да!? — Ва-ах! — фыркнул Гао, смотря на то, как Хината крутится вокруг Тсукишимы, пока тот разминался, паралельно разговаривая с Ямагучи, который с улыбкой ему что-то отвечал. — Этот десятый слишком шумный. — Сказал такой же шумный парень, — хмыкнул мимо проходящий Хиругами, хлопнув по плечу товарища. — Вот же правду говорят, по себе людей не судят, — а потом, оглянувшись на товарища, Хиругами добавил: — Только не влюбись в него, как Коурай. — Я не влюблён в него! — фыркнул Хошуими, следуя за другом. Его щёки были слишком уж красными, и Гао, почему-то следуя инстинкту, поднял взгляд на десятого, обнаружив, что тот, поскользнувшись на ровном месте, свалился на спину Тсукишимы, заставив того коснуться лбом аж до пола. Вот тебе растяжка... — О, он одинадцатого сломал, — поморщился Гао, наблюдая уже за тем, как десятый слёзно просит прощения у блондина, пока тот не мог разогнуться, дрожа всем телом. Рядом сидел двенадцатый, что-то спрашивая у Тсукишимы, а победную ухмылку Кагеямы, который всё это время стоял рядом с ними, не заметил бы лишь слепой. — Так ему надо, — радостно воскликнул Хошуими, сжав руки в кулак, после чего сразу же поняв, что он сказал это вслух, снова покраснев до кончиков ушей. — То есть, неважно, — демонстративно отвернулся Хошиуми от Карасуно. — Лучше уж пойдём разминаться. — Влюблён, — важно кивнул Бесшо. — Влюблён, — подтвердил Хиругами, уже не обращая внимания на то, как Хошиуми не сводил взгляда с десятого, который дурачился со своими товарищами.

***

Открыл счёт в первом сете Хината, задействовав странную быструю, как предупреждающий знак, что Карасуно не так просты, как кажутся. И Хошиуми-сан ответил им тем же, показав, что Маленький Гигант есть не только у Карасуно, пробив мяч над блоком. Они с Хошиуми с самого начала знали, что похожи друг на друга, но восхищаться не переставали, постоянно смотря друг на друга, когда появлялся шанс. Если Карасуно на это внимания почти что не обращали, мысленно вспоминая матч с Вакутани, где их капитан — Такеру — точно так же вёл себя рядом с Хинатой, а тот отвечал ему тем же, то в делах Комомедай всё шло на удивление ярко и весело, потому что... — Коурай, ты, чёрт возьми, влюбился в этого коротышку! — расхохотался Гао, пользуясь тем, что Хината отвлёкся на разговор с Даичи-саном. И десятый, и первый номер выглядели крайне серьёзными, поэтому можно было предположить, что они говорили о следующем своём ходе. — Я думал, ты влюбишься в какую-то сексапильную девушку и- — Да замолчи! — заорал в этот миг Хината, обращаясь к Кагеяме, который хмурым взглядом прожигал его. — Понял я, понял, — повернулся вперёд Хината, не обращая внимания на смешки капитана рядом. — Вот же ублюдок редкостный, — шёпотом добавил он, заставив Гао приподнять бровь. — Береги свою голову, придурок, — мрачно добавил Кагеяма, слыша всё от начала до конца, и Хината закатил глаза, всё же прикрывая свой затылок. Нет, Хината знал, что Кагеяма не промахнётся, но всё же было боязно. — О, он очень милый, да, Коурай-кун? — хмыкнул рядом Хиругами, и Хошиуми, бросив на него взгляд, отвернулся в сторону, демонстративно игнорируя смешки своей команды. До этого Коурай только и делал, что интересовался волейболом, поэтому команда решила не упускать возможности поиздеваться над Коураем-повёрнутым-на-волейболе, который влюбился в игрока-который-точно-так-же-повёрнут-на-волейболе. Хината, кроме Коурая, восхитился ещё одним игроком в этой команде — «Неподвижный Хиругами», который заблокировал Танаку-сана во время их синхронной атаки, и это учитывая то, что в деле их атаку он увидел впервые. Хотя прозвище было крутым — Хината мысленно сравнил Хиругами с Аонэ — сам Сачиро был до противного раздражающим. Хината даже понимал почему его отталкивало от Хиругами — как от Футакучи-сана — но помимо этого было ещё другое чувство. Пусть этот Хиругами был похож на альфу своим телосложением, а почувствовать запах у Хинаты не было возможности, благодаря фильтрам, но в Сачиро было что-то не так. Что-то, что не давало покоя Хинате с момента их встречи, и Шоё, прожигая того взглядом, прищурился, заставив и двухметрового рядом напрячься, а Хошиуми заинтересованно следить за ним. — ...хотя, у меня очень быстрые ноги, — улыбнулся Хиругами, повернувшись к Хинате, который прослушал половину того, что он говорил. — Так что неважно, как много вы будете делать перед нами, всё бесполезно, — Хиругами прищурился на манер Хинаты. — Особенно омегам, которые не знают своего места. Хината не ответил, чувствуя как раздражение берёт верх, но он был в состоянии себя контролировать, поэтому прожигая взглядом Сачиро несколько секунд, он отвернулся, не желая даже вступать в открытый конфликт. Если этот альфа не хочет относиться к нему с уважением, то сам Хината будет точно так же относиться к нему. Плевать на этого ублюдка, пусть он идёт к чёрту. Хиругами пару раз смог заблокировать их во время синхронной атаки, даже внимания не обращая на приманку Хинаты. Ощущение было такое, будто они находились в лесной гуще, без возможности выбраться, и Хината нахмурился, приземляясь на пол. Ещё, кажется, он устал после матча с Некомой, потому что тело в нескольких местах покалывало, требуя отдыха. На это можно было не обращать внимания — Хината всегда уставал после тренировок, выкладываясь на полную, так что это ощущение было для него родным. Появление Тсукишимы заставило Хинату на подаче усмехнуться. Вспоминая, что Хиругами постоянно подкалывал Хинату, если была возможность, он таким же образом не оставлял в покое Хошиуми, заблокировав одну из его атак сразу же. И пусть Хиругами внешне оставался спокойным, но всем было ясно, что он был раздражён, потому что, эй, кому вообще нравится, когда над их сокомандниками издеваются? Этот матч заставил Хинату подумать, что тут были сплошные противостояния: странная быстрая Карасуно против сильнейшего блока Комомедай (то есть все высокие и сильные блокирующие стояли против Хинаты, как когда-то Аонэ-сан, Футакучи-сан и Когане против них); колкости Тсукишимы против Хиругами (оба тихо бесились друг от друга, и Хинате постоянно приходилось отвлекать Тсукишиму на себя, чтобы тот на почве эмоции не наговорил всякого); и сам Хината против Хошиуми (взгляды обоих Маленьких Гигантов всё ещё встречались между собой, если выдавалась возможность). А потом выяснилось, что Хошиуми-сан умеет пасовать. Нет, Хината знал это с самого начала, видел ведь, как играет, но вблизи — когда ты противник Маленького Гиганта — на это можно было засмотреться. Хошиуми-сан был слишком идеальным игроком, который не обращал внимания на свой рост, и пусть даже он был альфой, он подарил Хинате надежду быть таким же крутым, как он. Удай-сан сказал, что он оставил волейбол после выпуска из старшей школы, окончательно добив мысли Хинаты о том, чтобы быть похожим на него, а теперь перед ним предстал Хошиуми-сан, который светился ярче, чем предыдущий Маленький Гигант Карасуно, и Хината подумал даже, что таким образом он мог бы найти свой стиль. Хотя нет, подумал Шоё, широко улыбаясь, как-то упустив тот момент, что забили-то очко не они, я уже нашел свой стиль. Ему не обязательно быть похожим на Удай-сана или на Хошиуми-сана, или надеяться на пасы Кагеямы всю жизнь — хотя он это понял уже давно — просто в один миг Хината ясно увидел, что перед ним открылись пути, которые он мог бы выбрать самостоятельно, не следуя за спиной Маленького Гиганта, слепо повинуясь своим желаниям. Хината выбрал свой путь и сейчас он собирался сделать первый шаг по этой дороге, впервые отказавшись от своих слов, быть похожим на Маленького Гиганта. — Этот пас, — обратился к Кагеяме Хината, впечатлённый пасом соперника. — Просто невероятный. Высоко и круто, — шире улыбнулся он, совсем не замечая, как Хошуими, который стоял перед ним, засветился в один миг, наконец, получив свою похвалу. — Влюблённый дурак, — заметил Хиругами. — Ага, — безэмоционально кивнул Бесшо рядом.

***

Прыгать по диагонали всегда нравилось Хинате, потому что своим неожиданным прыжком в другой угол, он часто отвлекал на себя атакующих соперников. В этот раз это тоже ничем не отличалось, потому что Гао — двухметровый гигант, которому явно повезло с ростом — повёлся на него, и Хината думал бы, что он открыл путь для Асахи-сана, который прыгнул позади него, как этот Гао спокойно прыгнул ещё раз, как только его ноги коснулись пола. Рост позволял ему такие вольности, и Асахи с Хинатой мигом побледнели, когда двухметровый сделал полный блок Азумане. — Надо было сменить траекторию, Асахи-сан, — нахмурился Хината, как только послышался свисток, оповещающий, что первый сет выиграла команда Комомедай со счётом 25:20. — Опасно атаковать в одно место. — А ты уже думаешь о третьем сете, а, Тсукишима? — издевательски протянул Сугавара, когда Хината приближался к ним, задержавшись из-за того, что наблюдал за местом, куда пришлась атака Асахи-сана. Представить, как атака аса проходит, если бы он сменил траекторию, было легко, но на деле всё всегда было сложнее. Они как будто на блюдечке преподнесли это очко Гао. — Нет, не смей… — почему-то помрачнел Тсукишима, и Хината вопросительно приподнял бровь, оказываясь рядом с ним, когда Сугавара хлопнул по спине своего кохая, с улыбкой выдав: — Ты совсем как Шоё. — Ох, — простонал Тсукишима. — Это было больно. — Ты тако-о-ой грубый, — протянул Шоё, проходя мимо него. — Ты можешь его в любой момент бросить, Шоё, — воскликнул Сугавара, на что Хината закатил глаза, но говорить ничего не спешил. — Ты ведёшь себя, как ребёнок, — оказался рядом с Сугаварой Даичи, хлопнув сеттера по спине. — Такие вещи не говорят парочкам. — Я вообще-то всё ещё здесь, — устало сказал Тсукишима, но ни капитан, ни вице-капитан не обращали на него внимания. Кагеяма более ясно развернул объяснения Хинаты о том, что они могли бы атаковать по-другому, по другой траектории, то бишь описав, что опасно атаковать из одной и той же позиции. Во время этого перерыва, Карасуно обсуждали многое, упоминая тот или иной случай, решая, как лучше выходить сухими из воды. Этот матч был чем-то похож на матч с улучшенной версией Датэко — непроходимый лес, который не даёт даже лучику солнца коснуться их — и это Хината ощущал очень даже хорошо. ...почему этот зуд всё никак не пройдёт?.. На втором сете расстановка Комомедай полностью поменялась, и Карасуно тоже не отстала от них, поменяв местами Тсукишиму, который обычно стоял впереди, и Хинату, которому реально было непривычно начинать сет с задней линии, но, вспоминая слова тренера, Хината знал, что он служил для Карасуно мечом, который пойдёт в атаку в лобовую. И это стало угрозой для Комомедай, когда, используя всю ширину площадки и свою скорость, Хината забил мяч, не дав блокам Комомедай даже шанса заблокировать его. Хината стал абсолютной приманкой, привлекая внимание всех, кроме одного, а именно Сачиро, который, казалось бы, следил только за мячом, не давая себя обмануть. И Даичи-сан, наблюдая за Хинатой, вздохнул, как только взгляд их десятого встретился со взором двухметрового Гао и Неподвижного Хиругами. Сильнейшее копьё Карасуно против сильнейших щитов Комомедай. Были моменты, когда используя блоки Тсукки, Хошиуми забивал очки, как предыдущий Маленький Гигант Карасуно, или же такие случаи, когда Хината заставал врасплох всех своих соперников, атакую на всю ширину площадки, выскакивая оттуда, откуда не ждали, и Хиругами не отставал от них, блокируя Асахи-сана снова и снова. Хината поморщился — как ас, наверное, Асахи-сан чувствует себя униженным, но вряд ли поддержка Шоё ему поможет. Но Хината не мог успокоить себя, когда Комомедай атаковали их так, чтобы Кагеяме ничего другого не оставалось, кроме как принимать мячи, взяв на себя первые касание, тем самым не давая и шанса на странную быструю. И это был бы превосходный план, только вот... — Вы забыли, что играете против Кагеямы Тобио и Хинаты Шоё, — усмехнулся Танака, наблюдая за тем, как мяч со всей силой ударился об пол при помощи странной быстрой, засчитывая им очко. Кагеяма действительно был гениальным связующим, который мог пасовать из любого угла в любое место. При счёте 13:11 в пользу Карасуно, Комомедай взяли тайм-аут, и Хината, ощущая как во всем теле покалывает — чёрт, я настолько сильно устал что ли? — направился к Киношите-сану, который раздавал всем полотенца. Нишиноя-сан оказался рядом моментально, с громким хохотом потрепав волосы Хинаты, на что Шоё лишь посмеялся. Блин, ходить немного тяжело. — Ты такой потный, Хината, — улыбнулся Киношита, передавая ему полотенца, и Шоё отзеркалил его улыбку, сразу же вытираясь. — Потому что он бегал, как ветер! — воскликнул Нишиноя. — Даже быстрее ветра! — оказался рядом Танака-сан. — Потому что это наш кохай! — хором заорали они, со всего размаху ударив по спине Шоё, отчего тот закашлялся от боли. С учётом того, что и спина у него была потная, это было в несколько раз больнее, чем обычно. И слыша краем уха, как хохочут его сэмпаи, Хината с улыбкой бросил на них взгляд, после чего ведомый инстинктами, он повернулся в сторону Комомедай, увидев потемневший взгляд Хошиуми, который буквально прожигал взглядом обоих альф.

***

Используя то, что Кагеяма с Тсукишимой сделали касание атаке Комомедай, Хината неожиданно атаковал с задней линии. Он любил и эту атаку тоже, потому что таким образом он как бы говорил, что даже с задней линии он всё ещё остаётся атакующим. Это было комбо первогодок, которое заставило многих зрителей восхищаться, выкрикивая их имена, и Хината ухмыльнулся, когда весь основной состав Комомедай смотрел только на них. Хинате тогда совсем не стоило знать, что они — то есть сам Хината, Кагеяма и Тсукишима — выглядели страшнее, чем обычно, почти что кошачьим взором наблюдая за действиями соперников, одним своим видом показывая, что они тоже не лыком шиты. Омега, что соответствует своим альфам. — Сила — это свобода! — выкрикнул Хината на поле замены, заставив Ямагучи рядом вздрогнуть, после того, как Кагеяма обманом заработал эйс-подачу, целясь в угол и заставив Гао, который до этого не принимал подачи Карасуно, засомневаться и пропустить мяч. А после Хиругами вернулся со своими блоками атакам Асахи-сана, который с желанием вырваться только и загонял себя в угол. И если бы не Ноя-сан, который прикрыл Асахи при очередном блоке, приняв мяч в последнюю секунду, а Кагеяма не спасовал этот мяч Тсукишиме, заставив того пробить, Хината не знал, чем бы это закончилось. — У нас сегодня жареная свинина! — воскликнул Сугавара, меняясь местами с Тсукишимой при счёте 17:17, и Хината, обрадовавшись, обернулся к нему с сияющей улыбкой: — Правда? — Не, — с оптимизмом ответил Сугавара. — Не знаю. Лица Комомедай, которые слушали его, ожидая крутой речи, резко стали нечитаемыми, как и выражение лица Хинаты, который не ожидал такого ответа на свой вопрос. — Это была секретная техника «Спокойствие в движении»! — воскликнул Хината, заставив Сугавару рядом хихикнуть над этим. Асахи-сан рядом с ним тяжело дышал, не зная, что сказать этим двоим, пока Коуши с Шоё находились в своём мирке. Он сделал финт в последний миг. Заставил каждого подумать, что забьёт со всей силой и в последний миг сделал финт. Сложно-то как… — Перестань давать финтам такие странные название, — хмыкнул Сугавара, скрестив руки на груди. — Лучше уж будет секретная техника «Бездействие в движении»! — Не то чтобы кто-то хранил её в секрете, — помахал рукой перед собой Танака. — Но вы оба сейчас как-то от ребятишек не отличаетесь. Сугавара на давление на Асахи со стороны Комомедай отвечал подачей в сторону Коурая, заставляя принять его, и после этого Хината сделал касание Хиругами, хмыкнув, когда встретился с его взглядом в полете, в дополнение к этому Асахи-сан ещё смог забить, пробив блок перед собой, зарабатывая ещё одно очко. Казалось, что с выходом Сугавары их настроение поменялось, и Хината ощущал это по полной. Пришлось даже прыгать сразу, когда Кагеяма снова взял на себе первое касание, и Асахи-сан, которому пришлось взять пас, передал ему. Только вот, Комомедай слишком уж привыкли к Маленькому Гиганту в своей команде и поэтому не было ничего удивительного в том, что Комомедай заблокировали его. Если бы не Танака-сан, который в последний миг успел спасти мяч, они бы проиграли это очко. И стоило второму касанию отправиться прямиком в руки Сугавары, как тут же Асахи-сан закричал: — Влево! Это было похоже на первый их тренировочный матч, когда первогодки Карасуно только-только вступили в ряды волейбольного клуба. Воспоминания перед глазами прошлись моментально, и Хината загляделся на прыжок Асахи, когда мяч всё же вернулся к нему. Он будто бы замер в воздухе на секунду, точно летит, и забил с такой силой, что от хлопка мурашки прошлись по коже, пока блокирующие Комомедай шокированно приземлялись на пол. — Асахи-сан! — заорали в один голос Нишиноя и Хината, и абсолютно весь основной состав Карасуно бросился к асу, повалив того на пол, отчего последний рассмеялся, не зная, как вести себя с ними. Среди кохаев, которые действительно восхитились им в этот момент, оказался ещё Сугавара, который от счастья даже успел потрепать его волосы, случайно сняв с волос товарища резинку, отчего его волосы волнами спали на плечи. — Моя резинка! — Резинку не потеряйте! — воскликнул Сугавара, пытаясь вырваться из клубка, что они устроили. — Резинка! — с хохотом повторил Нишиноя. — Асахи-сан крут! — воскликнул следом Хината. — Я тоже заставлю блокирующих смотреть на меня! — Звучит так романтично, — не в тему сказал Сугавара. — Что вы тут устроили, идиоты!? — заорал Укай где-то сбоку, пытаясь вытащить за ногу кого-то из клубка. Судя по хрипу, это был Танака. — О, Шоё, ты такой горячий, — удивился Нишиноя, помогая Хинате встать, пока тот с хохотом пытался устоять на ногах. Было весело вот так обниматься, пусть даже лица Комомедай всё время менялись, когда они смотрели на них. — Похоже ты слишком много бегаешь. — Ага, — кивнул Шоё, улыбнувшись. — У меня даже ноги гудят. А после случилось то, что Хиругами и Хошуими не забыли бы никогда. Никто не ожидал этого, кроме Хинаты, который любил рисковать. Во время второй подачи Хошиуми, которую принял Танака, Хината привычно потребовал мяч для странной быстрой, но отличие в этом было то, что он использовал бум-прыжок. Кагеяма удивлённо расширил глаза, когда услышал знакомый хлопок ноги об пол, и когда он наклонился назад для паса, Хината уже летел выше обычного. — Минус темп, — подумал Хината, взлетая над блокирующими Комомедай, которые, несмотря на высокий рост, не могли дотянуться до него. — Плюс бум-прыжок. — Вот это игра! — восхищённо воскликнул Хината, мягко приземлившись на пол, как только забил, и получив в свою сторону ошарашенные взгляды от всех. — У тебя просто божественные руки! — схватился за руки своего связующего Хината, и Кагеяма, который любил, пусть и молчал об этом, прикосновения Хинаты, замер. — Ха? — наклонил он голову, чувствуя ненормальную температуру Хинаты, пока тот оборачивался к Даичи-сану, который с заметным удивлением что-то у него спрашивал. - Делать бум-прыжок в рывке немного сложнее, чем я ожидал, — заметил Хината после того, как атаковал Комомедай, разбежавшись на всю ширину площадки. До этого Асахи-сан сделал эйс-подачу, и это было комбо со стороны Карасуно. — Как мне вообще это удалось? — удивился самому себе Хината, вспоминая как поспешное решение обернулось ему успехом. При помощи этого бум-прыжка Хината смог пробить блок двухметрового, зарабатывая очко и давая шанс Карасуно на матч-поинт. Со счётом 24:22, Хината с сияющей улыбкой обернулся к Кагеяме, который при каждом его прыжке всё хмурился и хмурился, в будущем действительно боясь силы своего товарища, который сейчас уже целеустремлённо догонял его. И его высокая температура не оставляла в покое связующего. Случаем, это не лихорадка? — В следующий раз я тебе покажу, — оскалился Гао, и Хината мог бы поклясться, что тот выпустил свой альфа-запах, чтобы напугать его, но, увы, фильтры в носу не давали ему ощутить хоть малейший намёк, поэтому не было ничего удивительного в том, что Гао испугался его ужасающей ауры, которую Хината без ведомости использовал ещё на матче Инаризаки. Хината улыбнулся, всё ещё не догадываясь, какое влияние он оказывает на двухметрового, ожидая, что этот матч ещё покажет ему всё интересное и весёлое. - Чёрт возьми, — воскликнул мысленно Гао, смотря на Хинату и ощущая себя рядом с ним более мелким, хотя это было ужасно смешно, учитывая их разницу в росте. — Да он же альфа! Какие, блин, идиоты подумали, что он омега?!

***

Переходя от широкой атаки к высокой, Хината сам от себя не ожидал такой резкой смены, но тем не менее ему удалось забить, только вот что-то у него всё тело начало гудеть, голова начала несильно болеть и дышать становилось немного труднее, будто он выдохся. Хината знал, что это не его предел, и этого хватало, чтобы он не обращал внимания на своё состояние. Ещё этот Кагеяма, думал он, тряся рукой, чтобы побыстрее избавиться от боли, не умеет нормально давать пять, хотя он всё ещё учится. Сила Хинаты была в его миниатюрности, хотя он часто пытается использовать высоту. Шоё прямо чувствовал, как его сосредоточенность на игре расширилась, и было совсем легко не обращать внимания на что-то другое, помимо игры. Шоё снова использовал бум-прыжок, забивая ещё одно очко и заставляя Хиругами, который вначале даже не смотрел в его сторону, следить только за ним. И Кагеяма — Хината с широкой улыбкой бросил взгляд на своего связующего, который выглядел очень уж довольным — просто шикарен, действительно гениальный связующий, раз смог в таком неудобном положении пасовать ему высокий быстрый пас. — Что это было?! — заорал позади Хинаты Гао, даже не стараясь понизить свой голос. — Эти ублюдки потрясающие! — Это он потрясающий, — кивнул Хината в сторону Кагеямы, разворачиваясь обратно к ним. Тобио удивлённо приподнял брови, наблюдая за тем, как Хината прикрывает затылок, готовясь к подаче товарища. — Я могу прыгать, — продолжил Хината, смотря прямо в глаза Гао. — Но я бы никогда не выиграл сам. Поставив блок четвёртому номеру, Хината моментально отступил назад, чтобы обеспечить себе место для разбежки, видя, что Комомедай удержали мяч в воздухе, но они всё ещё не могли противостоять его бум-прыжку, поэтому не было ничего удивительного в том, что он смог хотя бы секунду выиграть для Танаки-сана, а тот, не жалея сил, забил очко. — Похоже мне пора отказаться от своего прозвища, — расхохотался Хиругами, с улыбкой обернувшись к Хинате. — Ты, чёрт побери, реально умеешь привлекать внимание. — Думаю, если кто-то захочет дать мне прозвище, — хихикнул Шоё, чувствуя, как слабость берёт верх. Он же не мог так рано устать, да? — Тогда лучше всего подойдёт Сильнейшая Приманка, но, — Хината перевёл взгляд на Кагеяму. — Наверное, я никогда не буду считать себя просто приманкой. — Я постоянно говорил тебе, что приманка — это круто и важно, — фыркнул Кагеяма, будто бы слышал о чём Хината думает. Шоё удивлённо приподнял брови, смотря на своего связующего. Не мог же он понять, что Шоё как раз-таки вспоминал первый их тренировочный матч с тренером Укаем, где Кагеяма говорил эти же слова, разница была лишь в том, что Хината тогда ещё не смирился со своим прозвищем. — После связующего разумеется. — Так что Вы можете называть себя Маленьким Гигантом, — резко перевёл взгляд на Хошуими Хината, заставив того сразу же заорать: — Не говори так, будто ты даришь мне это имя! Оно с самого начала было моим! — после чего старший рассмеялся в голос, заставив Хинату на это лишь улыбнуться. — Если у меня была возможность дать тебе прозвище, — шире улыбнулся Хошиуми, в следующую секунду точно указав на Хинату и не сводя блестящего взгляда с рыжего, который удивлённо приподнял брови. — Я назвал бы тебя «Сильнейшим Омегой»! — Идиот, — подумал Хиругами, видя, как лица основного состава Карасуно стали нечитаемыми. — Коура-а-ай, — завыл мысленно Гао, закрыв глаза рукой. Хошуими улыбнулся ещё шире, когда Хината рассмеялся, точно так же, как и он ранее, после чего протянул руку под сеткой. Коурай поспешил пожать руку омеги, понимая его как никто другой, и Хината, мягко улыбнувшись, первым отпустил его, возвращаясь на место. Просто молчаливое спасибо. Как просто для Хинаты Шоё. Хината отвлекал на себя ребят из Комомедай с помощью прыжка по диагонали, давая шанс Танаке-сану, чтобы тот успешно забил. Хината страховал Тсукишиму, когда мяч пролетал по его блоку, а альфа, чувствуя, что не может проиграть своему парню, не теряя времени, сразу же атаковал, хоть эту атаку и принял Хошуими-сан. И пусть Хината бегал перед глазами Комомедай, отвлекая их внимание на себя, в какой-то миг он снова прыгнул, чтобы забить минус темпом с бум-прыжком, что у него получилось просто на ура. Только вот падение на пол было слишком уж болезненным, и Хината широко улыбался, когда Танака-сан поспешил к нему, протягивая руку. Он продолжал забивать очко, значит он всё ещё в игре и может продолжать играть. Эта новость радостными волнами прошлась по его телу и Хината счастливо рассмеялся, но стоило ему попытаться приподняться, протянув руку в сторону Танаки, который с улыбкой его хвалил, как земля ушла из-под ног. Конечности его не слушались и сердце в груди начало биться сильнее, а дыхание становилось всё тяжелее. Было жарко, очень жарко, и Хината перевёл взгляд на свои ноги, не в силах встать с места. Всё его тело прямо гудело, и Шоё нахмурился — это не было похоже на течку, но, что, чёрт возьми, происходит с ним? — Ха? — выдохнул Хината, снова попытавшись встать, но неуклюже упал обратно на пол. Казалось, что везде наступила тишина, и Шоё нахмурился сильнее. Что с ним такое? — Что? — У него, — заговорил вдруг Кагеяма, и Хината перевёл на него взгляд, ощущая себя более слабым. Даже слабее, когда Терушима со своими дружками похитил его. Он ведь всё ещё сдерживает свой запах? Хината аккуратно коснулся своей шеи — обычно оттуда исходили феромоны — и почувствовал, как пот каплями катится по его коже. — Кажется лихорадка. ...Лихорадка? — Эй! — позвал его Хошиуми, но Хината не в силах был встать. Чёрт, только не снова. — Что с Хинатой? Эй, я тебя спрашиваю! — Шоё, — бросился к нему Тсукишима, и Хината ошарашенно перевёл на него взгляд. Сердце в груди сжималось, а сам он не мог встать нормально — ноги то и дело, что подкашивались и встать нормально не получилось, да и головокружение не улучшало ситуацию. Сейчас же игра, ему нельзя падать, надо встать. — Я в порядке. — Да у тебя же жар, — ужаснулся Кей, кожей ощущая жар своего парня. Этот идиот… — Он же рядом с нами всё время был! — неожиданно рявкнул Тсукишима, и Танака впервые видел, как Тобио вздрогнул. Обычно, когда Тсукишима кричал, ни Кагеяма, ни Хината особо не пугались его, но в этот раз было что-то иное. — Ты почему не сказал нам, что тебе плохо, придурок?! — заорал уже на Шоё Тсукишима, но тот, подняв испуганный взгляд на альфу, сглотнул: — Я х-хорошо себя чувствую, п-правда. — Хината-кун, — подбежал к нему Такеда. — Тсукишима-кун, помоги его поднять. — Сейчас же игра. — Эй, двенадцатый! — слышался где-то в стороне голос Хошуими. — Что случилось? Что с Хинатой? — Игра подождёт, — тоном, не терпящим возражения, заявил Кей, и Хината охнул, когда подхватив его под колени одной рукой, а другой поддерживая его спину, Тсукишима с лёгкостью поднял его на руки. Голова закружилась снова, и Шоё еле сдержал рвотный позыв, опираясь об Кея, когда тот усадил его на скамейку, где ранее сидели сэнсэй с тренером. — Голова болит? — Н-нет. Только кружится, — Хината поднял взгляд на Кея. — Я правда в порядке. Это пройдёт. Я в порядке. — Шоё, — нахмурился Кей. — Прекрати. — Но я… — Хината-кун, — уселся перед ним на корточки Такеда-сэнсэй, и Шоё перевёл на него взгляд, ощущая, как дышит Тсукишима справа от него. Его сердце так бешено бьётся. С Кеем всё в... порядке? Наверное, сущность чувствовала состояние своего альфы, вот и начинает переживать так. Даже тошнит от этого волнения. — Это то же самое, что случилось с Савамурой, — медленно начал Такеда. Хината расширил глаза — он ведь в порядке? — Нужно проверить, что ты в порядке. Ты меня понимаешь, — медленно продолжил сэнсэй. — Хината-кун? Он ведь в порядке! — Я знаю, что ты сейчас никого не хочешь слушать, — продолжил Иттетсу. Я не хочу снова их подвести. Я хочу стоять на площадке. Я не могу заболеть. — Прямо сейчас я не могу позволить тебе играть, — серьёзно посмотрел на него Такеда. Что? Нет-нет-нет, если Вы мне не позволите, я не смогу играть. Пожалуйста, скажите, что я здоров. Я правда здоров. — ...Ты слушаешь, Хината? — встряхнул его учитель, и Хината моргнул. Он прослушал все его слова, хотя всегда старался слушать всё до конца. Он ведь не хотел так. — Запомни это чувство! — прикрикнул он прямо в его лицо, сжав его плечи, и Хината ощутил, как слёзы текут по его щекам, наконец, вырвавшись на свободу. Осознание реальности тяжёлым камнем легло на его плечи, и Шоё ощутил себя таким слабым маленьким омегой, каким он являлся. Что он о себе возомнил, когда на матчах альфы и беты начали замечать его как соперника?! — ...В твоей жизни обязательно будут ещё такие моменты. Будут моменты, когда ты ничего не сможешь сделать. Теперь будь внимательнее и заставляй себя запоминать! Ты ведь сказал, что однажды выиграешь золотую медаль, и не одну. Ты теперь знаешь, что есть стены, которые не перелезть одной лишь волей и усердием. Когда наступает такой момент, ты теперь будешь знать, что нужна логика, знания, размышления. Хината, посмотри на меня, то, что происходит сейчас — это тоже волейбол! ...Я ведь всё время о себе заботился? Я ведь хорошо одевался, кушал вовремя и спал достаточно, почему я... — Думай о том, как победить. Твоё тело обязательно вырастет, но в спорте, где состязания проходит через высокую сетку, в мире волейбола, где даже 190 сантиметров считается низким ростом, ты всегда будешь низким. Ты должен понять, что у тебя меньше шансов, чем у остальных, а учитывая ещё то, что ты омега, этих шансов становится ещё меньше... ...Учитель, просто... просто прекратите, пожалуйста... — Сэнсэй, — послышался в стороне голос Укая. — И ты должен держаться за эти шансы! — закричал прямо в его лицо Такеда, и Хината, наконец, вздохнул полной грудью. Всё вернулось на круги своя, и Хината услышал весь шум в спортзале, все эти шепотки, которые окружали их, дыхание Тсукишимы рядом и тёплые руки Такеды, которые держали его за руки. — Будь уверенным, чтобы не упустить ни одного шанса. Ты… — Такеда сглотнул, когда Хината, наконец, осознанным взглядом посмотрел прямо в его глаза. — Из всех людей ты обязан о себе заботиться, лучше других заботиться о себе, чтобы быть готовым, когда у тебя появится шанс. — Я, — Я не хотел. — Простите, — зажмурился Хината, чувствуя как снова падает в бездну, пытаясь зацепиться пальцами хоть за какой-то край, чтобы удержаться. — Простите, — сжал руки Такеды Хината, и слёзы ещё сильнее брызнули из глаз. — Так разволновался, что заболел, — неожиданно расхохотался Танака, стараясь удержать на лице улыбку, хотя было понятно, что это всё было ложью. — Ты ребёнок, что ли? — Он всегда был ребёнком, — ухмыльнулся рядом Тсукишима и Хината вытер одной рукой глаза, стараясь успокоить себя. Не время. Не сейчас. Надо Карасуно поддержать, а поплакать он ещё успеет. — Наш монстр выздоровеет, если просто поспит ночью. …Не волнуйся обо мне… — Нам будет тяжело без тебя, — заговорил Даичи, оказавшись перед Хинатой. — Глупо это отрицать. Шоё, ты нам нужен, поэтому просто поешь и отдохни. — «Я буду тем, кто останется на площадке», — взял на себя последнее слово Кагеяма. — Я снова победил, Хината. Слёзы Шоё сами по себе прекратились, и Хината вдохнул воздуха полной грудью, окончательно заставляя себя успокоиться. Понимая, что слова будут тут лишними, Хината молча встал с места при помощи Ямагучи. Омега хлопнул по плечу своего альфы, заставив Тсукишиму вздрогнуть, и не смотря никому в глаза, Шоё позволил Тадаши развернуться в сторону выхода. Он проиграл. — Хината Шоё! — заорал неожиданно Хошуими-сан, и Хината перевёл на него взгляд. Взгляд Коурая был твёрд и решителен, и разочарование от самого себя навалилось на Хинату ещё сильнее. — Я буду ждать тебя! — Ками, — сглотнул Хината, несколько секунд глупо смотря на лицо Коурая, после чего, поняв свою оплошность, отцепился от Ямагучи, чтобы развернуться и глубоко поклониться Хошиуми-сану. Тадаши тащил его в сторону выхода, и Хината повиновался ему, шагая почти что на автомате и не сводя взгляда с поля, где ребята уже продолжили игру. Он хотел быть там, хотел быть с ними, но из-за своей же ошибки он должен был отказаться от этого на время. Двери спортзала закрылись перед его взором, как только Ямагучи передал его под опеку Ячи, и Хината моргнул, переведя взгляд на Тадаши. — Иди, — сказал Шоё, видя, как Тадаши колеблется. — Иди и покажи им, что Карасуно не так просты, как кажутся. Выражение лица Ямагучи стало ещё более болезненным, и Хината вздохнул, понимая, что это всё по его вине, сжал плечо своего товарища. Достаточно было заглянуть в глаза двенадцатого. Этого было достаточно, что Ямагучи, собравшись духом, кивнул головой, тут же разворачиваясь и идя обратно на площадку (где хотел бы быть Шоё). Тут не виновата омежья сущность, тут виноват сам Хината. Возможно, он недостаточно ухаживал за собой, а ведь до начала этого матча несколько людей говорили ему, что, кажется, у него высокая температура. Даже Кода заметил, и Хината поморщился — он ведь обещал, что будет о себе заботиться, так какого чёрта не заметил признаки лихорадки!? — Хината-кун, — потянула его за руку Ячи. — Пошли. И Хината, зажмурившись, повиновался.