Зимний сон

      Кто бы мог подумать, что поход на хребет Синлу завершится подобным образом? По сути — никто.       Едва не погиб Цзинь Лин, который неожиданно для всех там очутился: самостоятельно собрав информацию об этом месте, он решил поохотиться, предположив, что здесь обитает сильная тварь.       Лань Ванцзи и Вэй Усянь строили разные теории, но крепость-людоед оказалась семейным некрополем ордена Не, чего предположить не мог никто. Еще и странный преследователь объявился, которого отправился ловить Ванцзи, пока Вэй Ин потащил бессознательное тело Цзинь Лина в город, чтобы уже там привести его в порядок и в чувство.       Сперва Вэй Усянь хотел разыскать Яньли и Цзысюаня, но потом решил, что не стоит им видеть своего ребенка в таком виде, и поэтому понес племянника в комнату, снятую ими с Лань Чжанем. Увидеть Яньли хотелось нестерпимо, чтобы еще раз удостовериться в том, что она действительно жива и счастлива. Но что он ей скажет, когда встретится лицом к лицу? Она, однозначно, знала Мо Сюаньюя, но на этом всё. Сейчас он для нее просто один из знакомых людей и не более. Хотя, с другой стороны, она и павлин должны что-то знать о делах Сюаньюя в ордене Ланьлин Цзинь и что с ним там случилось. И всё же Усянь решил, что в первую очередь стоит привести в порядок внешний облик Цзинь Лина и разбудить его, ибо Вэй Ин уже чувствовал, что юноша не просто без сознания, а спит глубоким здоровым сном. Юные быстро восстанавливаются.       В комнате Усянь уложил племянника на кровать и принялся стаскивать с него испачканные в земле золотые одежды, попутно ругаясь на безрассудство юноши:       «И придумал же в одиночку отправиться в неизвестное место, о котором ходят страшные легенды, да еще и собрался охотиться на тварь, якобы там обитающую, не зная ни вида монстра, ни уровня его силы. Ну не глупец ли? Неужели Цзян Чэн его ничему не учит?»       Стащив с Цзинь Лина сапоги, Вэй Ин неожиданно обнаружил на правой ноге метку какой-то твари, покрывшую уже почти всю голень.       — Где же ты умудрился ее подцепить? — удивленно пробормотал он и принялся осматривать тело племянника на наличие других отметин. На руках и ногах более ничего не было и Усянь распахнул на юноше нижние одежды, намереваясь осмотреть торс, как вдруг Цзинь Лин очнулся и, узрев нависшего над собой Мо Сюаньюя, испуганно заверещал и оттолкнул его.       — Ты что собрался делать со мной?! Ты, мерзкий обрезанный рукав, не смей ко мне и пальцем прикасаться!       Упавший на пол возле кровати Вэй Ин лишь усмехнулся такой прыти племянника, явно чувствующего себя нормально, и ответил:       — Больно ты мне нужен, я хотел с тебя снять грязную одежду.       — Я тебе не верю! И не нужно с меня ничего снимать! — гневно выкрикнул юноша, присаживаясь на кровати. — Где мы? Куда ты меня притащил?       — Ты в нашей с Лань Чжанем комнате на постоялом дворе, — спокойно ответил Усянь, наблюдая за реакцией племянника, отслеживая — не начала ли на него воздействовать метка, оставленная, скорее всего, духом некрополя.       — Ты уже с ним даже в одной комнате живешь? А ты шустрый, Мо Сюаньюй. Не смог удержаться в Ланьлин Цзинь, так решил попытать счастье в Гусу Лань. Ну так могу тебя поздравить — хорошего покровителя себе нашел, — грубо ответил Цзинь Лин, потянувшись за сапогами.       В мгновение ока натянул их на себя, схватил снятую ранее верхнюю одежду и, отпихнув попытавшегося его остановить Вэй Ина, выскочил в окно, сиганув со второго этажа.       — Цзинь Лин! — лишь успел выкрикнуть Усянь. — Ты посмотри, какой резвый, но метку надо снять, придется догонять.       Он повторил движения племянника и так же выпрыгнул из окна, пустившись вдогонку. Вот только далеко убежать не успел — до его слуха донесся собачий лай и ругань. За очередным поворотом он увидел Цзян Чэна, стоящего в окружении других адептов ордена Юньмэн Цзян и, что самое страшное, рядом с ужасным монстром в образе серо-черной псины, ластящейся к Цзинь Лину.       Вэй Ин не успел ни спрятаться, ни толком затормозить, и теперь стоял перед разъяренным Цзян Чэном, переводящим свой горящий гневом взор с племянника на Мо Сюаньюя.       — Это он с тобой сделал? — мужчина окинул взглядом растрепанный и полураздетый внешний вид Цзинь Лина.       — Да… Дядя, но он не… — попытался объяснить юноша, но Цзян Чэну было достаточно услышать «да», чтобы слететь с катушек.       — Ах ты тварь, посмел посягнуть на ребенка! Ублюдок, я убью тебя, и никто меня не остановит! — заорал он, а в его темных глазах полыхнули отблески фиолетовых молний.       — Дядя, он тут с Ханьгуан-цзюнем, — осторожно произнес Цзинь Лин.       — Мне плевать на него! Такой же выродок, как и этот!       — Дядя…       Но Цзян Чэн, поглощенный своим гневом, не слышал уже никого. Перед ним оказался враг, который посмел обидеть члена его семьи.       Спустив Фею на побледневшего Мо Сюаньюя, Цзян Чэн тут же, в один прыжок, сократил расстояние между ними более чем наполовину.       Вэй Ин, поначалу впавший в ступор, отмер и кинулся прочь, спасаясь бегством не от Цзян Чэна, но от собаки, что метнулась за ним. Не убьет же Цзян Чэн его в самом-то деле? А вот псина вполне себе могла серьезно покусать.       Но далеко Вэй Ин убежать не смог, А-Чэн, увидев реакцию Мо Сюаньюя на собаку и сопоставив поведение Ванцзи и этого человека, увиденное им ранее, мгновенно догадался, кто перед ним и от этого гнев еще больше разгорелся в его сердце.       Удар Цзыдянем по икре сбил Вэй Ина с ног.       «Бежать дальше нет смысла. Рано или поздно это должно было случиться», — подумал Усянь и остался лежать ничком на земле, не двигаясь.       — Этого забрать с собой, — кивнул Цзян Чэн на Вэй Ина, и его подчиненные подхватили лежащего человека и понесли на постоялый двор, где они остановились.       

***

      Погруженная в полумрак комната полнилась тенями. Лишь на чайном столике горели две свечи, озаряя участок подле него и двух людей, сидящих друг напротив друга. Один, одетый в черные одежды, понуро опустив голову, молчал, не в силах заставить себя посмотреть в глаза своего бывшего лучшего друга и брата. Он был связан искрящимся фиолетовыми искрами кнутом. Стоило пошевелиться и оковы больно впивались в тело.       Второй мужчина, облаченные в темно-фиолетового цвета одеяния, тоже молчал, но взгляд его, пылающий злостью и гневом, мрачно блуждал по человеку в черном.       — Ничего не хочешь мне сказать? — нарушил он молчание первым.       — А что ты хочешь от меня услышать? — вопросом на вопрос ответил Вэй Усянь.       — Когда ты вернулся?       — Совсем недавно.       — Почему ты пришел к Лань Ванцзи, а не ко мне?       — Так получилось, — тихо ответил Усянь.       — Так получилось?! Или ты так захотел?! — зло выкрикнул Цзян Чэн.       — Так получилось, — еще тише пробормотал Вэй Ин.       — Ты всегда… всегда выбирал его, а не меня. Даже когда вернулся с того света, ты предпочел быть с ним, а не прийти к своему брату, к своей семье… Неужели, он важнее всех нас? — разочарованно спросил А-Чэн.       — Цзян Чэн… Я… А-Ли и павлин… они… — словно пытаясь перевести разговор на другую тему, прошептал Усянь.       — О! Вспомнил о них? Наверное, ты очень удивился, когда увидел их живыми? Правда? — со злым сарказмом произнес Цзян Чэн.       — Я рад… я так рад, что они живы… И… рад, что у тебя всё хорошо…       — Ты рад? На какую жизнь ты их обрек? Вечное унижение и сплетни за спиной… Хорошая жизнь, правда? Цзинь Цзысюань был вынужден уступить пост главы ордена этому выскочке Мэн Яо, а ведь ему пророчили великое будущее, но из-за тебя и твоего Призрачного генерала все это пошло прахом. Что здесь хорошего?       — Они все живы… — прошептал Вэй Ин.       — И только поэтому я до сих пор тебя не убил.       — А хочешь это сделать? — подняв голову, Вэй Усянь решительно посмотрел в глаза Цзян Чэну. — Я не стану сопротивляться, если для тебя это столь важно.       — Ты настоящий идиот. Как бы я тебя ни ненавидел, я не желаю подобного, ты уже один раз умер. И Цинъянь расстроится, если узнает, что я отправил тебя обратно в загробный мир. Ты ведь ее благодетель: «Ах, Вэй Усянь достойный человек. Добрый и искренний. Если бы не он, то меня, скорее всего, убили бы», — нежным голосом, словно девушка, вдруг пролепетал Цзян Чэн. — Как же ты бесишь! До ужаса. Я дико хочу тебя избить, — с кривой ухмылкой и вновь привычным тоном добавил он, а у Вэй Ина отлегло от сердца.       — Ну так сделай это. Правда, я сейчас даже сдачи дать тебе не смогу, — с радостной улыбкой произнес Усянь.       — Всё улыбаешься? Знал бы ты, как я устал слушать о тебе сплетни и россказни все эти годы. Вэй Ин то, Вэй Ин это. Такой талантливый, такой красивый. Каждый захудалый заклинатель считает себя вправе указывать мне на твои заслуги и твои же грехи. И никто не видит того, что сделал я. Почему я постоянно нахожусь в твоей тени? Даже когда твой прах истлел без следа, они все всё равно равняются на тебя? Почему? Чем я хуже? И сейчас, когда ты вернулся, то обо мне даже и не вспомнил. И правда, кто я для тебя? Кто я для всех них? Действительно — никто… — зло засмеявшись, Цзян Чэн прикрыл глаза ладонью. — И всё же… я тебя одновременно ненавижу… и люблю, ведь ты мой брат… Как же так?       — Цзян Чэн… — начал было Вэй Ин, но в этот момент дверь в комнату распахнулась и в нее влетел Цзинь Лин.       — Дядя, я хотел тебе рассказать кое-что важное, — начал с порога юноша. За ним было сунулась собака, но он ее сразу отогнал, памятуя о реакции Сюаньюя на Фею.       — Раньше нельзя было? — гневно спросил Цзян Чэн.       «Вспыхивает как свечка от малейшего проявления неуважения к себе. Совсем не изменился за эти годы», — со странным удовлетворением подумал Усянь.       — Ты же меня бранить сразу начал и грозился отправить к родителям. Если бы не это, то я бы не забыл рассказать, — сердито ответил Цзинь Лин. — Слушать будешь или я пойду?       — Говори быстрее, — произнес Цзян Чэн.       — Мне кажется, сегодня в лесу я видел Вэнь Нина.       — Чтооо?! — подскочил мужчина. — Почему ты сразу мне об этом не сказал? Где ты его видел?       — Это всё ты виноват. Сразу ругаться начал, а потом Мо Сюаньюя зачем-то схватил. Он тебе тоже понравился, как и Ханьгуан-цзюню? — ответил Цзинь Лин, зачем-то провоцируя дядю подобными речами.       Вэй Ин сидел с широко распахнутыми от удивления глазами.       «Что за чушь несет этот юнец? Как у него хватает смелости говорить подобное Цзян Чэну?» — успел он подумать, прежде чем А-Чэн взорвался праведным гневом.       — Мелкий гадёныш, как у тебя смелости хватает подобное говорить? — крикнул он, вторя мыслям Усяня.       — Дядя, о чем ты подумал? Мо Сюаньюй — талантливый темный заклинатель. Вот я и подумал, что тебя заинтересовали его умения, — притворно удивленным голосом произнес Цзинь Лин, а Вэй Ин едва сдержался, чтобы не засмеяться в голос, услышав подобную провокацию. Вроде бы они не родственники по крови, но вот эта черта однозначно принадлежала ему. — Так ты будешь слушать про Призрачного генерала? — невинно продолжил юноша.       — Говори быстро!       — Дядя, не торопи меня, а то могу неожиданно всё забыть, — ответил А-Лин.       — Цзинь Жулань! — Вэй Ину показалось, что воздух в комнате заискрился от гнева Цзян Чэна.       — Я видел его в лесу в пяти километрах от города, если двигаться на восток. В том месте есть полуразрушенное строение. Именно там я увидел неясную тень и услышал звон цепей, как на горе Дафань, — быстро протараторил Цзинь Лин, более не рискуя злить своего дядю.       Цзян Чэн посмотрел на Вэй Усяня и произнес:       — С тобой мы еще не договорили. И сразу поясню: Вэнь Нин мне никто, он виновен и его я не пощажу, — потом обратился к племяннику. — Цзинь Лин, охраняй «этого» хорошо, — кивнул на Вэй Ина. — Если к моему возвращению он сбежит, то я тебе точно ноги сломаю.       — Да-да, дядя, я присмотрю за ним. Если не поторопишься, то Призрачный генерал может и скрыться, — почти серьезным голосом ответил А-Лин, словно его действительно заботила поимка дядей этого лютого мертвеца.       Смерив племянника недоверчивым взглядом, Цзян Чэн всё же покинул комнату, ведь если существует хоть малейшая вероятность поймать Вэнь Нина — он не может ее упустить.