Что же ты творишь, детка?

Микки

Вечер пятницы. Дом Милковичей

Вечеринка по поводу выписки Йена была как раз кстати. Все волнение и напряжение от недавних событий наконец-то прекратилось, и у нас появилась возможность отдохнуть и провести время всем вместе. Такие посиделки в компании Липа, Мэнди и, конечно же, Йена стали уже какой-то традицией, которая очень мне нравилась. — А давайте в «я никогда не»?! — Мэнди побежала на кухню и принесла несколько рюмок, не дожидаясь ответа. — А это что? — Йен с недоумением смотрел на ее приготовления. — Один человек задает фразу, например, «я никогда не напивался в хлам», и те, кто делал это, должны выпить, остальные пропускают ход, — объяснение Липа заняло не больше минуты, и мы сразу же приступили к игре. Я устроился рядом с Йеном, касаясь его колена своим, и приготовился узнать все грязные секреты эти троих. — Так окей, я начинаю. Я никогда ничего себе не ломала, — мы с Липом и Йеном дружно чокнулись рюмками, — Так я и думала! Лип, ты следующий. — Хм, хорошо, — он ухмыльнулся и выдал, — Я никогда не спал с мужчиной. — Ну это уже не честно, — с усмешкой произнес я, выпивая обжигающий напиток в компании с сестрой и учителем, — Тогда ответка — я никогда не спал с женщиной, — и снова все подняли рюмки, — Мэнди?! Я что-то про тебя не знаю? — Я просто попробовала, — он пьяно икнула и засмеялась, посмотря на удивленного Липа, — И да, если хотите знать, то было ничего так. Мне даже понравилось. Йен, продолжай, иначе они меня сейчас съедят. — Океей, я никогда не сидел в обезьяннике, — к удивлению Йена я поднял рюмку. Не, ну а что он ожидал? В моем прошлом и не такое происходило. Лип присоединился ко мне, а Мэнди осталась в стороне. Внезапно у меня в кармане завибрировал телефон. Посмотрев на экран, я его заблокировал, не отвечая на звонок. Сердце пропустило удар от волнения. — Не будешь отвечать? — Йен вопросительно поднял брови. — Нет, там ничего важного, — только я это сказал, как он зазвонил снова. — Думаю, что все-таки придется, — вот именно, что придется. Если бы это была не Эстель, то я бы даже не переживал. — Продолжайте без меня, вернусь через пять минут, — я взял телефон и вышел на крыльцо. Очень сильно хотелось курить, но в карманах не было не одной сигареты. Пару раз вдохнув и выдохнув, я все-таки принял вызов: — Я звоню уже второй раз, ты почему не берешь трубку?! — мне пришлось даже отодвинуть телефон от уха, чтобы не оглохнуть от ее крика. — Еб твою мать, Эстель. Тише ты! Занят был. — Не затыкай меня, и в следующий раз чтобы сразу брал телефон. Во вторник будет вечеринка у меня дома. Мне надо, чтобы ты пришел, - как всегда - одни приказы. — И это не могло подождать до понедельника? И зачем тебе там я, вообще? — Нет, не могло. Обещаю, что, если придешь, то я больше не буду к тебе лезть и удалю записи, — такая возможность меня прельщала. Всего-то, сходить один раз к Эстель домой и потом можно жить спокойно. — Хорошо, я согласен, только давай без сюрпризов, — все же такое предложение вселяло недоверие.  — Как ты можешь вообще во мне сомневаться? Естественно без сюрпризов.  — Все, мне надо идти, — я услышал сзади звук открывающейся двери, обернулся и выключил телефон, не дослушав последнюю фразу. За моей спиной стоял Йен и держал в руках куртку. Подойдя к мне, он накинул ее на мои плечи и уселся на ступени крыльца, укутываясь в собственную ветровку. У нас хоть и не очень суровая зима, но по вечерам могло сильно похолодать.  — Ты простудиться хочешь? Почему куртку не взял? — такая забота с его стороны меня очень растрогала и заставила улыбнуться. Я присел рядом, беря его руки в свои и согревая. — Прости, больше не буду, — он повернулся ко мне и посмотрел в глаза. В свете луны его зрачки сверкали каким-то особенным завораживающим светом. Я наклонился и мягко поцеловал его в губы, на что он ответил также нежно, обхватывая мои замершие уши и растирая. — С кем разговаривал? — я резко напрягся, и это не ускользнуло от его внимания, — Только скажи правду. — Я тебе никогда не вру! — я уже и сам плохо верил в свои слова. Он выразительно посмотрел на меня и поднял брови. Возникло ощущение, что я маленький мальчик, который не признается отцу в оплошности. — У тебя есть кто-то другой? — так значит Йен ревнует! Очень интересно.. — Нет, не совсем, — я замялся, но решил, что время все-таки пришло, — Я разговаривал с Эстель. Надо было уже давно рассказать, но я боялся твоей реакции. Она меня шантажирует… — Вот сучка, значит все-таки нашла свои доказательства! — О чем ты? — Эстель уже «угрожала» мне насчет наших отношений, но я думал, что она забыла про это или потеряла интерес. Оказывается, что нет… — И ты ничего мне не сказал? — он многозначительно посмотрел на меня, намекая, что я тоже ни разу не заикнулся об этом, — Ладно, хорошо, я и сам не лучше. — Что у нее есть? — Запись того, как Игги говорит, что я тебе отсасываю, как последняя сучка. В ответ на это через секунду раздался громкий хохот. Я недоуменно повернулся к нему и насупился. Я значит терплю тут все эти издевательства, а он смеется? Как с ним после этого чем-либо делиться можно?! Я встал и пошел в дом. — Эй, Микки, подожди. Прости, просто не смог удержаться. Ну не обижайся ты так, — не слушая его, я уже шел к своей берлоге, на ходу замечая, что Лип с Мэнди уже ушли в ее комнату. Даже думать не хочу, чем они там занимаются. Зайдя, я сразу же лег на кровать и отвернулся к стенке. Мне не хотелось его видеть. До сих пор не мог поверить, что уже неделю скрываю от него то, что мне пришлось переживать, чтобы не навредить ему же, а он просто рассмеялся мне в лицо. Долго быть наедине с собой у меня не вышло, потому что в комнату тихонько вошел Йен. Я почувствовал, как кровать прогнулась под его весом. — Принцесска, прости. Я не хотел тебя обидеть, — он наклонился, повернул меня к себе и прилег рядом. Я не стал сопротивляться, но все также смотрел на него с каменным лицом, — Я просто придурок и понимаю, что для тебя это было совершенно не смешно. Он потянул руку, чтобы провести ей по моей щеке, но я быстро схватил ее и опустил, не дав до себя дотронуться. Тогда Йен в мгновение ока оказался сверху, усаживаясь на мне и победоносно смотря сверху. — Сходи в пизду, Йен! Я наши задницы пытаюсь прикрыть уже неделю, а тебе блять смешно. Я не успел договорить, как меня заткнули поцелуем. Сначала я попытался сопротивляться, но в итоге все же ответил на него, притягивая учителя за шею. Хоть Йен и придурок, но просить прощения он умеет. Заметив, что рыжик полностью погружен в поцелуй, я решил все же ему отомстить. И за сейчас, и за тот случай в машине. Быстро перевернувшись, я поменял нас положениями, оказавшись теперь над Йеном, и схватил его за руки. — А ты не промах, — довольно произнес он, немного запыхавшись. — Да, милый, далеко не промах, — держа его одной рукой, второй я полез в ящик тумбочки. — Что ты там ищешь? — он еще не подозревал, что его ждет. — Сейчас увидишь, — сказал я и достал наконец-таки то, что искал. Буря эмоций, которая пронеслась на лице Йена заставила меня усмехнуться. Кто смеется теперь, да, мистер Галлагер? — Детка, мне, конечно, нравятся ролевые игры, но кажется, что ты совсем не этим хочешь заняться, — я прицепил его наручниками к кровати, злорадно ухмыльнулся и спустился немного пониже, потянувшись к ширинке джинс Галлагера. — Я хочу показать, как я отсасываю, как последняя сучка, чтобы, когда ты в следующий раз услышал эти слова, у тебя в штанах стало ооочень тесно, и ты сразу вспоминал сегодняшний день, — я наблюдал за его лицом в этом положении и наслаждался. В глазах было видно нескрываемое желание, а его рот наполнился слюной. В этот раз я двигался уже увереннее и, стянув джинсы и боксеры, сжал напрягшийся член за основание. Галлагер уже не сдерживался и прогнулся подо мной, прося большего. Склонившись, я облизнул головку и почти сразу же взял его чуть ли не по основание. Сверху я, к своему удовольствию, услышал протяжный стон. Продолжая облизывать головку, истекающую смазкой, я надрачивал рукой всю длину, но как только почувствовал пульсацию, исходящую от него, замедлился, а после и вовсе остановился. — Эй, Микки, ты что? — Я же сказал, что хочу сделать сегодняшний день незабываемым? — я поднялся с кровати и укрыл Галлагера одеялом. — Стой, подожди, Микки, ты не можешь просто так здесь оставить, — он попытался освободить руки, но ничего не вышло. — А ты в машине тогда смог, так что наслаждайся, — я подошел и поцеловал его, после чего вышел и закрыл дверь под недовольные проклятия в мою сторону. Посидит часик, ну что с ним станется? Зато потом не будет строить из себя не пойми что и решать, когда мне кончать, когда курить и тд. Да, у меня тоже есть уроки, которым я могу его научить. Я не изверг, чтобы оставлять его там на всю ночь. Сейчас выпью бутылочку пива и вернусь. Если конечно не забуду... Тем более нам надо обсудить, как мы будем избавляться от Эстель.

***

Йен

Понедельник. Школа

В кабинете было прохладно. Занавески развевались от холодного зимнего ветра, проникающего в комнату через чуть приоткрытое окно. Кроме голоса и шагов Микки ничего не нарушало тишины и спокойствия. Как всегда оставшись подольше в школе, мы репетировали выступление. Было около четырех или пяти часов, но меня это не волновало. Волновало лишь одно: немного раздраженный тембр Милковича и его мягкая поступь по хрустящему линолеуму. -… Знаменитые Олимпийские игры были в эпоху античности не единственными. Помимо них проходили Пифийские игры в Дельфах, посвященные Аполлону, Истмейские игры в честь бога Посейдона, и Не…нейские? Йен, как там? — он резко обернулся ко мне, а я чуть не упал со стула, совсем заплутав в своих мыслях и мечтах. — А? Да, сейчас… Немейские. Ты уже который раз про них спрашиваешь, — он закатил глаза, — Легко запомнить. Смотри, первыми идут Истмейские, просто берешь всю вторую часть и приделываешь спереди «Не». — Так себе помощь, но ладно, попробую, — он вернулся к прежнему хождению от моего стола до двери и обратно, продолжая, -…Но ни одни из них не обрели такого культурного, политического и религиозного смысла, как Олимпийские. Началом исторического периода Олимпийских игр принято считать имя победителя в беге, записанное на мраморной доске в… Черт, Йен. У меня ничего не выходит. Не помню я этот блядский год! Я точно ничего не расскажу. И вообще, нахрена мы все это… Я не дал ему закончить. Вскочив со стула, я быстрым шагом подошел к нему, притянул за шею и поцеловал. Сначала парень удивился, но секундой позже уже ответил мне на поцелуй, повинуясь и отступая к партам. — Семьсот семьдесят шестой, детка, семь-семь-шесть, — у меня не хватало кислорода, и фразы получались обрывочными, но Микки, опьяненному поцелуем, было достаточно и этого. Он блуждал руками в моих волосах, пока я целовал каждый миллиметр его шеи. — Спасибо, мистер Галлагер, п-постараюсь запомнить, — он громко выдохнул, когда я прикусил его за мочку уха. — Повтори, — я испытывал какое-то садистское наслаждение, наблюдая за тем, как он извивается подо мной, требуя большего. — Семь-семь-шесть, — с каждой цифрой в комнате становилось все жарче и жарче, а мое терпение готово было лопнуть. — Оооу, оу! Mi dispiace*! Я не вовремя. Я ничего не видел! Ничего! — в дверях стоял ошарашенный Крис. Мы с Микки сразу же отстранились друг от друга, приводя себя в порядок. Я посмотрел на Милковича и увидел панику в его глазах. — Пожалуй, позже зайду, простите, простите еще раз, — он попятился назад, но натолкнулся на дверной косяк, который немного его задержал. — Нет, стой, подожди, Крис, что ты хотел? — я решил, что отнекиваться нет никакого резона и пошел в обход. — Я? Да тут, Софи согласилась, — он замолчал и смущенно улыбнулся. — Серьезно?! Охренеть, поздравляю тебя, друг! — я похлопал его по плечу и немного приобнял, — Уже знаете, когда будет свадьба? — Да, думаем, что в конце марта. Она всегда хотела свадьбу в марте, — он наконец успокоился и заговорил открыто и весело, как будто ничего только что не произошло, — И насчет этого, я пришел, чтобы спросить тебя. Будешь ли ты моим свидетелем? — Я? Ты сейчас не шутишь? — Крис отрицательно помотал головой и с мольбой в глазах посмотрел на меня, — Конечно, буду. Это большая честь… — Ой не начинай! — он закатил глаза и снова рассмеялся, после чего резко замолк и заговорил уже серьезно, — Так значит вы вместе? Я оглянулся на Микки, который все это время старался слиться с моим столом, как будто ему это как-то поможет. Не отрывая от него теплого взгляда, я произнес: — Да. Мы вместе, — парень сзади меня осел на стол, одновременно проклиная меня за эти слова, но одновременно и сгорая от смущения и ответных чувств. — Кто еще знает? И как давно? — Крис как будто не был удивлен, но очень хотел знать все подробности. Я посмотрел на Микки, но он покрутил головой, предоставляя все объяснение мне. — Я даже не знаю, когда это все началось. Может с первого дня, может через неделю или месяц, но это и неважно. Из школы знаешь только ты и Дик, — я намеренно не стал упоминать Эстель. — Дик знает?! — вот теперь он был в шоке, — И как он на это отреагировал? — Спокойно. Думаю, что он был даже первым, кто узнал, — я усмехнулся, вспоминая наш разговор в больнице, — Ты же никому не расскажешь? — Нет, нет конечно. Я рад за вас, — от меня не ускользнули многозначительные переглядывания Криса и Мика, — И вы друг друга точно стоите, — он засмеялся и прибавил, — В таком случае — жду вас обоих на своей свадьбе. Мы с Миком ошарашенно переглянулись. Выйти куда-то как пара было бы для нас в новинку. Не сказать, что я не хотел, но согласится ли этот ворчун? Они с Крисом не сильно то друг друга любят, как я заметил. — Я думаю, что да, мы будем вдвоем, — я многозначительно посмотрел на хотевшего было возразить Микки. — Ну, думаю, целоваться не будем. Не хочу, чтобы твой парень ревновал, — он помахал и вышел, прикрыв за собой дверь. — И что это было? Какая свадьба, Йен, ты с ума сошел? — я подошел к нему и провел рукой по вороту рубашки, поправляя. — Не, ну, а что? Развеемся, повеселимся. Я обижусь, если ты не пойдешь. Тем более я уже пообещал Крису. — То есть мое мнение тут не учитывается? — я притянул его обидчивую мордаху за этот самый ворот и прильнул поближе. — Принцесса, мне слишком хочется увидеть тебя в костюмчике, — мне пришлось немного наклониться, чтобы он мог расслышать следующие слова, — Чтобы потом снять его с тебя… — Йен, ты невыносим! — Невыносимо притягательный? — я поднял одну бровь и посмотрел в его насмешливые глаза. — Именно. А теперь иди уже сюда, — сказал Микки и снова утянул меня в поцелуй.