Что же ты творишь, детка?

— Так, ты ничего не забыл? — Йен ходил из угла в угол передо мной и щелкал пальцами от волнения . — Нет, сначала Эшли, потом Эстель, потом сваливаю, — план, который мы проработали не отличался особой надежностью и зависел только от моих способностей общения с девушками и флирта, но он был единственным, что у нас имелся, поэтому приходилось мириться. Тем более, что всегда есть запасной выход — уехать вдвоем в Мексику. Подозрения по поводу этой вечеринки все никак не выходили из моей головы, а возможности допросить Эстель о том, какую же все-таки я буду играть там роль, не было. Она просто напросто избегала меня последние пару дней. Даже не знаю разочарован я или больше рад этому. В любом случае, делу это никак не поможет. — Все, хорошо, иди. Удачи, и помни, если что-то пойдет не так, то сразу звонишь мне, окей? — Окей, босс. Ты меня, блять, как в армию провожаешь. Все будет ништяк. Думаешь, я не смогу справиться с двумя безобидными девушками? — Я бы не был так уверен в их безобидности. Мне кажется, они могут и не такое, — он притянул меня за ворот кофты и громко поцеловал. — Все, я пошел. Не скучай! — взяв куртку, я выскочил из дома и направился к стоящему неподалеку такси. Не могу отрицать, что я боялся. Боялся, что план не сработает, и я только все испорчу, но рядом с Йеном надо было показать, как я уверен в успехе и готов.

***

Дом Эстель был не то что красивым, он был просто неимоверно впечатляющим. Современный дизайн и размеры повергли меня в шок первые секунды, поэтому водителю пришлось посигналить, чтобы я наконец закрыл дверцу машины. Это была моя первая такая большая вечеринка с одноклассниками и другими придурками со школы. Не сказать, чтобы я прям очень хотел, но было интересно попробовать себя в роли популярного мальчика — парня главной красавицы. Ведь сейчас меня уважает намного больше народу, чем до этого, когда я был обычным задирой и диллером запрещенки в школе. Теперь же я совсем другой, и даже не из-за Эстель, а из-за Йена. Он, сам того не осознавая, толкнул меня на правильную дорогу. Как я понял, что она правильная? Я просто ощущаю себя там, где я должен быть, на своем месте. С моей старой компанией я никогда не ощущал себя собой. Мне постоянно приходилось играть жесткого и сурового лидера, который готов отдать все за возможность получить деньги или авторитет. Естественно, что после того, как меня выгнали, все встали на сторону Игги и теперь прессуют меня на каждом шагу, будто это я виноват, что брат не справляется с бизнесом. Надо было думать перед тем, как вышвыривать меня из-за того, что я видите ли стал мало времени им уделять. Меня заебало, что они постоянно от меня что-то требуют. Теперь я был даже рад уйти, хоть и не по своей воле. Меня толкнули в плечо, где-то послышался крик, а после смех. Я почувствовал запах чего-то очень сладкого и увидел невдалеке столы с кальяном. Кто-то снюхивал со стола дорожки, кто-то обжимался в уголке. Маленькие посиделки в кругу родных дома нравятся мне намного больше, чем вся эта неразбериха и куча пьяных людей, но не надо забывать, что я пришел по делу. Первую жертву долго искать не пришлось. Эшли, отличающаяся слабостью к алкоголю, уже танцевала на столе, строя глазки какому-то накаченному блондину. «Ну что ж Микки, соберись. Я знаю, что ты никогда не флиртовал с девушками, но просто представь, что перед тобой сидит Йен. Вспомни все уроки соблазнения и действуй!» — сказал я себе и направился прямиком к столу, который каким-то образом оказался для Эшли танцполом. Народу в этой части дома было не так много, как в других, и Эстель нигде не было видно, что очень хорошо. Я бы точно не смог ничего сделать, если бы она следила за каждым моим движением. — Привет, Эшли, не можешь слезть?! Надо поговорить! — крикнул я, пытаясь перекрыть музыку, и загородил блондина собой. — Лучше ты залезай сюда! Черт, ладно, что ни сделаешь для дела. Я залез к ней на стол и задвигал бедрами в такт музыке, стараясь быть как можно ближе к ней. Главное - не вызывать никаких подозрений. — Теперь то можем поговорить? — Валяй, — она даже не повернулась и продолжила танцевать, — Но если это про Эстель, тогда можешь не надеяться, что узнаешь от меня хоть что-нибудь. — Это не о Эстель. Это о нас… Она, как раз глотавшая очередной бокал Маргариты, закашлялась. Воспользовавшись ситуацией, я похлопал ее по спине, после чего мягко провел рукой по ключицам, притягивая поближе к себе. — О нас? — она была в недоумении, но, кажется, план сработал. В ее глазах читался неподдельный интерес и смущение. Вот что они с Эстель во мне нашли? — Да, я давно хотел тебе сказать, что... люблю тебя, - ничего умнее в тот момент мне в голову не пришло, - Я согласился на этот уговор только, чтобы быть поближе к тебе, понимаешь? — А Йен? — она накренилась, теряя равновесие от огромного количества алкоголя, затмившего ее разум. У меня вышло вовремя поймать эту пьяницу и поставить обратно на ноги. Теперь мы были уже, ну, очень близко. Так, что мне стало совершенно неуютно, но я старался никоим образом этого не показывать, а наоборот, наклонился даже ниже и прошептал ей на ухо: — Этот старик для меня ничего не значит. Как вообще можно влюбиться в кого-то настолько старше, и настолько заносчивее себя самого? — по ее глазам нельзя было понять верить ли она всей той чуши, что я ей только что сказал, или она сейчас достанет нож, чтобы выколоть мне глаза. Несколько раз моргнув затуманенными глазами, она внезапно прильнула ко мне всем телом и начала откровенно лезть. Несмотря на то, что мне совершенно этого не хотелось, я ответил на ее объятия, шаря взором по ее карманам. Наконец, мои поиски увенчались успехом, и я отметил про себя — «задний карман». Я взглянул на нее, и обнаружил, что единственное занятие, которым сейчас может позволить себе Эшли — это сон. Ее глаза слипались, а рот приоткрылся в зевке. — Спасибо, Микки, что сказал мне это, но… — Тссс, давай ты сейчас проспишься, а уже утром мы поговорим? Я вижу, как ты хочешь лечь в теплую, мягкую постель, укрыться одеялом и отрубиться на пару часиков. — Да, на самом деле, и правда хочу, — она зевнула еще раз и послушно последовала за мной. Выведя ее из гостиной, я отвел Эшли в ближайшую комнату, которая оказалось библиотекой — единственным не оккупированным местом во всем доме. Уложив ее на диван, я убедился в том, что она уже благополучно спит и достал из заднего кармана телефон. Черт, пароль! Хотя, что я парюсь? Приложив ее палец, я спокойно получил доступ к смартфону и с великим удовольствием удалил все доказательства моего с Йеном романа. Первая часть плана сделана, осталась только одна. Надо найти Эстель. Как только я закрыл дверь библиотеки с чувством выполненного долга, на меня неожиданно свалилась новая проблема. Из ниоткуда появившийся Пол направлялся прямиком ко мне, и его взгляд не сулил ничего хорошего. Я, конечно, знал, что это произойдет в ближайшее время, но надеялся, что успею завершить задуманное без неожиданных драк. Поэтому, я поспешил в другую комнату, делая вид, что не видел никакого Пола. Надо только найти Эстель, и он отстанет. И нет, я не бегу от проблем! Просто именно сейчас это самый разумный выход из ситуации. Далеко уйти у меня все же не вышло — преследователь вырос у меня за спиной и остановил, схватив за руку. — Надо поговорить. Наедине, — сказал, как отрезал, конечно, не поспоришь. Все в последнее время решили мной покомандовать, или это такое странное проявление симпатии? Не успев возразить, я был втиснут в нишу в стене, скрывающую нас от посторонних глаз. Пол явно не хотел решать все мирным путем, но зачем ему понадобилось меня утаскивать куда-то? Не лучше ли сделать это при всех, чтобы показать насколько он сильнее? — Воу, полегче, чувак.. — Замолчи и слушай сюда. У нас мало времени, и она может появиться в любой момент, — сомнений насчет, кто эта «она» у меня не было, — Все, что она тебе сказала — неправда. Она тебя использует и думаю, что скоро избавится также, как избавилась от меня. — Да, Пол, я понимаю — ты ревнуешь, но.. — Я не ревную, — он встряхнул меня и разозлился еще сильнее, — Что она тебе сказала? Походу чувак и правда влюблен по уши. Жаль только, что не взаимно. — Что ты ее преследуешь и распускаешь руки! — последнее я добавил от себя, но может он уже отцепится от меня?! — Понял, понял, — он показательно поднял руки и отошел, — Микки, Эстель хочет совсем не того, что она тебе сказала. У нее другие планы и тебе стоит быть осторожным. — С каких пор ты вообще обо мне беспокоишься? — Кто сказал, что я о тебе беспокоюсь? Я за нее переживаю. Она хорошая, правда. Просто связалась не с теми людьми, — тут он выразительно посмотрел на меня и сложил руки на груди. — Что-то мне мало верится в ее «хорошесть», — я жестом показал кавычки и закатил глаза. — О чем разговариваем, мальчики? — мы оба подпрыгнули на месте от сладкого голоса, раздавшегося за нашими спинами. Эстель вышла из темноты и подошла ко мне. Ее походка напоминала кошачью, а губы сложились в дерзкой полуулыбке. Она точно поняла, что поймала нас в середине чего-то, очень бы ей не понравившегося. — Так, ни о чем, Микки как раз угрожал мне, чтобы я от тебя отстал, — тактика Пола мне понравилась и как раз складывалась с моим планом, так что я принял надменное выражение лица и посмотрел на него сверху вниз, хоть нас и разделяло около двадцати сантиметров разницы в росте. — Очень мило с твоей стороны, сладкий, — она подошла и положила мою руку себе на талию, медленно спустив немного ниже, — И да, Пол, это я ему сказала, что ты слишком напорист. Прости, но я уже устала от твоих постоянных преследований и попыток завоевать меня. Ничего не выйдет, милый, — она огорченно покачала головой. Пол держался очень стойко для самого себя. Так, что у меня даже возникли сомнения на самом ли деле все, что говорила Эстель, происходило в реальной жизни или это все просто ловушка, в которую я попался, как последний придурок. — Прости, Эстель, я больше тебя не потревожу, — Пол развернулся, но я успел заметить быстрый взгляд, который он кинул в мою сторону. Взгляд, так и говорящий «не верь ей!». Как будто я когда-то верил... — Микки, а теперь, когда нам никто не мешает, может сходим вместе наверх? — она рехнулась?! — Ты ничего не забыла? Я не очень сильно в этом заинтересован. Скорее даже вообще не заинтересован! - то есть то, что я отсасываю мужику, не привело ее ни к каким выводам? — Не заинтересован в том, чтобы удалить несколько записей с моего телефона? А может и записать парочку новых, — она, ну очень, явно пыталась меня соблазнить, но как это получше сказать? Я не соблазняем в этом смысле. Никак. Вообще. — Ладно, пошли, — один Бог знает, как я не хотел это говорить, но все ради дела. Дела, которое уже пошло по пизде. Что-то мне подсказывало, что Эстель не будет так просто удалять такой компромат за то, что я видите ли избавил ее от Пола. Хотя какой там избавил. Он, по его словам, вообще к ней не лез. Но к чему тогда все это было? Почему он так просто отказался от нее и ушел? Что именно в рассказе Эстель было неправдой и как это относится ко мне?! Внезапное осознание пришло на подходе к ее комнате. Я все понял, но бежать уже поздно, да и не хотелось мне сбегать, как последнему трусу. Наоборот, я сделал непроницаемое лицо и решил сыграть по ее правилам. — Прошу, — я вошел в комнату без света и уже хотел было спросить не вырубило ли им пробки, но тут она на меня чуть ли не набросилась. От такого напора мне пришлось отступить назад. Повиснув на мне, она смазано меня поцеловала. Каждая частичка моей души была против этого, я хотел просто уйти и не ощущать этого. — Эстель, что ты.. — Молчи, — она надавила мне на плечи и усадила на, каким-то образом оказавшийся сзади, стул. Мне скоро придется носить табличку «Не затыкайте меня» и тыкать ей в нос человеку каждый раз, когда меня перебивают. Надо сваливать. Только как? Эстель уже оказалась на моих коленях и, как бы я не сопротивлялся, удерживала меня на одном месте. Я никогда до этого не бил женщин, но сейчас во мне проснулось просто огромное желание это сделать. Вдруг по моему телу прошла волна нестерпимой боли. Кто-то очень сильно, вывернул мою руку за спиной, и я понял, что мы в комнате не одни. Этот кто-то, не останавливаясь выкрутил и вторую, и послышался щелчок. Подергав руками, я понял, что пристегнут гребанными наручниками к стулу в гребанной комнате Эстель с гребанными инкогнито, которые теперь обступали меня и, слезшую уже Эстель, кругом. Как я успел заметить — около трех человек, может больше. Так вот, значит, о чем меня пытался предупредить Пол. Ну если это так, то мог блять постараться быть более прямым! — Что все это значит?! Вместо ответа я получил чем-то в висок и отключился… Все складывалось совсем не так, как я предполагал, но позвонить Галлагеру уже не было никакой возможности.

***

Через завесу темноты и боли я слышал голоса, которые смешивались в одно и оглушали. Голова так сильно раскалывалась, что мне хотелось просто избавиться от нее. — Говорю тебе, ты его слишком сильно приложил. Я же просил просто оглушить, а не отключать насовсем. Иди посмотри, он там живой? — звуки наконец-то стали складываться в слова, а слова в предложения. Ко мне понемногу возвращалось сознание, но я решил как можно дольше притворяться, что я без чувств. — Я что виноват, что он такой слабенький? — кто-то стоял совсем рядом и откровенно на меня пялился, — Вроде дышит, — он приподнял меня за волосы, от чего я жалобно застонал. Прятаться уже нет смысла, пришлось открыть глаза. Свет, вдаривший по ним, принес за собой еще большую боль, которая отозвалась в голове тысячами искр. Снова зажмурившись, я хотел закрыться от света рукой и резко вспомнил все, что произошло до моей отключки. Надо придумать план действий, и быстро, иначе мне не выйти отсюда целым. — Доброе утро, Микки. Как спалось? — свет загородила фигура моего брата, позволив снова видеть. В комнате, кроме него, было два человека — Люк и Эстель. Не знаю, где были все остальные, ведь, перед тем, как упасть в обморок, я видел еще несколько человек. А может и не видел. Доверять своей памяти сейчас не казалось лучшей идеей. — Отлично, спасибо, что спросил, — мы испепелили друг друга взглядами. Я знал, что ему было надо от меня, но не думал, что он окажется таким глупым. Договориться с Эстель и подстроить весь этот шантаж только для того, чтобы выпытать у меня информацию? Он мог просто поймать меня где-нибудь в одиночку. Но неет, мы гордые, мы сделаем все сложно, испытаем его, заставим понервничать и только потом появимся в самый неожиданный момент с самодовольной миной. — Я думаю, ты знаешь.. — Да знаю, — я не дам ему возможности насладиться триумфом, нет, теперь он будет терпеть мои саркастические замечания каждую секунду. Когда вообще он успел настолько меня невзлюбить? Да, я в последнее время вел себя очень посредственно по отношению к нему, но мы же никогда особо и не были заботливыми братьями, которые всегда рядом с советом или поддержкой, как, например, Лип с Йеном. Нет, у нас всегда были не самые дружественные отношения. — Ну и что, ты будешь говорить? — А какой мне будет с этого прок? — Они не испортят твою мордашку, сладкий, — Эстель, которая до этого стояла в стороне, теперь вступила в разговор и преумильно улыбнулась. Лживая сука. С ней я еще разберусь, а вот эти две проблемы, готовящиеся меня побить, надо решать сейчас. — Микки, рассказывай, где точки и как найти диллера. Я знаю, что только ты можешь это знать. Никто больше не покупал наркоту. — Вот именно, что только я это знаю, так что не лучше ли вам послушать и освободить меня, пока я думаю рассказывать ли вам хоть что-нибудь? — на самом деле у меня и в мыслях не было говорить с ним на эту тему. Даже если бы я хотел, то просто бы не смог. Люди, которые поставляли нам наркоту, очень пекутся о том, чтобы оставаться инкогнито. С самого начала нашего, так сказать, «сотрудничества», мне поставили условие — или я сохраняю всю нашу связь в секрете, или и мне, и тем, кто что-либо узнал приходит пиздец. — Это не ты тут думаешь, а мы решаем, что ты будешь рассказывать, а что нет, — капризные нотки в голосе Игги вызвали во мне отвращение. Он заигрался в босса и теперь считал, что все дозволено — подходи и бери. Жаль, что мне придется его огорчить. — Окей, решай, я подожду, — по его лицу пошли желваки, он обернулся на Люка и кивнул. Тот подошел и ударил меня в лицо. Стойко выдержав удар, я лишь поморщился и поводил челюстью, чтобы размять ее после удара. Йену это точно не понравится. Черт, почему я вообще о нем думаю именно сейчас? Зарядив мне в живот, Люк довольно улыбнулся, смотря, как я сгибаюсь на стуле. Сколько я себя помню в этой компании, единственным человеком, которого я опасался, был именно он. Жестокий, беспринципный и готовый на все. Он вызывал у меня тревогу, находясь рядом. — Все еще не хочешь говорить? — я отрицательно покачал головой и откинулся на спинку, принимая удобное положение, будто у меня не было неимоверно болезненных ощущений в районе живота. Не удивлюсь, если этот сучара отбил мне все почки. — Окей, я не хотел, но ты сам напросился, — он полнял руку и замахнулся, но тут послышалась сигнализация полицейской машины, — Черт, они узнали про наркоту, валим! — Ты притащил в мой дом наркоту?! — глаза Эстель метали молнии, от которых Игги показался ниже в несколько раз. — Мне надо было ее где-то передержать.. Давай потом, сейчас не время, — она не успокоилась, но выбежала за дверь, боясь попасться копам. — А с ним что делать? — Люк недоуменно посмотрел на моего братца и указал глазами на связанные руки. — Ничего, пусть сам попробует выбраться, — Игги злорадно посмотрел в мою сторону и подтолкнул Люка к выходу, — Идем же, хочешь посидеть в обезьяннике пару дней? Не думаю! Оставив меня один на один со своим безвыходным положением, они выбежали за дверь. По звукам из полицейского динамика было слышно, что всех требуют выйти, но в дом еще никто не заходил. У меня есть около двух минут, чтобы выбраться. Интересно, кто доложил и почему приехала целая машина, а может и несколько, с мигалками? Хотя, сейчас не об этом. Надо выбираться. Я покрутил руки в наручниках, пытаясь просунуть их через отверстие, но причинил себе еще больше боли. Осмотрев всю комнату взглядом, я не нашел никаких признаков ключа или чего-нибудь тяжелого, чтобы разбить наручники. В голову пришла безумная идея. А что, если разломать стул? Да, я конечно не освобожусь от наручников, но хотя бы смогу убежать. Быстрые шаги и скрип двери заставил меня напрячься, ведь я не ожидал, что меня тут хоть кто-нибудь найдет. И, тем более, не хотел этого. На пороге появилась фигура. Я силился разглядеть, кто там стоял, пока этот кто-то не вышел на свет. — Ты то что тут делаешь?! — моему изумлению, также, как и гневу, не было предела. Я не какая-то принцесса, чтобы меня спасать из башни замка, а он не чертов принц на белом коне, так и какого хуя он тут делает? — Я тоже очень рад тебя видеть, — Йен подошел поближе и склонился над моим лицом, прикладывая прохладную руку к вспухшей щеке. Его обеспокоенный взгляд сменился на яростный, и я заметил, как кулаки сильно сжались, — Что эти твари с тобой сделали? Что им было надо? — Йен, давай немного позже? Может ты меня уже освободишь, и мы свалим куда подальше? Там копы вообще-то на улице стоят! — Да, ты прав, сейчас я что-нибудь придумаю, — он зашел мне за спину, осмотрел наручники и направился к туалетному столику. — То есть ты решил, что сейчас самое время смотреться в зеркало и поправлять прическу? — Детка, будь терпеливей, я просто кое-что ищу, — Йен открыл шкафчик и начал активно рыться в косметике, — А вот и оно! — он победоносно улыбнулся и зажал в руке невидимку. Ход его мыслей наконец сложился в моей голове. Подойдя ко мне, Галлагер оценил обстановку и уселся прямо мне на колени, наклоняясь к моим прикованным рукам. — В другой позе это сделать было нельзя, да? — не сказать, что я не наслаждался его близостью, но он откровенно пользовался моим положением, что выводило из себя. — Прости, но это было бы не так интересно, — он попытался скрыть улыбку, но я заметил и не смог на него дольше злиться. Он же все-таки меня спасает! Что бы я сделал, если бы его не было рядом? Наручники за спиной щелкнули и свалились на землю. Я наконец-то смог размять руки, которые затекли от одного положения и теперь вызывали острую боль. — Откуда ты вообще знаешь, как это делать? — образ идеального учителя мистера Галлагера, в моей голове разрушался с каждым днем, который я проводил рядом с ним. Он все больше становился просто Йеном, и мне льстило то, что рядом со мной, он был собой настоящим — иногда выпивающим, иногда позволяющим себе сматериться и даже умеющим наручники вскрывать! — Ну, у меня много скрытых талантов, — он хитро улыбнулся и, обхватив меня ногами, притянул для поцелуя. Тот вышел быстрым из-за угрозы быть пойманными, но в нас обоих бил адреналин и страсть, которые распаляли эмоции до изнеможения. Тут я услышал, как дверь внизу расхлопнулась и в нее тяжелыми шагами вошло несколько людей. Мы оказались в ловушке. — Блять, что теперь делать? — хоть меня и задерживала полиция, но попасться ей в компании с Галлагером в доме, наполненном наркотой, алкоголем и не знаю, что еще там хранилось у Эстель, было бы ужасно. — Сюда! — Йен подбежал к окну, приоткрыл занавески и распахнул окно. — Ты серьезно?! — ветер с улицы подул в комнату, развевая шторы и заставляя поежиться. — Под нами гараж с пристройкой — прыгать недалеко. Я буду первым и подстрахую тебя снизу, — он перелез через подоконник и свесил ноги, — Не бойся, детка, я поймаю, — последнее, что он произнес перед тем, как исчезнуть в окне. Я наклонился и увидел, что до поверхности пристройки около трех метров и что Йен невредимый стоит и ждет меня, отряхиваясь. Я повторил все его манипуляции и свесил ноги. Не то, чтобы я боялся высоты, но меня начало слегка потряхивать. За спиной, на втором этаже, послышались шаги, и я наконец решился и спрыгнул, подхватываемый снизу сильными руками Галлагера. Он приобнял меня, успокаивая дрожь во всем теле, и потащил за руку дальше от дома. Убежав на порядочное расстояние, мы остановились отдышаться у какого-то столба. — Ты как вообще узнал, что мне помощь нужна? — Ну ты не отвечал на телефон, и я подумал, что что-то случилось. Ну, и потом, может быть, решил тоже приехать, — я уже хотел возмутиться, что он не принимает меня всерьез, но он мне не дал, продолжая, — И как видишь спас твою задницу! Я так понимаю, план не вышел? Тут я хитро усмехнулся и самодовольно вытащил из кармана телефон в розовом чехле. Зря Эстель так жалась ко мне, я ведь тоже не промах. — Охуеть, как у тебя вышло? — Ну, у меня много скрытых талантов, — мы дружно посмеялись, и я понял, что хоть этот придурок и окружает меня какой-то гиперопекой, он мне никогда не надоест.