Закатные земли. Часть 2. Древний

Семья Мальхори явилась в церковь Святой Агнессы на вечернюю молитву несколько позже остальных. Они чинно прошли через собравшуюся на площади толпу и заняли свою обычную скамейку – во втором ряду, у алтаря, неподалеку от семьи мэра. Юная София в аккуратном красивом платье, с нежным лицом ангела и светлыми волосами, собранными в элегантную прическу, привлекала всеобщее внимание.       Пожилой священник, почти не обладающий Силой, принялся читать благодарственную молитву. В нужные моменты к нему присоединялся, вторя, нестройный хор голосов прихожан. Полыхали свечи в тяжелых подсвечниках, их свет играл бликами в витражных окнах. Молитвенные песнопения эхом отражались от высоких гулких сводов.       Наконец, молитва завершилась. Священник намеревался начать напутственную речь, но внезапно заметил, как побледнели лица прихожанок, дружно уставившихся на что-то за его спиной. Одна из матрон охнула, закрывая лицо руками.       Святой Отец обернулся, дабы увидеть то, что так напугало присутствующих. И чуть не выронил Святое писание. Большой знак «благословение» на стене превратился в знак «опасность». А может это была просто игра теней? По залу прошелся порыв ветра, погасив половину свечей и распахнув пару окон…       Спустя несколько мгновений знак обрел прежние очертания.       — Н-не стоит волноваться. Все хорошо. Мы в доме Божием и он защитит нас. – заверил Священник, жестами приказав служкам заново зажечь свечи и закрыть окна.       Напутственная речь вышла короткой и немного скомканной. Прихожане заметно нервничали и перешептывались. Далее верующим надлежало испить святой воды и прикоснуться к Святому Знаку.       Сначала – мэр с семьей и высшие городские чиновники, затем – зажиточные горожане. Довольно скоро очередь дошла до Мальхори. Стоило Софии коснуться вырезанного из дерева Знака, как тот выпустил несколько листочков и замироточил – крупные прозрачные капли проступили на поверхности и принялись капать на пол. Все, кто был достаточно близко, что увидеть это – ахнули. Священник осенил себя и удивленно уставился на девушку. Вода в поданной ей чаше обратилась вином. Вокруг Софии все явственнее разгоралось золотистое сияние.       Свет был не ярок, но вполне заметен.       — Святая! – первым заголосил один из служек, выронив поднос и бухаясь на колени.       — Святая! – подхватил гомон голосов, за мгновение вынеся известие на площадь.       София, меж тем, закатила глаза, побледнела и немного театрально воздев руки к потолку измененным магией голосом промолвила: — Истинно вижу я днесь – страшная опасность нависла над городом нашим за прегрешения его! Покинуть нам надлежит на одну ночь эти грешные стены и неусыпно молиться в роще, ибо огонь и гнев небес обрушатся сегодня на Хашим. Кто не последует предупреждению – погибнет в страшных муках.       Илорина уткнулась в широкую мамину юбку, изображая благовейный страх, а на самом деле неделикатно хихикая. Сестра играла очень достоверно, но выглядело все довольно комично.       Впрочем, смеялась не только она – зависший под потолком и никем кроме некроматки не видимый призрак тоже от души наслаждался представлением.       — Актерский талант – это у нас семейное! – возвестил он, обращаясь к девочке. Услышать его могла лишь Илорина.       Нейтон Мальхори прижал к себе Джасти, старательно демонстрируя на лице полнейшее смятение и надеясь таким нехитрым маневром предотвратить шалости со стороны шустрого отпрыска.       — Старший сын – нечисть, старшая дочь – «святая», младшая – некромант. Хоть ты у меня нормальный! – прошептал родитель, обнимая наследника.       — Да, папа. — кивнул Джасти, опрокидывая чашу со святой водой. На фоне творящейся в церкви суматохи, на это никто не обратил внимания.       Народ спешно покидал дом Божий, разнося тревожные вести.       — Прислушаемся к гласу свыше! Проведем ночь в молитвах в Роще ста дубов! – вопили мэр и священник, стараясь не потерять контроль над ситуацией. Удерживать паникующий народ было бы себе дороже. Теперь главной их задачей стало избежать давки и паники.       — Господь видит ваши деяния и помыслы. Помогайте ближнему! Не ведите себя подобно стаду неразумному! – не унималась София.       — Один в один – Святая Агнесса! – осеняли себя церковным знаком богобоязненные прихожанки.       В Хашиме началась спешная эвакуация. Мэру удалось сделать ее не похожей на паническое бегство – народ шел без давки и криков, прихватив все самое ценное, а также питье и теплую одежду, помогая слабым.       Софию, в конце проповеди достоверно изобразившую обморок, везли в рощу на небольшой повозке. Подле нее осмеливалась задерживаться только семья. Прочие почтительно смотрели издали.       Илорина, державшая мать за руку, повернулась и, глядя на городские ворота, помахала кому-то невидимому.       — Он там, да? – с надеждой спросила Дана.       — Он там, мамочка. – подтвердила юная некромантка.              — Все люди покинули Хашим. Я и мои спутники прошлись по улицам, и все тщательно просканировали. – отчитался Кристиан перед Князем и Младшим Советником.       — Ты молодец! – искренне похвалил друга демон. – Сегодня ты спас много жизней.       Призрак кивнул.       — Мне уже пора выдвигаться. Но по возвращении ты ведь расскажешь подробнее, как прошла встреча с семьей? – осторожно поинтересовался Дани.       Он очень волновался за Криса, и ему самому было немало любопытно послушать новости о людях, бывших для него когда-то очень родными.       Мальхори едва заметно улыбнулся и кивнул: — Обязательно. И будь осторожен.       Диаваль ушел, а Луцио буквально вцепился в призрака, требуя отчет о произошедшем. От того, что расскажет юноша во многом зависела тактика дальнейших действий в Хашиме.       — Так значит она — некроманта и между вами установилась магическая связь… — задумчиво изрек Полуночник, выслушав Кристиана, и неспешно прошелся по потолку. – Любопытно.       Нарезав пару кругов вокруг светильника, он продолжил: — Семье придется переехать. Слава святой у старшей дочери – совсем не то, что нужно для спокойной жизни. Да и Инквизиция может заинтересоваться… Хотя в плане интереса Церкви намного опаснее вторая твоя сестра. Способности пробудились в крайне юном возрасте. Ей пока сложно сознательно их контролировать. Еще один внезапно оживший щеночек и… все может завершиться очень печально.       — Что же делать? – забеспокоился призрак.       Лу задумчиво коснулся лба и изрек: — Надо обсудить этот вопрос с Дани и другими Советниками, но я думаю рациональнее всего будет забрать девочку к нам!       — В Домен?! – ошарашенно переспросил Мальхори.       — Представь, что Инквизиция сделает с семьей, в которой обнаружится некромант. – напомнил собеседнику Полуночник. – Всем будет лучше, если мы заберем девочку сюда.       — Я-то конечно рад тому, что Илорина будет рядом, но… как же она обойдется без матери? Как будет жить среди нечисти? – вздохнул юноша.       — Поселим твое семейство в доме поближе к одному из наших Порталов – будете навещать родных. Тайно, разумеется. – постарался успокоить его Луцио. – Что до жизни среди нечисти – ты же как-то живешь. А в некроманте даже меньше от фэлэри, чем в призраке. Готов поспорить – она сильно не от мира сего, ее мало кто понимает вне дома, у нее нет друзей?       — Да. Это так. – подтвердил Кристиан мрачно и удивленно.       Лу прошелся туда-сюда: — Ты ведь сможешь за ней присмотреть?       — Вполне смогу. – кивнул призрак. Он очень волновался за мать, но понимал, что данный расклад все равно намного лучше, чем умерший от клыков вампиров сын и сожженная Церковью дочь.              Битва за Хашим прошла успешно – у Благих было время подготовиться. Дани выдохнул, отложив в сторону оружие. Город пострадал, но… главное, что население живо, а починить дома они сумеют.       — Хорошая работа. Знатно мы наподдали прихвостням Древнего! – ободряюще похлопал Диаваля по плечу один из соратников-демонов.       — Да. Это точно! – воодушевленно кивнул Князь Сиа-Зара и усилил сканер – выживших врагов точно не наблюдалось, но вот в лесу у города обнаружилось нечто странное – ребенок без взрослых. Кажется, он потерялся во время эвакуации или сбежал из лагеря в роще.       — Я сейчас. – сообщил демон собрату и подозвал Янто.       — В лесу в одиночку бродит ребенок. Сбегай и перенеси его поближе к лагерю хумансов. – попросил он.       — Слушаюсь, Ваше Темнейшество. – поклонился оборотень.       — То же мне – нашел няньку для людских глупых детёнышей. – ворчал перевертыш, направляясь к потерявшемуся.       Ребенок обнаружился в ворохе листвы – спал как ни в чем не бывало. Янто обернулся в большого лиса и ткнул спящего носом в плечо. Мальчик проснулся и радостно уставился на зверя.       Перевертыш тяжело вздохнул, ухватил дитя за жилетку сзади и поволок к временному пристанищу людей. Когда прямо по курсу засияла кострами роща, оборотень выпустил ношу из зубов и мордой подтолкнул ребенка в нужную сторону.       Мальчик шагнул в круг света: — А меня несла пушистая лисичка!       Люди кинулись навстречу вернувшейся пропаже. Его обнимали и охали от избытка чувств.       — Возвращайтесь! Нашелся! – кричали кому-то в темноту.       «Пушистая лисичка» в лице боевого сотника Домена обиженно фыркнула «Ну никакой благодарности!» и потрусила в сторону города.       Это была поистине странная ночь. Город людей защищала нечисть, оборотень, вернул заблудившегося ребенка…       Над спасенным Хашимом загорался рассвет.              Чарда побледнел и схватился за горло. Все тело охватила слабость, голова шла кругом, сердце болело, а дышать становилось все труднее.       — Мастер, началось?! – моментально подскочил к нему Альен. Он очень переживал за учителя – Йолукнайи примерно неделю назад провел над вампиром все необходимые манипуляции для его шестой трансформации и теперь изменения могли произойти в любой момент. Несколько приступов уже было, но этот, похоже, оказался намного сильнее прочих.       Наставник не отозвался. Ученик уложил его на кушетку в экранированной от сканирования комнатке и опрометью кинулся к столу, где уже стояла заранее подготовленная склянка с нужным зельем.       Юный вампир влил в рот впавшего в беспамятство Чарды ровно пять капель – как тот и учил.       — Все будет хорошо! Я несколько дней вынужден буду контактировать напрямую с Йолукнайи, но я справлюсь. Он меня не убьет (наверное)! Учитель скоро поправится. – убеждал себя юноша, расставляя вокруг кушетки целительные кристаллы и по очереди активируя их.       Пока все шло строго согласно плану. Положив старшему вампиру на лоб смоченную холодной водой тряпочку, Альен налил себе немного успокаивающего зелья, вдумчиво выпил и попробовал вернуться к делам – на ближайшее время лаборатория осталась на нем.       — Важно не дать забрать Чарду в блок целителей. А то мало ли чем его там напичкают. – волновался ученик. – Нельзя этого допустить. Он может бредить пока восстанавливается. Подсобка лаборатории – самое безопасное место. К тому же – если станет известно, насколько Наставнику плохо – Йолукнайи пришлет кого-то на замену… И этот кто-то увидит много лишнего.       Первые сложности не заставили себя ждать – произошел сбой системы и один из формирующихся Полуночников вполне мог сохранить свободную волю… Альен содрогнулся от ужаса и поспешил исправить ошибку. Участь Полуночников в обиталище Йолукнайи была весьма незавидной. Вчерашнему юному фэлэри лучше не участвовать во всем этом, будучи в обычном адекватном сознании – послушный благостный овощ – в данной ситуации — самое подходящее состояние. Так юноша не станет воспринимать происходящее с ним, как нечто ужасное.       После внесения изменений, система перезагружалась мучительно долго, а потом и вовсе зависла.       — Чтоб тебя! – ругнулся Альен, пнув терминал ногой. Как ни странно, это помогло – перезагрузка завершилась успешно.       А потом были зелья, юный вампир варил их тщательно, сверяясь с записями. Он впервые делал это без пригляда наставника и очень нервничал. Но, судя по финальным тестам, все получилось вполне приемлемо.       Дать так и не пришедшему в себя Чарде немного снадобья, сменить охлаждающий компресс, отрегулировать положение целительных кристаллов, проверить все датчики… Альен крутился словно белка в колесе.       Следующим утром в лабораторию зашел Йолукнайи. Лишь огромным усилием воли вампир не завопил, не уронил пробирку, с которой возился в тот момент, не изменился в лице, а лишь скромно и почтительно поклонился.       Древний уставился на него так, словно впервые видел.       — Где Чарда?! – огрызнулся Золотой.       — Предстоящая трансформация сильно измотала его тело. Он решил немного отдохнуть. – соврал юноша. Заранее выпитое зелье позволило скрыть неискренность его слов.       Йолукнайи кивнул: — Как обстоят дела с двести тридцать шестой партией?       — Они будут готовы завтра, саидди. – Альен поклонился еще более почтительно и сильнее вцепился в пробирку, чтобы скрыть, как дрожат руки.       — Чтобы так и было. И вам обоим будет лучше, если качество меня не разочарует. – голос Золотого был исполнен раздражения. Воздух расчертил удар хлыста.       Когда за Йолукнайи закрылась дверь, Альен отставил пробирку в сторону и сполз по стенке, дрожа всем телом и всхлипывая. Плечо, по которому пришелся удар, очень болело.       — Чарда! Возвращайся скорее! – тихо взмолился ученик, глядя на дверь подсобки.