Черное сердце

В самом начале в очереди стояла молодая парочка — парень и девчонка, по виду ничуть не старше Авеля, а может и младше. Они держались за руки, постоянно касались друг друга, глупо улыбались и перешептывались, похихикивая. Выглядели эти двое очень счастливыми, аж светились. Их взгляды не отрывались друг от друга ни на секундочку, вокруг них даже становилось жарковато, или это лето всегда такое душное? Авель потянул за ворот белой майки, который успел взмокнуть от пота, как и влажная линия на спине. Он тряс его, чтобы хоть немного освежиться. Сглотнул слюну. Было ужасно жарко этим днем. Вдруг девушка не удержалась и за кокетливым разговором чмокнула парня в губы, а тот взял её и засосал, да так страстно и активно работал челюстями, что только их влажные язычки и мелькали перед багровым лицом принца. Он не мог оторвать взгляда. Его сердце так быстро забилось. Он завидовал. Боковым зрением Авель видел, что темная фигура, что всегда возвышалась рядом с ним, даже не шелохнулась. Бледный, даже спустя пол-лета, Равин стоял неподвижно. Держался особняком в тесном зале и был похож на альбиноса среди кучи копошащихся загорелых тел и лиц. Как всегда, наверное, эльф смотрел куда-нибудь отстранено от этого мира, но если бы, если бы только он заметил, как вымахавший Авель переводит взгляд своих больших зеленых глаз на него, то… моментально бы обдал человека холодом в ответ. Его так сильно стали раздражать затупившие на него взгляды мелкого в последние месяцы… Да и «мелким» его уже странно называть, это уже было больше похоже на человеческую обезьяну. Авель вытянулся на несколько голов меньше, чем за десять лет, а вширь раздался еще больше. Его плечи были уже такими же широкими, как у эльфа, а мускулатура стремительно прибавлялась, как на дрожжах. Кожа возмужавшего парня очень загорела за пол-лета тренировок на палящем солнце, у него раскраснелись щеки и открытые из-под безрукавки сильные руки. Все его подкачанное тело вместе с крепкими икрами из-под шорт контрастировало с юношеским наивным лицом и отросшими до шеи русыми волосами, спадающими короткими прядями на лицо. Авель начал отращивать их после одобрительного сравнения схожести внешности принца с его молодым отцом. Только в лике с малахитовыми глазами еще можно было узнать того напуганного принца без королевства. Минуты, пока эти долбаные любовнички не возьмут ключ, показались вечностью. Авель отвел от них взгляд. Восхищение тем, как открыто люди его возраста могут выразить свои чувства любимому, сменилось не просто завистью, а раздражением и закипающей злостью. Казалось, еще одно движение лапы парня в сторону короткой юбки, и они начнут трахаться прямо на стойке. Принца переполняло что-то, он не мог это выразить, он просто не знал как. Только кулаки сильнее сжимались, до белеющих костяшек. Что же он должен сделать? Авель закрыл глаза и сделал глубокий вздох. Неужели он еще не смирился?Столько лет прошло. Ему никогда не оказаться на их месте… С тем, в кого он бездарно, блять, влюбился.       — Так, сука, расступились. Взяли ключи? Так и ебитесь отсюда! — не выдержал Равин, отталкивая от стойки застрявших подростков. Больной. Нужно быть абсолютно больным, ненормальным и конченным, чтобы влюбиться вот в это. Парень и девка испугались злобного лица эльфа в шрамах, такого представителя миролюбивой расы они никогда не видели, но еще большее недоумение и скепсис вызвал в подобном заведении его человеческий спутник — молодой парень с подтянутым телом и смазливым лицом, как у принцессы. Тот только и смотрел как преданный щеночек на орущего эльфа.       — Мда уж, что за извращенец, — фыркнула блондинка, не отлипая от парня. Она окинула голубыми глазами Авеля с ног до головы, представила у себя в голове эту картину и улыбнулась этим пошлым мыслям.       — Пошли отсюда быстрее! — её кавалер был поумнее, он смотрел на эльфа и видел, сколько шрамов у него на одной единственной руке. Принц не слышал этих насмешек и не замечал ничего, кроме одного. Когда Равин шел прогнать людей, он задел своей рукой руку Авеля. И да, это причина, почему у него было такое лицо.       «Идиот. Дебил, блять. Ненавижу тебя. И себя.»       — Нам один номер, — на стол упала звонкая монета. Администратор сего заведения, если такое громкое слово подходит такому сомнительному месту и личности, был пухловатым мужчиной с раскрашенными красными губами, париком, длинными ресницами и очень сальной кожей. Из-под искусственных волос на его голове стекали капельки пота, но он приторно улыбался, будто не умирал от жажды, как и любое существо в пекле удушающего борделя. Разодетый мужчина немного подзавис с гримасой вежливости, пока одна из капелек пота не стала слишком тяжелой и не пробежалась с блестящего лба до носа. Он таращился, переводя взгляд то на темного эльфа, который опирался единственной рукой о стойку, то на внушительного вида парнишку сзади, почему-то как бледная тень прятавшегося за высокой фигурой. Когда администратор с каким-то излишним аппетитом начал заглядываться на загорелого юношу и его потную белую майку, Равин резко свел брови и наклонился, перекрывая отличный вид.       — Ты куда уставился? Дай ключ поживее.       — Ах, да! Прошу прощения, господа! Вы только ничего не подумайте, прошу вас, — он театрально приложил пухлую руку меж двумя отросшими грудями и захлопал ресницами. — вы очень мило смотритесь вместе, правда. Простите за посетителей. Мы здесь вообще, если что, ничего не имеем против! У нас все свободно. Доступны все виды удовольствия и со всеми! Без осуждения, без имен и без проблем. Клиенты у нас самые разные, понимаете ли, так что не беспокойтесь ни о чем. Никто сверху тут не бывает, если по секрету… Как глупо, но от этих слов в груди Авеля стало еще больнее, чем прежде. Может, из подхалимства, но хотя бы один человек в мире на секунду представил, что это возможно, когда даже сам принц боится допустить лишь мысль об этом.       — Да, да, мы поняли, поэтому мы и здесь, — Равин неуютно приблизился лицом к мужчине, перегибаясь через стойку. — Так что там с комнатой?       — У нас все комнаты с одной кроватью, ну вы же это и так понимаете, да, — тот немного отодвинулся, вытирая пот платком, который мял в руках. — Есть с большой кроватью, а есть с очень большой и самым чистым бельем на ней. Вижу, вы щедро платите серебром, господин, целая серебряная монета может покрыть второй вариант на всю ночь, если пожелаете…       — Короче, давай. Нам на 3 ночи, — на деревянную стойку посыпались еще две монетки.       — А, ох, даже так. Отличный выбор! Вот, — администратор протянул ключ с деревянной биркой. — Ключ от комнаты 21, на втором этаже. Она ваша, и кстати, владельцам комнат со второго этажа доступен более широкий круг услуг, советую попробовать наши чудесные горячие купальни, со всеми предлагающимися маслами. Да, обязательно попробуйте, они очень расслабляют…       — Ага. Пошли, мелкий, — Равин перебил говорящего, хватая ключи с его пальца-сосиски.       — Да не мелкий я, блять, — толкнул в плечо его Авель, который, между прочим, был всего на полголовы ниже учителя. Еще пару лет назад за такой дерзкий жест эльф бы пнул ребенка, но теперь этот кабан мог дать и сдачи.       — Рассказывай мне тут, мелочь, у тебя хуй в штанах еще не жмет? Смотришь тут на все такими глазами, они у тебя сейчас на лоб вылезут.       — И, кстати, меня зовут Морис! Обращайтесь, если что, парни! Развлекайтесь! — администратор помахал ручкой на прощание и подмигнул Авелю, так что накладная ресница чуть отклеилась.       «Неужели он так легко это понял?! У меня что, на лице стало написано, что я… такой?.. Черт. Надо успокоиться… Ну еще бы, мы же двое мужчин, что сняли один номер в борделе.» Он приложил руку к лицу, но сделал вид, что вытирает пот со лба, зализывая им отросшие русые волосы.       — Отстань от меня. Нахуй мы пошли сюда вообще?! Почему из всех дешевых забегаловок на пару ночей ты выбрал именно самый хуевый бордель? — нервно тараторил парень. Ну почему, когда дело доходило до разговоров с эльфом, Авель был совсем не способен говорить нормально, без агрессии? Сейчас бы отец его точно не узнал, сколько подзатыльников бы отвесил за каждое бранное слово, которых раньше принц вообще не знал.       — «Самый хуевый»? — гадко улыбнулся темноволосый, обнажая клыки. — А ты много их знал, что ли? Ты первый раз здесь, даже если бы ты не был у меня на привязи, любой бы это понял. Расслабься и поменьше дергайся, а то поймут, что ты бы трахнул и козу, и напрыгнут на тебя самые чумные и дешевые.       — Заткнись… Видно же, что дыра, — буркнул он, отводя взгляд в сторону. — Это твоя вина же, что я ничего не знаю, кроме гребаных тренировок.       — Вряд ли бы ты стал слушать лекции о пестиках и тычинках от меня. Я знаю, что о своем члене ты в курсе, и что с ним надо делать - тоже, — с хриплой насмешкой говорил эльф, идя вперед, в зал для клиентов. Тут Авеля передёрнуло. Интересно, и в какой же из тех раз, когда он смог выкроить пару минут, старый извращенец подглядывал за дрочкой? Или по ночам он делает вид, что спит?..       «И почему мне кажется, что я на это надеялся? Что за пиздец у меня в голове… Старикашка, тысячелетний дрочила, блять, меня тошнит от того, как легко он об этом говорит!»       — Тут, как и в бою, надо узнавать все самому. И вообще… — оглянувшись по сторонам, темноволосый повернулся к человеку. — Не, не самое худшее место, где я бывал, да и шлюшки не худшие, что я пробовал. — Равин не сводил глаз с принца и еще больше был доволен собой, глядя на его незамедлительную реакцию. Авель повернулся на него с круглыми глазами, едва заметно поджал губу и вновь обиженно отвернулся.       «Какая же мерзость. И почему это так сильно меня волнует? Конечно же, я знал это, конечно, знал, но повелся…опять.» Парень решил замять разговор. Его снова охватил этот неприятный страх, что его вот-вот поймают за хвост с поличным за нечто ужасающе постыдное. За его чувства.