Папа, расскажи мне сказку

— Вестник Андрасте, — начинает Дориан. — Тогда его еще не называли Инквизитором. Он должен был встретиться с мои бывшим ментором, магистром Алексиусом… Он взял под крыло южных магов. — Мама ушла от них тогда, — вспоминаю я. — Говорила, что он плохой человек и служит тому, что создал Брешь… Он когда-то учил вас? — в это невозможно поверить. — Учил, — он горько улыбается. — Алексиус когда-то был неплохим человеком, но… Видишь ли, его сын заразился скверной. Ему пообещали исцеление… Сложно было устоять, — тихий вздох, полный горечи. — Но Феликс, не смотря на свою болезнь, понимал, к чему это все… Поэтому, когда Артур прибыл в Редклиф, как Вестник Андрасте и посланник Инквизиции, Феликс привел его ко мне. — Постойте… — история становится все невероятнее с каждой секундой. — Значит, мужчина, с которым вы живете, это… Сам Инквизитор?! — Ага, — Дориан улыбается мне и зарывается пальцами в волосы. — Мы не слишком афишируем наши отношения, дабы сохранить его репутацию, но это так. — Ох… — только и могу сказать я. Получается… Нашим отцом будет сам Инквизитор?! Человек, спасший весь мир от демонов и чего похуже?! И Дориан… Живет с ним и любит его больше жизни… Теперь я смотрю на него совершенно другим взглядом. Когда ты находишься так близко к герою такого масштаба, не удивительно, что ты становишься лучше. Особенно если любишь… Наверное. — Продолжайте, пожалуйста, — нет уж, я должен услышать про их знакомство целиком. — Феликс привел Артура к вам, в церковь… — Незадолго до того, как он пришел, в церкви появился разлом, — улыбается Дориан. — Мне удавалось отбиваться от демонов, но с каждой секундой все чаще закрадывалась мысль, что если единственный человек, способный закрывать разломы, сейчас не явится, придется бежать, а твари из тени вырвутся в деревню… Не лучший вариант, скажем честно. Но он появился.

***

В первый момент я не узнал его. Это был просто парень с горящим мечом. Я и не смотрел в его сторону, так, заметил краем глаза, что подоспела помощь. Но когда он поднял руку к разлому и из нее вырвался зеленый луч, я все понял. Это было, как игла с нитью, зашивающей хрупкую Завесу. Невероятно красивое зрелище, должен сказать… — Так вот, как это работает, — вырвалось из меня прежде, чем я успел подумать. — Потрясающе… Он не ответил. И даже не думал убирать оружие. Как и его спутники. А воительница по правую руку вообще была готова броситься на меня в любой момент. Не зная, что делать, я отступил на шаг и поднял руки. — Это же Феликс попросил вас прийти сюда? Артур посмотрел на меня, прищурившись, а затем убрал меч. Оглядевшись, он шагнул ко мне и протянул руку в приветственном жесте. Я пожал ее почти что с трепетом. — Артур Тревельян, — произнес он с легкой улыбкой. — К вашим услугам. — Дориан Павус, и я невероятно рад знакомству, — руки у него слегка дрожали, но я решил не придавать этому значения. — Всегда было любопытно, как ты это делаешь, — махнул рукой на демонические останки, хотя хотелось взять его руку, ту, что с меткой, и рассмотреть поподробнее. — Я бы тоже хотел это знать, — это прозвучало как-то виновато. — Даже если бы знал, не стоит рассказывать об этом первому встречному тевинтерцу! — Кассандра, пожалуйста, — Вестник поморщился. — Я понимаю, о чем ты, но я не собираюсь кидаться на каждого встречного тевинтерца только потому, что он из Империи. Инквизиции пригодится любая помощь. В том числе, из Тевинтера. Кассандра фыркнула с видом «ладно, твое дело» и отвела взгляд. — Феликс сказал, что я в опасности, — продолжил он тем временем, продолжая улыбаться мне, будто и правда не ожидал от меня подлянки или чего-то подобного. — Просил прийти сюда, чтобы встретиться… С тобой, я полагаю? — Слава Создателю, — Феликс показался из-за колонны, не знаю, был он там раньше или нет, но он пришел, и это радовало… В нашей ситуации можно было ждать чего угодно. — Ты цел? — обратился он ко мне. — Да, Вестник пришел как раз вовремя, — он смущенно отвел взгляд в ответ на мою похвалу. — Он начал что-то подозревать? — обратился я к Феликсу, имея ввиду, разумеется, его отца. — Нет, — он покачал головой. — Но мне не стоило использовать болезнь… Теперь он будет носиться со мной, как с тухлым яйцом, ближайшие пару дней… Все это время Артур не сводил с нас глаз. Он был настроен довольно дружелюбно, насколько это вообще возможно в его положении, но ему нужны были ответы и быстро, так что он прервал нас: — Все это очень мило, но… Может, кто-нибудь из вас объяснит мне, почему вы решились на предательство? — Мой отец присоединился к секте, — объяснил Феликс и на лице у него появилась такая тоска, что заметили даже спутники Инквизитора. — Они называют себя Венатори. Их глава, так называемый Старший, имеет какое-то отношение к Бреши… Ради его же блага, моего отца нужно остановить… Артур задумчиво отвел взгляд, размышлял какие-то несколько секунд — но они показались мне вечностью — и кивнул, возвращая свой взгляд к нам с Феликсом. Его глаза сияли, голубые, как чистое небо, которое у нас отняла Брешь. — Увидимся, — сказал он и направился к выходу. И в тот момент я не мог дождаться следующей встречи.

***

Дориан замолкает, откинувшись назад и прикрыв глаза. Кажется, он погрузился в воспоминания, но когда его тело откланяется опасно назад, у меня чуть сердце из груди ни выпрыгивает. — Осторожно! — я тут же хватаю его за руку. — Ох… — похоже, Дориан всё же не потеряет сознания. — Кажется, я перегрелся… Южные бани — это нечто, да? Я помогаю ему подняться, и мы выходим из парилки, чтобы облиться холодной водой. В соседнем помещении слышится тихая песня. Я узнаю голос хозяйки. Дженис не слышно. Мы с Дорианом подозрительно переглядываемся. Чтобы сестренка была такой тихой… — Все в порядке? — прежде, чем я успеваю что-то сделать, он высовывается туда совершенно голый. Мне ничего не остаётся, кроме как подать ему полотенце и высунуться самому. Дженис спит на коленях хозяйки, которая напевает то ли Песнь Света, то ли другой церковный текст… Да, сестренка уже привыкла засыпать под них. — Извините, — бормочу я неловко и прячусь обратно, когда она смотрит на нас и видит, в каком виде мы тут интересуемся… Сердце все еще бьётся сильнее, чем должно, но понемногу успокаивается. Кажется, меня ни с того, ни с сего охватила паника. Такого раньше не было. Впрочем, раньше я всегда держал сестру в поле зрения… — Ты в порядке, Брайан? — даже в сумраке глаза Дориана светятся. — Ты тяжело дышишь… Уже закутанный в халат, он сжимает мое плечо и смотрит с таким беспокойством, что сердце сжимается. Я сам не замечаю, как качаюсь и буквально падаю на него, утыкаясь лицом в грудь. Дориан ничего не говорит, только прижимает меня к себе и гладит по мокрым волосам. Нет никаких сил что-то говорить или делать. Голова просто невыносимо тяжёлая. — Эй? — голос Дориана доносится как будто сквозь толщу воды. — Брайан? — А? — успеваю выдохнуть я перед тем, как окончательно выпасть из этого мира.

***

— Не волнуйся, милая, все будет хорошо… Первое, что я слышу, когда прихожу в себя, это голос Дориана и хныканье Дженис, которая, кажется, уже успела меня оплакать. Я чуть открываю один глаз. Темная комната, горят разве что пара свечей. Я лежу на кровати — Создатель, как давно я не спал на кровати! — заботливо укрытый одеялом. Рядом, на стуле, сидит Дориан и качает на руках сестренку, приговаривая, что всё будет хорошо. А она нервно прижимается к нему и смотрит в мою сторону. — Брат! — заметив, что я прихожу в себя, Джен дергается и едва ли выскакивает из его рук. Дориан нервно хихикает и сажает буйную сестренку на мою кровать. Я едва успеваю сесть прежде, чем она вешается у меня на шее. Я обхватываю ее руками, успокаивая. — Не плачь, Джен, — шепчу я ей на ухо. — Я в порядке. В порядке же? — Дориан улыбается. — В порядке, не беспокойся, — он протягивает руку и гладит меня по голове. — Ты перегрелся и разнервничался… — Дюлак! — подводит итог Дженис, прижимаясь ко мне. Дориан смеётся. — Ты вовремя проснулся, между прочим, — замечает он. — Скоро должны принести еду. У меня нет никаких сил отвечать. Я просто валюсь на кровать и блаженно закрываю глаза. Дженис всё ещё обнимает меня за шею, усталое тело удобно располагается на мягкой перине и теплый взгляд нашего новоиспеченного отца ощущается даже сквозь веки. — Дориан, — шепчу я, не уверенный, что он услышит. — Да? — Спасибо, что забрал нас оттуда, — слова сами слетают с губ, прежде чем я успеваю подумать. Вместо ответа я ощущаю теплое влажное прикосновение… Он целует меня в лоб. Как тогда, при первой встрече. Я не могу сдержать улыбку. Так хочется назвать его отцом… Когда-нибудь я обязательно это сделаю.