Папа, расскажи мне сказку

Дориан хмурится, и мне кажется, что его сердце начинает биться чаще и громче. Он смотрит на обессиленную спящую Дженис, затем на меня, всё ещё колдующего над его рукой и произносит максимально спокойным голосом: — Не заперто! Дверь распахивается, и в комнату входит широкоплечий храмовник без шлема. Помятые в боях латы покрыты кровью и чем-то, что мне не хочется опознавать, но суровое загорелое лицо кадется чистым. Должно быть, в бою он всё-таки носил шлем… — Как я и думал, — голос храмовника угрожающе низкий и скрипящий. — Это ваших рук дело… — Даже если так, — Дориан смотрит на него с каменным лицом, но я сижу близко и вижу, как быстро бьётся артерия на его шее. — С кем имею честь? — Для чего вам знать моё имя? — хмурится храмовник, глядя на него пронзающими ледяными глазами, обычными для Ферелдена. — Инквизиция захочет узнать, кто пытался арестовать одного из её членов… Они долго смотрят друг на друга, молча, кажется, между ними происходит невидимый поединок. Храмовник и маг сражаются друг с другом, один за право контролировать второго, а второй… За право жить. Для себя и своих детей. Стоп, я сказал «своих»? То есть, конечно, не сказал, но… — У вас есть доказательства принадлежности к Инквизиции? — храмовник перебивает поток мысли. — Если нет, я буду вынужден вас задержать. Дориан суёт здоровую руку за пазуху и замирает. Чёрные брови медленно поднимаются, губы вздагивают, и он отводит взгляд, глядя куда-то в окно. Не понимая, что происходит, я смотрю то на него, то на храмовника. Есть что-то холодное в этом взгляде. Что-то слишком похожее на милого мальчика Роберта из Редклифа… Ты виноват, маг. Просто потому, что ты маг. — Задерживайте, — Дориан опирается спиной на стену и закидывает ногу на ногу. — Отсюда до Скайхолда три дня пути. Я с радостью останусь здесь на это время. — Но… — опешив от такой наглости, храмовник даже отступает на шаг. — Я должен… — Если Инквизитор узнает, что вы дурно со мной обращались, — он смотрит куда-то в потолок. — Учитывая, что я спас ваши церковные задницы… Я вам не завидую. Звякают доспехи, и дверь захлопывается с громким треском. Дориан закрывает глаза и наконец достаёт то, что было у него за пазухой. На пол падает кусок расплавленного золота на цепочке. — То есть у вас был знак Инквизиции?! — Не кричи, ради Создателя, — он качает головой. — Да ну вас! — отойдя от него, я бессильно опускаюсь рядом с Дженис, которая свернулась в клубочек, маленький и беззащитный. — Всё ты виновата… — Дюлак, — бурчит сестрёнка, отворачиваясь от меня. Скинув сапоги, я забираюсь на кровать с ногами и, прижавшись спиной к стене, обнимаю колени. Хочется плакать и кричать одновременно. Всё это неправильно, несправедливо и попросту глупо. Дориан и правда спас их никчёмные задницы, а они… — Простите меня, — бурчу я, искренне надеясь, что он не услышит. — Я не должен был кричать… Вы не виноваты. — Я понимаю, Брайан, — Дориан тоже говорит не слишком громко, но больной разум жадно ловит каждое его слово. — Тебе обидно, — его глаза медленно открываются, и я снова вижу в них привычное тепло. — Нам приписывают злые намерения просто потому, что мы маги. — Это несправедливо, — в носу щипет. — Вы же ничего плохого не сделали. — Ты прав, — голос его совершенно спокоен. — Несправедливо. Но ещё и естественно. — Что? — я поднимаю голову, чтобы увидеть, как он смотрит на меня застывшим взглядом. — Инстинкт самосохранения, мальчик мой, — Дориан чуть склоняет голову набок. — Ожидать худшего от того, кто сильнее тебя, — он усмехается. — Это естественно. Это помогает спастись.

***

Между грязно-коричневыми скалами виднелся мутный желтоватый свет странного непривычного неба, местами разрезанного зелёными вспышками разрывов, а вдалеке красовалась сама Брешь. В Тени она выглядела почти так же, как и реальном мире… Только почему-то больше. Я огляделся вокруг, надеясь найти остальных и через мгновение обнаружил их. Все были на месте, и Варрик, и Кассандра, и бывшая Защитница Кирквола, и Герой Ферелдена. И Артур, конечно же… Самое главное, Артур. Без него было бы ещё страшнее. — Хах, — чёрные доспехи сверкнули в зеленоватой мутной воде, а острое эльфийское лицо, до этого больше похожее на ледяную маску, исказила слегка зловещая улыбка. — Что за чудесное место… — Ты это серьёзно, Элиас? — черноволосая девушка потёрла красное пятно на лице. — У меня тоже не лучшие воспоминания, — Варрик подошёл к ней и аккуратно коснулся локтя. — Эй, мы выберемся… С нами всё-таки Герой Ферелдена, — он оглянулся на Артура. — И Инквизитор тоже. Элиас рассмеялся, сладко потягиваясь и вдыхая густой тяжёлый воздух полной грудью. — Я чувствую, — он облизнул бледные губы. — Чувствую запах страха. Артур отшатнулся от него и посмотрел на меня, словно я мог объяснить ему, человеку, далёкому от Тени, магии и всего подобного, что происходит и что с этим делать. Я взял его за руку и прижался плечом к плечу. — Простите, командор, — вежливо обратился я к эльфу, который, казалось, единственный здесь получал удовольствие. — Вы понимаете, что происходит? — О да, — Элиас повернулся к нам с широкой зловещей улыбкой. — Хозяин этого места хочет нас сожрать, — из ближайшей скалы показался прозрачный чёрный призрак и на его лице стали появляться смутные знакомые черты, но страж даже не повернулся в его сторону, он просто взмахнул огромным зазубренным мечом, кажется, больше себя самого и разрубил создание Тени пополам. — Я чувствую его вкус. — Вкус? — Артур сжал мою руку сильнее. — Что ты имеешь ввиду? — Это место — царство кошмаров, — произнёс Элиас совершенно спокойным тоном, будто ничего такого в этом не было. — Его хозяин — везде вокруг, понимаешь? — казалось, что скалы вокруг вибрировали. — В земле, в воде… В воздухе. — Везде… — Артур оглянулся на меня. — То есть мы не можем найти его? Элиас посмотрел на него, как на идиота, но я не успел возмутиться — несколько призраков возникли за его спиной, вдалеке. Они не успели издать ни звука, но видимо, он всё понял по нашим лицам. Перехватив меч обеими руками, он даже не прошептал — просто выдохнул — несколько слов и сделал взмах. Огромный зазубренный клинок рассёк густой воздух, высекая искры. Широкая огненная волна добралась до них за доли секунды. — Можем, — слегка высунув язык, Элиас медленно облизнул губы. — Следуйте за мной.

***

— Герой Ферелдена?! — поверить в это ещё сложнее, чем в отношения с Инквизитором. — Живой? Настоящий? — Ещё какой настоящий, — Дориан горько усмехается. — Ты наверняка много про него слышал… — Конечно! — я едва не подпрыгиваю, но вовремя вспоминаю, что рядом спит Джен. — У нас только и говорят, что о нём! — В самом деле? — он не выглядит удивлённым, скорее немного грустным. — И что же о нём говорят? — Ну как же, — я начинаю загибать пальцы. — Он снял проклятие с оборотней Бресилиана, — раз. — Спас башню магов, — два. — Вылечил эрла Эамона и спас всю его семью, — три и четыре. — Покончил с междуусобицей в Орзаммаре, — пять. — Победил предателя Логэйна, а затем — самого Архидемона! Во всей стране не найти более героического человека! — Эльфа, — поправляет Дориан, с лёгкой улыбкой глядя на мои загнутые пальцы. — Эльфа, конечно, — в голосе его явно слышен какой-то укор, но я решаю не обращать на это внимания. — Когда ещё весь Ферелден так превозносил мага? И нечеловека к тому же! Дориан глухо смеётся и отводит глаза. Он как будто знает что-то, чего не хочет говорить. — Мама говорила, — продолжаю я тем временем, чувствуя воодушевление. — Если бы он не исчез, Брешь не разрушила бы страну так сильно… — Возможно, — он пожимает плечами. — Но, к сожалению, Элиас не мог не исчезнуть.

***

Властелин кошмаров надвигался на нас, но не мог пройти сквозь прозрачную стену, слегка отливающую синеватым перламутром. Элиас стоял, подняв левую руку, слегка касаясь вибрирующей поверхности. На пальце сверкало кольцо с синим камнем. — Нам нужно уходить, — Артур сжал моё плечо. — Иначе мы навсегда здесь останемся… — Элиас! — Мариан сделала шаг к нему, но была отброшена обратно силовой волной. — Что ты делаешь?! — Вам нужно уходить, — повторил он слова Инквизитора, глядя только на демона перед собой. — Идите, — голос его звучал жёстко и даже злобно. — Я разберусь с ним. — Он убьёт тебя! — на этот раз Хоук не стала к нему подходить, но руки её дрожали, и я видел, что она готова заплакать. — Как ты можешь просто остаться здесь и… — И бросить вас? — Элиас обернулся, и я увидел, что у него дрожат губы. — Как я могу? — Мариан отступила на шаг, чувствуя, что ещё немного и в неё что-нибудь полетит. — Как ты можешь? — голос его был спокоен, но даже я почувствовал угрозу. — Почему я всё время должен помогать тебе или ему? — он кивнул на Артура. — Или я тут единственный герой? Артур посмотрел на неё, потом на него, а затем — всего мгновение — на меня. — Элиас прав, — кивнул он. — Справлялся же я как-то без вас до этого момента… Пусть это было и сложно, — его рука сжалась на моей. — К тому же, ну, у тебя есть причины… Страж задержал на нём взгляд, медленно потеплёвший. Демон, решив, видимо, что на него больше не обращают внимания, попробовал пробиться, но Элиас даже не вздрогнул, только смотрел на Артура. Тот подтолкнул меня к разрыву и подошёл ближе. — Спасибо, Инквизитор, — рассмеявшись, он снял кольцо и протянул Артуру. — Уходите.

***

Я снова смотрю на кольцо, что дал мне Дориан несколько дней назад. «Слеза тишины» слегка поблёскивает в темноте, завораживая голубоватыми искрами. Казалось, где-то в тёмно-синей глубине рождаются новые звёзды. А за ними, там, в темноте, на меня смотрит Герой Ферелдена, худощавый эльф с мертвецки бледным лицом и чёрными глазами. С какой-то чернотой в душе, которую я никак не могу разгадать. — Дориан, — тихо зову я, немного надеясь, что он спит и не ответит, но и узнать правду тоже хочется. — Вы спите? — Что такое, мальчик мой? — раздаётся из темноты. — Он ведь сам создал это кольцо? Дориан тяжело вздыхает где-то в темноте. Похоже, это не та тема, которую он хочет обсуждать посреди ночи. Когда его преследуют кошмары. Наверное. Скорее всего. — Элиас создал множество великолепных вещей, — произносит он медленно, явно подбирая слова, словно пытаясь что-то скрыть. — «Слеза тишины» — мой любимый, но далеко не единственный… — А вы покажете мне остальные? — я сжимаю кольцо в руке. — Нам не жалко, мальчик мой, — Дориан сел рядом, и мне наконец удаётся разглядеть его лицо — он слегка улыбается. — Но обещай мне одну вещь. Я смотрю в его глаза и пытаюсь уловить, что именно он пытается от меня скрыть. Но никак не могу понять, что может быть такого в этих артефактах… — Обещай мне, — он кладёт руку мне на голову. — Что не попытаешься их воссоздать.