Мотылек

Я не поехал в этот день в участок, сказавшись больным. После обеда ко мне заглянул Оуэн, узнать о здоровье свидетеля. Чуть позже приехал Кук, и мы с ним за чашечкой чая обсудили нововведения в психиатрии. Он сказал, что очень рад, что Майло выздоровеет и, откланявшись, уехал по своим делам. Вечером, как и обещал, больного навестил доктор Деррик. Он проверил рану на голове Майло и снова обработал ее, чтобы избежать заражения. – Когда пострадавший проснется, советую приготовить ему теплую ванну и покормить, – сказал доктор напоследок. – Только смотрите, чтобы он не переедал. Ночью, когда дом начал погружаться в сон, я взял недочитанную книгу и удобно устроился возле постели Майло. – Вы проведете ночь здесь? – поинтересовался Таонго, принося мне поднос с теплым молоком и печеньем. – Да, – ответил я, – мальчик может проснуться и испугаться незнакомой обстановки. Таонго только вздохнул и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Майло проснулся ранним утром. Увидев меня, он испуганно захлопал глазами и натянул одеяло до самого подбородка. – Не волнуйся, Майло, – улыбнулся я, откладывая книгу, – ты у меня в доме и тебе тут ничего не угрожает. Майло попытался приподняться с подушек, но, поморщившись от боли, снова упал на спину. – Не вставай, – предупредил я. – Сейчас мой слуга Таонго приготовит для тебя ванну, а потом принесет поесть. – А вы? – хрипло спросил Майло. – Мне нужно уехать по делам, но я обещаю вернуться как можно скорее, – я поднялся и вышел из комнаты, чтобы позвать слугу. День в участке тянулся, как назло, очень медленно. Стрелки часов словно замерли на трех часах и пятнадцати минутах пополудни. Я старался отвлечься, читая отчеты и заново листая материалы дел об убийстве мальчиков-проститутов, но ничего нового для себя так и не обнаружил. Наконец, за дверью моего кабинета началось движение, что свидетельствовало о конце рабочего дня. – Нельсон, завтра с утра вызовите мне в кабинет Бутмана и Джонсона. Я не вижу никакого движения в деле о последних убийствах, – сказал я секретарю. – А вы куда, сэр? – удивленно глядя на меня и забыв о субординации, спросил Нельсон. – Домой, – улыбнулся я. – А что вас так удивило? – Просто вы раньше девяти никогда не уходили, – взял себя в руки секретарь, – а сейчас на часах только пять. – Ну, когда-то нужно начинать уходить с работы вовремя, – я кивнул ему на прощанье и, надев на голову шляпу, вышел на лестницу. Майло я нашел в кровати, в гостевой комнате. Как только я открыл дверь, он быстро юркнул под одеяло и замер. – Вот так случается каждый раз, как только он видит меня, – вздохнул за моей спиной Таонго. – Хорошо, – сказал я, – давай на этот раз я сам отдам ему ужин. Я подошел к кровати и, поставив поднос на тумбочку, потянул на себя одеяло. – Майло, – улыбнулся я юноше, – почему тебя так пугает Таонго? – А он не людоед? – Майло выбрался из-под одеяла и уселся на кровати, подоткнув под спину подушки. – С чего ты это взял? – рассмеялся я. – Ови мне рассказывал, что в тех местах, откуда он родом, есть племена, которые едят людей, – начал рассказывать мне Майло. – Они варят их в больших чанах, а потом поедают всем племенем. И для них главное – съесть сердце врага, чтобы забрать его силу. – На самом деле Ови не врал тебе, – ответил я, ставя поднос с едой на одеяло. – В Африке, откуда родом Таонго, действительно существуют племена людоедов. Но сам Таонго вегетарианец. Он ест только растительную пищу. Видимо, мои слова немного успокоили Майло, и он, взяв в руку куриную ножку, с аппетитом стал есть, поддевая ею же кусочки пюре. В завершение ужина Майло выпил стакан малинового морса и запихнул в рот целое печенье. – Господин Деррик пожаловал, – сказал Таонго, открыв дверь. На этот раз Майло не прятался, а наоборот, с интересом разглядывал моего черного слугу. – Доктор! – я встал со стула и пожал руку Деррику. – Ну-с, молодой человек, – доктор потер руки и подошел к Майло. Я не ожидал такой прыти от человека, который совсем недавно лежал на улице, израненный и замерзший. Майло быстро соскочил с кровати и бросился под стол, стоящий у окна. – Майло, – я движением руки остановил Деррика, а сам подошел к столу и наклонился, – что теперь тебя напугало? Доктор Деррик не чернокожий и уж точно не людоед. – У докторов есть такие острые ножи, которыми они разрезают пациента и вытаскивают из него кишки, – шепотом отозвался из-под стола Майло. – Я уже осматривал тебя, Майло, – вступил в наш диалог Деррик, – и я не резал тебя, а лечил рану на голове. А еще попросил господина Донована ухаживать за тобой, пока ты не поправишься. Будь так любезен, вылезай, и я просто посмотрю на тебя. Даже руками трогать не стану. Когда врач ушел, Майло совсем успокоился и, оглядевшись по сторонам, сказал: – Вы очень богатый господин, сэр. – Правда? – я тоже окинул взглядом комнату. – И с чего ты это взял? – Ну, у вас такая большая комната, а в ней дорогая мебель, – стал перечислять Майло, – на кровати мягкие простыни и теплое пуховое одеяло. И еще ковер… По нему очень приятно ходить босиком. А еда, которую мне приносят, очень вкусная. – Ты считаешь, что это и есть богатство? – усмехнулся я. – Конечно, сэр, – кивнул Майло и вдруг возбужденно закрутил головой по сторонам. – А где мое платье? – Я приказал, чтобы его сожгли, – нахмурился я. – Как сожгли? – на глаза Майло навернулись слезы. – У меня нет другого! Как же я буду зарабатывать без платья? – Подожди, Майло, – я похлопал его по плечу. – Ты хочешь вернуться на улицу и искать по ночам клиентов? – Сэр, – Майло тяжело вздохнул, – я больше ничего не умею делать. – Давай договоримся с тобой вот о чем, – я сел к нему на кровать и внимательно посмотрел в черные бездонные глаза. – Сначала ты поправишься, наберешься сил, и мы пойдем и купим тебе хороший мужской костюм. А потом… Я замолчал. А собственно, что я мог предложить этому мальчику? Стать моим наложником за хорошую еду и проживание в человеческих условиях? Или я просто покормлю и обогрею его, как бездомного котенка, а потом снова выставлю на улицу? Ни тот, ни другой вариант меня не устраивали, поэтому я решил не продолжать этот разговор и положиться на волю судьбы.