По ту сторону экрана

Темнота, сплошная чёрная пелена, не сходящая с глаз, сопровождающаяся глухой тишиной, которая не заставляла чувствовать ни страха, ни боли… Ничего. Такая чернота наступила где-то на середине пьянки — по-другому и не скажешь, ибо проснувшись, Сильва не помнил и половины того дня, будто бы та тёмная пелена пожрала всё безвозвратно. Голова гудела, словно в ней был рой пчёл — всё потому что он выпил много, к тому же спал слишком долго. Во сколько он заснул вообще? Он не помнил таких мелочей. Да что уж говорить о них, если испанец пол пьянки не помнит: не помнит, как попал домой, что говорил, даже как переоделся. И вообще, как он смог снять протезы в таком состоянии? Всё это нужно было спросить у Элиотта, но сначала стоило бы разобраться с головной болью и этим вялым состоянием. Было ощущение, что Октейн погряз в некой жиже из дерьма. Да, именно из дерьма, иначе это не опишешь. Во рту жутко сушило, а тело и вовсе отказывалось нормально двигаться, словно его вчера скомкали, пожевали, а после выкинули и попытались разровнять обратно. Как же Сильва ненавидел похмелье… И вообще… Как он в таком состоянии на арену пойдёт? Конечно, были бы игры виртуальными, то всё было бы отлично и проблемы не было, но они настоящие, так что идти на них в таком виде просто неприемлемо. А хотя плевать, Октавио уже давно опоздал на десантный корабль. Поднимаясь кое-как, парень потянулся к своим протезам, что лежали возле кровати. Надев их, испанец окончательно встал и пошел в ванную. На этот раз он решил принять не просто прохладный, а ледяной душ, чтобы взбодриться и смыть с себя остатки липкого и дико неприятного самочувствия. Это мало помогло, и это Октейн понял, когда вышел из душа. Он устало побрёл к себе в комнату, находя в тумбочке колбочку с таблетками, принимая одну, как всегда не запивая. После этого парень улёгся на кровать, набирая номер телефона Уитта, который ответил не сразу, а только через пару… Звонков. Долгих звонков. Настолько, что можно было от скуки начать биться головой об стену. Но когда трубка была поднята, из телефона раздался уставший и сонный голос. — Элиотт Уитт у аппарата, слушаю… — Хэй, Эл, тут такое дело, ну… Ты не помнишь, что было вчера? Мне память отшибло совсем просто, а ты, вроде, в таких ситуациях особо ее не теряешь. И да, прости, что разбудил, — тараторил Сильва из-за быстрого действия «лекарств», дергая ногой в мучительном ожидании ответа на свой вопрос. — Ммгх… Чел, девять утра, это может подождать? — Нет, не может! Ну пожалуйста, Эл! Я помню только то, как мы допивали десятую стопку виски, а дальше самое настоящее ничего, — после этих слов, Мираж тяжело вздохнул. — Мы пили, ты написал своему какому-то любовнику или кто он там тебе… Потом он тебе позвонил. А потом ты ушел домой. Хрен знает, как ты добрался сам, ибо я тебя не подвозил, — после фразы «написал своему любовнику», испанец не на шутку напрягся. Господи… Ну и какой пьяный бред он ему написал? И вообще, что говорил? Черт, теперь надо извиняться перед Тэ Джуном… Быстро попрощавшись с Миражом, испанец открыл мессенджер, в котором они с Парком переписывались и, о, боги… От своего сообщения пропитанного любовью, возбуждением и идиотизмом, так ещё и с ужаснейшими ошибками, Октавио густо покраснел от стыда. Нужно срочно звонить и извиняться… Набрав номер телефона Тэ Джуна, Сильва, покусывая кожицу возле ногтей от нервов, ждал, пока тот ответит. Это были мучительные минуты, которые заставляли внутренности, а в особенности сердце, просто переворачиваться от вопиющего стыда. Когда трубку подняли, лучше не стало, а даже наоборот — это чувство усилилось. Неловко говоря подрагивающим голосом тихое «Привет», Октейн с трудом сглотнул подступивший ком в горле. — Привет, Тави. Ты уже отошёл от алкоголя? — спросил спокойно кореец, без нотки насмешки в голосе. От этого стало не по себе. — Эм… Да! Я… Ахах… Кхм… Тэ Джун, я хотел извиниться, — робко произнес последнюю фразу испанец, смотря куда-то в сторону. Было ощущение, что если он посмотрит вперёд, то столкнётся взглядами с азиатом, и плевать, что тот был точно не в его комнате. — Извиниться? — непонимающе спросил Парк. — За что? — Ну… Я вчера повел себя, как идиот. Просто… Ну не знаю, короче мне стыдно за вчерашнее сообщение! — внезапно после сказанной Октавио фразы из телефона послышался смешок, который заставил лицо Сильвы окончательно покрыться пунцовым цветом. Он приложил предплечье к глазам, закрываясь, будто на него кто-то смотрит. — Что смешного?! Мне, блин, реально стыдно! — возмущённо, с явным смущением воскликнул парень, от чего Тэ Джун вновь не удержался от очередного смешка. — Прости… Мне смешно, потому что ты извиняешься за подобное. — Да блин! Это сообщение было пьяным бредом. Конечно, за такое надо извиняться! — Нет. Потому что мне приятно было такое сообщение, — внезапно сказал азиат, из-за чего Октейн удивлённо вскинул брови, открывая глаза и убирая руку с лица, глядя куда-то в потолок. — Что? Почему? — Потому что… Это знак того, что ты и впрямь пропитался какими-то чувствами ко мне, раз вспоминаешь меня даже тогда, когда не соображаешь, — эти слова почему-то заставили сердце биться чаще, но испанец не мог понять, почему вдруг такое чувство на него нашло. — Я… Кхм… Я даже не знаю, что сказать. — Ничего говорить и не нужно, aegi. Хотя нет… Говори. Много говори. Твой голосок нельзя затыкать. — Ох… Тэ Джун, ты меня смущаешь, — Сильва невольно улыбнулся, обняв подушку, представляя в своих объятиях корейца. Интересно, какой он в росте? Может, он как Крипто, ведь тот — азиат, как и Тэ Джун. Возможно, они похожи телосложением. Тогда Парк должно быть довольно плечист. А каков кореец, когда голый? Вдруг он подтянут? Ох, как бы он обнял это прекрасное тело… Так и задумавшись, парень закрыл глаза, всё так же улыбаясь, «просыпаясь» только от внезапно громкого «Тави, с тобой всё в порядке?». Неловко бегая глазами по комнате, Сильва вновь покраснел, хлопая ресницами. — Тави, с тобой точно всё хорошо? — Д-да! Я просто… Задумался… — О чем? — с интересом спросил азиат, на что Октейн, немного подумав, ответил: — О том, как я… Эээ… Как я домой попал! — Как попал домой? Ох. Действительно интересно… — Вот-вот. Я думал, что меня подвёз Элиотт, но нет! Это не он. Как думаешь, кто бы это мог быть? — Ну… Даже не знаю. Может, кто-нибудь из знакомых легенд мимо проходил? — Может. Не знаю, да и черт с этим… Слушай. Так когда мы встретимся, amigo? — Скоро… — опять это «скоро». Да когда же оно черт возьми наступит? От этих мыслей Сильва недовольно вздохнул родной грудью. — А конкретнее? Слушай, я хочу скорее тебя увидеть! Обнять там, все дела… — Обнимешь. Но не сейчас. У меня есть дела, которые не позволяют нам встретиться… — внезапно в трубку послышался странный гул, а после неприятный звук, издающийся компьютером. Похоже, у парня то ли компьютер «полетел», то ли это программа какая-то такие звуки издаёт. В любом случае, после этого Парк внезапно протараторил «погоди, я позже перезвоню» и звонок был окончен. Это заставило Сильву тяжело вздохнуть и бросить телефон куда-то в сторону, не заботясь о том, куда он упадёт. Его мобильник и так был весь в трещинах и царапинах, но парню было плевать, главное, что он работал. Если задуматься, то испанец был похож на свой телефон в некоторой степени. Такой же потрёпанный морально, но пытающийся показать, что он ещё «живой» изо всех сил. Хотя кому какая разница живой он или в могиле? Мираж хоть и был другом, но он не был настолько близок к Сильве, как хотелось бы. Он занят фанатами, личной жизнью. С Лайфлайн Октейн давно поругался, отчего их отношения стали сложнее, и на её фоне испанец всё больше начинает походить на мудака. Октавио и так знает, какой он гандон — это ему близкие люди давно сказали прямо в лицо. Когда-то в юношестве отец Сильвы сказал ему, как он разочарован в нем, в интересах сына… Большой скандал был, когда Сильва-старший, узнал, что его сыну нравятся мальчики, ведь, как он выразился, «это неприемлемо для их уважаемого рода». Октавио всё ещё помнил те слова, сказанные отцом про его мать, про ужасный характер и про то, какой же ужасный у него сын получился и, возможно, испанца стоило отдать кому-нибудь с самого рождения, а не тратить на него своё драгоценное время… «Тратил время? Да какое время?! Ты даже не удосужился запомнить, что я хотел собаку, а не кролика, pedazo de mierda!» думал испанец, гневно сжимая подушку под собой. Нет. Нужно сейчас прекращать об этом думать, иначе парень совсем раскиснет… Встав с кровати, спидстер пошел в ванную, доставая аптечку, а из неё он вынул шприц, очень похожий на те, что Октавио таскал с собой на игры. В шприце сразу была зелёная жидкость, которая помогала Сильве почувствовать себя… Быстрее. И в некоторой степени счастливее. Правда факт того, что ему скучно это не отнимало, а жаль, ибо хуже скуки нет ничего… Или же есть? В любом случае, Октейну нужна эта зелёная жидкость, он уже не может отказаться от неё и вряд ли сможет в будущем. Когда-то он правда пытался, но всё закончилось на моменте, когда всё внутри сводило жуткой болью, и тело так и просило новой дозы. За это испанец ненавидел себя, и от злобы к себе даже воткнул себе нож в бедро, окрашивая кафель своей ванной в алый цвет, захлебываясь собственными слезами, спрашивая Бога, когда это всё кончится и он сможет жить нормально. Октавио хотел что-то изменить в своей жизни, но всё выходило, как он говорил, «через жопу» и толком-то ничего не изменилось, только ненависти к себе прибавилось. Такими темпами он рано или поздно взорвётся морально, но, может, Тэ Джун поможет это изменить. Нужно просто подождать, когда они смогут наладить связь между друг другом… Просто подождать… Вкалывая в себя зелёную жидкость, чувствуя жар, распространяющийся по венам, парень блаженно выдохнул, чувствуя прилив сил. Наконец первая доза за сутки, и можно отлично проводить день! Ну как отлично… Сидя на диване и играя в приставку, пытаясь побить свой текущий рекорд. Однако так продолжалось не долго. Ему быстро надоело сидеть дома в четырёх стенах, которые даже немного давили на него, потому Октавио решил вновь прогуляться, как недавно. Может, он даже наткнется на что-то интересное, кто знает?

***

Натянув на себя рюкзак и привычный ему прикид, состоящий из толстовки, шорт и маски на пол лица с тёмными очками и бейсболкой, Сильва вышел на вечернюю улицу. Город весь светился разными цветами и был словно живым от гула идущих людей по улицам. Октейн спокойно гулял по одной такой, осматривая местность вокруг себя, вдыхая городской воздух. Подобная обстановка заставляла задуматься о том, как быстро на самом деле течет жизнь вокруг. Все куда-то спешат, с кем-то говорят, переживают взлёты и падения… Только вот сам испанец не чувствовал такой же активности в своей жизни. Было ощущение, что жизнь обходит его стороной, даже если он по уши в событиях, как сейчас: он, вроде, участвует в играх Апекса, у него много фанатов, но всё это не то… Постоянно чего-то не хватало, из-за чего Сильва и чувствовал нехватку яркости в своей жизни. Всё было как-то уныло и рутинно. Это раздражало. Поток мысли Октавио завёл в какую-то подворотню, где пахло тухлым мясом и сыростью, с кучей граффити на стенах и парочкой бомжей, лежащих возле мусорных баков, наполненных доверху. Ну, как раз от них и исходил такой отвратительный запах. Хотя тут больше попахивало мочой и палёной настойкой из неизвестно чего. От такого букета ароматов испанец поморщился, уходя вглубь всё дальше. Он остановился только у ярко-розовой неоновой вывески, которая гласила, что тут совсем рядом есть ночной клуб. А вот это было интересней. Ухмыльнувшись под маской, Октавио уж направился дальше, дабы найти дверь в это чудное заведение и попасть внутрь, а после раствориться в алкоголе и громкой музыке среди разных тел, создающих на танцполе сплошную огромную массу, движущуюся под четкие ритмы. И вот он уже в паре метров от заветного фейсконтроля, как вдруг кто-то взял Октейна за шиворот, толкая и прижимая к стене. Открыв глаза, которые парень зажмурил до этого на секунду при столкновении с твёрдой поверхностью, он увидел перед собой какого-то неизвестного ему мужчину, достаточно мускулистого и одетого в большую для него майку, испачканную Бог знает во что, джинсах и кедах. Этот незнакомец взял Октавио за шею, приближаясь и обдавая своим горячим, каким-то неровным дыханием. — Эй, красавчик, куда спешим так? В клуб захотелось? Да ладно тебе, там делать нечего. Давай-ка лучше тут развлечемся, — внезапно Сильва почувствовал чужие губы на своей шее и не на шутку так испугался. Вот так до него домогаться прямо на улице? А ведь никто и не поможет, ибо в таких злачных местах ошиваются в основном наркоманы и какие-то придурки, прямо как этот. Фу, как же от этого мужика несёт перегаром… — Э-эй! Пошел нахер, ублюдок! — после этих слов Сильва как можно дальше оттолкнул от себя незнакомца, ударив в живот, но это было его ошибкой. Мужчина не растерялся, хватая испанца за руку, наставляя нож к горлу и злобно шипя. — Я хотел по-хорошему… А теперь слушай сюда, либо давай сюда бабки, что есть, либо нагибайся раком. Думай, сука, быстрее, пока я тебе шею не распорол, — последние слова были сказаны в повышенном тоне, от чего Сильва вздрогнул. Хотелось закричать или убежать, но этот обдолбаный был слишком силён. Почему обдолбаный? Потому что у этого ненормального глаза были на выкате, сбитое дыхание и дрожь в руках. О-о… Это состояние очень знакомо Октавио. Только вот осознание этого ничего не решает, и нож всё ещё утыкается в кадык испанца, прокалывая кожу, отчего из пореза выступили несколько капель крови. Но внезапно мужика кто-то толкнул, да так сильно, что тот упал на землю. Вдруг раздался какой-то хруст и громкое звяканье метала о грязный асфальт, что означало, что оружие сейчас точно не у этого маньяка. Это радовало. Чужую руку кто-то вжал ногой в пол и подняв глаза на своего спасителя, Октейн затаил дыхание. Это был Крипто, и сейчас, кажется, он был очень зол. Незнакомец выл от боли, громко матерясь и что-то воя про сломанную руку. Хакер лишь пнул наркомана, плюя куда-то под ноги, хмурясь. — Ещё раз тронешь кого-то, то вместо руки у тебя будет сломана шея, — громко произнес азиат, после чего мужик начал куда-то уползать, подальше от хакера и испанца. Повернувшись к Октавио, Крипто положил руки в карманы, подходя ближе. — Этот отброс тебя не тронул? — спросил он чуть мягко, обращаясь к Сильве, от чего парень расслабился, краснея уводя взгляд. — Н-не. Всё отлично… Спасибо, что помог, но… Что ты тут делаешь? — Октейн поднял взгляд на азиата, чувствуя себя неловко. И как он мог позволить себя тронуть? — Да так. Мимо проходил. Тебя не касается, — холодно ответил хакер. — Я же тебе говорил сюда не ходить. Что ты прешься в этот район, а? Тут что, мёдом намазано? — уже чуть грубее продолжил парень, заставляя своим тоном нервно сглотнуть испанца, нервно снимавшего маску, дабы было легче дышать после… Такого. — Я нечаянно забрёл сюда… — Ага… И нечаянно поперся в клуб, да? Дурак ты. Вот напрешься в следующий раз на целую банду, не буду спасать тебя, — лжёт. Будет, ещё как, но он об этом Октавио никогда не скажет. — А теперь свали к себе домой, ладно? Будь хорошим мальчиком, у тебя ведь обычно это отлично выходит… — после этих слов Октейн покраснел, хмурясь. — Да что ты… То, что ты меня спас, не даёт тебе права мной командовать! Придурок! — разозлился испанец, чувствуя себя невероятно неловко. Вот блин… Опять этот хакер позволяет себе так говорить с Октавио. После этих слов Крипто подошел ближе к парнишке, беря за щеки, сжимая их, от чего Сильва тихо завыл. — Ай! Больно! — сказал он, пытаясь отодвинуть от себя чужие руки. — Хватит уже капризничать и послушай меня. Тут опасно, ладно? Иди домой и не будь идиотом. — Куда хочу, туда и пойду, ясно?! Тебе не обязательно на меня своё время тратить, — обижено говорил Октавио, хмуро смотря на азиата, «надуваясь», от чего выглядел в глазах хакера безумно мило, потому он издал смешок. — Всё-таки идиот… — парень отпустил чужие щеки, ухмыляясь. — Ну и иди дальше. Только своими хиленькими ручками махай поэнергичнее. Может, отпугнешь кого… В любом случае, встретимся на играх, — с насмешкой сказал Крипто, разворачиваясь спиной и уходя медленно куда-то вглубь подворотни. Эти издевательства со стороны азиата просто вымораживали. Да кто он такой вообще?! Встретятся они на играх… Да. Ещё как встретятся, и Сильва точно отомстит хакеру за все его насмешки над испанцем. Да, спасение это хорошо, но не с таким же «послевкусием». Октавио всё же решил прислушаться совета этого «спасителя» и ушел домой.

***

Очередной день игр. Холодный воздух нещадно бил в лицо, но маска на лице Сильвы не позволяла ему почувствовать эти обжигающие порывы ветра. Октавио оказался в команде с Патфайндером и Бладхаунд. Оба собеседники так себе, но ему они и не нужны, главное, что он не с тем азиатом… Испанец часто отвлекается на вещи вокруг него, пытаясь наслаждаться игрой, но баннеры, показывающие, что нынешний лидер по убийствам был как раз-таки Крипто, не давали забыть о существовании хакера. Это раздражало. Почему Октейн так цепляется за него? Эти глаза даже сейчас смотрели на него с огромного экрана. Казалось, что Крипто видит его насквозь: все его мысли, страхи, желания… Нет. Это точно не так. Он не знает его! Даже не смотря на его хакерские способности. Сквад Сильвы приземлился на сортировочной фабрике, убив один вражеский отряд и облутав всю местность. Испанец должен признать, на этой локации было очень много полезных вещей, да и патронов было в изобилии, как раз то, что нужно для его любимой R-99, которая являлась той ещё «обжорой», и боезапасы достаточно быстро кончались. Главное — найти рюкзак побольше. После фабрики отряд решил направиться в сторону топливного склада, ибо там должны были заваляться пара полезных модификаций. Да, стабилизатор Октавио точно бы не помешал. С такими мыслями они и направились к нужной точке, не слишком спешно, ибо их сквад был в кольце и куда-то торопиться не было необходимости. Это и удручало Октейна. Ну не его это стиль просто спокойно куда-то идти. Ему нужно больше движения! Не мудрено, что он убежал от отряда вперед, дабы «разведать обстановку». Внезапно парень остановился, прислушиваясь. С той стороны, куда они направлялись, доносились выстрелы и взрывы. Похоже, настало время зажигать! Радостно подбегая к одному из домов, Сильва затаился, достав ведомого, прицеливаясь в ближайшего врага. Это был Гибралтар, который, кажется, подстрелил последнего человека из какого-то отряда, радостно восклицая, что теперь можно расслабиться. Но не тут-то было! Октавио решил не медлить, потому выстрелил, нанося кое-какой урон по щиту Макоа. Из наушника испанца внезапно послышался недовольный голос Бладхаунд, который говорил что-то о том, что нужно было подождать их, зайти с более удобной позиции и только потом стрелять. Не слушая чужого бухтения, парень пошел в бой, начиная стрелять в здоровяка, пока тот не скрылся за своим куполом, оповещая своих о нападении. На крыше самого большого по размерам дома сразу показалась Рейф, стреляя из тройного эффекта туда, где стоял Сильва. Но тот успел увернуться, от чего пули просто отскочили от металлической поверхности угла дома, издавая неприятный звук. По телу сразу побежали мурашки от чувства, что опасность была близко. Это так будоражило! Наконец робот и любитель воронов подоспели, после чего началась стрельба по-полной. Сначала Октавио нападал на Гибралтара, пытаясь повалить этого здоровяка, но всё было тщетно, ибо броня у него была намного лучше того «пакета», что сейчас был на испанце, потому теперь уже Октейну пришлось делать ноги, прячась в том самом большом домике, начиная заряжать щиты, как внезапно с железной лестницы кубарем покатился… Крипто. Ну да, конечно, как же они могли не встретиться. Но Сильва был даже рад такой встрече… Наконец он сможет отомстить! Всего один выстрел и этот самодовольный придурок падёт в нокаут. Ухмыльнувшись, испанец, неожиданно для азиата, который не мог понять, что происходит несколько секунд, толкнул Крипто ногой, от чего тот ударился спиной о пол, привставая на локти и смотря на лицо Октейна, которое под маской уже расплылось в злобной ухмылке. Наконец, сладкая месть. — Ха! Попался! Что? Теперь не такой крутой как раньше, да? Получи свою пулю! — прокричал довольно испанец, маниакально ухмыляясь, нажимая на курок. Но ничего не произошло и послышался только неприятный щелчок, оповещающий о том, что патронов совсем нет… Удивленно вздрогнув, распахнув глаза, парень посмотрел на свою R-99, одной рукой заставляя магазин в ней выскользнуть наружу, с небольшим грохотом падая на холодный пол. Нет-нет-нет! Ну только не сейчас! Отбросив первое оружие, Октейн достал ведомого, наблюдая ту же картину. Он нахмурился, кусая нижнюю губу от досады, смотря на пистолет. Сам виноват… Сильва же никогда не берет много патронов для револьвера, вот и поплатился за свою невнимательность и беспечность. — Нет! Да черт тебя дери! Почему я не могу просто тебя убить, а?! — после этого риторического вопроса Крипто издал смешок, поднимаясь, кладя руки в карманы и начиная смотреть на растерянного парня. Заметив это, спидстер тяжело вздохнул, хмуро глядя куда-то в сторону. — Ну давай. Убивай меня. Ты ведь этого хочешь теперь, да? — Мне нечем тебя убивать, Октавио, — ответил хакер, вытаскивая такой же пустой магазин из своих Re-45 и G7, вздыхая в ответ, но не отрывая взгляда от чужого. — Какой же ты дурачок… — тихо произнес хакер, ухмыляясь, всё так же смотря на Октавио, за что тот бросил яростный взгляд на азиата, уже никак не улыбаясь. — Дурачок?! Сам такой! Знаешь, мне даже не нужна пушка, чтобы тебя убить! У меня есть… — вдруг парень достал из специального кармашка на своем бедре нож-бабочку, который он от скуки иногда использовал, вытворяя какие-то трюки, не раз раня себя случайно. — Это! — Октейн показательно покрутил нож в руке, вновь ухмыляясь, на что азиат лишь снова выдавил из себя ухмылку, тихо смеясь. — Это? И этой железкой ты хочешь меня поковырять? Как это мило… Ну-ну. Ты приступай, а я посмотрю, — насмешливо говорил парень, вновь свысока глядя на испанца. Ухмылка на лице Октавио вновь сменилась на открытую ненависть. — Да что с тобой, блять, не так?! Эта крошка повалила многих! И тебя тоже повалит! Ясно?! — О-о… Да. Конечно. Тогда почему не нападаешь? Боишься подойти? Я не кусаюсь, Тави, — хакер хмыкнул, наблюдая за движениями зависимого. А ведь и правда. Почему он не нападает? Сильва объяснить этого тоже не мог. Он просто стоял и будто бы боялся подойти ближе, словно если испанец это сделает, то его убьют на месте. Обезоруживал его этот взгляд… Боже, ну почему эти глаза смотрят на него так?! От них веяло угрозой и загадочностью, и внутри сердце Октавио сжималось в страхе, прямо как во сне. Внезапно хакер подошел ближе, настолько, что их разделяло сантиметров десять от друг друга. Он спокойно взял руку испанца, что держала нож и наставил её на свою грудь. — Ну давай. Чего медлишь, малыш? Боишься меня? Я же совсем безоружен, — от касания к руке Октейна внезапно пробрала дрожь. Как низко… Он боится какого-то мешка с дерьмом. Да почему же? Он же ничего такого не сделал. Вдруг чужая рука сжала кисть Сильвы так сильно, что стало больно, а сам Крипто наклонился к лицу зависимого чуть ближе. — Я задал вопрос. Отвечай на него или я сломаю тебе эту чертову руку, как тому парню вчера, — строго заговорил он, переходя на угрожающий тон. Парень замер, глядя в глаза азиата, сглатывая подошедший к горлу ком, слегка кривясь от боли. — Ты… Почему ты это делаешь? — тихо спросил испанец, что озадачило хакера, на что тот слегка прищурился, не понимая вопроса. — Что делаю? — Угрожаешь! Ведёшь себя со мной, будто я мусор… За что мне это?! Чем я заслужил?! — сорвался Сильва, нахмуриваясь сильнее, сводя брови у переносицы, будто готовясь вот-вот пустить слезу. Но хакер был спокоен и ослабил хватку. — Да ладно бы это, но… Если ты меня ненавидишь, то зачем спасаешь?! — Просто так. Мне нравится смотреть на то, как ты злишься на меня. Ты такой милый, когда так делаешь. Даже сейчас. Знаешь, тобой очень легко манипулировать, и это даёт чувство… Некой власти над тобой и твоими эмоциями. И к тому же, я тебя не ненавижу. — Власть? — парень теперь вовсе впал в ярость, игнорируя последнюю фразу. — Власть говоришь?! Да ты просто мудак, Крипто! — Октейн ухмыльнулся, как бы потихоньку впадая в истерику. Ещё никто не признавался так открыто в том, что его изводили просто из удовольствия. Это вызывало гнев. — Мудак? — Да! Ты грязная крыса, которая копается в чужих вещах, ничего более! Думаешь, знания личных данных делает тебя самым умным и крутым?! Да нифига! И за своё спасение я не собираюсь вести себя с тобой покладисто и терпеть все твои выходки! — пытался нападать словесно Октавио, как бы защищаясь. Ему было жутко неприятно, что о нем так говорили. Разве им так легко манипулировать? На самом деле, да… Но Сильва не хотел признавать подобного. Черт, этот Крипто совсем ему нервы испоганит. Кстати о нем. Азиат перебил зависимого, затыкая. — А ты, Октавио, просто маленький забитый и испуганный мальчик, — Крипто ухмыльнулся шире, внезапно прижимая испанца к стене, хватая за горло, смотря в глаза. — Ты зависим от своей наркоты и острых ощущений. Они тебе помогают жить? Посмотри на себя. Ты просто жалок. Твои попытки показать себя отважным малым просто никудышные… — внезапно хакер подлез к уху Сильвы, тихо произнося: — Я-то вижу какой ты, Тави. Не скрывай свою натуру хотя бы от меня, — после этого Крипто отпрянул, смотря сквозь чужие окуляры. — Ты всего лишь подбитый зверёк, пытающийся защититься. Даже сейчас ты не можешь меня убить. А всё почему? Да потому что ты… Простой слабак. Маленький мальчик в шкуре зрелого парня. А теперь давай, поплачь для меня, малыш, а потом пожалуйся Тэ Джуну, скажи, какой я херовый парень, и ты успокоишься. Тебе ведь достаточно этого, да? Достаточно просто пожаловаться и ничего больше не делать, ожидая, когда проблемы сами решатся. Наверное, в детстве ты был тем ещё плаксой… — от этих слов Октейн был готов взорваться. Сердце вовсе сжалось и из глаз невольно покатились прозрачные слезы, а лицо скривилось в гримасе ненависти и невероятной обиды. Подобные слова он слышал не раз, и это было той самой точкой, которую нельзя было трогать, но, похоже, азиату было плевать. Черт, этот хакер знал, на что давить. Крипто правда перешёл черту, и Сильва не выдержал, пиная того от себя, внезапно влетая прямо в азиата и вонзая в чужой живот свой нож, глубоко всаживая лезвие всё дальше, вжимаясь в чужое плечо, часто, с дрожью дыша. Вынимая оружие, а потом вновь всаживая его под ребро хакера, нанося удары снова и снова. — Не смей. Так. Говорить обо мне. Уёбок! — отчеканил парень, после чего он посмотрел на лицо обидчика, внезапно ужасаясь. Кровь из чужого рта хлестала без продыху и тот побледнел, еле стоя на ногах. Октавио переборщил? Нет… Этот ублюдок заслужил это всё. Он сам довёл до этого, издеваясь над и без того морально нестабильным испанцем. Посмотрев сквозь закрывающиеся веки на зависимого, азиат попытался ему что-то сказать, но не смог, погружаясь в темноту и вырубаясь от боли. Вдруг из колонок послышался женский голос, который говорил, что лидер по убийствам был уничтожен, после чего Октейн бросил чужое тело на пол, смотря на него, крепко сжимая в окровавленной руке нож, с которого густыми каплями стекала багровая жидкость. Сильва слегка подрагивал, всё смотря на Крипто, пытаясь успокоиться и отойти от шока. Вроде бы они убили целый вражеский сквад и нужно радоваться, но это всё сейчас не было для Октавио маленькой победой. Он проиграл. Не физически, а морально. В голове было пусто, а тело будто было ватным. Слезы всё не прекращали идти, от чего глаза начали краснеть и опухать, благо маска закрывала его жалкий видок. В рацию внезапно заговорил Патфайндер, радостно, если можно так сказать, говоря «Вау, мы только что уничтожили весь отряд!». Действительно… Вау… Только теперь на душе противно. Тяжело вздыхая, парень сел на корточки, снимая со спины выбывшего чужой рюкзак, открывая его и внезапно находя множество коробочек с лёгкими патронами. Так… Крипто солгал? Зачем?