Следующим летом

— Что случилось? Смотришь на меня так, словно я всю твою семью на заднем дворе расстрелял, — усмехнулся Сэм, в свою очередь, разглядывая меня с нескрываемым интересом. — Ничего, — на автомате отвечаю я, и мне едва удается придать своему голосу нейтральный тон, — тоже рада тебя видеть. — Взаимно, — мужчина расплывается в приветливой улыбке, которая быстро гаснет под давлением убийственного взгляда Барнса. — Давай ближе к делу, Сэм. — А чего я сделал то? — мгновенно хохлится тот, — гости в твоем доме, помимо меня и доставщика еды, — это большое достижение. Уже успел вписать в свой блокнотик с Хэллоу Китти? У него их штук пять, и все на разные случаи жизни, — теперь Сэм обращается ко мне, всячески игнорируя поток негатива, исходящий от Баки. Я молчу, прекрасно помня наставление, данное мне Барнсом пару минут назад, и только неопределенно пожимаю плечами. — Он же не запретил тебе со мной разговаривать? — Сэм начинает докапываться до истины слишком настойчиво, и потерявший терпение Баки в конце концов просто уводит его на кухню. Оставшись в комнате совсем одна, я первым делом оглядываюсь по сторонам, но ни одного блокнота с изображением белой мультяшной кошки не обнаруживаю. Становится легче, но вопросы остаются. Много, очень много вопросов, ответы на которые может дать Уилсон. Тут и к гадалке не ходи, зато велика вероятность пойти потом за поддельными документами и билетами, чтобы скрыться из страны до того, как Барнс придушит нас обоих. Очень скоро до моего слуха начинают доноситься обрывки их разговора, но я даже не пытаюсь разобраться в этом, поскольку крепко сжатый в руке телефон напоминает о проблемах куда более важных. Я снова включаю устройство и с облегчением обнаруживаю, что новых сообщений там не прибавилось. Открываю последнее письмо, и палец замирает над значком прикрепленного видеофайла. Всё это слишком просто и неправильно. Отчаянием от Гранда разит за версту, иначе зачем ему копать под Джеймса и потом любезно предоставлять эти сведения мне. Как говорится, ни себе, ни людям. Но если удостовериться в сволочных намерениях моего нового начальника я уже успела, то в истории с Барнсом пара пробелов имеется. Тех самых, за которые прежде я отдала бы многое, чтобы просто «узнать всё», а теперь медлила. Сейчас перспективы получения полной информации мне уже не прельщали. Что-то внутри останавливало, не давало вот так вот вероломно вторгнуться в чужое прошлое. Это была совесть и, наверное, любовь. Чувство глубокого уважения к человеку, готовому добровольно открыть завесы любых тайн, будь на то необходимость. Я уже потеряла работу, дом своей мечты, а может свою квартиру, но снова потерять Баки готова не была. Как по заказу объект моих размышлений появился на пороге комнаты. Хмурый, с взъерошенными волосами и плотно сжатыми челюстями. — Ты не можешь просто это игнорировать, как делал раньше! — послышался с кухни голос Сэма. — Останови его, — тихо сказал мне Баки, сверкнув глазами, — уговори заткнуться. Сделай что-нибудь, пока я не… — Ведешь себя как конченный эгоист! Хотя чему я удивляюсь. Ты худший напарник из всех, что у меня были. Раздались шаги, а через мгновение передо мной уже стоял источник шума, уперев руки в бока. Барнс к этому моменту успел ретироваться мне за спину, и теперь сидел в мягком кресле, демонстративно отвернувшись в сторону. Перед этим он кинул мне неоднозначный взгляд, вроде «давай, действуй» и принял оборонительную позицию. — Мирно решить вопрос не удалось? — рискнула я поинтересоваться у второго участника спора. Сэм, в отличие от Баки, выглядел куда более предрасположенным к диалогу. — С ним-то? — усмехнулся он и вытянул вперед указательный палец, — ох, дорогая, с этим экземпляром не только я договориться не могу, здесь даже обученные специалисты бессильны. Сзади зло хмыкнул Барнс. — О, давай, пофыркай на меня, мистер «эпотаж-лихих-сороковых». Проверить ту наводку было твоей идеей, и я не устану об этом напоминать. Поздно идти на попятную. — Я не собираюсь тащиться на Кубу только потому, что у нас появились сомнительные сведения. Крайне сомнительные, Сэм, а этого мало. Очевидно, в порыве чувств, Баки поднялся с места, но дальше меня шагнуть не решился, предпочитая укрываться от неудобного разговора за «живым щитом». — Если кому-то интересно, то я тоже выступлю против поездки на Кубу, — вмешалась я, воинственно заслоняя собой Барнса (что в принципе было невозможно). Почувствовав поддержку, он показательно развел руки в стороны, говоря Сэму: «вот видишь». Напарник многозначительно закатил глаза. — Сейчас бы только за женской юбкой прятаться. Я в недоумении осмотрела этот классический элемент одежды от Dior и повернулась к Баки. — Я тебя предупреждал, — тяжело вздохнул он и снова плюхнулся в кресло. — А, так значит успел наплести тебе что-то? — воскликнул Сэм с воодушевлением, — невротик несчастный. Да если бы я тебе тогда не дал мотивационного пинка под зад, то вы бы сейчас тут рядом не стояли. И не обменивались такими взглядами… — Какими? — в момент ощетинился Баки. — Какими? — эхом прозвучал и мой голос. — Такими, что можно на открытках к 14-му февраля печатать. — Ох, ты как старая сварливая жена, с которой мы прожили больше тридцати лет и все никак не можем развестись. Конфликт и правда был похож на разборки семейной парочки с прибабахом, и какого черта между ними оказалась я, никто мне не уже ответит. — Но мне не потребовался бы развод, будь ты чуточку меньшим кретином. — Ты не создан для нормальных отношений, Уилсон, — все больше и больше распалялся Баки, — тебя слишком «много» и ты никогда не затыкаешься. — Не тебе меня судить, человеку, который несколько месяцев назад не знал, как с оператором службы поддержки разговаривать. Ты у них, кстати, в черном списке. — Да больно надо! — его крик стал последней каплей. — Хватит, стоп. Вы меня с ума сводите, — взмолилась я, смотря то на одного мужчину, то на другого. Да, не такого знакомства с приятелем Баки я ожидала. — Мы словно делим горстку песка на детской площадке. Толку от вашей грызни — ноль. — Это про тебя, — буркнул Барнс, кивнув на Сэма. — Попридержи свои комментарии! Оба хороши. Вашу энергию да в нужное бы русло. А если хотите, чтобы кто-то рассудил вас, то будьте добры поделиться хоть какой-то информацией. — Делиться, — усмехнулся Сэм, — это не про Баки. Из него каждое слово вытягивать приходится. — Зато из тебя — нет, — сделала вывод я. В голове внезапно созрел план. Сомнительный, обреченный на грандиозный провал, но на эмоциях я просто не успела отфильтровать то, что собралась сказать, — кто такой «Зимний солдат»? Или что это? Сэм в мгновение изменился в лице, а за спиной у меня грозовой тучей навис Баки. — Что ты сказала? — прохрипел он и, кажется, даже перестал моргать. Реакция его напарника тоже была неоднозначной, но оба они смотрели на меня сейчас с какой-то невысказанной тревогой в глазах. — Есть одна проблема, — я решила начать издалека, совершенно не представляя, какие вообще слова будут уместными в данной ситуации. — Я не хотела об этом говорить, потому что сама еще не разобралась… — С чем не разобралась? — угрожающе рыкнул Барнс. Я обернулась к Сэму в надежде на поддержку, но он только перевел обеспокоенный взгляд на Баки и словно готовился вклиниться между нами в любую секунду. — Я доверяю тебе, Джеймс, и поэтому спрошу только одно, мне стоит что-то об этом знать? — и с этими словами я протянула ему свой телефон. Баки потребовалось куда меньше времени на то, чтобы осознать увиденное. Пару секунд он немигающим взглядом сверлил экран телефона, а затем сжал его в руке, превратив устройство в крошку из стекла и пластика. — Какого…мог бы просто сказать «нет»! — Сэм, — загробным голосом произнес Барнс, — у нас срочное дело. — Никаких дел, — мне пришлось попятиться к выходу, — что ты собрался делать? — хотя ответ на этот вопрос я знала лучше, чем мне бы того хотелось. Так или иначе реакция Баки в жизни пугала меня куда больше, чем в мыслях. — Сэм, не вздумай ни на что соглашаться! — это был жест отчаяния, а не просьба, потому что слушать меня все равно никто бы не стал. — Не мешай мне сейчас, и я поеду с тобой на Кубу. Такое условие вполне устроило Сэма, и мужчина кивнул, освобождая дорогу. Мой и без того зашкаливающий пульс граничил теперь с обмороком. Слишком быстро ситуация вышла из-под контроля, не оставив ни малейшего шанса что-либо исправить. — Барнс, не смей. Что бы ты там себе ни надумал, оно того не стоит! А ты чего встал как вкопанный? — я больше не видела в Сэме союзника. Он выбрал не ту сторону. — Этот бронепоезд уже не остановить, — пожал он плечами, — а что, кстати, там было? Хотелось волком выть от безысходности. В прихожей в это мгновение хлопнула входная дверь, возвращая меня к реальности. — О, нет. Нет, нет, нет. Кинувшись к полке для ключей, я, естественно, там ничего не нахожу, и остается только один вариант. — Ты на машине?! — Ну да, — кивает Уилсон. — Тогда бегом! Если он сейчас кого-нибудь убьет, то свидетелями по этому делу пойдем мы оба, понял? Ты и я. — Убьет? — и тут-то до него начала доходить суть происходящего. — Бегом, — снова закивал Сэм, и не дожидаясь ответа, схватил меня за руку, уводя прочь из квартиры.

***

Никогда еще дорога до офиса не казалась мне такой бесконечной, а желание попасть туда настолько огромным. Стоит отдать должное Сэму, которого переполнял взявшийся из ниоткуда оптимизм и вера в лучшее. Его рассуждения на тему того, что «сейчас Баки чувствует себя гораздо лучше и он вполне отвечает за свои действия» меня не особо успокаивали. Нет, в адекватности Барнса я не сомневалась, как и не сомневалась в серьезности его намерений, но мне не давал покоя тот факт, что Гранд, будь он трижды неладен, не упустит случая открыть свой поганый рот и спровоцировать еще больше. Хотя куда уж больше? У входа в Спринг-Экспо нас не встретили кричащие и бегающие в панике сотрудники. Это означало, что в какой-то степени Баки взял себя в руки и по крайней мере до десятого этажа собрался дойти без жертв. Мой внедорожник, запаркованный поперек двух мест у центральных дверей, не дал усомниться в присутствии в здании разъяренного Барнса, жаждущего мести. — Нам на десятый, — выпалила я, едва мы с Сэмом ввалились в кабину лифта. Мужчина тут же нажал на серебряную кнопку с цифрой «10» и ободрительно мне улыбнулся. — Все будет хорошо. — Сам-то в это веришь? — меня начинало потрясывать. — Верю, — спокойно отозвался Сэм, — видал вещи и пострашнее. От внезапного сигнала об остановке я буквально подскочила на месте. Шум в ушах не давал сконцентрироваться и только усугублял и без того шаткое состояние. В приемной начальника было слишком тихо. Люси, намертво приросшая к своему офисному креслу, не сводила глаз с дверей босса и, кажется, забыла, как дышать. — Солнышко, — проворковал Сэм, — будь так любезна, сбегай нам за кофе? Желательно в Старбакс, что находится на противоположной стороне дороги. И побыстрее. Секретарша быстро заморгала, не в силах ответить. — Я жду, — теперь Сэм требовал, и Люси не оставалось ничего, кроме как бегом покинуть свое рабочее место, а вместе с ним и этаж. — Предложу тебе сделать то же самое. Не сразу понимаю, что обращаются ко мне, но одного только взгляда хватает, чтобы Сэм понял — я никуда не уйду. Тишина за матовыми дверьми пугает меня до чертиков. А еще неизвестность и вероятность того, что я никогда не смогу смириться с увиденным. Сэм заходит первым и тут же произносит: — Не убил. Картина перед нами открывается следующая: Гранд, вальяжно раскинувшийся в кожаном кресле и едва не закинувший ноги прямо на стол. Напротив стоит Барнс, уперевшись обеими руками в деревянную столешницу. Во взгляде первого — вызов и плохо скрываемая неприязнь, а вот глаз Баки я не вижу. Зато мой нынешний босс криво усмехается, когда обнаруживает в своем кабинете новых незваных гостей. — Шоу со зрителями, — констатирует он, лениво поворачиваясь в нашу сторону, — ну и зачем мы все здесь собрались? В моем графике незапланированных встреч не было. Мисс Паркер, вы, к слову сказать, покинули офис в рабочее время, будьте так добры отчитаться в отделе кадров. От возмущения перехватывает дыхание. Я хочу ответить ему, высказать все, что успело накопиться, но вместо этого только беззвучно хватаю ртом воздух. — А ты шутник, как я посмотрю, — вступается Сэм. Он направляется к Гранду и останавливается в паре метров, давая Барнсу условный знак, что тот теперь работает не в одиночку. — Так и будем смотреть друг на друга? — снова красуется в кресле начальника Гранд и деловито поправляет галстук, всем своим видом показывая, что происходящее его нисколько не беспокоит, ну, разве что раздражает. — Говорить нам не о чем, — я слышу голос Баки, отстраненный и абсолютно лишенный эмоций, что не идет ни в какое сравнение со вспышкой у него дома. — Сэм, — он поворачивается к напарнику, — десятый этаж. — Я заметил, — отвечает ему Уилсон и зачем-то достает мобильный, — а волшебное слово? — Давай без этого. — Паркер! — вдруг огрызается мой, предположу, уже бывший начальник, — что за двух клоунов ты сюда притащила? Ответить я не успеваю, только вижу, как синхронно появляется хищная улыбка на лицах этих самых «клоунов», а уже через секунду в поле моего зрения попадает дрон ярко-красного цвета, зависший прямо напротив панорамного окна. Прежде, чем Гранд собирается обернуться на шум, неизвестное устройство влетает в помещение, превратив начищенные до блеска стекла в груду звенящих осколков. Его траектория — это несколько оборотов вокруг ничего не понимающего мужчины, который как и я, вряд ли сообразил, откуда конкретно взялся тонкий металлический трос, замотанный теперь намертво вокруг грудной клетки. Уверенным движением Барнс выхватывает металлический край, за пару шагов обходит письменный стол и, развернув кресло Гранда «лицом» к разбитому окну, с силой толкает его вперед. Цензурных слов в моем лексиконе в эту секунду не остается. — А что, если бы я не взял его с собой? Рэдвинг не обязан болтаться в машине как вечный план «Б», — бубнит Сэм и вслед за Барнсом подходит к краю, чтобы заглянуть вниз. Где-то там слышится истошный крик о помощи. — Но ты же взял, — Барнс хмурится, но в остальном его ничего не смущает. Лишь после того, как я в третий раз попытаюсь привлечь внимание, выкрикнув целую тираду обвинений, в которой из приличного — только их имена, Баки соизволит на меня посмотреть. — Элис, дорогая, это крайне некрасиво, — говорит мне человек, только что повесивший другого с высоты десяти этажей. — Достань его оттуда! — кричу я, подбегая к краю, но Уилсон преграждает мне путь. — Зачем? — он вскидывает брови в искреннем удивлении, — это полезно. В воспитательных целях. Из динамика его мобильного раздается короткий сигнал. — Бак, службы охраны уже отреагировали на вызов. — Отправь сообщение Хилл, пусть вышлет группу зачистки, — отвечает Барнс, продолжая удерживать вес человеческого тела всего одной рукой. — Сделано. У нас не больше десяти минут. — И этого вполне хватит. — Господи! — я теряю всякую надежду на то, чтобы успокоиться. Уилсон держит крепко, и я могу лишь беспомощно болтаться в его руках, бросая гневные взгляды на Баки, — я думала, что ты…что вы…могли ему просто морду набить? Разве не так подобные конфликты решаются?! Пока Барнс меня упорно игнорировал, роль парламентера взял на себя Сэм. — Элис, ты лучше не подкидывай ему новых идей, мы еще с первой не разобрались. Но я его не слушала, мне был необходим ответ именно от Барнса и никого другого. — Я к тебе обращаюсь! — отчаянная попытка дернуться вперед, и снова провал, только каблуки отбивают хаотичный ритм по полу. С невозмутимым видом, которому позавидует любой игрок в покер, Баки начинает наматывать на левую руку трос, подтягивая живой груз обратно на наш этаж. Крики и стоны становятся громче, а потом появляется и сам Гранд. Бледный, как смерть, с ошалевшими глазами и искаженным от пережитого шока выражением лица. — Твое желание для меня — закон, — обращается ко мне Барнс и даже не поворачивает головы.