И я не уйду

      Весело переговариваясь, глазея по сторонам, ребята шли по коридорам замка, который станет им домом на следующие семь лет. Гермиона шла вместе со своими новыми друзьями, которые легко приняли её. За всё время, что они провели в поезде, девочка узнала о них много нового и интересного, а Драко, который ей так не понравился, оказался не таким уж и колючим. В компании всегда была спокойная обстановка, а когда она накалялась, кто-нибудь обязательно смягчал острые углы. И Гермионе это нравилось. Как ни странно, но за всё время, речь ни разу не зашла о её родителях, что было девочке на руку.       Они остановились у высоких дверей в Большой зал, и перед ними предстала очень высокая стройная женщина. Её волосы были собраны в строгий пучок, а она сама была одета в изумрудную мантию. Поправив очки, она осмотрела всех детей. — Через несколько минут вы войдёте в эти двери и присоединитесь к вашим товарищам по учёбе, — звучный голос волшебницы эхом раздавался по всему коридору и лестнице, — но прежде, чем вы займёте свои места, вас распределят по факультетам: Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин, — друзья переглянулись, улыбаясь краем губ. Всем уже не терпелось узнать, на какой факультет они попадут, хотя были почти уверены в результате. — Пока вы находитесь здесь, ваш факультет будет для вас семьёй. За успехи вы получаете очки, — вдруг голос стал ниже и суровее, — за нарушение правил вы будете их терять, — стало ясно, что этот преподаватель не терпит нарушений. — В конце года факультет, набравший большее количество очков, награждается… — Тревор! — какой-то пухлый мальчик выскочил вперёд и наклонился, подбирая что-то с пола. Через секунду все поняли, что это жаба, и тихо захихикали. Подняв глаза, мальчик нервно сглотнул и поспешил скрыться среди студентов. — Сейчас состоится церемония распределения, — коротко сказала женщина и направилась к большим дверям.       Дети на некоторое время остались одни. Они начали шептаться и обсуждать что-то, когда до компании друзей донёсся восторженный голос: — Так это правда, что в этом году в Хогвартс приехал сам Гарри Поттер! — воскликнул какой-то мальчик.       Все начали отступать, чтобы понять, о ком идёт речь, и вот Гарри уже на обозрении всех вокруг. Оказывается, про него говорил тот самый рыжий мальчишка, которого он заметил в поезде. Немного растрёпанный и неряшливый, мантия чуть велика, но голубые глаза так и светятся. Гарри сглотнул, готовясь к началу пытки. На себе он поймал удивлённый взгляд Гермионы, но, к его великому удивлению, она ничего не сказала. Драко сделал шаг вперёд, но ничего не предпринял, а Пэнси и Блейз вытащили руки, которые держали в карманах. — Ты Гарри Поттер! — улыбнулся рыжий, подходя ближе. — Меня зовут… — Не буду спрашивать, как тебя зовут, — Драко сощурился и скрестил руки на груди, проявляя всё своё недовольство происходящим. — Рыжий, в обносках своих братьев. Должно быть, ты Уизли, — мальчишка опустил глаза в пол и стиснул зубы, а вокруг повисла тишина. — Приятно познакомиться, — Гарри улыбнулся и протянул ладонь для рукопожатия, бросив на названого брата многозначительный взгляд. Малфой закатил глаза и сделал шаг назад. — Рон Уизли, — кивнул рыжий, неуверенно пожимая руку нового знакомого. Драко недовольно фыркнул, но снова был проигнорирован. — Ещё увидимся, — Поттер мог бы сказать ещё что-то, но услышал за спиной эхо приближающихся шагов.       Он встал на прежнее место как раз вовремя. Волшебница, объяснявшая им правила, подошла со свитком в руках.       Большой зал поражал воображение. Огромных размеров с неописуемо высокими стенами, врезавшимися в сводчатый зачарованный потолок. Четыре длинных стола во всю длину, а впереди стол преподавателей, за спинами которых чернела тьма ночи в окнах. Гарри сразу заметил задумчивого Северуса, глаза которого бегали по лицам студентов, и Дамблдора. Старик, как и всегда, улыбался своей доброй улыбкой, сверкая голубыми глазами поверх очков-половинок. Размышлять о том, что же за человек этот директор, совсем не хотелось, поэтому Гарри предпочёл, как и остальные, рассматривать зал, а Гермиона и вовсе цитировала «Историю Хогвартса».       Студенты разных возрастов сидели за столами, но тарелки и кубки перед ними были пусты. Зачарованный потолок поражал своей красотой. Казалось, они идут под открытым небом, так реалистично выглядели облака и звёзды. И, конечно, свечи. Тысячи свечей висели под этим чудесным потолком, озаряя всё вокруг светом.       Наконец, дети подошли к столу преподавателей, перед которым стоял старый табурет, а на нём лежала потёртая шляпа. «Распределение» — пронеслось в голове у Гарри, а сердце забилось чуть чаще. До этого он ни на секунду не сомневался в том, что поступит на Слизерин, но в это мгновение задумался. Его родители учились на Гриффиндоре. Что если кровь победит? Нет, Шляпа судит не по крови, а по характеру! — Встаньте сюда, пожалуйста, — МакГонагалл указала место перед собой и все первокурсники остановились. — А теперь, прежде, чем мы начнём, профессор Дамблдор хотел сказать вам несколько слов, — старый волшебник встал со своего места и осмотрел всех студентов. — Я хочу обратить ваше внимание на несколько обязательных условий, — заговорил директор спокойным голосом. — Первокурсники, запомните, ходить в Запретный лес всем ученикам строго запрещено, — он посмотрел, казалось, на каждого из них. — И ещё, наш смотритель, Мистер Филч, попросил напомнить вам: коридор на третьем этаже на правой стороне является запретным для всех, кто не хочет умереть самой страшной смертью, — все студенты нахмурились и непонимающе посмотрели на директора, но, видимо, такие объявления для Дамблдора были самыми обычными. — Спасибо, — обыденно сказал он и сел на своё место. — Супер, — прошептал Блейз, — теперь, если захотим умереть, знаем куда идти. — Ага, не сдал экзамены? Не жди кары от родителей. Просто иди в коридор на правой стороне третьего этажа, — тихо усмехнулся Драко. — Тот, чьё имя я назову, — начала вещать колдунья, — выйдет вперёд, и я надену ему на голову распределяющую шляпу, — волшебница посмотрела на свиток с именами в своих руках. — И она определит вас на факультет, — тонкими пальцами она осторожно взяла шляпу, поднимая её перед собой. — Гермиона Грейнджер.       Новая знакомая нервно вздохнула и на секунду отвела глаза. Она явно нервничала, но не давала страху завладеть ей. Казалось, девочка никак не может сделать первый шаг. Пэнси хмыкнула, а потом положила руку на плечо Гермионы. Ободряюще улыбнувшись, Паркинсон чуть толкнула её вперёд.       Стоило шляпе коснуться пышных волос Грейнджер, как она заговорила громким и немного противным голосом, напоминавшим старушечий. — А! Всё ясно… Хм-м-м, — Шляпа нахмурилась, если так вообще можно сказать, — ну, конечно, решено. Когтевран! — заверещала она.       Стол Когтеврана взорвался аплодисментами, а счастливая Гермиона, соскочив со старого высокого стула, почти побежала к новой семье, бросив благодарный взгляд на Пэнси. Брюнетка, отреагировавшая, как и все, улыбнулась и кивнула в ответ. Дамблдор, сидевший за столом, сдержанно хлопал правой ладонью по левой, будто ему было невмоготу находиться здесь, но он вынужден это делать. Подумав, Гарри решил, что старик не так плох и просто не видит смысла аплодировать всем, как ребёнок. В конце концов, это выглядело бы странно. Северус же не утруждал себя даже этим. Казалось, ему противен просто факт нахождения в этом зале. Преподаватель, сидевший рядом, сказал что-то задумавшемуся зельевару, и он, удивительно, ответил, а его взгляд стал чуть более заинтересованным. Он внимательно осмотрел всех студентов, а потом замер, смотря прямо на Гарри. Мальчик усмехнулся и кивнул. Северус приподнял левую бровь, будто был удивлён столь наглому поведению, а потом снова заговорил с соседним преподавателем. — Драко Малфой.       Гарри очнулся и посмотрел на названого брата. Блондин усмехнулся краем губ и весело посмотрел на друзей. Уверенно он подошёл к табурету и сел на него. Стоило Шляпе коснуться его головы, как она завопила: «Слизерин». Стол змеев взревел, а сам Драко довольно усмехнулся. — Какой довольный, — хмыкнула Пэнси, улыбаясь. — Спорим, он был не уверен? — шепнул Блейз, провожая друга взглядом. — Нет, — отозвался Гарри. — Кто был уверен, так это Драко. — Все тёмные волшебники учились на Слизерине, — пробормотал Рон, стоявший рядом.       Забини уже хотел ответить что-то колкое, но не успел. МакГонагалл назвала следующее имя. Вдруг Гарри почувствовал, как заболел его лоб, а точнее шрам. Чего никогда не случалось, так этого. От неожиданности он коснулся пальцами молнии и поморщился. Скорее инстинктивно он посмотрел на Северуса, которому опять что-то говорил тот преподаватель в чалме. На бесстрастном лице зельевара проскользнула какая-то эмоция, но так же быстро исчезла. — Что с тобой? — удивлённо спросила Пэнси, заметив движение друга. — Ничего, — соврал Гарри и убрал руку.       В этот момент вызвали Рона. Мальчик замялся, а потом вышел вперёд. Да, наверное, эта речь Шляпы запомнилась многим: — А! — Шляпа так резко дёрнулась, что МакГонагалл отпрянула. — Ещё один Уизли. Разумеется, я знаю, что с вами делать, — фыркнула она. — Гриффиндор! — Рон расслабился и весело пошёл к своему столу. — А у шляпы, видимо, рука уже набита, — усмехнулась Пэнси.       Может быть, друзья что-нибудь бы и ответили, но следующее имя заставило весь зал замолкнуть. Даже засыпающий Дамблдор сел в своём роскошном кресле, напоминавшем трон, чуть ровнее. — Гарри Поттер.       Мальчик обречённо вздохнул и, кивнув друзьям, с лиц которых сползли улыбки, пошёл к стулу. На ходу он посмотрел на Северуса. Лицо мужчины выражало максимальное сосредоточение, но, встретившись с взглядом мальчика, он чуть расслабился и еле заметно кивнул. Обычное движение головы, но как много оно может значить. Когда человек молчалив и сдержан, один такой кивок может быть дороже сотни слов. Всё волнение резко пропало. Гарри знал, куда бы он ни попал, Северус поддерживает его. Глупо? Возможно. Но Поттер был уверен, что приёмный отец всегда будет на его стороне. Гарри почувствовал, как на его голову опустилась тяжёлая шляпа, а потом она дёрнулась, будто оживая: — Хм-м-м… трудно. Очень трудно, — заскрипела она. — Сам знаю, — подумал мальчик, но промолчал. — Я вижу много отваги, — продолжила шляпа, — ещё острый ум. Есть талант, о да. И неукротимое желание показать себя и свои умения. Куда же определить вас? — но Гарри молчал. Он никак не хотел влиять на своё определение, хотя… Слизерин. — Может быть Слизерин? — сердце радостно прыгнуло. — Там ты станешь великим. Слизерин поможет тебе на пути к величию! В этом нет сомнений! — Тогда почему я всё ещё здесь сижу? — усмехнулся Гарри, а потом прикусил язык. Пэнси и Блейз весело улыбнулись, услышав его слова, но зал, затаив дыхание, ждал вердикт. — И то верно! — смех Шляпы больше походил на скрип старой калитки во время урагана. — Слизерин!       Поттер широко улыбнулся и, когда с его головы сняли Шляпу, уверенно двинулся к своему месту. Слизеринцы взорвались криком и улюлюканьем, а Драко сиял. Гарри повернулся так, что бы видеть преподавателей, а точнее Северуса. Тонкие губы зельевара изогнулись в еле заметной улыбке и впервые за весь вечер он медленно хлопал. Да, Слизерин — это его место.       С Блейзом Шляпе пришлось помучиться около минуты. Она никак не могла выбрать между Слизерином и Когтевраном, но, наконец, мальчик был отправлен к умникам. Сам Забини ничуть не расстроился, а Гермиона и вовсе была рада знакомому лицу. Они сели вместе и сразу принялись что-то обсуждать. Пэнси, как и Драко, почти не заняла у присутствующих время. На неё Шляпа фыркнула, хмыкнула, а потом отправила на Слизерин. Довольны остались все, кроме, наверное, Дамблдора.       Директор Хогвартса почти не следил за распределением. Он задумчиво смотрел поверх голов студентов, аплодируя скорее на автомате, а не потому, что хотел этого. Гарри был уверен: Дамблдор хотел, чтобы знаменитость попала на Гриффиндор, а не на факультет «злых волшебников».